Умино Ирука и тайный змей

Дверь открыл Уэнделл Грейнджер. — Профессор Умино? И Гарри Поттер, я полагаю? — Оба волшебника кивнули, младший несколько робко. — Вы пришли рано, и у вас вещи Гарри. Дурсли перешли черту, и вы не могли оставить его там дольше. Это был не вопрос. Ирука снова кивнул. — Вернон пытался размозжить мне голову какой-то плоской дубинкой... — Крикетной битой, — нервно вставил Гарри. — Значит, крикетной битой. Излишне говорить, что я возражал довольно решительно и почувствовал, что Дурсли представляют слишком большой риск для безопасности Гарри, чтобы оставлять его с ними наедине. Я убедился, что они подписали документы перед моим уходом, хотя пройдет еще по крайней мере день или два, прежде чем их обработают. Гарри может остаться в доме подруги до тех пор, после чего он сможет жить со своими новыми опекунами. Достаточно удобно, что он уже будет с ними, — серьезное выражение лица Ируки сменилось легкой улыбкой на последних словах. — Ну, не стойте там весь день. Гермиона! Компания! — лицо мистера Грейнджера приняло озорное выражение. Гермиона спустилась по лестнице. — Кто это, па… ГАРРИ! — она внезапно обняла своего друга, кинувшись к нему почти со скоростью шуншина. Она отступила назад, чтобы просто схватить его за плечи, и словно плотину прорвало: — С тобой все в порядке? Что случилось? Что-то не так? Твой дядя что-то натворил? Ты остаешься? Озадаченный взгляд Гарри в сочетании со смешками двух присутствующих взрослых, наконец, дошел до нее. Одарив обоих мужчин несколько застенчивым взглядом, она повернулась обратно к своему другу. — Честно! — фыркнула она. — В любом случае, поскольку ты принес свой чемодан, я могу только предположить, что ты остаешься, а не просто пришел в гости. Пойдем, я покажу тебе все, — она схватила мальчика за руку и потащила его прочь, устроив невероятно подробную экскурсию по дому и его окрестностям, сопровождаемую постоянным потоком информации и историй. — Дайте угадаю, — сухо сказал Ирука, переступая порог, — впервые приглашает друга в гости? Уэнделл кивнул, несколько задумчиво. — Хотя чрезмерно заботливый пещерный человек во мне не в восторге от того, что они оба мальчики, я все равно не могу не отблагодарить вас за то, что вы познакомили Гермиону с ее первыми настоящими друзьями. Мы с Моникой никогда не видели ее такой счастливой, такой нетерпеливой, за исключением, может быть, того момента, когда она впервые узнала, что будет учиться в школе магии. Она была так счастлива получить возможность узнать что-то новое и особенное, и она надеялась, что ее магия была причиной того, что у нее было так много проблем с общением со сверстниками, и что она найдет в Хогвартсе таких же, как она. Мы подозревали, что это будет не так просто, но ни один из нас не мог заставить себя ослабить радость и надежду, которые мы видели в нашей дочери. К сожалению, ее первые два месяца в Хогвартсе были очень похожи на ее предыдущее обучение, по крайней мере, в социальном плане. На самом деле, это не совсем так — раньше она ходила в дневную школу, так что даже если ей было одиноко в течение учебного дня, она могла, по крайней мере, вернуться домой, в любящую обстановку. Так что пребывание в Шотландии оставило ее, вероятно, более одинокой, чем она признавала в своих письмах, и это еще до того, как она столкнулась с фанатизмом и культурным шоком. Ирука торжественно кивнул, когда хозяин повел его в комнату, которая теперь будет комнатой Гарри, чтобы оставить там вещи его ученика. — Я не знаю, сказала ли она вам, но еще до Хэллоуина я планировал либо сам подойти к ней, либо попросить Минерву Макгонагалл сделать это в надежде дать ей несколько советов, которые помогут лучше общаться со сверстниками. Как только она увидела некоторые из моих способностей в ту ночь, я решил пойти еще дальше и пригласить ее тренироваться со мной, как я намеревался пригласить Гарри и Невилла. Они были самыми социально изолированными студентами, которых я знал, и было совершенно ясно, что все трое вели довольно одинокую жизнь до этого момента. В Конохе мы считаем наши связи с другими людьми жизненно важными, и моей самой большой целью было помочь этим троим найти свои собственные связи. Я сам был сиротой и в детстве был немного изолирован, поэтому я обратился к ученикам, которые, как я видел, нуждались в этом, чтобы подарить им более счастливое детство, чем у меня или у некоторых других, кого я знал. — Это произошло не в одночасье, но все равно было очень приятно наблюдать, как трое одиноких детей постепенно начинают тянуться друг к другу, отчаянно нуждаясь в узах, которые они не могли создать раньше, но в то же время так боялись, что им причинят боль. Однако теперь любой, кто попытается связаться с кем-либо из этих троих, будет должен столкнуться с остальными двумя, и со временем они, вероятно, станут еще ближе. Какую форму это принимает, ну, возможно, ваш будущий зять или названый брат Гермионы. Там уже есть какая-то любовь, просто потребуется время, возможно, по крайней мере, несколько лет, чтобы понять, будет ли она дружеской, семейной или романтической. Независимо от того, какую форму это примет, я могу сказать вам по опыту, что те, кто страдал от одиночества, часто являются самыми верными и надежными товарищами, которых вы когда-либо найдете.

Λ -----===ͽ < O > ͼ===----- V

Перед уходом в тот день Ирука посоветовал своим ученикам избегать упоминания изменившихся обстоятельств Гарри, особенно Гарри в его переписке со старыми знакомыми его родителей. Оба ребенка понимали важность секретности для обеспечения безопасности. Гарри хорошо прижился у Грейнджеров. Были, конечно, неизбежные ухабы, но вскоре все было на пути к установлению новой и гораздо более здоровой «нормальной» семейной жизни Гарри. Во-первых, теперь он был в настоящем доме, а не просто во временном обиталище. Через пару дней после его переезда Гарри и Гермиона получили письма из Хогвартса. В следующий визит Ирука обнаружил, что у двух его учеников была очень разная реакция на их встречу в Косом переулке с Гилдероем Локхартом, который, по-видимому, будет их новым преподавателем ЗОТИ в Хогвартсе. Гермиона была в восторге от того, что действительно познакомилась с автором лично, а также продемонстрировала признаки своего первого школьного увлечения (к большому удивлению ее родителей). Гарри был гораздо менее доволен, поскольку его фактически втянули в нежелательную рекламную фотосессию, несмотря на его глубокое отвращение ко всем этим делам про «Мальчика-Который-Выжил». Было ясно, что это различие во мнениях создало определенную напряженность между ними. Но она быстро начала исчезать, как только Гермионе указали на то, как неудобно было ее другу из-за действий профессора, когда ему напомнили о его нежелательном статусе знаменитости. Пытаясь заверить Гарри, что она уверена, что у профессора Локхарта были только самые лучшие намерения, она признала, что он был слишком напористым. Ирука пообещал объяснить своему новому коллеге, почему Гарри не любит быть в центре внимания.

Λ -----===ͽ < O > ͼ===----- V

— Ах, Минерва! У вас есть минутка? — Ируке потребовались недели, чтобы поймать вечно занятую профессора трансфигурации / декана Гриффиндора / заместителя директора в то время, когда она не была занята каким-то важным делом. — Я надеялся обсудить с вами один несколько деликатный вопрос. Минерва дружелюбно улыбнулась ему. — На самом деле, есть. Может быть, мы поговорим в моем кабинете? — после кивка ее коллеги они направились по коридору, на ходу ведя светскую беседу. Как только они уселись за закрытыми дверями, Ирука рассказал о причине своего визита. — Минерва, вы помните, как в конце семестра трое ваших первокурсников приходили к вам с предупреждением о покушении на Философский камень? — Смею сказать, что это было бы трудно забыть, — ответила она, — трое первокурсников каким-то образом узнали о самой страшной тайне в замке и гомонят о ней одновременно во весь голос посреди коридора. Возможно, вы могли бы пролить некоторый свет на то, как они узнали о камне? Ее строгий взгляд был впечатляющим, но на него пристально смотрел Третий Хокаге. — Во многом это было их собственное исследование странных улик, которые они обнаружили. Возможно, вы могли бы пролить некоторый свет на то, почему вы вообще не расследовали их предупреждение? Минерва отшатнулась, на ее лице была смесь шока и возмущения. — Камень был в полной безопасности! — горячо ответила она. — Я думаю, что если заверений Альбуса по этому вопросу было недостаточно, вы бы, по крайней мере, приняли тот факт, что бедный Квиринус не смог пробить защиту в качестве доказательства. Все, чего добивались эти трое своими криками, — это вызывали беспорядки и распространяли секреты, которые они не должны были знать в первую очередь. Я сожалею, что господа Поттер и Лонгботтом были ранены в своей непродуманной попытке вмешательства, но, возможно, это послужит уроком о том, что взрослые дела лучше оставлять на усмотрение взрослых. С ними все было бы в порядке, если бы они послушались, когда я сказала им бросить это . — Они могли бы быть в порядке, — признал Ирука, — но я, скорее всего, был бы мертв, — его спокойный, деловитый тон заставил слова ударить еще сильнее, и Минерва немного сдулась в недоумении. — Мы с Альбусом уже были совершенно уверены, что Квиррелл был ответственен за нападение на Гарри во время его первого матча по квиддичу, — на ее смущенный взгляд он неопределенно махнул рукой, показывая, что объяснит позже, — и что он пытался украсть камень. Учитывая тот факт, что он, по-видимому, пил кровь единорога, чтобы поддерживать в себе жизнь, мы знали, что он, должно быть, впал в отчаяние, что делало его серьезной опасностью, с которой нужно было бороться. Не имея доказательств, мы решили вынудить его действовать, когда сможем поймать его с поличным. — Вот почему Альбуса в тот вечер не было в замке, — объяснил он, — чтобы Квиррелл подумал, что путь свободен. Моя роль заключалась в том, чтобы спрятаться за пределами коридора на третьем этаже, не дать ему уйти или вмешаться, если он использует ученика в качестве заложника или что-то в этом роде. Альбус вернулся бы в замок позже ночью и встретился с самим Квиринусом лицом к лицу. Этот план пошел прахом, когда я узнал, что у Гарри болит шрам, и что это продолжалось весь год. Это след от проклятия, я уверен, вы можете догадаться, какие выводы я сделал о мотивах Квиррелла? Потребовалось несколько задумчивых мгновений, прежде чем глаза Минервы расширились от ужаса. В ответ на ее неуверенный кивок он продолжил: — Я чувствовал, что если он пытался не просто спасти себя, но и каким-то образом вернуть Того-Кого-Нельзя-Называть, мы не могли рисковать, оставляя его на произвол судьбы, особенно если его хозяин каким-то образом помогал ему. Поскольку Альбус еще некоторое время не вернулся бы в замок, единственным вариантом было перехватить Квиррелла. Вот почему я послал трех учеников, которым доверял и которые уже кое-что знали о камне, найти вас и сказать, что мне нужна поддержка. — Я смог преодолеть препятствия, которые вы и другие разместили там, — сказал он, — но Квиррелл, по-видимому, мог колдовать без палочки, и он застал меня врасплох. Защита Альбуса все еще расстраивала его, но быть беспомощным в присутствии все более взбудораженного темного волшебника — не самая безопасная ситуация. Если бы не вмешательство Гарри, я, честно говоря, понятия не имею, чем бы все закончилось. Минерва слегка откинулась на спинку стула. — Конец семестра — это всегда напряженный период, а у меня был долгий день, так что я была не совсем в лучшей форме. Эти трое были настолько на взводе, что я едва могла разобрать, что они говорят. Признаюсь, моя первая реакция была в духе «Я слишком устала и занята, чтобы заниматься этим», а вторая: «Эти дети даже не должны знать об этом». Джеймс Поттер и его друзья, вы должны понимать, были заядлыми шутниками и создателями всевозможных неприятностей, и вполне вероятно, что я позволила воспоминаниям о его отце повлиять на мое восприятие юного Гарри. В конце концов, я прогнала эту троицу угрозой задержания или чего похуже, не выслушав их по-настоящему, слишком обеспокоенная тем, что они сунутся в запретный коридор, если я их не отпугну. Подумать только, что именно этот поступок подтолкнул их к этому... — Похоже, что все допустили тогда ошибки, — прокомментировал Ирука, — и я обязательно объясню этим троим важность четкого общения, как только занятия снова начнутся. Макгонагалл кивнула. — И я постараюсь быть более внимательной к проблемам моих учеников. Учитывая это и фиаско с Северусом, мне ясно, что мне нужно слушать более непредвзято, когда говорит ученик.

Λ -----===ͽ < O > ͼ===----- V

Неделю спустя Ирука был на предваряющем начало учебного года педсовете. Большая часть занятий была такой же, как и в прошлом году, хотя из-за нового притока первокурсников он обнаружил, что планирует несколько дополнительных занятий. Они были бы предназначены для новичков в фуиндзюцу — чтобы можно было объяснить им все с нуля, а не бросать в группу, которая уже практиковалась в течение года. Учащиеся могли посещать любые занятия по своему усмотрению, так что у прилежных новых учеников было больше шансов нагнать остальных, в то время как те, у кого были трудности, могли вернуться к основным урокам. Был также забавный момент, когда Северуса Снейпа поздравили с удивительно высокими оценками его учеников на экзаменах С.О.В. и Т.Р.И.Т.О.Н. в прошлом году. Ирука не мог не почувствовать некоторого мстительного веселья, видя, как суровый глава Слизерина пытается решить, гордиться ли достижением или злиться на косвенное напоминание о том, что его заставляют преподавать должным образом и беспристрастно. Другим важным изменением по сравнению с предыдущим годом, помимо отсутствия смертоносного запретного коридора, стал новый профессор защиты. Даже если отбросить негативное впечатление, которое он получил от описанной Гарри встречи, Ирука явно не был впечатлен Гилдероем Локхартом, который, насколько он мог судить, был напыщенным шутом. Этот человек бесстыдно раздувался от гордости даже при малейшем намеке на внимание или аудиторию и пользовался любой возможностью, чтобы поэтично рассказать о своих героических подвигах. Однако в сознании чунина росло семя сомнения по поводу этих подвигов: Локхарт двигался не так, как опытный боец, каким он выставлял себя, не проявлял осознания своего окружения. Для шиноби и людей схожих профессий было важным умением оценивать боевые способности тех, кого они встречали, поскольку каждый был как потенциальным врагом, так и потенциальным активом. Опытные ниндзя могли научиться подавлять тонкие подсказки, которые выдали бы их среди гражданских, но это была постоянная игра в кошки-мышки между теми, кто учился подавлять свои подсказки, и теми, кто хотел заметить подсказки, даже когда они были подавлены. Либо знаменитый автор был также высококвалифицированным актером, либо он и близко не был таким способным, как утверждал. Учитывая, как громко и часто он заявлял о своей доблести, казалось особенно маловероятным, что он одновременно пытался казаться безобидным. Единственные возможные варианты, которые Ирука мог придумать до сих пор: либо у него действительно была какая-то причина вести себя глупо, либо он на самом деле не совершал героических поступков, о которых заявлял. Возможно, он выступал в качестве гламурного общественного прикрытия для менее фотогеничного героя? Как бы то ни было, после завершения встречи Ирука подошел к этому человеку. — Профессор Локхарт, могу я поговорить с вами минутку? — Ах, да, профессор Умино, не так ли? Захватывающе видеть, как в Хогвартсе преподают такую ранее неизвестную отрасль магии, да еще и из таинственной далекой страны! Конечно, я видел нечто подобное, используемое шаманами Малайзии... — Я должен буду разобраться с этим, — прервал Ирука то, что, вероятно, было бы еще одной многословной историей, прежде чем он смог бы разогнаться, — но о чем мне действительно нужно поговорить с вами, так это о Гарри Поттере. — Слишком застенчивы, чтобы самому попросить у него автограф, а? Не бойтесь, я поговорю с ним, как только начнется семестр, и что-нибудь придумаю для вас! Я уверен, что мы с юным Гарри будем проводить много времени вместе. В конце концов, парню нужен наставник, когда дело доходит до правильного управления славой и общественным имиджем. — Боюсь, все несколько наоборот, профессор. Недавно я разговаривал с Гарри, и он был не очень доволен тем, что его привлекли к этой фото-сессии во Флориш и Блоттс. В то время как вы можете наслаждаться своей славой, Гарри — очень скрытный молодой человек и предпочитает избегать внимания, особенно учитывая тот факт, что люди, похоже, забывают, что событие, которое сделало его знаменитым, также стоило ему обоих родителей. Выражение лица Локхарта, вероятно, должно было выглядеть мудрым и торжественным, но это было больше похоже на то, что у него запор. — Да, такая трагедия, многообещающая молодая пара погибла в расцвете сил. Воистину, слава дается ужасной ценой. Неужели он только что сравнил свою собственную работу с потерей Гарри? Это... это, должно быть, самая бесчувственная попытка проявить сочувствие, которую Ирука когда-либо слышал. — Да, хорошо... В любом случае, я бы просто попросил вас уважать желания Гарри и его частную жизнь. Пожалуйста, просто относитесь к нему, как к любому другому ученику, не выделяйте его и не привлекайте к нему внимания, если только это не связано с тем, что он делает здесь, в школе. — Конечно, конечно, — ответил учитель защиты, — в конце концов, нам всем нужно время, чтобы просто расслабиться и побыть самими собой, особенно в таком нежном юном возрасте. Почему-то Ирука не думал, что это будет так просто. Пытаясь выполнить свою часть сделки с Амелией Боунс, Ирука начал вести в ДМП курсы по оказанию первой помощи и неотложной полевой медицине. Это были большие классы, в которых участвовали все стажеры департамента и любой персонал, в настоящее время не занятый на заданиях. Даже Боунс и главный аврор Скримджер участвовали. Обоснование было таково: любому из них это может понадобиться в какой-то момент, поэтому все должны научиться этому. Было организовано дополнительное занятие для тех сотрудников, которые не смогли присутствовать на основном занятии. Присутствовали также несколько целителей и стажеров-целителей из Святого Мунго. Первое занятие вышло немного неловким, так как несколько «учеников» пренебрежительно посмеялись над «бесполезным маггловским целительством». Большинство сомневающихся поменяли мнение после того, как Аластор Грюм пришел на второй урок и ругал их добрых десять минут подряд, сопровождая это подробными историями о нескольких своих шрамах и о том, как он мог извлечь выгоду из этих приемов, а также напоминаниями о нескольких друзьях, товарищах и невинных жертвах, которых он потерял за его карьеру, которых можно было бы спасти. Излишне говорить, что все, кроме самых закоренелых фанатиков, заткнулись и начали всерьез пытаться учиться. Судя по взглядам, которые Боунс и Скримджер бросали на оставшихся несогласных, их перспективы на повышение, вероятно, немного упали. Также казалось, что многие из их коллег думали, что они предпочли бы избежать сотрудничества с фанатиками. В конце концов, в опасной профессии каждый надеется, что его напарник сделает все возможное, чтобы помочь, если он ранен. Ирука также провел некоторое время с интендантом ДМП, обсуждая типы и количество материалов для полевых аптечек первой помощи. Обычные наборы могли бы сработать, но многие из припасов, которые они содержали, были довольно излишни для магии. Зачем беспокоиться о нанесении антисептического крема и лейкопластыря на небольшую царапину, когда можно сделать все быстрее и эффективнее? Кроме того, ограниченному бюджету департаментаа будет нанесет меньший ущерб при покупке вещей оптом, а не более дорогих готовых наборов, а сами наборы можно было бы дополнить расширяющими и облегчающими чарами, чтобы было легко носить с собой достаточное количество припасов даже во время длительного пешего патрулирования. Занятия продолжались до конца осеннего семестра, что было запланировано в связи с работой Ируки в Хогвартсе, но и он, и руководители ДМП говорили о новом курсе занятий в следующем году, чтобы обучить новых сотрудников и новых учеников и освежать знания всех остальных.