The Necromancer

Гарри, 4 года Джинн затащил Гарри в совершенно новый мир. Гарри приземлился в темной комнате посреди замысловатого узора, нарисованного на сером каменном полу. Высокий мужчина в белом платье и со множеством золотых украшений говорил на непонятном Гарри языке. Другой мужчина в более коротком платье и только с кожаным ошейником с драгоценностями на шее вытащил Гарри из круга. Гарри вздрогнул от боли, пронзившей руку. Женщина, тоже в ошейнике, что-то сказала, а затем взяла на себя руководство и осторожно повела Гарри из темной комнаты вверх по нескольким каменным ступеням в светлый коридор с открытыми окнами, из которого был виден большой двор, полный детей всех возрастов, занимающихся какими-то упражнениями. Женщина жестом указала Гарри на большую комнату, в которой было несколько кроватей, шкафов и инструментов, которые Гарри не узнал. Она уложила Гарри на кровать и начала его раздевать. Гарри позволил этому случиться, совершенно ошеломленный тем, что он больше не в чулане под лестницей, и что, судя по всему, он попал в какую-то больницу или может школу. Что бы это ни было, Гарри всем сердцем надеялся, что сможет остаться здесь. Женщина указала на свою грудь и сказала: — Генька. Гарри уловил идею, повторил жест и сказал: — Гарри. Генька улыбнулась ему, а потом не торопясь обмывала его мыльной водой, заставляя Гарри глотать много странных маленьких напитков. В комнату вошел высокий мужчина держа в руках большой посох со всякими безделушками, свисающими с него. Мужчина провел посохом рядом с больной рукой Гарри, и боль тут же исчезла. Гарри с восторгом посмотрел, благодарно улыбнулся и совсем не возражал, когда мужчина с длинными темными волосами, загорелым лицом и белыми зубами застегнул кожаный ошейник вокруг горла Гарри. После того, как Гарри стал чистым и избавился от боли, ему дали белое платье до колен с поясом, который можно завязать вокруг талии. Ему также вручили пару кожаных сандалий, которые Генка помогла ему надеть, потому что много кожаных ремней, которые охватывали его икры. А потом Гарри, чистый, впервые в жизни одетый в новую одежду и удобную обувь, улыбнулся Геньке и мужчине. Генька кивнула ему и жестом велела следовать за мужчиной, что Гарри и сделал. Мужчина шел широкими шагами, и Гарри приходилось бежать, чтобы не отставать, но он не возражал, так как был переполнен счастьем от того, что наконец-то оказался далеко от Дурслей. Мужчина провел Гарри в комнату, похожую на кабинет. Стены и пол были белыми и сделаны из камня, а вся мебель была сделана из темного дерева с красным блеском. Гарри восхищался большим письменным столом и многочисленными шкафчиками, одни из которых были заполнены книгами и свитками бумаги, другие — странными металлическими или стеклянными безделушками. Мужчина несколько раз провел своим посохом над головой Гарри, бормоча какие-то слова, и, должно быть, ему понравилось то, что он увидел, потому что на его лице появилась яркая улыбка. Он бросился к одному из шкафов, взял с полки небольшой стеклянный шар и протянул его Гарри. Не зная, что делать, Гарри просто взял шар обеими руками, и медленно, но верно шар начал светиться все ярче, пока свет не начал резать глаза Гарри, и он зажмурился. Мужчина вскрикнул от радости, быстро выдернул шар из рук Гарри, а затем присел перед ним на корточки, что-то очень быстро говоря, и взял Гарри за щеки парой теплых ладоней. Гарри понятия не имел, что говорит мужчина, но он казался достаточно счастливым с Гарри, и это все, что имело значение. После этого все произошло очень быстро. Гарри провели в комнату с шестью кроватями поменьше и одной побольше. Там находились еще дети: одна маленькая девочка с оливковой кожей, смотревшая только в пол и совершенно немая, пара темноволосых девочек, которые держались вместе и игнорировали всех остальных, девочка со светлыми волосами и веснушками, которая смотрела на Гарри большими глазами полными надежды и мальчик, приветствовавший Гарри на прекрасном английском. — Подожди, ты меня понимаешь? — удивленно спросил Гарри. — Ага. Меня зовут Рой, я из Сингапура, — сказал мальчик, широко улыбаясь. — Я Гарри, и я из Англии, — сказал Гарри с такой же широкой улыбкой, и с этого момента они с Роем стали неразлучны. Маленькая белокурая девочка обычно следовала за ними, и вскоре Гарри узнал, что ее зовут Ринделл, и именно так впервые в жизни у Гарри появились друзья. Гарри оказался прав в том, что место, в котором он оказался, является школой, а первым уроком, который он и его друзья посетили, оказалось изучение местного языка, известного как сантирин, являющегося основным языком, на котором говорили в Сантике, мире, в котором они теперь живут. Сначала их учительница просто показывала им множество рисунков предметов и называла их сантиринскими словами. Дети повторяли это слово много раз, а затем учились писать его мелом на куске грифельной доски. Да, Гарри уже учился писать, и он не мог быть более взволнован. Достаточно скоро они освоили язык и смогли общаться простыми предложениями, и им дали более разнообразные предметы для изучения, такие как изучение чисел и изучение рун, являвшихся забавными маленькими символами и имеющими всевозможные странные значения. Они также узнали обо всех видах растений и на что они способны, и обо всех животных, которые жили вокруг них. Школа оказалась удивительным местом. В столовой их кормили трехразовым горячим питанием. Утром и днем ​​они получали теплую кашу из бок-чоя, крахмальносодержащего овоща, обильно растущего в обширных густых лесах, окружавших город. По утрам кашу обычно смешивали с различными видами сушеных или свежих фруктов и орехов, а днем ​​ее готовили из костного бульона и таких продуктов, как грибы, овощи и несколько раз в неделю немного мяса. По вечерам у них обычно были шарики из бок-чоя, приготовленные на пару или жареные, подаваемые в соусе, который часто был довольно острым, но Гарри очень скоро полюбил его. Вместе с ними подавали много видов овощей, сырых и вареных, а пару раз в неделю давали мясо, обычно тоже немного острое. И раз в неделю у них был вечер пинты. Пинта представляла собой обжаренные во фритюре блины, приготовленные из бок-чоя, свёрнутые в трубочки и наполненные сладкой и пряной смесью мяса и овощей, и они были любимой едой почти каждого. Никто не опаздывал к ужину в вечер пинты, и Гарри вскоре понял, что худшее наказание, которое может вынести мастер Карлос, — это лишить вас пинты, но вместо этого подать вам тарелку водянистой овсянки, пока все остальные будут наслаждаться едой. Гарри быстро усвоил этот урок, когда в первый раз не закончил работу по дому вовремя, потому что отвлёкся на игру в источниках. Гарри никогда в жизни не ел такой вкусной еды, не говоря уже о таких регулярных приемах пищи, и каждый раз, садясь за стол, он испытывал непреодолимое чувство благодарности к джину, который привел его сюда. Школа, которой руководил мастер Каракас, человек, которого Гарри встретил в день своего приезда, располагалась на вершине города, построенного в долине с протекающей через нее рекой, в окружении гор и густых лесов. Почти каждый день к концу дня образовывались сильные грозы, и в течение нескольких часов лил дождь. Город назывался Мисти-Спрингс, потому что из-за этой воды по всей долине текли многочисленные источники, в том числе несколько за их школой. И каждый день, после того как они завершали свою работу, в качестве поощрения им позволяли купаться в источниках, чтобы оставаться чистыми. Погода всегда была теплая и влажная, поэтому было приятно каждый день играть в проточной воде. Они даже научились правильно плавать. Несколько учителей нашли время, чтобы научить их плавать в неглубоких бассейнах, образовавшихся естественным образом над источниками. Гарри пока не разрешалось покидать школьную территорию, но ему любопытно узнать о городе под ними. Валдис заверила его, что вскоре ему разрешат сопровождать ее по поручениям, и Гарри с нетерпением ждал этого. Нельзя сказать, что в школе мало места, потому что оно есть. Школа состоит из нескольких двухэтажных зданий из белого камня с красной черепичной крышей. Также есть несколько дворов, окруженных множеством деревьев, которые цвели и плодоносили. Есть места, куда их не пускали, например, подвал или приемные рядом со входом, но в остальном, когда уроки сделаны, они могли исследовать школу в свое удовольствие. От них ожидалось, что они будут выполнять работу по дому, например, стирать свою одежду и содержать свою общую комнату в чистоте, а иногда им приходилось мыть полы или помогать на кухне с мытьем посуды. В каждой спальне в их крыле есть несколько младших детей и один старший ученик, которому поручено присматривать за ними. Назначенной старшей ученицей Гарри оказалась Валдис, девушка с такой темной кожей, что она казалась почти черной, и вьющимися волосами, которые она предпочитала заплетать в замысловатые прически. Обычно Валдис была с ними добра и терпелива, но иногда она пропадала на день или два, а когда возвращалась, обычно была немного раздражительной и чаще всего срывалась на них, но они быстро научились оставлять её в покое в эти дни. Гарри был более чем счастлив иметь старшую сестру, которая отвечала на его вопросы и помогала ему завязывать шнурки, что в основном он мог делать сам, но иногда шнурки завязывались до такой степени, что Гарри не мог их размотать, и Валдис приходилось помогать ему. Как только все они бегло заговорили на сантиринском, Ринделл, маленькая светловолосая девочка, чья кровать стояла рядом с кроватью Гарри, стала хорошим другом Роя и Гарри. Она была немного осторожна с незнакомцами, но, казалось, полностью доверяла Гарри и Рою и всегда оставалась на их стороне. Они узнали, что она из страны под названием Фолснар, о которой ни Рой, ни Гарри никогда не слышали, но опять же, ни один из них не изучал географию Земли до того, как оказались в Сантике. Позже Гарри назовет себя довольно тупым из-за того, что не заметил этого раньше, но весь его переход в Сантику был настолько ошеломляющим, что он просто не сразу это понял. Школа Мастера Каракаса является школой магии. Все, что Мастер Каракас может делать со своим посохом, является магией. Старшие ученики тоже все время колдовали, помогая им с уборкой, готовкой, штопкой одежды и поиском книг в библиотеке. Младших детей пока не пускают в библиотеку, потому что книги — редкие и дорогие, но Гарри удалось украдкой заглянуть внутрь через открытую дверь, и он не мог дождаться, когда станет достаточно взрослым, чтобы прочитать все эти заманчивые книги. «Что еще выдавало игру», — подумал Гарри. — «Так это то, что не все ученики, посещающие их школу, обязательно являются людьми». Они, конечно, являются гуманоидами, но была одна девочка с зеленой кожей и маленькими рожками, растущими на голове, и один мальчик, у которого на голове, где обычно росли волосы, росли разноцветные перья. Другой мальчик был намного сильнее, чем он мог быть для своего возраста и размера, и была одна девочка с блестящими серебристыми волосами, которая обладала таким исключительным диапазоном гибкости, что могла сложить себя в маленький пакетик, согнув ноги к спине, а голова торчит из-под ног. — Не могу дождаться того момента, когда смогу заняться настоящей магией, — вздохнул Гарри, когда он, Рой и Ринделл сидели в одном из небольших бассейнов над источниками за школой. — Что ты собираешься с ним делать? — спросила Риндилл, ее кудрявые светлые волосы прилипли к лицу. — Все, — сказал Гарри, широко взмахнув рукой, как бы указывая на весь мир вокруг себя. — А ты? Ринделл пожал плечами, глядя на воду. — Не знаю. Удостоверюсь, что никто больше не причинит мне боль. — О, это хорошо, — согласился Рой. Они никогда не говорили об этом подробно, но Гарри понял из разговоров, что и Рой, и Ринделл жили с людьми, очень похожими на Дурслей. Вероятно, именно поэтому они оказались в школе Мастера Каракас, которая, как был уверен Гарри, являлась особым местом для детей, которые в прошлом пострадали от взрослых.

***

Гарри, 5 лет — Пойдем, дитя, — сказал Мастер Каракас, показывая Гарри свой кабинет. Он плотно закрыл за ними дверь, и Гарри подумал, нет ли у него проблем. Обычно Мастер Каракас сразу громко сообщает, если сделано что-то не так. Сам Гарри был наказан несколько раз за последний год. Иногда он отвлекался и не заканчивал свою работу, а однажды он уронил контейнер, наполненный кристаллами, разбив пару, когда ему поручили помочь убрать один из классов. В этот раз мастер Каракас использовал переключатель на руках Гарри, и, хотя это было очень больно, Гарри все же предпочитал, чтобы его били по рукам, а не заставляли пропускать вечер пинты. Никто в здравом уме не хотел пропустить вечер пинты. Но Мастер Каракас опустился на стул с широкой улыбкой, в то время как Гарри стоял перед ним и, казалось, совсем не злился на Гарри, так что Гарри расслабился и подождал, пока Мастер Каракас заговорит. — Гарри, я уже говорил тебе, какой ты особенный, верно? Гарри согласно кивнул. У мастера Каракаса была привычка время от времени говорить это Гарри ни с того ни с сего. Мастер Каракас вытащил из кармана золотое ожерелье с прикрепленным к нему золотым амулетом. — Ну, дитя, сегодня начинается твои частные тренировки, чтобы отточить свои особые навыки. — Хорошо, — согласился Гарри. Ему нравилось учиться в школе, и он предполагал, что это будет просто еще одна тема, которую нужно добавить в список. — Вот, надень ожерелье и возьми амулет в руки. Мастер Каракас обвил ожерелье вокруг головы Гарри, и Гарри послушно взялся за амулет, который в его руках оказался странно холодным. Это также вызвало дрожь по его рукам, заставив крошечные волоски встать дыбом. — Нам нужна всего лишь капля твоей крови. Мастер Каракас уколол большой палец Гарри острой маленькой иглой и прижал палец к золоту, так что кровь Гарри покрыла некоторые закрученные узоры на нем. — Все сделано и готово к использованию, — Мастер Каракас ободряюще улыбнулся Гарри. — А теперь я хочу, чтобы ты подумал о своей матери. — Я ее не помню, — сказал Гарри, с сомнением глядя на своего учителя. — Тебе не обязательно ее помнить, — быстро заверил его мастер Каракас. — Вызов душ работает лучше всего, если у тебя есть изображение умершего или предмет, который когда-то принадлежал им, или, по крайней мере, ты знаешь их полное имя. В твоем случае половина тебя происходит от твоей матери, Гарри, так что у тебя не будет проблем с её вызовом, пока ты концентрируешься. Гарри кивнул, хотя и не совсем понимал, о чем говорит Мастер Каракас. Он крепко сжал амулет и закрыл глаза, сосредотачиваясь изо всех сил на своей матери, или, вернее, на ее внутреннем образе, который у него всегда был. Гарри не знал, как она выглядит, но это не имело большого значения, потому что каким-то образом Гарри знал, как она ощущается. Когда он заглянул глубоко, глубоко внутрь себя, Гарри был уверен, что может вспомнить свою маму и то, как она держала его и пела ему песни, пока убаюкивала его. — Гарри, — прошептал голос, неизвестный и одновременно самый знакомый из всех, что он когда-либо слышал. Открыв глаза, Гарри увидел серебристую, мерцающую женщину, плывущую перед ним. Она была так красива и улыбалась ему, как будто была самым удивительным существом, которое она когда-либо видела. — Мам, — выдохнул Гарри и тут же расплакался, не в силах остановить внезапный поток эмоций, вырвавшийся из него в спешке. — Мамочка. — Я здесь, Гарри, я всегда здесь, — заверила его мама, пригнувшись, все еще паря над полом. Она улыбнулась ему, и Гарри улыбнулся в ответ сквозь слезы, и она снова исчезла, не осталось ничего, что хотя бы намекало на то, что она вообще когда-либо была здесь. — Молодец, дитя, — едва ли не ликовал Мастер Каракас, наклоняясь вперёд в своем кресле и кладя обе руки на щеки Гарри. Он прижался к губам Гарри долгим поцелуем и посмотрел на него пристальными карими глазами. — Ты, дитя мое, мой маленький бриллиант. Все остальные дети здесь сделаны из золота, а некоторые, возможно, даже из рубина или изумруда. Но ты, Гарри, бриллиант, понимаешь? Гарри натянуто кивнул, едва расслышав слова учителя, все еще чувствуя себя разбитым горем из-за того, что мама снова оставила его так рано. — Этот амулет теперь твой, Гарри. Я хочу, чтобы ты потренировался вызывать свою мать несколько раз в день. Чем больше ты будешь практиковаться, тем дольше она сможет оставаться с тобой. Все лицо Гарри осветилось, когда он уставился на Мастера Каракас широко раскрытыми недоверчивыми глазами. — Я могу разговаривать с ней каждый день? А мой папа? Мастер Каракас кивнул, поглаживая Гарри по голове. — Конечно, и твой отец. Но Гарри… только твои мать и отец, больше никого, понимаешь? Если я узнаю, что ты призвал кого-то ещё, я снова заберу амулет. Быстро кивнув, Гарри поклялся себе, что будет слушаться Мастера Каракаса в этом, потому что не хочет потерять амулет, который позволит ему разговаривать с родителями так часто, как он захочет. Той ночью, за полчаса до комендантского часа, Гарри сел на пол в пустом классе и крепко сжал амулет между пальцами. На этот раз он как можно лучше думал и о матери, и об отце, и через несколько минут напряженного ожидания появились две мерцающие фигуры. «Его отец немного похож на него», — подумал Гарри, улыбаясь мужчине. Его родители успели только улыбнуться ему в ответ, прежде чем снова исчезнуть, но Гарри не чувствовал горя от внезапной потери, потому что знал, что с этого момента он может вызывать их так часто, как захочет. Что касается Гарри, то он больше не был сиротой. К нему вернулись его родители, и все из-за удивительного Мастера Карлоса.

***

Гарри, 6 лет Гарри приложил все усилия, чтобы попрактиковаться в вызове родителей. Сначала они могли появиться лишь на несколько секунд, но, как и обещал Мастер Каракас, чем больше их вызывал Гарри, тем дольше им удавалось оставаться. В конце концов Гарри смог поговорить с ними наедине, и хотя они были удивлены, увидев, что он живет в волшебной школе в неизвестном мире, они с облегчением узнали, что Гарри цел, здоров и счастлив. В свою очередь, они рассказали Гарри о том, что произошло до их смерти, как плохой человек, который хотел сделать плохие вещи для всех, пришел, чтобы убить их. Очевидно, ему не удалось убить Гарри, как он хотел, но ни его мама, ни папа не знали, что произошло после того, как они оба погибли. Мертвые не могут видеть, что происходит с живыми, если только кто-нибудь не призовет их, как сейчас делал Гарри. Гарри очень неохотно рассказал им о жизни с Дурслями и о том, как сильно он ее ненавидит, и его мама казалась очень расстроенной этим, потому что, как объяснял его отец, пока мама бормотала ругательства за ругательствами, они позаботились о том, чтобы хорошие люди были готовы принять Гарри, если они умрут, но по какой-то причине этого, очевидно, не произошло, но никто из них не знал почему. Вскоре Гарри узнал, что существует разное количество энергии, которую он может использовать, чтобы вызвать своих родителей, например, используя водопроводный кран. Когда он только чуть-чуть открыл кран и использовал небольшую мощность, только он мог видеть своих родителей, а они оставались невидимыми для всех остальных. Но если бы он использовал много силы, он мог бы сделать их видимыми и для других. Гарри с большим удовольствием представил Роя и Риндилл своим родителям, которые, в свою очередь, казались довольными тем, что у Гарри появились такие замечательные друзья. Гарри вскоре начал пользоваться возможностью позвать своих родителей, пока другие не станут мудрее. Каждую ночь, свернувшись калачиком на своей койке, Гарри звал своих маму и папу, и они садились с ним на его кровать, пока Гарри засыпал, слушая истории о волшебном замке Хогвартс, о олене, собаке и волке, у которых были всевозможные захватывающие приключения там, в то время как крыса и летучая мышь пытались усложнить им жизнь. Вскоре после этого Ринделл спросила Гарри, когда они остались наедине прямо перед сном, может ли он позвать для нее ее маму, поскольку Ринделл тоже никогда не встречал ее, но Гарри пришлось отказать ей, потому что он пообещал мастеру Карлосу, что не станет этого делать. Ринделл уставилась в пол, от печали ее плечи поникли, и Гарри предложил ей спросить мастера Каракаса, может ли Гарри вызвать для нее ее мать, и Ринделл оживилась и сказала, что поговорит. Но прежде чем ей это удалось, Ринделл исчезла на день. Гарри и Рой весь день бегали по школе в поисках ее, пока Валдис не сказала им, что Ринделл просто отправили с поручением к Мастеру Каракасу и что она скоро вернётся, вероятно, на следующий день. Это немного успокоило двух мальчиков, но Гарри все ещё беспокоился за своего друга. Ринделл действительно вернулась на следующий день, но затем ей пришлось провести целый день в больнице по неизвестным причинам, а Гарри и Рой не смогли заставить Валдис объяснить, что произошло. Когда Ринделл наконец вернулась в их спальню, она была бледной и покрытой синяками, и в тот момент, когда она увидела Валдис, она расплакалась. Валдис крепко обняла Ринделл, ее собственные глаза сияли, когда она прижалась лицом к кудрям Ринделл. Гарри больше не мог этого выносить, все его тело напряглось от беспокойства. — Но что случилось? — спросил он, стоя перед плачущими девушками. — Не сейчас, Гарри, — почти прорычала Валдис, прежде чем вытолкнуть его из комнаты сильным толчком магии, а дверь захлопнулась у него перед носом. Ринделл отказывалась говорить об этом, и довольно скоро Гарри и Рой решили оставить это дело, потому что каждый раз, когда они поднимали этот вопрос, Ринделл убегала, и они не видели ее больше полдня или около того. С тех пор каждые три-четыре недели Ринделл пропадала на два дня, всегда возвращалась бледной и в синяках и какое-то время нуждалась во множестве объятий Валдис. Через несколько месяцев Рой исчез, и Гарри не знал, что с собой делать. Он знал, что с детьми, которых не видели день или два, происходило что-то плохое. После того, как это начало происходить с Ринделл, Гарри стал уделять немного больше внимания приходам и уходам других детей и начал замечать, что большинство из них действительно регулярно ненадолго исчезали. Некоторые даже не вернулись. Лидия, очень застенчивая девушка, назначенная в их спальню, которая толком ни с кем не разговаривала, даже когда Гарри и Рой, а позже и Риндилл попытались связаться с ней, однажды ушла. Гарри слышал, как мастер Каракас сказал одному из учителей, что жаль, что не все дети созданы для настоящей работы, и Гарри просто предположил, что это означает, что Лидию отправили домой. Ему было жаль ее за то, что она не смогла остаться в их удивительной школе, но потом он выкинул ее из головы, слишком занятый, чтобы приспособиться к своей новой жизни. Но теперь Гарри подумал, не связано ли исчезновение Лидии с тем, что происходит с Ринделл, Роем и всеми остальными детьми, посланными «с поручениями». Когда Рой вернулся, ему тоже пришлось провести день в больнице, а Генке не раз приходилось отсылать Гарри, даже угрожая исключить его из следующего вечера пинты, прежде чем Гарри, наконец, выслушает и оставит ее владения в покое. Рой тоже выглядел бледным и грустным, когда его наконец выписали из больницы. Гарри вопросительно посмотрел на него, пока они сидели рядом на одной из каменных скамеек в главном дворе. — Так что же случилось? Рой пожал плечами, не встречаясь взглядом с Гарри, крепко скрестив руки на груди. — Они причинили мне боль. — Кто они? — спросил Гарри, гнев бушевал внутри него, как маленький дикий зверь. — Просто несколько мужчин, — это было последнее, что Рой сказал об этом, сколько бы Гарри ни пытался заставить его заговорить. С этого момента Рой также стал регулярно выполнять «поручения» мастера Карлоса, которые длились более суток. В конце концов, Гарри спросил об этом своих родителей, когда сам не мог понять, что происходит с двумя его лучшими друзьями. — Возможно, им дают частные уроки, — предположила его мама. — Ты тоже их получаешь, не так ли? А уроки магии могут привести к травмам, если не быть осторожным. И это правда. Мастер Каракас по-прежнему дважды в неделю давал Гарри частные уроки. Обычно Гарри должен был демонстрировать свои навыки призыва, в то время как Мастер Каракас давал ему указания и рассказывал больше о вызове душ, а иногда Мастер Каракас заставлял Гарри учить руны, которые отличались от тех, которые они все изучали на обычных занятиях. И когда Гарри спросил мастера Карлоса, зачем ему учить ещё больше рун, если они вообще их не используют, мастер Карлос объяснил, что изучение рун немного похоже на изучение иностранного языка. Возможно, не сразу получится использовать этот язык в повседневной жизни, но как только изучите его, то сможете использовать его с пользой на всю оставшуюся жизнь. Его отец задумчиво нахмурился, пока размышлял о ситуации с пропавшими детьми. — Гарри, ты можешь отослать нас от себя? Мы всегда остаемся с тобой, но можешь ли ты дать мне задание, которое позволит мне проводить время в этом мире, не оставаясь рядом с тобой? Глаза Гарри расширились. — Мы можем попробовать. Папа, я хочу, чтобы ты отправился в больницу и посмотрел, что там с Генкой. У его отца на мерцающем лице появилась улыбка, и он уплыл прочь от Гарри и его мамы. Он вернулся через несколько минут и смог рассказать им, чем именно занималась Генка, а именно мыла судно. Не самая захватывающая новость в мире, но теперь им известно, что Гарри может использовать своих родителей для сбора информации невидимым. Потому что пока Гарри регулировал свои силы во время вызова, никто другой не мог видеть его маму и папу. — В следующий раз, когда один из твоих друзей исчезнет, позови меня и скажи, чтобы я пошел с ним, — предложил его отец, и когда несколько недель спустя Рой снова пропал без вести, Гарри так и сделал. Его отец вернулся быстрее, чем Гарри думал, и его лицо скривилось от напряжения. Его мама, продолжавшаяи болтать с Гарри в пустом классе, который они использовали, тоже забеспокоилась, когда отец несколько долгих мгновений молчал. — Не спрашивай, — рявкнул его отец, когда Гарри открыл рот именно для этого. — Просто знай, что в этом мире есть люди, которые причиняют боль твоим друзьям. Очень плохие люди. Гарри громко сглотнул. — Итак, что нам теперь делать? — В данный момент мы ничего не можем сделать, — сказал его отец, сурово взглянув на Гарри, когда тот приготовился протестовать. Он не хотел, чтобы кто-то причинил вред его друзьям. — Ты ребенок, Гарри. Прямо сейчас вы ничего не можете сделать, чтобы остановить это, но когда вы станете старше, это может измениться. — Просто будь рядом со своими друзьями, милый, — предложила его мама, ободряюще улыбнувшись Гарри. — Если они ранены, им понадобится кто-то, с кем они смогут чувствовать себя в безопасности. И это то, что Гарри сделал с тех пор. Всякий раз, когда Ринделл и Рой возвращались бледные и в синяках, Гарри тихонько сидел с ними, отвлекал их играми, таскал угощения с кухни и читал им истории из книг, которые Валдис давала ему на время, пока обещал быть с ними осторожным. Гарри все еще хотел сделать больше, но даже он осознавал, что еще очень молод и еще не может творить много магии, а значит, у него нет шансов против взрослых воинов, оккупировавших город под ними. Потому что это то, чему Гарри научился со временем. Что город, носивший очень приятное название Мисти-Спрингс, жалкое скопище мерзости и зла. Городом и его окрестностями правит военачальник по имени Брэм Рэд, и любой, кто пытался выступить против него, погибал. Тем не менее, множество людей, некоторые одиночки и некоторые Полководцы, которые командовали целыми армиями, регулярно пытались захватить территорию Брэма Рэда, что привело к тому, что всевозможные наемники называли Мисти Спрингс своим домом, так как там много работы, доступной для тех, кто зарабатывал на жизнь, убивая других людей. И как только Гарри узнал все эти милые подробности о городе, в котором он жил, он вдруг очень обрадовался, что раньше им не разрешалось исследовать его самостоятельно. По настоянию родителей Гарри также начал ежедневно отправлять их исследовать окружающий мир. Они начали с самих школьных зданий, особенно тех частей, куда Гарри не пускали, таких как подвал и общественные приемные перед входом. — Гарри, милый, поверь, мы хотим для тебя самого лучшего, — сказала его мама, бросив на него почти умоляющий взгляд. — Мы поделимся тем, что, по нашему мнению, уместно услышать в твоем возрасте, хорошо? А в будущем, когда вы станете старше, мы расскажем тебе все, что обнаружим. — Да, хорошо, — ответил Гарри, разочарованный тем, что его родители не рассказывали ему каждую мелочь, которую они нашли. — Я могу сказать тебе, что Каракас копит небольшую гору золота в очень хорошо охраняемой комнате, — сказал его отец с широкой улыбкой. — Правда? Все лицо Гарри осветилось при мысли, что под их школой зарыто сокровище. После того, как его родители тщательно изучили школу, Гарри по их настоянию отправил их подальше. Родители Гарри, казалось, были полны решимости узнать все, что только можно, о мире, в котором теперь живет их единственный сын. Его отец обнаружил тропу контрабандистов, которая частично шла вдоль задней части школы и петляла вверх по склону горы и через джунгли на мили и мили, пока не закончилась на совершенно другой территории. Тропа использовалась не очень часто, но, по словам его отца, все еще находилась в приличном состоянии и могла быть использована, если им когда-нибудь понадобится быстро сбежать. Его родители убедили его никому не говорить, что он посылает их для сбора информации, даже Рою и Ринделл. Если выяснится, что Гарри фактически использовал своих мертвых родителей в качестве невидимых шпионов, потеря драгоценного амулета, вероятно, будет наименьшей из его проблем. Так что Гарри продолжал притворяться, что разговаривает с родителями о детских вещах, в то время как на самом деле они собирали больше информации обо всех и каждом, чем даже знали, что с ней делать.

***

Гарри 7 лет Гарри наконец разрешили сопровождать Валдис по поручению в город. Впервые в жизни Гарри прошел через железные ворота, которые не позволяли студентам выйти, а жителям Мисти-Спрингс — зайти снаружи, и он замер, глядя на город своими глазами. Его родители уже рассказали ему много интересных подробностей, но все же это был невероятно удивительный опыт — увидеть, услышать и понюхать все своими глазами. Их школа располагалась на полпути к вершине горы, и единственным зданием, которое было выше, был замок Брэма Рэда и окружающий комплекс, расположенный в половине города от них. Прямо под их школой располагается много белых каменных зданий, в основном жилых домов, а также магазинов и некоторых мастерских, занятых более состоятельными жителями города. Они ненадолго остановились на уступе, с которого открывался вид на большую часть города внизу. — Это Дерьмовый ручей, — сказала ему Валдис, указывая на нечто, похожее на трущобы возле самой нижней точки долины, прямо у реки, протекающей через город. Гарри видел сотни, если не тысячи маленьких хижин, построенных практически друг на друге, некоторые из которых были не более чем разрозненными досками, связанными вместе, образуя ветхую крышу, поддерживаемую несколькими кривыми шестами, вбитыми в грязь. Другие казались более крепкими, с массивными деревянными стенами, но ни в одном из них не особенно приятно жить. — Почему оно так называется? — спросил Гарри с широкой улыбкой. Только представьте: кто-то живёт в месте с названием «Дерьмовый ручей» — Потому что все наше дерьмо проходит прямо через них, прежде чем сбрасывается в реку, — усмехнулась Валдис. Одним из преимуществ Мисти-Спрингс было то, что вокруг города так много текущих источников. Благодаря системе труб и каналов проточная вода доступна почти везде на холме, в той части города, где располагалась их школа. У них даже есть смывные туалеты в виде каменных канав, по которым постоянно текла вода, а деревянные доски с дырками закрывали канавы, и люди могли сидеть на них, чтобы заниматься делами. Поначалу было немного непривычно иметь общие туалеты, когда люди сидели бок о бок, пока они ходили в номер 1 или 2, но Гарри довольно скоро к этому привык. Всегда есть огромные корзины с листьями, которыми можно было вытираться, и эти листья тоже бросали в дерьмовые потоки. Гарри задавался вопросом, видели ли люди в «Дерьмовом Ручье» много использованных листьев, плавающих в открытой канализации вокруг них. Они продолжили свой путь к пекарне. Приближался летний праздник в честь богини солнца Мар, и по этому случаю традиционно ели марсалы из пшеницы, свёрнутые в рулет и наполненные фруктовыми джемами. Поскольку пшеницу приходилось привозить с далёких равнин, она была довольно дорогой, поэтому они редко получали в школе хлеб или выпечку, вместо этого используя в качестве крахмалистого компонента своей еды бок-чои, растущие в лесу. Но иногда, на праздник, Карлос был готов потратить немного золота на своих учеников, и поэтому Валдис и Гарри послали заказать пирожных на всю школу. — Какая ты хорошенькая, — крикнул Валдису грубый мужчина. Он стоял в окружении других грубых мужчин возле таверны под рваным навесом, все держали в руках большие кружки. — Нет, приятель, ты не хочешь с ними связываться, — настойчиво сказал один из его спутников. — И почему бы нет? Этот тощий ребенок остановит меня? — спросил зверь с красным и потным лицом от влажного зноя. — Нет, но Лорд Труп будет недоволен и проклянет тебя. А если и не он, то сам Брэм размажет тебя по стенке. Имущество защищено, если ты не заплатил за него, дурак, — сказал другой парень, закатив глаза. Зверюга грубым жестом отмахнулся от них и вернулся к тому, чтобы проглотить то, что было в его кружке. Валдис ничего не сказала, хотя Гарри заметил ее напряженные плечи и прищуренные глаза, когда они проходили мимо мужчин. — Почему они назвали мастера лордом Трупом? — спросил Гарри, как только они прошли мимо таверны. Валдис фыркнула. — Потому что Каракас покупает трупы и использует их для магических экспериментов. Каракас ненавидит это имя. — Что? — Гарри чуть не споткнулся о небольшую ветку, которую, вероятно, кто-то потерял, когда таскал дрова. — Когда кому-то в городе нужно избавиться от трупа, но они не хотят его должным образом кремировать, они могут продать его Каракасу, — Валдис равнодушно пожала плечами. — Когда ты станешь старше, ты будешь использовать некоторые из них, чтобы практиковать свою магию. — Ах. Гарри не знает, что с этим делать, но вскоре его отвлекла стая визжащих обезьян, которые роились над крышами и через улицу перед ними. Они были размером с большую домашнюю кошку, с ярко-красными мордочками и длинными коричневыми хвостами, и Гарри почти каждый день видел их на деревьях вокруг школы, но сама школа защищена от них, потому что, очевидно, они являются маленькими воришками, которые хотят украсть еду прямо с твоей тарелки. Когда они свернули за угол, Гарри впервые хорошо разглядел панки. Это огромные вьючные животные, которых в основном использовали для перевозки тяжелых повозок вверх и вниз по горам. Они отдаленно напоминали быков, но у них четыре рога, много дряблой кожи вокруг головы и шеи и лошадиные копыта. Они были размером с крупную ломовую лошадь, и Гарри смотрел на них с трепетом, когда они проходили мимо пары, запряженной в большую тележку, нагруженную коробками. Вокруг тоже много обычных лошадей, но они использовались для верховой езды, а не для тяги телег. Они миновали несколько мужчин и несколько женщин верхом на лошадях, большинство из которых были одеты для битвы, с кожаными перчатками на голых руках и длинными мечами, свисающими с пояса или привязанными к спине. Пекарня оказалась интересным местом. Часть, открытая для публики, довольно маленькая, с деревянным прилавком и двумя полками за ним, на которых лежали буханки хлеба разных размеров. На прилавке стояло несколько подносов с разной выпечкой. Пока Валдис отдавала заказ для школы, Гарри прошаркал в сторону пекарни, чтобы заглянуть за угол магазина. Там он увидел несколько больших дровяных печей и груды дров. Вокруг стоял стойкий запах дыма. — Гарри, идем! Валдис уже снова вышла из магазина, и Гарри поспешил за ней, все ещё пораженный всем, что он видел вокруг себя. Мисти-Спрингс — жестокое место, но Гарри очень хотелось исследовать его ещё глубже. Ему не терпелось рассказать Рою и Ринделл обо всем, что он видел сегодня. Валдис повела их обратно в школу, как раз в тот момент, когда вдалеке начали формироваться грозовые тучи. Это снова произошло в это время дня, и они пошли немного быстрее, потому что ни один из них не взял с собой плащи, и они не хотели промокнуть под надвигающимся ливнем. У самых ворот школы, во дворе, стояла маленькая ручная тележка с большими деревянными колесами, все, что лежало на ней, было покрыто грязной льняной простыней. Мастер Каракас кричал на грузного мужчину, который держал в руках небольшой деревянный сундук, а поскольку они блокировали вход в здание, Валдис и Гарри отошли в сторону, чтобы спокойно подождать. — Ситуация выходит из-под контроля! Очередная инвестиция на ветер, потому что кто-то не смог себя контролировать! — мастер Каракас дико жестикулировал, его лицо покраснело от гнева. — Знаете, сколько времени нужно, чтобы подготовить моих учеников к рынку? Годы и годы. А пока они могут зарабатывать себе на жизнь, обслуживая тех, кто готов платить, но это не значит, что они — расходный материал! — Лорд Брэм знает об этом, и он шлет свои искренние извинения и эту щедрость в качестве компенсации за вашу потерю. Грузный мужчина казался совершенно скучающим, когда открыл маленький деревянный сундучок, показав, что он был наполнен золотыми монетами и множеством цветных драгоценных камней. — Лорд Брэм также хочет заверить вас, что он поговорит с Райланом, чтобы убедиться, что это больше не повторится. — Ему лучше, потому что это уже сотый из моих учеников, которого невозможно восстановить! Мастер Каракас едва не выдернул деревянный сундук из рук мужчины. Тем временем Гарри широко раскрытыми глазами перевел взгляд с Мастера Каракаса на тележку, поняв, что речь идет об ученике школы, который серьезно пострадал. Даже не понимая, что он делает, Гарри сделал шаг ближе к тележке. Под этим новым углом он мог разглядеть маленькую руку, торчащую из-под простыни. Гарри знал эту руку, знал ее много лет, потому что это рука его лучшего друга. Голова Гарри, казалось, была в оцепенении, когда он подходил все ближе и ближе к тележке, а Валдис отвлеклась на все еще споривших мужчин. Схватив угол простыни, Гарри поднял ее и встал на цыпочки, чтобы посмотреть на тело на телеге. Рой выглядел совершенно бледным и неподвижным, его глаза были широко открыты и остекленели. Его лицо было в крови, а по всей шее тянулась широкая полоса черных синяков. Гарри, должно быть, издал звук, но он не был уверен, потому что весь мир вокруг него перестал двигаться, а все, что осталось, это изувеченный труп его лучшего друга. — Девочка, убери Гарри подальше от этого, — рявкнул Мастер Каракас вдалеке, деревянный сундук звякнул в его руке. — И Брой, Мирен, отнесите тело вниз и положи его в резервуар. По крайней мере, мы сможем использовать его позже, так что это не полная потеря. Гарри почти ничего не видел и не слышал, когда Валдис схватила его за руку и потащил внутрь школы. Его лучший друг был мертв, убит кем-то по имени Райлан.

***

Гарри, 8 лет Прошло несколько месяцев с тех пор, как Гарри и Ринделл потеряли Роя, и с тех пор они держались вместе, как будто стали сиамскими близнецами. Ринделл сама пропадала раз или два после потери Роя, и все эти дни Гарри не мог ни есть, ни спать, страдая от беспокойства, что потеряет и оставшегося друга. Его родители изо всех сил старались утешить его, обмениваясь встревоженными взглядами друг с другом. Мать Гарри по собственной просьбе проводила много времени, шпионя за замком Брэма и его обитателями. Она рассказала Гарри кое-что из того, что там обнаружила, например, что Райлан, по-видимому, является заместителем Брэма и имеет очень плохую репутацию, но у Гарри возникло ощущение, что она ещё многое ему не рассказала. Между тем, его отец стал присматривать за мастером Каракасом и шпионить за каждым посетителем, которого он принимал в школе. И Гарри начал ходить на занятия, потому что на этом настаивали его родители, хотя он уже и близко не чувствовал такого энтузиазма, как когда-то. Мастер Каракас продолжил свои частные уроки, которые теперь включали в себя изучение того, как применять уникальные руны, которые Гарри изучал уже почти год. Ринделл стала довольно замкнутой, и Гарри захотелось сделать для нее больше. Он следил за тем, чтобы ей было комфортно и чтобы о ней хорошо заботились всякий раз, когда она возвращалась с «поручения», но она по-прежнему отказывалась говорить об этом, и Гарри не заставлял ее делать это. А потом, в один прекрасный день, когда Гарри только что вызвал своих маму и папу, чтобы отправить их на новые шпионские миссии, Валдис нашла его и сунула ему в руки поднос, полный маленьких мисочек с сухофруктами, орехами и другими деликатесами. — Пойдем со мной, — приказала ему Валдис, неся поднос со множеством маленьких стаканов и большой бутылкой боксалы — популярного алкогольного напитка, приготовленного из перебродивших бок-чоев и имевшего молочно-белый цвет. — Гарри, что бы ты ни делал, ты должен держать язык за зубами, понял? То, что ты сейчас увидишь, неприятно, но важно, чтобы ты это увидел. — Хорошо, — легко согласился Гарри, его любопытство возросло до предела при мысли узнать что-то новое и важное. Родители Гарри, невидимые для всех, кроме него самого, поплыли за ним, обменявшись несколькими напряженными взглядами. Гарри последовал за Валдис в переднюю часть школы, в секцию, обычно закрытую для учеников, и в большую приемную, где стоял стол с множеством удобных стульев. Мастер Каракас находился там, как и несколько других людей, сидящих вокруг стола. — А, вот и закуски, — сказал Мастер Каракас, одарив всех широкой улыбкой. Если он и удивился, увидев там Гарри, то не показал этого. Валдис и Гарри поставили свои подносы на стол, Валдис подала всем напитки, а Гарри раздал маленькие тарелки по столу, чтобы каждый мог есть то, что хочет. Когда они закончили, Валдис схватила Гарри за руку и подвела к пустому участку стены, где они тихо стояли, слуги, ожидающие следующего приказа. — Это Брэм Рэд, — прошептала ему мать Гарри, указывая на самого крупного мужчину в комнате. Брэм Рэд оказался огромным, с самыми толстыми руками, которые Гарри когда-либо видел. У него были длинные красновато-светлые волосы и растрепанная борода, а также такая светлая кожа, которая отказывалась загорать должным образом, поэтому он всегда выглядел слегка загорелым с множеством веснушек повсюду. — А это Райлан Бладстоун, — прошептала его мама, указывая на мужчину рядом с Брэмом. Райлан не был таким огромным, как Брэм, с другой стороны, мужчин было немного, но Райлан сам по себе был высоким и мускулистым. У него были короткие колючие волосы, которые, казалось, не могли решить, какого они цвета — каштановые или черные, а лицо было испорчено несколькими пересекающими его глубокими шрамами. Его глаза были серыми и проницательными, а на шее висел большой драгоценный камень в оправе из золота, точно цвета свежей крови. Его голые руки были покрыты множеством закрученных татуировок, и если бы Гарри не одолело горе, он мог бы узнать некоторые из этих узоров. У Гарри перехватило горло, когда он посмотрел на убийцу своего лучшего друга исподлобья, почтительно опустив голову и замер. — Гарри, сынок, ты должен сохранять спокойствие, — прошептал отец ему на ухо, когда тот присел рядом с ним. — Я клянусь тебе, что твоя мать и я сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь тебе выбраться отсюда и уничтожить Райлана, если ты этого хочешь, но сейчас ты должен сохранять спокойствие, понимаешь? Небольшая волна облегчения нахлынула на Гарри, зная, что его родители рядом с ним и помогут ему в будущем, чтобы убедиться, что Райлан получит то, что ему причитается, но сейчас Гарри понял, что он должен держать себя в руках, иначе все могло бы плохо кончится для него. Поэтому он глубоко и беззвучно вздохнул и приказал своему телу перестать дрожать от горя и ярости. — Всегда приятно посетить Дом Шаттелей, — сказал Брэм слишком громко. Первое производимое им впечатление — это веселый человек, получавший удовольствие от еды и питья, но что-то твердое и жесткое скрывалось не так глубоко в его бледно-зеленых глазах. Это не тот человек, которому хотелось бы перечить, каким бы добродушным он ни казался. — И мы всегда очень рады и гордимся тем, что вы у нас есть, лорд Брэм, — сказал мастер Каракас, поднимая тост за большого человека стаканом, полным боксалы. — А вот и наш почетный гость. Дверь открылась, и вошла Астрид, молодая женщина примерно того же возраста, что и Валдис. Она оглядела комнату с явным опасением, особенно когда заметила Райлана, но мастер Каракас махнул ей дальше. Гарри знал Астрид как подругу Валдис и как человека, который помогал ему выучить арифметику, когда у него были проблемы с ней. Она всегда была дружелюбна с младшими детьми, в отличие от некоторых других учеников, которые игнорировали или даже издевались над младшими. — Подойди, Астрид, дай лорду Брэму хорошенько на тебя взглянуть. Повернувшись к Брэму, мастер Каракас продолжил голосом, который вполне уместен для опытного продавца. — Она специализируется на лечении и защите, хотя она также очень талантлива в зельях и проклятиях. — Хорошо, хорошо, — сказал Брэм, раз или два глядя на Астрид. — Она подходит. На следующей неделе мы выступим против Уолта Молчаливого, и нам нужны все лекари, которых мы сможем найти. Обычная цена? Мастер Каракас вежливо кивнул и спокойно наблюдал, как один из мужчин за столом поднимает с земли небольшой сундучок. Гарри слышал, что он, вероятно, был наполнен монетами и драгоценными камнями, и был искренне потрясен, узнав, что мастер Карлос продал Астрид за кучу золота. — Благодарю вас, лорд Брэм. Как всегда, с вами приятно иметь дело, — ровно сказал Мастер Каракас, наполняя всем стаканы, пока бутылка боксалы не опустела. — Всегда пожалуйста, Лорд Труп, — сказал Брэм с раскатистым смехом, прежде чем допил свой напиток. — Этот мальчик… Сколько стоит день с ним? — спросил Райлан, указывая в сторону Гарри своим полным стаканом, прежде чем сделать глоток. — О, он не продается, — быстро сказал Мастер Каракас, лицо которого побледнело при мысли о том, что Райлан доберется до Гарри. — Он очень талантливый колдун, — продолжал он, снова обращаясь к Брэму. — Когда я закончу с ним, он, вероятно, станет самым сильным из тех, кого я когда-либо тренировал, и я уже зарезервировал его для вас, лорд Брэм. Будет обидно, если бы все эти усилия были потрачены впустую раньше времени. — Райлан, тебе не нужно трахать каждую узкую дырочку, которую ты найдёшь! — Брэм хлопнул Райана по спине, широко ухмыльнувшись. — Держи его в штанах для разнообразия, потому что твой член и так мне дорого обходится. Пойдем, нам пора. — Тогда остаётся только поправить ошейник. Мастер Каракас и Брэм встали и подошли к Астрид, которая выглядела очень бледной, с плотно сжатыми губами. Брэм достал небольшой нож и порезал себе большой палец, прижав его к самому большому камню на кожаном ошейнике Астрид, явно знакомому с каким-то ритуалом. Мастер Каракас держал свой посох в руке и прижимал острие к руке Брэма, произнося сложный набор слов, вероятно, своего рода заклинание. Прежде чем Гарри успел понять, что еще происходит, чья-то рука обхватила его лицо и подняла подбородок. — Какой ты хорошенький, — сказал Райлан с лукавой улыбкой, из-за которой было видно, что один из его передних зубов почернел и скололся. — Жаль, что ты личная маленькая шлюха лорда Трупа, но попомни мои слова, мальчик, я найду способ сделать тебя моим. Рядом с ним мать и отец Гарри издавали сдавленные возмущённые возгласы, но Гарри держался как можно тише, пока Райлан изучал его. Было что-то в Райлане, а не просто какие-то очевидные вещи, от чего у Гарри покалывало по коже, а желудок сворачивался самым неприятным образом. — Райлан, идем! — закричал Брэм, и Райлан отпустил лицо Гарри одним последним движением большого пальца по его губам. Гарри едва удалось сдержать сильную дрожь от этого прикосновения. Вскоре комната опустела, и Валдис выбежала за дверь, а Гарри поспешил за ней. — Что было… — Не здесь, — отрезала Валдис, направляясь к классным комнатам, которые в это время дня были пусты. Они вошли в первую свободную, которую нашли, и Валдис закрыла дверь сильнее, чем она, вероятно, собиралась. Гарри смотрел на нее широко раскрытыми глазами. — Каракас только что продал Астрид! Валдис скрестила руки на груди и ненадолго опустила голову, громко фыркнув. — Спасибо, что заметил, Гарри. — Но почему? — спросил Гарри, чувствуя себя искренне сбитым с толку и расстроенным из-за всего, что он только что увидел. — Зачем ему это делать? — Потому что мы рабы, придурок! — Валдис резко дернула себя за ошейник. — Мы здесь, чтобы обучаться и продаваться любому, кто готов заплатить нужное количество золота. Гарри несколько раз открыл и закрыл рот, но не издал ни звука. Он быстро покосился на родителей, но они оба выглядели довольно смиренно и нисколько не удивлены. Знали ли они все это время? Гарри не мог спросить их в тот момент, поэтому он снова сосредоточил свое внимание на Валдис, которая смотрел на него прищуренными карими глазами. — А Райлан… Он хотел купить меня на день, верно? — Изнасиловать тебя, — сказала Валдис без каких-либо эмоций в голосе. Гарри моргнул. — Хм? — Чтобы заняться с тобой сексом. Ты же знаешь, что такое секс, верно? Гарри кивнул. Обезьяны на деревьях вокруг школы вытворяли всевозможные забавные вещи, и некоторые из старших учеников с большим удовольствием рассказывали младшим, что происходит, так что у Гарри было хорошее представление о том, что Райлан может захотеть сделать с ним. — Изнасилование — это когда кто-то принуждает тебя к сексу против твоей воли, — объяснила Валдис, все еще очень холодно. - Ой, — Гарри задумался над этим и наконец понял, что на самом деле происходит вокруг него. — Вот что случилось с Роем! И с Ринделл! Он посмотрел на Валдис широко открытыми глазами. — И с тобой. Валдис кивнула, прежде чем щелкнуть пальцами по лбу Гарри. — Но не с тобой, потому что ты — драгоценный бриллиант хозяина. Гарри внезапно стало очень стыдно по причинам, которые он не мог сформулировать. — Мне жаль. Я не имел представления. — Как ты мог пропустить что-то из этого, серьезно, — Валдис снова потрогала ошейник. — Здесь все носят рабские ошейники, Гарри. Пожав плечами, Гарри уставился в пол. — Я думал, это просто часть униформы. — Ты действительно слепой маленький мальчик, — сказала Валдис все еще полным раздражения голосом, но затем она вздохнула и, казалось, немного расслабилась. — Но ты сильный маленький мальчик, поэтому я рассчитываю на то, что ты вытащишь нас всех отсюда. — Сейчас? — спросил Гарри, вспышка паники согревала его грудь. Валдис снова провела пальцами по его лбу. — Нет, не сейчас. Когда станешь старше, дурак. — Ах хорошо, — Гарри кивнул и глубоко вдохнул, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. — Да, я тоже хочу вытащить нас всех отсюда. Я сделаю все возможное, обещаю. — Хорошо. И, больше ничего не сказав, Валдис развернулась на каблуках и вышла из комнаты, дверь за ней захлопнулась. — Вы знали? — спросил Гарри, касаясь воротника на шее дрожащими пальцами, когда его родители подплыли ближе. — В конце концов мы поняли это, — сказала его мать с доброй улыбкой. — Тогда почему ты никогда ничего не говорил? Голос Гарри сорвался, горло наполнилось комом, он подошел к одной из скамеек и сел, сгорбившись. Почему-то ему казалось, что весь его мир рухнул. Смерть Роя уже вызвала немало трещин в мирном существовании Гарри, но теперь казалось, что все ушло, и Гарри больше не знал, как ему жить в окружающем мире. — Гарри, милый, тебе всего восемь лет. Его мама села рядом с ним, как могла, и обняла его за плечи. Такой контакт всегда казался немного холодным, но Гарри, тем не менее, дорожил им. — Мы ждали, пока ты станешь немного старше, — добавил его отец, когда он присел перед ним на корточки. — Мы собираем всю возможную информацию, чтобы, когда придет время, помочь тебе сбежать. Мама Гарри сглотнула и внимательно посмотрела на отца. — Я действительно думаю, что время пришло именно сейчас, Джеймс, особенно сейчас, когда Райлан проявил личный интерес к Гарри. — Да, наверное, лучше начать раньше, чем позже. — Что именно? — спросил Гарри, переводя взгляд с родителей, в то время как надежда расцветала в его груди. Может быть, его родители, наконец, расскажут ему все, и Гарри сможет подготовиться к худшему. — Мы собираемся помочь вам спланировать, как выбраться отсюда, — его мама подняла руку, когда Гарри выглядел готовым разразиться вопросами. — Мы еще не уверены, как ты этого добьешься, но мы полагаем, что чем больше планов мы составим, тем лучше. — Ага, — отец широко улыбнулся Гарри. — И первое, что тебе нужно сделать, Гарри, — это вызвать дополнительные войска. — Хм? — Гарри моргнул, глядя на отца в большом замешательстве. — Он имеет в виду, — со смешком объяснила его мать, — что ты должен собрать большую семью, чтобы помочь нам.