The Necromancer

Долгое время после того знаменательного дня Гарри не мог перестать чувствовать себя невероятно тупым из-за того, что раньше не замечал ужасных вещей, происходящих вокруг него. Его родители утешили его и сказали, что это не его вина, что он пропустил ужасы вокруг него, потому что он был еще ребенком. Что ж, что бы то ни было, завеса действительно была приподнята, и однажды увиденная реальность окружающего мира уже не могла быть невидимой. Теперь Гарри знал, что живет в мире, наполненном насилием и смертью, где дети являются товаром, который можно сдавать в аренду, торговать и продавать, а иногда и трахать до смерти. Большая часть прекрасного блеска, который скрывал опыт Гарри в Сантике, полностью исчезла, и мир, который остался позади, стал мрачным и неумолимым. Тем не менее, родители Гарри не позволили ему долго погрязнуть в страданиях, которые он внезапно испытал. — Мы поможем тебе выбраться отсюда, милый, — снова и снова говорила ему мама, а папа кивал с ободряющей улыбкой. — Ты не всегда будешь ребенком, и у тебя есть благосклонность Каракаса, так что ты собираешься использовать это в своих интересах. Родители Гарри настояли, чтобы он начал призывать членов большой семьи, потому что, как объяснили его родители, им нужно больше людей, которым они могли бы доверять и которые могли бы помочь им узнать мир и шпионить за всеми врагами Гарри, но сначала Гарри не был в этом уверен. — Каракас сказал мне, что я не могу никого призвать, иначе он заберет мой амулет. — Иногда приходится рисковать, Гарри, — твердо кивнул отец. — Никому не говори об этом, вот так просто. — И первое, что мы включим в список для исследования, это как сделать такой амулет самостоятельно, чтобы даже если ты его потеряешь, ты сможешь просто заменить его, — добавила мама Гарри, и Гарри подумал, что это хороший план, поэтому он согласился. Первым человеком, которого вызвал Гарри, был его дедушка по отцовской линии, мужчина по имени Флимонт Поттер. Гарри всего восемь лет, и, хотя к тому времени он действительно умел вызывать своих родителей, добавление третьей души в смесь было непростым делом. В первый раз, когда Флимонт Поттер появился рядом с его родителями, у него было время только для быстрого, взволнованного приветствия при встрече с внуком, прежде чем он снова исчез. И так процесс повторялся в течение следующих недель, месяцев и лет практики призыва все большего и большего числа членов семьи одновременно, пока Гарри не смог удерживать их всех привязанными к земле живых в течение нескольких часов подряд. Флимонт Поттер и его жена Юфимия Поттер-Макмиллан были первыми, кто присоединился к его команде мечты, как любил называть ее отец Гарри. Джеймсу потребовалось лишь краткое объяснение, чтобы убедить их присоединиться к операции по освобождению и безопасности Гарри. Затем Флимонт предложил Гарри вызвать его младшего брата Карлуса Поттера и его жену Дорею Поттер-Блэк, зная, что они захотят принять участие в приключении, что действительно имело место. Карлус был серьезным человеком, который при жизни был разрушителем проклятий, а Дорея была мастером заклинаний, и они стремились помочь своему внучатому племяннику, чем могли. Следующими, кто присоединился к команде мечты, были родители Флимонта, Генри Поттер и Бернадин Поттер-Смит. Генри и Бернадин при жизни имели мастерство в чарах. Генри просиял, когда его представили правнуку. — Значит, назван в мою честь? — Э… — сказала Лили, переводя взгляд с Генри на Гарри. — И в честь моего дедушки Гарри Эванса. — Ах, — Генри не ослабил своего очевидного энтузиазма. — Но в основном после меня, держу пари. Лили благоразумно промолчала, а Гарри хихикнул и ощутил чудесное утешительное сияние в груди от того, что его окружает так много членов семьи. Все они мертвы, но они все ещё являются его семьей и были счастливы встретиться с ним и помочь ему в его жизни. И это все, что имеет значение, на самом деле. После того, как Гарри вызвал несколько Поттеров, Юфимия настояла, чтобы Гарри призвал Макмилланов в следующий раз, начиная с прабабушки и прадедушки Гарри. Патрокл Макмиллан был высоким мужчиной, который при жизни был аврором, а его жена Чарис Макмиллан-Блэк была известным мастером зелий, которая усовершенствовала мазь от ожогов до такой степени, что даже ожоги третьей степени больше не оставляли шрамов. Чарис выглядела искренне счастливой, узнав от Лили, что ее версия мази от ожогов все ещё использовалась, когда Лили была жива. Юфимия настояла, чтобы Гарри также вызвал ее любимую тетю, сестру Патрокла, Юстис Макмиллан. Юстис была незамужней старой девой, часто и громко заявляюшей, что ей не нужны ни мужчина, ни женщина, чтобы сделать ее счастливой, и что она вполне способна прожить успешную и полноценную жизнь сама по себе. Юстис была женщиной с резкими чертами лица и тугим пучком, а в жизни она была знаменитой Чародейкой, что было на одну ступень выше Мастера Чар, путешествовала по всему миру, чтобы учиться и делиться своим ремеслом. Первое, что она сказала Гарри после того, как Джеймс объяснил своей двоюродной бабушке, почему они здесь, было: «Спасибо Мерлину за тебя, дитя. Ты хоть представляешь, как ужасно скучно быть мертвым?» И после этого она настояла на том, чтобы бродить по библиотеке, как она любила ее называть, поскольку у нее был ненасытный аппетит к знаниям и она хотела узнать как можно больше. И да, она была Когтевранкой при жизни, почему вы спрашиваете? В библиотеке тетя Юстис, как она настояла на том, чтобы ее называл Гарри, просто зависала позади сидящих людей, чтобы читать любую книгу, которую они открыли через плечо. Это быстро сделало тетю Юстис экспертом по многим сантиканским предметам: от тривиальных вещей, таких как 101 рецепт из бок-чоев, до того, как использовать местные руны для создания самых удивительных оберегов. Также вскоре она стала неофициальным библиотекарем, точно зная, где найти какую книгу в библиотеке. Все остальные члены семьи настояли, чтобы Гарри обращался к ним по именам, потому что иначе это немного сбивало с толку, когда вокруг слонялись бабушки и дедушки, прабабушки и дедушки. Последним, кого вызвал Гарри, был Ригель Поттер, его троюродный брат и сын Карлуса и Дореи. По словам Дореи, Ригель страдал от магической изнуряющей болезни, вызванной многовековым инбридингом в семье Блэков. Ригель мог посещать Хогвартс полтора года, прежде чем он сильно заболел и ему пришлось вернуться домой. Он был гордым гриффиндорцем, который, к сожалению, скончался вскоре после своего пятнадцатилетия. Но поскольку он так много упустил в жизни, Ригель был более чем счастлив помочь Гарри, и у Гарри была для него особая миссия. — Я хочу, чтобы ты присматривал за Ринделл, когда меня нет рядом, — сказал Гарри, серьезно взглянув на Ригель. — Я уже потерял одного друга, я не хочу терять ещё одного. — Обещаю, я буду держаться за нее, как нюхлер за золото, — сказал Ригель, слегка отсалютовав, а затем уплыл на поиски Ринделл, пока Гарри гадал, что такое нюхлер и почему он прилипает к золоту. Остальные члены Команды Мечты вскоре тоже придумали себе задачи. И Дорея, и Чариз настаивали на том, чтобы Гарри изучил окклюменцию — разновидность магии, которая защитит его разум и поможет ему думать и учиться. Чариз назначила себя учителем Гарри, так как у нее больше терпения, чем у Дореи, и с этого момента каждую ночь, лёжа в своей кровати, рядом с Гарри больше не было родителей, которые рассказывали ему истории, а Чариз проводила его через управляемую медитацию. Тем временем Дорея решила, что будет шпионить за тавернами в Мисти-Спрингс. — Важно знать, что происходит в городе вокруг тебя, Гарри, и лучший способ узнать о любых новостях или слухах — это от пьяных, так как они не могут контролировать свой язык. Аврор Патрокл назначил себя официальным шпионом Брэма Рэда и его замка, сменив облегченную Лили, а Чарльз решил прилепиться к Каракасу, освободив Джеймса. Тем временем Генри и Бернадин Поттер отправились исследовать весь Мисти-Спрингс и за его пределами, зайдя гораздо дальше, чем Джеймс, чтобы увидеть, что находится за городом, и как лучше всего ориентироваться в нем, сталкиваясь со всевозможными сценариями, начиная с побега и заканчивая глубокой ночью, к эвакуации в спешке во время стихийного бедствия. Оставалось Джеймсу, Лили, Флимонту и Юфимии учить Гарри и направлять его в исследованиях. И предстояло провести много исследований. Первое, что сделала Лили, — серьезно поговорила с Гарри, пока его отец, бабушка и дедушка крутились вокруг него. — Гарри, милый, если бы я могла подарить тебе беззаботное детство, я бы это сделала, но ты сам видишь, в каком мире ты сейчас живешь. Это означает, что с этого момента тебе придётся повзрослеть и сделать это быстро. Ты должен узнать как можно большее, и ты должен делать это быстро. Гарри кивнул, понимая, что время игр закончилось, и с этого момента изучение новых вещей стало для него вопросом жизни и смерти. И поэтому он перестал бездельничать и посвятил себя учебе. А учиться надо много. Гарри позаботился о том, чтобы он усвоил все официальные уроки, которые они получили на занятиях, преподаваемых в школе: все, от зелий и заклинаний, рун и оберегов, исцеления и проклятий. В юном возрасте они ещё не занимались настоящей магией, но чем старше становились, тем больше изучали теорию. Единственная настоящая магия, которую Гарри делал до сих пор, — это маленькие вещи, такие как начертить рунический круг размером с блюдце, чтобы вызвать яркий свет, и использовать определенные кристаллы, зарядить их магией в рунический круг, а затем приклеить их в землю, чтобы помочь растениям расти. Его родители, бабушка и дедушка составили для него подробный план внеклассных занятий. — Сначала обо всем по порядку, — сказала Лили, решительно нахмурившись. — Тебе нужно получить доступ в библиотеку. — Это идеальный момент, чтобы подмазаться к Каракасу, — добавил Джеймс. Гарри с сомнением посмотрел на своих родителей, но выслушал их, и во время следующего частного урока Гарри выполнил их план. — Мастер, — невинно сказал Гарри, закончив перевод нескольких рун, которые Каракас записал для него на куске грифельной доски. — Вы сказали лорду Брэму, что у меня есть задатки великого колдуна. Это правда? — О да, мой драгоценный маленький бриллиант, — сказал Каракас с широкой улыбкой, демонстрируя все свои очень белые зубы. — Ты будешь великолепен. — Поэтому вы дали мне этот амулет? — спросил Гарри, все ещё глядя на Каракаса широко открытыми глазами, чтобы подчеркнуть свою молодость и невежество. — Я очень счастлив, что могу каждый день разговаривать с родителями. Каракас прекратил работу, а затем задумчиво нахмурился. — Тебя, дитя, коснулась смерть. Я не знаю, как и когда, но я знаю, что ты носишь в себе смерть. И поэтому я убежден, что ты можешь стать великим некромантом, более могущественным, чем когда-либо видел этот мир. — Некромантом? — спросил Гарри, незнакомое с этим словом. — Да, мой бриллиант, — Каракас потер руки и ещё раз широко улыбнулся Гарри. — Однажды ты будешь контролировать все, что мертво, и тогда в этом мире не будет никого, кто сможет остановить тебя. Гарри определенно оживился, услышав это. — Не могу дождаться, — честно сказал он. — Но можно ли мне тогда читать книги, научиться всему этому? Ну, знаете, в библиотеке. Каракас на мгновение моргнул. — Хочешь получить доступ в библиотеку? Сделано. Все прошло намного лучше, чем Гарри ожидал, и он с радостью пересказал разговор своим родителям, бабушкам и дедушкам, но они отреагировали совсем не так, как ожидал Гарри. — Нет, — ответила Лили, скрестив руки на груди и зависнув перед Гарри. — Нет, Гарри. Точно нет. — Во имя вонючих трусов Мерлина, — пробормотал Джеймс, качая головой. — Они хотят, чтобы ты стал некромантом. Флимонт и Юфимия выглядели очень, очень несчастными, глядя на Гарри. Не зная, что делать с таким неожиданным ответом, Гарри вызвал к себе других членов своей семьи в надежде, что они смогут вразумить его родителей, потому что Гарри отчаянно хотел быть таким могущественным, чтобы никто не мог его остановить. Недавно прибывшие члены семьи тоже не выглядели довольными будущей карьерой Гарри, когда Джеймс и Лили сообщили им об этом. Что ж, Дорея и Карлус выглядели задумчивыми, но остальные быстро присоединились к ним, чтобы громко и яростно озвучить свои возражения. Ну, все, кроме одного. — Вам должно быть стыдно! — рявкнула тетя Юстис, указывая пальцем на каждого из собравшихся. — Вам должно быть стыдно! Гарри призывает души, ваши души, с тех пор, как ему исполнилось пять лет, и теперь у вас внезапно возникли проблемы с этим? — Но некромантия запрещена, — пробормотал Генри и немного отлетел назад, когда тетушка Юстис обернулась и посмотрела на него. — Здесь не Хогвартс и не магический мир. Здесь нет министерства, которое наложило бы на вас штраф или бросило бы в тюрьму. Есть только наш племянник, наша кровь, один в этом мире. Брат, — тетя Юстис повернулась к Патроклу. — Ты видел, каков этот мир на самом деле, не так ли? Патрокл торжественно кивнул. — Да, я видел больше, чем когда-либо хотел увидеть в этом проклятом замке. — Макмиланы светлые и я горжусь этим, но также мне не хотелось бы думать, что Макмиланы глупые, — тетя Юстис окинула каждого собравшегося долгим, пристальным взглядом. — Если единственный способ, благодаря которыму наш племянник, наша кровь, может выжить в этом мире, — это стать некромантом, тогда с помощью Гекаты и Исиды мы поможем ему стать лучшим некромантом, который когда-либо жил. А если вам это не нравится, вы все, черт возьми, можете вернуться обратно в загробную жизнь, вы, кучка трусливых призраков. Последовало несколько долгих мгновений молчания, пока все смотрели друг на друга, пока Патрокл не откашлялся. — Я считаю, что моя сестра имеет право на мнение. Если мы хотим, чтобы наш род выжил, мы должны быть готовы помочь ему, даже если для этого придется прибегнуть к магии, которая может показаться сомнительной. — Согласна, — сразу сказала Чарис. — Я помогу тебе, Гарри, чем смогу. — И я тоже, — вмешалась Дорея. Карлус вздохнул, переводил взгляд то на жену, то на Гарри, а затем тоже кивнул. Бернадин сложила руки и на мгновение нахмурилась. — Мы все работаем над возможным побегом Гарри, но мы не знаем, как сложится жизнь Гарри. Мы не знаем, на что похож остальной этот мир, и уж точно не знаем, сможет ли он когда-нибудь вернуться в магический мир, — Бернадин посмотрела на Джеймса и Лили. — Гарри должен быть в состоянии выжить в этом мире даже за пределами Мисти-Спрингс. Я помогу ему с этим, даже если это означает, что ему придется изучать магию, запрещённую в других местах. Генри обдумал это и кивнул, соглашаясь с женой. — Да, судя по тому, что мы можем сказать, вся Сантика — это жестокое место. Как только мы вытащим его отсюда, он все ещё будет в опасности. Я помогу. Таким образом, Джеймс, Лили, Флимонт и Юфимия остались последними, кто еще не выразил свою поддержку. — Гарри, мы хотим, чтобы ты стал сильным и могущественным, — умоляюще сказала Лили. — Но ты должен понимать, что некромантия — опасная магия. Ты можешь потеряться в этом и стать таким же плохим, как кто-то вроде Райлана. Гарри вздрогнул от этой мысли. Он никогда не хотел быть похожим на этого монстра. — Пока мы у него есть, — сказала Юфимия, ко всеобщему удивлению. — Подумай об этом, Лили. У Гарри есть семья, мертвая, как и мы. Он не один исследует опасную магию, которая может одолеть его. У него есть мы, чтобы направлять его на каждом этапе пути. — Я не смотрел на это так, — сказал Флимонт, бросив задумчивый взгляд на жену. — Думаю, что ты права, дорогая. Мы поможем тебе, Гарри. Джеймс перевел взгляд с родителей на Гарри и обратно, а затем присел на корточки перед сыном. — Пообещай мне, Гарри, что ты сделаешь все, что в твоих силах, чтобы быть хорошим, даже когда будешь изучать такие виды магии. — Обещаю, — прошептал Гарри, чувствуя себя ошеломлённый серьезной реакцией всех. — Джеймс, — сказала Лили, нервно потирая рукой грудь. — Джеймс, мы действительно хотим этого для нашего сына? — Они правы, — сказал Джеймс, вставая и подплывая к Лили. — Гарри застрял здесь Мерлин знает на сколько, может быть, даже на всю жизнь. И этот мир совсем не похож на волшебный мир. Гарри нужна вся магия, которую он может получить, просто чтобы стать взрослым, но это не останавливается на достигнутом. Ему придется прожить всю свою жизнь, и он должен быть достаточно сильным, чтобы сделать это. Кроме того, ты действительно думаешь, что Каракас воспримет отказ, если Гарри скажет ему, что не хочет ее изучать? — Хорошо, — наконец вздохнула Лили. Она провела рукой по лицу, а затем улыбнулась своему сыну. — Мы поможем тебе, но вы должны пообещать следовать нашим инструкциям. Никаких побегов, чтобы творить магию за нашей спиной. И попроси нашей помощи, если она тебе понадобится. — Обещаю, мама, — торжественно сказал Гарри, и на этом все. С этого момента Гарри официально стал учеником некромантии, и вся его семья поддерживала его, как бы сильно этого не хотели. Тем не менее, кое-кому пришло озарение во время этой конфронтации, и Лили призвала Гарри изучить карты в библиотеке, теперь, когда он наконец получил к ней доступ. — Бернадин права, — сказала Лили, когда Гарри удивился, зачем ему изучать карты, когда нужно изучать настоящую магию. — Ты слишком молод, чтобы творить настоящую магию, но ты не слишком молод, чтобы узнавать об окружающем мире. Как только ты бежишь отсюда, тебе нужно будет знать, куда идти и какие районы Сантики безопасны. Таким образом, Гарри с помощью тети Юстис нашел в библиотеке все карты и все книги по Сантике и тщательно их изучил. Он узнал все о различных регионах Сантики, которая, как оказалось, была огромным континентом. Мисти-Спрингс располагает на юго-западе Сантики, укрывшись в горном массиве, пересекавшей одну западную береговую линию с другой на юге. Джунгли простирались до самого моря на юге. На севере, за горами, были равнины, которые гораздо более засушливые а на востоке было несколько небольших горных хребтов в основном с умеренным климатом с несколькими субтропическими районами южнее. Повсюду в этих краях располагаются города и маленькие городки, реки и озера, и Лили заставила Гарри запомнить их все. Даже реки, протекающие на крайнем севере, где всегда холодно и живёт совсем немного людей. Далеко на юге, за Чистым морем, находится еще один континент, остававшийся практически неисследованным. Это связано с тем, что большая часть континента состоит из области под названием Мрачные ущелья, и в ней, как узнал Гарри, живет существо, известное как барок. Во всех упомянутых книгах это было самое опасное существо, которое когда-либо встречалось в Сантике. Один представленный рисунок, был довольно неясным, но описаний не было. Большой, с серебряными зубами, четырьмя глазами, острым хвостом, бронированной спиной и способностью ходить прямо по каменным стенам. Что наиболее важно, его чрезвычайно трудно убить, и в основном он не подвергался воздействию магии, и это опасный и территориальный хищник, и любому, кто пересек его путь, очень трудно было выбраться оттуда живым. Один полководец несколько столетий назад предложил большой куш за голову барока. Многие воины и другие дураки намеревались претендовать на этот приз, но никому так и не удалось. В конце концов сам военачальник отправился в Мрачные ущелья, и больше его никто не видел. Даже имя барок на сантиринском означает «смерть с ногами». Когда позже в тот же день Гарри поделился открытием этого существа с Ринделл, она задумчиво нахмурилась. — Я хочу, чтобы барок пришел и съел Брэма, Райланда, и Каракаса, и всех других злых людей здесь. Гарри на мгновение обдумал эту идею, пока они сидели в самом маленьком дворике, с деревьев вокруг них все еще капала вода после недавнего ливня. — Да, было бы здорово, но я сомневаюсь, что однажды барок появится на ровном месте. — Можешь поймать одного, — предложила Ринделл с надеждой в голубых глазах. — С магией. — Они устойчивы к магии, так что я не знаю, смогу ли, — объяснил Гарри. — Тогда ты должен изобрести магию, которая сможет воздействовать на него, — сказала ему Ринделл, как будто дело уже решенное. — Хм. Гарри подумал, что, возможно, у его подруги есть многообещающая идея. Если он когда-нибудь сможет найти способ приручить барока, его было бы не остановить. Следующим в списке важных вещей, которые нужно было изучить, было то, как работали ошейники, которые они все носят. Раньше Гарри почти не замечал этого, но теперь он увидел, что каждый человек, молодой и старый, ученики и сотрудники, которые живут в школе, носят ошейник, кроме Каракаса. Гарри консультировался с Валдис по поводу работы ошейников, поскольку она казалась очень осведомленной в таких вещах и, что более важно, она поддерживала стремление Гарри к свободе и, таким образом, никому не говорила, что Гарри задает вопросы, которых не должен. — Много людей пыталось снять ошейники, — сказал ему Валдис, когда они вместе убирали один из классов в качестве своей ежедневной работы. — Но никому это не удалось. Насколько мне известно, они связаны с самим Каракасом. — Как они связаны с ним? — спросил Гарри, подметая пол метлой, которая все ещё была ему слишком велика. — Они связаны с его жизненной силой. Пока Каракас жив, ошейники остаются, — Валдис пожала плечами, как будто для нее это были старые новости. — И не пытайся убить его. Он контролирует ошейник, и поэтому ты не сможешь действовать против него в агрессии, с помощью магии или без нее. На самом деле, ты можешь применять магию только к людям с одобрения Каракаса. Что ж, небольшая неудача, и Гарри в сотый раз задумался, с какой стати он оказался в этом ужасном мире. — Я не понимаю, почему джинн отправил меня сюда только для того, чтобы стать рабом. — Что послало тебя сюда? — Валдис прищурившись посмотрела на него. — Джин. В ту ночь, когда я исчез из дома Дурслей, я хотел, чтобы джинн забрал меня оттуда. Валдис рассмеялась, но резко и горько. — Ты маленький придурок. Джинна не было. Каракас рассылает магию по разным мирам в поисках магов-сирот, чтобы их не искали. Каракас привел тебя сюда, джинна не было. Гарри стоял неподвижно, забыв о метле в руке. Многие годы он был уверен, что сам хотел сюда попасть, но теперь оказалось, что он имел к этому очень мало отношения. Все это время это был Каракас. Следующим в его списке изучения было научиться делать амулет призыва души для себя, на случай, если он потеряет тот, что у него есть. Как оказалось, это некромантия, не то чтобы это было неожиданностью в тот момент, но это очень сложная магия. Гарри нашел нужную книгу с помощью тети Юстис, но как только он начал ее читать, то не понял ни слова. Для него все это казалось бредом. — Давай-ка прочитаем это сейчас, милый, — сказала его мама, зависнув позади него, тетя Юстис делала то же самое. Итак, Гарри пытался понять, как сделать амулет, но в основном он просто переворачивал страницы, чтобы взрослые могли запомнить, что он должен делать. — Пинта крови, немного могильной пыли и убийство, это не кажется слишком сложным, — сказала тетушка Юстис с легким смешком, когда они закончили читать книгу. Его мама вздохнула и покачала головой, и Гарри подумал, шутила ли тетя Юстис об убийстве или нет. Он слишком боялся спросить. Тем временем его родители, бабушка и дедушка научили его множеству теорий о волшебной магии, таких как чары, трансфигурация и защитная магия. — В тебе есть такая магия, Гарри, — сказала его мама, когда Гарри задумался, зачем ему все это изучать. — Все, что нам нужно найти, — это фокус, который поможет тебе его разыграть. В волшебном мире мы пользуемся палочками, но здесь их нет. — Как посох, который использует Каракас? — спросил Гарри, задаваясь вопросом, где он мог достать такой посох. — Посох используется для колдовства в этом мире. Я предлагаю использовать другой фокус для магии, что-то меньшее, что легче спрятать, — предложил его отец, и с этого момента Гарри отправился на поиски фокуса, который мог бы использовать. Один за другим он воровал кристаллы и драгоценные камни из классных комнат, чтобы попробовать их, и всегда возвращал их, когда они не работали. Гарри держал камень в руке, ткнул пальцем и сказал: «Люмос». Его родители заверили его, что это заклинание может сотворить даже девятилетний ребенок. Долгое время ни один из объектов, которые пробовал Гарри, не работал, но в конце концов он нашел работающий. Красивый круглый полуночный опал, черный, но с переливающимся блеском. Он удобно уместился в ладони Гарри, и когда Гарри держал его и произносил заклинание, между его пальцами появился маленький колеблющийся луч света. — Ха! — вскрикнул Гарри, вскакивая с того места, где он сидел в темном углу пустого класса. — Я умею колдовать! И Гарри созвал всех членов своей семьи вместе, чтобы показать им, чего он добился. Он получил много комплиментов, и его щеки пылали от счастья к тому времени, когда Флимонт откашлялся. — Я знаю, что Гарри почти десять, и принято ждать, пока ребенку исполнится одиннадцать, чтобы начать магическое образование, но я предлагаю перенести образование на год раньше, — сказал Флимонт, торжественно оглядывая собравшихся взрослых. — Сначала мы научим его всем самым полезным заклинаниям, вне зависимости от официальной программы Хогвартса. Никаких превращений пуговиц в жуков. — Согласен, — сразу сказал Патрокл. — Я могу использовать защитные заклинания. Я также научу его некоторым боевым приемам. — Я возьму амулеты, — сказала Дорея, и против этого никто не возражал. — Я могу помочь с трансфигурацией, — предложил Джеймс. Карлус поднял руку. — Проклятия и разрушение проклятий. — Естественно, он будет учиться у меня чарам, — вмешалась тетя Юстис. — Я научу его домашним заклинаниям, — предложила Юфимия, и когда Генри фыркнул, она прищурилась, глядя на него. — Никогда не знаешь, когда они пригодятся. Способность содержать свое окружение в чистоте с помощью нескольких быстрых заклинаний имеет большое значение для предотвращения многих болезней, хам. — Я хочу выучить все это, — быстро сказал Гарри, потому что он действительно хотел изучить каждую частицу магии, которую только мог. — Я собираюсь научить его нескольким редким проклятиям. Для особых случаев, — сказала Чарис с невинной улыбкой. — У него также хорошие успехи в окклюменции, и скоро я смогу начать его с легилименции. Генри указал на свою жену Бернадин. — Мы возьмем руны и обереги, но я предлагаю немного подождать с этим, пока у него не будет хорошей, прочной основы волшебной магии. Лили кивнула. — Остальное мы выясним по ходу дела. Я хочу научить его многим вещам, например, аппарации и тому, как делать портключи, кое-какому целительству и другим практическим вещам. Гарри улыбнулся своей семье, невероятно счастливый, что все они так стремились поделиться с ним своими знаниями. — Держи этот драгоценный камень в безопасности, — сказал его отец, указывая на опал в руке Гарри. — И найди замену на случай, если потеряешь. — Я действительно думаю, что одним из первых заклинаний, которые он должен выучить, является необнаружимое заклинание расширения, — сказала Дорея, указывая на сумку, висевшую на поясе Гарри. Им не разрешалось возиться со своей униформой, но каждому разрешалось носить с собой небольшой ранец, чтобы хранить в нем несколько личных вещей. Они жили в очень жарком и влажном климате, поэтому каждый носил с собой по крайней мере один носовой платок, чтобы вытирать пот время от времени. Так Гарри узнал, что очень маленькую сумку можно превратить в очень большое хранилище. Ему потребовалось некоторое время, чтобы овладеть чарами, но как только он это сделал, перед ним открылся целый новый мир, а именно мир контрабанды. Отныне у него есть место, куда можно спрятать вещи, которые он хотел оставить при себе или которые ему не разрешалось иметь. Одна вещь беспокоила Гарри, поскольку время идёт, а все они становились старше. Поэтому однажды, когда он оказался наедине с Валдис в их спальне, Гарри решил просто спросить ее. — Ты знаешь, когда тебя продадут? Гарри заметил, что старшие ученики, достигнув возраста восемнадцати или девятнадцати лет, исчезали один за другим. Но Валдис, которой на тот момент было не меньше двадцати, все еще находилась в школе, к большому облегчению Гарри. — Надеюсь, никогда, — сказала ему Валдис, а затем улыбнулась и подмигнула ему. — Кажется, Каракасу нравится, как я сосу его член, чтобы держать меня здесь. Гарри моргнул. Конечно, не такого ответа он ожидал. Валдис рассмелась над выражением его шока. — Каракас предпочитает женщин, и он любит, чтобы они по крайней мере были достаточно взрослыми и выглядели как женщины, так что я пользуюсь этим. Я подала заявку, чтобы стать целителем, стать ученицей Генки, и Каракас согласился. За определённую плату. Это лучше, чем быть проданным какому-то военачальнику. — Да, хорошо, — в конце концов согласился Гарри, как только шок прошел. Ринделл по-прежнему отправляли с «поручениями» раз в месяц или около того, а Гарри по-прежнему находился под защитой Каракас, но, видимо, Валдис тоже была занята поиском способа контролировать свою жизнь настолько, насколько это возможно. Что ж, подумал Гарри, хорошо для нее. Ему определенно нравилось, что она рядом, и он считал ее хорошим другом в этот момент. И так жизнь продолжалась, и Гарри проводил большую часть своего времени, учась, тренируясь и готовясь всеми способами, которые, по мнению его семьи, он должен был подготовить. Ничего особенного не произошло, что повлияло бы на Гарри лично. Претендентов на место Брэма было еще несколько, но эти бои в основном происходили за городом. В один год, после особенно влажной весны, произошел оползень, снесший треть «Дерьмового Ручья». Многие люди погибли, но, поскольку они были бедняками, живущими в трущобах, в конце концов, это никого не волновало. Брэм приказал рабочим очистить территорию от обломков и тел и приказал построить там новые прочные дома с прочными подпорными стенами между ними, чтобы предотвратить повторение подобных бедствий. Каракас заполнил свой подвал множеством ненужных трупов, и в том же году Гарри впервые поработал с некоторыми из них. Они использовали мертвых, чтобы практиковать методы исцеления и проклятия, а Гарри получил частный урок о том, как использовать человеческие тела в некромантии. Не самая приятная из тем, но Гарри усердно занимался, потому что знал, что должен выучить ее, как бы неприятно ему ни казалось помещать части тела в рунические круги, чтобы приводить их в действие. Тем временем Каракас способствовал обучению Гарри некромантии, и Гарри узнал о землях смерти. Это мир между жизнью и смертью, доступный только некромантам. На самом деле стать истинным некромантом можно только в том случае, если ты прошел земли смерти, но с ним связано много опасностей. Можно заблудиться и навсегда застрять между живыми и мертвыми, так и не сумев перейти в загробную жизнь. Или можно было столкнуться с одним из существ, которые там жили. Своего рода демонами, охотившимеся за человеческими душами. Да, Гарри решил, что с посещением земель смерти можно повременить. Он хотел стать некромантом, правда хотел, но еще молод, так что времени у него предостаточно. Однажды, когда Гарри было одиннадцать, почти двенадцать, он нашел Каракаса совершенно пьяным, с пустой бутылкой боксалы рядом с ним, когда пришло время их частного урока два раза в неделю в кабинете Каракаса. — Ах, мой маленький бриллиант, — пробормотал Каракас, заметив Гарри. — Иди сюда. Гарри сел на свое обычное место напротив учителя и терпеливо ждал, пока тот заговорит. — Он снова сделал это, этот дьявол, — выплюнул Каракас, его глаза налились кровью и отстранились. — Кто? — спросил Гарри, понимая, что у него есть уникальная возможность расспросить Каракаса, спросить его о вещах, на которые он обычно не осмелился бы. — Райлан. Погубил маленького Сильмона, вернул его мертвым, бедняжку. Каракас казался искренне расстроенным этим, вытирая рукой глаза. — Тогда зачем вы это делаете? — спросил Гарри, не веря, что сможет задать эти вопросы своему учителю, не подвергнувшись ругани или наказанию. — Зачем превращать своих учеников в детей-проституток? — Вот поэтому нам разрешено находиться здесь, — Каракас несколько раз сглотнул. — Я изучал магию в то время, когда за то, что ты колдун, могли убить. Особенно, если тебя обнаруживали. Полководцы не любили волшебников, которые могли покончить с ними с помощью нескольких заклинаний или проклятий. Военачальникам не нравится то, что они не могут контролировать. — А, — сказал Гарри, мудро кивнув. — Значит, вы нашли способ, благодаря которому полководцы могут контролировать нас. — Ты понял! — Каракас указал дрожащим пальцем на Гарри. — Молодец, маленький бриллиант. Да, теперь Военачальники смогли использовать колдунов и оставили их в живых. Но они хотят контролировать каждую их часть. Я не думаю, что Брэму даже нравилось трахать маленьких детей, но ему определенно нравится время от времени втыкать член в нескольких моих девочек. А Райлан — зверь, монстр, вот так просто. А для большинства остальных, я думаю, это вопрос престижа. Слушай, я трахнул маленького волшебного отродья, какой же я чертовски классный и все такое. — Значит, Брэм требует, чтобы ты развратил нас? — Да, и я должен согласиться или мы вернемся к охоте Каракас снова провел рукой по глазам. Гарри кивнул. В этом есть смысл. Это было неправильно, и Гарри ненавидел Каракаса за это, но, по крайней мере, теперь он понимал, почему этот человек делает то, что делает. — А почему забираете нас из других миров? — Здесь, в Сантике, осталось недостаточно магов, — сказал Каракас с грустным вздохом. — Большинство магов были убиты за эти годы. Так мы получаем новую кровь и новую магию. Каракас закрыл глаза, откинул голову назад и через мгновение уснул. Гарри тихо встал и вышел, бесшумно закрыв дверь. Это некоторая информация, которой он раньше не знал. Он не уверен, что он чувствовал по этому поводу, но теперь он, по крайней мере, понял общую картину. В конце концов все сводился к Брэму и другим военачальникам. Они — те, кто охотится на людей с помощью магии, и теперь они требуют полного контроля. Что ж, похоже, Гарри нужно добавить ещё несколько имен в свой список дел. Райлан больше не единственный человек, с которым Гарри хочет покончить навсегда. Гарри также вызвался выполнять поручения Каракаса в городе, потому что в какой-то момент Карлус заметил, что Гарри — замкнутый маленький болван, ничего не знавший о реальном мире. И хотя Гарри чувствовал себя немного оскорбленным из-за того, что его так окликнули, он также знал, что Карлус прав. Его семья учила его, как могла, но даже практикуя все заклинания, чары и трансфигурацию, Гарри все ещё сильно ограничен тем простым фактом, что он не может использовать магию в реальных ситуациях. Он почти не выходил из школы с тех пор, как прибыл туда. И теперь, даже бегая по городу время от времени с поручениями, Гарри чувствовал, что посещает чужой мир, а не город, в котором он жил на самом деле. Да, Карлус оказался прав. Гарри — замкнутый маленький болван, но проблема заключается в том, что пока ничего не могут изменить. Однажды Гарри попытался открыть ошейник Ринделл своим опалом, когда они вместе практиковали заклинания, которые выучили на занятий. И это тоже было хорошо, потому что в тот момент, когда Гарри использовал разблокирующие чары на ошейнике Ринделл, Каракас каким-то образом узнал, и через несколько минут он стоял перед ними, требуя знать, что они сделали. Гарри смог представить это как случайное неправильное нацеливание заклинания, но Каракас прищурился и предупредил, чтобы он никогда больше не нацеливал заклинания неправильно, иначе последствия будут серьезными. С тех пор Гарри больше не осмеливался возиться с ошейниками. Когда Гарри исполнилось двенадцать, они поменялись спальнями. У девочек свои комнаты, у мальчиков тоже. Ему не хватало сна в одной комнате с Ринделл, но он понимал, что более уместно разделить мальчиков и девочек, когда они станут старше. У Гарри появилось несколько новых соседей по комнате, некоторые старше на год или около того, некоторые немного моложе, но все они в конце концов поладили после нескольких незрелых попыток установить какую-то иерархию. Медленно, но верно Гарри рос и становился старше. Он довольно хорошо разбирался во всей магии, которой его учила семья. Он изучил всевозможные полезные заклинания, такие как чары призыва, защитные щиты, обезоруживающие чары и даже чары Патронуса, хотя это оказалось сложно, и на его освоение у него ушел почти целый год. Сначала Гарри не был уверен, зачем ему изучать такое сложное заклинание, если оно предназначалось для защиты от дементоров, которых, насколько Гарри знал, не существовало в Сантике, но его мать настояла. — Никогда не знаешь, каких ещё существ ты сможешь отогнать с его помощью, когда другая магия не работает. Кроме того, ты можешь использовать его для очень быстрой отправки сообщений на большие расстояния. И его мать научила его делать именно это. Его Патронусом оказался олень, к большой гордости его отца. — Теперь мы должны помочь тебе стать анимагом. Становление анимагом оказалось даже сложнее, чем чары Патронуса, но Гарри возился с этим, прилагая к этому все усилия, какие только мог, учитывая, что его список для изучения никогда не был пустым. Он также очень хорошо развивался в родной для Сантики магии, и даже в некромантии у него дела шли все лучше и лучше. Он сосредоточился на реанимации мертвых тел, и до сих пор ему удавалось заставить это работать на мыши и одной из маленьких разноцветных птичек, которые гнездились на деревьях вокруг школы. Он пробовал с кошкой, но пока не сработало. Он только заставил хвост и ноги подергиваться, но больше ничего. Это очень изматывающая магия, и Гарри всегда рано ложился спать после того, как что-то реанимировал. Когда Ринделл исполнилось четырнадцать, у нее появилась собственная комната с четырех- и пятилетними детьми, о которых она должна заботиться, точно так же, как когда-то с ними поступила Валдис. Гарри не думал о детях, и когда он спросил об этом Валдис, которая к тому времени сама стала целительницей, она рассмеялась и сказала ему, что Каракас не доверяет подобное мальчикам, чтобы они не обманывали маленьких детей, поэтому им не разрешалось спать в одной комнате с ними. Гарри подумал, что это довольно богато, исходящее от парня, который сводил детей, чтобы поддерживать порядок. А потом Гарри исполнилось пятнадцать, а они все ещё не придумали, как сбежать, и Гарри все больше разочаровывался в том, что оказался в ловушке в школе. Ключом был ошейник, это Гарри знал. Но он также знал, что не может экспериментировать, чтобы избавиться от него без ведома Каракаса. — Мы могли бы помешать ему что-нибудь в чай, — предложила Дорея, когда Гарри вылил свое разочарование перед семьёй. — Какое-то сонное зелье. Тогда у тебя будет пара часов или около того, чтобы попробовать кое-что. Благодаря Валдис Гарри заполучил немного снотворного, а затем использовал дезиллюминационное заклинание, которому научился у Патрокла, чтобы спрятаться, и пробрался на кухню, чтобы добавить в вечерний чайник Каракаса травяной чай, но в тот момент, когда он попытался опрокинуть зелье в котелке что-то остановило его руку. Чертов ад. Магия ошейника не позволила ему даже облить человека снотворным, расценив это как акт агрессии. И никто в школе тоже не мог этого сделать, потому что все носили эти чёртовы ошейники. Да, Гарри действительно все больше разочаровывался в том, что не мог что-то сделать в этой ситуации. Все, что он мог делать — это учиться и ещё раз учиться, слушать отчёты своей семьи обо всем, что они узнали в школе, в городе и в замке Брэма. На горизонте появился ещё один претендент, это стало новость дня. И это не является чем-то, чего Гарри не слышал раньше за эти годы. Брэм был военачальником. На горизонте всегда были претенденты. Гарри пнул камень, выходя из ворот школы, чтобы оставить заказ на ликероводочном заводе на новые ящики боксалы. Он заметил, что Каракас с годами начал пить все больше и больше. Над ним несколько обезьян свисали с деревьев, визжа друг на друга. Гарри какое-то время наблюдал за ними, поражаясь, как они могли держаться за ветки своими маленькими ручками… Минуточку. У обезьян были невероятно ловкие руки, и они могли делать почти все, что могла делать человеческая рука. Например, бросить маленькую бутылочку снотворного в чайник с чаем. Если Гарри реанимирует обезьяну, сможет ли он использовать ее для того, чтобы сделать это без ошейника? Что ж, есть только один способ узнать. С этого момента Гарри удвоил свои усилия по реанимации кота должным образом. Следующим этапом после этого была собака, а потом, наверное, можно было попробовать и обезьяну. Чем умнее животное, тем больше энергии требуется, чтобы его оживить. Настроение значительно улучшилось, появился свет в груди, а Гарри продолжил свое путешествие, припрыгивая. . Но ещё до того, как Гарри удалось реанимировать обезьяну, едва ему удалось заставить одну паршивую кошку сесть и замурлыкать, Патрокл пролетел сквозь стену прямо во время одного из уроков защиты Гарри, где все ученики вместе рисовали большой рунический круг. . — Гарри, немедленно позови семью! — Патрокл чуть не закричал, и Гарри понял, что случилось что-то серьезное, если его прадед вот так потерял спокойствие. Гарри встал и взялся за живот, несколько раз сглотнув, притворяясь, что его тошнит. — Винка, — сказал Гарри, уже шаркая к двери. — Я не очень хорошо себя чувствую. Мне нужна уборная. Винка отмахнулась от него, даже не взглянув на него, пока ходила по классу, проверяя работы учеников. Это одно из преимуществ хорошего, трудолюбивого ученика. Учителя разрешают делать некоторые вещи здесь и там, пока вы не переусердствуете. Гарри бросился к ближайшей пустой комнате, которую смог найти, по дороге подзывая к себе всю свою семью. К тому времени, когда они место для встречи в виде пустой кладовой, заполненной коробками и мешками с сухофруктами и орехами, вся семья Гарри уже была там. — Брэм мертв, — сказал Патрокл, и тут же все вздохнули и зашептались. — Да, Райлан отравил его. Он представляет это как убийство нового претендента, Рольфа Несчастного, но он сделал это. Я видел, как он это сделал, этот трусливый подонок. Все тело Гарри качнулось, когда в ушах зазвенело. — Райлан теперь главный? — он едва успел спросить, его голос надломился. — Да, это он, парень, — Патрокл одарил Гарри взглядом, который можно было описать только как жалость, — Райлан отправил сообщение, чтобы вызвать Каракаса в замок, и он поручает ему привести тебя с собой. Гарри потерял всякую чувствительность в ногах и рухнул на пол, а его грудь сжалась от мгновенного чувства паники. На протяжении многих лет Гарри надеялся, что Райлан, возможно, забыл о нем, но, очевидно, это не так. Брэм был буфером, поддерживающим Каракаса в том, чтобы нужно держать Гарри подальше от этого монстра, но теперь, когда Брэм мертв, ничто не мешало Райлану делать с Гарри все, что он хочет. — Я могу проклясть его, — сказал Гарри, хотя его голос дрожал. — Я изучаю магию, много магии. — Ты не можешь, милый, — сказала его мать, присев перед ним на корточки. — Ошейник не позволит тебе. Каракас не даст тебе разрешения. Он не может рисковать тем, что ты испортишь работу и оставишь Райлана в живых. Это будет стоить ему собственной жизни. — Кроме того, даже если бы Каракас дал тебе разрешение, было бы очень плохой идеей идти против Райлана с помощью магии, — сказал Патрокл таким особенным тоном, что Гарри поднял на него взгляд. — Почему? Что он может сделать против моей магии? Гарри коснулся опала, который использовал в качестве фокуса. — Потому что Райлан Бладстоун — колдун, — сказал Патрокл, глядя на Гарри прищуренным взглядом. — И магия, которую он использует, состоит из крови и смерти, а у тебя, защищённого маленького балбес, нет шансов против него.