Обморок из темноты,ведущий к тому, в кого влюблен

Сегодня на практике Минхо выкладывался не просто на 100%, а на все 200%. Он договорился с Чаном о прослушивании в группу, которую тот собирает. Минхо мечтал о карьере айдола и прикладывал к этому максимум усилий, но, по его мнению, всегда было недостаточно хорошо. Танец был его сильной стороной, поэтому на прослушивании он представит его. Двигаясь под музыку, Минхо ощущал каждый мускул своего тела, каждую мышцу, будто от них шли тонкие нити прямиком к сердцу, пропускающее через себя движения, что складывались в танец. Хо вкладывал не просто часть себя, а всего себя. Для него это был сакральный ритуал. Так он чувствовал свою силу. Время неумолимо ускользало, приближая заветный день. Минхо тренировался на износ и очень любил моменты, когда он выбирался из тесного зала в лабиринты коридоров, где уже хорошо ориентировался, и двигался прямиком к автомату с напитками. Напитки с содержанием сахара он пил редко и выбирал газировку с виноградным вкусом, которая всегда была в автомате, потому что, кажется, кроме него никто не выбирает её из множества вариантов. Виноградную завозили в небольшом количестве, видимо, специально для тех немногих обитателей компании, что имели весьма изысканные предпочтения. Выходя из зала сегодня Минхо цеплялся острым носом за воздух с особой жаждой. Его мысли путались от волнения перед завтрашней встречей с группой Чана. Чан –трейни с большим опытом и отличными навыками: Минхо это уважает. Он уважает силу и стойкость Чана, а еще его непоколебимую веру. В этом он видел их сходства — Хо тоже верил в свою мечту, не так сильно как в себя, конечно. Ребят из группы он немного знал, но лишь заочно. Ему казалось, что они очень громкие и забавные. Сложно было представить, что он может обрести столько друзей, в лице мемберов, за раз, но эта мысль определенно согревала душу. К слову, у Минхо было не так много друзей, но их количество никогда не вызывало беспокойство. Они были близки — это то, что имело значение, он им доверял. — Ах, какое везение! Последняя банка виноградной, — расцвел в улыбке Минхо, опуская в автомат монеты. Наконец раздался громкий хлопок — газировка упала в окно выдачи. Звук открытия банки, кисловато-сладкий вкус, пузырьки во рту — всё сошлось воедино и подарило Минхо мгновение абсолютного счастья после изнурительной практики. Все еще впиваясь губами в банку, он отошел чуть назад и прислонился к прохладной стене, когда в коридоре появился паренек, державший курс прямо к автомату. Минхо узнал в этом парне одного из ребят Чана, но имени его он, к сожалению, вспомнить не мог. Поразительно, что этот чудной парень даже не заметил Минхо, будто был в своём мире, но это и к лучшему: сейчас он не настроен на более близкое знакомство. Минхо заметил, что паренёк явно расстроился из-за отсутствия именно виноградной газировки: «Должен ли я предложить ему свою, если наши специфичные вкусы настолько похожи?», — пронеслось в голове у Минхо, но он откинул эту странную мысль куда подальше, потому как в своей странности она переплюнула всё то, о чем Минхо думал последнее время. Он разглядывал парня со спины, размышляя о том, что тот выглядит уставшим, таким же как сам Хо. Приложившись хорошенько к банке он прикрыл глаза от удовольствия, а когда открыл уже был пригвождён цепким взглядом этого чудака. Несколько минут точно, парень пристально смотрел на Хо, не отрывая своих изумленных глаз. «Что со мной не так? Я потный…? Или он так на напиток реагирует?», — обеспокоился в своих мыслях Хо. Минхо обладал, как выражались его друзья, «убийственным взглядом», от которого сердце начинало заходиться у любого. Он использовал этот взгляд для особенных случаев, но сейчас ему не хотелось пугать этого странного парня, что пялится на него продолжительное время. Хо в ответ кинул лишь недоверчивый взгляд. И это возымело поразительный эффект: подопечный Чана как ошпаренный улетел с места неловкой встречи. Вернувшись в зал, где тренировка сегодня проходила в одиночестве, он присел на пол. В животе всё сжималось, дыхание перехватывало от навалившихся тревог о завтрашнем прослушивании, которое было так сильно важно для него. Надежда на то, что такая нелепая встреча с одним из ребят Чана, и тяжелый взгляд Минхо, что заставил того несчастного ретироваться с места, никак не повлияют на итог прослушивания, теплилась в его груди.

**********

«Я отлично знаю движения. Да они вшиты в меня! Ошибки не может быть». Утро перед прослушиванием было окутано пеленой тревоги. Минхо по своему обыкновению нервничал: бесконечно терзая свои замученные пальцы, бегая черными глазами туда-обратно, в поиске какого-то спасения. В коридоре было прохладно и тихо, а за дверью тренировочного зала раздавались раскаты смеха, громких вскрикиваний и энергичной музыки – ребята практиковались. Минхо обхватил ручку пальцами и тут же рефлекторно одернул себя обратно: казалось, что ручка обжигала, словно за дверью были все +50 градусов. Это вызывало разительный контраст с окружающей прохладой просторного коридора. Минхо нырнул рукой в карман худи и нащупал холодную, влажную банку виноградной газировки. Он купил напиток для того коридорного чудака, которого не только испугал вчера, но и лишил последней банки прямо перед носом. Это было своего рода искуплением вины, и Минхо боялся, что ребята могут подумать будто он подкупает одного из команды. Но Хо человек-импульс, если он почувствовал, что должен вручить эту банку, то так тому и быть. К тому же, внутри него зудила одна навязчивая мысль о том, что он хочет проявить заботу к этому милому парнишке. «Боже, откуда это в моей голове» Открыв дверь, лицо Хо обдало теплом, смесь звуков обволакивала его с ног до головы. Глубокий вдох, первый шаг. Чан сразу же подбежал к Минхо и приобнял за плечи, ободряюще похлопывая по спине. Ребята тоже переключили свое внимание и прекратили поддаваться всеобщему хаосу из звуков и движений. – Это Минхо…ах, вообще давай лучше ты пару слов скажешь, а то я как обычно, – Чан подарил ему самую добрую улыбку. Минхо вышел чуть вперед, словно на школьном построении. Честное слово, он понятия не имел что ему говорить: заранее он подготовил только движения танца. – Всем привет, меня зовут Ли Минхо, мне 19 лет…эм…я танцор, сегодня буду танцевать. Спасибо, что дали мне шанс, а это тебе..э…, – в руках Минхо держал газировку с виноградным вкусом и протягивал ее в направлении Хана, стоящего напротив. – Меня зовут Хан Джисон, – выпалил быстро парень. – Хан Джисон это тебе. Извини, что забрал последнюю вчера и напугал тебя, – Минхо смотрел в пол и по-прежнему стоял с вытянутой рукой. В воздухе буквально можно было почувствовать повисшее напряжение. Первым засмеялся Чанбин, затем смех подхватили все ребята, кроме Минхо: он легко улыбался, а когда почувствовал теплую и мягкую руку, покрывающую его, поднял голову – понял, что уже не мог абсолютно ничего. Глаза Хана были напротив, такая яркая улыбка светилась на лице парня. Вблизи он оказался еще красивее, чем вчера у автомата, когда Минхо мог рассмотреть его лишь издалека. Ладонь Хо слегка покалывало от прикосновения, сердце забилось чаще, а в голове зароились мысли и одна пугала больше другой. На секунду он перестал владеть ситуацией. Джисон резко подался вперед, – Спасибо, Хён!, - его лицо по-прежнему светилось. Хо, обладая поистине кошачьим инстинктом, резко отпрянул назад, вызвав у ребят вторую волну заливистого смеха. – Моя очередь тебя пугать, Хён, – поддразнивая сказал Хан, не сдерживая явного удовлетворения. Минхо такие игры только раззадорили. Волнение сразу же сняло, как рукой, но это странное чувство в груди… Ребята сели вдоль зеркала, в ожидании выступления новенького. Хо не любил смотреть на себя во время танца: его это отвлекало, поэтому он решил смотреть на Хана.