История одного беззубого паренька и его компании.

«Надо же, я всё ещё могу проснуться». Морфей покинул Мишу рано. Ещё раньше обычного. По крайней мере, парню так казалось. Часов у него не имелось, он научился определять время по солнцу. Только сегодня ему не повезло – сгустились тучи, полностью затянув небо. Миша перестал глядеть в грязное окно, перевернулся на другой бок и неловко обхватил себя руками, зябко поёжившись. В его каморке, как обычно холодно. Когда парень был чем-то занят, это было не особо заметно. Но утром, до конца не проснувшись, Миша осторожно сворачивался клубком, натягивал тонкую простынь по голову и, периодически хрипя, пытался унять дрожь по всему телу. Обычно ему это удавалось за пару минут. Но, похоже, сегодня дорогая удача решила устроить ему самый ужасный день в году. Помимо погоды, Миша почувствовал ком в горле, который плотно застрял, мешая дышать. «Заболел». – Пронеслось у парня в мыслях. Он резко соскочил со старой кровати, которая лишь глухо скрипнула. Чуть не запутавшись в простыне, он понёсся к тумбочке. Достал тёплые, в каких-то местах драные, носки, вернулся на нагретое место. Кровать уже успела немного остыть. За пару секунд. Какая же температура? Усевшись, парень принялся быстро растирать ноги. Задел сворачивающуюся рану ниже колена. По коже протекла тоненькая струйка крови. «Твою ж!» Миша устало вздохнул и натянул на ноги носки. По крайней мере, так он себе ничего не застудит. Ранка снова свернулась. Он её получил ещё вчера, когда бежал от разъярённых собак какого-то недоросля. Дворянин издевался над бедной девочкой, натравливая на неё своих питомцев. Проходящий мимо Миша это заметил и, не удержавшись, заехал недорослю кулаком по лицу. Девочка к тому моменту уже успела скрыться в подворотне, а он был вынужден спасаться бегством от псов. Резко дёрнувшись, Миха вновь упал на кровать, закрывая худое тело простынёй. Его старая одежда совершенно не держала тепло, поэтому парень несколько раз пытался оттянуть свою рубаху на бёдра, чему та совершенно не поддавалась. Штаны тоже особо не грели, но это лучше, чем ничего. Парень хрипло вздохнул. Голова трещала и пульсировала, будто после пьянки, а дышать становилось всё труднее. «Точно заболел. Зараза…» Миша уткнулся носом в подушку, что-то простонал. Веки начали тяжелеть, снова вступал в свои права Морфей. Нужно было идти. Хотелось есть. Для второго нужно первое. Мысли перескакивали туда-сюда, и Миша не мог выбрать одну. В конце концов он смог подняться, встать на пол, поскользнуться и чуть не упасть на холодные доски. Более-менее придя в себя, Миша дотянулся до своих старых ботинок под кровать, надел их и вышел из комнаты. На улицу он попал к тому моменту, когда там уже начал стекаться, будто серая масса, толпа. Люди шли, не замечали никого, толкались, огрызались друг на друга и шли дальше. Ничего не менялось. Миша решил следовать своему излюбленному пути – по крышам. Все, кого он там мог встретить, были кошками. Да, он опасался случайных встреч, ведь в этом районе его никто особо и не любил. Он был известен как уличный вор, не нужный обществу. У парня и так всё равно никого не было, но заводить питомцев он не собирался. Не потому что еды едва хватает на него одного. Просто он не знает, каково это, нести ответственность за живое существо. Быстро перепрыгивая с крыши на крышу невысоких домов, Миша довольно-таки быстро добрался до многолюдного места. Парень тряхнул головой, убирая спавшую на глаза тёмную чёлку, подошёл к краю навеса. Глянул вниз. Он добрался до маленького рынка, одного из самых прибыльных мест для него. Обычно утром торговцы не так внимательны к своему товару, и украсть кое-какую еду сейчас не составляет большого труда. Ловко спрыгнув с навеса здания, Миша заприметил себе вполне удобный уголок для наблюдения. Достигнув этого местечка, он вновь огляделся. Недалеко стояла старая бабка, жена старика-рыбака, и торговала наполовину протухшей рыбой. При виде её у Миши резко заболел правый бок. Не так давно, на прошлой неделе, эта бабка огрела его палкой. Он бы ответил, но взыграла мужская честь, мол, слабый пол бить нельзя. Слабый, как же! Синяк до сих пор не зажил. Мишка мог бы сейчас ей отомстить, но есть тухлую рыбу – себе дороже. Свалишься ещё от заразы какой и всё, пиши пропало. У стены противоположного здания обнаружился мясник, тоже занимающийся втюхиванием своего товара случайным прохожим. Остальные торговцы Мише были неинтересны, ведь они продавали всякие дешёвые украшения, кожу и прочее. «Мясник, ты не баба, но один раз кинул в меня кирпичом. Так что держись, сука!» Вообще, были бы у Миши деньги, он бы всё равно не стал покупать на этом рынке мясо. Мясник раскладывал товар своими грязными отвратительными руками, которые, чёрт знает где, побывали до этого. Но выбирать не приходится. Миша осторожно подкрался вдоль стены к мяснику, стоявшему к нему спиной. В какой-то мере, парня можно было назвать опытным вором, он ведь занимался этим ремеслом с детства. Худая рука осторожно потянулась к вожделённому куску говядины. Миха то и дело переводил взгляд на мясника, что, однако, не мешало ему следить за пальцами. Быстро схватив мясо, парень отпрыгнул от мужчины, который уже хотел повернуться. Но удача не была бы удачей, если бы не была такой стервозной сукой, которой лень повернуть свою пятую точку в другую сторону – Мишу заметили. - Ах, ты, маленький чёрт! – Взревел, словно раненый медведь, мясник, доставая из кармана фартука старый но верный тесак. – Ублюдок мелкий! - Пошёл на хрен, старый хрыч! – Не удержался от колкости Миха и сиганул с места, увернувшись от проскочившего у него над головой острого лезвия. Ему вдогонку летело ещё множество обидных проклятий, но парню было слегка не до этого. Будто весь рынок решил ополчиться на него, люди начали преследовать и толкать его, кто-то старался схватить. Над рынком поднялся шум и гам. Практически все старались поймать вора, больше из-за стадного инстинкта, чем по собственной прихоти. Пара женщин кидалась в него камнями, правда неудачно, но парень всё равно пытался маневрировать, уже рефлекторно ускользая от гневной толпы. Картинка в глазах скользила, сливалась, постоянно кардинально менялась, путая разум. Но Миша продолжал бежать, силясь спасти свою шкуру. Ног он уже не чувствовал, лишь странный холод, скользящий по всему телу и прибавляющий сил. Парадоксально, но это ему только помогало. Воришка резко свернул в сторону от надвигающейся буйной толпы к навесу. «Лишь бы не попали, лишь бы не попали». Но вновь удача повела себя как сука… Какой-то старый дед умудрился вновь огреть парня палкой, в этот раз по ноге. Миша что-то прокряхтел, поскользнулся на повороте и, упав, прокатился ещё несколько метров по сырой земле, ободрав спину и руки. «Подъём, салага…» Воришка повернул голову и с ужасом расширил глаза. На него надвигалась обезумевшая толпа, которой просто хотелось вынести всю свою злость, накопленную за столько лет, на мальчишке, который тем более является изгоем. Миха начал подниматься. Кряхтя и болезненно сопя, он смог опереться одной рукой о землю и встать на ноги, слегка покачнувшись. Парень хрипло охнул и резко схватился за колено. Оно в ответ отдалось болью по всей ноге. «Сломал? Вот сука…» Но вновь подняв глаза, вор понял, что теперь ему не спастись. Толпа была недалеко от него. Миша с неким сожалением вздохнул и приготовился отбиваться. Хоть как, но он обязан выжить. «По одному, суки». - Ловите его! - Мелкий чёрт! - Ублюдок. Ругательства и крики летали над рынком уже давно, но Мише просто некогда было к ним прислушиваться в погоне. Но сейчас беспомощный и подбитый он всё прекрасно слышал. - Казнить его мало! - Четвертовать! - Эй! Сюда дуй! «Чего?» Миша повертел головой. Похоже, послышалось. Толпа уже окружила его. Люди медленно и неторопливо сужали круг, понимая, что вору просто некуда деться, впереди – толпа, сзади - стена. Они прекрасно видели, что он не в состоянии бежать, а значит, можно и поглумиться. - Что? Больно, да? Бедняжка! – Схватившись за голову, кричала бабка. Миша её сразу узнал – жена старика-рыбака. - Ты посмотри, эво как его шатает! Напился перед кражей, небось. – Хохотал кто-то ещё. «Чтоб у вас гостями только клопы были». - Да иди сюда же! Миша вновь прислушался и понял, откуда кричали. Он осторожно повернул голову и уткнулся взглядом в стену здания. - А выше? Он послушался. Наверху, на навесе, сидел какой-то парень. - Давай сюда. – Он подал руку, перегнувшись через перила. Услышав, что толпа засуетилась и начала быстро сужать круг, Миха молча схватился за протянутую руку и, оттолкнувшись здоровой ногой, прыгнул на навес. Приземление было не совсем удачным. Не в состоянии нормально двигаться вор не удержался на ровном месте и свалился на своего спасителя, который, однако, отреагировал совершенно спокойно. - А ты лёгкий! – Удивился незнакомец, помогая ему подняться. – А теперь валим отсюда!