Тёмной ночью под луной

[ 9.11.2017 — четверг ] ~Время: 14:10~ В школе у 11Г только-только начался последний по расписанию урок — физра. Маша старалась ее не прогуливать, т.к в конце каждого урока, который проходил в зале, Ольга Ивановна давала классу мяч и ребята могли спокойно поиграть в волейбол. Но если для всех это было чем-то азартным и интересным, для кареглазой это было уникальной возможностью снять скопившийся стресс. Девушка любила этот урок только за ощущение отбитых подачами до красных следов рук. Самый удобный, легальный и беспалевный вариант селфхарма, не так ли?... Порезы моментально бросались в глаза, стоило чуть отодвинуть край толстовки, сбитые о стены костяшки противно и болезненно заживали, толком не давая нормально писать и мыться в душе, а временные красные отметины и синяки на предплечьях можно было легко объяснить одной простой фразой: "играла на физре". Вот и сегодня блондинка стояла в правом углу зала, отправляя мяч лёгким, как ей казалось, ударом под самый потолок. Противники, стоявшие за сеткой не успели среагировать и с сильным глухим ударом жёлтый шарик отскочил от прорезиненного напольного покрытия. — МОЛОДЕЦ, ТРЕТЬЯКОВА! — крикнула с высокого тренерского стула учительница, следившая за счётом игры настолько пристально, будто на ее исход поставила 3 квартиры и все деньги. *По помещению эхом разнёсся противный протяжный звук свистка* — ПЕРЕХОД! ПОДАЕТ ВЕРШИНИН! Таня молча сидела на лавочке освобождённых и от колоссальной скуки, не двигая головой, водила взглядом за летающим из угла в угол мячом. Но даже от такого незамысловатого занятия достаточно скоро заболели глаза и девушка обречённо простонала, понимая, что сидеть ещё целых 35 минут. Она уже практически смирилась с безвыходностью своего положения, как ее телефон, лежащий в кармане штанов, завибрировал от входящего сообщения. «Таня, у вас сейчас физкультура?» — гласило смс от Лауры в Telegram. «Да, Лаура Альбертовна.» «Я освобождена, а Машка занимается... Ей что-то передать?» «Нет, ты можешь сейчас подойти в 240? Мне помощь твоя нужна....» «Только у Ольги Ивановны отпросите меня пожалуйста 🙏» «Хорошо, жду тебя)» От перспективы свалить в начале нудного урока глаза Тани заискрились, как металлическая труба во время распила болгаркой. Девушка подхватила свой рюкзак и направилась к педагогу, которая отвлеклась на телефонный звонок. Как только зеленоглазая подошла к тренерскому "трону", женщина молча кивнула ей в знак того, что уходить можно, и продолжила наблюдать за волейбольным поединком. Через 5-7 минут, по прибытии в класс, Таня застала шатенку за работой с бумагами, но только та ее заметила, как сразу все отложила. — Лаура Альбертовна, вы даже не представляете, как я рада вас видеть! — Даже так... — шатенка усмехнулась и оперлась подбородком о подставленную руку. — Теперь и прогуливать лень? Полякова, не перестаешь удивлять... — Не прогуливать, между прочим... А быть освобожденной из-за анатомических особенностей) — сказала девушка, скручивая на ходу небрежный, но красивый, пучок. — Чего такого стряслось, что вам понадобилась МОЯ помощь? — Ммм... Пока ещё не стряслось, но скоро Машин день рождения... И я не знаю, что делать... — В плане? Вы о подарке или о ситуации в целом? — спросила пепельная блондинка, садясь на стул первой парты центрального ряда. — Все вместе... Она сейчас в таком состоянии, что ничего толком не хочет. И я ее понимаю. Но с другой стороны — 18 лет... Раз в жизни бывает... Если не отметит, потом будет жалеть. Таня задумалась над прозвучавшими словами, также опираясь на руку. — Оставить ее сейчас без праздника и ощущения поддержки = подписаться под ее депрессией. А дальше колеса, как раньше... — Я понимаю... Вот поэтому и прошу тебя помочь. Ты знаешь ее почти пол жизни, в отличие от меня. Что ей можно подарить? Что ей нравится? — Нууу, смотри... Те... — опомнилась Таня, на что Лукина махнула рукой. — Говори, как хочешь, тут никого. — Мгм, вобщем... За семь лет дружбы с Машкой я уяснила три вещи: она без ума от Imagine dragons, платит любые бабки за сборники Северянина и ЕЩЁ БОЛЬШЕ, чем на книгах, повернута на лошадях. В этом мы с ней похожи) — Ммм... — А теперь, что мы имеем в сухом остатке: Дэна Рейнольдса из Невады в Измайловский район города Москвы ты не притащишь... Это раз. Все книги мира с упоминанием Северянина ты ей купить не сможешь, ровно, как и воскресить его из могилы... Это два. Остаются только лошади) — сделала вывод Татьяна и развела руками. — Лошади говоришь?... — Лаура продолжала сидеть за столом, но теперь, покручивая между пальцев простой карандаш, все больше и больше углубляясь в мыслительный процесс. — Мгм) — А ты, случайно, не знаешь, у нас в Подмосковье есть конные клубы или конюшни рядом с СНТ или отелем каким-нибудь...? — Воооот) Правильно мыслишь) — Таня достала из кармана телефон, чтобы сверить адреса. — Смотри, я тебе ссылку кинула на отель ввиде коттеджного поселка в Можайске. Там совсем-совсем недалеко есть конное ранчо "Аванпост". Чисто теоретически, можно было бы поехать туда на несколько дней и потом ходить кататься и т.д. Там и выезд в полевые условия, и на плацу можно. Ещё река недалеко, хотя... —5° на улице, это скорее для лета... Получила? — Да, спасибо. Ты так хорошо знаешь это место, была там что-ли? — спросила Лукина, переходя по ссылке на отель. — Да, один раз. Года...3-4 назад. Я тогда ездила на соревнования по троеборью от нашего конного клуба и т.к это растянулось на пять дней с учётом выставления баллов, надо было решать вопрос с временным жильем. Вот мы с родителями и заселились в тот отель... Правда классное место) Там очень красиво, особенно летом. — с ноткой ностальгии в голосе пояснила Полякова. — Да, слушай... Мне нравится) — Лаура просматривала подробную информацию о брони, номерах и в целом территории, пролистывая при этом многочисленные фотографии. — А Маша там была? — Неа. Если вы туда поедете, она не узнает место) Плюс, ранчо ЗА отелем. Близко, но с дороги не видно. Опять же, она не поймет, куда приехала) — Хорошая идея) На этом и остановимся) — Лаура довольно и облегченно выдохнула, откидываясь на спинку кресла. — Только, Тань, умоляю тебя, не проболтайся пожалуйста... — Я постараюсь... — Промолчишь 3 дня, обещаю за контрольную на следующей неделе автомат. — Я обещаю. — с ходу и куда более уверенно ответила блондинка, чем вызвала смех классной руководительницы. — Хитрюга! — Ты сама предложила) Я за язык не тянула. — Хорошо-хорошо) Тань, я тогда сегодня вечером аккуратно спрошу у нее, кого она впринципе там хочет видеть и сразу отвечу тебе. Не думаю, что в таком состоянии, как у нее сейчас, она готова к огромным компаниям на сорок человек... — Это уж точно... — зеленоглазая устала потерла лоб, вспоминая детали разговора с Машей у нее дома, когда она рассказала об отрицательном тесте... — Блин, до конца ещё 15 минут... — Чай будешь? — спросила шатенка, перекладывая на столе стопки листиков. — Давай) Прозвенел звонок с урока. Лукина и Полякова спокойно болтали об организации дня рождения Маши, как услышали в коридоре чей-то очень недовольный и очень знакомый женский голос. Девушка явно приближалась к двери 240 кабинета и судя по громкости шагов, она была не просто злая, а в бешенстве. — Воу... Твоя? — спросила Таня, переводя удивленный взгляд с двери на такую же удивленную Лауру, отпивая при этом чай. — Моя... *В кабинет врывается красная от злости Маша с телефоном в левой руке.* — У нас несовместимость по зодиаку. Знаешь, я — скорпион, а ты — БОЛЬНАЯ СУКА! — Третьякова ушла в лаборантскую и хлопнула дверью, от чего по полу раздалась вибрация и в чашках переглянувшихся Лауры и Тани разошлись кольца. Через полминуты кареглазая сама покинула свое убежище и вышла в класс со стаканчиком воды. Она села за ту же парту, где сидела Татьяна и сложив руки на поверхности, упала на них лбом. — Маааш? — Таня аккуратно коснулась плеча подруги и та всхлипнула. — Кто тебе звонил? — Мать моя, разве по содержательному диалогу было непонятно? — Ммм... И нахрена? — Сказать, какая я сволочь, что бросила ее с ребенком. — А муженёк ее где? — спросила шатенка, поднимаясь со своего места. — Не удивлюсь, если по проституткам лазает.... Но по ее версии — в командировке. — Милая? — Лаура выдвинула стул и села совсем рядом с Третьяковой, обнимая ее за плечи. — Это у нее от безысходности, повод наехать... Плюс, очередная дешёвая манипуляция, потому что она понимает, что скоро не сможет тебя контролировать... — поджимая губы сказала Лаура, на что блондинка кивнула. — Да понимаю я, но один фиг, больно! У меня из всех живых кровных родственников только мать и Аня... Хрен с ней, что она со мной не общается, но она против меня сестру накрутила...— тихо хлюпала Маша. — Котик... — Лаура тяжело вздохнула и крепче притянула блондинку за плечи. — Твоя сестра рано или поздно тоже все поймет и пошлет ее. Она же не сможет всегда из нее веревки вить, когда-нибудь она тоже повзрослеет... — Маша слушала это и чувствовала на своих щеках новые и новые слезы, скатывающиеся с длинных черных ресниц. Лаура видела, что девушка не успокаивается и поэтому чуть отодвинув стул, на котором сидела, она уложила Машину голову на свои коленки и начала медленно и плавно массировать кожу головы и перебирать белокурые прядки. Третьякова все ещё хлюпала носиком, но уже поменьше, и от стресса обвила ногу шатенки руками. — Милая, давай домой поедем? — *Всхлип* Мгм... — Давай, вставай... Пойдем собираться. Тань, тебя довезти? — Если тебе не сложно... Не очень хочется переться под дождем... — Одевайтесь быстрее. — Лаура помогла Маше подняться и поцеловала ее в висок. Девушка в ответ на это улыбнулась и крепко обняла любимую за шею. Часам к 16 Лукина и Третьякова переступили порог своей квартиры, поставив две сумки с продуктами ближе к двери кухни. — Слушай, а ты сейчас сильно занята? — спросила Маша, стягивая с себя кроссовки. — Нуу, решу вопрос с итальянскими скаутами и свободна, а что? — поинтересовалась шатенка, вешая пальто в гардеробной. — Я хотела что-нибудь с тобой приготовить...) Если ты не против... — Я только за) — старшая вышла из маленького помещения и притянула к себе за талию облокотившуюся о стену девушку, нежно целуя ее в губы. — Ммм... Малиновый бальзам?) — Да) — с улыбочкой ответила Маша, заводя прямые руки за шею Лукиной. — Классный, почаще им пользуйся) — Чтобы ты его съедала? — усмехнулась Маша, снова утопая в глубине любимых голубых глаз. — Нет, чтобы ещё чаще думала о тебе) — с такой же улыбкой ответила Лаура и аккуратно взяв девушку за подбородок, ещё раз прильнула к ней своими алыми губами. Когда воздуха стало немного не хватать, Маша медленно отстранилась и погладив щеку старшей, сказала: — Я не буду тебя отвлекать, зайдешь тогда сама, как закончишь, хорошо? — Хорошо) А ты чем займешься? — Уроки сделаю, может что-то посмотрю... — пожала плечами девушка. — Договорились... Я люблю тебя) — И я тебя) Маша обняла женщину за шею и пока та переодевалась в своей комнате, разложила купленные продукты по местам и даже успела сделать себе чай. Потом, когда туда пришла Лукина с ноутбуком, пятью папками и ручкой в зубах, она ушла к себе в спальню и переодевшись в домашний черный топ и шорты, надела наушники и села писать домашку по физике. В однообразном положении Маша провела час. Треки 15 раз успели сменить друг друга, как и без того непростые задачи по физике поменялись на ещё более сложные по химии. И честно говоря, голова девушки начинала понемногу закипать... Она была настолько погружена в поиски правильного пути решения, что не заметила, как к ней подошла Лукина. От того, что кто-то положил руки на оба ее плеча, девушка дернулась и вскрикнула. — Прости-прости... — Лаура подняла руки, от такой резкой реакции блондинки. — Не пугай так больше пожалуйста. Хорошо? — Извини, Машунь... Правда не хотела... — Проехали... — выдохнула Третьякова и облокотилась о руку шатенки, которой та оперлась о поверхность стола. — Ты закончила? — Мгм) А ты что делаешь? — Пытаюсь найти равновесную концентрацию аммиака для того, чтобы посчитать константу равновесия всей реакции, если тебе это о чем-то скажет... — Господи... И это школьный курс?? — удивилась Лукина и стала вглядываться в длинное решение, написанное в Машиной тетради. — Ничерта не понимаю... — Мгм... Та же фигня... — Маша обреченно рухнула головой на стол и по комнате разнёсся глухой удар. — Эээй! — Лаура подняла голову девушки и потерла лоб, снимая неприятные болезненные ощущения. — Ты себя перегрузила, тебе нужен отдых, хотя бы небольшой... Пошли на кухню, м? — Пойдем) — немножко устало согласилась Маша и погасив лампу, за руку с Лукиной, вышла из спальни. Исходя из огромного количества скопившихся дома яблок было решено готовить шарлотку. Лаура занималась тестом, а Маша спокойно промыла красные плоды и принялась нарезать их. На кухне царила полная идиллия и спокойствие. — Лаур, а что за скауты? Просто, мне на ум приходят только школьники, которые бабушек через дороги переводят, но это же явно не то... — Ахахахха! Да, Маш, это не то) — шатенка искренне засмеялась от неправильной трактовки. — Смотри, у нашего головного офиса, в котором ты была, есть филиалы. Поскольку Грейс — международное агентство, то они не только на территории России, но и за рубежом. И в таких филиалах работают люди, отвечающие за подбор новых лиц. Это и есть скауты) — Интересненько... — Правда? — Мгм) — протянула девушка, отправляя одну сочную дольку в ротик. — Мне нравится слушать о твоей работе) Мне впринципе нравится слушать о всем, что касается тебя) — Я это ценю) У меня также с тобой) — прошептала Лаура, подходя ближе к Маше и приобнимая ее за талию. Девушка повернула голову и вновь ее губы оказались в считанных миллиметрах от лица шатенки. Такой тесный контакт был таким приятным... Маша чувствовала, что чем ближе она к Лауре, тем в большей безопасности она находится. — С тобой так спокойно... — Это самое важное) — также тихо ответила Лаура, поглаживая бок блондинки. — Чем я тебя заслужила...? — Котенок, любовь и заботу не надо заслуживать. Это должно быть по умолчанию, а раз тебя этого столько лет лишали, будем догонять сейчас) Маша легла головой на грудь голубоглазой и аккуратно обняла ее, чтобы не испачкать одежду сладкими руками. — И да, Маш... Собери пожалуйста 11 числа себе сумку с вещами, дня на три. — сказала Лукина, после минуты обнимашек. — Всмысле? — Третьякова перекладывала в кастрюлю с тестом нарезанные яблоки, но прервалась от непонимания. — Мы кое-куда поедем до среды включительно, возьми пожалуйста теплые удобные вещи) Хорошо? — Что ты удумала? — Маша прищурилась, пытаясь разгадать загадку, но лицо Лукиной ничего не выдавало. — Сюрприз) — Лаура чмокнула ее в носик, на котором была мука и начала перемешивать массу с фруктами. — И ещё вопросик... Кого бы ты хотела позвать? — Ну, во-первых — тебя) Таньку, само собой... Ещё бы в идеале и Таисию Андреевну с Алексеем Сергеевичем, но они в командировке до сих пор... — немного грустно выдохнула девушка. — Ммм... И, вроде, все... Ева болеет, Арс на дачу уедет, отцу помогать... А перед остальными по понятным причинам я не хочу светить наши с тобой отношения... Вот и получается, что всего три человека. — Зато, нашим кругом) Все свои) — Лаура еле держалась, чтобы не взболтнуть о том, что Поляковы специально приезжают на 2 дня раньше ради Машиного дня рождения. — Да уж, это точно) Маша выложила сверху нарезанные полукругом тоненькие дольки и обсыпав все корицей, поставила форму с будущим пирогом в духовку и засекла на таймере 45 минут. — Спасибо ещё раз) — сказала Маша, обхватывая ладонь Лауры своими. — Повторим ещё как-нибудь? — Конечно) — Лукина чмокнула кареглазую в лобик. — Только пойдем полежим пожалуйста... Спина отваливается... — Хочешь разомну? — Ещё как хочу) — шатенка улыбнулась рядом стоящей блондинке и они обе пошли в ее спальню. [ 12.11.2017 — воскресенье ] ~Время: 10:45~ Совершеннолетие — это то, чего каждый второй подросток мечтает достичь по щелчку пальцев, думая, что станет окончательно взрослым и сможет делать все, что захочет. Многие спят и видят, как аргументы родителей по типу: "ты ещё никто", "пока тебе нет 18, ты будешь слушаться меня, т.к я за тебя отвечаю", "ты ещё ребенок" и.т.д, сыпятся в прах. Но Маша молилась на этот день по другой причине... Она наконец-то сможет стать полностью независимой от матери. Власть абьюзивной женщины на нее больше никогда не распространится. Она спокойно сможет жить с кем захочет, гулять сколько и где захочет, общаться с кем нравится, работать, снимать квартиру, она теперь может ВСЕ. И самое главное — больше никто не сможет затащить ее в тот ад, в котором она жила пять лет. Никто и никогда. Теперь она свободный человек. Пока белокурый ангелочек мило посапывал в кроватке, досматривая свои сны, Лукина тихо выбралась из комнаты и после приготовления лёгкого завтрака, вытащила из шкафа своей спальни подарок, упакованный заранее в праздничную обёртку светло-сиреневого цвета, и тихо положила его на рабочий стол блондинки, все ещё удивляясь тому, как крепко может спать ее девушка. Когда уже абсолютно все было готово и проверено, Лаура взяла букет из светлых нежно-розовых пионов и сиреневой маттиолы и пошла в спальню Третьяковой. Шатенка аккуратно забралась под одеяло и придвинувшись к Маше, нежно откинула с ее лица блондинистую прядку. — Малышкааа... — прошептала Лукина на ухо девушки, опаляя его своим горячим дыханием. — Машуунь) — Ммммм.... — простонала девушка и уголки ее губ медленно поползли вверх, она начала выходить из сна. — Просыпайся, Родная) — Лукина поцеловала кареглазую в область за ухом и спустилась чуть ниже, оставляя на открытой, будто специально, шее единичный невесомый поцелуй, отчего девушка улыбнулась ещё сильнее и закусила губу, не открывая глаз. — С днём рождения, Солнышко) Маша глубоко вздохнула и потянулась, переворачиваясь на другой бок, лицом к Лауре, наконец-то полностью отходя ото сна. Светящиеся медово-карие глаза смотрели в блестящие, кристально чистые, как воды японского озера Машу́, голубые глаза Лауры и буквально гипнотизировали, заставляя терять дар речи. Лукина поднялась на локте и дотянувшись до букета, положила его между ними. — С праздником) — Какие красивые! — Третьякова тут же села в кровати, аккуратно обхватывая букет обеими руками. Блондинка поднесла его к лицу и вдохнула тонкий, ни с чем не сравнимый, сладковатый аромат сиреневеньких цветочков. — Маттиола... Как ты узнала, что после гортензии это мой второй любимый цветок? — со сверкающими глазами спросила Маша, повернув голову на довольную Лауру. — Так вот я тебе и сказала...) Секрет) — Ахахаха! Спасибо тебе огромное! — Маша бережно отложила букет на кровать и чуть наваливаясь на шатенку, коснулась ее губ своими, сразу втягивая в долгий и глубокий поцелуй. Лаура обвила ее талию, плотно прижимая тазом к своему бедру, и приоткрыла рот, отдаваясь благодарным ласкам блондинки. Девушка запустила пальчики с недлинными миндалевидными ногтями в темные пряди волос Лукиной и в очередной раз углубляя поцелуй, оттянула их немножко назад, опять ловя явный стон. — Знаешь, что я с тобой поняла? — Что?... — прерывисто дыша от продолжительного поцелуя спросила Лаура. — С тобой я получила именно ту любовь, о которой мечтала, сколько себя помню) — произнесла Маша, очерчивая выглядывающую из под футболки с широкой горловиной ключицу любимой своим пальчиком. — Это какую? — Когда ты не задаешься вопросом, любят тебя или нет) — Мой котенок...) — Лукина завела первую от лица блондинистую прядку за ухо и приложила ладонь к щеке кареглазой, не разрывая зрительного контакта. — И как бы сказал поэт: «но полюбив ее, нельзя не полюбить безумно». Третьякова широко улыбнулась и опустилась головой на плечо шатенки, крепко обнимая ее за талию. — Улеглась она... А подарок смотреть не пойдешь?) — Какой подарок?? — Который на лоджии лежит) — едва успела договорить Лаура, как Маша слетела с кровати и быстро направилась в другую часть комнаты. Девушка огляделась и увидела на столе прямоугольный подарок в приятной светло-сиреневой бумаге и с милым бантиком из белой атласной ленты. Навскидку коробка была размером 50×40 и внутри девушки разыгралось нешуточное любопытство. Она потянула за белые хвостики и лента легко развязалась, а дальше, она аккуратно подцепила бумагу ногтями, разрывая сразу в нескольких местах. Когда Маша полностью сняла обёртку, то потеряла дар речи и едва ли не сознание... В коробке все это время скрывался новый беленький Mac pro, которые только недавно начали поступать в Россию и стоили в прямом смысле, как крыло самолёта. Лаура, все это время стоявшая за спиной, подошла чуть ближе и приобняла за плечи. — Нравится?) — Да! Да, безумно! Но Лаур... Ты влезла в кредит ради этого? Скажи честно... — Зачем? Так заплатила. — Ты сейчас серьезно?... — от этой фразы Маша изумилась ещё больше. — Вполне) Судя по выражению лица тебе всё-таки не очень понравилось... — Нет-нет, ты чего?) Нравится! Безумно) И белый — мой любимый цвет... Но мне никто никогда не дарил НАСТОЛЬКО дорогих вещей... Я же теперь не только буду бояться им пользоваться, я буду бояться на него дышать... — Ахахах, да брось) Тебе просто нужно будет привыкнуть. И к компьютеру, и к тому, что теперь есть кому о тебе позаботиться) — Господи боже... Лаура, ты самая лучшая! Спасибо, спасибо, спасибо! — Маша кинулась на шею Лукиной и очень крепко зажала ее в объятиях. — Не за что) Учись на здоровье) А тот ноут пусть твоя мать себе оставит, раз так нужен... — ответила старшая, поглаживая блондинку по спине. — С днём рождения, Котенок) — Можно открыть? — Конечно, он же теперь твой) Системник от него под столом, если что. Маша кивнула и содрала защитную пластиковую накладку, скреплявшую дно и крышку коробки. В следующее мгновение ее взгляд устремился на минималистичный монитор с большим экраном и белой металлической подставкой. В комплекте также шли тонкая и одновременно очень удобная клавиатура и мышка. Радости Третьяковой не было предела, хотелось сразу сесть за настройки нового гаджета, но такого количества свободного времени у пары не было. Им нужно было быстро позавтракать, собраться и выехать, пока все люди не ломанулись с дач назад в город и не забили дороги... ~Прошел час~ Лукина выходила из гардеробной уже полностью собранная. Выпрямленные темные волосы, макияж с акцентом на губы, белая классическая кофта заправленная в красные брюки с высокой посадкой, что так прекрасно подчеркивали стройную фигуру, и красные шпильки настолько гармонично сочетались между собой, что женщина ещё раза 2-3 прошлась перед зеркалом, любуясь образом, который составила накануне. Она проверила выключенное состояние индукционной плиты, света, воды и прошла в спальню Маши, убедившись, что все в порядке. Девушка брызнула на лицо фиксатором для макияжа и придвинулась поближе к зеркалу, еще раз проверяя идентичность нарисованных стрелок. Мария решила поступить немного иначе, чем Лаура и делать акцент не на губы, а на глаза, выделяя их золотистыми тенями и прорисованными графичными стрелками. Это было единственным в ее образе, с чем она действительно заморочилась. С прической было куда проще, она всего на всего завила волосы плойкой и отколола первые крупные от лица пряди невидимками, высвобождая только небольшие спереди, чтобы добавить немного милоты. А в качестве наряда выступило белое минималистичное платье, выбранное накануне в Грейс. Девушка не очень хотела чего-то слишком яркого, совсем не хотела чего-то открытого и короткого, поэтому скромное и сдержанное платье с длинными рукавами и уместным V-образным вырезом заприметила практически сразу, даже не рассматривая остальные варианты. Блондинка поднялась со стула и надела классические белые туфли на шпильке, когда к ней уже подошла Лукина. — Какая ты красивая.... — Правда?) — Да! Как ангел) — влюбленный взгляд женщины говорил сам за себя. В моменте она почти перестала моргать, любуясь красотой своей девочки. — Я готова, можем ехать) — сказала кареглазая, но шатенка никак на это не отреагировала. — Лааар? Лаур? — Маше пришлось несколько раз щёлкнуть пальцами перед лицом старшей, чтобы вернуть ее в реальность. — М? — Голову не теряем...) Я говорю, можем ехать) — с улыбкой сказала младшая, положив руку на плечо шатенки. — Где твои вещи? — Кхм... Может мне пакет на голову надеть? — Всмысле? — У тебя мозг отключается, когда ты на меня смотришь, а тебе за дорогой следить... Лар, ты же ещё вчера вечером закинула их в машину... Совсем не помнишь?) — Точно... Хорошо, пойдем) Нам долго ехать. — Сколько? — Ну, может часа 3-3,5. Зависит от пробок, проходи) — Лаура надела чёрное пальто и открыв дверь, пропустила Машу. Входная дверь захлопнулась и держась за руки, пара вышла на улицу. Как и предупреждала Лукина, добирались они примерно 3,5 часа. Под конец пути на дороги начали выезжать другие автовладельцы и появились небольшие пробки, но это никак не испортило обеим настроение. Маша пол дороги подпевала разным трекам, шутила и смеялась, полностью отдаваясь такому прекрасному моменту. Она чувствовала, что за ее спиной выросли огромные крылья, подобные крыльям Малефисенты. Она свободна. Она в безопасности, едет с любимым человеком на встречу неизведанному приключению и впервые за долгие-долгие годы абсолютно ничего не боится. В 16:25 Audi заехала на территорию отеля "Black Raven" и припарковалась на стоянке рядом с главным корпусом, где располагалась администрация. Лаура заглушила автомобиль и отстегнула ремень, чтобы выйти на улицу. Пораженная красотой мест блондинка сделала то же самое, вышла из салона и закрыв за собой дверь, под руку с Лукиной направилась к стеклянным дверям административного корпуса. Маша даже не могла догадаться, что и дорогущий компьютер, и поездка в прекрасные живописные места — далеко не все сюрпризы на сегодня... — Добрый день) — вежливо поздоровалась девушка с ресепшена. — Добрый день. Я бронировала дом №14 на двоих в западном крыле. — Мм.. Ваше ФИО? — Лукина Лаура Альбертовна. — сказала шатенка, доставая из сумки паспорт и выкладывая его на стойку. Маша на автомате сделала так же. — Да, вижу. Лукина Лаура Альбертовна и Третьякова Мария Владимировна? Все верно? — Да. — подтвердила Лукина и взяла блондинку за вспотевшую ладошку левой руки, чего не было видно работающей за стойкой сотруднице отеля. Молодая девушка сверила данные и распечатав договор, проставила на нем несколько печатей. — Эти бумаги вам нужно будет отдать во время выселения из номера. Вот ваши карты-ключи, приятного отдыха) — Спасибо, до свидания. — сказала голубоглазая и развернувшись, обе пошли на выход. — Лаур, как ты вообще узнала об этом месте?...— все оглядываясь по сторонам спросила Маша. — Наткнулась в интернете) — ответила шатенка, вновь ныряя в кожаный салон. — Маш, достань пожалуйста из бардачка бандану. — Зачем это? Ролевые игры на природе? — Хозяин — барин, конечно... Но в данный момент мне нужно завязать твои глаза, чтобы ты не подглядывала). — Ммм, только не дай упасть пожалуйста... — Никогда. — заверила Лукина и очень аккуратно, чтобы не навредить сорока минутному макияжу, накрыла глаза Третьяковой черной банданой, затягивая узел на затылке. Подъехав к строению №14, Лаура окончательно заглушила мотор, паркуясь на отведённом их автомобилю месте. Она вышла сама и помогла дезориентированной блондинке, придерживая ее за талию и руку. Вместе они направились к домику №15, что находился на нечётной стороне, но ровно напротив их с Машей дома. Шатенка дважды постучала и дверь открыла Таня, еле сдерживая улыбку от счастья и долгого ожидания. Улыбаясь во все 32, она молча кивнула Лукиной и указала рукой направо, где располагалась огромная гостиная. Лукина завела Машу в большую, но при этом, уютную, комнату с камином, украшенную десятками белых, золотистых и прозрачных шариков с конфетти внутри. Посередине, стояли родители Татьяны. Такие счастливые, будто Маша, отмечавшая свои восемнадцать, была им родной дочерью. Таисия держала в руках большой букет белых роз, а Алексей — хлопушку, готовя ее к выстрелу. Таня на носочках, чтобы не стучать каблуками, подбежала к родителям и взяв хлопушку, как и отец, приготовилась к выстрелу. — Лаура, куда ты меня привела? — Маша абсолютно ничего не видела, это немного начало ее напрягать. Троица дала отмашку и Лукина сняла непроницаемую преграду с личика блондинки. Третьякова ещё толком не успела осмотреть место, да и впринципе привыкнуть к свету, как по гостиной разнеслись два мощных хлопка, схожих с выстрелами пистолетов. От неожиданности Маша вскрикнула и отвернулась, зажимая голову руками. — С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!!! — в унисон сказали 4 самых родных на свете голоса. Шокированная блондинка развернулась и вгляделась в лица родных. Такие счастливые.... Такие искренние.... Они любили её, все четверо. Татьяна — как лучшую из лучших подругу и сестру, Таисия и Алексей Поляковы — как родную дочь, а Лаура — как девушку, причем, не за какую-то часть тела, а за душу и просто тот факт, что она есть. Ответ на избитый вопрос блондинки: "кому я в этой жизни нужна?", который она в последние месяцы особо часто себе задавала, был достаточно прост и очевиден. Она нужна им. Им четвертым. — Как.... ВЫ ПРИЕХАЛИ??? ДА ЛАДНО! КОГДА!? — Маша немного пришла в себя и когда остатки испуга выветрились, она кинулась на шею родителям, крепко-крепко их обнимая. — Вчера с утра вернулись) С днём рождения, Зайка! Совсем взрослая уже!) — сказала Таисия, чуть крепче прижимая к себе блондинку. — Мы скучали по вам! — Мы? — переспросил глава семейства. — Да, пап. Я оказывается тоже по вам соскучилась за месяц... — Таня подошла к отцу и обняла его за шею, а он подхватил веселых девушек на руки и закружил по комнате. — С днём рождения, Машунь) — сказал Алексей, аккуратно ставя обеих на каблуки и Маша ещё раз крепко его обняла. — Спасибо! Спасибо большое! — Третьякова едва ли не плакала от счастья. — Ммм... Ещё подарки) — подмигнула Таня и отошла в сторону, открывая вид на огромную светло-зелёную коробку с темно-зеленым бантом. Размер подарка был примерно 80×80 и Маша порядком озадачилась... Девушка развернулась на стоящую за спиной Лукину и поймала её улыбку. — Кого вы туда засунули?) — Ну открывай и посмотришь) — спокойно сказала шатенка, прикладывая руку к спине девушки. Блондинка села на колени и развязала бант, а затем, как с утра, содрала праздничную обёртку. Картонные крылья не были скреплены скотчем и девушка беспрепятственно заглянула внутрь. Увидев на поверхности пять хорошо знакомых шимерных обложек, девушка не сдержалась и расплакалась... Она взяла в руки книгу "Save me", написанную Моной Кастен, и очертила контур буквы S указательным пальцем правой руки, предаваясь воспоминаниям... Ведь это был один из последних романов, который девушка успела прочитать до того, как ее жизнь перевернулась на 360°. Отложив книгу, Маша вытянула ту, что лежала под ней, потом ещё одну, и ещё... Вся коробка была полностью забита произведениями, близкими блондинке, каждое из которых занимало особое место в ее сердечке. — Как это возможно?... Как вы забрали их? — разворачиваясь к родным, спросила Маша. — Это не совсем они... — Таня опустилась рядом с подругой и взяла ее за руку. — У меня была фотка твоей книжной полки и мы решили, раз ты вряд-ли сможешь забрать свои старые, тебе стоит обзавестись новыми... Новая жизнь, новые книги) — Танька... — Маша крепко обняла подругу за шею. — С днём рождения) — также обнимаясь ответила Полякова младшая. — Ты лучшая! — Это родители придумали) От меня внизу найдешь парочку новых, которые ты не успела купить, но хотела... — Спасибо... — шепнула Третьякова и с помощью Лауриной руки поднялась на ноги. — Девочки, погуляйте где-нибудь, а мы пока быстренько со столом разберемся) — попросила Таисия. — Леш, давай за мангалом. — Мы можем вам помочь... — Маш, у тебя праздник и белое платье, у Тани розовое, вы потом замучаетесь их отстирывать... Идите поболтайте где-нибудь, а мы быстро) — Хорошо, мам. — Мы по улице пройдемся, ладно? Телефон у меня, если что... — сказала Маша уже больше Лукиной. — Ладно) Маш! — Лаура опомнилась и резко развернулась на каблуках. — Пальто надень и застегни... — Конечно) — девушка подошла к шатенке и оставив на ее щеке нежный поцелуй, под руку с подругой ушла на улицу, отправившись в сторону админ корпуса. Отец Татьяны пошел к своей машине и достав из багажника мангал и угли для шашлыка, отправился на задний двор их домика, а Лаура и Таисия остались на теплой кухне. Женщины спокойно нарезали салатики и одновременно болтали, причем, настолько легко, будто были знакомы тысячу лет. — Знаешь, а ведь только с тобой она вновь стала той, кем была до всего этого кошмара... Такой... Веселой, мечтательной) У нее так глаза горят, когда она на тебя смотрит...) — Таисия задумалась, рассуждая вслух и не заметила перехода на личности. — Ой... Ничего, что я на «ты»? — Все в порядке) Я и сама вижу, что ей легче со мной. Поэтому и забрала к себе... — И правильно. Как она сейчас? — Старается особо не показывать, что ей тяжело, боится меня расстраивать... Но я-то вижу, что она переживает до сих пор... — пожала плечами шатенка, домывая посуду. — Я конечно стараюсь не отходить от нее и не оставлять надолго со своими мыслями... Больше обнимать и уделять внимание, но иногда складывается ощущение, что я делаю недостаточно... — Поверь ты сделала для нее куда больше, чем думаешь) Ты подарила ей полноценное ощущение безопасности и любовь, которые она не испытывала десять лет. Это многого стоит) Для нее особенно. — Десять... Ты про Владимира что-ли? — Мгм. Лично с ним не знакома, только фотографии их совместные видела... Но я точно знаю, как сильно она его любила и любит до сих пор. После его смерти за нее больше никто так горой не стоял. Она одна осталась, пока тебя не встретила. И сейчас очень боится тебя потерять... — Больше может не бояться) — с уверенностью заявила Лукина, заглядывая в такие же, как у Тани, зелёные глаза Таисии. — Я ее не оставлю. — Лаур, я очень надеюсь, что у вас все сложится) Ты очень хороший человек) — сказала блондинка, положив руку на плечо Лукиной. — Она тебе верит, мы тоже) Когда стол был накрыт, женщины позвонили Маше и она с подругой явились в течение 5 минут, а вскоре подошёл и Алексей с шампурами, полными поджаренных кусочков курицы. Веселая компания расселась по местам и абсолютно не замечая времени просидела так до 21:45. Весёлые шутки, приятные воспоминания и трогательные поздравления от самых близких сделали этот день рождения Маши незабываемым. Девушка растворилась во времени, полностью отдаваясь тому спокойствию, которое ею овладело. Она была счастлива. ~Время: 22:05~ — Господи боже, спальня! Глазам своим не верю... — протянула Лукина, когда ступила через порог большой комнаты отдыха, принадлежавшей на эти три дня только им двоим. Женщина оставила со своей стороны каблуки, в которых мучилась весь день, и без сил рухнула спиной на большое двуспальное ложе. — Ты так сильно устала? — спросила блондинка, присаживаясь на край кровати, рядом с Лаурой. — Не то, чтобы сильно... Просто ноги и шейный отдел гудят... — Мммм...) — Маша оперлась о локоть и максимально склонилась к желанным губам, на которых уже толком не осталось помады. — А если я вылечу?) — Ну попробуй...) Буду благодарна. — сказала Лукина и сразу после этого, почувствовала, как к ней прильнули теплые трепетные губы именинницы. Девушка едва ощутимо касалась нежных припухших участков, давая женщине возможность проявлять больше инициативы и активно отвечать на сладкий телесный контакт. Лукина приобняла блондинку за талию и потянув на себя, углубила поцелуй, вновь вводя в ротик молодой девушки свой язык. Третьякова тоже не оставалась в стороне и, хоть, сильно переживала, на поцелуй отвечала охотно, с не меньшей страстью. Блондинка продолжала ласкать язык любимой и в моменте, поддавшись удушающему искушению, переложила ее руку с талии на свои ягодицы, призывая погладить их и сжать. — Ммм... — простонала Лукина, пытаясь отстраниться, но Третьякова продолжала начатое, вновь накрывая своими припухшими губами губы Лауры, отчего сознание опять так и наровило отключиться. — Маш... Погоди... — Лаура переложила обе руки на плечи блондинки и уперевшись в них, отодвинула ее от себя. — Ну что такое?... — со сбившимся тяжёлым дыханием спросила кареглазая и хотела было продолжить поцелуй, но старшая немного сместила голову вправо, не давая этому случиться. — Милая, все опять заходит не туда... — Лукина сказала это первой и вернула свои ладони на Машину талию, слегка ее поглаживая. — Ты же не... — Я готова. — Маш... — Лаура, я готова. — ещё более уверенным тоном заявила блондинка, практически полностью лёжа на Лауре. — Несколько дней назад, когда мы с тобой делали шарлотку, я поняла, что, чем мы ближе, тем мне спокойнее. Я чувствую себя в безопасности. Мне хорошо с тобой. И я хочу, чтобы стало ещё лучше) — блондинка приблизилась к уху голубоглазой и прошептала: — Я хочу тебя... — Милая, ты точно уверена?... — от прозвучавших у уха слов дыхание старшей начало сбиваться в разы сильнее, а разум и вовсе отключился на 99,9%. — Да. — едва Третьякова это сказала, Лаура ловко поменяла их местами и теперь не она была снизу, а Маша. Белые локоны разметались по одеялу, щеки покраснели, как спелая клубника, а грудная клетка с трудом поднималась и опускалась, пропуская в лёгкие воздух. Лукина видела это. Нависая над Машей, она заглянула в карие глаза своей девочки и увидела в них огоньки страсти и давнего желания. Все говорило о том, что блондинка не обманывала, она и в правду давно и сильно хотела более жаркого продолжения их бесконечных поцелуев, но Лукину останавливал один нюанс... Она очень боялась во время секса случайно пробудить в Маше травмирующие и болезненные воспоминания. Женщина прекрасно понимала, что триггером может стать, как неосторожное слово, так и самое лёгкое и ненавязчивое, на первый взгляд, касание... Поэтому уткнувшись носом в нежную шейку девушки, Лукина спросила: — Машунь, чего мне не следует делать?... Девушка обхватила спину любимой обеими руками и едва выговаривая слова от колоссального возбуждения, прошептала: — Без грубости и не держи мои руки... — Поняла) Лукина едва ощутимо провела кончиком носа по месту, где проходила сонная артерия девушки и ее левая рука аккуратно скользнула вверх по согнутой в коленке правой ноге Маши, задирая при этом лёгкую ткань ее белого платья. Продолжая нависать над кареглазой, Лаура едва ощутимо касалась внешней части ее бедра, невесомо поглаживая его подушечками пальцев и задевая при этом какие-то ремешки. Такое действие в сочетании с нежными, но обжигающими молочную кожу шеи поцелуями, что оставались после каждого прикосновения губ голубоглазой, сводили Третьякову с ума.... Она не выдержала натиска мыслей и эмоций, и, буквально через несколько секунд, кофточка ее любимой женщины отлетела на пол в неизвестном направлении... Взору девушки открылась прекрасная пышная грудь, прикрытая кружевным лифом глубокого бордового цвета. Маша не знала, как реагировать... Зашкалившее возбуждение вызывало непреодолимое желание сжать... Вылизать... Оставить парочку ярких фиолетовых отметин, происхождение которых будет понятно всем вокруг... Но внезапно появившееся стеснение, выступившее красным на щеках, даже руку поднять не позволило. Девушка просто лежала и наслаждалась видом и руками любимого человека, которые ласково исследовали ее ножки, заставляя дышать через раз. В какой-то момент Лаура разорвала сотый страстный поцелуй и встав на ноги, подтянула Машу к себе. Девушка встала рядом и заново вцепившись в манящие губы, с лёгким ароматом вишни, закрыла глаза и стала судорожно искать застёжку на брюках Лукиной. Одномерно собачки двух молний поехали вниз и через мгновение на полу оказались остатки одежды, неприлично обнажая тела своих владелиц. Молодая девушка осталась стоять перед Лаурой в кружевном лифе белого цвета и таких же кружевных трусиках, надетых под узкий, с посадкой на талии, пояс для чулок. Она старательно выбирала этот комплект, поэтому на ее фигуру он сел идеально, прекрасно подчёркивая большую упругую грудь и тонкую талию. Третьякова обхватила горячую шею старшей руками и углубила жаркий поцелуй, вновь проникая в ротик шатенки своим языком и срывая с ее губ неконтролируемый стон возбуждения. Не разрывая желанного контакта, Лукина приобняла блондинку за плечи и аккуратно опустила на кровать, упираясь коленом в ее промежность. — Какая ты красивая... — на секунду прервалась Лукина и провела по боку девушки ладонью, задевая белую кружевную ткань нижнего белья. — Можно? — Мгм... — протянула Маша и тутже закусила губу, от того, что любимые руки нежно отодвинули чашечку, расшитую кружевом, обнажая левую грудь. Горячий язычок спокойно очертил ареолу и, якобы случайно, несколько раз задел сосок, отчего комнату наполнил короткий, но безумно возбуждающий стон изнемогающей Марии. — Ммммгхм.... Лаура.... — девушка больше не выдерживала всколыхнувшегося в ней моря чувств и опустила руку к своей промежности, начиная понемногу массировать свой клитор. Заметив это, Лукина расстегнула свой бюстгальтер, отбросила его в сторону и переложив обе Машины руки на свою голую грудь, продолжила покрывать поцелуями шею и ключицы девушки. Третьякова лежала под шатенкой и чувствовала, как участки ее кожи опаляет горячее человеческое дыхание... Она слушала ее хрипловатые и едва различимые постанывания... Это все возводило имеющееся желание большего в пятую степень, заставляя практически кончать от одних лишь прикосновений к талии и животу. Чтобы хоть немного переключиться, Маша начала не сильно, но ощутимо сжимать груди старшей, потирая окаменевшие соски большими пальчиками, что вскоре вывело Лукину на долгожданный протяжный стон, полный блаженства. Она в последний раз припала к слегка покусанным губам блондинки своими и вскоре, медленно отстранилась от нее, не разрывая установленного зрительного контакта. Лукина немного отодвинулась и за несколько секунд, будто всю жизнь это делала, отстегнула крепление Машиных чулок от пояса и стащила их, освобождая ножки от нагрузки... Затем она аккуратно сняла сам пояс и слегка отвлекая оперевшуюся о локти девушку на поцелуй, расстегнула ее лиф, оставляя в одних трусиках. Лукина уложила кареглазую на лопатки и проложив дорожку коротких поцелуев от ложбинки в середине груди до лобка, спустилась чуть ниже, прижимаясь губами к горячей точке через промокшую ткань белья. — Ааахххм... Не томи... Пожалуйста... От такой реакции блондинки на лице Лукиной заиграла опасная улыбка и она слегка сдвинула в сторону просвечивающую ткань, не решившись сразу снять с девушки последний элемент одежды. Мгновение и указательный со средним пальцы проходятся по половым губам, собирая выделившуюся смазку. — Мммммгхмм... — Третьякова прикусила нижнюю губу, но в следующую секунду отпустила ее и широко распахнула глазки, ведь Лукина прижалась к ее набухшему клитору, начиная приятно раздражать 8 тысяч имеющихся на нем нервных окончаний кончиком своего языка. — Ааааа.... Ааааххм! Ммм... — Маша почувствовала, как по телу, начиная с низа живота разливается приятное тепло. Такое долгожданное... Приятное... Незаменимое... И абсолютно точно, ни с чем не сравнимое. Девушка продолжила наслаждаться ласками любимой женщины, но вскоре поняла, что кое-что ей раздражающе мешается... Она приподняла таз и тем самым, помогла Лауре, сразу понявшей намек, снять с нее трусики. После этого девушка широко развела ноги и вновь почувствовала, как маленький пульсирующий комок оказался во власти алых губ, которые то вбирали его, то отпускали... Маша уже практически задыхалась от собственных ощущений... Она прекрасно чувствовала каждое касание до своего клитора и это сводило с ума, ибо появляющаяся от этого дрожь била прямо в сознание. Девушка закрыла глаза и запустив пальчики в короткие волосы Лауры, слегка надавила ей на затылок, посильнее прижимая к себе и тем самым, меняя силу воздействия на чувствительный орган. — Аааа!... Лаур... Я скоро... ААА! — Маша чувствовала, как все больше расслабляется и теряет контроль над собой. Все ее тело начало покрываться мурашками, готовясь к долгожданной разрядке, но вдруг Третьякова почувствовала, как в нее аккуратно ввели два пальца и постепенно набирая скорость начали двигаться в ней, не прерывая манипуляций языком. — МММММХГМ!... АААА! Б-быстрееЕЕ.... АА! — чувствуя, как пальцы начали скользить в ее влагалище быстрее, блондинка сорвалась на крик, не в силах контролировать свои голосовые связки. — АААААА! АААААААХХМ! — пара толчков и Третьякова вскрикивает, прогибаясь в спине и одновременно подаваясь навстречу тёплому языку, который удовлетворял ее больше 15 минут. Лаура не сразу вывела пальцы, она совершила ещё несколько аккуратных неглубоких погружений для продления яркого оргазма блондинки и лишь когда стенки ее влагалища перестали сокращаться, она спокойно вышла и оставила на подсохших губах девушки жизненно необходимый влажный поцелуй. — Моя девочка... — прошептала Лукина, проводя носом по щеке голой Маши, чья грудь все ещё часто вздымалась в попытке отдышаться. Девушка закрыла глаза и повернувшись на бок, обхватила рукой спину Лауры, притягивая ее ближе к себе и утыкаясь при этом в ее обнаженную ключицу. — Почему... Так хорошо?... — Потому что по любви) — тихо ответила Лаура и откинула назад прядку, упавшую в порыве страсти на лицо. — Теперь только так и будет) — с этими словами она оставила на блондинистом виске нежный поцелуй и покрепче приобняв девушку за спину, притянула к себе. Бархатная ладошка съехала с области лопатки и переместилась на грудь, нежно поглаживая большие полушария с такими же твёрдыми, как и 15 минут назад, сосками. — Лаур, а можно теперь я?.... — Ты хочешь... — Да! Чертовски сильно! — от нетерпения Маша прервала шатенку на полуфразе и максимально приблизилась к ее губам, стараясь раздразнить и спровоцировать на продолжение этой прекрасной ночи. — Ну давай...) — с улыбкой ответила Лукина и под натиском девушки, повернулась на спину, пристраивая голову на подушке. Маша лежала на правом боку и с легкостью прильнув к губам шатенки, блаженно закрывшей глаза, поглаживала ее талию. Медленно, будто аккуратная змея, она заскользила своей ручкой вниз, по животу Лауры, вызывая у той прерывистость дыхания и мурашки. Все также отвлекая женщину на поцелуй, кареглазая спустилась под резинку бордовых трусиков и нежным, но в то же время, ловким движением она начала водить двумя пальцами от клитора ко входу во влагалище и назад, собирая необходимое количество смазки и доставляя при этом весьма приятные ощущения обладательнице голубых океанов. Дыхание сбилось окончательно, когда Третьякова положила влажные подушечки пальцев на клитор и начала массировать его круговыми движениями, одаривая при этом ключицу и грудь нежными поцелуями. Лукина прикрыла глаза и открыла рот, выпуская "немой стон". — М-Маша... Кареглазая растянулась в довольной улыбке и обхватила своими розоватыми губками сосок левой груди, на что получила в ответ рваный тяжёлый вздох, который только подлил масла в пылающий костер. — Ааах...— с губ тяжело дышащей Лукиной слетел очередной неконтролируемый стон и чуть приподнявшись, она сняла с себя последний элемент одежды, так мешавший ласкам блондинки... Девушка слегла надавила на плечо любимой и уложив ее на спину, аккуратно вошла в нее одним пальчиком, чтобы постепенно дать привыкнуть к движению внутри. Через несколько секунд добавился второй пальчик и по комнате разнёсся громкий протяжный стон, известивший Машу о том, что голубоглазая практически на пике возбуждения. Не выходя из лона, Третьякова поменяла свое положение и пристроившись между ног Лауры, аккуратно коснулась кончиком языка увеличившегося чувствительного органа шатенки. Девушка нежно посасывала пульсирующую горошинку, сочетая это с плавными толчками пальцев и Лукина вцепилась в простынь, крепко сжимая ее в кулаках. — Ааааа!... Ааааа! М-МашаааААА! — старшая прогибалась и подрагивала, чувствуя, что уже совсем скоро кончит. Грудь часто поднималась и опускалась, ноги пробивала судорога, а низ живота приятно окаменел... Осталось совсем немного... — Посильнее.... МММГХМ!... — Лукина почувствовала, как Маша изменила тактику, сделав толчки более направленными и чуть более жесткими, входя по самые костяшки. Девушка стала интенсивнее вылизывать промежность и в итоге Лауру совсем скоро накрыл яркий оргазм, приятно отдаваясь теплом по всему телу. Через пару секунд Маша вынула пальцы и укрыла их голые тела теплым белым одеялом, заботливо подтыкая под бок Лауры, все ещё приходящей в себя. Блондинка прилегла на обнаженное плечо Лукиной и положив руку на ее живот, начала выводить пальчиком какие-то непонятные узорчики. — Лаур?... — М? — Как ты?... Лукина уловила в поступившем от блондинки вопросе некую тревогу и нотку неуверенности, отчего развернулась к ней лицом, заглядывая в темные глазки. — Все замечательно, Машунь) Тебя что-то беспокоит?... — спросила Лаура, сплетая пальцы их рук в замочек. — Просто... Это был мой первый нормальный раз) — ответила Маша, перекладывая теплую ладонь на щеку шатенки. — Да и с девушками у меня до такого никогда не доходило... Я думала, что не смогу сделать тебе приятно... — Напрасно! До сих пор отдышаться не могу) — А ты курить брось и с дыхалкой будет получше. — Что верно, то вер... Стоп. А ты откуда знаешь? — Думаешь, не чувствую запах от твоего пальто?) — Маша улыбнулась и вскинула брови, удивляясь наивности шатенки. — Прости... Две работы, нервы... Я постараюсь поменьше, хорошо? — Мгм) — согласно протянула Маша и прислонилась лбом ко лбу старшей. — Коть...? — Что? — спросила блондинка, не открывая глаз. — А ты нормально себя чувствуешь? У тебя ничего не болит? Третьяковy безумно трогала подобная забота которую проявляли в ее адрес. Девушка придвинулась к Лауре, останавливаясь буквально в нескольких миллиметрах от ее лица и вернула недавнюю фразу. — Самое лучшее лекарство для человека — любовь и забота. — Маша с удовольствием обвила талию Лукиной и оставив на губах последний на этот день поцелуй, улеглась под ее боком, поудобнее устраиваясь в успокаивающих объятиях. — С днём рождения, моя красавица... — Спасибо... За все...) [ 13.11.2017 — понедельник ] ~Время: 16:00~ По протоптанной во время многочисленных прогулок дорожке, ведущей из большого заповедного парка, спокойно прошлись два практически одинаковых норвежских фьорда. Ведомые своими всадницами, они спокойно шагали назад, в сторону ранчо, изредка фыркая и потряхивая головой. — Ахахахахах, Лаур, да не бойся ты... Она тебя не скинет) — с улыбкой сказала Маша и достав из поясной сумки кусочек моркови, позвала лошадь шатенки по кличке. — Лея, ээй) — животное повернуло голову и заметив протянутое блондинкой лакомство, сразу стянуло его с ладони. — Хорошая девочка) — Третьякова аккуратно потрепала двухцветную гриву, на что кобыла ещё раз фыркнула. — По-моему, ТЫ ей нравишься, а не я... — Ты тоже) Хотя, сильно ее боишься... Как ты вообще согласилась сесть в седло, если так сильно боишься их? — Я высоты боюсь, а не животных. Это разное... — поправила голубоглазая и покрепче взялась за верхнюю широкую луку на седле. — Плюс, хотела провести время с тобой) Прогулка по вечернему Серпуховскому заповеднику на закате, да ещё и с фьордами... Что может быть романтичней?) — Мммм... Ты... Спальня... Вечер... Шампанское... Бордовое кружевное... Дальше продолжать?) — Поняла-поняла) — Лукина немного посмеялась и с теплотой погрузилась в яркие воспоминания минувшей ночи. — Маш? — Чего? — Ты точно не жалеешь о вчерашнем? — Лаур, слушай, до этой ночи я думала, что вообще никогда не буду заниматься этим... Ни с кем... Думала, что это больно и мерзко, но ты показала другое) Ты показала, насколько может быть приятно. Ты ещё раз убедила меня в том, что я не зря на это согласилась) — Маша протянула Лукиной правую руку, спокойно перекладывая поводья в левую. — Не бойся) Шатенка сплела их пальцы, прокручивая в воспоминаниях образ лежащей под боком спящей Маши. — Знаешь... А ведь ты сегодня ночью даже не просыпалась) — поглаживая большим пальцем нежную кожу Машиной руки, сказала Лаура. — Ну ещё бы...) С учётом прелюдии — час. Довольно изматывающе, не находишь?) — улыбнулась девушка, покрепче сплетая их пальцы. — А если серьезно, то сейчас я просто не чувствую ни капли угрозы. Может из-за того, что мы не в городе и подсознательно я понимаю, что он никак до меня не доберется... Ну, и ты рядом) Тоже много значит) — Машунь, я не дам тебя в обиду, слышишь? — Я тебе верю. Поверь, я не часто это говорю людям... Тем более, в лицо. — Понимаю... Посмотри на меня пожалуйста... — карие глаза, что сверлили собой дорогу, встретились с голубыми и автоматически начали принимать от них спокойствие. — Он больше тебя не тронет. Никогда. Он не знает, где мы живём... Кем я работаю... Да даже, кто я... Он не знает ничего. И рассказать ему никто не сможет. Не переживай больше, ладно? — Лукина видела, как глаза ее девочки потихоньку наполняются слезами. Но не от обиды, печали или страха... А от заботы, к которой блондинка все ещё не привыкла до конца. [ 19.11.2017 — воскресенье ] Прошли ещё 6 дней, на первый взгляд — самые обычные. Пара давно вернулась из поездки и сразу окунулась в привычный жизненный ритм, включающий в себя посещение учебы и работы. И все было прекрасно, пока не наступило утро воскресенья. Дня, навсегда врезавшегося в память Маши и близких ей людей... ~Время: 10:48~ Лукина безмятежно спала, уцепившись за уголок их с Машей теплого одеяла, когда по комнате разнёсся громкий рингтон от входящего телефонного звонка. Шатенка моментально проснулась и сняла трубку, чтобы случайно не разбудить блондинку, даже не заметив, что девушки рядом не было... — Мари, воскресенье! Ещё даже 11 нет! — прошипела Лаура, вылезая из кровати. — И тебе доброе утро... Как спалось? — Надеюсь, что ты звонишь мне из тайги, потому что если ты разбудила меня ради этого вопроса, я найду тебя и придушу! — Ммм... Лучше прибереги силы, одевайся, бери паспорт и приезжай в Тропаревское отделение полиции. — ВСМЫСЛЕ!? Что случилось!? — А мы тут с сержантом отсматриваем веселое и крайне занимательное кино... Как твоя бывшая спускает мне колеса на парковке перед офисом. — с плохо сдерживаемой злостью процедила Буше. — Помнится, тебе кто-то от большой любви гвоздем по крылу и передней двери прошёлся... Никакие наводящие мысли не возникают!? — Вот сссссука... — Лукина прислонила свободную от телефона руку ко лбу и раздражённо выдохнула, собираясь с мыслями. — Я сейчас приеду. Подожди меня.... — Мгм, давай. — ответила Буше и завершила трехминутный вызов. Лаура вскочила с места и направилась к двери, но почувствовала, как ее нога наступила во что-то мокрое и густоватое. Посмотрев на пол, она увидела то, что пробило ее на холодный пот... На светлых паркетных досках виднелась дорожка из крупных и мелких бордовых капель крови, что начиналась аж от самой кровати. Лукина подняла взгляд на спальное место Маши и вместо сладко сопящей красавицы увидела залитую кровью серую подушку... Все проблемы и трудности моментально отошли на десятый план. В ушах громко и больно долбили барабанные перепонки, а сердце настолько замедлило свою работу, что показалось, будто совсем перестало биться... Лаура "отмерла" секунд через 20 и быстрым шагом направилась по кровавому следу, который вскоре привел ее к двери ванной комнаты. — Маша! Маш, открой дверь! — она слышала, как из душа лилась вода и понимала, что Третьякова там, но тот факт, что никто не отвечал лишь усиливал панику и порождал в голове разные навязчивые мысли. — Машенька... Родная, открой, пожалуйста!! — из глаз покатились крупные слезы и страх достиг своего апогея, но неожиданно замок с внутренней стороны повернули. Поняв это, Лукина распахнула дверь и залетела в помещение. Третьякова, бледная, как лист бумаги, стояла на кафельном полу с голубым махровым полотенцем, обмотанным вокруг мокрого обнаженного тела. — Милая моя!... — шатенка обхватила руками спину девушки и крепко ее обняла, утыкаясь носом в мокрые пряди светлых волос. — Живая... — Прости пожалуйста... У меня кровь из носа пошла, пока я спала... На волосы попала, и я решила их вымыть. А из-за потока воды не слышала, как ты встала и звала... — Господи боже... А почему так сильно? Ощущение, что тому, кто там спал, перерезали сонную артерию... — Лаура взглянула на уставшее лицо девушки и озадачилась. — Такая бледная теперь... У тебя ничего не болит? — Нет, все нормально) Если не считать того, что я тебе там все залила... — Вообще забей! Жива и слава богу! Это всего лишь подушка... — сказала Лукина и прижалась ко лбу кареглазой губами. — Маш... У тебя температура! Ты заметила? — Не думаю. Скорее всего это от душа. — Но ты горячая, как сковородка! — Спасибо, ты тоже ничего. — Так... Давай иди в постель и ложись на мою сторону. А я градусник пока найду... — Мгм... — протянула девушка и побрела в сторону спальни, а Лаура зашла в соседнюю комнату и залезла в шкаф. Шатенка рылась в глубоком контейнере с лекарствами и вдруг услышала глухой звук от сильного удара. Будто... Кто-то упал... — Маааш? — позвала Лукина, но ответа не последовало и быстро поднявшись с колен, она устремилась в коридор, в центре которого нашла блондинку, лежащую без сознания. Ноги девушки были чуть согнуты, руки раскинуты по разным сторонам, а из носика опять стекала непрерывная алая струйка... — МАША! ГОСПОДИ! — она побежала к Третьяковой, охваченная лютым страхом, граничащем с паникой, и стала аккуратно, но ощутимо хлопать девушку по щекам, чтобы она пришла в себя. — Милая, очнись пожалуйста!... Машенька! *Всхлип* Проснись! Лишь спустя мучительные полторы минуты Третьякова медленно раскрыла веки и неспеша оглядела помещение, упираясь позднее взглядом в заплаканную Лауру. — Что?... Что произошло?... — блондинка попыталась сесть, что Лукина пресекла сразу и, словно пушинку, подхватила ее на руки и понесла в сторону спальни, куда сама она так и не дошла... — Ты в обморок упала... Не помнишь? *Всхлип* — девушка отрицательно помотала головой и опустив руку, случайно задела край полотенца, что все ещё прикрывало ее тело, и оно соскользнуло вниз, открывая вид на грудь — Чччерт! Абсолютно не обращая на это внимания, Лукина дошла до их уютного спального ложа и аккуратно опустила на него прекрывающуюся руками блондинку. Девушка была настолько слаба, что даже не смогла самостоятельно накрыться одеялом и Лаура сама ее укрыла, на что получила благодарный взгляд. — Держи... — старшая протянула задирающей голову девушке носовой платок и та сразу поднесла его к лицу. — Спасибо... Обеспокоенная состоянием девушки женщина отлучилась в спальню и вернувшись с тонометром, вопреки убеждениям Третьяковой о том, что все нормально, продела ее руку в манжету и начала мерить давление. — Давай лежи, я в скорую позвоню. — Нет! Лаур, пожалуйста, не надо... — Маша, у тебя давление 170 на 105, это уже тахикардия. Плюс, ты столько крови потеряла, это же не нормально.... — Понимаю, но позвони лучше Таисии Андреевне... Пожалуйста... Умоляю тебя... Девушка едва ли не плакала. Она вцепилась в запястье Лукиной из последних сил, что остались в организме. — Чшшшш... Хорошо... Успокойся, ладно? Я сейчас пойду ей наберу, а ты лежи и не вставай, договорились? — Мгм... Оставив Машу в спальне, Лаура вышла в коридор и закрыв за собой дверь, ушла в самую удалённую точку квартиры — на кухню. Не выдержав напряжения и понимая, что Третьяковой рядом нет, внутри что-то щёлкнуло и все слезы, что были сдержаны шоковым состоянием полились наружу. Дрожащими руками она выудила телефон из кармана и набрала номер Таисии Поляковой, молясь, чтобы она сейчас не спала. — Ммм... Да? Доброе утро... — Доброе утро, не разбудила?... — заплаканным дрожащим голосом спросила Лукина. — Н-нет... Ты плачешь что-ли? Что случилось? — Тай... Ты можешь приехать? Маше плохо... — Лаура совсем потеряла контроль и зарыдала прямо в трубку. — Подожди-подожди.... Объясни спокойно. — Кровь из носа дважды шла, давление 170 на 105, слабость, бледная очень... Она просила не вызывать скорую, а тебе позвонить... Я не знаю, что делать... — Так, ты главное успокаивайся и не давай ей скакать. Я сейчас приеду и со всем разберемся. — Через сколько? — А какой адрес? — Жилой комплекс "Виноградный", корпус 2, подъезд 3, этаж 12, квартира 120. — О, совсем недалеко, я через полчаса плюс-минус буду. — Спасибо тебе... — с небольшим облегчением ответила Лаура и завершив вызов, ушла назад в спальню, где ее ждала обессиленная Маша. — Я ей позвонила, она обещала приехать через 30 минут... — сказала Лукина, закрывая за собой дверь и присаживаясь рядом с блондинкой — Ты как? — Получше. Кровь, вроде, больше не идёт... — Хорошо. — на одеяло рядом с Машей опустилась аккуратно сложенная стопка ее домашней одежды (черный топ на бретельках, джоггеры в красно-черную клетку и носочки с нижним бельем) — Тебе надо одеться, Машунь... Я помогу. — Лар. — девушка остановила руку, которая уже взялась за край одеяла и потянула его вниз. — Я же голая... — И? — Мне... Неудобно... — Неудобно — спать на потолке, одеяло падает. Давай раскрывайся. — сказала Лукина и краснея, девушка откинула серое покрывало в сторону, закрывая грудь рукой, свободной от платка. — Маш, чего я там не видела?) Я уже не беру в расчет то, что мы одного пола... Вспомни наши выходные) — Это другое. Тогда мы обе были... Вобщем, обе хотели... А сейчас не то. Лаура улыбнулась стеснительности Третьяковой и аккуратно натянула на нее трусики и носки, затем она взяла топик и подсела чуть ближе к девушке. — Голову суй... Аккуратно... Плотная черная ткань опустилась на полушария и закрыла собой все то, чего так стеснялась блондинка. Затем Лукина заботливо просунула обе ноги девушки в штанины и поднимаясь вверх по бедрам, расправила все складки, отпуская резинку на тонкой талии. — Спасибо большое) — еле слышно сказала Третьякова и приложила руку к щеке Лауры, слегка поглаживая большим пальцем. Шатенка накрыла ладонь Маши своей и поцеловала ее в область ладьевидной кости. — Тебе нужно отдохнуть... — прошептала старшая и Маша сползла вниз на подушку, не в силах спорить. Лаура укрыла ее одеялом и поцеловала в висок, поглаживая ладонью по плечу. — Ты побудешь со мной? — Конечно) Только сначала замочу наволочку и протру пол... Хорошо? — Третьякова кивнула головой и закрыв глаза, полностью расслабилась, утопая в мягкой подушке. ~Прошло 25 минут~ Лукина сидела на кровати рядом с Машей, держа пальцы у висков. Она пыталась переварить все события и информацию, что успели свалиться на голову за начало этого дня, когда в дверь позвонили... *Маша тут же вздрогнула и проснулась.* — Это Таисия Андреевна? — немного сонно протянула девушка. — Да, лежи... — сказала Лукина и поднявшись с места, быстро направилась к двери. — Привет... — Привет) — Лукина облегчённо выдохнула и ответила на лёгкие успокаивающие объятия женщины. — Как она? — взволнованно спросила блондинка, скидывая сапоги и куртку. — Поспала немного, вроде получше... — А давление? — Не мерили больше... — Ммм, ладно, сейчас...Где у тебя ванная? — зеленоглазая оглянула коридор и Лукина сразу подвела ее к искомой двери. Та вымыла с улицы руки и взяв сумку, вошла в спальню к девушке. — Эээй, ну ты чего?...— протянула Полякова, присаживаясь рядом с девушкой. — Котенок, что беспокоит? — Сейчас уже ничего... Слабость только небольшая... — тихо сказала Маша и почувствовала, как Таисия взяла ее за руку. — Так, ну... Руки не холодные, лоб... Не горячий... Давай давление померию? — Да, конечно... — спокойно ответила девушка и почувствовала, как сбоку, на кровать, к ней подсела Лаура, которую до сих пор немного потряхивало. Закрепив на руке манжету уже от механического тонометра, Таисия просунула под нее головку фонендоскопа и вставив в уши оливы, начала нагнетать специальную грушу. — Ну.... 150 на 90.... Высоковато, но не критично. — спустя минуту сказала блондинка и расстегнула манжету. — Машунь, скажи пожалуйста, только честно, ты замечала за собой в последнее время ещё какие-то странности? — Лаура говорит, что я чувствую запахи, которые не чувствуют остальные. Хотя мне кажется, что это просто моя особенность... Ничего странного... — Мгммм... — озадаченно протянула Полякова. — А ещё что-то было? — Голову иногда ведёт, спать хочется часто, давление пару раз подскакивало... Правда, сегодня что-то слишком сильно... — вспоминала Третьякова. — А что? — Просто спросила, нужно же понять, что с тобой...) Лаур, а можно воды? — Да, конечно. Пойдем... — Машунь, полежи минутку, мы сейчас вернёмся) — женщины покинули спальню девушки и закрыв дверь, ушли на кухню. — Лаур, она точно все мне рассказала? Я же ее знаю... — шепотом, чтобы Маша точно ничего не услышала, начала мать Татьяны. — Задержка у нее была. — Твою мать... И она не кончилась? — Не знаю... — И давно? — Если не прервалась, то получается около трёх недель. — Ты же понимаешь, что ВСЕ это слишком подозрительно смахивает на токсикоз?... — Я знаю, но она делала тест, он был отрицательный... — Когда она его делала? — спросила Полякова, открывая календарь. — 6 ноября. — подрагиваюшим голосом ответила Лукина. — Ты думаешь, что она...? — Да. С 13 по 6 прошло всего 3,5 недели. Тест мог просто не показать беременность из-за раннего срока, либо он мог быть бракованным... Просто, когда я Танькой была беременна было все ровно то же самое. Сонливость, давление, гиперчувствительность... — Нет.... Ну нееет.... — Лаура прикусила нижнюю губу, чтобы не зарыдать на всю квартиру и не напугать и без того обессиленную девушку. — Они ее... без защиты... — произнесла Лукина и сильно заплакала, спускаясь вниз по стене. — Чччееерт... Так, я сейчас позвоню своей знакомой из Склифа, она сегодня должна быть на смене... Скажи Маше, пусть собирается... — Можно с вами поехать? — Конечно... Собирайтесь пока, а я Сашке позвоню. ~Прошел час~ Audi заехала на просторную парковку для врачей больницы и остановилась недалеко от входа. Лукина молча заглушила мотор и вынув ключи из замка зажигания, покинула салон. Маша и Таисия сделали то же самое. Всю дорогу Полякова держала девушку с потерянным пустым взглядом за руку, давая жизненно необходимую поддержку. По состоянию Маши было понятно, что она на грани... И женщина боясь даже на секунду представить то, что ее девочка испытывала внутри... Находясь на пороге нервного срыва, Маша с двумя самыми близкими женщинами зашла в приёмное отделение неотложной хирургии. — Идите к гардеробу, а я в ординаторскую за халатами... — сказала Таисия Лауре. Та кивнула и приобняв Машу за плечи, свернула направо. Блондинка пошла прямо и остановилась у стойки регистрации. — Нин, привет... Покровская у себя? — спросила Полякова, расписываясь в журнале посещений. — Привет, Дорогая. Мгм. — Свободна? — Ага. — Дубровская перекладывала карты и бумажки, но резко подняла голову на собеседницу. — Подожди-подожди... Сегодня же не твоя смена... — Я к ней по личному. — Таааак... Ещё интереснее... — Нинка, прости, правда не могу говорить, давай завтра, а? — Ну беги... Таисия оставила в спец помещении верхнюю одежду и забрав два халата, вновь вышла в приёмное. — Надевайте и пошли. Нам в 45 кабинет. Пока троица шла по переходу в соседний блок, Маша с каждым шагом все больше чувствовала нарастающую в груди панику. Серьезность положения душила, а перспективы вгоняли в ужас. Девушка прекрасно понимала, что от того, что сейчас скажет гинеколог зависит ее жизнь и от этого хотелось орать... Сейчас она находилась в шаге от того, что могло разрушить ее жизнь навсегда... Когда они встали напротив белой двери нужного кабинета, девушка не выдержала и по ее бледным щекам покатились соленые слезы. — Милая... — Лаура развернула Третьякову на себя и аккуратно подняла ее голову, придерживая за подбородок. — Что бы не случилось, помни, я всегда готова тебе помочь. Я буду рядом. Слышишь? Третьякова кивнула головой и очень крепко, не смотря на свою слабость с утра, обняла любимую за талию. Ей хотелось раствориться в этих объятиях... Забыть о всем, что происходит вокруг и просто обниматься с самым близким человеком на планете... — Машунь, пойдем... — тихо сказала Полякова, положив руку на плечо девушки. — Я буду здесь. — шепнула Лукина. — Хорошо... Маша зашла в темный кабинет, где стояло неприятное на вид кресло для осмотра, аппарат УЗИ и кушетка. В дальнем углу стоял рабочий стол, за которым она увидела приятную на вид женщину 30-32 лет в хирургичке, халате и с длинным высоким хвостом. — Санечка, привет) — Привет, Тай) — обратилась врач к коллеге и подошла, чтобы обняться. — Маш, это — Александра Алексеевна Покровская. Лучший врач этого профиля в больнице. — Здравствуйте... — Третьякова сказала это настолько тихо, что можно было сравнить с шепотом. — Маша, да? — Мгм... — Так, во-первых, выдыхай. Я тебя не покусаю) А во-вторых, поднимай свитер, расстёгивай джинсы и ложись на кушетку. Словно сомнамбула, блондинка сделала все, о чем ее попросили, и уставилась в темный потолок, ожидая вердикта врача... Гинеколог села на кресло перед монитором и нанесла на датчик холодный прозрачный гель. Через мгновение она поднесла его к низу Машиного живота и коснулась кожи, просматривая органы малого таза. — Маш, месячные когда в последний раз были? — С 25-30 сентября... — И какая задержка? — 20 дней. После этого в кабинете повисла гнетущая тишина, которая лишь усиливала предчувствие плохого. — Саш, что там? — спросила Полякова, взявшись с Машей за руки. — Беременность, около 5 недель. — Это точно?... — Сама посмотри. — Покровская развернула монитор, на котором четко виднелось подтверждение ее словам и последние сомнения развеялись. Диагноз произнесенный врачом звучал для девушки, как смертный приговор. Слова крутились в голове, подобно записи диктофона, утаптывая в сознании самый болезненный факт — она беременна от одного из двух людей, которые жестоко ее изнасиловали. И одним из предполагаемых отцов мог быть отец ее родной сестры.... "А вот и конец". —подумала Третьякова и из глаз одновременно выкатились две слезинки. — Ты можешь одеваться... — сказала Александра и убрала датчик в специальный магнитный держатель. Без эмоций и истерик... Абсолютно молча... Девушка вытерлась салфетками и встала на ноги. Все, что происходило в кабинете дальше ее больше не волновало. Она уже все для себя решила. — Машенька, можешь подождать меня в коридоре? — со слезами шепнула Таисия и без единой эмоции на лице кареглазая покинула смотровую. В коридоре никого не было... Девушка посмотрела по сторонам, подсознательно надеясь увидеть ту, которая могла бы ее остановить, но ее не было... Лукина будто испарилась.... "Может и к лучшему..." — проскочило в молодой голове и не оборачиваясь назад, девушка побежала к гардеробу ~Через 15 минут~ — Да... В агентстве ближайшие несколько дней меня не будет, если тебе горит этот вопрос, приезжай завтра ко мне.... Да.... Да, я позже подъезду и напишу заявление. — Лукина шла из уборной по коридору и параллельно разговаривала с Буше, которая так и не дождалась ее для дачи свидетельских показаний, но увидев Таисию, выходящую из кабинета, Лаура моментально бросила трубку. — Ну что!? — Она беременна. Пять недель. — Господи.... — Лукина прикрыла рот рукой. — И что теперь? — Только рожать... — А аборт? Срок ведь маленький... — У нее первая отрицательная группа крови. Прервет сейчас, родить в будущем скорее всего не сможет... — Где она? — сквозь шок спросила Лаура. — Всмысле? Я думала, что она с тобой... — Мне позвонили, я отошла на несколько минут... — Нет... Ее в таком состоянии нельзя оставлять одну! Куда она могла пойти?? — Только если домой... — Поехали быстрее! — выпалила Таисия и обе женщины полетели на выход, к машине. — Сколько от Склифа до дома? — На машине минут 40, на метро 20.... — на бегу ответила Лаура, понимая, к чему клонит Таисия. Когда они сели в машину, их телефоны одновременно издали звуки от пришедших уведомлений. Пришло смс... Последний стих, который написала их Маша... Ее душа погибла в ноябре А тело это бродит средь могил И в мыслях все один какой-то бред Возможно... Из-за недостатка сил. Она вот-вот возьмёт и упадет На землю, что так жаждит поглотить. На небо, что ее черней падёт Взгляд боли и попыток все забыть. И не сомкнуть во тьме этой очей, И не подняться с чьей-либо рукой. Душа ее погибла в ноябре, А телу ныне нужен лишь покой. (М.В.Т)