Путь

      Скаут со своим знакомым тоже заметили аномальные изменения в погоде:       — Что происходит?.. — Удивленно спросила девушка.       Порой жизнь отвечает на те вопросы, ответы на которые тебе не сильно-то и хотелось бы знать, так что Сэм, сжавший покрепче руку на своей находке и навостривший слух, первым понял, что сейчас начнется. Спасать гражданских было не нужно — люди, завидев налетевшие тучи сами поспешили убраться с открытого пространства, хотя немногим путникам требовалось особое напоминание:       — В стороны! — Запоздавший крик резанул воздух, а над городом промелькнула тень… очень, мать его, огромная тень. И если Метал Гир случайно не научился летать на местном планере, попутно попав сюда вместе с Сэмом, то…       — Дракон! — Крик Скаута потонул в реве чудовища — нависший над городом исполин взревел так, что в домах задрожали стекла, а Эмбер с Итэром схватились за уши, совершенно не успевая убраться с площади. Одновременно с ревом летающей ящерицы, по всему городу словно из ниоткуда образовались несколько ураганов, верхушки которых виднелись над задрожавшей от ветра черепицей. И, к сожалению, один из них появился прямо на месте фонтана, за доли секунды всасывая в себя сначала всю воду, а потом и отчаянно закричавшего Итэра, взлетевшего в небеса до того, как Сэм или Эмбер успели что-то с этим сделать. Последняя так и вовсе, не улетела вместе с ним только потому, что упала на брусчатку и стальной хваткой вцепилась в один из множества миниатюрных бордюрчиков. Справа раздался протестующий писк — это трактирщица схватила в охапку Паймон и скрылась вместе с ней внутри дома, а вот Сэм поспешил на помощь Скауту. С его весом можно было практически не бояться порывов ветра, по крайней мере, такой силы, так что он без труда дошел до девушки и, схватив её за шкирку, потащил подальше от разбушевавшейся стихии. Хотя какая к чертям стихия, это магия, даже гадать не надо. Сраная магическая ящерица прилетела в центр города и устроила волшебный, мать его, теракт. Кому расскажешь — не поверят.       — Нужно помочь Итэру! — Хоть девушка только что сама выбралась из лап стихии, о ближнем своем она не забыла, однако Сэм мотнул головой:       — Ему поможет только чудо… или твой планер. Поэтому молись кому веришь, чтобы паренек не превратился в часть ландшафта. — Наконец, ветер стих до того состояния, что Эмбер могла спокойно стоять на ногах, что и поспешила проделать, освободившись из хватки Сэма. Без изысков, но аккуратно уложенные с утра волосы на её голове были полностью растрепанны, больше напоминая гнездо, а на лице было отчетливо видно волнение за Итэра.       И пока девушка размышляла о чем-то своём, Сэм задумался, что делать ему. Магический дракон напавший на город — это нечто из области фантастики или фэнтези, причем той части, которая про эльфов, гномов и прочую средневековую хрень, и как-то за свои более чем тридцать лет жизни он не сильно задумывался над тем, что бы он стал делать в подобной ситуации. С другой стороны — а требовалось ли тут вообще думать? Магический зверь — это, конечно, не Метал Гир, но в этом и суть! Совершенно новый противник, настолько… другой, что желание взять чего-то поострее и проверить свои силы в схватке против этого создания возникало только от одного взгляда на затянутое настоящими штормовыми тучами небо.       Вот только…       Грустный взгляд опустился на найденную ржавую катану. Это, конечно, не Мурасама… нда. Что же, нет нормального клинка — и черт с ним! В конце концов у него остаются его кулаки и приемы ближнего боя. О, он на записи видел, как Райден в Африке швырнул Метал Гир Рей как бейсбольный мячик, а после настругал его руку в сашими, разве что не добив, и выглядело это великолепно в своей абсурдной пафосности, так почему бы не провернуть нечто похожее? Кинуть на прогиб дракона — звучит, а?       Сверху что-то ослепительно сверкнуло, раздался грохот, и штормовой фронт прочертила фигура крылатого властелина небес, за которым…       — Сэм… ты тоже это видишь? — Эмбер с круглыми от удивления глазами смотрела на то, как Ужас Бури, разваливший значительную часть города за какие-то секунды, поджав хвост, удирает от крохотной в сравнении фигурки Итэра с планером, которая с частотой иного пулемета обстреливала его странными бирюзовыми сгустками энергии.       — Ах-аха-ха-ха! — Сэмюэль в легкой прострации остановился и развел руки в стороны в восхищении от храбрости малознакомого юноши и красоты момента, — А парень жжет! — И хоть в груди свербела небольшая заноза от того, что по итогу с драконом бьется не он, а какой-то паренек, он не мог не признать, что чтобы сделать что-то подобное нужно иметь воистину титановые яйца, и уже от одного этого он заслуживал уважения.       — Ему… ему нужна помощь! — Скаут же со свойственной ей натурой продолжала волноваться даже видя, что паренек ещё жив, порываясь тоже взлететь к небесам и помочь ему в бою, вот только внезапно возникшие ураганы распались сразу же, как началось воздушное сражение, а потому такая высота была сейчас буквально недосягаемой для них.       — И как ты собралась это сделать? Если у тебя случайно не завалялся ПЗРК, то на таком расстоянии ты скорее подстрелишь саму себя, чем дракона! Оставь, даже если что-то пойдет не так, мы сможем помочь разве что отскребая его от брусчатки, лучше подумай о тех, кто мог пострадать от ураганов. — Прием с переводом внимания сработал идеально, и Эмбер, ойкнув, бросилась дальше по улице, как раз к месту, где ещё недавно бушевали воздушные потоки, вновь оставив его в одиночестве.       Один… опять один и пропускаю всё веселье! Что же за невезение… Чем же заняться? Самурай задумчиво почесал подбородок. Можно было пойти помогать Эмбер спасать пострадавших, но… серьезно?       Сэм разочарованно сплюнул, поднял глаза к небу, где фигура крылатого ящера продолжала то уклоняться от очередей Итэра, то пытаться укусить его, извернувшись в очередном пируэте и, вздохнув, побрел по городу. Хотелось сделать что-то действительно значимое, или хотя бы — веселое, но вот беда — делать было нечего, так что ему оставалось только бродить по городу в поисках интересностей.       Обычно веселый и праздный Монд теперь напоминал лишь собственную тень: на улице не было ни души, кроме один раз промчавшихся на полной скорости рыцарей Ордо, приветственно крикнувших ему и получивших кивок в ответ. В пропитанном озоном воздухе витал запах страха и скорби по тем, кто за такое короткое время успел лишиться жизни. На дорогах валялась куча черепицы, разлетевшейся на куски и покрывшая собой практически каждую улицу в городе, наравне с оставленными вещами, телегами и просто мусором, который поднял ветер. Пару раз ему встречались лежащие в крови или просто без сознания люди, но всем им уже оказывали помощь, да и он сам не лучший медик — местные маги наверняка справятся намного быстрее и качественнее, чем он со своими бронеперчатками. Руку жгло оружие — может ему казалось, но клинок, даже несмотря на собственное состояние, жаждал боя и крови, однако, видимо, не в этот раз.       — Что вам нужно? Э-эй! — Помимо завывания ветра слух неожиданно выцепил чью-то речь и губы Самурая пересекла широкая ухмылка.       Мир другой, а люди те же — массовые катастрофы нигде не оставались без внимания опарышей. Впрочем, сейчас оно и к лучшему — у меня как раз чешутся руки… К тому же — никто не любит мародеров, верно? Мне даже сказать ничего не смогут.       Сверкнула лазурная вспышка и раздался грохот, а Сэм ускорился и бегом приближался к месту предполагаемого грабежа. Магия… это же была магия, верно? Дьявол, а это становится действительно интересным!       Рука сама собой легла на место рукояти, сжав ржавый металл до скрипа, и спустя секунду Самурай вылетел на середину широкого переулка у стены, совсем рядом с выходом к пирсу, где он с Эмбер сегодня закончил пробежку. Мгновение на оценку обстановки и… резкий рывок в сторону с одновременным взмахом клинка и десяток сверкающих бритвенно острыми гранями сосулек проходят мимо, а последняя выбивает ржавую пыль из лезвия прямо напротив лица, уходя в рикошет от старой, но не потерявшей свою прочность полосы металла.       В переулке стояло трое: первым в глаза бросалась массивная мужская фигура в практически полном матово-черном доспехе с золотыми элементами — за исключением шлема. Мужчина держал в руке полуторный, богато украшенный клинок, сейчас направленный в сторону второго участника неожиданного, но столь желанного Самураем сражения — молодая девушка… нет, парень в странном костюме, напоминающий то ли музыканта, то ли путешественника, который одной рукой придерживал рукой норовящий слелеть с головы берет, а во второй виднелись закрученные в небольшой шар воздушные потоки, сильно сдобренные анэмо энергией — это было очевидно по яркому лазурному свечению. Лицо парня, в противовес убийственно-спокойной маске мужчины, выдавало его сильное напряжение — бой давался ему не просто.       А третьим участником… при одном взгляде на точеную, высокую женскую фигуру где-то очень глубоко внутри у Сэма что-то ёкнуло, и это напрягло гораздо сильнее, чем возможная смерть от сосульки секунду назад. Впрочем, внутренние ощущения могли и подождать, ведь перед ним предстала настоящая «роковая женщина», способная очаровать многих одним движением руки, а убить ещё больше. Одетая в открытое, практически откровенно эротическое белое платье и носящая сверху темно-красную меховую накидку, она держала руки скрещенными, и сейчас смотрела прямо на него, стоя в пол оборота к юноше.       Взгляды встретились — легкое раздражение и нетерпение в её серых, с светло-сиреневым отливом глазах, что так хорошо подходили к её белым волосам и коже цвета благородного мрамора и всё нарастающий азарт боя в его.       — Незнакомец, беги! Они убьют тебя! — Юноша, взмахнув рукой, которой придерживал свой головной убор, попытался прорваться одновременно с собственным криком, но сначала был вынужден отскочить от целой серии убийственно-быстрых взмахов клинка, а потом и от ледяного сгустка, образовавшего на стене дома настоящую замороженную кляксу нескольких метров в диаметре.       Сэм не медля ни мгновения рванул вперед — жертва нападения, может сама того не желая, дала ему отличную возможность если не переломить это сражение, то хотя бы значительно изменить расклад сил. Убить меня… ржавый клинок просвистел в считанном сантиметре от головы женщины — за секунду до удара она что-то почувствовала и снесла его практически слепым ледяным залпом, впечатав и приморозив к стене. Мужчина тут же воспользовался ситуацией — обменявшись со своей напарницей взглядами, он бросился к стене, намереваясь добить обездвиженного оппонента под снисходительную улыбку магессы, но колдовской лед не сильно задержал Сэма — даже не напрягаясь разбиением ледяной глыбы, он сгруппировался и оттолкнулся одновременно руками и ногами от стены дома, оставив на ней несколько сколов, вырываясь из оков.       Ну пусть попробуют… Удар полуторника оставил борозду раздробленного камня, и вот они уже стоят лицом к лицу скрестив клинки. Сбоку слышен свист разрезаемого льдом воздуха наравне со взрывами воздушным потоков — спасаемый оказался непрост и вполне успешно перехватил внимание второго соперника, давая Сэму время разобраться со своим.       И Сэм не стал разочаровывать временного союзника — резкий перехват меча другой рукой совпал с сокрушительным ударом кулака прямо в центральную защитную пластину, но не оставил на ней и следа. Тем не менее — враг охнул и ослабил давление на лезвие, давая возможность прервать затянувшееся противостояние и, разорвав дистанцию, прописать широким хай-киком в наплечник. Вообще, Сэм целился в голову, намереваясь размозжить её о стену, но попытавшийся отпрыгнуть мужчина спас содержимое черепа от преждевременного схлопывания. Тем не менее, удар получился что надо — итак находящегося в воздухе человека закрутило и вбило в камень ближайшего дома, по которому пошли трещины от вложенной силы. Перерыв дал возможность оценить обстановку на поле боя, и… ровно в шею влетел удар стальной полосы, снесший Самурая к противоположной стороне переулка, и впечатавший в стену уже его. Развернувшись в полете, он успел увидеть, как мужчина, хрустнув шеей с легким удивлением смотрел ему в след.       — Да-а, давненько меня так не пинали. Ты из Ли-Юэ, что ли, герой-спаситель? — Мужчина не торопясь отстегнул с пояса шлем, сильно напоминающий закрытые рыцарские турнирные шлемы своей обтекаемой формой и водрузил его на голову, закрывая лицо. Женщина, только услышав, как её напарник заговорил, резко отошла от своего оппонента, стараясь держать в поле зрения и юношу, и Сэма.       — Смотри, Князь, — Она со смешком указала рукой на клинок Самурая, — кажется, я нашла тебе такого же любителя таскать всякое ржавое железо.       — Главное не клинок, а умение им пользоваться. — Сэм, под звук осыпающегося камня отошел от стены и начал двигаться в сторону уже своего союзника. Его комментарий вызвал пренебрежительный хмык со стороны женщины.       — Дорогая моя, я же просил, — сделал на последнем слове особый акцент Князь, — не называть меня так на людях. — Из-за шлема голос мужчины был приглушенным, но даже так в нем можно было легко различить раздражение на свою спутницу.       — Ах, прости-прости, меня подвела моя девичья память. — С откровенным издевательским смешком произнесла женщина, прикрыв рот рукой в перчатке. — Но ты же на меня не в обиде?       — На твоем месте я бы беспокоился не о моих обидах. — Непонятный комментарий заставил острую на язык женщину резко помрачнеть и вновь сосредоточиться на них с юношей.       — Ты неплохой воин, раз ради тебя Князь надел свою кастрюлю. — Произнесла она, смотря прямо в глаза Сэмюэлю. — Незачем складывать голову ради этого пса. — Презрительный взгляд на стоящего в напряжении юношу, всё же где-то успевшего потерять свой берет. — Рассчитываешь на вознаграждение? Уйди с дороги, и я прямо сейчас одарю тебя — она медленно завела одну руку во внутренней карман своей накидки и вынула оттуда даже внешне выглядящий настолько дорого кошелек, что о его внутреннем содержимом не возникало никаких сомнений. — Здесь было что-то около… — она задумчиво приложила палец ко рту, — десяти миллионов моры. Думаю, тебе этого хватит. — Она подкинула его в воздух, поймала, и бросила прямо в Сэма. Маленькая бархатная, прошитая золотом и драгоценными камнями сумочка на мгновение закрыла обзор, взметнулось лезвие и стреловидный ледяной шип разлетелся облаком осколков о стену прямо на месте, где был правый глаз Самурая. Засвистел ветер, раздался звон стали — сражение продолжилось.       На этот раз противником Сэма была женщина — взмахнув рукой, она отделила себя и его от второй пары сражающихся высокой ледяной стеной, лишив Сэма возможности прийти на помощь невольному союзнику, полностью беря его на себя. Опрометчивое решение, Сэм усмехнулся на это и кинулся в бой — перехватив свою железяку, он побежал в сторону стены, вызвав усмешку уже со стороны женщины:       — Куда же ты? Невежливо оставлять даму одну… — С ледяным хрустом из стены, до которой уже почти добрался Самурай вылез целый лес ледяных пик, в которые он со всей скорости и впечатался, успев лишь прикрыть голову рукой. Скрип углеродных бронепластин совпал с звоном лопающегося от такого напряжения льда — экзокостюм с честью выполнил свою задачу, спасая его от ранений, однако на местах удара с наконечниками остались весьма и весьма заметные царапины — может, это была ещё не сталь, но магический лед был намного, намного крепче своего природного аналога.       Стоит держать это в уме… И действительно, это был буквально второй раз в его жизни, когда он встретил в бою что-то умеющего мага, а значит стоило впитывать любую полезную информацию как губка — в первый раз он вообще узнал о том, что магия существует в принципе, а сейчас настало время практики.       Он у ледяной стены, противник прямо напротив, с удивлением смотрит на совершенно не пострадавшего от её атаки Сэма, и разделяет их считанные метры расстояния. Однако она уже показала, что способна очень и очень сильно контролировать поле боя, вот только… в каких пределах?       Резкий толчок ногой от стены до хруста магического творения, ледяная ловушка вокруг его ступни ломается даже не успев окончательно сформироваться, а он пулей летит вперед, выставив наконечник своего клинка импровизированным копьем. В глазах противницы не страх, но уже появляется опасение, а значит есть возможность давить и дальше. Она наконец начала воспринимать его всерьез. Ледяных шипов уже не пара — она перестала надеяться на точность, вместо этого начав давить количеством — целая туча устремляется прямо на него, грохот от удара, звон стали клинка и обломки камня, летящего во все стороны — даже будучи под полным ускорением нейростимуляторов он не смог бы отразить каждую такую сосульку без высокочастотного клинка, но прикрыть лицо — ничего невозможного.       Тем не менее, темп уже потерян, а напряженно смотрящая на него женщина разрывает дистанцию. Слаба в ближнем бою или просто опасается?.. Нужно больше информации.        — Куда же ты, испугалась? — Начинать эмоциональное давление стоит с малого, если, конечно, не знаешь точку, в которую можно ударить с полной силой, однако для этого у него всё ещё не достает понимания соперника.       — Разве что твоего отвратительного акцента, — С презрительным выражением лица отвечает она, и стены вокруг него покрываются льдом. Он в последний момент успевает выпрыгнуть вверх, а ледяной пресс смыкается, так и не поймав свою жертву. Отразив в воздухе пару опасно просвистевших около уха шипов, он приземляется обратно и опять уклоняется от ледяного кола, выросшего из земли за какую-то долю секунды.       Рывок вперед, противник уже откровенно нервничает, а вокруг начинают закручиваться ледяные потоки. Она не может меня достать обычной атакой, а голову я защищаю достаточно уверенно, но если она меня всё же поймает — может стать плохо. Походя уклонившись от очередного облака шипов, по размеру напоминавших скорее пули, он, выбив крошку из брусчатки, резко сближается. Буквально пара метров — глаз лишь краем различает посиневший пол и он успевает отпрыгнуть в сторону стены, рывок, и она снова не успевает — на постановку ловушки требуется небольшое, совсем крохотное, но время, и этого ему хватает, чтобы избегать самые опасные атаки, а остальная мелочевка даже внешний защитный слой царапает с трудом, что уж говорить о полноценных пластинах из нанотрубок.       — Слишком быстро для тебя? — Насмешка попадает в точку, магиня кривит губы, но не поддается.       Становится ощутимо холоднее, словно из весенней прохлады он переместился куда-нибудь на Аляску зимой, а ещё целые стекла покрываются изморозью. Где-то сзади раздается оглушительный треск и грохот, а прямо перед ним в пол впечатывается мужчина. Сэм не прерывает атаку — рывок продолжается, но новый-старый участник успевает среагировать и подставляет под удар свой клинок. Фехтовальная дуэль буквально на пару секунд — отразить укол в голову, принять на нагрудную пластину клинок, ощутимо ударивший сквозь все компенсационные слои и оставивший после себя глубокую борозду, но взамен — возможность для атаки и он пользуется ею сполна — его катана выбивает искры из подставленного в последний момент нарукавника, однако привычка держать меч одной рукой добавляет маневра и прямо в забрало черных доспехов впечатывается со всей доступной силы кулак. Мужчину отбрасывает к стене, однако это только начало — сближение, и пинок ногой крошит камень и лёд в щебень, оставляя сквозную дыру — женщина успела выдернуть своего напарника из-под удара, вполне способного вывести противника из боя.       Оценка ситуации: он один, где-то сзади глаз краем улавливает лежащего без движения паренька — в свою атаку, разрушившую импровизированным снарядом отсекавшую их друг от друга стену он вложил все силы, и теперь не боец. Мужчина тяжело дышит и поправляет чуть съехавший от удара кулаком шлем, однако из-за цельнометаллического крепления это не удается, из-за чего кажется, что он смотрит куда-то в бок. Женщина тоже напряжена — то, что должно было быть быстрой и тихой операцией волей случая превратилось уже в полноценные боевые действия, и если эти два олуха их не узнали, то вот силы Ордо Фавониус, которые на такое представление слетятся как мухи, точно определят как минимум её, а это провал всей операции, а возможно, и катастрофические политические последствия — абсолютно недопустимо.       Они начинают синхронно — мужчина, оставив наконец затею выправить металл шлема в полевых условиях бросается вперед, держа свой клинок за собой, в то время как вторая сзади начинает подготовку к чему-то масштабному — это видно по закручивающимся элементальным потокам у неё в руках. Где-то сзади слышится хрип — пострадавший немного пришел в себя и пытается о чем-то его предупредить, но сейчас — к черту осторожность. Противник хоть и чужд, но уже просчитан. Им нужен этот парень — черт знает зачем, но цель очевидна — не стали бы два таких бойца собираться вместе в переулке только для того, чтобы помародерить в период смуты. Разобраться что и зачем можно будет уже потом, кто враг, а кто друг стало понятно после попытки избавиться от него, уцепившись за что-то такое банально человеческое, как жадность. Простое, а оттого проигрышное решение — Сэму давно стали чужды деньги как стимул для действия, за свои годы он заработал столько, что мог спокойно уйти на покой, открыть по семейному примеру додзе, вырастить детей и ещё бы внукам осталось, но его до сих пор ничто так не возбуждало, как хорошая, действительно хорошая схватка!       Схождение на противокурсах — мечник быстр, чертовски быстр как для того, кто носит полный рыцарский доспех, и вороненная сталь возносится в небо, отклоненная легким движением оружия Самурая. Первое движение — только начало, латник развивает серию, резко переводя свой меч в более закрытое, но и более выгодное положение. Его стиль — нападение из защиты, поиск возможности и сокрушение врага в удачный момент, однако Сэм не спешит нападать, а враг вынужден это делать, прикрывая напарницу, на чем и попадается — очередной удар Сэмюэль принимает на жесткий блок, и заставляет противника чуть разорвать расстояние ударом кулака в живот — наиболее открытый участок тела. Металл под композитом скрипит, однако рассчитанная на более жесткие нагрузки зачарованная броня держит удар, лишь немного проминаясь. Забрало скрывает эмоции, но приятного в этом наверняка мало — уж он-то помнил, как такой удар оставляет от внутренностей кровавую кашу, даже если тело прикрыто плитой бронежилета.       Тем не менее — противник все же достоин похвалы — следующие несколько ударов катаной он отражает с пренебрежительной легкостью, а на ржавом лезвии уже отчетливо видны сколы — меч совершенно не был рассчитан на такое противостояние, но всё ещё держится, заставляя Сэма уважительно хмыкнуть в адрес неизвестного мастера. Противника он опять ловит на ошибке — слишком сильно неизвестный привык к классической школе фехтования, европейскому стилю, если позволено, где упор делается преимущественно на меч, как основную атакующую силу, а потому уже второй удар ногой достигает цели, хоть и по самому краю — мощнейшие искусственные мышцы создают такую кинетическую энергию, что даже не напрягаясь можно было гнуть пополам стальные рельсы и балки, а когда ты бьёшь с намерением убить — даже задев бок противника самым краем носка, Сэм заставляет его каруселью улететь в стену, пробив насквозь каменную кладку под аккомпанемент стука щебни и обломков, а также протестующих скрипов деревянных подпор.       Останавливаться рано — он сомневался, что даже такое выведет этого не в меру крепкого латника из строя надолго, а значит нужно добивать открывшуюся магиню, которая напряженно смотрит то на него, то на творимое её руками колдовство.       

      ***

             Легкая операция по получению Сердца Бога у что-то забывшего в городе Архонта с самого начала пошла немного не по плану. Мало того, что дополнительной скрытности ради было решено оставить все вспомогательные силы, с которыми риск нарваться на повылезавших из своего Штаба Рыцарей становился неприемлемо высоким, так ещё и сам Барбартос, по донесениям разведки должный быть ни на что неспособным тюфяком сумел не просто выдержать первый натиск, но ещё и продержаться достаточно долго, чтобы какой-то проходимец успел прийти ему на помощь.       И откуда такое чувство справедливости? Мог мимо идти — вмешался, на деньги не клюнул. Чертов идеалист. А идеалистов Синьора не любила — она в принципе с идиотами и слабаками плохо уживалась, а когда идиот становился достаточно сильным и полезным, чтобы его смерть нельзя было оправдать простым «Упс» на тренировке, его оставалось только терпеть…       Терпеть она умела, а потому очередной прилет своего напарника в стену встретила с изрядной долей стоицизма, не обращая на то, что осталась один на один, никакого внимания. Операция полетела к чертям собачьим, это да, но хотя бы избавиться от этого надоедливого жука до прибытия подкреплений, которые на такое представление должны слететься как пчелы на мед, или, учитывая, о ком идет речь, скорее мухи на известную субстанцию, она точно успеет.       Он не торопится — ей же лучше. Вместо того, чтобы сразу кинуться в атаку и вляпаться в заботливо расставленные магические ловушки, которые в этот раз точно должны были успеть сработать до того, как он выйдет из зоны поражения, он внимательно окинул её взглядом, и сделал то, чего она, честно сказать, немного не ожидала, а стоило бы.       Отреагировать на летевший прямо в переносицу клинок удалось в последний момент, и она даже смогла достаточно сохранить контроль, чтобы аккуратно собираемая Глазом Порчи энергия не рассеялась в округе облачком льда, но краткая заминка стоила ей победного удара — используя застрявший в выращенной в дикой спешке ледяной колонне ржавый как Царица знает что клинок в качестве опоры, мужчина взлетел по ней, перемахнув препятствие за доли секунды и опять успев выйти из зоны поражения ледяных шипов, после чего коршуном кинулся вниз, намереваясь размазать тонким слоем её череп по мостовой. Ни разу не бывшее преувеличением выражение Синьоре не понравилось, а потому лишь немного не успев оформить элементальную энергию в её окончательную форму, она резким выбросом направила всё накопленное в его сторону.       Ледяная корка покрыла всё вокруг сантиметровым слоем, а воздух словно застыл, покалывая легкие при малейшем вдохе. Накопленная атака получилась бы идеальной… если бы была завершена, а без того просто наморозила ледяной саркофаг на нижней части тела противника из настолько прочного льда, что без пиро элемента растопить или разбить его было практически невозможно.       Ну, тоже результат. И действительно — закованный в ледяной панцирь пленник сколько бы не дергался, освободиться не мог. Издевательская усмешка сама собой появилась у неё на лице — смотреть на эти трепыхания того, кто совсем недавно представлял столько проблем было в высшей мере забавно.       — Ах, я бы с тобой ещё повеселилась, но дела-дела… — она стрельнула глазами в сторону лежащего на земле Архонта, так и не уползшего отсюда, хоть и явно пришедшего в себя, — Сам понимаешь. — Её улыбка была бы очаровательной, если бы не походила на оскал поймавшего добычу хищника.       — Небольшие городские инциденты… — Он посмотрел прямо ей в глаза и ухмыльнулся. — Было, знаем.       — Хм… — Она на секунду задумалась и образованный на кончике ногтя ледяной шип, столь же острый, сколь и крепкий качнулся в нерешительности. — Ты бы действительно хорошо прижился в наших рядах, но увы-увы, не то время, не то место, неправильные решения. — Она сжала руку в изящной перчатке и немного наклонилась, схватив его за подбородок и посмотрев прямо в глаза. — Прощай.       Блеск льда на солнце потонул в огненном вале, резкий толчок сбил её на землю, грохот кирпичной кладки и звон металла, открытое небо переулка резко и неожиданно сменилось теснотой помещения — запах гари и обожженной от контакта с раскаленным металлом кожей вместе с резкой, но какой-то… родной болью в руке вернули в чувство. Князь выглядел жалко — попавшие под прямую, до крайности сильную атаку пиро-элемента латы, сейчас рассчитанные только на физический и анэмо урон, напоминали оставленную на солнце восковую фигуру. Тем не менее тот, кто назвал бы такие повреждения фатальными, совершил бы роковую ошибку в оценке, потому что протянувший ей ладонь мужчина, которую она машинально схватила, поморщившись от неприятного ощущения жара на коже, ничем не выдал своего состояния.       — Нужно уходить. — Не вопрос, утверждение, и хоть она была бы рада поспорить с этим идиотом хоть немного, дурой она тоже не была и понимала, что пора отступать. Скрытый захват провалился, причем настолько, что жертве, которая почти таковой стала, удалось продержаться до прихода подмоги, пускай и с чужой помощью. Что же, терять удобную возможность для воплощения планов было обидно, но не критично, в конце концов вся эта вылазка и так сплошная импровизация на фоне текущих событий. И лучше бы им убраться отсюда поскорее, если они не хотят, чтобы Фатуи получили славу мародеров, готовых воспользоваться катастрофой для собственной наживы.       

      ***

             — Ушли.       — Ушли.       Постояли, помолчали. Довольно странная ситуация, как на взгляд Сэма — незнакомец, одним ударом переломивший казалось бы уже ставший очевидным… по крайней мере для противника исход битвы, уже несколько минут смотрел на пролом в стене, словно увидел там своего покойного родственника, которому должен денег. Впрочем, он готов был простить ему эту небольшую странность хотя бы за то, что тот помог выбраться из этого просто дьявольски прочного льда — Самурай был уверен, что как минимум по прочности он не уступает лучшим маркам броневой стали, а то и превосходит их. Неприятная ситуация, в которую он встрял стараниями той магессы… магини? — Нужно спросить у Лизы, как правильно, — стала для него наглядным уроком того, что в этом мире даже современные технологии и собственная выучка далеко не гарант выживаемости, ибо тут работают банальные правила игры «камень-ножницы-бумага»: ты можешь быть сколь угодно индивидуально-сильным бойцом, но от мага, способного буквально контролировать твое окружение это тебя может и не спасти.       Впрочем, если бы я с самого начала бился всерьез, то исход боя наверняка был бы другим. Как и если бы у меня была Мурасама. Эх-х, не будем о грустном. Позади заворочался спасаемый, привлекая внимание — если до этого он просто сидел у стены, держась за грудь, то сейчас встал и даже более-менее уверенно ковылял в их сторону. Так и не представившийся Спаситель, одетый в до крайности пижонский костюм, чем-то напоминающий дворянские одеяния семнадцатого-восемнадцатого века, тоже заметил движение и поспешил навстречу, тряхнув красными волосами, чем вызвав у Сэма ироничный смешок, оставшийся без какого-либо ответа.       

      ***

             — С-спасибо вам за помощь. — Было видно, что слова даются Венти нелегко — после непродолжительного осмотра стало ясно, что большая часть тела барда, представившегося этим именем на пути к укрытию напоминает скорее хорошую такую отбивную, чем человека: кровоподтеки, маленькие и не очень порезы от ледяных шипов, даже пара небольших «технических отверстий» в не предусмотренных природой местах — словом, досталось ему знатно и по опыту Сэма — на ближайший месяц, а то и больше — он не боец. Но это, конечно, только с учетом естественного восстановления организма, без специального лечения. Курс нанитов вполне способен сократить это время хоть до недели, хоть до пары часов, а уж на что способна магия этого мира он и сам видел. Тем более, что кровь уже остановилась, а случайные прохожие были отправлены за лекарями. Жить будет — констатировал сам для себя Сэм.       — Обычно я за такое беру деньги, но в этот раз сделаю исключение. — Фраза, вычитанная им в одной из местных книг подошла к ситуации как нельзя кстати, вызвав болезненный смешок у барда и едва уловимую улыбку у Спасителя — оба они были достаточно знакомы с местной культурой, чтобы понять отсылку.       — Э, кхе, это хорошо… — Бард улыбнулся, — потому что у меня всё равно ничего нету.       — Споёшь для меня когда-нибудь, и будем в расчете. — Настрой Венти нравился Сэму — хоть этого субтильного… юношу, пожалуй, было сложно назвать бойцом, показал он себя более чем достойно, да и сейчас не ныл и даже шутил, чем вызывал у него вполне себе искреннее уважение.       — Обязательно… — сказал бард и отпил из кружки, стоящей на столе — судя по аромату, окутавшему их столик сразу после появления этой емкости, внутри было какое-то местное вино. Причем, вино хорошее, ибо пил бард с явным наслаждением.       Вокруг них уже собралась небольшая компания — всё-таки, они находились в таверне и собственной побитостью привлекали немалое внимание посетителей.       Да, десяток минут назад, Спаситель, всё так же не говоря ни слова подхватил барда под локотки, молча кивнул Сэму и двинулся именно сюда, без каких либо проблем петляя в местных улицах, чем сразу выдавал в себе местного жителя. Бармен, увидевший их состояние, тут же организовал компании пару бутылок крепкого и стакан с какой-то жидкостью, которую залили в барда первой и после которой он более-менее пришел в себя.       Сама таверна выглядела… уютно, пожалуй. Деревянная отделка и добротная мебель создавали впечатление избы лесника, а легкий ягодно-спиртовый аромат, как и парочка посетителей, оказавшихся тут даже несмотря, а, может, и благодаря апокалипсису снаружи только поддерживали эту атмосферу. Название у таверны, которое Сэм успел разглядеть на входе было весьма возвышенное — «Доля Ангелов», но судя по тому, насколько качественные напитки тут разливали, вполне себе оправданное. Вновь подошел бармен… или корчмарь? Или как в средневековье вообще их называли? И начал что-то полушепотом обсуждать с их Спасителем, который на все вопросы только молча кивал, после чего так же шепотом добавил «Пиши всё на меня», и устало потер лоб.       — Что же, раз все разрешилось удачно… — Пробормотал себе под нос он, — В первую очередь, извиняюсь за собственную грубость — мне следовало представиться намного раньше, но текущие события несколько… выбили меня из колеи. — На слове «события» в его голосе послышалось неприкрытое разочарование вперемешку с откровенным презрением, и Сэму оставалось только гадать, что же конкретно вызвало у этого уже не юноши, а, скорее, молодого мужчины такие чувства. — Моё имя — Дилюк Рагнвиндр, из рода Рагнвиндр, одних из старинных владельцев этих земель. В частности, эта таверна принадлежит мне.       Надо же, действительно аристократ местного разлива. Самурай ещё раз окинул внимательным взглядом Дилюка: прямая, как осиновый кол, осанка, гордое и слегка надменное выражение лица со слегка прищуренными красными глазами, сейчас перечеркнутое скорее показной маской печали, чем действительно нашедшей своё отражение эмоцией, атлетическое тело не показного спортсмена, а человека, который развивается комплексно и полноценно, без ярко выраженных мышц, но с сокрытой внутренней силой. Одежда, которая даже на первый взгляд показалась Сэму богатой, а при более детальном рассмотрении было видно, что её стоимость намного превышает то, что может себе позволить среднестатистический житель города. Черный камзол с золотой вышивкой, великолепные сапоги, и белая рубаха, большое количество ремней, также богато украшенных вкраплениями драгоценных металлов.       О… Стареешь, Сэм, не разглядеть такое… На поясе, немного поблескивая красным в свете факелов таверны, разместился «универсальный показатель статуса», как для себя обозвал он Глаз Бога. Его владелец мог быть одет во что угодно, обладать из имущества только палкой и килограммом грязи на теле, но наличие этой штучки во всем цивилизованном мире… кроме, пожалуй, Инадзумы, гарантировало моментальное если не подобострастие со стороны окружающих, в попытках угодить сильному, то более внимательное отношение точно.       Впрочем, должен был догадаться, что ту стену пламени он чем-то создал. Читал же, что магия — прерогатива, в основном, владельцев этих штучек, а не простого народа, но все равно не подумал. Совсем расслабился.       Тем не менее, собственные мысли не помешали Сэму ответить на вежливость вежливостью:       — Сэмюэль Родригез, путешественник. — Кивнул он, получив такой же кивок в ответ.       — Моё имя ты уже знаешь, но как велят традиции, Венти! — Куда как более приветливо начал бард, — Свободный певец и минстрель, волею случая забредший в этот прекрасный город.       — Приятно быть с вами знакомым, и рад встретить человека, отдающего честь нашим традициям. Также, как уважаемый гражданин Мондштадта, я хотел бы… — Дилюк на секунду склонил голову, — принести свои синсэре извинения за то, что произошло с вами…       — Не стоит…       — Нет, стоит. — Мгновенно перебил его аристократ, — Следить за порядком в городе даже в такое тяжелое время… особенно в такое тяжелое время, — красные глаза молодого человека зловеще сверкнули, — священный долг власти нашего прекрасного города. И то, что спас вас не… Ордо Фавониус, — Буквально выплюнул эти слова он, — а случайный путешественник, которого тут могло и не быть, маке аз бед лу’укинг. Я обещаю вам, я лично прослежу за поимкой и наказанием преступников.       — Э-хе-хе… — нервно улыбнулся Венти, смяв руками свой берет, ошеломленный таким напором, а Сэм же с интересом следил за развитием ситуации, потирая подбородок в привычном для себя жесте. — Благодарю, уважаемый Рагнвиндр.       — Возмездие — мой долг. — Если бы не атмосфера, Сэм был бы готов аплодировать за такое представление, но так ограничился только еле видимым оскалом зубов. Сразу видно — прирожденный политик, так запудрить мозги окружающим, поднять собственную репутации и макнуть в навоз действующую власть… Не видел бы его пьющим чай с Джинн за милой беседой, подумал бы, что кто-то собирается устроить небольшой государственный переворот. Хотя конец, на мой вкус, слишком пафосный.       Настроение Сэма явно не укрылось от взгляда этого молодого интригана, но он предпочел никак не показывать это.       — Сэмюэль Родригез…       — Можно просто Сэмюэль или Сэм. — Махнул рукой киборг, сильно выбивающийся своей внешностью из окружения.       — Хорошо, Сэмюэль. От лица города я приношу вам благодарность за помощь с разрешением этой… неприятной ситуации. — Сказал Дилюк, скрестив руки на груди, — Я также обещаю вам, что лично прослежу, чтобы вы получили достойную награду за вашу помощь, и прошу извинить, если произошедшее оставило пятно на вашем посещении вольного города Мондштадта. — Нет, ну каков актер! И он ведь даже искренне верит в то, что говорит! Видит всю выгоду, которую сейчас получает, вполне осознанно давит Ордо, но и говорит от сердца. Одним словом, браво.       — Что вы, уважаемый Рагнвиндр, — скопировал обращение барда Сэм, настолько впечатленный, что решивший не выбиваться из образа текущей постановки, за что получил благодарный взгляд от Дилюка, — Мне давно не хватало хорошей… схватки, и я даже благодарен Монду за такую возможность. — Сэму приходилось напрягать абсолютно весь свой языковой запас, чтобы говорить более-менее официально, при этом без запинок и слишком длинных пауз, но оно того стоило.       — Пусть так. — Кивнул им обоим Дилюк. — Теперь же прошу меня простить, у меня есть неотложные дела. Чарльз, подай этим достойным господам ещё одну бутылку вина, в качестве моей личной благодарности.       — Как скажете, молодой господин, — тут же кивнул бармен, и прежде чем он успел дойти до стойки, а Дилюк развернуться, чтобы направиться на выход, входную дверь чуть не вырвало из петель от резкого удара кованным сапогом, отчего она с оглушительным грохотом врезалась об стену, сбив с неё несколько картин.       — Никому не двигаться, оружие на пол, работает Ордо Фавониус! — Крик более чем знакомого Сэму голоса застал его врасплох и чуть не повалил на землю от резкого приступа хохота. В жалобно скрипнувшую от жестокого обращения дверь буквально влетел никто иной, как Капитан Кавалерии Мондштадта, или же просто Кейа, азартным взглядом окинувший помещение, а за ним ввалилась «вся королевская конница» в лице Джинн, Лизы, и тройки обычных рыцарей. Ну и венчали это шествие «королевские ВВС», в лице Итэра с обнаженным клинком, который явно не особо понимал, что сейчас происходит, но судя по слегка ошалевшему взгляду, был готов драться хоть с драконом, хоть с целой армией, и Паймон, не сильно от него отличающейся состоянием. И вся эта дружина, стоило ей только увидеть высокую мужскую фигуру в черном с золотом камзоле, как-то больно резко стала увеличивать диаметр глаз, вместе с потерей любого боевого настроения.       — Упс, хе-хе… — Нервно хихикнул Кейа, а у Дилюка дернулось веко. Идиллию разрушил упавший вместе со стулом в приступе немого ржача Сэм, схватившийся за живот и изо всех сил старавшийся не издавать ни звука.       Не стоило, ох-ха-ха-ха, ох, мерде, не стоило рассказывать Кейе про SWAT!       

      ***

              — …таким образом, из-за инкомпитент действий Ордо Фавониус, город сафед лоссез в размере минимум двух десятков миллионов моры, было разрушено множество домов, уважаемые горожане лишились своих предприятий, а обычные жители получили огромное количество травм и часть из них, к моему глубочайшему сожалению, скончалась.       В зале таверны воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только легким скрипом так и не закрытой никем двери.       Дилюк был страшен в приступе своего холодного гнева. Он не кричал, но все его слышали, он не принуждал остаться, но никто не ушел. Из всех возможных вариантов диалога в данной ситуации он выбрал язык фактов, и буквально закопал любую возможность для Ордо Фавониус не то, что на ответ, но даже на оправдания.       — И что же, услышав всё это, собирается предпринять наш многоуважаемый Ордо? — Сделал особый акцент на последних словах аристократ.       На Джинн и Лизу было жалко смотреть, лицо Кейи больше напоминало бронзовую статую, а обычные рыцари и, почему-то, Итэр с Паймон, походили на побитых собак, а не людей. Пусть Дилюк и говорил только правду и ничего, кроме правды, даже Сэму, который в своей жизни вообще мало кого жалел, стало несколько не по себе, отчего он легко потянул за рукав Дилюка, получив вопросительный взгляд.       Заканчивай, одним взглядом передал Сэм и кивнул на ушедших в себя Джинн и Лизу. Посмотревший на них же Рагнвиндр с секунду молчал, после чего закрыл глаза, досчитал до пяти, медленно выдохнул и с благодарностью посмотрел на Сэма уже второй раз за этот чрезвычайно длинный день. Пусть он и был аристократом, но то, что он выиграл из этой ситуации никак не стоило того, чтобы терять друзей, пускай и допустивших такой грандиозный провал. А если бы он продолжил ещё немного, то Сэм бы не ручался за состояние девушек, как и за их дальнейшие взаимоотношения. И если на второе ему было как-то побоку, то вот депрессия у тех, кто буквально вытащил его с того света и помог освоиться в абсолютно новом мире явно не входила в его планы.       Хорошо, что он внял голосу разума. Было бы неприятно рушить наши взаимоотношения мордобоем.       — Кхм… — кашлянул в кулак Дилюк, привлекая всеобщее внимание после паузы. — Я… приношу свои извинения, так как был слишком резок. — У Сэма, слышавшего этот чуть ли не обвинительный приговор от самого начала до победного конца, прорезался легкий смешок, а аристократ продолжал. — Тем не менее, я считаю, что необходимо определить дальнейший план действий.       — Я… — Джинн смогла справиться с накалом эмоций с первого раза, хлюпнув носом, но всё же поспешно взяла себя в руки, с каждой секундой всё больше входя в уже знакомый для Сэма образ Кайзера. — Полностью согласна с оценкой Господина Рагнвиндра, и принимаю ваши извинения. Ордо Фавониус допустил ужасающую ошибку, и мы приложим все усилия для её исправления, — Она вытерла тыльной стороной ладони в покрытой пылью перчатке слезы, и в её серо-голубых глазах блеснула сталь. — Для решения этой задачи, я предлагаю вам и вашим сопровождающим немедленно проследовать в Штаб Ордо.       

      ***

             Венти был перехвачен на полпути «каретой скорой помощи» из церкви, которая в этом мире могла помочь не только молитвами и отпеванием, так как никто не решился оставлять его одного, после слов Сэма о том, что нападавшим был нужен именно он.       Остальная компания быстрым шагом прошла через разрушенный город, больше напоминающей поле боя современной армии, чем место, где можно жить, и сейчас собралась в кабинете у Магистра Ордо, который, несмотря на свои размеры, стал немного тесноват. Что удивительно, ни Сэма, ни Итэра выгонять не стали, что, при отсутствии любых рядовых членов Ордо явно показывало ту глубину задницы, в которой сейчас они находились.       Через открытые окна внутрь тянулся запах травы и озона, а свечи и пара светильников разгоняли царивший из-за налетевших туч полумрак. Тучи, кстати, совершенно не планировали куда-то уходить, надежно оккупировав небосвод, обещая жителям достойное завершение этого незабываемого дня в виде ливня, смоющего к чертям всё то, что ещё не разрушили ураганы и дракон. Сэм видел в этом некоторую иронию — Ветер разрушения оставил после себя трупы и обломки, налетев неожиданно, но оставшись в памяти выживших на годы, если не навсегда. Так можно и подумать, что в этого дракона вселился Сандаунер или Муссон.       Сэм, как имеющий ко всем происходящем событиям максимально опосредованное отношение, на пару с Итэром расселись на диванчиках, пока влиятельные разумные «решали проблему».       — Буду кратка, Ужас Бури сильно исказил течение элементальных потоков и артерий земли. Для магов вроде меня — это настоящая катастрофа, и мне сейчас очень плохо… — Начала Лиза, сидя на стуле и приложив ладонь ко лбу, — Проблема с похолоданием — это долгосрочная тенденция, но всё бы обошлось, если бы не вмешался дракон.       — И что ты предлагаешь? — Дилюк выглядел спокойно — всё-таки держать лицо его учили на совесть, но стыд перед подругами за свои резкие слова нет-нет, да показывал себя в незначительных мелочах, которые вполне подмечал Сэм.       — Нужно уничтожить концентраторы нестабильного элемента. — Вместо Лизы слово взяла Джинн, — Ужас Бури пошел по легкому пути и использовал в их качестве Храмы четырех ветров. Из-за их заброшенности мы поняли это далеко не сразу, а сейчас стало уже поздно предотвращать, но исправить ситуацию ещё возможно. Наш скаут уже осмотрела большую их часть, но я приказала не рисковать ей, а возвращаться сразу после подтверждения.       — Правильное решение, — Отметил Дилюк, — что бы не заставило Двалина пойти на эти действия… вряд ли в сейчас в Храмах безопасно.       — Так и есть, — Кивнула Джинн, — У одного из них Эмбер заметила Мага Бездны, и во всех Храмах без исключения заметны следы хиличурлов, хоть раньше они туда не заходили.       — И это довольно странно, — Лиза задумчиво приложила палец к подбородку, — Из-за особенностей их строения им неприятно находиться в такой концентрации отдельного элемента, поэтому бедных чурлов, скорее всего, кто-то заставил.       — Маг Бездны? - Почему-то упоминание этого Мага некой Бездны заставило Дилюка задуматься.       — Вполне возможно, — кивнула библиотекарша. — Самое плохое, что выступать необходимо в ближайшие несколько часов, иначе мы рискуем не успеть и получить самоподдерживающееся преобразование, остановить которое будем просто не в силах.       — Плохо. — Нахмурился аристократ. — Мы вынуждены разделить силы и не можем отреагировать адекватно. Скорее всего, внутри Храмов сосредоточено значительное количество монстров, а это ещё время.       Пока шло обсуждение, Сэм наконец получил возможность полноценно оценить текущую диспозицию сил: Ордо Фавонис и так не обладал какой-то ультимативной военной силой в регионе, держа только внутригородскую гвардию, которая выполняла и функции стражи, и военных, а также имел несколько действующих за пределами города отрядов, которые прорежали монстров вокруг основных транспортных путей и просто устраняли угрозы для города. И сейчас связи с ними нет, а если их противник не полный дурак, то эти отряды сейчас максимально оттянули от защитников, чтобы они точно не прибыли на помощь, а значит и не смогли бы узнать о необходимости уничтожения пресловутых «концентраторов».       Вообще, довольно странно. Сэм почесал подбородок. Нападение на город, хиличурлы, необходимость вылазки… Больше похоже на полноценную операцию по уничтожению, чем на случайное стечение обстоятельств.       И если предположить, что за всем этим стоит какая-то сила, то тем самым город ставился в простейшую вилку: либо защитники ослабляют внутренние части, снимая войска с обороны и оставляют неприкрытый тыл, либо сидят в городе до своего полного уничтожения. Просто и эффективно — кто бы не планировал это, он явно учился у лучших. Тем не менее, любой план идеален только до вступления его в действие, ибо тут в это идеальное уравнение гарантированного уничтожения, если оно всё же существует, вмешивается «неизвестный элемент» в лице… Итэра и Сэма.       С недавних пор Сэм начал довольно трезво смотреть на свои боевые возможности, но он вступил в бой с полностью неизвестным противником с ржавой железякой в руке, и практически одержал победу, а Итэр так и вовсе, судя по всему, приземлил целую летающую ящерицу, поэтому защитники города совершенно неожиданно получили тот самый резерв, который вроде как оттянули от города. И вот теперь они могли полноценно играть, а не только «агрессивно терпеть». Теперь понятно, почему нас вообще пустили на эти штабные посиделки. Готов спорить, они итак уже все решили, и всё это — представление для нас двоих. Не то, чтобы Сэм так уж подозревал Лизу и Джинн в лицемерии, да и Дилюк, при всей своей… аристократичности явно не был разумным, готовым вертеть окружающими в удобном ему направлении без учета их мнения, но… Политика такая политика.       Влезать сейчас всё равно нельзя — он раскладов не знает, предложить что-то дельное тоже вряд ли сможет, ибо сомневался, что у местных есть какой-то аналог реактивной артиллерии, который сравняет эти Храмы Ветра вместе со всем их содержимым и ещё парой десятков гектар сверху, а значит оставалось только ждать конца этой небольшой пьесы.       — Наверняка так и есть, а значит действовать в одиночку или малыми силами не выйдет, но и выводить рыцарей из города нельзя — Ужас Бури может напасть вновь. — Кивнула Джинн. — Тем не менее, решение существует. — В этот момент она стрельнула взглядом в их сторону, а Сэм пообещал сам себе купить пирожок. За сообразительность.       — Вижн? — Скорее утвердил, чем спросил Дилюк.       — Именно. Малый отряд пользователей Глаза Бога представляет собой достаточную силу, чтобы расправиться с любым количеством хиличурлов и Магов Бездны, которые может быть в Храмах.       — Хм. Сейчас нас не так много, и только если мы соберем всех, мы сможем гарантировать подобный исход. — Нахмурился аристократ. Переигрываешь, подумал Сэм, но судя по тому, насколько напряженно следил за этим диалогом Итэр, он попал в самую точку, ибо парень чуть ли не рвался в бой. Интересно, он тоже играет? Почему-то подумалось ему, но он тут же тряхнул головой, — какой там, тут же молодость, меч в ножнах играет.       Вот кто точно попался на крючок на все сто — это Паймон: нарезала круги над головой у паренька, сжав кулачки от напряжения и крайне внимательно наблюдала за происходящим.       — Так и есть, — вновь подтвердила Джинн, и посмотрела на них, — Именно поэтому я вынуждена просить наших гостей вновь помочь нашему городу.       Вынуждена просить… Вот из кого политик явно не очень, так это из Джинн. Вроде тоже из аристократии, а простая, как железный лом. Власть не просит, она приказывает. Не оставляет выбора, в крайнем случае. Сказки про свободу — это для электората, а на деле вся твоя свобода в марке йогурта на завтрак и внешнем виде унитаза в квартире. Сэм наконец отлип от спинки дивана и внимательно посмотрел на Кайзера. Тем не менее, люди за ней идут. Не потому что им приказали, а потому что сами хотят. Он усмехнулся, встряхнув волосами и артистично отвел кисть одной руки в сторону, — Не могу отказать прекрасной леди.       Простой, можно сказать даже дежурный комплимент вызвал у девушки на щеках легкий румянец, что только подтвердило его выводы. Джинн — лидер, причем прирожденный. Не та, которая взгромоздится на спины подчиненных и будет почивать на лаврах, пока государство загибается, а за которой идут и в огонь, и в воду. Может, именно поэтому она Магистр, хотя лет ей для этого маловато.       — Конечно! — Горячо кивнул Итэр вместе с Паймон, чем вызвал вполне себе искренние улыбки девушек и даже легкий намек на таковую со стороны Дилюка.       — Отлично, — Джинн благодарно приложила пальцы к груди, — Тогда — выступаем.       

      ***

             Раздался металлический звон — это очередной покореженный жаром кусок лат упал на каменный пол подвала. Женщина поморщилась от металлического запаха крови, смешавшегося в отвратительный бульон с жженой плотью и волосами. Впрочем, усмехнулась она, ему не привыкать.       Покалывание в руке отвлекло от до крайности интересного зрелища того, как Князь в кои-то веки вылез из своей консервной банки… только для того, чтобы практически сразу перелезть в новую, и то, только пока эту не подлатают. Лекарь, который обрабатывал её руку специальной мазью и лечебной магией одновременно испуганно вздрогнул от её взгляда, постаравшись сжаться, чтобы стать как можно мельче перед ней. Это раболепие, буквально животный страх обычных людей часто веселил её, но сейчас вызывал скорее раздражение — боль напоминала об их ошибке, и избавиться от неё хотелось как можно скорее. Так что если в иной раз она бы и поигралась с этим несчастным, то сейчас только бросила короткое:       — Продолжай.       — Д-да, госпожа… — Поспешно кивнул уже немолодой мужчина, нервно сглотнул, буквально кожей ощущая пронесшуюся в каких-то миллиметрах смерть, и начал… ещё более медленно и дотошно делать свою работу, чем вызвал разочарованный вздох.       — Похоже, нашей говорящей голове сегодня придется помолчать. — чтобы хоть как-то развеять скуку начала она.       — Перестань называть Виктора так. — Скорее ради спора, чем результата ответил Князь, и, поморщившись, со звуком трескающейся кожи начал сдирать с себя нагрудник. Порой, она ему даже немного… самую малость завидовала — лишившись нервных окончаний на большей части кожи… уже очень давно, он вообще перестал испытывать хоть какой-то пиетет к собственному телу, отчего то, что отправило бы в болевой шок любого другого у него вызывало только раздражение от предстоящей работы.       — Просто называю вещи своими именами, — пожала плечами она, вызвав у мужчины очередной вздох.       Некоторое время они продолжали в тишине, под мерный стук падающей с потолка воды — на улице начался долгожданный дождь, и изрядно потрепанная прошедшим ураганом крыша уже не выдерживала натиск стихии, отчего во всем доме начали образовываться лужи.       — Нужно будет отчитаться о задержке. — Князь наконец стянул с себя все покореженные элементы брони, и теперь ковылял к полноценной ванне, заполненной кровоостанавливающим и противоожеговым средством в примерно равной пропорции. С гулким хеком он перекатился через бортик и, расплескав часть стоящего как вся эта гостинница вместе со всем персоналом, лекарства, облегченно выдохнул.       — Не думаю. — Женщине наконец надоела эта возня её лекаря, отчего она одной рукой толкнула его в сторону, взяла мазь и, смешав её в равной пропорции с энергией своего Глаза Порчи, мгновенно распределила по всей пострадавшей коже, тут же заморозив. Удивленно смотревший на это Князь только присвистнул.       — Не знал, что ты так можешь. — Он с сомнением посмотрел на лекаря, который, получив отмашку от женщины, сейчас торопливо… на четвереньках полз в сторону выхода. — Зачем он тебе вообще тогда нужен был?       — Должны же вещи оправдывать своё существование. — Пожала она плечами.       

      ***

             — Значит, провал? — Молодой женский голос был настолько тихим, что бушевавший ветер унес слова, казалось, сразу, как она их произнесла.       Массивная фигура могла лишь сжаться перед её взором, надеясь на снисхождение. Они просчитали все, все варианты, все путешественники, которые могли бы помочь Монду были перехвачены, все внешние отряды либо перебиты, либо отвлечены, Ордо оставалось только пасть перед Орденом в тщательно разыгранной пьесе, которая бы стала первым шагом к их триумфу, первым шагом к столь долгожданной, столь желанной победе… Но тем не менее — нет.       Девушка вздохнула, и её локоны цвета золота, ласково потрепал ветер, который в это же время бушевал, чуть ли не вырывая деревья с корнем. Он словно бы говорил: «не печалься, всё ещё впереди».       Похоже, в этот раз удача не на их стороне. Такое бывает, и когда ты живешь несколько веков, такую вероятность стоит просто принимать во внимание, не позволяя эмоциям повлиять на твои решения, когда неудача всё же произойдет. Неприятно ли это? Более чем, особенно на старте Плана, когда всё должно было произойти не просто как задумано, а идеально, чтобы вбить колышек в глиняное колено колосса, да так, чтоб раз и навсегда, наверняка, без промаха и жалости.       — Отзывай основные силы. Оставь пару на прикрытии, самых слабых, не более. — Она вздохнула и посмотрела на раскинувшуюся перед ней панораму. В других условиях она бы даже посчитала город на озере, с раскинувшимися над ним тучами достойным запечатления на холсте. — Ударим в другом месте.       — Да, моя госпожа, — С отчетливо слышимым облегчением и почтением сказала фигура.