100 letters

      Следующее письмо было странным. Кагеяма не знает, что им двигало, когда он писал это, это было сложно, выводить эти слова чернилами на бумаге, но он это сделал, и не чувствует грусти по этому поводу, разве что немного стыда.       Это произошло, когда Тобио позвали в молодёжный лагерь.       «Хината,       Завтра я уезжаю. Не знаю, зачем пишу это, ты ведь и так это знаешь. Неважно.       Если ты спросишь меня, я отвечу, что и сам не знаю, как туда попал и почему выбрали именно меня. Как ты не стоишь ничего без меня, так и я не стою ничего без тебя. Уверен, я не буду ничем отличаться от других связующих там. Моя подача не такая сильная, как у Ойкавы-сана. Мой приём не так хорош, как у Нишинои-сенпая. Я не могу забить так же хорошо, как Ушивака. Вся моя особенность – это наша быстрая, и только за неё мне можно приписывать очки. Я не хочу уезжать, но я должен. Попасть туда большая честь, но честью было бы ещё больше, если бы мы попали туда вместе, потому что это означало бы, что мою работу оценили. Я старался только ради этой нашей быстрой и никогда прежде не старался для чего-то так сильно. Наша быстрая сделала меня тем связующим, каким я являюсь сейчас, и, если кто-то думает, что я этого не понимаю – они ошибаются.       Ты должен был оказаться там вместе со мной, мы должны были быть там вместе, но судьи решили иначе, и я не тот человек, который имеет право их судить.       Я должен радоваться этой чести, но я не радуюсь, а лишь думаю о том, каково тебе было услышать эти новости. Наверное, ты думал, что твоей тяжелой работы над собой никто не замечает, но я замечаю, и я вижу, какой большой путь ты прошёл от того неуклюжего игрока в начале и до того волейболиста, которым являешься сейчас. Ты можешь гораздо больше, чем мог тогда, и с тобой это сделала наша быстрая. Она проложила нам обоим путь на поле. Мы стали теми первогодками, которые играют наравне с третьегодками, и, я прошу, не забывай об этом, когда соберешься сделать очередную глупость.       Спросишь меня, откуда я это знаю? Ну, я же знаю тебя. У тебя уже наверняка есть план в голове, как не остаться позади. Хорошо, если это будут тренировки, но я в этом очень сомневаюсь. Скорее всего ты придумал что-то безумное и слегка незаконное. Жду не дождусь, чтобы узнать об этом, когда вернусь. И, надеюсь, ты будешь ждать моего приезда назад, чтобы услышать про всё, что было в лагере. Клянусь, что расскажу эти истории тебе первому.       В общем тренируйся, ешь полезную еду, не забывай учиться. Я скоро вернусь.       Уже скучающий,       Кагеяма».       Это письмо Тобио отдал Хинате лично в руки, когда они последний раз шли домой вместе, и попросил прочитать его, когда Шоё окажется дома. Они разошлись в разные стороны, но Хината не смог удержаться и сел на остановке, открыв письмо. Он плакал, когда понял, что это не шутка, что Кагеяма правда уедет, оставив его позади. Хината даже просидел на остановке добрых полчаса, пытаясь успокоиться. Слова Тобио не сделали ему легче, потому что Шоё не мог избавиться от мысли, что его бросили, не взяли в расчет, оставили гнить совсем одного. От этого чувства было не так просто избавиться, и именно тогда Хината решил, что должен что-то сделать. Он всегда был богат на всякие выдумки, с чего же сейчас ему останавливаться? Он должен что-то рассказать Кагеяме, когда тот вернётся, потому что на него рассчитывают, и он не подведёт, как не подводил никогда!       В тот же день Шоё пошёл и купил маленькую шкатулку с замочком, куда теперь прятал все письма Кагеямы. Она была красивой с большим сердцем на крышке. Хината говорит себе, что купил именно её, потому что только она была достаточно большой, но он врёт, потому что было в этом и что-то другое, что-то особенное, что заставляло сердце в груди пропускать ритм, и с этим чувством ничего не сравнится.       Это письмо Хината перечитывал чаще всего, когда Кагеяма уехал. Он перечитывал его перед сном, перечитывал утром, перечитывал, когда в лагере Шираторидзавы становилось очень тяжело. В эти моменты ему казалось, что он больше не один, и он вспоминал, ради чего старается – чтобы не остаться в стороне, когда Тобио вернётся. Чтобы, когда Кагеяма вернётся, ему не сказали, что их быстрая никому больше не нужна. Хината боится услышать это. Эти слова приходят ему во снах, и он просыпается в холодном поту. Поэтому он должен стараться – чтобы в запасе было больше одной уловки.