Unveil

Шустрого омегу потерять из виду получалось дважды, и Чан вновь удивлялся его странной халатности: неужели не боится его побега? Феликс отдал за него, конечно, не целое состояние, но весьма приличную сумму, если судить по торгам, на которых уже побывал альфа. Или думает, что обессиленного раба будет легко поймать? А может, не волновался, потому что рядом шел Хёнджин? Но Хвана и самого купили, разве ему не хотелось бы на волю? Чан украдкой разглядывает Хёнджина, но не замечает в нем какого-либо напряжения или недовольства, и это удивляет. Омега чувствует себя как рыба в воде, петляя по узким улочкам, и лишь притормаживает перед поворотами на перекрестках, чтобы альфа не потерял его из виду в этом муравейнике. Чан успевает немного оглядеться по сторонам, несмотря на вихрь собственных мыслей — южане строили города иначе, чем у него на родине: слишком близко друг к другу, однако перекинутые навесы между домами давали защиту от палящего солнца, и альфа находил это весьма продуманным. Спустя минут двадцать всевозможных блужданий они оказываются во дворе небольшого домика, что показывает свою статусность наличием личного колодца. Однако альфе не дают опомниться, как Хван утягивает его внутрь. Взгляду открывается просторная кухня, где он сталкивается с еще одним человеком, и по разделке мяса, которой занят незнакомец, догадывается, что это и есть тот самый Минхо, о котором говорили омеги ранее. Парень у стола, судя по крепкому рукопожатию и запаху, оказывается альфой, что порождает еще больше вопросов к причине собственной покупки у Чана. Не то чтобы он жаловался, но как-то всё слишком странно. Маленький омега, что теперь по логике является его хозяином, снуёт со двора с вёдрами, наполненными водой, в маленькую комнатушку в пристройке. Хёнджин рядом разбирает купленные продукты и заглядывает в кипящий котелок, а после тащит из миски нарезанные кусочки фруктов, на что незнакомый альфа рычит, но скорее неодобрительно, чем действительно угрожающе. Хван смеётся и ловко уворачивается от шлепка по рукам, успевая своровать из тарелки еще пару долек фруктов, и скрывается на лестнице, ведущей на второй этаж. А внимание альфы возвращается к Чану. Он продолжает рассматривать с интересом, хитрым прищуром скользя по чертам лица, но его взгляд не похож на враждебный и не несёт какой-то скрытой угрозы. Скорее, явный интерес. Когда Феликс в очередной раз проносится мимо кухни, Минхо спрашивает, стуча по кончику своего носа: — Amante? Ele gostou tanto de você? Маленький омега спотыкается, едва не разливая вёдра, и смотрит на Минхо, широко распахнув глаза: — Não seja bobo. Isto é para sua conveniência. — Como você sabe. Mas ele é muito bom. — Минхо пожимает плечами, одаривая хитрой улыбкой младшего и возвращаясь к разделке мяса. Феликс бросает быстрый взгляд на Чана, что пытается понять смысл чужих слов, разбирая только отдельные — «глупость», «нравиться» и «хорош», и краснеет скулами, а после манит альфу пальчиком за собой. Тот повинуется, и прикрывая дверь, понимает, что оказался в купальне. Феликс раскладывает принадлежности для мытья на столике возле стены. — Я знаю, что ты наверняка устал, но прежде чем обработать тебе раны, мне нужно, чтобы ты вымылся. От бадьи в центре комнаты поднимается пар, и альфа на пробу опускает ладонь в воду. Приятное тепло окутывает кожу, и Чан, не раздумывая, стягивает с себя одежду, полностью обнажаясь и слыша сбоку задушенный писк. Поворачивается, чтобы увидеть интереснейшую картину — его покупатель прикрыл лицо ладошками и покраснел до самых ушек. Альфа, услышав, что надо вымыться, действовал по привычке: без смущения и лишних уточнений — за неповиновение и промедление работорговцы могли наказать, а потому сейчас немного удивлён реакцией. Конечно, его покупатель отличается от его прежних владельцев, но смущение… В доме же есть альфа. Чан залезает в бадью, и Феликс убирает ладошки от собственного лица, слыша тихий плеск воды. Альфа окунается целиком, чтобы хоть немного промыть волосы, и выныривает, внимательно следя за Феликсом. Омега тем временем переставил маленький столик с принадлежностями ближе, и теперь старательно отводит глаза от купальни. — Вымойся, пожалуйста, тщательнее и потом приходи в комнату, я осмотрю тебя, — тихо произносит омега, прикусывая свою губу, пока пятится к выходу. — Чистую одежду тебе принесут. И, дождавшись кивка от альфы, скрывается за дверью, оставляя Чана наедине с его мыслями. Которых в голове действительно много, хотя все они сводятся к одному главному вопросу — что с Чаном будет дальше? Альфа вспоминает поведение омеги, их короткий разговор с Минхо, а также слова, что успел разобрать. Он знает язык поверхностно и сделать каких-либо точных выводов не может. Остаётся только ждать, вряд ли его долго продержат в неведении. Альфа опускает взгляд на столик с уходовыми средствами и по насыщенному запаху понимает, что они явно не из дешёвых. Его купили, чтобы перепродать? Однако альфа неместный, и сомнительно, что кто-то предложит сумму большую, чем за него уже отдали. Или его готовят в жертву какому-нибудь богу? Чан мало что знал про южан, про их обычаи и порядки, так что предположение не кажется совсем уж безумным. Слухи про них ходили разные. И он обязательно бы напрягся, если бы не был так вымотан. Скрипит дверь, пропуская в купальню Минхо со стопкой чистой одежды, которую он укладывает на скамейку возле выхода, парень оборачивается на Чана. Вновь оценивающе скользит взглядом по лицу альфы, а затем кивает на столик с принадлежностями: — Помочь? — Чан опять изумляется, слыша свой язык, но отрицательно качает головой, и Минхо пожимает плечами. — Время купания у тебя, конечно, не ограничено, но обед вкуснее, когда он горячий. Так что следует поторопиться — Феликс ещё хотел тебя подлечить. Если есть вопросы, можешь обращаться ко мне, помогу, чем смогу. Думаю, то, что я Минхо, ты уже понял. — Зачем меня купили? — вопрос самый логичный, но все равно заставляет Минхо нахмуриться. — Думаю, лучше Феликса это тебе никто не объяснит, — альфа почесывает кончик носа, подбирая слова. — Однако зла тебе тут точно не желают. — Но всё это, — Чан обводит купальню рукой, — чем я заслужил? Я же купленный раб. — Главное при Феликсе такого не ляпни — это его расстроит, — Минхо внезапно серьёзнеет, и это заставляет Чана напрячься. – Но повторюсь – об этом лучше спросить Феликса. — Тебя тоже купили? — Нет, — альфа качает головой. — Я просто помогаю ему. — Вы пара? Брови Минхо взмывают вверх на мгновение, а затем он хитро щурится: — Рассматриваешь меня как конкурента? — и, видя удивлённое лицо Чана, фыркает. — Я знаю его практически с пелёнок, он мне как младший брат, — а затем добавляет, хватаясь за ручку двери. — У Феликса нет пары. И никогда не было. Поэтому некоторые вещи его могут смутить, будь с ним поосторожнее. Чан кивает, а потом до него доходит смысл сказанных слов и реакция маленького омеги ранее. Отчего-то становится неловко. Минхо, видя осознание на чужом лице, усмехается: — Как закончишь, иди прямо по коридору — вторая дверь слева. Феликс уже ждёт.