Отражение

Я решила сбежать на несколько часов к горячим источникам. Подумать только, с тех пор, как я перенеслась, я ни разу там не купалась, только подглядывала за тем, как это делают другие. Я усмехнулась — наверняка, добрая половина дворца точно могла накатать на меня ордеры о запрете на приближение.  Я забралась в горячую воду, но помнила о том, что говорила Енхи: свежетравмированную ногу в жаре держать не стоило. Изогнувшись, я закинула больную лодыжку на ледяной камень. Приятный холодок на контрасте с растапливающим сознание источником доставлял мне максимальное наслаждение, и даже неудобная поза не могла мне помешать.  Тишина вокруг и прохладный воздух, обдувавший плечи и ногу, навевали странные мысли. Я запрокинула голову, уставившись в потолок.  Сохи признается Минхо, они будут вместе. Решится ли она раскрыть ему свою тайну? Если решится, убьет ли он ее сразу? Или даст сбежать? Столкнуться ли они потом на поле боя?  Так или иначе, надеяться на мирную жизнь было глупо. И дело даже не в том, что я помогла Сохи: если бы не помогла, уверена, в меня бы прилетели дворцовые козни или отравленный клинок. Как будто все события перетягивали тонкие, но прочные нити, которые тащили наши жизни в одну сторону. Словно злые богини судьбы ждали, когда мы столкнемся, закрутимся друг с другом в кровавой борьбе, где смешается любовь, гнев, ревность, ненависть и дружба.  Я закрыла глаза и тихо выдохнула. Каждое мое действие ощущалось как па на клинке дрожащей шпаги, воткнутой в борт корабля. Самое грустное, что, как бы я ни старалась, итог меня ждет одинаковый — голодные акулы, вьющиеся под кораблем.  Я задержала дыхание и резко опустилась с головой под воду. Картинка тут же поплыла и исказилась. Теперь углы пещеры не казались такими острыми, а будущее — таким мрачным. Я взглянула на свои уже не такие бледные и тонкие руки. Я вспомнила, как так же провалилась в воду и перенеслась. Я тут же вынырнула, жадно хватая воздух ртом. Больше я не хотела возвращаться обратно.  *** Я не могла отказать себе в удовольствии проследить за тем, как развернутся дальше события. В конце концов, эту ночь можно считать последней в моей слежке за Сохи, раз я убедилась, что у нее совсем нет мотивации предавать Восточную империю.  Сохи стояла на залитой луной дорожке рядом с Минхо. В том, как нервно она теребила ткань ханьфу, просматривалась ее нарастающая тревога. Я сидела на траве, прислонившись спиной к дереву, вся скрытая его тенью, и лениво пожевывала травинку. Мои глаза горели игривым огоньком: мне не терпелось увидеть, каким будет загадочный третий принц рядом со своей любовью.  — Минхо, — начала неуверенно девушка. Ее голос чуть дрогнул, выдавая волнение. — мы знакомы с детства. Ты всегда был рядом со мной, был моим другом и защищал ото всех, кто издевался надо мной, — я отчаянно всматривалась в бледное от лунного света лицо Ли, но ничего не могла на нем рассмотреть. Он опять надел свою невидимую маску. Сохи, стоявшая ко мне спиной, подняла голову, всматриваясь в черты возлюбленного. — Я сама не заметила, когда это произошло, но мои чувства к тебе изменились. Я больше не думаю о тебе, как о своем друге детства. Я вижу в тебе мужчину, с которым хочу провести остаток жизни, — она замолчала. В воздухе повисла напряженная пауза. Минхо поднял руку и легко прикоснулся к выпавшей пряди волос девушки. Провел по ней и заправил за ухо.  — Сохи, ты всегда будешь занимать немалую часть моего сердца, — тихо ответил он. В его глазах проскользнул оттенок сожаления. — Но мое сердце тянется к другой, — его взгляд устремился ко мне, вперившись прямо в мои глаза. Я застыла как вкопанная. Он не мог видеть меня в этой темноте. Не мог ведь? Сохи обернулась вслед его взгляду. В ее глазах застыли слезы, а кулаки сжались. Я снова обрела контроль над своими конечностями и дернулась в страхе, что меня заметят. Это было моей ошибкой: ветвь дерева колыхнулась, и маленький лучик луны скользнул по моему лицу. Но этого хватило, чтобы Сохи меня узнала. Ее лицо сначала пронзил шок, а потом — нескрываемая боль. Слезы хлынули из ее глаз, а она сжала челюсть, словно запрещая себе издать хотя бы звук. Она бессловно развернулась и убежала вдоль по тропинке, а я осталась сидеть, вновь скрытая тенью.  *** Я не позволила Минхо подойти ко мне после побега Сохи. Просто махнула рукой, показывая, что не намерена говорить, и медленно ушла к дворцу Хенджина.  — Где ты была? — Хван, расхаживавший взад-вперед у главного входа, остановился и сердито оглянул меня. Я вздохнула. Решила подойти к нему поближе, но он, заметив, что я хромаю, первым устремился мне навстречу. — Что случилось? Не успела я произнести и слова, как второй принц присел на одно колено, пристально осматривая несчастную лодыжку. Я смутилась и немного покраснела от этого жеста.  — Да ничего такого, — пробормотала я. — Я вывихнула ногу, но Минхо помог зафиксировать сустав.  — Минхо? — снизу на меня уставились черные глаза, в которых загорелся недобрый огонек. — Мне не нравится, что он все время крутится вокруг тебя.  Я тихо рассмеялась. Что это? Ревность? Раньше меня бы выбесил любой намек на собственничество, но теперь, когда это исходило от него, мне захотелось нагнуться и потрепать его по гладким длинным волосам. Вместо этого я чуть придвинулась к нему и улыбнулась.  — А мне он кажется очень даже интересным, — я захотела раздразнить его еще больше. Хенджин резко выпрямился и подошел ко мне вплотную. В животе что-то зашевелилось от предвкушения.  — Не зли меня, До Ехва, — прошептал он, а я только еще больше растянулась в улыбке. Вдруг он приблизился и укусил мочку уха, заставив меня ойкнуть и стукнуть его по плечу.  — Это твое наказание, — как ни в чем не бывало произнес он и удалился куда-то вглубь дворца, оставив меня стоять, оглушенную, на улице.  Однако я решила отложить анализ собственных чувств до более удобного момента и поспешила к себе в комнату. Раздевшись, я даже не умылась, настолько я была поглощена собственными мыслями. Я просидела на кровати всю ночь, проворачивая в голове неудавшееся признание Сохи. Я совсем перестала понимать, что происходит вокруг меня. По сюжету Минхо должен был быть влюблен в Сохи, настолько, что позволил ей убить себя в итоге. Но почему тогда он отверг ее? Почему посмотрел на меня? Я легла спать под утро и проспала до обеда. Меня разбудила встревоженная Сундок, которая отчаянно теребила меня за плечо. Я еле разлепила глаза и недовольно посмотрела на служанку.  — Ну что еще? — Госпожа, — широко раскрытые глаза Сундок напрягли меня. — Госпожа У Сохи пропала! Я вскочила с кровати, тут же отогнав все остатки сна. Оттолкнув Сундок, я выбежала во двор прямо в белье. Вокруг сновали стражники, слуги и чиновники — весь дворец перевернулся вверх дном. Моя голова зашумела, а я опустилась вниз, садясь на крыльцо. Мой взгляд случайно зацепился за кусок бумаги с моим именем, воткнутый в стену около двери. Я достала его и развернула.  «Я ненавижу тебя за эту злую шутку. Он был единственным, что держало меня тут, и я отомщу тебе за это».  Я сжала пальцы, чуть сминая бумагу. Хоть письмо и не было подписано, я прекрасно знала, от кого оно. Я задрала голову вверх, оглядывая кристально чистое небо. Я чувствовала, что все приближается к развязке, и она не обещала быть такой же беззаботной, как голубое небо над моей головой.