Отбросив маску

      Парень сидел практически неподвижно на чудом уцелевшем диване, тщательно протёртом от пыли и заправленном шелковистым пледом, что был найден в небольшом сундучке рядом.       Он давно научился ценить такие вещи, как минуты драгоценной тишины, ведь только в эти мимолётные мгновения предоставлялась возможность расслабиться и абстрагироваться от реальности.       Творящийся вокруг него беспорядок и откровенная разруха в совокупности со стойким запахом сырости и плесени нисколько не смущали парня. Напротив, данная обстановка веяла ему чем-то далёким и знакомым, неразрывно связанным с его естеством по праву рождения. Это способствовало мыслительным процессам, а потому боец не торопился предпринимать какие-либо действия.       Каска, оттёртая до блеска, нашла своё место на ветхом стуле. На поверхности гладкого чёрного металла играли отсветы языков пламени, только-только набиравшего силу.       Удивительно, что ущерб не смог распространиться далее двух-трёх метров от камина. Остальное же оставалось нетронутым, словно само время решило проявить снисхождение на забытую библиотеку. Однако же, если быть досконально честным, это касалось и всего комплекса в целом.       Парень держал на коленях маску, тщательно протирая каждый её изгиб тряпкой, смоченной спиртом. Данная роскошь была ни чем иным, как добрым жестом профессора при непосредственном участии двух сторон. Эта игра на публику позволила Скотту устаканить нараставшее напряжение между отдельными лицами и привести к обоюдному согласию, однако парень, которого с чего-то вдруг стали называть наёмником, остался непоколебим в своих предрассудках.       Он с трудом верил, что подобная доброжелательность может быть проявлена менее чем за пару часов. Тем более после прогремевшего на весь комплекс инциденте, после которого его наверняка заклеймили трижды проклятым предателем. Иронично, ведь парень даже не считал их за союзников. В лучшем случае он считал их за рабочий персонал, который не составит особых проблем при должной осторожности, но в целом они оставались для него неприятелем.       Вообще большая часть всего этого составляла для парня глубокий вражеский тыл с некоторыми особенностями. Ни люди, ни гутраксианы, кроме его друзей, не являлись для бойца приоритетной стороной.       И потому, когда он принимал предложение о сотрудничестве, осознание собственной ответственности за возможные последствия тяжким грузом легло ему на душу. Парень просто не мог отказаться, ведь и сам понимал неизбежность надвигающегося. Даже если он окажется не прав, и профессор действительно собирается помочь преодолеть надвигающуюся бурю, боец физически не мог переубедить самого себя.       Он по-прежнему на войне, но это уже чужая война. Ему здесь не место.       В отражении линз парень видел собственное лицо, напряжённое, ожесточённое и неизменное, как и эта безликая маска. Он не был удручён этим, но и не был удовлетворён данным фактом.       Всё просто стало вдруг таким чуждым и неясным. Было неловко цепляться за Кая или Мию, точно за якорь, чтобы окончательно не быть снесённым этим безумием. Тяжело. Не хватало воздуха, чтобы вздохнуть.       Вдоволь понаблюдав за жизнью остальных за эти несколько дней, парень столкнулся с резким противоречием во всём, что раньше он считал обыденностью. Местный конфликт был для него глупым и несущественным, но сейчас, начав открывать для самого себя чертоги нового и забытого, парень обнаружил злую иронию собственных рассуждений. Та война, оставшая для него, как он теперь искренне теперь надеялся, позади, была такой же бессмысленной и глупой, просто в более ужасающих масштабах.       Прежние догмы и клятвы стёрты ровно с момента пробуждения. Теперь то он это ясно видит. Но парень вновь берёт на себя обязательства, принимая договор.       Поступал ли он эгоистично и нерационально? Возможно. Но охватившая его тогда буря эмоций уже сделала своё дело и привела парня к логичному исходу.       Разумеется, красноречие профессора не оставляло сомнений. Он говорил именно то, что хотелось бы услышать, умел подбирать слова и разделять добро и зло, естественно, в выгодном одному ему свете.       Пылкая речь о долге не только перед всем человечеством, но и перед высшыми моральными принципами и торжеством разума должна была подействовать на парня благосклонно. Однако лояльность нерадивого вояки сохранялась лишь видимой угрозой и собственными доводами об увиденном. Годами проходя через промывку мозгов пропагандой, парень оказался куда более устойчив, а потому более не поддавался на такие трюки. Часть уже приходилось слышать, с чем-то не согласен из-за внутренних противоречий и так далее.       Профессор и его ассистент были теми, кто не отнёсся к нему как к уроду, предавшего тех, кого даже и не знал. Но он так и не смог заставить себя поверить им полностью       Парня так и не покидало ощущение, будто его используют в тёмную. Впрочем, так оно и было. Он это понимал и не сопротивлялся. Всё произошло удивительно быстро, а может быть только так оно и казалось. Время здесь идёт до абсурда странно. Здесь всё было странно и не поддавалось объяснению, которое могло быть понятным парню.       Профессор со своим ассистентом спустились вниз по своим делам и всё, что оставалось ему - ожидать сигнала. Остальные разбрелись по новому месту, не хватало только Лары. Впрочем, парень был даже рад тому, что его оставили на едине с собой. Наконец-то можно дать ответы или найти новые вопросы.       А на последок Скотт решил оставить для бойца планшет со всем, как он считал, необходимым, включая местный "бестиарий". На деле же полный список всех гутраксианов, который ему приходилось ранее видеть на компьютере, но отказываться не стал. Дают - бери. Он некоторое время пытался сравнить своих друзей с тем, что предоставлено в этом документе, но те старательно избегали этого, и парень бросил бесполезное занятие.       Помимо планшета ему выдали смарт часы с ударопрочным стеклом и внушительным количеством функций. Они были прямоугольной формы и больше напоминали собой небольших размеров компьютер. Крайне удобны в использовании. Парню потребовалось всего навсего минут десять, чтобы разобраться со всем. Здесь же он и поставил таймер, который и должен оповестить его о начале операции. Также тут была возможность установки карты, однако в базе данных ничего не было, кроме плана этого уровня. На первое время вполне достаточно. Ну и помимо всего огромная куча всякой всячины, которую парень благополучно решил упустить из вида, выделяя лишь таймер и возможность установки и просмотра карты.       А также дополнительный визор, который профессор самолично подключил к маске парня, попутно устроив лекцию о том, что тот ведёт неподобающий образ жизни, так как его внешний вид оставляет желать лучшего. Данной прибор, по словам того же профессора, будет необходим в дальнейшем, но почему и зачем, не ответил. Главное показал, как работает, и на том спасибо.       Рука скользнула по подсумку, извлекая малость потёртый рекордер. Маленькая вещица, но именно с неё, можно так сказать, всё и началось.       Он не возлагал особые надежды на это устройство, и записывал изначально с целью предоставить подробный отчёт по возвращению, но многое в планах поменялось. Возвращаться больше некуда, да и он не уверен, что хотел вернуться. И парень продолжал вести записи уже для себя, ведь никто более не прослушает их. С их помощью ему удавалось следить за самим собой, анализировать действия и фиксировать другие изменения. А таковые имелись.       Первая запись. Сухой отчёт. Голос словно не принадлежал ему, казался совершенно чужим. Даже если упустить из виду незначительные помехи, сквозь них различался приглушённый бас, докладывающий о случившемся в порядке вещей. Складывалось противное чувство, будто от говорившего там было больше механики, чем живых эмоций.       Вторая запись. Первые намёки на удивление и непонимание. Долгие рассуждения о том, что из себя представляют эти существа и почему они все преимущественно яркой окраски. И ещё более долгое размышления о складе их характера. Первые вопросы о собственной жизни, а также о сложностях расположении потенциально раненой в лежачем положении из-за её хвоста и других нюансов. Нейтральные комментарии в сторону Кая, которого ранее просто именовал кайджу, каждый раз коверкая это слово на новый лад. Списано на особенности произношении неизвестных ранее слов.       А дальше он и слушать не стал. Тошно. Всё и так уже понятно. Но, справедливости ради, решил сделать ещё запись, чтобы было с чем сравнить позже.       Прошло, на вскидку, чуть более пятнадцати минут, прежде чем парень остановился. На мгновение задумавшись, он отключил запись и обратил свой взор в сторону библиотеки.       Кай и Мия времени даром не теряли, с непристойным энтузиазмом изучая новую для них территорию. Возможно, ему не понять этого детского азарта, ведь парню частенько приходилось менять дислокацию. Города, поля, деревни, целые пустыни пепла и осквернённой земли и опять по кругу. С повышением в должности и дальнейшим переводом в особый тип войск были уже монолитные бетонные стены, кирпичные кладки глубоких катакомб и прочее. В общем, ему не привыкать.       Кай с Мией хватали всё, что видели, часто меняя предмет своего предпочтения, и впрямь напоминая детей. Такой же интузиазм и тяга к новому. Помнится, он тоже был таким когда-то, все они. Но что же стало? Неужели теперь нет пути назад, нельзя начать всё с чистого листа, будто и не было ничего? Кай тайком посмотрел на человека. Их взгляды пересеклись.       Кайджу дрогнул, не ожидая ответной слежки, но оправился и приветливо, как он надеялся, улыбнулся. Парень сдержано кивнул и вернулся к своей работе. Однако и здесь ему пришлось отвлечься на посторонний звук. Заведомо зная, что здесь нет никакой даже потенциальной опасности, боец лениво повернул голову.       Корридор был пуст, если не считать пару шкафов и некоторых коробок с разбросанным мусором. Впрочем, ничего примечательного. Но парню показалось, будто где-то там, ближе к спуску, мелькнула тень. Напрягая зрение и слух, он силился уловить хотя бы мельчайшую деталь.       Очередное едва уловимое движение вдоль стены и тихий шелест газет на полу как при сквозняке. Но здесь не было даже вентиляционной решётки, не то что щели.       Следом за этим, вспыхнул и погас маленький огонёк красно-розового оттенка. Мелькнул зелёный плавник, прежде чем совсем исчезнуть за импровизированным укрытием, созданным из коробок       Лара пришла. Хорошо. Теперь все в сборе       Парень шумно выдохнул и отвернулся. Свои, опасности нет. Но толи он позабыл, с кем имеет дело, толи слишком уж расслабился, а акула тут же перемахнула через коробки и в одно мгновение оказалась возле него       Боец лишь повернул голову к стремительно приближающемуся силуэту, когда Лара мощным прыжком выбила его из равновесия и повалила на диван.       Он охнул от удивления, поддаваясь внезапному броску. И чтобы совсем не скатиться кубарём на пол, парень вцепился руками за оббивку дивана. Когда плед успел оказаться под ними, смятый в комок, боец не понял, да и был сейчас очень озадачен тем, чтобы ненароком не усугубить ситуацию своим окончательным падением. Лара, очевидно ожидавшая немного другого исхода, по инерции влепилась в него всем своим телом. Она негромко взвизгнула, когда парень при рефлеткорной попытке защитить лицо выставил руку, позволив им двоим полностью плюхнуться на диван.       Он недовольно мычал под ней и пытался выкрутиться, бесцельно махая руками в поисках точки опоры.       Со стороны это выглядело... неловко.       Лара громко рассмеялась, чувствуя сопротивление человека под ней, и немного приподнялась, чтобы дать бедолаге хотя бы чем дышать. Жадно глотая воздух, парень норовил встать, но акула этому помешала, специально не давая ему поставить руки.       Обернувшийся на звук Кай подавил смешок и тронул за плечо Мию, привлекая внимание. Она же, увидев происходящее, поспешила к ним, не вполне довольная поведением подруги. Кайджу неторопливо зашагал следом, желая посмотреть на реакцию участников свары.       Лара продолжала заливаться смехом, стараясь при этом не дать возможности пошевелиться. Но парень, хоть и был сравнительно меньше, не лыком шит, и постепенно возвращал контроль. Он мог бы попытаться выйти из этой ситуации и другим методом, однако проявлял снисхождение к этой выходке. В конечном счёте парень понимал, что данную шалость не стоило воспринимать всерьёз, но положение, в котором он оказался, перечило сразу нескольким пунктам устава "О нормах поведения при гражданских лицах".       Данный факт мощным пинком под зад заставляло его всеми силами вернуть себе изначальное сидячее положение, желательно без Лары на нём. Причём почему именно сейчас парень решил вспомнить о существовании этого устава неясно. Возможно на это как-то повлияла каверзность положения.       Вскоре послышался недовольный возглас Мии и её быстро приближающиеся шаги, а также неторопливая походка усмехающегося кайджу. - Лара! Перестань! - Что? Я же просто пошутила - Отстань от человека! - Я в порядке - на выдохе произнёс парень, продолжая неукоснимо вставать, но сказал слишком натужно, чтобы в это можно было поверить - Видишь? Он совсем не против - парировала Лара, наваливаясь на незедачиловго бойца с новой силой. - Лара! - вспыхнула Мия - Девочки, прошу, давайте без этого - Кай встал между ними, сдерживая смех       Надувшаяяся от возмущения Мия. Лара, с ехидной улыбкой навалившаяся на человека. Кай, которого всё это забавляло. И сам человек, который старался сохранять серьёзность и невозмутимость, отчего создавался эффект комичности ситуации. Боец в конечном счёте выпрямился, с торжеством сместив акулу немного вбок. Лара насмешливо улыбнулась Мие и, чтобы немного подразнить свою подругу, положила свой хвост человеку на голову. Парень выходку не оценил, а потому, выйдя из секундной оторопи, поспешил смахнуть его с себя, но Лара ловко извернулась, отдёргивая хвост, и очутилась за спиной Кая. - Веселитесь, я пошла - Сказала Лара, прежде чем уйти в направлении библиотеки       Мия ненадолго задержалась, оглядывая парня сверху вниз, после чего последовала за ней. В итоге остался только он и Кай. - И что теперь? - начал разговор латексный, пристально наблюдая за его выражением лица - Ожидание. - буркнул парень, отдирая кусок зелёной субстанции со штанины - Ты уверен, что готов пойти на это?       Парень глубоко вздохнул. Похоже Кай просто пытается затянуть разговор, оттянуть неизбежное. Читать его мотивы куда проще, даже без надлежащей подготовки можно это провернуть. Это слышно по интонации, видно по каждому его движению. Ну не умеет кайджу скрывать свои чувства, что ни говори. Но продолжать спрашивать, зачем? Почему его должно это так беспокоить? Для парня такое было непонятно.       Воспользовавшись продолжительной паузой, он быстро затянул ремень и выправил смятый в бесформенный комок плед. Кай следил за ним, терпеливо выжидая ответа. И наконец, решив, что более тянуть попросту неприлично, парень изрёк: - Так нужно - Для кого? - Для вас - не стал лукавить он - Глупости, мы можем за себя постоять. Так было до этого, так будет и сейчас, так будет и впредь - То есть? - Да, прости, я забыл, что ты знаешь об этом мало чего... Это странно, не находишь? - Нет - Ладно, - сказал Кай, прищурившись. Отстранённость парня от общего конфликта немного удивляла - Опустим это... И всё же я не понимаю... - Я тоже - Да? - Да - Знаешь, ты уже многое значишь для Мии, хотя чего таить, для нас троих в целом. - Почему? - Ты не такой, как все. У тебя есть свои причуды, да, но всё же ты относишься к нам иначе. Для тебя мы не какие-то "другие" и даже не плод экспериментов, - на этом слове Кай скривился, словно съел что-то очень горькое, но вскоре продолжил. - Может это уже говорила Мия, но я повторюсь, чтобы тебе стало наконец понятно, почему мы так печёмся о тебе. Ты не делаешь различия. Совсем. И теперь, когда ты сам начал это осознавать, ты так бездумно бросаешь самого себя в опасность! Я не понимаю тебя, и знаю, что не смогу остановить... Просто... Что если... Ты не справишься? - Я сделаю всё возможное - Перестань, - Кай положил на его плечо руку, удерживая на месте. Парень не шелохнулся, словно предвидел это, что было маловероятно. Он встретил кайджу взглядом, полный решимости. - Это безрассудство - Возможно - не отпирался парень, кивнув головой - Но почему тогда ты собираешься идти? - А разве есть выбор? - Всегда есть, человек, всегда. Просто ты не видишь. Для тебя всё кажется простым в своём понимании и подчиняющимся определённым правилам, но это не так.       Боец молчал, не отводя глаз. Кай сокрушённо наблюдал, что его невозможно переубедить, но попыток своих не оставлял - Ты силён, да, - вздохнул кайджу. - Но не всесилен. У тебя есть свой лимит. Ты человек. Как ты не понимаешь простого? Просто... Хватит надрывать себя... - Я не... - Ещё как да! - выпалил Кай, заставив Мию и Ларой оглянуться на шум. - Постоянно. Ты словно только этим и занимаешься. Прости, но снова же, я просто беспокоюсь - Всё в норме - Очень на это надеюсь - недоверчиво протянул Кай. - Просто не убей себя в процессе, ладно? Мия очень расстроится... - Себя, при этом, он предпочёл не упоминать по собственным причинам - Постараюсь - мрачно ответил парень, отводя взгляд. Похожу кайджу удалось зацепить в нём толику чего-то. - Чтож, может хочешь присоединиться к нам? - Кай даже протянул руку. - Хотя бы один раз побудь с нами. Мы, конечно, не люди, но и с нами не соскучишься - Хорошо       Кайджу прям воссиял от этого. Он предполагал, что парень окажет сопротивление, ссылаясь на что угодно, но был приятно поражён его податливостью. Кай помог ему встать, замечая, как болезнь, хоть и невзрачно, наносила урон человеку. Она протекала медленно, но с каждым часом всё сильнее укоренялась в его организме. Печальная правда, от которой Кай немного помрачнел. Где же Отто? Вся надежда оставалась только на него и его познания в области медицины.       Парень вставал с некоторой натяжкой, опираясь свободной рукой, не стесняясь присутствия Кай. Кайджу помогал с некоторой опаской. Он не был до конца уверен, как на этот дружеский жест может отреагировать своенравный человек. Но боец принял его помощь, хватаясь за когтистую лапу и подтягиваясь.       В скромной тишине они шли бок о бок, как закоренелые друзья. Кай расплылся в довольной улыбке, тихонько хлопнув парня по плечу. - А ты изменился, человек - весело пророкотал кайджу - Разве? - Вполне! Посмотри на себя, я уверен, ты бы не стал и минуты на это тратить, если бы не увидел в этом срочной необходимости - Хм - Да и вспомни, как ты за Мией приглядывал после спасения. Не скажу, что это было необходимо идти на такие жертвы, но мне приходилось уговаривать тебя просто отдохнуть! А теперь ты вот так легко соглашаешься со мной просто провести время с нами? - Возможно - Да уж, в тот раз ты был куда более общителен, хотя и говорил странно. Но не будем об этом, поспешим       Места тут оказалось предостаточно. В самом деле, парень ожидал куда менее просторное место, большая часть которого должна быть занята книгами. Широкой души был тот человек, что отстроил здешнюю библиотеку.       Оно не только сочетало в себе надлежащие условия для чтения, но и предоставляла возможность передохнуть от работы.       Удовлетворительное количество мест, чтобы расположиться со всем удобством и погрузиться в мир литературы с головой.       Парень шёл медленно, испытывающе оглядывая интерьер. Пыльно. Часть вещей испорчена, но в целом ущерб здесь незначителен. Кайджу периодически фырчал, не то от поднятой им же пыли, не то от хорошего настроения. Мия с Ларой находились на втором ярусе, резко выделяясь на фоне однотонных цветов стены позади. Их оживлённую беседу тяжело не услышать, однако разобрать что-либо не предоставлялось возможным.       До него то и дело долетали обрывки фраз, но цельного предложения как такового составить не смог. Да и было ли это действительно так необходимо? Парень не знал, сейчас он просто пользовался моментом и любезным предложением Кая.       Однако довольно быстрая смена настроений его сильно заинтересовала. Ещё минуту назад тот же Кай был близок к подавленному состоянию, дополняя это тревогой о предстоящей вылазке. Но теперь от этого не осталось и следа.       Принимая в учёт склонность сего места к постоянному движению со всеми вытекающими из этого последствиями, парень пришёл к выводу, что это простая адаптация под местные реалии жизни.       В постоянном круговороте событий, когда в любой момент для тебя всё может закончиться, они цепляются за те мелочи, которые имеют здесь и сейчас.       В некотором роде парень походил на них. Риторика его жизни имела схожий принцип, однако он совмещался с более замедленным темпом и мрачным взглядом. На войне ничто не постоянно. Сегодня отступаешь, а завтра наступаешь. Сегодня затишье, а завтра ты уже лежишь, стараясь зарыться как можно глубже в рыхлую, изрытую снарядами землю, чтобы тебя не накрыло осколками. Или снова идёшь в бой, где всё та же воля случая либо убьёт тебя сейчас, либо даст пожить ещё минуту другую. И всё это ради того, чтобы пережить каждое из этих мгновений вновь.       Он действительно не знал, что будет завтра, и никогда об этом не думал. Нельзя воротиться назад - никто тебя не встретит, да и от отчего дома остались одни угли и пепелища, нельзя и сдать позиции - заклеймят предателем и дезертиром.       Был только сегодняшний день, только то, что происходит сейчас и не более. Парень выживал, в редкие моменты довольствуясь совсем уж маленькими радостями нелёгкой жизни, но и к этой мелочи складывался свой, привычный менталитет угрюмого прагматизма. Ограничение за ограничением составляли негласные правила жизни в окопах и где бы то ни было ещё на этой проклятой войне. По этой причине, когда дело пахло жареным, а вокруг творился хаос, адреналин вгонял организм в состояние аффекта. Слух и даже зрение становилось острее, реакция работала на автомате. Даже если парень не осознавал происходящее, то уже делал то, что должно, ныряя за укрытие или нанося молниеносный удар.       Однако это выматывало. Сильно выматывало. Постепенно он начнёт замедляться, не сможет ответить контрмерой, пока не умрёт. А потому здесь ему приходилось спать чаще и даже больше обыкновенного, по возможности давая себе перекур. И ещё эти гутраксианы, которые неведомо как проявляют себя. Ведь парень привык воевать против таких же солдат, как и он сам, а не с существами яркого окраса под два метра ростом, сильно смахивающих на животных с детских картинок.       Может поэтому он относился к своим друзьям иначе, чем они того ожидали.       Любопытства ради подошёл к одному из столов. Снова пыль. Впрочем, разве могло быть иначе? Тарелка с давно испортившемся хлебом и прочий хлам, не предоставляющий интереса. Вся поверхность в чернилах, будто здесь велась какая-то работа. Странно, но тут нет ни тетрадей, ни блокнотов, ничего, кроме книг, куда можно было что-то записать, собственно, как и ручек. Так что истинная природа этих пятен оставалась загадкой, на которую вряд ли необходим ответ. Раскрытая на половине книга с пожелтевшими страницами. Здесь всё ещё можно различить след от ногтя, оставленный в конце абзаца. Похоже прежний читатель хотел вернуться сюда, чтобы докончить книгу, но так и не сделал этого. А также полупустая бутылка с вязким, пахучим содержимым. На горлышке даже была паутинка.       О возможной участи неизвестного парень старался не задумываться, чтобы дурные мысли не замарали собой эти мгновения.       Он действительно этим наслаждался, пусть и не сразу это признал. Парень слышал и видел каждого из своих друзей, больше по привычке стараясь держать в зоне видимости большую часть помещения.       Рядом с ними ощущалось нечто, в чём он остро нуждался, но не обращал на это внимания. И всё же гнетущее чувство на глубине души ослабевало, стоило им только показаться. Парень действительно был одинок, а они скрашивали его печальные часы.       Даже при таком не самом радостном размышлении этот стержень неведомым образом поддерживал в нём волю и, казалось, жизненную силу. Он просто привык к этому, а потому стремился не тратить ни секунды, чтобы не пожалеть после. Хотя у него и было своё видение того, как ими распоряжаться с пользой.       Кай мягко похлопал того по плечу и поманил за собой. Парень даже не заметил, как он подошёл. Судя по его довольной улыбке, тот нашёл что-то интересное и посчитал необходимым показать это человеку. - Я нашёл тут одну книгу, ты, наверное, много где побывал, многое видел, но всё же       Латексный буквально всунул ему в руки раскрытую книгу. Фотоальбом, а может что-то вроде журнала.       Парень увидел умиротворяющую картину. Кристально чистый пруд посреди густого леса. Небольшая возвышенность, что позволяла глядеть вдаль и невысокое дерево, чьи ветви опускались вниз, подобно зелёному куполу, и укрывали собой сам ствол. На заднем плане горы и облака. Не свинцовые и сплошные, какие он привык видеть, а белые, небольшие и причудливых форм. А также бескрайнее синее небо.       Парень бережно прикоснулся к картине, словно она действительно могла привести его туда. Это то, о чём они все так уповали?       Он попытался представить себя стоящим там. Но каково это, ощущать дуновение ветра для того, чья жизнь ограничена стенами казармы да невозможно длинными линиями траншей, тянувшимися от горизонта к горизонту? И ведь нельзя снимать с себя ничего - опасно, а ведь хочется порой до невозможности, но никак - устав. Да даже после перевода в спец отряд заметных улучшений не предвиделось. Всё то же самое, просто место другое, а ограничения - строже - Хотел бы я там оказаться! - мечтательно произнёс Кай и даже зажмурился, расплываясь в своей широкой улыбке - Я тоже       В его словах кайджу услышал нечто большее, чем простой ответ. Он осторожно оглядел человека. Тот продолжал рассматривать картину, но по глазам было видно, что совсем другие мысли занимали ему голову. В этих словах звучало нечто, чего Кай не ожидал от него. Блеклый оттенок печали. Он оставался таким же серьёзным и непроницаемым, любой ответ максимально краток и сух, а лицо вечно сосредоточенное максимально серьёзное, но не в этот раз.       Кай хотел было спросить парня о том, что его беспокоило но отдёрнул себя от этой мысли. Нельзя вмешиваться. Что-то заставило его промолчать и оставить всё как есть. Когда человек будет готов, он сам расскажет о своих тревогах. Так будет правильно.       Но и такой паузе не суждено продлиться долго. Вконец распоясовшись, акулы начали достаточно громко беседовать, хотя смысл некоторых предложений продолжал ускользать от него. Мия активно жестикулировала, пытаясь придать своим словам более серьёзный вид. Лара сидела на деревянных перилах и раскачивалась, явно не переживая о риске упасть.       Кай, оставив парня разглядывать предложенную книгу, решил подняться и проведать их лично.       Его тяжелую поступь с протестом встретили деревянные ступени, возмущённо скрипнув. Этот звук и отвлёк их от своей увлекательной болтовни. - О, да это же сам Кай к нам пожаловал - усмехнулась Лара, особенно рискованно наклонившись спиной назад. - Что, надоела компания человека? - Не говори ерунды, Лара - буркнул кайджу, но по её взгляду понял, что попался той на уловку. - Просто интересно, о чём вы тут разговариваете - Ох, да так, о своём. О случившемся например, об этом жутком человеке - Он не жуткий, - начала твёрдо Мия. - Просто немного не такой, как остальные - Немного? А как по мне, так этот парень совсем не похож на них - Что ты хочешь этим сказать? - Мия, подруга, я же в хорошем смысле этого слова. Редко когда встретишь человека, что не будет смотреть на тебя, как на монстра. - Ну да, прости, я просто всё ещё не до конца уверена, кто он даже после нашего... кхм... разговора - Должна признать, мне понравилось наблюдать за этим - Лара! - А что в этом такого? - не понял Кай - Я тебе позже об этом как-нибудь расскажу, может тебе это тоже понравится...       Кайджу смутился и посмотрел на Мию. Та ничего не отвечала, а только закрывала лицо руками. Пожалуй, по одному лишь тону этих слов становится ясно, что она имела в виду. Это даже... удивляло? - Кстати о нём... - Лара на секунду задумалась. - Что человек сейчас делает? - Рассматривает книгу, которую я ему дал - ответил Кай и для надёжности ещё раз перепроверил Парень так и не сдвинулся с места, созерцая красоту картины. Ему показался странным тот факт, что человек до сих пор не оставил книгу и даже не перевернул страницу. Похоже ему действительно это понравилось. - Всё таки он действительно интересный - сказала Моя, выглядывая из-за спины Кая - И ты действительно веришь, будто человека волнует наша жизнь? - спросила Лара, качаясь взад-вперёд. - В смысле, ценит нас? Мне бы, конечно, хотелось в это верить, но вы же знаете людей... - Ну, как мы видим, не всё и не совсем - подметил Кай - Верно. Просто лично я не могу представить, чтобы вот этот тип со всей серьёзностью относился к нам подобным образом. Слишком уж складно выходит. Человек, который видит больше остальных и готовый сначала слушать, а после действовать - Не всегда... - тихо сказал кайджу, словно боялся, что тот мог из услышать - Да даже если брать во внимание двукратное спасение Мии, может он просто хочет нас использовать? А что? Люди так могут - Ты торопишь события, Лара. Да, я и сам не доверяю людям, но он не такой. В его случае трудно что-либо говорить, однако я могу за него поручиться - И к тому же, Лара, - подключилась к разговору Мия. - Ты сама говорила, что он хороший парень, к чему все это тогда сейчас? - Я просто говорю, как бы то ни было, это в первую очередь человек! Люди не с проста нас опасаются. Они хрупки, не обязательно даже драться с ними, просто поймать и... - Да, мы знаем как это происходит Лара, спасибо. - оборвал её Кай. - А что насчёт этого "танца" с ним внизу? Что ты на это скажешь? - Ладно, так и быть, - сдалась наконец латексная. - Мне просто нравится смотреть, как Мия пытается выгораживать человека, особенно умиляет выражение её лица в этот момент.       Мия на этих словах вспыхнула и отвернулась. Кай неопределённо хмыкнул, а Лара издала тихий смешок - Всё, больше не буду. А если серьёзно, то мне по-прежнему не верится в происходящее. Я и не могла представить, что такое вообще возможно - Ну, что верно, то верно... - выдохнул Кай и прислонился к книжной полке, сдвигая в стороны книги своими наростами на спине. - Я и сам иногда думаю, что это всего лишь сон, которому нет конца - Кстати... - начала Мия       Но закончить ей не удалось. Лара наклонилась слишком сильно назад и, без всякого предупреждения, начала падать назад. Никто из них не успел даже понять произошедшего, пока не стало слишком поздно. Размахивая руками в попытках ухватиться, акула успела вскрикнуть и тут же полетела вниз. Кай, поздно опомнившись, поймал лишь воздух. Мия в ужасе бросилась к лестнице.       Крик привлёк внимание стоявшего внизу человека, и тот, швырнув книгу куда придётся, рывком устремился к месту предполагаемого падения. Дейстововать надо быстро, не задумываясь.       Он оказался на месте как раз во время, чтобы словить несчастную до соприкосновения с полом. Не факт, что она могла сильно пострадать, но кто мог об этом подумать в такой момент?       Парень смог её поймать, поддавшись вперёд. Акула плюхнулась ему на руки, потянув по инерции за собой. И так как Лара была больше, парню пришлось ещё и самому удерживать равновесие, а это ох как нелегко.       Он как не кстати наступил на какую-то жестяную банку, раздавив её, и почти поскользнулся, но спустившийся вместе с Мией Кай на этот раз успел вовремя и поддержал его.       Мия с улыбкой и облегчением наблюдала за этим, пока кайджу пришлось держать ещё и парня от падения. - В порядке? - спросил он - Д-да, спасибо... - Лара виновато посмотрела в пол, словно провинившийся ребёнок и поспешила слезть       Человек молча кивнул и поставил её на пол, отряхиваясь и поправляя свою униформу. В некоторых местах налипло немного латекса, который парень щепетильно принялся вычищать. Получалось у него это, как обычно, не самым лучшим образом. - Всё хорошо? Не ушиблась? - вмешался Кай - Нет, спасибо ему за это - Да, я видел...       Когда Кай оглянулся на парня, который всё никак не мог содрать со своей одежды капли. Он облегчённо выдохнул, словно опасаясь увидеть какую-то иную картину, но нет. Человек стоически перенёс и это, оставаясь как бы не при делах, но незримо участвуя и даже контролируя процесс.       Мия, заметив, что её подруга в полном порядке, принялась за парня со всем своим интузиазмом. Она буквально кружила вокруг него, засыпая целым потоком вопросов. Он пытался за ней поспевать, вертел головой и пару раз пыталась схватить её за руку, чтобы остановить.       Стоило ему открыть рот, чтобы ответить хотя бы на один вопрос, следом шёл другой, и парень, вынужденный замолчать, готовил новый ответ, пока Мия высыпала всё новые вопросы.       Лара усмехнулась, окончательно справившись с эффектом от падения вниз и вмешательства человека, и присела на один из стульев, которых тут было более чем достаточно.       Здесь сухо и тепло, однако это не совсем то, к чему привыкла она или её подружка. Так или иначе, им позже всё равно придётся спуститься вниз, к воде, дабы избежать возможных последствий.       Только вот Мия не будет с этим торопиться, впрочем, пускай веселится.       Акула постаралась расположиться максимально удобно и заложила руки за голову, предаваясь уюту этого места. Тихое и полностью безопасное. Никто из людей сюда давно не ступал, кроме этого угрюмого парня и тех двух учёных, а единственным напоминанием о них составляли пустые бутылки, разбросанные тут и там. Но вместе с тем никто из гутраксианов сюда также не наведывался, о чём свидетельствовало отсутствие характерных следов. Благодать да и только.       Она с легкой усмешкой наблюдала за чрезмерно обеспокоенной Мией, что не давала продыху человеку своей опекой и любопытством. Тот продолжал играть невозмутимого, но Лара видела его растерянность. Парень почти сдался на милость обеспокоенной Мии и стоял и смотрел на Лару молча, задаваясь немым вопросом. Акула удовлетворённо вздохнула и прикрыла глаза, оставляя его без ответа.       Мимо прошёл кайджу, чью тяжёлую поступь лёгко слышно по скрипящим доскам. Кай зевнул, дёрнулся всем телом и побрёл куда-то в бок, обнаружив ещё один проход. Лара, если и слышала его, то решила не влезать.       Заглянув внутрь, кайджу встретил тупик, что не сильно то и впечетляло. Проходы, неожиданно оканчивающиеся тупиком типичны для пещер. По крайней для тех мест, куда люди не могут пролезть.       Это больше напоминало подсобное помещение, чем что-либо ещё, однако оно пустовало. Соображать по этому поводу становилось труднее. Он понимал, что впору бы и отдохнуть, к тому же спал Кай в лучшем случае дня два назад, если не больше. Безусловно, его тело в этом отношении куда более совершено, нежели человеческое, но отдых требовался всем.       Проживая большую часть своей жизни в пещерах, Кай искал себе временное пристанище в скрытых от глаз уголках, или заползал куда-нибудь подальше, чтобы покемарить немного. Дело привычки, если не врождённый инстинкт.       Сами люди неохочи лезть в такие места, рискуя своей шкурой, а потому он спал обычно относительно спокойно, но случались и исключения из правил. Отпетые на голову индивиды не успокаивались даже когда кайджу делал предупреждение, швыряя небольших размеров кристал им под ноги. Это конечно вряд ли убедительный жест, но оно должно хотя бы заставить задуматься о верности своих решений. Благо что столь воодушевлённые и самоуверенные люди быстро заканчивают свои приключения, напарываясь на ловушки или на других гутраксианов. И потому это замкнутое, относительно небольшое пространство представлялось ему самым лучшим решением своей проблемы.       Свет сюда практически не попадал, скрывая большую часть подсобного помещения приятным полумраком. Кай немного потоптался и лёг, поджав ноги и сложив свои лапы в качестве подушки, хвост лишь мельком выглядывал из дверного проёма, но на это кайджу уже не обращал внимания. Здесь все свои. Но погрузиться в сладкое царство морфея удалось не сразу. Сначала ему показалось, словно кто-то прошёл мимо, загородив собой на мгновение проход, а после и врождённое чувство дало ему понять, что здесь кто-то посторонний. До боли знакомый запах гари, крови, чего-то химического, а в последнее время и латекса. Кай ещё не успел открыть глаза, но уже знал, кем был этот посторонний.       Человек, присев на корточки, находился почти возле его головы. По беглому взгляду и чуть более напряжённому, чем до этого лицу, кайджу догадался, что вызвал беспокойство своим внезапным отлучением, и усмехнулся. Тот никак не отреагировал и наклонился чуть ближе. Пристальный прищур парня немного смущал Кая, но в целом он был крайне доволен тем, что небезразличен кому-то. - А, это ты, человек... Что-то хотел?       Тот медленно покачал головой, словно она была слишком тяжёлой. Красноречиво и немногословно. В его репертуаре - Я просто спать собрался, не более, не переживай, всё в норме - Есть диван - парировал парень - А? - не расслышал сначала кайджу, но, чуть помолчав, сообразил. - Нет, спасибо, мне так привычнее...       Человек кивнул и по-дружески похлопал Кая по плечу, прежде чем встать и неторопливо покинуть место ночлега кайджу.       Отговаривать Кая от затеи спать на полу парень не собирался. Но, прежде чем покинуть подсобку, он ещё раз глянул на него с бесстрастным выражением лица. Или не таким уж и бесстрастным? Увы, полумрак скрывал это, и даже Кай не смог толком разглядеть парня. Он таким образом спокойной ночи желает? Ну, и на том спасибо. Мелочь, конечно, а приятно...       Кайджу с улыбкой закрыл глаза, положив голову обратно на свои лапы и вскоре задремал.       Проваливаясь всё глубже в сон, он успел подумать, что впервые за долгое время смог ощутить себя в полной безопасности.       Лара слегка вздрогнула, когда ощутила, как человек прошёл мимо неё подобно ветру. Она только сейчас поняла, что задремала, а потому вытянула голову. Тот на мгновение остановился, чтобы что-то проверить. Лара неосознанно потянулась к нему рукой, но вовремя осеклась и отстранилась. С чего бы вдруг такой порыв?       Но человек, казалось, совсем не обращал на это внимание. А что вообще его могло беспокоить? Он знал её, а значит доверяет.       Это заставило акулу улыбнуться. Парень кивнул и пошёл дальше, переступая через разбросанные бутылки и книги. Она глубоко вздохнула и, потянувшись, встала со стула. Поспать и после можно. Мии нигде не было видно. Хотя, зная ее, Лара предполагала, где та могла запропаститься или, что не менее важно, могла задумывать.       Парень поглядел на сваленные в кучу книги, которые Кай с Мией сгребли с полки в порывах пылкого любопытства. А может и не они, пыли уж многовато тут, сказать точно будет проблематично.       Наклонившись, он ловко подцепил пальцами первую приглянувшуюся ему книну. Её обложка была сделана точно из кожи коричневого цвета. Присутствовали соответствующие справочникам заметки, торчащие с обратной стороны. Правда написано неразборчиво, ну или парень просто разучился читать.       Самого же названия книги не было, отчего возникало сходство с дневником. Тонкий слой недавно осевшей пыли, которая не могла возникнуть так быстро. Либо помещение такое пыльное, либо... Впрочем, задаваться вопросами парень не собирался, а потому, стряхнув пыль, сунул приобретение подмышку и пошёл к камину.       Читать что-либо из литературы приходилось редко, и то, было бы что. В основном отчёты, доклады, иногда письма и прочая дребедень. Но то бумажная волокита, а потому не считается.       Попадались, помимо прочего, какие-то клочки бумаг, на которых редко можно хоть что-то вычитать, или старые выцветшие газеты. С ними и впрямь было поинтереснее, но вычитывать новости месячной давности такое себе удовольствие Бывали и книги, но часто обнаруживались дефекты, как вырванные страницы или размытые от сырости чернила. А ведь это при условии, если она вообще попадёт тебе в руки. Особенно страдали сборники стихов. Был у них такой как-то раз. Правда уже через два дня от него осталась только корка - всё остальное повыдирали солдаты, нашедшие что-то интересное и вдохновляющее для себя, ну и он в том числе.       Так жили, воевали и умирали, имея на руках или в полах одежды обрывки страниц - клочки чужой, далёкой жизни.       Оторвав взгляд от книги, парень едва не поперхнулся, когда увидел место возле камина. Оно было... нормальным.       Не той дырой, в которой произошёл локальный армагеддон с запахом сырости и плесени, а вполне себе уютное и тёплое местечко. И ведь не мираж даже. С чем только черт не шутит.       Отбросив вопросы о своём здравомыслии, он плюхнулся в кресло и раскрыл книгу. Данное дело ему казалось более значительным и интересным, чем очередная странность этого места. Испытывая неожиданное волнение, парень осторожно перелистнул страницу, постепенно всё более и более предаваясь чтению. Большая часть из прочитанного давалась с трудом, хотя ранее жаловаться на это не приходилось. Ему было непонятно многое, а некоторые моменты так вообще не укладывалось в голове.       Зачем люди так переживают из-за денег или должности в неком захудалом городке? Почему на каком-то несанкционированном мероприятии нужно поклониться неизвестному тебе человеку, который даже не принадлежит военной структуре, чтобы честь отдавать? С чего вдруг устраивать дуэли из-за пустякового письма или руки девушки? Своих не хватает?       Непонятно, но интересно. Парень читал с наслаждением, погружаясь в этот странный и совершенно чуждый для него мир литературы. И с каждой новой страницей он всё больше понимал, как мало видел в жизни и как скудны его знания об этом. И всё больше что-то отзывалось в нём, когда страница за страницей боец вчитывался в несуществующий для него мир.       И вот, после очередной главы, печаль сковала парня на несколько минут, с болью вгрызаясь ему в сердце. Он ощутил отчаяние и противную горечь чего-то. Хотелось просто отвернуться и забыть это всё, но не хватило сил даже закрыть книгу.       Бронежилет, который он не снимал до сих пор, словно набрал в весе и теперь не просто тянул, а прямо таки вдавливал его в диван. Мышцы заныли от напряжения сильнее. Рубцы старых шрамов зудели, а новые, не успевшие как следует зажиться, горели. Голова становилась всё неподъемней, а мысли спутаннее и рассредоточенее.       Сколько смертей! Сколько боли! Сколько крови пролито на исстрадавшуюся землю! И ради чего? Сколько было бессмысленных обещаний и призывов? А сколько будет ещё? Да и к чему? К новым смертям, к новым несчастьям и разбитым судьбам? Война длилась годы, десятилетия, целые поколения рождались и умирали на этой бесконечной бойне. Вся жизнь их заключалась в одном едином порочном и бестолковом порыве человечества к насилию. Бессмысленному и беспощадному. Они ведь давно забыли причины, но не видели других вариантов. У них всех было лишь одно предназначение - умереть. И его судьба не отличалась от судеб других.       Трагичное детство. И что в этой трагедии? Так это ни для кого не новость, оглянись! Посмотри по сторонам! Здесь ещё тысячи таких же сломанных и разбитых! А кровопролитию нет конца, не видно завершения. Бессердечная машина войны продолжает свою жатву независимо от того, что происходит. Он должен был уйти также, как ушли все его товарищи, раскинув руки навстречу благословенной тьме, подальше от этого жестокого и серого мира.       Кто-то сел совсем рядом с ним, почти бок о бок и тронул за плечо, настойчиво так. Парень страдальчески открыл глаза, принимая свой обычный серьёзный и напряжённый вид. Это была Мия. Она, если можно так выразиться, выросла буквально из под земли. Вероятно, заметила его стенания и поспешила помочь. Он смотрел на неё и видел непорочное существо. Луч света в круговороте тьмы.       Немного необычная, бесконечно добрая и невинная, в её глазах человек не смог найти тот первобытный ужас и боль, которую сам так привык наблюдать. Этого просто не было. Но Мия знала, каково этого, ведь сама становилась жертвой, и тем не менее в ней было то, чего не хватало им всем - надежды. Она всё ещё верила в завтрашний день, в справедливость и доброту. И этого хватало, чтобы верили остальные. Прав был Кай, когда говорил, что они выстоят. Ведь у них есть она.       Прямая противоположность его жёсткой реальности. Чистая душа. Он ничего не мог сказать, даже если бы захотел. Парень просто разглядывал её.       Рядом с ней, его фигура была бы самой мрачной и тёмной из всех. Бойцу даже становилось стыдно от мысли, что он своим присутствием очерняет её. Хотелось уйти, да вот сама Мия не позволила, поймала и не пустила. Почему же ты не отталкиваешь от себя? Почему пытаешься спасти потерявшегося во тьме?       Она улыбнулась и пододвинулась ближе, чтобы тому гарантировано не было куда деваться. Боец окончательно растерялся и не мог адекватно среагировать на происходящее. Всё, что ему оставалось - смириться и дожидаться развязки. Латексная, хитро улыбнувшись, осторожно дотронулась до его локтя, прежде чем уверено приобнять парня. - И даже сейчас ты предпочтешь молчать - её голос был подобен мелодии, успокаивающим и тихим, точно шёпот. - Но в то же время позволяешь мне подойти к тебе близко       Она обняла его крепче. Хвост медленно покачнулся и оказался возле его ног. Парень встрепенулся, раскрыл и снова закрыл рот, слова потонули в тишине, так и не найдя выхода. В глазах метались мысли.       Латексная спокойно за этим наблюдала, очевидно довольная проделанной работой, и продолжала свой напор. - Я слышала, о чём беседовал с тобой Кай, - на этот раз её рука скользнула по его подбородку. - Он прав во многом       Мия заглянула ему прямо в глаза и добродушно улыбнулась. От этого действия парню стало немногим легче на душе. Впечатление, будто ему только что простили какое-то прегрешение. Даже дышать легче стало. - Человек ни с того ни с сего появляется в последний момент, чтобы спасти меня, гутраксиана. Разве это тебе не кажется забавным? - Забавным? - переспросил он, едва улавливая суть - Ах, ну да, прости, я забыла... - Ничего - Просто... Спасибо тебе за всё       Мия неожиданно плавно стала переносить себя ещё ближе, пока вовсе не оказалась у того на коленях. Парень захлопнул книгу, позволив ей упасть на пол, а сам попытался вжаться в спинку дивана не то от стыда, не то от незнания что делать.       Но она и не думала останавливаться на достигнутом, передвигаясь всё ближе и ближе. Становилось жарче. Он почувствовал, как вспотела его спина, покрываясь градинками липкого пота, но не препятствовал ей, несмотря на внутреннее противоборство.       Когда Мия уткнулась парню в шею, полностью улегшись на нем, брови сами с собой поползли вверх. Она тихо усмехнулась, хватка стала сильней. Рука осторожно легла на её бок, имитируя некоте подобие объятий. - Спасибо - только прошептала она, прежде чем затихнуть       Он замер мгновенно и не шевелился, выжидая. Даже дышал человек гораздо медленнее и тише, чем до этого. Парень не знал, как долго ему пришлось провести в этом состоянии, прежде чем акула перестала активничать. Хватка ослабла, и она дёрнулась последний раз в попытке зарыться лицом в его одежду. Мия уснула крепким сном.       Он искоса посмотрел на спящую, поднял свою руку и нерешительно коснулся её головы. Вероятно ей пришлось несладко в последнее время. Поражаясь новым впечатлениям, парень просто гладил Мию, самозабвенно смотря в деревянный потолок. Отчего-то всё показалось ему таким лёгким и простым. И эти междоусобицы с непонятными для него причинами, и эксперимент, о котором так долго сетовал профессор, и вообще всё.       Впервые за свою жизнь, парень точно пробудился от долгого сна. Приобняв спящую более уверенно, он склонил голову. Осталось ещё три часа, которыми тот желал провести с пользой, прежде чем настанет время идти. Если бы только была возможность оттянуть этот момент...       Боец воспрянул, услышав тихий смешок.       Задней мыслью он сначала подумал на Мию, но она продолжала спать и реальность более не досаждала ей. Взгляд пополз выше, а вслед за этим обнаружился и источник звука.       Лара заговорщически поглядывала из-за угла. Такое шоу ей пришлось по душе, и она тихонько подошла к этой парочке. Человек безучастно посмотрел на неё, а может просто таковым притворялся. Перемены в его лице тяжело не заметить. Он словно смягчился, хоть и старался всячески это скрывать, хмурясь. Тяжело ему, наверное, держать маску безразличия с Мией на руках. Лара даже присела, чтобы получше разглядеть их обоих. Спящая акула тихо сопела и не открывала глаз. Пусть спит, заслужила.       Лара снова улыбнулась и села сбоку от парня, не то специально, чтоб посмотреть его реакцию, не то просто так.       Он проводил её взглядом и поглядел на еле трепещущий огонёк над головой Лары. Та лишь возмущённо фыркнула, но не более. Она просто не нашла в себе силы предъявлять ему за это, а может даже и не собиралась. Акула откинулась на спинке дивана и как бы невзначай прислонилась к нему. - Ты странный, вот что - сказала Лара, глядя в стену. - Зачем тебе всё это? Мог бы быть как все, но выбрал совсем другой путь. Идёшь против всех за неясной целью, придерживаясь морали, или что там у тебя на уме - Понятно - Ой, только не притворяйся, что тебе всё равно, я же вижу - Что? - Я вижу, как ты относишься ко всему этому, к нам и в частности к ней - Разве? - Да. Ты, должно быть, не от мира всего, раз до сих пор не понимаешь таких простых вещей, человек. - она дружески толкнула его локтём в бок - Например? - Ну... Не знаю, тебе должно быть виднее - Хм... - Что ты будешь делать дальше? Серьёзно, после всего? Я имею ввиду, когда тебе не за чем будет больше гоняться и появится возможность просто жить для себя? - Я не доживу до этого - с холодной уверенностью ответил он, глядя куда-то в сторону. От этого у Лары по спине пробежали мурашки - Давай без такого пессимизма! Ну что бы ты хотел сделать в таком случае? Просто подумай, представь хотя бы - Посмотрим - Разве в тебя нет планов на завтра? - Нет - Совсем-совсем нет? - Совсем - И как же ты тогда живёшь? - Настоящим - То есть всё одним днём? - Да - Хей, нельзя же жить одним днём постоянно! - на эти слова парень приподнял брови, поразившись тонкой иронии от Лары, пока так продолжала. - Попытайся подумать о чём-то ещё, у тебя должно получиться - Хорошо - Послушай, - её рука легла ему на плечо. Лара ощущала себя несколько неуверенно при этом, но руки не убрала. - Я не видела ещё таких людей, как ты. Может у тебя есть свои... - она покосилась на лежащую на стуле маску, - особенности... Но ты оказался очень даже хорошим человеком, просто ты в этом себе не признаёшься - А должен? - Ларе показалось, будто парень уже с большей осознанностью задал этот вопрос, вложил в него часть своих эмоций. Не очень умело, но можно считать прогрессом. - Ну... Думаю рано или поздно ты к этому придёшь, - она покосилась на спящую Мию, решив, что вздремнуть и впрямь будет хорошей идеей. - Вот же хитрая. Добилась своего - А? - повернул голову парень - Нет-нет, ничего, мысли в слух, давай аккуратнее, а то разбудишь       И они замолчали. Латексная решила оставить его в размышлениях и перебралась на другую часть дивана. Она даже надеялась, что это что-то может дать, и с нетерпением ждала результата. Вид сильно задумавшегося человек смешил её, но прерывать всё же не хотелось. Ему на пользу пойдёт.       Парень за книгу так и не взялся, отдав предпочтение насладиться наступившей тишиной. Лара, не долго боровшаяся с усталостью, закрыла глаза и вскоре уснула, больше не донимая парня разговорами.       Однако он совершенно не был против такой компании. Болтать непринуждённо боец ещё не мог, но результат вполне удовлетворил. Ларе удавалось задевать нужные струны своими вопросами, отчего становилось откровенно не по себе. По крайней мере, сначала. У него было стойкое ощущение, будто она знала о нём что-то, что ему ещё неизвестно, словно та активно старалась влезть в его жизнь и что-то в ней повернуть. А теперь, когда этот разговор подошёл к концу, парень даже жалел, что позволил закончиться всему так скоро. Хотелось, чтобы они и дальше доставали с глубины души эти камни, мешающие всю жизнь. Но надо было разобраться и с тем, что Лара и Мия уже успели дать, прежде чем искать новое.       Боец осторожно повернул голову, чтобы не разбудить Мию. Вроде бы сон её не был чутким, но и проверять это не стоит. При малейшем движении латексная крепче сжимала парня, но вскоре вновь ослабляла хватку. Рефлекс?       Лара спала, золожив руки за голову и улёгшись на боковину дивана. Хвост свободно лежал как попало, не стесняясь дотягивался и до его ног. Ну прям идилия. В итоге ушли на боковую все трое, причём примерно в одинаковое время. Биологические часы, не иначе. А спать будут сколько? Как все люди или того больше?       При такой тишине невольно и сам глаза прикроешь. Зачем куда-то спешить? Всё уже есть и здесь, посреди этой ветхой библиотеки, куда давно не ступала ни единая душа. Еда, если делать вылазки разумеется, досуг, тепло и безопасность, только окна занавесить и красота.       Парень даже попытался представить, как можно оборудовать это место поприличнее. Как он пойдёт туда-то, притащит одно, потом второе. Это имела ввиду Лара во время своего разговора? Думать о будущем... Чтож, можно считать и так, наверное.       От сей мирной обстановки его разбудил тихий писк и вибрация наручных часов. И именно что разбудил, а не отвлёк. Он действительно задремал. Парень досадливо приподнял руку и отключил таймер. Зевнул и попытался потянуться, но с Мией на руках это оказалось той ещё задачкой. Сколько воспоминаний. Впрочем, уже пора.       Встать также оказалась задачей не из лёгких. Каким-то образом спящая практически полностью стесняла движения, а будить её не хотелось. А для чего? Чтобы не видеть печального лица перед уходом и не травить понапрасну душу? Дал бы кто ответ.       Перехватившись поудобнее, парень ловким движением перевернулся так, чтобы она оказалась на диване. Кажется, получилось. Осталось только самое сложное - высвободиться самому. Дождавшись подходящего момента, когда хватка Мии ослабла, он поддел её руки и сделал попытку выкрутиться. Успешно.       Теперь уже можно не переживать по поводу того, что есть возможность разбудить кого-то из них. Просто не шуметь лишний раз и не мельтешить почем зря. Быстро нацепив противогаз и щёлкнув ремешками шлема, парень первым делом проверил как сидят на своих местах новая амуниция. Удобно, не мешается, закреплена крепко и надёжно.       Парень направился к лестнице, стараясь не смотреть назад, словно опасался чего-то.       Однако Мия, как бы он не старался, проснулась давно, с первых его движений. Она лишь притворялась таковой и наблюдала за ним. С огромной неохотой ей пришлось отпустить человека, ведь понимала, что того нельзя остановить или уговорить. Он вернётся, обязательно, ведь таково было его обещание       Выдвигался парень обновлённый, ощущая прилив сил, но с неохотой и в угрюмом молчании. Не то, чтобы тут вообще с кем-то можно поговорить, но тем не менее. Настроение ни к чёрту. Такое, наверное, впервые.       Ему теперь было куда возвращаться. Это хорошо. Человек сильнее цепляется за свою жизнь, если есть дом, где тебя ждут. Он яростнее борется, чтобы это не отняли у него, и со скрипучим чувством тоски будет оглядываться назад в ожидании долгожданного часа воссоединения.       Парень был лишён этого. Он знал, что ничего его не держит, но никто и не ждёт. Даже если бы боец умер, никто бы не вспомнил о нём. Это удручало его первые месяцы, а дальше пришла пустота.       Смерть часто дышала в затылок и даже лицо, но всегда обходила стороной, забирая других. Она, словно издеваясь, жёстко и твердо обрывала судьбы тех, кто ещё мог улыбнуться, наплевав на невзгоды, и сказать успокаивающе: "Ничего, прорвёмся".       Война ужасна. Она по сути своей разрушительна, каждый её шаг сопровождало кровопролитие. И эта тропа длилась слишком долго. Парень даже не надеялся более взглянуть на солнце, если оно ещё было где-то там, за непроглядными свинцовыми облаками. Вместо него теперь были только вспышки орудий и зарева далёких пожарищ. Он к этому привык, принял войну как должное, и она любезна взяла его к себе.       Мосты сожжены. Теперь только один путь. Даже сейчас парень заложник если не войны, то самого себя, обречённый до конца жизни нести на себе её дыхание. Он хватался за потаённые округлые ступени лестницы, в полной тишине спускаясь вниз.       Теперь же всё иначе. Его ждут, за него переживают. Эта мысль немного утешала, пока парень спускался всё ниже и ниже навстречу тьме.       Вдруг остановился и прислушался. Где-то рядом, а может и гораздо дальше шумел воздух в вентиляци. Что-то капало с потолка, собираясь в неестественного зелёного цвета лужи на верхушке стеллажа. И больше ничего и никого. Одиноко.       Но раз согласился на условия - изволь выполнять и не придираться. И всё же он не мог понять этого места, сколько бы не старался. Оно словно не подчинялось законам, привычным ему одному.       Всё это отталкивало, но в то же время зазывало. Подобный диссонанс рубил, что называется, с плеча по его нервам. К этому стоило бы привыкнуть, но он просто не мог. Всё здесь словно остановилось, не желая терять свой первоначальный облик, а может и просто то, что осталось от него. А парень не хотел останавливаться. Остановка означала смерть.       Укреплённая подошва с глухим стуком соприкоснулась с решетчатыми полом. Здесь, внизу, чувствовалось незримое величие этого места. Манящая темнота ущелья словно шептала ему что-то. Новые и новые мысли роились в голове, но парень запер их, не дав выход. Время подумать ещё будет, а до тех пор нужно продолжать путь.       Пройдя чуть более пяти шагов, парень присел, пытаясь быть ниже стоявшей перед ним коробки. Впереди кто-то был.       Исключительно тёмно-зелёное существо с торчащими кверху длинными ушами и коротким хвостом. Оно молча сидело к нему спиной, опираясь руками об перила и свесив свои... лапы? Чтож, он до сих пор не определился, как правильнее их описывать для себя. Но, в отличии от него, существо было в гармонии с этим местом. Было одним целым.       Забыв о всех предосторожностях, гутраксиан просто сидел, глядя в бесконечную тьму.       Парень замер, присматриваясь к нему и проводя тест новых приборов в полевых условиях. Пальцы руки плавно прошлись по левой стороне лицевого щитка, нащупав нужный ему изгиб.       Устройство, непосредственно подсоединённое к лицевому щитку противогаза, работало, вроде исправно. Оно просто в обращении, хотя механизм работы и крепления оставался для него за гранью понимания - раз полезно, значит сойдёт.       Пара секунд и датчик идентифицировал его как токсичного кролика с известной о нём информацией, выводя эту информацию на дисплей часов с характерным тихим писком.       Результат удовлетворительный, но, как водится, всегда можно и получше. А в целом спасибо за информацию, теперь можно не утруждаться вылавливать из памяти наименование каждой местной зверушки. Не то, чтобы это ему как-то помогло, столкнись он лицом к лицу, но когда ты знаешь, кто перед тобой стоит, то и противостоять этому проще, да и спокойнее от части. Но это уже больше по части психологии. Так или иначе вся аппаратура работает как надо и не глючит, чему парень приятно удивился. За годы своей не самой лёгкой жизни он привык к всевозможным косякам, когда приходилось ориентироваться не на хвалёную технику и что-то ещё, в на свои собственные чувства. Тем не менее здесь это было приятным маленьким исключением. Хотя не может всё идти ну настолько гладко Парень взглянул на гутраксиана ещё раз, прежде чем продолжить движение. Странно, но отчего-то возникало импульсивное желание подойти ближе.       Тьма в расщелине, глубину которой не смогут осветить даже прожектора, сгущалась и словно впитывала свет. Она звала к себе, тихо и неумолимо, обещая дать всё, о чём ты попросишь, открывая все сокровенные желания, что могли скрываться в сердце человека. Тьма дарует ответ, она же даст покой и забвение.       Парень зажмурился и отвернул голову. Не сегодня. Не сейчас. Его подошва тихо скользнула по металлической решётке, когда он крался мимо отвлечённого латексного.       Тот даже не повернулся в его сторону. Может быть существо знало о присутствии бойца, но предпочло не реагировать, а может действительно был слишком увлечён созерцанием великого ничто. Так или иначе угрозу существо пока не предоставляло. Вспоминая некоторые откровения Кая по поводу вражды между людьми и ними, парень с укоризной покачал головой. Гутракс уже совершил ошибку, сидя спиной к дверям, не удосуживаясь хотя бы периодически поворачиваться. Или тут был что-то ещё, чего он не мог понять?       Боец снова остановился, приглядываясь к нему. Первой мыслью была ловушка. Не может же тут быть всё так просто. Но сколько бы он не присматривался, ничего, кроме пары бумажек на коробках, не обнаружил.       Какая глупость, обычная паранойя, вызванная стрессовыми ситуациями за последнее время. Что может затевать этот гутраксиан?       Но странные тени на полу всё равно не внушали особого доверия, как и многое здесь. Несмотря на наличие нескольких прожекторов, освещения тут не хватало. Но даже при этом, так называемые "тени" казались чёрными пятнами на фоне серой структуры этого места. Оно было таким неестественным и отталкивающим, что парень предпочёл бы сигануть в пропасть, чем ступать на эти "тени".       Сверху что-то тихо скрипело и покачивалось, создавая перезвон стекла и металла. Затем он увидел несколько подвешенных колб. Их крепления даже отсюда, при минимальной видимости, казались крайне ненадёжными и чудо, что они ещё не рухнули, хотя это всего-навсего вопрос времени. На стекле одной капсулы была трещина. Тёмно-зелённая масса медленно перетекала, скапливаясь на её краю и капая на решётчатый пол. А в целом, ничего такого. Здешние игры разума вызывали в нём дрожь и несвойственное ему отвращение. Порицая себя за несдержанность мыслей и нерациональное мышление, он сделал ещё несколько шагов к автоматическим дверям, стараясь держать направление взгляды вдоль стен. Желание возвратиться вспыхнуло с новой силой, но он вовремя отдёрнул себя от этой мысли и старался двигаться без шума.       Уши гутраксиана слегка дрогнули с словно обернулись в его направлении. После и он сам повернул голову в пол оборота, но не более. Парень не долго стоял. Что бы там у него на уме не было, гутраксиан явно не настроен на драку.       Переступив через порог, он снова оглянулся. Этот кролик смотрел прямо на него с широко распахнутым единственным целым глазом и открытым ртом от удивления. Как он получил этот шрам? Парень думал, что они способны восстанавливать свои ранения, но, видимо, не всегда. Бросится? Не похоже.       Парень облегчённо выдохнул, когда дверь закрылась, разделяя их двоих своими створками.       Однако расслабляться было немного рано. Чёрт поймёт логику этого места с его обитателями вместе взятых, но с чего-то вдруг тут бывает либо много всего и всех, либо практически никого, едва ли не пустошь, хоть обыщись. В норы какие зарываются что ли? Иначе нельзя по-другому объяснить тот факт, что уже в следующем помещении он натыкается на щенков.       Нет, они, можеть быть, изначально тут и прятались всё время, но верилось в это с трудом. А малышня моментально признала его и с громогласным радостным лаем и визгом уже неслись навстречу.       Красный с разбегу впечатался ему чуть ниже колена, заставив парня немного переменить положение. Эти проказники его свалить удумали? Ну-ну...       Фиолетовый, утверждая своё первенство среди своих собратьев не только ношением ведра на голове, стремился вскарабкаться по спине. Остальные двое же предпочли попортить ему штанину, хоть и безрезультатно. Со вздохом он потянулся рукой куда-то за спину, вызвав недовольное ворчание потревоженного щенка, и вытянул тщательно свёрнутый свёрток.       Пришлось жертвовать всем своим припасённым на потом съестным, дабы не встрять в неприятности раньше времени. В противном случае они просто последуют за ним и поставят под угрозу банально всё. И сами погибнут, и его ещё на тот свет раньше времени прихватят.       Как итог малышам на съедение отправилось два куска хлеба и довольно интересная закуска, которую тот ученный обозвал чизбургером. Чтож, не в этот раз, так сказать.       Щенки с энтузиазмом принялись за лакомство, даруя возможность улизнуть и от них. Медлить не приходилось, так как они оказались на редкость прожорливы и долго себя ждать не заставят.       Размышлять о чем-либо ещё помимо выполнения поставленной задачи он себе строго воспретил, чтобы не сбиваться с курса. Это не составляло труда раньше, а теперь необходимо было время для концентрации.       Как можно скорее покинув комнатушку, парень едва не оступился, оказавшись в открытом пространстве. Ну, как открытом, довольно просторном, раз уж на то пошло. Прям сюрприз за сюрпризом.       Здесь оказалось до досады мало того, что по достоинству можно называть укрытием или, на худой конец, преградой, за исключением той груды ящиков у стен. И снова стеллажи. Кажется они здесь неотъемлемая часть интерьера, ведь впихнули их всюду, до куда могли дотянуться. Вдобавок ещё и в опасной близости к персоналу, так как он мог слышать возню со стороны предполагаемой комнаты отдыха. Возможно там сейчас и находился профессор, проводя, как он выразился, агитацию доверенных лиц. Ну или набирает союзников, если быть досконально простым.       И всё же столь открытый переход не нравился парню от слова совсем. Пожалуй, где-то гениальный план Скотта пропустил недочёт в виде до жути неподходящей для диверсионной деятельности планировке. И ладно если бы это было внедрение, а так... Задумка хороша, реализация плоховата. А в итоге то и назад не повернёшь, и обойти практически никак - гутраксианы во второй раз не дадут уйти целым. Вот и надейся на одну лишь удачу, а она порой изменяет тем, кто сильно на неё полагается.       Здесь отчего-то было много разноцветных луж и едва приметные торчащие из плитки острые наконечники кристаллов. В тот раз Кай уберёг его от незавидной участи, а потому с ними он был предельно осторожен.       Вдобавок ещё эта платформа, которая невесть для чего предназначена. Сейчас она завалена чем придётся, включая, опять же, стеллаж со всякой всячиной. Хотя, если прикинуть, то здесь хватило бы места для того транспорта, который приходилось видеть у кафетерия, но вот зачем? Отбросив лишние, он заторопился. Долго раздумывать о том о сём времени нет. Либо щенки, как только прикончат угощение, увяжутся за ним, либо сам боец не успеет на назначенное место к сроку.       Быстро выглянул из-за угла и тут же втянул голову обратно. Никого. Только несколько фигур где-то за полупрозрачным полем маячат. Это хорошо, значит и проскользнуть можно.       Перебежал ну другую сторону, остановился, прислушался. Ничего, значит прокатило и можно действовать дальше.       Двигаясь к дверям, он быстро сверился с показаниями новеньких приборов. Дисплей молча отоброжал группу точек в соседнем помещении, как раз там, куда ему и лежала дорога. А глушит ли его сигнал? По идее должно.       По какой-то причине автоматическая дверь открыта настежь, если можно так выразиться. Сделано ли это в практических целях или же просто неисправность, парень не знал. С одной стороны это плохо, так как периметр теперь просматривается и достаточно одного бессознательного взгляда в его сторону, чтобы всё накрылось медным тазом. С другой же, шанс внезапно появиться будет повыше.       Парень проверил несколько раз свои наручные часы-компьютер, чтобы убедиться, что сигнал его глушится как надо. Не хватало ещё обнаружить себя раньше времени. Но спасибо профессору - предусмотрел и это, объяснил что да как.       Ориентируясь по показаниям, он дождался, когда точка отойдёт на достаточное расстояние, и вышел из укрытия, стремительно сближаясь. Это напоминало ему прежние диверсионные задачи, однако в те разы всё уже продумано, что и куда ходить. Здесь парню предоставили что-то вроде свободы воли. Мол, пойди туда не дай им сделать то, а как это делать, решай сам. Впрочем, такой расклад тоже ничего.       Двое вооружённых. Один стоял к нему спиной, карауля выход к пещерам и не шибко переживая о мерах предосторожности, второй шатался где-то у ящиков, нервно переминаясь с ноги на ногу у входа в кафетерий. А также две фигуры в ярко-жёлтых изолирующих костюмах. Безоружны.       В центре всей этой смуты находилось весьма крупное устройство, достигавшее высотой учёным по пояс, с длиннющей антенной, придавая ей схожесть с радиостанцией. Однако тут было куда больше проводов и кнопок, включая пару колб с разноцветной жидкостью. Похоже у них тут яркие цвета залог всего.       На вид их сопровождение, конечно, солдаты, да вот только не похоже, что им приходилось сталкиваться с таким же солдатом. Вели они себя слишком уж расслабленно, даже стволы на предохранителях - не боятся внезапного нападения. Да и получалось всё как-то очень гладко. Неправильность этой картины заставила его напрячься. Дисплей отображал только четыре сигнатуры людей, в то время как чувства парня трубили об опасности. Расстановка охраны оказалась ему несоответствующей нормативам и крайне неэффективной. Засада.       Откровение пришло к нему поздновато. Торопливые шаги со спины, щелчки затоворов и сухой треск электричества. Всё это происходило стремительно, и он был в центре их внимания. Парень резко крутанулся на месте, выставляя для защиты головы и шеи наручи, но у нападающего было другая цель.       Секущий удар чем-то острым вдруг разорвал верхний слой брони, превратив ткань в требуху, а внутренний слой получил ощутимый урон. Плоть не была задета, и парень отшатнулся, подивившись силе удара. Уж что-что, но нападающий знал толк в нанесение вреда       Противник застыл на месте. Джейк. Похоже чья-то маленькая засада сегодня удалась. Тут ума то и не надо, чтобы составить два и два - он его ждал. На лице Джейка отобразилось мрачное удовлетворение, пока он наблюдал за реакцией своего оппонента. Парень хотел рвануть вперёд, чтобы воздать должное за это небольшое неудобство, но с ужасом для себя обнаружил, что не имеет возможности двигаться.       Место удара шипело и жгло, словно били раскалённым железом по живой плоти. Каждая попытка к движению каралась сильными спазмами и судорогами, словно от удара электрическим током. От бессилия противостоять такому оружию он упал на колени, стиснув зубы. Держать голову парень также не мог. Глаза тяжелели, но боец отказался отключаться. Нужно было оценить ущерб.       Его взгляду предстал широкий порез, мерцающий тёмно-жёлтым светом. Оно шипело и обжигало, подобно расплавленному металлу, но оставалось неизменным. Парень был поражён тем, с какой лёгкостью Джейк смог обездвижить его одним точным ужаром. Более того, боец никогда не встречал подобного оружия и понятия не имел, как действовать. - Надо же! Почему-то я и не сомневался, что ты жив... Злорадствует. Впрочем, заслужил. После той встречи у воды он, вероятнее всего, только и думал, как сцапать парня. Времени Джейк даром не терял, но решил отыграться сейчас - Я же говорил нашему уважаемому гостю, что ты не заставишь себя долго ждать, и, как видно, я не ошибся...       Почувствовал затылком, как приставили дуло пистолета. На этот раз не метафорическое. Неплохо. Ситуация всё усугубляется и усугубляется, а парень по-прежнему обездвижен воздействием неизвестного оружия - Я то думал это работает только на этих гутраксах, или ты уже не человек? А, отребье? - Джейк, не стесняясь, врезал бойцу в висок, отчего тот мотнул головой в сторону и начал падать, но солдат тут же подхватил его и рывком вернул на прежнее место. - Ребят моих завалил! А ведь они нормальные парни были, слышишь? Нормальные! У каждого семья, дети, а ты просто взял и... Сволочь!       А потом ещё один удар. Было такое, проходили, не впервые на допросе и, кто знает, может не последний. Побеснуется малость, а там и видно будет - пуля в голову или на разбирательство к его начальству...       Пока Джейк разражался перед ним и зачитывал обвинения по всем приглашениям, парень пытался оценить обстановку, кусая губы от раздражения и нетерпения. Надо же было вот так попасться. Уже сколько лет землю топчет, сколько в боях был, сколько раз в диверсиях участвовал, но всё равно попался на такую простую уловку как зелень. Нет, кончать этого Джейка надо, однозначно кончать. Это сейчас простенькие засады делает, а потом и посерьёзнее играть начнёт, если, конечно, боец сам отсюда выберется.       Он буквально чувствовал, как у того солдата за спиной чешутся руки. Того и гляди - нажмёт на спуск без предупреждения. Слева мельтишили учёные. Происходящая сцена их мало чем привлекала, а потому они продолжали самозабвенно копаться в своём устройстве. Однако нашёлся всё же один любопытный. Он то и дело отвлекался, получая за это нагоняй от старшего. Среди них двух только один стоял деловито у панорамного окна и руководил процессом. Учёный изредка подходил, чтобы что-то настроить или проверить, а после отходил назад, довольный своей работой. Их и нужно было ему убрать без шуму и пыли, но не удалось, зато сам близок к тому, чтобы быть убраным из этой жизни И сиди теперь, что называется, кукуй и отыгрывай роль пленника, выжидай момент. А настанет ли этот момент? Запас удачи похоже всё, кончился, дальше сам.       Но Джейк медлил. То ли специально, то ли так нужно было, но драматическая сцена с обвинением преступника во всех тяжких грехах действует вроде как на ура. - И ради чего? Ради чего всё это? Чего ты хотел добиться своим безрассудством? У тебя был выбор, и ты так бездарно его потратил. Теперь у тебя, нарушитель и убийца, только один путь. Путь проклятия и раскаяния в своих преступлениях       О как загнул. Ему бы прямой дорогой в пропагандисты или проповедники на худой конец, а не вот это вот всё.       Пока Джейк изливал перед ним весь свой дар драматизма и других дешёвых трюков, парень оклемался окончательно. Эффект удара, который определённо не должен работать подобным образом, окончательно спал, позволяя ему двигаться без труда. Однако он не спешил. В затылок ещё дышит дуло пистолета а перед лицом пляшет острие филигранно выполненного клинка. Но и восхищаться тем, что буквально грозит тебе не самой приятной смертью, не самое разумное из возможных решений.       Учёные закопошились, как муравьи в потревоженном муравейнике. Даже тот, что строил из себя кого-то важного, в итоге подключился к общей суматохе. Солдат, державший парня на прицеле, то и дело отвлекался и даже что-то бухтел недовольно в их адрес. Это была прекрасная возможность обезоружить чрезмерно самоуверенного вояку, но присутствие второго отрезвляло.       Даже если он сумеет вырвать пистолет, тот не будет медлить и нашпигует парня свинцом. А потому снова ждать и скрипеть зубами от раздражения и жажды действий.       Триаду Джейка прервал звук падения чего-то громкого. Это откатился один из пристроенных у стеллажей баллонов, после чего, не торопясь, выполз гутраксиан. Красное существо с белым мехом в области живота и лица застыло на месте, поняв, что был обнаружен. И на что он только рассчитывал, вылезая в такой момент? Нет, откуда он вообще там взялся?       Второй солдат, что держался рядом, сложив руки на своём приготовленном автомате, направил на латексного ствол и медленно зашагал к нему.       Парень более медлить не стал. Воспользовавшись тем, что так удачно для него появился гутракс, отвлёкший на себя практически всё внимание, одним движением руки отвёл пистолет в бок, а второй, выпрямляясь, саданул с локтя под лопатки. Опешивший от такой дерзкой выходки вояка протяжно замычал и выпустил из рук своё оружие.       Перехват и последовавший за ним выстрел оборвал жизнь бедолаги в считанные секунды. Даже если он и был ещё жив, то с простреленной шеей это не надолго. Ответка от второго долго ждать себя не заставила. Короткая очередь с разворота от плеча не оказалась эффективной, хоть и дистанция была достаточно короткой.       Одна пуля прошла по касательной, ударяя в его наплечник, вторая тюкнула в бронижелет, остальные лишь изрешетили стену. Гадать о том, пробит ли броник или нет, времени не было. Ещё два выстрела и второй солдат падает на спину, раненный в ногу и руку.       Взамен парень получил удар в спину, вновь ощутив на себе действие необычного клинка Джейка. Спину обожгло огнём, а всё тело изогнулось от электрического разряда. Эффект словно изначально был предназначен для подавления сопротивления, раз урон ощущался даже при учёте удара по броне. Он сделал перекат и пальнул наугад, разбивая лампу над самым потолком, не зацепив при этом Джейка. Тут же последовал новый удар, выбивший из рук пистолет, словно игрушку, а на ноге добавился новый порез. Однако в этот раз никаких судорог не было. Кончился заряд?       Парень едва удержал равновесие и встал в обороняющуюся стойку. Даже при таком раскладе у него всё ещё была возможность дать отпор - Знаешь, у тебя очень хорошо выходит причинять огромное, несоразмерное количество вреда. - Джейк направил острие своего клинка ему в лицо, держась на расстоянии. - Мне следовало бы убить тебя, а тело вышвырнуть в эту расщелину, где тебе и место, однако Аргет будет недоволен этим...       Он посмотрел на убитого и на отползающего к стене раненого, что уже извлекал перевязочный пакет и собирался оказать себе первую помощь. Гутраксиан как стоял там, так и продолжал стоять в этом положении всё время, дрожа словно осиновый лист. Либо слишком напуган, чтобы даже просто убежать, либо ошеломлён происходящим, а может и всё сразу. - Откуда ж ты, блин, взялся? Вечно от вас одни проблемы... Ладно, черт с ним, для начала с тобой разобраться...       Прорезиненная ткань штанов не пропускала кровь, но, тем не менее, её уже скопилось достаточно. Кровотечение не останавливало парня, который решил менять тактику и переходить в наступление. Джейк явно не ожидал такой прыти от того, кто получил несколько ударов мечом с эффектом подавления и попытался отступить.       Парень нанёс удар здоровой ногой прямо в голень противника с целью сломать её. Однако Джейк оказался крепче, а потому просто свалился на спину, шипя от боли. Боец пошёл на захват, чтобы обезвредить угрозу, но после, увидев как военный тянется к своему автомату, быстро подскочил и сиганул за пистолетом. Новая очередь пришлась по автоматическим дверям, не нанеся им практически никакого ущерба, даже покрытие не оцарапали.       Он сделал ещё один перекат, очутившись за одной из погрузочных машин и произвёл пару выстрелов. Военный дёрнулся и сполз спиной в бок, оставляя за собой кровавый шлейф. Остался только Джейк и двое учёных. Один скрёб по полу, продолжая поносить парня всеми возможными ругательствами и пытаясь найти точку опоры. Остальные мастились за своим массивным устройством, словно это действительно могло их как-то спасти.       Но тут парня дёрнуло. Профессор Скотт говорил о четырёх сопровождающих, а не о двух. Где остальные?       Учёные засуетились, понимая, что сейчас ситуация не в их пользу. Джейк, не будь дураком, не двигался, оставаясь в положении полулежа. Оставалось только докончить начатое. Он медленно поднял пистолет...       Аппарат, чью работу должны были обеспечивать те двое, пронзительно запищал. Вспышка головной боли и противное чувство какого-то аморфного отвращения, вызывающая ничего кроме тупой агрессии и холодной, беспричинной и слепой ненависти ко всему. В ответ парень незамедлительно спустил всю оставшуюся обойму практически бессознательно, изрешетив устройство. Он отстрелил какой-то провод, пробил емкость и, возможно, зацепил аккумулятор, но в конечном счёте оно заискрилось и наконец заткнулось, испуская из повреждённого корпуса струйку дыма.       Джейк храбро выпрямился и устремился к нему, готовясь для удара. Замах клинком и ещё пару мгновений, прежде чем лезвие встретится с горлом оппонента. Парень рефлекторно нацелился на него и сдавил спуск - пистолет щёлкнул затвором. Он даже не понял, что потратил все патроны, и потому пришлось уворачиваться от надвигающейся угрозы. По его виду уже ясно, что в пленников никто играть здесь более не будет.       Боец нырнул под него как раз в момент удара и смог контратаковать, но неумело, ударив в нагрудник. Джейк отшатнулся и сделал ещё один выпад, ударяя в помятый наплечник. Очередная контратака и прямое попадание в переносицу, противник отступал, а парень наступал. Если дать ему возможность разорвать дистанцию, то жди нового удара этим мечом.       Но вдруг протяжный металлический скрежет донёсся из глубин вентиляционной шахты, в один миг прервав незавершённую дуэль - Это ещё что? - раздражённо буркнул Джейк, делая шаг назад       А дальше пришёл клокот. Парень практически сразу узнал этот звук и вжал голову в плечи. Похоже их заварушка привлекла кое-кого покрупнее.       Звук нарастал, даруя этот невообразимый, животный ужас. Он чувствовал, как оно разливалось по всему телу, проникая в каждый сустав, дурманя разум.       Это опьяняло, мешало соображать. Неожиданно противный клокот стал пением десятков орудий, перерастая в канонаду. Он зажмурился, обхватив руками голову и отходя к стене, не желая слышать это. Но всё было тщетно.       Уткнувшись спиной в стену, парень ожидал плитку или, на худой конец, бетон, но никак не глинистую стенку полуразрушенного окопа. Он отшатнулся от него как от огня, продолжаясь жмуриться, силясь сбросить морок.       И снова свист пуль и разрыв снарядов, крики раненных людей и рокот техники, хлопки ружий и протяжная стрекотня пулемёта.       Парень недоверчиво открыл глаза. Снова поля. Снова война и эти ненавистные окопы. Это уже было, но почему он снова здесь? Душа кричала от нежелания снова очутиться там, вопила от боли и отчаяния, которыми был пропитан каждый метр этой проклятой земли. Рвалась в стремлении уйти, но была заперта под тяжестью брони и пролитой крови.       Он с неверием смотрел на всполохи огня и далёких взрывов. Молил серые небеса о том, чтобы это оказалось нереальным. Было множество вещей, которые ему пришлось пережить. Несчётное количество сражений и компаний остались позади, но только одна единственная битва из всех них отпечаталась в нём грубым рубцом на сердце.       Его первый бой. Место, где умер прежний мальчишка, чтобы родился солдат. Здесь впервые для него разверзлись сами небеса, ниспослав ураганный дождь огня и стали. Ощущение первой крови на руках по-прежнему свежо в памяти бойца даже спустя долгие годы, первые потери с которыми нельзя было смириться. Всё это возвращалось к нему. Некуда бежать, негде прятаться. Неизменный противогаз запечатал под собой лицо впервые испугавшегося за долгое время парня.       Чего он мог бояться здесь? Для него давно горнило войны стало родным домом, а оружие в руках простым инструментом.       Парень не хотел вспоминать, но не мог и забыть этот день. На этом месте он однажды потерял себя, и теперь оно грозилось сделать это снова.       Боец делает неровный шаг вперёд, спотыкаясь об что-то, и падает лицом в грязь. Всё как тогда. Страх встал комком поперёк горла. В его жизни мало ярких событий, мало повода для радости. Очутившись посреди неизвестного ему комплекса взаперти с причудливыми созданиями, он продолжал делать то, чему научился на войне. Воля случая словно выдернула парня из прежней жизни, но он с неохотой расставался с этим. Сталкиваясь с всё новыми и новыми вещами, о которых ранее и думать не приходилось, прежняя дрёма начала спадать. Парень наконец-то смог обрести шанс на новую жизнь, пусть и не долгую, но жизнь! И теперь, пробудившийся спустя годы духовного забытья, его пытаются запихнуть обратно в безжалостную мясорубку.       Боец возжелал забыться ещё раз, лишь бы не чувствовать этого снова, готовый отдать всё ради возможности зацепиться за эту реальность.       Первым сломался учёный, с воплем накинувшись на своего коллегу. Тот даже понять ничего не успел, когда сильный удар кулаком разбил стекло его шлема-сферы, и начал падать. Но, только соприкоснувшись с землёй, тут же вцепился в напавшего, брызжа кровавой пеной.       Джейк сделал два шага в их сторону и согнулся в три погибели, хватаясь за собственную голову. Он зашёлся в нечленораздельном бормотании, переходя на какой-то нечеловеческий вой. Его меч, падая, гулко звякнул об плитку пола, светящееся золотом лезвие погасло.       А учёные продолжали драку, без пощады избивая друг друга. Они рычали, плевались и издавали животные звуки, в итоге полностью уподобившись дикарям. Сам парень тоже был на пределе.       Дрожащими руками он обхватил самого себя и пытался отступать. От всего, от них, от самого себя и двух реальностей, сплавившихся воедино. Позади кто-то жалобно заскулил и заелозил по полу.      Гутраксиан. Всё тот же.       Сенсор опредил его как Хаззи, но этого боец уже не видел. Он тряхнул головой, отбрасывая грядущее назад, но понимал, что поддаётся, отсрачивает неизбежное. Даже Джейк сдался этому влиянию и сам присоединился к этому безумию, с упорством пьяницы вцепившись в глотку первому подвернувшемуся, игнорируя нападки второго       Что-то щёлкнуло. Поднялся ещё один вой, вторивший этому сводящему с ума клокоту и канонаде. Парень более не мог контролировать собственный поток мыслей, уходя всё глубже в самого себя.       Они же придут и за ними. За ними всеми, как только покончат с ним. Они не остановятся на нём одном. Просто придут и растопчут их также, как сделали когда-то давно. Это всё их вина.       В комнату ввалилось ещё две фигуры. Вернее сказать вкатились, вцепившись друг в друга зубами. Латексный, сходя с ума от ужаса, отполз дальше от парня, словно предчувствуя, что будет дальше. Боец посмотрел на лежащий перед ним труп. Тёмно-красная лужа крови растеклась под его головой, огибая шлем. Но он видел только ножны и покоящийся в них нож. Теперь это послужит ему инструментом и никому более.       Взор застилал морок, когда он схватился за оружие. Сознание отходило на второй план, когда лезвие очутилось в его руках. Больше нет смысла терпеть. Будь что будет. Он медленно закрыл глаза.