Вкус сигарет и безумия

Тем временем "бездарность" добрался до единственного места, где ему всегда были рады, как тому казалось - до магазинчика дяди Чеса, что встретил его ароматом благовоний и теплой улыбкой хозяина. Заметив, как юноша продрог, шатен придвинул ему свою чашку с только что налитым горячим чаем и откинулся в кресле, посасывая сигарету. - Привет, малой. Какими судьбами? Выглядишь так, будто тебя стая тех кошек потрепала, которые на душе скребутся. Дома нелады? Но подросток молчал, не сводя глаз с огонька подпаленной сигареты, что покачивалась в пальцах смуглого мужчины. Заметив это, Чес без зазрения совести протянул открытую пачку Ди, предлагая угоститься: - Я ж не отец, ругать не буду, ты не бойся. Но глаза подростка лишь покраснели, и он спешно отвернулся, чтобы не дать волю чувствам, которые копил в себе в последнее время. На удивление, шатен проявил тонкую проницательность, и не только убрал пачку в стол, но и свою сигарету затушил, помахав перед носом тетрадью с учетом товара и развеяв дым. Пока Ди делал вид, что рассматривает новую партию напульсников на соседнем прилавке, Чеснок вышел из-за стойки и довольно близко подошел со спины к сыну друга. - Выкладывай, малой, что натворил? - мужчина без лишних мыслей опустил ладони на плечи блондина, но тот, вздрогнув от прикосновения, развернулся и с недоверием попятился. В карих заботливых глазах взрослого отразилось удивление, которое быстро сменилось ясностью. - Оуу... чувак, да это не ты натворил, а Глэм, - тихо подметил Чеснок, по испуганно изумленному выражению лица парнишки убеждаясь, что попал в точку, - Насколько все плохо? - Не знаю, - Ди покачал головой и устало съехал по стеллажу, усевшись прямо на пол, - Не понимаю, что происходит. Никогда не видел его таким... Странным. Дядя Чес, вы с ним всю жизнь дружите, у отца бывали какие-то... Эм... Проблемы с психикой, может? - юноша отчаянно хотел найти причину, по которой Глэм так себя ведет, не желая верить, что это и есть Он настоящий. - Хах, да он весь сплошной псих, ты его взгляд видал? - мужчина усмехнулся и запер магазин, чтобы никто не нарушил интимность их разговора, после чего сел рядом с блондином, предусмотрительно сохранив между ними некоторую дистанцию. - Ты бы видел его, когда Глэм, ну... Тогда еще Себастьян, впервые услышал Твистед Систерс. Думал, в дурку увезут и меня за компанию чисто за то, что я с ним рядом стоял. Вдруг заразно. Шатен замолчал, вспоминая приятные моменты юности, в которых было не только их не самое дружелюбное знакомство, но и последующая искренняя близость духа и... Тела. Недолго. Рука потянулась к карману, но сигареты остались в столе, потому Чес просто перевел взгляд на взволнованное лицо Ди, который все еще ждал какого-то более продуктивного ответа. - Оглядиииись, - гитарист провел рукой, очерчивая уютный магазинчик, - Ты хоть где-нибудь видишь у меня следы семейной жизни? Только свобода, мууузыка и зеленый чай. Мне не интересны семейные ценности, ответственность, забота. Это не мое, понимаешь? И тем более, малой, я бы не хотел вмешиваться в ваши дела с Глэмом. - Никто не знает его лучше, даже мама. Пожалуйста, дядя Чес, помоги мне разобраться, - парень поднял взгляд на старшего, который был для всех них практически членом семьи. И хоть в этих голубых подростковых глазах не было слезной мольбы, лишь гордая готовность принять любой ответ, Чеснок сдался. Слишком уж малой был похож на своего отца в те годы, когда им необходима была поддержка друг друга. А вот внутри они совершенно разные. Удивительно, какой контраст. - Он рассказывал тебе о своем отце, малой? Об уходе из дома? Вообще, о своем прошлом до того, как музыка стала смыслом его жизни. Самой жизнью. - Пару раз я пытался спросить еще в детстве, но отец всегда съезжал с этой темы, и я забил. А потом уже как-то и не интересно было. - Стоит поискать причины там. Но будь готов, что это целый ящик Пандоооры, открыв который ты можешь разочароваться в том, каким отец был в твоем возрасте, - пожал плечами гитарист, понимая, что загнанный, искалеченный и не способный отстоять себя Себастьян далек от умного, сильного и жестокого в глубине души Глэма. Беседу прервал телефонный звонок, высвечивая на экране молодого человека строгое слово "Отец", но Ди сбросил дозвон. Странно. С Чесом было так легко говорить, а они ведь даже не обсуждали, что ИМЕННО случилось - просто установилась какая-то связь, понимание, доверие. Не то, что с родителем. - Иди домой, малой. Не повторяй наш с твоим отцом опыт, ты видишь, к чему это может привести, - откровенности ради шатен не только за Ди беспокоился, но и за себя. Оставаться наедине со старшим сыном друга было просто тяжело, особенно, когда тот уязвим, расстроен, ищет поддержки. А Чес может дать совсем не ту поддержку, которую ждет пацан. Ди, сам того не зная, находился между молотом и наковальней. Незавидная участь. - Спасибо, дядя Чес. Извини, что пришлось говорить о таком. - Пустяки. Хочешь, я могу с Глэмом погов... - Ни в коем случае! - Ди даже сорвался на высокие ноты, ужаснувшись предложенному варианту, - Не нужно. Я... справлюсь. Сам. - Как знаешь, чувак. Как знаешь...