insomniac

      Тем вечером началась новая жизнь Феликса, и он прекрасно понимал, во что его ввязали, но отчасти был рад хоть какой-то крыше над головой, и работе. Да, Минхо рассказал ему, что он сотрудничает с «Цикадами» ради какой-то вещи, о чем умолчал, и о новых обязанностях Ли, если тот ещё хочет пожить немного. Но Феликсу легче не стало.       Утро следующего дня. Бессонница напомнила о себе, не давая сироте полноценного сна, периодически пробуждая его и заставляя терпеть головную боль, тошноту. Старший оставил его в комнате отдыха на втором этаже бывшего магазина, уже ставшим маленькой базой «Цикад». Проснувшись, и изначально не поняв, где он находится, парень протёр глаза и уселся на диване, осматривая захламленную комнату. Грязный плед, пропитанный запахом гнили, немного согревал, а из разбитого окна веял запах дождя, Ликсу ничего не оставалось, кроме как ждать кого-нибудь. Ожидание надолго не затянулось.       — Утро, Феликс, — внутрь зашагал тот, кого беловолосый хотел видеть меньше всего, это Хёнджин, что означало лишь одно — день хорошим не будет. Хван получил ответ в виде кивка, и тяжело вздохнул, присаживаясь в очень скрипучее кожаное кресло.       — Иди к черту, — младший хамит, и смотрит на усмешку со стороны оппонента.       — К чему такая грубость? Минхо рассказал, что тебя ждёт работёнка? В случае отказа я лично снесу твою голову, — старший не стал ласкать надеждами бедного парня напротив, говоря его предстоящую участь прямо, без колебаний.       — Тварь… у меня отняли дорогие мне вещи, лишили дома и теперь вымогают рабочую силу? Вы с дуба рухнули? — из глаз Феликса потекли слёзы отчаяния, в силу возраста и неопытности, он не может контролировать эмоции, устраивая всплеск человеку, с которым знаком от силы часов девять.       — Мне абсолютно насрать на твои детские увлечения и ценности, ты теперь на свободе, и никто за тебя ответственности не несёт, понял? — парень поправляет свою кепку и чёрные, как уголь, волосы, раздражаясь от эмоций младшего. Он поднимается, шагая в сторону парня и ловит на себе взгляд, полный гнева, — выйдешь, иди к правой двери, проще говоря — холл, обсудим, куда тебя пристроить.       Хёнджин покинул комнату, оставляя Феликса наедине со своими нахлынувшими эмоциями. Бросив плед на диван, тот рукавом вытер мокрое от слёз лицо, и пошёл по указанию «уголька».       В холле белокурый парень узнал лишь два лица — Хвана и Минхо, остальных двоих он видит впервые. Помещение было в относительно хорошем состоянии, здесь не лежали осколки битых стёкол или груды разрушенной мебели, всё было целым. Разве что, стены и пол были покрыты высохшей кровью. Хо сидел на подоконнике, и жестом подозвал младшего к себе, пока остальные изучали внешний вид незнакомца.       — Мы уже сопляков малолетних вербуем? — грубым тоном спросил парень с отличительно большими мускулами.       — Нет, его помощь понадобится лишь в парочке дел, потом избавимся, — опять же спокойным голосом отвечает Хван. Феликс уже понял, что тот здесь главный, потому на решения о своей судьбе промолчал, с целью избежать проблем, — где Ким Уджин?       — Он ранен, — кратко отвечает парень лицом похожий на белку, сидевший на полу, скрестив ноги и опираясь на стену, запятанной кровью.       — Ранен? Почему я не знал об этом, Джисон? — главарь явно был недоволен сложившейся ситуацией.       — Он получил пулевое ранение после штурма ополченцев в карантинной зоне, — парень поднялся с пола, разводя руки в стороны, — пулю я извлёк, но медикаментов у нас не осталось.       — Ведь Чжу Хэ, ублюдок, задерживается в седьмой зоне, — вставил свои «пять копеек» мускулистый парень, чье имя сирота все еще не услышал.       Феликс с интересом наблюдал за разговором этих троих, не вмешиваясь вместе с Минхо. В то же время, не смотря на гнев, и смирившись со своим херовым положением, ему хотелось предложить свою помощь. Возможно, сблизившись с этими людьми, прозвавшими себя «Цикадами», он сможет больше узнать о пандемии, местных порядках, и в конце концов выживет.       — Рядом с приютом есть аптека, она точно зачищена патрулями военных, — Хёнджин перевел взгляд со своих друзей на подростка, и губы его приподнялись в улыбке, — это будет первым заданием, проверим тебя на прочность, Джи пойдёт с тобой.       Младший вновь ответил главарю кивком, осматривая каждого ещё раз. И остановил свой взгляд на Минхо, самом близком человеке на данный момент, но тот не посмотрел на парня. На секунду возникла мысль «Я обязательно нарисую его, когда вернусь». Джисон направился к двери, и Феликс поспешил за ним.

***

      Бельчонок не был особо разговорчивым, точнее, совсем не обращал внимания на нового знакомого. Тот плёлся рядом, в оружейной они взяли необходимые припасы, Джи выдал Феликсу рюкзак, он был потрёпанным и достаточно вместительным. Арсенал младшего невелик, в то время как напарник взял винтовку и два пистолета. Наконец, Феликс отправился на своё первое задание за пределами приюта.       Он послушно следовал за Джисоном, любопытно оглядывая пустые, уничтоженные улицы. Казалось, будто все люди вымерли, оставив после себя недошедшие до идеала технологии. Природа, в свою очередь, омертвила всё, что когда-то принадлежало людям: машины, многоквартирные дома, дороги — всё было во власти зелёных организмов, только в воздухе вечно будет витать запах мертвецов. Зимой город выглядит ещё более пугающим, чем летом. Парни прошли маленький, тихий переулок, и перед глазами стал приют, потерпевший полный крах. Времени скучать нет, они поднимаются по лестнице, оказываются на крыше пятиэтажного дома.       — Одну минуту, — чтобы попасть к аптеке, нужно перейти ворота военных, и это возможно только по крышам. Джи огляделся, и подобрал недалеко лежавшую деревяшку, положил её так, что один край был на доме напротив, а другой под его ногами.       — Ступай аккуратно, цыплёнок, — Феликс тяжело вздохнул, услышав бесячее прозвище, и прошёл по доске, затем Джисон сделал тоже самое. Они собирались спуститься, но по улице бродят военные, обычный патруль. У Ликса перехватило дыхание, напарник потянул его вниз, прикрывая обоих за кирпичным выступом.       — Давай разделимся, ты снимешь пешек, а я заберу медикаменты, — он замечает суетливое поведение знакомого, — с винтовкой справишься?       — Я стрелял из неё… — Ликс разочарованно глянул на Джи, — но это была пневматика.       — Слушай меня внимательно, вскидывай и упрись в приклад, — младший делает всё по указаниям, — отдача тут круче, чем у пневматики, оттяни затвор, как выстрелишь, загоняй следующий патрон, — Феликс кивнул, и зарядил винтовку.       — Будь осторожен, — напоследок произнёс младший.       — И ты.       Сосредоточение Ли было запредельным, он впервые убьёт настоящего человека, а не бумажку с цифрами в подземном стрельбище. В середине прицела оказывается голова противника, палец становится на курок и нажимает, мощно отдавая парню в плечо, а пуля попала прямо в голову мужчины, безжизненное тело падает на землю, на земле отчетливо видно лужу крови. Феликса начинает трясти, а в ушах предательски звенит. Он быстро наводит ствол в сторону второго мужчины, попадая ему уже в грудь. Джисон показал жестом «класс», и отправляется в аптеку на поиски лекарств. Младший стоит «на шухере». К счастью, подкрепление не прибыло, и оба парня спокойно отправились «домой».       — Ну как ты, Ликс? — Джисон видит состояние напарника, и прекрасно его понимает, вспоминая себя примерно год назад. Младший не отвечает, тогда приходится его остановить.       — Послушай, я понимаю твою боль, ты впервые лишил кого-то жизни, но поверь мне, это далеко не первое убийство, которые ты совершишь. Мы убиваем для того, чтобы выжить любой ценой, — парень с беличьим лицом пытается успокоить белокурого.       — Тогда для чего «Цикады» уничтожили военный приют, и забрали жизни сотни детей? — вопрос поставил Хана в тупик, — что вам сделали обычные дети? Как они мешали вашему выживанию?       Джисон сглатывает излишки слюны, и старается не смотреть на Феликса. Оба продолжили путь в молчании, Хан не поддерживает действия «Цикад», но не имеет права осуждать их, а сирота начинает подозревать всю конторку. У дверей маленькой базы, белка принимает решение ответить на вопрос.       — Потому что он военный. Мы обеспечиваем себе безопасное будущее, просто привыкай к жестокости человеческой сущности. Представь маленький кусок оленины, себя, не евши неделями, и любого человека напротив. Все поступят одинаково ради своей тушки, — Джисон закончил диалог, заходя в служебную. Феликс заметил там Хёнджина, говорящего с кем-то по стационарному телефону.       Сирота отправился в комнату отдыха, поразмышлять об услышанных словах, и найти Минхо.

***

      — Ну, кто звонил? — усаживаясь на диванчик, монотонно спрашивает Джи, когда Хван закончил свой разговор по телефону, — бодрый ты.       — Я говорил с Марлин, Чжу Хэ не вернётся, — высокий парень подошел к окну, немного посмотрев на улицу, а затем перевёл взгляд на своего подчинённого, — он, по всей видимости, слинял в Сиэтл.       — Что? Но его же там растерзают ВОФ, это закрытый город, — Хан аж привстал от удивления, повышая тон голоса и недопонимая мотивов Чжу, — ему не нравится Ливенворт?       — Ты же не забыл о Серафитах? Ни один разумный человек не полезет в это дерьмо.       Джисон один из тех людей, кого вывести из себя очень сложно, но сейчас он ощущает невероятный гнев, и мастерски это скрывает. Приземляя зад и закидывая ногу на ногу, он скрещивает руки на груди, ожидая дальнейших слов Хвана, но тот молча смотрит в ответ. Он вальяжно подходит к компьютерному столу, наклоняется к неизвестному Джи листу, затем протягивает его сидящему на диване парню.       — Это лист плановой отметки на осмотрительных постах, последняя запись сделана две недели назад, а эти две недели, сам понимаешь.       — Уджин и Хэ патрулировали этот участок, — Хан кратковременно задумался, — ты хочешь сказать то, о чём я думаю?       — Они нам врали, Джисон, — чтобы не загрузить его плохой новостью, старший сразу же продолжил, усаживаясь на столе,— но есть и хорошая новость.       Хёнджин взял со стола папку жёлтого цвета, и кинул её в сторону Хана. Та приземлилась рядом с ним, он подбирает её, вскрывает, рассматривая различные снимки головного мозга, и заключение о разработке вакцины на территории Сиэтла. Это то, чего «Цикады» ждали уже более пяти лет. Джи снял с себя курточку, поднялся с диванчика и подошел ближе к Хвану, укладывая папку обратно на стол, и смотря в полные хитрости глаза.       — Каков наш план?       — Всё достаточно просто.

***

      Феликс, поднимаясь на второй этаж, увидел распахнутую дверь в комнату отдыха, где проснулся, и услышал отдалённый мат, шуршание пакетов. Переступая порог, белокурый парень устремил взор к находящемуся на стуле Минхо. Тот приколачивал черные мусорные пакеты вместо окна, дабы сделать помещение чуть теплее. Работа была уже закончена, и старший спрыгнул на пол.       — Устроился разнорабочим? — подстебал Ликс, снимая со спины рюкзак и бросая к дивану.       — Немного подлатал твои апартаменты, — Хо спешно покинул комнату.       — Спасибо, — младший произнёс в пустоту.       Феликса охватила усталость. Он встал к стене и, прислонившись спиной, уселся на полу, постукивая пальцами по рыхлой, влажной древесине. Взглянул на пальцы, те были в пыли и саже. Руки всё ещё тряслись, от нервов, или чего-то другого — он и сам не ведал. В голове прокручивался один и тот же момент выстрела, будто плёнка, Ликс никогда не думал, что вылазка за лекарствами, сломает его. Раздумывая о всяком, он понял, что нужно найти антидепрессанты и обеспечить полноценный сон, иначе при таких нагрузках, он быстро «расклеится».       Время шло скоротечно, за дверью изредка слышались шаги, в комнату никто не заходил. Феликс не знает, сколько прошло времени, но по цвету неба можно было понять, что близится вечер. Вставая, подбирая рюкзак и приняв решение спросить об ужине, Ли остановили. В комнату ворвался тот самый мускулистый парень, и так громко, что дверь могла слететь с петель.       Интересно, в бою с заражёнными он такой же громкий?       — Пойдём, шкура малолетняя, — младшему ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.       Оба парня спустились по лестнице, и прошли в санузел. Разрушенная стена вела в маленький стрелковый манеж. На улице собралась та же компания, что и утром, но все были вооружены. Хёнджин проверял содержимое рюкзаков, Джисон настраивал прицелы, а Минхо, сидя на пне, ел кусок белого хлеба.       — Позволь объяснить, — парень с грубым тоном голоса, чье имя всё ещё неизвестно, повернулся к Феликсу, — мы идём убивать заражённых.