Семейный Апокалипсис

— «Какого хрена ты не хочешь?» — «Я не могу, парни. Я не настолько отбитый, чтобы ебануть свою сестру лопатой!» — «Вроде бы сам говорил, что свою Женечку придушить был готов. Давай, лопату в руки и размажи ей череп!» — «Вы не понимаете! Я максимум могу лишь ее унизить и напомнить о ее прошлых делах, она не заслуживает физического насилия!» Тогда я бросил лопату и ушел домой. Те ребята были моими друзьями, те еще отморозки. Они не понимали форму моей ненависти, считали, что я каждый день избиваю Женю, а в этот раз решили, что убийство это отличная затея. Я проснулся от очень яркого света. Было гораздо светлее, чем в прошлые дни. Я увидел Антона, который сидел, опустив голову и что-то бормотал себе под нос. А как только увидел, что я проснулся, внезапно поднял голову и замолк, как-будто ничего и не было. Я решил промолчать. Лишние ссоры мне не нужны. Женя и Чарльз еще спали. А мы с Антоном просто сидели и смотрели друг на друга. Он выглядел мрачным. Как отшельник, путешествующий по пустыне десятки лет. Ветер развевал его вьющиеся волосы, что делало его еще более жутким. — «Может о чем-нибудь поговорим?» — спросил он меня. — «Вчера ты показался мне странным. Ты был удивлен тому, что я оказался здесь лишь недавно. Ты начал говорить про чью-то задумку, ты можешь мне объяснить это?» — «Понимаешь, эта ситуация не похожа на случайность. Здесь слишком много хлама в воде и сам океан залит химикатами. Я тебе забыл рассказать о том, что вода здесь опасна, как я понял она медленно превращается в кислоту, я это заподозрил не так давно. Сначала она просто вызывала жжение, но до этого она просто была непригодна для питья. Что стало с ней сейчас я понятия не имею, но думаю, что лучше руки в нее не сувать.» Антон попробовал опустить руку. Я видел, как на ней быстро появлялись ожоги, но Антон как-будто ничего не чувствовал. Через пару секунд он достал руку и посмотрел на нее. — «Понятно, она оставила ожоги, но сомневаюсь, что сжариться в ней можно.» — «К-как ты даже не вздрогнул. Твоя рука полностью изжарена!» — «У меня очень сильный болевой порог. В детстве мне делали операцию на головном мозге и частично убрали полушарие, отвечающее за боль. Даже ожоги для меня ощущаются, как простое жжение крапивы.» Он был правда подозрительный. Мы прервали наш разговор. Антон взялся за доску и стал грести. Тем временем Женя проснулась, а Чарльз так и спал. Далее мы так и молчали, пока не нашли остров. Это был прям остров. Сначала перед нами был песчаный берег, а потом он сменялся джунглевым лесом. Мы просто стояли и смотрели на все это. — «О боже мой.» — сказал Антон Через несколько секунд мы стали осматриваться. По пути я не мог не нарадоваться. Было очень красиво. Росли высокие пальмы, а песок был белым и блестел, как маленькие драгоценные камни. Но мою радость прервал голод, который мне еще ночью доставлял беспокойства. Мне не хотелось питаться сырой пищей, и не хотелось погружаться в воду. У меня была мысль о том, чтобы в воду полез Антон, но думаю ему не очень будет приятно ходить, как в панировочных сухарях. По пляжу бегали маленькие крабики, которые так аппетитно выглядели. Но поймать их непросто. Они были быстры и хватались за мои руки клешнями. Я думал только об этих зверьках, мне просто хотелось поесть, и все же мне удалось найти одно решение. Чтобы их поймать нужен инструмент, а у нас был крюк, его острой стороной можно легко прицепить краба. Я побежал назад к плоту. Но я был слишком голоден, чтобы бежать также быстро, как раньше. Все же я дошел до места нашего прибытия, но крюка на плоту я не увидел. Мне показалось это странным, но потом вспомнил, что его могли взять Антон с Женей. Мне удалось найти их следы на песке, а потом следовать по ним. Закат. А я все шел и шел. Куда они могли так забрести? Но через несколько секунд мне удалось увидеть их силуэты. Я через усталость стал бежать к ним, мне просто хотелось есть, а когда их фигуры стали мне отчетливо видны я увидел странную картину. Антон прижимал Женю к себе, но большего разглядеть я не смог. Я подошел ближе, ближе, потом ускорил шаг. Я увидел в руке Антона крюк, теперь я точно был уверен, что он не потерялся. Я стал бежать со всех сил, пока не стал слышать крик Жени: — «А-а, что ты делаешь?!» — «Просто стой на месте и не ори, это задание для твоего брата.» — «Какое еще задание?!» — «Я думал вы уже все поняли.» Меня это насторожило, я стал бежать, пока не подошел к ним. — «Антон, что ты делаешь?» — «Это твое следующее задание, Дмитрий.» — «Зачем тебе крюк, а?» Но он молчал. — «Я спросил зачем тебе крюк, урод?!» — «Ты разве не понял? Мне нужно убить ее.» Я не понимал смысл его действий. Я замахнулся на него кулаком, но тут же получил сильный удар крюком в бок. — «Ты думал будет так просто?» — сказал Антон, прорезая крюком в моем теле глубокую рану. Я не мог издать ни звука. Я думал, что мне уже ничего не поможет. Женя тоже умрет, из-за меня. Но у нее получилось ударить в колено Антона своей ногой, потом в другое колено, с такой силой ударила, что тот упал на песок. Его рука вышла из моей раны, и я тоже упал. Женя побежала меня поднимать и велела уходить отсюда, но Антон успел встать и замахнуться на Женю. Но я успел поймать его руку и повалить на землю. После я попытался украсть у него инструмент, но тот махал своей рукой во все стороны. Я ударил его кулаком в лицо несколько раз, Женя пыталась выхватить крюк. Антон стонал и рычал, как животное. В конце концов я поднял с земли камень, взял его в две руки и стал бить Антону в лоб. Я бил его так долго и сильно, что его лицо стало похоже на кровавое месиво. Я еще никогда не был так напуган. Я убил человека, да еще и с таким зверством. Женя не показывала эмоций. Чарльз сидел рядом и смотрел на этот кошмар, но он еще не понимал, что я такого натворил. Я встал с мертвого тела, посмотрел на него секунд пять, потом посмотрел на Женю, потом на Чарльза и сказал: — «Пойдем отсюда.» И отвернувшись пошел к плоту.