Daemone possidens

      Анку шёл по протяжённому коридору, раздавленный грузом собственного гнева. Он злился на себя, на Лео, на все законы мироздания.       — И что он в тебе нашёл? — вполголоса обречённо вздохнул Велиар.       — А? — Анку и думать забыл, что он тут не один. — Ты обо мне?       — Мысли вслух. Не обращай внимания.       — Знаешь, я и сам об этом много думал. Я его слишком давно знаю. Уже и не помню с чего всё началось… Вроде, мы сошлись на чём-то общем, но притянули нас противоположности друг друга.       — Очень расплывчато и не по делу. Завязывай, не интересно.       — Как есть, так и говорю. Чего ты-то ворчишь?! У меня вот вполне обоснованная причина злиться: обвел вокруг пальца. За столько лет бок о бок с ним я так ума и не нажил.       — С этим спорить не буду, — Велиар ухмыльнулся, поймав суровый взгляд Анку. — Но тут ты просчитался из-за того, что думал о ком-то другом. А Господин Леонард всегда думает только о своих интересах. В этом и разница. Он — Демон во плоти, каких поискать.       — Говоришь с таким восхищением, будто это хорошо, — Анку остановился и с тяжёлым выдохом сел на пол у стены. — Не знаю, как теперь смотреть в глаза Филу. Как уберечь его от повторения этого ужаса или чего похуже… Лео плевать на сделку. Он же играется. А я теперь ещё крепче связан с ним. И Фил… Всё бы отдал, чтобы он не был впутан в это! Чтобы Лео и в мыслях его не касался! Я и отдал. А толку…       Велиар, осмотревшись, достал из нагрудного кармана браслет с зелёными бусинами и ракушками ципреи.       — Это побрякушку Господин Леонард получил в качестве дара от твоего Филиппа.       Анку встал и принял браслет из руки Велиара. Он растерянно покрутил его, ощущая бьющееся внутри тепло. Велиар не обманывал. Это был тот самый дар.       — Зачем ты это делаешь? Я теперь ещё и в долгу у тебя?       — Всё, что ты мне можешь дать взамен — твоё отсутствие в поле зрения Господина. Чем дольше, тем лучше. Меня уже тошнит за тобой носиться.       — Да кто же тебя заставляет?! Мне это, знаешь ли, тоже не приносит никакого удовольствия!       — Я исполняю волю Господина.       — Заладил «господин, господин», — Анку наиграно сунул два пальца в рот, будто провоцируя тошноту. — Гандон твой господин. А ты, получается, предатель, раз отдал мне это. Сладкая парочка. А теперь он четвертует тебя за то, что потерял рычаг давления на меня. По твоей вине.       — Скажем так, он не до конца осведомлён о настоящей ценности этой вещи.       — Не неси чушь. О свойствах даров ему известно достаточно.       — Верно. Но конкретно про этот дар он не знает одной важной детали. Чувство, скрепляющее вас двоих, оказалось сокрытым от Господина. Он считает, что вашими поступками движет лишь сильная одержимость. Но не любовь.       Ядовитая игла кольнула Анку в спину. Всё так, как и говорил Шезму. Между ним и Филом действительно существовала связь, которую можно было бы назвать романтической. Но она была лишь хрупким отголоском тех чувств, что связывала Фила и одну из жертв Анку. Это не то, что могло бы привлечь внимание Леонарда.       — Между нами и нет ничего, кроме одержимости. Будь что-то ещё — от Лео оно бы точно не скрылось.       — Ты, конечно, можешь бравировать своим давним знакомством с Господином, но тебе не известно то, о чём знаю я, — Велиар говорил, не меняя интонации, но весь его вид так и кричал о чувстве собственного превосходства. — Господин действительно обладает исключительной проницательностью, но в вопросах чувств, особенно людских, он испытывает… Хм. Некоторые затруднения. Поэтому, в таких делах он полагается на мнение со стороны.       — Ох, как миленько. Обманул своего господина. Накажет он тебя знатно. Но тебе, как я понял, это по вкусу.       Зрачки Велиара на мгновение расширились, он машинально прикусил губу, но быстро снова принял хладнокровный вид.       — Технически я не лгал ему, а лишь подтвердил сказанное Лидерком. Его чутьё на это абсолютно, но по какой-то, известной только ему причине, он решил солгать. А мне это только на руку.       — Ох… Ну и клубок у вас тут, — в задумчивости Анку потёр большим пальцем гладкую ракушку, вплетённую в браслет. — Мне всё равно кажется, что вы оба сильно ошибаетесь насчёт Лео. А если нет, то даже не знаю, на что ты рассчитываешь. У меня-то с чутьем всё в порядке, понимаю, почему ты хочешь любой ценой отвадить меня от своего драгоценного или лучше сказать лю…       — Мы пришли! — нарочито-громко перебил Велиар. — Данель, впусти Анку. И потом проводи их к выходу.       — К выходу? — поднявшись в полный рост и расправив плечи, он перегородил коридор. — С какой это радости?       — Можешь задать лично этот вопрос Господину Леонарду, если не доверяешь мне, — приторным тоном парировал Велиар.       Дэн, мрачно зыркнув на Велиара, перевёл презрительный взгляд на Анку:       — Его вырубило недавно. Растолкать? Или так понесёшь?       — Дай пару минут. — Анку вошёл, оставив двоих по ту сторону двери.       Присев на край кровати, Анку замер, никак не решаясь тревожить сон Фила. Он хотел разбудить его поцелуем, но волнение за ответную реакцию сдержало пыл.       В комнате витал слабый, но вполне различимый запах — причудливое переплетение аромата цветущей вишни и солёного смрада подгнивших водорослей. Особенно явственно он исходил от Фила.       Гнев за содеянное тут же был вытеснен волной острого сочувствия. Порыв разнести это место в щепки уступил единственному желанию: поскорее уйти отсюда, уведя Фила с собой. Анку в одно мгновение ощутил, что был с ним все эти дни. Незримо наблюдал, давая лишь крохи поддержки, за которые Фил расплатился неизмеримо большим. Оберегающее, пылкое чувство обняло Анку за плечи.       Развернувшись Фил открыл глаза и машинально вздрогнул, не разобрав кто сидит с ним рядом. По спине, рукам, ногам врассыпную, словно искрящиеся снежинки побежали мурашки. Вслед за ними по телу разлилось дремлющее в груди тепло. Фил кинулся обнимать Анку так внезапно, что оба чуть не свалились с кровати.       Глаза Фила сами собой наполнились слезами, а нос противно распух. Внутри Анку в ответ всё дрогнуло:       — Я, конечно, выведу тебя в любом состоянии, но если будешь плакать все подумают, что я тебя похищаю.       — Выведешь? Ты… Я…       — Мы идём домой. Всё закончилось.       До выхода их сопровождал Дэн. Все трое шли молча. Фил слился сохранить невозмутимость. Несмотря на то, что он наконец покидал место своего заточения, присутствие Данеля было явной издёвкой. Они шли словно под конвоем, того, кто несколько часов назад безжалостно истязал его, вымещая весь свой гнев.       Филу до последнего казалось, что Анку выхватят у него, затащив в одну из многочисленных дверей, поэтому он всё крепче сжимал его узкую ладонь. Но Данель оставил их у последнего поворота, презрительно бросив:       — Дальше дойдете, не маленькие.              На улице Фил расправил плечи и пару минут дышал, озираясь по сторонам. На асфальте все ещё лежал снег, но прохладный воздух уже был пронизан тонкими нотками приближающейся весны. Фил заметил, что продрог, лишь когда Анку накинул ему на плечи своё пальто:       — Пойдём, поищем тебе что-то сезону, — Анку легонько пихнул его в бок, кивая на ноги, обутые в домашние тапочки.

***

      Отвыкнув от шума и больших скоплений людей, Фил быстро утомился ещё по дороге к торговому центру. День был в самом разгаре, но у Фила было стойкое ощущение, что сейчас должна быть глубокая ночь.       — Побудь тут, сбегаю, что-нибудь сам выберу и пойдём.       Сидя на диванчике, обитом скрипучим кожзамом, Фил словно в трансе разглядывал проходящих мимо людей. Моргнув, он в миг остался в иллюзии полного одиночества.       Внезапное появление перед ним мужчины в аккуратном костюме заставило оцепенеть. В нос ударил резкий древесно-перечный запах. Мужчина лишь недоумевающе взглянул на нелепый вид Фила и, отвлёкшись на телефонный звонок, исчез.       «Работа!» — щёлкнул в мозгу, возвращающий в реальность тумблер. «Сколько я там не был?! А квартира?»       Фил схватил за руку Анку, подошедшего с ворохом шуршащих пакетов, и потащил на остановку.

***

      У двери квартиры Фил прислушался. Кажется, там играла музыка и шумела вода в душе. За время его отсутствия в сюда заселили кого-то другого. А значит, и его место на работе явно занято.       — Мне сделать так, чтобы ты мог зайти? — деликатно поинтересовался Анку.       — Нет. Думаю, у меня отличный повод начать ещё раз всё сначала… Тогда я приехал с одним чемоданом, а теперь — совсем налегке, — он крепче сплёлся пальцами с демоном. — Поехали к тебе, я проголодался.

***

      В квартире Анку, с того дня как Фил её покинул, не изменилось ничего, кроме одной детали.       — Я труп, — Фил уставился в пустующую полку над столом обречённым взглядом. — Я подарил Лео браслет. Похожий на тот, что я видел здесь, у тебя… Только сейчас вспомнил, как смотрел твою шкатулку.       — Ох… — Анку, уже было напрягшийся вслед за Филом, облегчённо выдохнул. — Напомни мне потом покусать тебя за то, что шарился в моих вещах и раздавал что ни попадя всяким мутным демонам. Он у меня. Держи.       Фил от переизбытка чувств зажмурился, задрав голову в потолок, а после крепко стиснул Анку в объятьях:       — Оставь его у себя. Я тебе доверяю. Да, из-за тебя всё это и случилось… Но мне кажется… Нет, я точно знаю: пока ты рядом, я в безопасности.       Искренность слов Фила отозвалась глубоко внутри Анку. И одержимость тут была не при чём.       Браслет грел ладонь еле уловимым теплом. Анку, простояв мгновение в нерешительности вернул его Филу, натянув на лицо маску лёгкой беззаботности:       — С моими вещами его всё равно хранить нельзя, так что, пусть побудет у тебя.

***

             Прошло чуть больше недели. Фил, понемногу приходя в себя, взялся за восстановление документов. Анку лишь сопровождал его и, по просьбе Фила, старался не подключать своё демоническое влияние.       Путешествие по кабинетам и многочасовые очереди оказались лишь частью испытаний — пришлось снова наведаться к матери. Резких перемен в отношении к себе Фил не ощутил. Мать встретила его привычной лекцией о безалаберности, на прощание вручив новую порцию упрёков. На этот раз под раздачу попал и Анку, удостоившись своей доли «доброжелательных» напутствий.       Но ни Фил, ни Анку не стали вникать в смысл этих слов. Они ушли оставив материнские монологи где-то позади.       Фил даже думать не хотел о возвращении на старую работу. Это означало бы то, что им придётся осесть в городе, который, как он успел понять благодаря своей способности, буквально кишел демонами и прочими неприятными сущностями. Их притягивало как магнитом то место, где его держал Леонард. Оставаться где-то поблизости Фил желал меньше всего на свете.       С виду их жизнь понемногу налаживалась. Но на Анку с каждым днём давил всё больший груз. Слежки он не замечал — это значило, что Лео пока держал слово. Но неозвученная правда отравляла медленным ядом каждое светлое мгновение проведённое с Филом. Анку хотел быть искренним, но боялся реакции Фила на то, что он не просто делит быт с демоном, а делает это с искренней отдачей исключительно по слепой воле случая.       Леонард не мог не заметить чувства, если бы они были. А Велиар просто принимал желаемое за действительное. Ему было гораздо проще внушить себе, что горячо обожаемый господин по своей природе не замечает нежных чувств, чем осознать что ему просто наплевать на то, что испытывает к нему Велиар.       Несмотря на полную увереренность в своих выводах и то, что эти выводы мучали его, Анку медлил с откровенностью. Фил слишком много пережил и по нему это всё ещё было заметно. Он изредка мог чем-то загрузиться так, что приходилось его тормошить и возвращать в реальность. По ночам Анку чутко следил, чтобы ни один кошмар не давал повода Филу проснуться в холодном поту.       При этом Фил стал на редкость тактильным. О сексе речи и не шло, но в объятиях, тёплых поглаживаниях и простом присутствии Анку Фил нуждался как никогда. Было ли это последствием заточения или побочным эффектом одержимости, Анку не знал. Но какой бы ни была причина, ему сильно не хотелось портить то хрупкое равновесие, что появилось в их жизни.

***

      Документы у Фила были готовы, скромный чемодан — почти собран. Недоставало лишь самого важного: решения, куда отправиться дальше.       Анку, с одной стороны, не ограничивал Фила в выборе и даже уверял, что при необходимости они смогут обустроиться где угодно — ни закон, ни языковой барьер, ни финансовые трудности не будут им помехой. С другой — он один за другим отметал все варианты, которые предлагал Фил.       — А если здесь? — Фил приблизился к очередной точке на карте. — Не мегаполис, но населённость нормальная, снега зимой вообще нет. Медцентр зато… Ну. Тебе.       — Насчёт этого я разберусь сам, — с заметным раздражением ответил Анку и сразу поправил себя. — Не беспокойся, с этим проблем не будет.       — До этого ты ворчал, что я хочу тебя заморить голодом, поселив в «этой дыре», — он притянул Анку ближе, приобняв за бок. — Мне кажется, или ты не хочешь уезжать?       — С чего ты так решил? Ну, если тебе нравится, то давай сюда. Место нормальное.       — Не знаю. Как будто оно не нравится тебе, — он внимательнее вгляделся в Анку. — Нет. Не в этом дело. У меня сейчас такое чувство… Не знаю, как описать. Тяжёлое, давит на плечи, но оно не моё, понимаешь?       — Понимаю… — протянул Анку на выдохе, нехотя отстраняясь. — Это из-за меня. Не нужно было с этим тянуть, — он устало потер лицо и продолжил, осторожно подбирая слова: — Тот браслет, что был у меня, принадлежал одному парню. Я встретил его, как и большинство своих жертв, в больнице. Не знаю, станет ли тебе от этого легче или наоборот ранит ещё больше, но браслет он так и не снимал с того дня, как вы подарили их друг другу.       — А давно? Нет, это не мог быть он! Или… Он попал в аварию? Или…       — Его отняла у мира болезнь. Точнее, болезнь усадила его в инвалидное кресло, наградила трубкой в желудке и грозилась лишить возможности самостоятельно дышать. А забрал его жизнь немного раньше отведённого срока я. Прости. И за то что влез в голову — тоже.       Печаль окутала их обоих. Фил хотел было расспросить Анку о том, когда и как это произошло, но нарушил он скорбное молчание другим:       — Лео говорил о тебе. Про то, как именно ты питаешься. Это в любом случае лучше того, что делает он и, наверно, большинство других демонов. К этому нужно привыкнуть, но… Я думаю, что смогу.       Сжавшись в ничто, Анку выдавил из себя:       — От того, что ты с пониманием относишься к моей природе мне только больнее. Нет, я это ценю, но, — он дотронулся руки Фила, но тут же одёрнул, как от огня, — дело в том, что ты изначально видел во мне его отголосок. И твои чувства обращены к нему, а не ко мне.       — Тебя это тревожит?       Анку помотал головой и поднял взгляд:       — Почему ты задаёшь мне этот вопрос? Неужели тебя не беспокоит истинная природа нашей с тобой связи?       — Не знаю. Как будто всё так, как и должно быть. Мне хорошо именно с тобой прямо сейчас. Ты был рядом даже когда находился в каком-то жутком состоянии, и когда я был в самом ужасном месте, — он положил голову на хрупкое плечо Анку. — Зачем ты ему был нужен?       — Сам не понимаю. Есть ощущение, что он просто одержим идеей присвоить меня себе.       Фил негромко усмехнулся, покачав головой:       — Не-ет. Я тебя так просто ему не отдам, — слишком ярко представив образ Лео Фил неуютно поёжился. — Он пытался что-то…       — Знаю, — Анку крепко стиснул руку Фила. — Я всё увидел, когда добрался к тебе.       — И этот маньяк тебя так просто отпустил?       — Да… — улыбка на лице Анку была хоть и печальной, но искренней. — До конца твоих дней.       — Как-то слишком мрачно. И это мало… для демона, — Филу не нужно было объяснений, чтобы понять: Анку сам, без его приказа обменял свою вечность на его свободу.       — В твоих силах увеличить это время, — он состроил максимально строгий вид. — Как минимум, не будь таким беспечным, смотри под ноги, чтобы мне снова не пришлось лезть за тобой в колодец.       — Ах ты…!       Фил, набросившись, подмял под себя Анку, чтобы защекотать. Играючи пересилив его, Анку оказался сверху. Забывшись, он нетерпеливо сжал его бёдрами, прильнул губами к шее, но тут же замер, чувствуя, не свой дискомфорт.       Фил разочарованно потупил взглял:       — Прости. Пока не могу. Даже думать не хочется.       — Ты-то за что извиняешься?       — Мы же вместе. И… Мне самому из-за этого не по себе.       — Да. Я чувствую, — он встряхнул головой, смущённо слезая с его бёдер. — Давай лучше ещё места посмотрим?       Поднявшись, Фил, впервые со дня своего освобождения, коротко поцеловал губы Анку:       — Выбери, что нравится. Куда скажешь — туда и поедем. Хоть в соседний город, хоть на другой материк.