we are at one with you

Они едва успевают. Хан Джисон живет в Сеуле. Школа, бывшая видимо, совсем в другом районе, так что парни собираются в спешке. Заваливаются в такси, не обращая внимания на злого от перегруза мужчину и просят только поторопится. Чану приходится накидывать сверх цены за спешку и количество народа. Руки трясутся так, что страшно. А может и наоборот. Страшно до дрожи. По фотографиям можно примерно вычислить дом, в котором Джисон живет, но Бан чувствует - дома его нет. О, как он это все остро чувствует. Желудок пронзает болью, сердце из груди вот-вот выскочит. Он этого парня не знает, но ощущает как часть себя, что-то тёплое, отдающееся вибрацией по венам. Опасностью, страхом, смирением. Чан рычит и срывается с места. Ребята бегут за ним, даже без вопросов. Тревожные голоса забивают уши. Чан глохнет окончательно, когда видит драку. Не драку, побоище. Асфальт в брызгах крови. Ублюдки, будто прямо из сна. В руках биты, цепи, хрен пойми ещё что. На коленях перед ними - Джисон. Как на фото, только волосы уже русые, или седые - не понять сразу. Чанбин с Чаном врываются сразу, не раздумывая. Бан чувствует ответственность за младших, но сейчас внутренности кровоточат от вида разодранных пухлых щёк и гематом на лице. Парень валится в бок, Чан мельком успевает заметить, как его накрывает тело Феликса. Сосредоточиться приходится на дыхании и рывках тела. Они с Чанбином драться улицей научены - с гитарой шибко не повоюешь, но выбора не оставалось. Инструменты берегли как могли, тела - не очень. Тяжело прилетает в висок через несколько ударов. Чан хрипит и едва не сваливается, в глазах темнеет. Руки на чужой шее - почти благословение. Хруст костяшек в лицо - молитва. Чанбин где-то рядом шипит, Хенджин умудряется завладеть битой. Драться не умеет, но старается. Бан чувствует каждого, даже этого Джисона, который вдруг вскидывает окровавленные ладони и цепь, которая должна была опустится на спину Феликса, захлёстывается вокруг запястья одного из нападавших. Рикошетит точно в глаз. Чан надеется что тот нахуй лопнет. По венам струится адреналин и предвкушение. Противников больше, но их собственная компания - злее. Ярость выливается в хрипение и стоны. Камни поднимаются с земли, и врезаются в противников, дробя кости. Ублюдки орут от ужаса и срываются с места. Никто их догонять не собирается точно. -Вы блять ещё кто такие? - хрипом по натянутым нервам, Чан впивается взглядом в знакомое (незнакомое) лицо. У Джисона под глазом - рана, а волосы все-таки русые, а не седые. Синяки - на скуле, подбородке и виске. Шея сплошная картина темными красками - видимо пытались душить. Глаза стеклянные, как тот шарик с фото, и уши все в проколах. Чана мажет по асфальту коленями, Чанбин не успевает подхватить. -Мы твоя будущая семья, волшебник ебаный, - шепчет Бан, теряя сознание.