Аргус Фернандес

      POV Аргус.       С каждым шагом толстого сектанта моя уверенность утекала водой сквозь пальцы. Он всё ближе, а у меня перед глазами одна за одной быстро пролетают картины. Смерть брата и родителей. Издевательства на корабле. Побои на суше. Все планы и хитрые комбинации, ранее казавшиеся так легко исполнимыми, со свистом вылетели из головы. Я мог только смотреть на надвигающееся нечто. И без того немаленькая фигура угрожающе нависла надо мной, а я вдруг понял. Моя жизнь сейчас в его руках. И я дрогнул.       Это действительно страшно быть настолько беспомощным. Когда одно его слово и моя жизнь будет окончена. Даже само ожидание этого уже вызывает ужас. Какие к чёрту планы и выборы? О чём я только думал? Единственное, чего мне сейчас хочется, так это оказаться как можно дальше отсюда. Сбежать из этого проклятого места. Но я не могу.       Он подошёл и просто молча взял меня и Эрзу за плечи. Пока мы шли к прибору, единственное, что мне оставалось, так это стиснуть зубы до боли в затылке. Одеревеневшие руки крепко прижимались к телу, а приближение воспринималось походом к месту собственной казни. Мы всё ближе. Ожидающий взгляд старика, находящегося в конце пути, пронизывал всё тело, крепко впиваясь в саму душу, а сознание обволакивали липкие комки страха. Я не мог вымолвить ни слова, а речь других просто проскакивала мимо моего сознания. Наконец руки легли на холодные стенки артефакта. Томительное ожидание подошло к концу, знаменуя окончательный и бесповоротный вердикт. Спасительные наручники защёлкнулись на руках, даруя такую желанную свободу.       Окончательно я пришел в себя уже находясь на кухне, куда нас отправили вездесущие надсмотрщики. В поисках хоть какого-то знакомого лица я бродил по рядам, бесцельно блуждая взглядом по одинаково чужим мне лицам. Мой поход завершился в небольшой комнатушке, из которой отчётливо доносились запахи рыбной требухи. Внутри я обнаружил Шона, который ловко орудуя ножом, занимался разделкой рыбы.       Низкорослая фигура, столь уверенно выполняющая свою работу, вселяла внутрь меня какую-то частичку спокойствия, которой мне так не хватало. Успокаивала одним своим видом. Монотонные движения человека, отработанные бесконечным числом повторений, раз за разом, успешно выполняющим свою задачу. Достать свежую рыбу из мешка, которых здесь было несколько десятков. Отрубить ей голову. Вспороть брюхо. Вытащить требуху. Положить выпотрошенное тело на конвейерную ленту, которая увозила её в глубину помещения. Повторить процедуру. Шон настолько увлёкся самим процессом, что совсем не обращал внимание на происходящее вокруг него. Мой голос, раздавшийся из-за плеча, заставил его непроизвольно вздрогнуть, возвращая беднягу на бренную землю.       – Можно мне попробовать? – спросил я его в надежде на согласие. Уж не знаю, что он увидел в моём взгляде, но уже спустя несколько секунд, взобравшись на деревянный ящик, чтобы доставать по росту до рабочего стола, я делал свою первую попытку приобщиться к этому таинству. Одна за одной, и вот уже первый мешок рыбы был благополучно преодолён. Всё это время Шон лишь наблюдал неподалёку, скупо комментируя происходящее. Убедившись, что я усвоил урок, он присоединился к работе, расположившись неподалёку. Я был по-настоящему благодарен ему за то, что он не лез в душу с глупыми расспросами, которые могли возникнуть у большинства взрослых в подобной ситуации. Мы просто не мешали друг другу, будто незнакомые попутчики. На моё счастье тут был ещё один положительный момент, который заключался в практически полном отсутствии надзирателей, что заходили внутрь лишь пару раз за день. Остаться наедине с собственными мыслями – это именно то, что мне сейчас требовалось.       Провал. Я просто не был готов к подобной ситуации. Слишком высокие ставки. С одной стороны, трудновыполнимая рискованная задача, с другой внимание детей, перед которыми нельзя было терять авторитет. В случае неудачной попытки просто перечёркивается либо сильно осложняется выстраивание отношений с ними. Как назло, именно Эрза. Кто был вторым не знаю, да и неважно это. Вот что действительно важно, так это то, как мне быть дальше с самим собой? Себе то можно не врать. Я испугался. Так сильно, что чуть не убежал оттуда. И это уже не изменить. Грёбаный трус. Обосрался настолько, что уже был готов прятаться за спиной ребёнка. Я противен самому себе.       Но мог ли я поступить как-то иначе? Единственный выход из сложившейся ситуации, который я вижу, это всеми силами постараться пробудить собственную магию. В таком случае с высокой долей вероятности от меня отстанут и на моё место заберут её. И я потеряю остатки собственного самоуважения. Ну, по крайней мере, этот план выглядит куда более надёжным, нежели личина сумасшедшего. Если бы я додумался до такого в тот момент, то скорее всего попытался реализовать именно его. Тот страх мог послужить идеальным катализатором. К счастью не додумался.        Смерть от рук пленителей. Смерть во время восстания. Сумасшествие, а потом смерть от местного супероружия. Плохая концовка, как ни посмотри. Не многовато ли на одного меня? – Аргус всё глубже погружался в свои мысли, вновь и вновь прокручивая в голове прошедшие совсем недавно события. С каждым новым повторением настроение ускоряло своё падение, ведь решение проблемы никак не получалось найти. Привыкший полагаться лишь на себя, он ни на секунду не задумывался о возможности обсуждения тех вещей, что так сильно его волновали. Пускай и не вдаваясь в подробности. Просто поговорить.       Как обычно и бывает в подобных ситуациях, сколько не закрывайся от внешнего мира, но он всё равно напомнит о своём существовании. К счастью, порой напоминание обретает весьма мягкую форму. Разнообразия ради, на этот раз это был не раздражённый надзиратель, решивший слегка размяться, а небольшая русоволосая девочка, с интересом наблюдающая издалека. Уловив взгляд Аргуса, она уже в открытую подошла поближе и спросила:       – Привет, ты из новеньких? Как тебя зовут? – широко раскрытые глаза увлечённо разглядывали мальчика с ног до головы. Тот в ответ нахмурившись громко произнёс:       – Никак.       *БАХ*       Навернулся со своего места Шон, мягко скажем удивившись подобному ответу. Напротив, нисколько не смутившаяся девочка хитро улыбнувшись продолжила расспрос:       – Господин Никак, а что это вы тут делаете? Неужели ничего? А можно мне с вами? Меня, кстати, Миллианна зовут. – С присущей всем детям непосредственностью она ловко взгромоздилась на ящик, на котором стоял Аргус, слегка подвинув его, осмотрела рабочий стол.       – Так вы тут рыбку разделываете. А это сложно? А зачем тут эта лента? Тут только один нож? – Поток вопросов всё никак не прекращался. Сбитый с толку таким напором Аргус, всё же опомнился и начал постепенно объяснять, чем он тут занимается и что нужно делать. Правда, энтузиазма девочки надолго не хватило. Попробовав разделать свою первую рыбу, она чуть не порезалась, спасённая бдительным Шоном. После этого ей не оставалось ничего другого кроме как наблюдать за работой со стороны понемногу расспрашивая Аргуса о всяких вещах. Отвечая неохотно, он всё же понемногу втянулся в беседу оживая на глазах.       – Извини, на самом деле меня зовут Аргус. Аргус Фернандес. Я не хотел тебя обидеть, просто так получилось. – Произнёс он, смущённо склонив голову.       – Ничего страшного, у меня тоже порой бывает плохое настроение. – Она улыбнулась настолько заразительно, что оказалось просто невозможно не повторить за ней. Улыбалась Миллианна. Улыбался Аргус. Даже Шон не удержался.       Рабочий настрой был безвозвратно потерян, но никто не сожалел по этому поводу. Поблагодарив за помощь, Шон с чистой совестью отпустил ребят из своего закутка. Ведомый за ручку столь энергичным буксиром, Аргус позволил увести себя для знакомства с другими ребятами… Что называется, понеслась.       Первыми под колёса этого энергичного катка попали братья Волли и Ричард, ощутив на своей шкуре всю мощь поставившего себе задачу героя. Бедняги успели лишь указать направление дальнейшего движения, как тут же были сметены волной энтузиазма особы, задавшейся целью познакомить новичка со всеми. Следующими на очереди оказались Сё, Сорано и Савьер, занимающиеся разгрузкой очередной тележки с едой. Я только и успел впечатлиться внушающим уважение размером носа Савьера, как отправился навстречу следующим героям. Пролетая мимо Макбета, я отметил лишь некоторую отстранённость последнего. Хотя, учитывая набранную скорость, вполне возможно, что он просто не смог должным образом отреагировать на столь интенсивные приветствия. Эрик уже обзавёлся ручной змейкой, а мы наконец достигли старика Роба, возле которого и обитала последняя парочка канонных персонажей. Я сомневался до самого последнего момента, насчет личности того паренька, что был вместе с Эрзой на процедуре определения. Но теперь разгадка личности не требовалась. Остался лишь последний. Это был Симон.       Положа руку на сердце, я сомневался до самого конца. Слишком непохож он был на персонажа, что своей широкой грудью стал на защиту своего друга и возлюбленной. Ранения, полученные во время восстания, слишком сильно изменили его лицо, а уж само тело ни единым намёком не напоминало ту гору мышц, которой он был показан позже. Худой, довольно высокий для своего возраста паренёк, возвышался бы среди сверстников если их поставить всех вместе в строй. Разве что Волли мог бы составить ему конкуренцию, но тут нужно смотреть поближе. В любом случае, это был довольно неожиданный ответ. Впрочем, не эта загадка занимала мою голову в последнее время.       POV Эрза Белсерион.       Когда всё это началось я возвращалась в деревню с полной сумкой лесных яблок, за которыми ходила вместе с ребятами на одну из облагороженных полянок, которая была создана местными для выращивания лекарственных трав и грибов. Остальные уже ушли вперёд, а я решила немного полакомиться с ягодного куста, щедро усыпанного сладкой наградой. Я так увлеклась, что совсем перестала следить за временем. Слишком уж вкусными были дары природы. Возвращаясь лесной тропинкой, что шла рядом с основной дорогой ведущей в деревню, я услышала несколько незнакомых голосов, что общались друг с другом ни от кого не скрываясь. Ведомая любопытством я незаметно приблизилась к источнику шума, чтобы обнаружить парочку людей бандитской внешности, ведущих диалог.       – Извивалась как уж на сковородке. Я поднял десять тысяч, ведь после третьего кинжала, что попал ей в ногу, добить было сущим пустяком. Толстый Фрэд после этого проставился целым бочонком своего лучшего пива, всё же он ставил на меня. Надеюсь сегодня тоже будет удачный день.       – Кончай трепаться без повода. Капитан услышит, и за целостность твоего языка я не поставлю и монеты. Твоё счастье, что его здесь нет.       – Ты слишком серьёзный, неужели все ребята из вашего отряда такие душнилы? Придумали целый свод правил, строите из себя не пойми кого. Вот у нашего капитана было раздолье. После последних набегов на рыбку покрупнее, к нам даже начали присоединяться некоторые маги из гильдейских. Ты слышал о ребятах из «Гнилого черепа?».       Поток слов в перемешку с бранью прервался звонким звуком удара металла о металл. Болтливый бандит заткнулся, вслушиваясь в неразборчивый шепот, разобрать который с места где пряталась Эрза было невозможно. Перешептывание прервалось, стоило появиться еще одной фигуре, весьма колоритной внешности. Высокий, статный мужчина даже в лесной тени вечернего подлеска мог похвастаться плотным бронзовым загаром своей желтоватой кожи. Слегка раскосый взгляд чёрных глаз внимательно осматривал окрестности деревушки. Короткие черные волосы плотно покрывала тканевая балаклава, а на шее располагался длинный широкий шарф коричневого цвета, надёжно скрывающий из вида перевязь каких-то склянок. Тканевый пояс обладал несколькими карманами, а по бокам висела пара крупных непрозрачных сосудов. Само тело было плотно обмотано бинтами, закрывающими практически все участки кожи, оставляя на обозрение только лицо и босые ноги.       – Доклад.       – Господин Джин, отряд всё ещё выдвигается на позиции. Деревня довольно крупная, возможно сопротивление со стороны местных. Если подождать ещё немного, можно будет зайти под покровом ночи. – Рапортовал один из бандитов, буквально вытянувшись по струнке. Скривившийся здоровяк молча слушал его всматриваясь вдаль.       – Я Аджин, запомни это. Мой бог не хочет ждать, мы атакуем немедленно. Еретики познают мой гнев. Что насчёт церкви?       – Здание пустует. Скорее всего брошено либо покинуто недавно.       – Господин Аджин… – хотел спросить что-то новичок, но буквально в ту же секунду раздался какой-то шипящий звук, исходящий от здоровяка. В следующее мгновение всё тело бандита, окликнувшего капитана моментально вспыхнуло, объятое пламенем. Гримаса удивления сменилась на боль и ужас, упавшее тело покатилось по земле в попытке сбить охватившее его пламя. Подёргавшись в предсмертных конвульсиях, обречённый обрёл своё последнее пристанище, прогорая до костей.       – ЕРЕТИК! ОСКВЕРНИВШИЙ СВОИМ ГРЯЗНЫМ РТОМ ЗАПРЕТНОЕ ИМЯ! ОЧИСТИСЬ ОТ СВОЕГО ГРЕХА! – проорал Аджин с выражением непримиримой ярости на своём лице. Грязно ругаясь, он принялся втаптывать ещё не остывшие останки в землю, своими голыми ногами ломая кости, разрывая остатки плоти. После такого надругательства он застыл над другим своим подчинённым, что-то неразборчиво бормоча.       – Во славу запретного бога нашего, великий Аджин, прими эту заблудшую душу в свои чертоги! Плотью и кровью своей тот послужит, жалкой каплей в океане бесконечного пламени!       – Мне нужно больше жертв – прошипел будто не своим голосом Аджин, словно разговаривая сам с собой. Резко успокоившись он продолжил.       – Что насчёт новичков? Ты сделал так, как я приказал?       – Разумеется, господин Джин – ответил второй бандит, старательно не смотря в сторону останков убитого идиота, который возомнил себя самым умным, проигнорировав многократно повторённые им инструкции, будто не понимая, что ценой за такие вещи может выступать его жизнь. Хотя, ожидая подобный исход, имени этого олуха он даже и не запоминал.       – Всё подкрепление, поступившее от господина Горо, пойдёт в первых рядах. Ненадёжные элементы будут устранены.       – Замечательно, я доволен тобой. Выдвигаемся. Пора начинать.       Проходящие мимо бандиты совсем не обратили внимание на замершую неподалёку девочку, которая, наблюдая за подобной немыслимой жестокостью. От ужаса она дышала через раз, прекрасно себе представляя, какая судьба её ждёт в случае обнаружения. Некоторое время спустя, немного успокоившись она вдруг осознала. Кто. Идёт. В её дом. Пронзительной молнией эта мысль прошлась по всему телу, и девочка не раздумывая побежала. Спасти. Предупредить. Убежать. Сделать хоть что-то. Она даже не задумывалась. Знала точно. В такой ситуации ничего не делать нельзя. Ведь деревня уже пылала в огне.