Аргус Фернандес

      POV Аргус.       Рыба, рыба я тебя люблю.       Спой мне песню грустную свою.       Рыба, рыба, будь моей луной…       Напевал я песенку из моей прошлой жизни, предаваясь воспоминаниям и попутно потроша очередную рыбёшку. Мне так понравилось это занятие, что всё рабочее время я проводил именно тут. Уже прошло несколько дней с тех самых пор, когда я впервые познакомился с детишками. Ну как познакомился. Скорее уж познакомили. Неважно. Дети оказались… детьми. Неожиданно, правда?       У них всегда было своё мнение по каждому из вопросов. И миллион этих самых вопросов. Попутно заряжая свой электромоторчик (не исключено, что на вареньевой тяге), они с завидной регулярностью испытывали терпение надзирателей на прочность, поразительно подгадывая момент, когда стоило делать ноги. В абсолютно пустой комнате имея пару одинаковых железных шариков, один обязательно ломался, а судьбой второго было потеряться. Чтобы потом с кристально чистыми глазами убеждать в своей правоте взрослых, приводя неоспоримые аргументы в том, что всё именно так и было. Не признавая над собой никаких авторитетов. И это было проблемой.       Не знаю, каким образом в каноне это удалось Джерару, но вот мою скромную персону они как лидера не воспринимали. Сейчас это больше напоминало компанию школьников, разбившихся по интересам на небольшие группки, между собой практически не взаимодействующие. Может просто не прошло достаточно времени? Кто знает? Исключением из этого правила, когда эти группки объединялись, служили вечерние посиделки, на которых им рассказывали интересные истории из жизни, попутно ведя обучение, замаскированное под игры. В этом плане Роб был далеко не единственным стариком, наставляющим молодёжь на путь истинный. Просто малышню больше увлекали истории о приключениях, а кому, как не боевому магу магической гильдии, иметь таких истории огромное количество? Вот то-то же.       Так я и сидел с остальными детишками, слушая самые различные истории, порой уже не в первый раз. Ассортимент не блистал разнообразием, иногда хотелось просто занять место выступающего и начать рассказывать что-то своё. С учётом опыта прошлой жизни, можно было смело выдавать некоторые истории из того мира за собственное творчество. Но я этого не делал. Точнее не мог. Этому поступку есть простое объяснение.       Если я сейчас перехвачу это самое внимание на себя, то вместо желаемого сближения я получу обратный эффект. Я начну слишком сильно выделяться на их фоне, что приведёт в дальнейшем к настороженности и отчуждению в мой адрес. А, в случае неудачи, так и подавно имею неплохие шансы примерить на себя роль изгоя. Проблема тут кроется в двух вещах. Место и стая.       Во-первых, всё внимание сейчас сконцентрировано на выступающем взрослом, который никогда не сможет войти внутрь группы детей. Просто по возрастному принципу. Он есть чужак, взаимодействие с которым уже само по себе очерчивает границы. И если ты ставишь самого себя на позицию этого чужака, то тем самым показываешь, что хочешь занять его место, соответственно стать таким же. Нарушая границу, ты выходишь за допустимые рамки и становишься чужаком. Выходишь из состава стаи.       Во-вторых, эта самая стая ещё не сформировала границы собственной территории. Как это часто бывает, со временем появляется определённое место, которое считается своим. Некий особый закуток, в котором детвора проводит свои собрания и уже там начинает выстраивать внутреннюю иерархию. И вот уже в подобном месте стоит проявлять себя с требуемой стороны. Именно там такое возможно и допустимо.       То, что никуда не делось. Что обязательно произойдёт, возможно даже в самом скором времени. Попытка побега. Либо попытка восстания. И к этому нужно готовиться заранее. Как ближайшая из возможных причин смерти – эта наиболее вероятная. Чтобы на это повлиять, необходимо занять место лидера в отряде мелочи. Не можешь предотвратить – возглавь. Классика. Только в данном конкретном случае это будет означать – максимально саботируй подготовку, сопротивляйся всеми силами, а желательно вообще отвлеки от этого внимание. Даже если не получится их остановить, то как минимум будешь в курсе событий. Идеальная позиция как ни крути! Но ни в коем случае нельзя с этим спешить.       В данный момент, в первую очередь стоит присмотреться к возможным кандидатурам на позицию лидера, помимо меня. И таких аж целых три. Наиболее очевидная кандидатура на эту роль принадлежит Симону. Насколько я помню, именно он осуществлял командование отрядом во время попытки захвата Эрзы на курорте Акане. Уже сейчас он вполне может претендовать на эту роль. Если ничего не делать то, скорее всего именно он и станет лидером. Самый невыгодный вариант. Он уже сейчас подумывает насчёт побега. Проблема в том, что Симон – неглупый парень, который трезво смотрит на вещи. В каноне именно он не доверял словам Джерара, попутно ломая его планы, вместе с тем не устраивал открытого противостояния, действуя скрытно. Единственный способ гарантированно на него повлиять ходит за ним по пятам хвостиком и откликается на Эрзу. Но если слишком сильно надавить на эту связь, можно будет получить врага под боком. Разовая акция, не более.       Второй кандидат более интересный. Его самоуверенность, подкреплённая силой в будущем, вполне может выдвинуть его на первый план. Эрик, он же будущий Кобра. Распространи он своё внимание чуть дальше собственных рук, бережно удерживающих небольшую змейку, кто знает, что бы из этого получилось? Не стал лидером «Шести просящих», не станет лидером и здесь. Уж я постараюсь этого не допустить.       Последняя, но не по значению возможность имеется у Миллианны. Удивительная общительность, вместе с дружелюбным характером может быть опасным оружием в сложившейся ситуации. Уже сейчас от этой девочки чувствуется определённая харизма, недооценивать которую будет большой ошибкой. Впрочем, исходя из характера девочки, переключить её внимание на что-то менее важно должно быть несложно. Нужно продумать варианты и окончательно отбросить хотя бы эту фигуру.       Голова очередной рыбы отлетела прямо в мешок к другой требухе. Я завершил свою часть работы на сегодня. Стоило побыстрее добраться до своей кровати, ведь на завтра намечено очередное собрание для проверки магического потенциала. Как пояснил Шон, ему поручили оповестить всех с прошлой процедуры. Главный закончил с ремонтом, а это значит, что завтра с утра пораньше снова будем подпирать стенку той комнаты. Надеюсь, на этот раз всё пройдёт гораздо быстрее.       Каменные стены приветливо перемигивались огнями магических светильников, а я всё раздумывал над своими возможностями. Что делать, если один из вариантов получит место лидера несмотря ни на что? Какие шаги нужно будет предпринимать тогда? Допустим, с Миллианной можно будет просто обрисовать ситуацию с самой негативной стороны, красочно описывая, какие последствия наступят, если попытка побега состоится. Добавить от себя пару подробностей, и запуганный ребёнок быстро откажется от подобных «приключений». С Эриком будет посложнее. Если он решится на подобное, то пугать его будет бесполезно. Самоуверенность и упрямство в нём идут рука об руку. Значит потребуется что-то более весомое. Например, если вдруг случайно у него пропадёт его ненаглядная змейка, станет ли он куда-то убегать без неё? Не хотелось бы проверять, но если того потребует ситуация…       Самый тяжёлый случай – это Симон. Далеко не факт, что его получится остановить. Максимум замедлить. Причём, даже попытка остановки уже может его настроить против меня. Нельзя действовать настолько прямолинейно. Нельзя давить. Связан буквально по рукам и ногам. Разыграть карту Эрзы, но что дальше? Лучший исход, просто не допустить его к власти. Другие варианты мне совсем не нравятся.       Насколько бы было проще просто порвать эти связи, разругать детишек между собой. Спровоцировал одного, подставил другого, и вот уже нет этой стаи. Есть волки-одиночки каждый в своём углу, лишь пасти сверкают рядами острых зубов, да взгляд яростных глаз прожигает дыру в теле. И все планы идут прахом, вместе с этим разрушенным единством, ведь в конечном итоге, когда придёт время для настоящего восстания, ждать удара в спину ещё и от них хотелось бы в последнюю очередь.       Запугивание, шантаж, что дальше? Повысим ставки, ведь следующее на очереди у нас убийство. Как насчёт такого варианта? Пожертвовать малым, чтобы большее жило. Ради «Общего блага». Устроить ни в чём не повинному ребёнку несчастный случай. А потом со скорбью во взгляде вспоминать всё самое лучшее. Мы сделали всё, что могли. А может не будем мелочиться? Как насчёт самого лёгкого варианта?       У сектантов имеется способ отслеживания беглых рабов. Самый очевидный вариант запихнуть маячок внутрь наручников. Скорее всего так тут и сделано. Значит находим способ избавиться от наручников, воруем лодку и вперёд. По волнам судьбы, уповать на его величество случай. Ориентируясь по ночному небу, даже дилетант может держать примерное направление движения, отсыпаясь днём. Впрочем, день другой можно и не поспать. Как там правильно? Солнце «Восходит» на «Востоке», а «Заходит» на «Западе»? Немного усилий и результат на лицо. Свобода. Одиночество. Трупы. Зато легко.       Стоило только закрыть глаза, усталое тело, глубоко погруженное в ворох собственных мыслей, проваливается в глубокий сон, позволяющий хоть ненадолго отрешиться от суровой действительности. Которая возвращается так быстро. Уже сидя за столом, поглощая сытный завтрак невольно задерживаешься взглядом на лицах тех, о судьбе которых размышлял совсем недавно. Эрик, пытающийся незаметно отложить еды со стола, чтобы покормить позднее своего любимого питомца. Миллианна, активно поясняющая что-то Сорано, совсем не следящая за собственными руками, живущими собственной жизнью, ловко орудует ножом и вилкой, которые перекидывают между собой нечто, ранее бывшее едой. Настолько ловко, что следящий со стороны Симон, будто загипнотизированный, не может оторвать от этого свой взгляд. Бедняга уже позеленел. Действительно интересное зрелище.       И вот мы снова подпираем собой стенку той самой комнаты. На этот раз, главнюк, видимо, решил не пускать процесс на самотёк и провести её лично. Наскипидаренные сектанты гораздо бодрее взялись за дело, видимо получив авансом начальственный втык. На этот раз заключенные гораздо охотнее проходили требуемую процедуру, уже спокойнее реагируя на происходящее. Единственной странностью, выбивающейся из картинки происходящего, для меня был Симон. Тяжёлое дыхание вызывало покачивание бледного тела. Полуприкрытые глаза практически не реагировали на происходящее. Заметившая подобное Эрза, также взволнованно посматривала в сторону мальчишки, не зная, как тому помочь. За всё то время, что мы дожидались своей очереди, Симон всё сильнее склонял голову к земле, будто под тяжестью невидимого груза, давящего тому на плечи. Наблюдая подобную картину, где-то внутри меня заворочался червячок нехорошего предчувствия.       Нас осталось только трое. Я, Эрза и Симон. Его вызвали первым. Чем ближе он подходил к артефакту, тем сильнее нарастала тревога внутри меня. Худой сектант пристально следил за бредущей фигурой, неспешно приближающейся к нему. Когда руки Симона легли на сферу определитель, я заметил какое-то движение, что главнюк проделал руками, будто отмахнувшись от невидимой мухи. И началось.       Воздух вокруг потяжелел, наполняясь неведомой силой, что неотвратимо приближалась к фигуре ребёнка, застывшего не в силах оторвать свои руки от артефакта. Вокруг начали появляться небольшие кляксы черноты, стремительно распространяющиеся во все стороны, заполняя пространство комнаты. В считанные секунды всё помещение накрыло тьмой. Единственное, что я смог сделать, так это остановить Эрзу, которая порывалась бежать к Симону несмотря на сгущающийся мрак:       – Не шевелись.       Единственное, что оставалось сделать в подобной ситуации, так это последовать собственному совету, изо всех сил напрягая слух, чтобы понимать хоть что-то. Начавших паниковать рабов, сектанты быстро заткнули. Видимо ориентироваться в пространстве эта тьма им абсолютно не мешала. Мешанина звуков в начале полностью поглотила происходящее у постамента, единственное, что я слышал после это:       *Треск*       Звук, будто сухая древесина в мангале понемногу раскалывается от жара пламени костра. Какие-то всхлипы. Стон. Стоя в абсолютной темноте слышать нечто подобное было неестественно жутко. Даже ругань сектантов, переговаривающихся между собой была куда более желанным звуком нежели это. Наконец спустя какое-то время тьма начала постепенно рассеиваться, являя нашему взору неприглядную картину. Постамент, на котором ранее находилась сфера-артефакт, был щедро усеян осколками, которые остались после разрушения этой самой сферы. И кровью. Кровь была повсюду. Симона не было.       Секундное осознание этой картины и я уже ищу глазами Эрзу. А затем бегу к ребёнку, что с ужасом смотрел на последствия всего этого своими широко распахнутыми глазами. Своим телом закрывая всю эту мерзость, всеми силами пытаясь отвлечь её от происходящего. Я не знаю, как правильно действовать в подобных ситуациях. Как унять эту дрожь, что всё сильнее начинает колотить беззащитное тело? Осушить эти слёзы. Забыть, как страшный сон. Подобные картины – это слишком даже для подготовленного человека. Такого точно не было в том грёбаном каноне, что происходил в истории, которая известна мне. Так. Быть. Не. Должно! Что вообще происходит с этим сраным миром? Что мне делать?       Страх собственной беспомощности перерастал в гнев тем сильнее, чем глубже в мое тело вжималось в поисках опоры сознание, утонувшее в ужасе. Остатки сил и самообладания уходили на борьбу с самим собой. В таком состоянии нельзя ничего делать. Остановись. Остынь. Успокойся. Ты ничего не можешь с этим поделать. Ты опоздал. Опять. На плечо легла рука сектанта. Убедившись, что мы не получили ранений, он приказал следовать на кухню, оставив нас в покое.       Единственное, что мне оставалось делать, так это нашёптывать всякую чушь спокойным голосом, пытаясь вернуть Эрзу в сознание. Задушить истерику, которую просто проигнорировал грёбаный надзиратель. Взять девочку за руку. Повести. Медленно. Неспешно. Спокойно. Успокоиться самому. Начать делать выводы. Но как же чёрт побери тяжело думать, когда за тебя ухватились так крепко. Как за эту грёбаную реальность.       Естественно ни о какой работе в тот день и речи идти не могло. Мы просто пересидели в той самой комнатке, где Шон разделывал рыбу, а я пытался просто говорить с ней. Говорил, пытаясь заполнить ту тишину, что окружила Эрзу, впавшую в ступор от случившегося. Всеми силами пытался отвлечь. Переключить хоть на что-то. Удалось только ближе к вечеру. Уж не знаю, кто в тот момент вздохнул с облегчением сильнее, я или Шон. Так или иначе, но и это кризис миновал. Уже уходя вместе с Эрзой, что так и не выпустила мою руку на свободу я подумал:       Мне нужен новый план. На этот раз никаких ошибок! Надёжный, как Перграндские часы!