Часть 19
8 февраля 2024 г., 00:04
POV Аргус.
Я пришёл в себя резким рывком. Потолок порадовал сознание знакомой картиной, нарисованной с помощью царапин и неровностей, напоминая о том, где я. Как ни странно, в своей камере я находился в компании Эрзы, которая заметив, что я очнулся, засыпала меня целым ворохом вопросов, беспокоясь о состоянии моего здоровья и пытаясь выяснить, что вообще произошло? Но я и сам не знал ответа на последний вопрос.
Ощущения от тела настойчиво намекали лишь о слегка затёкших конечностях, клятвенно заверяя мозг, находящийся в смятении, в том, что никакого сумасшествия не наступило. Хотелось бы верить в этот несомненно радостный феномен, а уж отсутствие желания достраивать башню во славу всяких Зерефов, тонко намекало о нормальности происходящего, постепенно дополняемой пояснениями Эрзы.
Она рассказала, что как только я потерял сознание, тот одноглазый волшебник приблизился к моему упавшему телу. Он произнёс несколько заклинаний, вызывая дымку сизо-фиолетового цвета, что окутала меня с ног до головы. Простояв рядом со мной в таком состоянии некоторое время и, по всей видимости, закончив исследования он, лишь мимолётно скользнув взглядом по Эрзе, приказал отнести меня в камеру и не беспокоить до того момента, пока я не приду в сознание. Сектанты скинули обязанности присмотра за моим телом на Эрзу, позволяя той находиться в моей камере сколько потребуется. Оказывается, я проспал почти сутки. Сейчас уже поздний вечер, а сам ритуал произошёл ранним утром.
На мои вопросы о том, что происходило, Эрза, немного смутившись и отводя глаза, начала постепенно отвечать. Оказывается, пока я был без сознания, моё тело несло какой-то бессвязный бред, а сам я сжимал обеими руками подушку, будто боясь ту отпустить. Смотря куда угодно, но не на меня, Эрза говорила, что слушала моё бормотание, в котором я часто звал Джерара, постоянно извинялся за что-то. А ещё я плакал.
Ну, положа руку на сердце, я ожидал гораздо более странных вещей. Такое состояние могло быть вызвано самым обыкновенным кошмаром, который уставшее сознание решило не запоминать. Но расслабляться определённо не стоит. Насколько я помнил канон, Джерар сошел с ума не моментально. Его подвергали пыткам, держали привязанным к столбу, постепенно ослабляя его волю. Поэтому нет никаких гарантий на то, что мне не предстоит более тесное знакомство с не самым приятным соседом. Просто немного позже.
Справедливо рассудив, что в ближайшее время хоть как-то повлиять на эту встречу у меня не получится, я просто постарался переключиться на другие заботы. Сейчас гораздо более важным было поделиться своими планами насчёт побега с остальными ребятами, чтобы мы смогли правильно подготовиться и наконец свалить с этого острова. И если все согласятся придерживаться моего плана с отравлением химер, то подготовку стоит начинать как можно скорее.
Поболтав ещё немного с Эрзой и условившись на том, что она организует новую встречу как можно раньше, я отпустил девочку, которая уже понемногу клевала носом воздух. В отличии от почти сутки продрыхшего меня, она была на ногах с раннего утра, а учитывая тот факт, что заняться внутри комнаты особо нечем, могу себе представить, насколько длинным был её сегодняшний день.
В самой комнате лишь пара вещей выбивалась из привычной картины. Миска с водой и маленькое полотенце, которым по всей видимости она протирала моё лицо, и небольшая корзинка с продуктами. Так как голода я не чувствовал, содержимое последней было успешно использовано по назначению, накидывая ещё пару баллов к счёту, который потихоньку рос за время моего отсутствия. Довольно смущающему меня счёту, оплатить который с процентами я обязался самому себе. Всё же я не привык быть кому-то обязанным. Особенно Эрзе.
Как показали дальнейшие события, в отношении организации побега я был слишком оптимистично настроен. Реальность не выдерживала никакой критики, безбожно отодвигая все сроки. А дело было в том, что сектантам было абсолютно наплевать на мои хотелки. Стоило только показать нос из своей комнаты, как я был загружен своей «любимой» работой по зарядке Лакрим с утра до позднего вечера. Это было вполне обыденным моим состоянием, которому я не придал никакого значения, но именно из-за этого я пропустил один маленький нюанс, о котором я узнал слишком поздно. Сектанты начали жестить.
Это выражалось в том, что они активно начали искать поводы чтобы докопаться до «провинившихся», по их мнению, рабов, а если докопаться не получалось, то начинали провоцировать тех на проявления агрессии. И в случае успеха, показательно совершали экзекуцию. Выросшая частота телесных наказаний не могла не задеть и молодое поколение рабов. Что не самым лучшим образом сказалось на настроениях внутри группы. Потому реакция, которая последовала на моё предложение, когда нам удалось наконец собраться, пускай и неполным составом (отсутствовали Эрик и Макбет), стала для меня полной неожиданностью.
– Нет. – Всего одно короткое слово, произнесённое Симоном, будто выбило у меня почву из-под ног. За это время я успел распланировать все этапы, распределить роли и примерно прикинуть наши возможности. Я считал этот план основным. Уже свершившимся фактом, и действовал соответственно, думая, что получение согласия остальных будет лишь небольшой формальностью. Как же я ошибался.
– Мы не станем больше ждать. Хватит. Ты не сможешь и дальше откладывать решение своими пустыми отговорками. – Продолжающий напирать Симон, остановился напротив меня, с вызовом смотря мне в лицо, привлекая к себе внимание остальных ребят. Спустя пару секунд возле нас образовался полукруг взволнованных подростков, которые шёпотом обсуждали происходящее.
– Что? О чём ты вообще говоришь? Какие отговорки? – я просто не осознавал сути претензии, возникшей для меня так внезапно на ровном месте, которую просто не получалось увязать с моим текущим предложением. И дураку понятно, что, если план предполагает больше трёх пунктов, на его реализацию потребуется время. Да и посматривая на озлобленное лицо оппонента, закрадывалось подозрение, что речь сейчас идёт вообще не о побеге. О чём настойчиво начинала трезвонить поднявшая голову чуйка пониже копчика.
– Ты постоянно затягиваешь любые наши шаги. Когда нужно действовать ты останавливаешь нас, а когда мы находим решение, заставляешь сомневаться. Довольно! Я сыт по горло твоими предложениями. Мы сделаем по-своему, а не так как хочешь ты. – Подтвердил мои опасения Симон, угрожающе нависающий надо мной, пользуясь разницей в росте далеко не в мою пользу. За эти несколько лет он успел обогнать меня на полторы головы. Слишком много каши кушал?
– Если ты имеешь в виду тот случай в пещере, когда я отговорил тебя от попытки расстаться с собственной жизнью, то… – я попытался вразумить или хотя бы немного остудить пыл не на шутку разошедшегося парня, но он даже не стал ждать моего ответа, перебив на середине фразы.
– Я сказал хватит! Я не буду слушать речей труса, что отсиживается в тепле, пока над нами издеваются остальные. Если ты думаешь, что знаешь, как нам жить, то ты ошибаешься.
Возникшая тишина противной пощёчиной прилетела мне в лицо, заставляя иначе взглянуть на стоящего передо мной парня. Похоже он совсем не хотел думать своей головой, лишь высказывая накопившееся разочарование от происходящего. Обидно, что он считал мою неспешную подготовку трусостью. Вдвойне обидно, что в его словах было зерно истины.
– Симон, хватит! Ты перегибаешь палку! – предприняла попытку осадить парня Миллианна, украдкой поглядывая на мою реакцию на этот неприкрытый наезд. Обернувшись в сторону остальных, я успел заметить сомнения, отразившиеся на их лицах. Я искал поддержки своей точки зрения, а находил лишь неуверенность в моей правоте. А вот не получивший уверенного отпора Симон, перешёл черту.
– Это ты так думаешь, Миллианна. Посмотри на него. Он даже сейчас не понимает, что мы больше не станем дожидаться момента, когда он придумает новую отмазку, чтобы потянуть время. А что произойдёт если не придумает? Ты думала об этом? Может он просто пойдёт и расскажет все сектантам!
Слова были сказаны. Я мог бы простить ему многое. Простить провокации. Простить оскорбления. Даже простить обвинение в трусости. Но вот считать меня предателем… Такое нельзя прощать.
Первый удар моего кулака прилетел в солнечное сплетение парня, заставив того непроизвольно согнуться, хватая ртом воздух. Пока тот не опомнился, я с силой дёрнул Симона за шею, заваливая парня на живот. Пока упавший подросток пытался подняться, ему прилетело несколько ударов по почкам, однако их силы было явно недостаточно. Это лишь разозлило здоровяка. Размахнувшись своей рукой, тот отбросил от себя вёрткую цель, что позволило ему подняться и со злостью броситься на свою цель.
Ожидая подобного манёвра, Аргус рванул наперерез Симону, уходя рывком в последний момент вправо, перемещаясь в слепую зону своего оппонента. Пока Симон неуклюже разворачивался, ему прилетел удар под колено, снова опрокидывая подростка. Не ставший останавливаться на этом Аргус, со всей силы наступил на икру подкосившейся ноги, заставляя Симона взвыть от боли. От ярости тот стал размахивать руками, что принесло свои плоды.
Не ожидавший такой скорости Аргус, словил прилетевший удар, пришедшийся в тело. И пускай тот удалось частично погасить правой рукой, он был достаточно силён для того, чтобы замедлить парня. Оба подростка стали ощутимо медленнее передвигаться, что сказалось в пользу массивного Симона. Понимающий это Аргус, всеми силами пытался разорвать дистанцию, чтобы получить свободу для манёвра. Этому мешали собравшиеся неподалёку подростки, что-то кричащие обоим бойцам, но смысл фраз просто ускальзывал от сознания, действующего на предельных скоростях драки.
Новая сшибка показала абсолютную бесперспективность попыток нанести хоть какой-то урон ударами по лицу Симона, наградив Аргуса парой выбитых костяшек на левой кисти. Однако предполагая подобный результат, он пробовал действовать не основной рукой, расплатившись таким образом за ценную информацию. Протез Симона слишком крепкая цель для подобных атак, а дотянуться выше мешал рост парня.
Впрочем, ответный удар Симона вообще не достиг своей цели, Аргус успел увернуться от широкого замаха рукой, а удар ногой вообще чуть не стал причиной поражения Симона, лишь чудом избежавшего захвата конечности. Понимая свои сильные стороны, Симон ринулся наперерез, предполагая, что всё закончится если получиться захватить такую быструю цель. Что делать с этим дальше, парень вообще не думал.
Не успевающего увернуться Аргуса, схватили мощные руки, изо всех сил сжимающие того в захвате, позволяя повалить его на землю и зафиксировать весом собственного тела. Навалившийся сверху парень, почувствовав свою победу, стал наносить удар за ударом по лицу Аргуса. Выступившая кровь из разбитых губ лишь добавляла дров в топку распалившегося тела, которое остановилось лишь тогда, когда его со всех сторон стали оттаскивать другие ребята. Савьер и Волли держали за руки, а Ричард пытался остановить вошедшего в раж Симона. Опомнившийся парень наконец отпустил тело Аргуса, позволяя тому подняться и вытереть с лица кровь.
– Твои жалкие попытки остановить нас закончатся ничем, как и в этот раз. Если ты так и хочешь оставаться на острове, то вали в ту нору, откуда пришёл и больше не подходи к нам. – Со злостью прорычал Симон, до сих пор удерживаемый тройкой парней.
– И каким же способом ты собрался сбежать с острова умник? Думаешь всё так просто, думаешь всё будет так, как ты скажешь. Ты готов рискнуть их жизнями так просто? Отвечай же! – прохрипел я вставая на негнущиеся ноги, что упорно отказывались держать шатающееся тело. Я не мог этого так просто оставить. Даже если снова придётся драться. То, что он сильней ещё ничего не значит. Пусть считает меня кем угодно. Пусть говорит что угодно. Я не дам ему убить остальных своим бездействием. Я ЗАСТАВЛЮ ЕГО ОТВЕЧАТЬ!!!
Видя мою решимость, а также готового к бою Симона, что собирался продолжить недавно прерванное даже несмотря на других, не выдержавшая подобного Эрза прокричала:
– Мальчики прекратите! Мы все вместе сможем найти решение! Мы все вместе сбежим с этого проклятого острова!!!
– И кто это тут собрался сбежать? – внезапно прозвучало откуда-то сбоку. Выходящие один за одним четверо сектантов заставили застыть в ужасе абсолютно всех пойманных на горячем подростков. Естественно, когда началась драка, никто не стал следить за окружением, а громкие голоса привлекли ненужное внимание. Видя злорадные ухмылки, обещающие большие проблемы, особенно выражение лица жирной твари, явно главенствующей в этом отряде, моё сердце ухнуло куда-то глубоко вниз. Доигрались.
– Я всё ещё жду ответа. – Практически пропел своим противным голосом жирный палач, безошибочно впившись взглядом в трясущуюся от страха Эрзу. Я понял, что, если ничего сейчас не сделать, произойдёт непоправимое.
– Э-это был я. Аргус Фернандес. – Предательски дрогнувшими губами я произнёс собственный приговор, концентрируя на себе внимание абсолютно всех собравшихся в закутке за кухней людей. И если удивление во взглядах подростков было ожидаемо, то оскалившиеся рожи сектантов подкосили и без того пошатнувшуюся уверенность в правильности столь глупого поступка. Но не давая мне продолжить, жирный сектант неуловимо быстрым движением оказался прямо напротив моего лица и практически прошептал на моё ухо.
– Да неужели, Аргус. А вот мне на секунду показалось что выкрикнувший это голос был женским. Как же такое могло произойти? Уж не та ли аловолосая девочка выкрикнула эти слова, за которые она несомненно будет в самом скором времени наказана? Ведь за свои слова нужно отвечать! Что на это ответит такой вежливый парень как ты? – показательно слащавая улыбка своим смыслом не несла ничего хорошего, а приближающиеся к Эрзе парочка сектантов заставляли быстро делать хоть что-то. Я не успел придумать ничего другого, пока мои лёгкие наполнялись воздухом:
– Мы вместе сбежим! Мы вместе сбежим! МЫ ВМЕСТЕ СБЕЖИМ! – проорал я изо всех сил, даже на секунду заставив остановиться ту парочку, однако этого было недостаточно.
– Ха-ха-ха. Интересный ответ, но ты действительно думаешь, что этого будет достаточно? Знаешь, слабые места есть у каждого. Давай ка проверим одно из твоих? – с этими словами один из сектантов подхватил Эрзу и потащил за собой, а остальные предусмотрительно заняли позиции возле меня, внимательно отслеживая мою реакцию на происходящее. Мне оставалось только наблюдать, крепко стиснув зубы. Они её не отпустят. Я опять бессилен. Наблюдая вместе со мной за удаляющейся фигурой, сектант продолжил:
– Ты же работаешь в подвале не так ли? Завтра тебя будет ждать великолепный подарок. Интересно, на каком моменте она впервые закричит? Мне просто не терпится дождаться этого. Насколько хватит её прочности, перед тем как она сломается? А насколько хватит твоей прочности? Нужно отвечать за свои слова, Аргус. Вот тебе мои слова. Ты. Скоро. Сломаешься. Я, Савади Мока, об этом позабочусь. А пока просто жди. Ведь ты следующий.
Произнеся эти слова, Савади Мока, нет, жирный ублюдок, с ухмылкой прошествовал мимо меня в окружении своих подручных. Мимо остальных, что за всю эту сцену не проронили ни слова, застыв соляными столбами и лишь наблюдая. Он прошёл мимо, но вдруг остановился и произнёс напоследок, перед тем как покинуть нас:
– Ах да, послезавтра Аргус, ты переходишь работать на каменные рудники.
И был таков. Мне тут тоже больше было нечего делать. Находиться в компании этих не было абсолютно никакого желания. Да, во мне сейчас просто кипит адреналин, но чёрт побери почему? Хоть одно слово? ПОЧЕМУ? Ричард. Волли. Савьер. Сорано. Сё. Симон. Миллианна. Да и Макбет с Эриком, не думаю, что повели бы себя иначе. Для таких как вы у меня в голове крутится лишь одно слово. Слово, что сегодня так и не было произнесено. Предатели.
