Baby

Намджун ехал с работы очень злой, хотел рвать и метать. А дома его уже ждал сопящий зайчонок, свернувшись на большой кровати папочки. Сегодня Намджун, впервые не контролируя свою злость, пришёл в дом и громко хлопнул дверью. Мальчик от этого шума, естественно, проснулся и пошёл встречать папочку, но, выходя и являясь всё ещё сонным, споткнулся о свою же ножку и упал на хрупкие коленки. Но Намджун не спешил помочь, его наоборот это взбесило, хотя он всегда был сразу рядом и брал на руки, успокаивая. — Ты, блять, не можешь быть аккуратным? Обязательно надо быть таким нелепым и тупым?! — П-папочка, мои… — Что?! Вставай давай. — Я ударился коленками… Папочка, мне очень больно. Юноше прилетела пощёчина, мальчик аж немного откинулся назад и быстро приложил руку к горящей щеке. Ужасно больно. К тому же коленки разодрал и папочка в гневе! Было обидно и больно, в таком «маленьком» состоянии у Чонгука вообще не работал инстинкт защиты, он просто впадал в ступор, и всё. — Папочка, не надо, не бей меня, прошу… — Закрой свой грязный рот. Я сейчас не в настроении, Чон, — Ким нахмурился. — Пошёл вон с моих глаз! Чтобы до завтра тебя не видел, и спишь ты сегодня в своей комнате. — Хорошо, папочка, хорошо… Малыш сразу скрылся в своей комнате. У Гуки уже был почти полный подгузник, но менять его он его собирался, да и сам этого сделать не мог. Гуки не знает, получит ли завтра он за это или нет, но рисковать не стал. Слёзы Чон сдерживал, хоть щёчка до сих пор пылала адским пламенем, а на коленях уже были видны небольшие синячки. Но как только Гуки улёгся в свою кроватку, то сразу разрыдался. Сразу подумал, что больше не нужен Намджуну и что тот его разлюбил. Впервые Ким сорвался на своём солнышке. Уснул малыш уже ближе к четырём утра даже без тёплого молочка на ночь. Чем он разозлил папочку? Ему самому не понятно. Намджун же, как и Чонгук, ушёл к себе, выпил и уснул в зале, быстро опьянев. Работа вчера выжала с него все соки.

***

На утро, проснувшись всё ещё в рабочем костюме и на диване, он и не сразу вспомнил, что натворил, но когда воспоминания накрыли, Джун ужасно сильно пожалел. Он сразу ломанулся к Чонгуку, надеясь, что со своей хрупкой натурой тот ничего не натворил с собой. Но тот лишь, скрутившись, спал в своей кровати. Личико было опухшим и было понятно, что тот плакал. Намджун сразу аккуратно взял его на руки. Чон почувствовал тепло и крепко вжался в тело папочки. Сам же Нам был просто в шоке с вида подгузника Гуки, тот был невероятно полным. Сразу же так же аккуратно он переложил Гуки на пеленальный столик и снял подгузник. Попочке малыша надо было обязательно после такого принять воздушные ванны. Намджун укрыл его легким покрывалом и сидел рядом, уже стараясь придумать, как теперь оправдаться перед своим любимым зайкой.