Моя любовь приходила ночью

Горошко вздрогнул и рывком сел на кровати, тяжело дыша, словно вынырнул из глубокой воды. Комната ещё хранила вязкую тишину раннего утра — глухую, будто за окном весь город замер. Сквозь щель в шторе пробивался узкий луч бледного света, ложась на край подушки и выхватывая из полумрака пыль, кружащуюся в воздухе. Это был сон. Всего лишь сон. Но почему же всё так жгло внутри, будто случилось на самом деле? В памяти вспыхнули её губы — тёплые, влажные, жадные, оставившие на нём почти физический след. Он машинально провёл кончиками пальцев по своим — кожа отозвалась лёгкой дрожью, как будто там всё ещё хранилось её дыхание. Он опустил взгляд вниз — и ощутил то самое томительное, тянущее чувство внизу живота, которое не спутаешь ни с чем. Сон возбудил его так, словно в нём не было границ между выдумкой и реальностью. Сердце билось неровно, дыхание оставалось тяжёлым, и в голове вертелся один вопрос: почему это казалось таким настоящим? Сергей лег снова на кровать и начал опускать руку ниже по своему телу, пока не забрался под резинку боксеров. Обхватил член, который уже стоял, и провёл по нему пару раз. Потом убрал руку и приспустил с себя трусы. Обхватив твёрдый член, Серёжа сжимает у головки и медленно себе надрачивает. Закрыл глаза, и все мысли только о той девушке. Вспоминает её постанывания на этой кровати, её ногти, которые царапали спину, пока он трахал её. От этих мыслей внизу живота становилось больно, а рука ускоряла движение. Парень тихо постанывает и облизывает губы, которые то и дело пересыхали от того, что рот был приоткрыт. Было так приятно, что вскоре Горошко дёрнулся и с протяжным стоном кончил себе на живот. Была приятная усталость после дрочки, но прохладная вода в душе немного привела в чувства. Быстро сделал себе позавтракать и вышел из квартиры, захватив все нужные вещи. Дорога до театра займёт минимум полчаса.

***

Карина какое-то время просто лежала, глядя в белый натяжной потолок. На гладкой поверхности — лёгкий утренний отблеск, а в нём — её собственное смазанное отражение, чуть растрёпанное, с тенью улыбки. Сердце билось ровно, но где-то внутри ещё теплилось то мягкое, тянущее чувство от сна. Ей приснился Сергей Горошко. Такой живой, будто они действительно стояли рядом, а не разделены километрами и реальностью. Прекрасный сон, ещё и за несколько дней до того, как они встретятся на встрече в Fulcro. В голове прокручивался момент, как ребята набирали желающих на тематическое мероприятие, и регистрация закрылась ещё до того, как она успела дважды подумать. Конечно, она подала заявку сразу — не зря же переехала в Питер. Посетить их театр было почти миссией. На кухне пахло свежим кофе. Кружка с молоком согревала ладони, рядом на тарелке лежал пирог с вишней — сладкий, с лёгкой терпкой кислинкой. Завтра — поход в театр, а сегодня… Сегодня у неё было два собеседования и обязательная прогулка по центру. Съёмная однушка казалась ей временным убежищем, а мысль о просторной квартире упиралась в одно — нужна постоянная работа. В это же время Сергей никак не мог выбросить из головы тот самый сон. Если Карина решила бы, что это просто ночная фантазия, он — нет. Слишком реально всё было: тепло её кожи, взгляд, дыхание. Такого не придумаешь. Он был уверен — он никогда её не видел, и всё же ощущение её присутствия в жизни было навязчивым. Просматривать подписчиков? Смешно. Их у него больше ста тысяч, и все — лица, теряющиеся в бесконечной ленте. Да и некогда. Телефон глухо завибрировал — Шамина в WhatsApp требовала сканы документов. Он уже знал: если не отправит — она его «съест» без соли. Но даже эта перспектива не могла до конца заглушить тихое послевкусие сна. Ночь снова принесла им обоим один и тот же сон. Но на этот раз всё выглядело иначе. За окном квартиры Горошко небо было затянуто серыми облаками, и крупные хлопья снега медленно кружились в воздухе, прилипая к стеклу. Свет с улицы ложился мягким, рассеянным оттенком, делая гостиную ещё уютнее. Комната была в тёплых тонах — коричневый диван, тёмные шторы, на полках аккуратно стояли рисунки и игрушки от фанатов, над компьютерным столом с ноутбуком висела гирлянда. В углу — высокий шкаф с книгами, а на столике под окном лежала стопка журналов. На диване сидела Настя, подруга Карины, и, не поднимая головы, листала телефон. Рядом расположились Лиза и Влад — друзья Серёжи. Они оживлённо спорили о чём-то своём, жестами перебивая друг друга. Но для Карины и Сергея весь этот фон был едва заметным шумом — словно они находились в своём отдельном пространстве. Они танцевали. Музыка лилась тихо из телефона, её ритм был мягким, почти интимным. Сергей был одет по-домашнему — бело-голубая тельняшка, чуть потертая на плечах, и простые чёрные штаны. На Карине — серая футболка и свободные штаны от пижамы с надписью «No work just beer». Она подняла руки к его плечам, чувствуя тепло под тонкой тканью. Его ладони опустились ниже, на бёдра, задержались там. Карина легко склонилась к нему, коснулась губами шеи, щёки. Сергей закрыл глаза на секунду — и позволил себе раствориться в этом моменте. В этот раз он не думал о том, что это сон, и не боялся, что она исчезнет. Поднявшись на носочки, Карина поцеловала его в мочку уха и тихо прошептала: — Я хочу тебя. Всё его тело отозвалось мгновенно, горячей волной. Он наклонился ближе, шепнул в ответ, почти касаясь её губ: — Мы можем на кухне? — Нет, — тихо, но твёрдо ответила она, скользнув взглядом в сторону дивана, где сидели друзья. И всё оборвалось. Сергей резко приподнялся на кровати, чувствуя, как сердце колотится. Опять. Опять она. И снова — как живая. Он потянулся за телефоном, открыл ВКонтакте, принялся листать список подписчиков. Лица мелькали одно за другим — десятки, сотни, тысячи девушек. Он даже набрал в поиске её имя, хотя сам понимал, что это бессмысленно. Не нашёл. Опустил телефон на кровать и провёл ладонью по лицу. В комнате было тихо, только за окном хрустел снег под колёсами редких машин. Может, её просто не существует? — подумал он. Но от этого почему-то стало только тяжелее.