Будущее — неизвестность

От автора! Дорогие читатели! Простите за этот выкрутас, но это было жизненно необходимо! В этой главе вы увидите приятный (а может и нет) сюрприз. Всё зависит от Вашего восприятия. Очень надеюсь, что эта глава Вас не разочарует. Простите, если не смогла оправдать каких-то Ваших ожиданий. Приятного чтения!

Я так люблю тебя, но смею ли сказать?..

Густой туман застилал округу так, что деревья в нём тонули, создавая лишь причудливые силуэты. Прохожие щурили глаза, пытаясь разобрать что-либо в этой мгле. Прохлада опускалась на помрачневший город, срывался мелкий-мелкий дождь. В воздухе витал тяжёлый запах печёного хлеба. В доме Франца было тихо. Неа сидел в комнате на втором этаже, смотря в запотевшее окно и видя лишь очертания корявых ветвей, напоминавших сейчас цепкие лапы, стремящиеся забрать тебя. Золотисто-медовые глаза сейчас немного потемнели, в них виднелась задумчивость и отрешённость. Он сидел на стуле, облокотившись на подоконник, а в руке держал раскрытую книгу, что нашёл на одной из полок. Вот уже в течение полутора часов Ной пытался вникнуть в смысл написанных строк, но каждый раз его собственные мысли начинали застилать всё сознание целиком. Неа положил книгу на широкий подоконник и вышел в коридор, направляясь вниз, в гостиную. Там, на диване, прижав к себе колени и обхватив их руками, смотрел в распростёртое окно Аллен. Его волосы растрепались, и спутанными ниточками они спадали чуть ниже плеч, ярко выделяясь на фоне тёмно серого свитера. Его пальцы непроизвольно сжимались и разжимались. Глаза отражали безвыходность его положения, они словно стали отражением этой холодеющей сегодня погоды. Такие же серые, безжизненные и невероятно холодные. В них нет слёз, в них - застывшее серебро. Неа мягкой поступью вошёл в комнату, но мальчик даже не заметил этого, он продолжал упираться пустующим взглядом в окно. Ной обошёл небольшой диван и присел перед Алленом на одно колено, положив свои тёплые ладони на его остывшие руки. Мальчик перевёл свой взгляд вниз, встречаясь с золотисто-медовыми глазами и слегка нахмуренными бровями. Неа потянул одну руку к лицу Аллена и дотронулся кончиками пальцев до щеки. Холодная. Он очертил линию скулы, а потом погладил щеку, не убирая руки. Взгляд мальчика был холоден, не выражал ни одной эмоции. Аллен прикрыл глаза и доверчиво легонько облокотился на подставленную тёплую ладонь. Приятное тепло растекалось по телу, даря небывалое спокойствие и чувство защищённости, которые нельзя прогнать прочь. Неа улыбнулся краешками губ и, приподнявшись, коснулся мягким поцелуем юношеского лба. Он отнял руку от прохладной кожи и собирался уйти, как Аллен схватил его за краешек рукава белой рубашки. Его хрупкие пальцы сжимали тонкую ткань, не позволяя уйти. Неа тихо вздохнул, а потом присел рядом с мальчиком, обхватывая его за плечи обеими руками, прижимая к себе в крепкой хватке. Он чувствовал, как бьётся рядом в размеренном ритме сердце этого сильного, но в тоже время слабого мальчишки, желающего получить наконец своё счастье, что так ярко было описано в читаемых им в далёком-далёком детстве книгах. - Всё будет хорошо, - разнеслась, чуть ли ни эхом, по комнате бархатистым приятным голосом фраза. Неа прикоснулся губами к серебристой макушке, прижимая к себе подрагивающее тело. Аллен опустил голову, прячась за копной пушистых волос. До слуха Ноя донеслось шмыганье носом и тихие всхлипы. Мальчик затрясся всем телом и разревелся, подобно маленькому ребёнку, копившему в себе все тягости жизни, отнюдь не детской жизни. Неа уткнулся носом ему в волосы, поглаживая руками вздрагивающие плечи. Он понимал, как никто другой, что мальчику страшно, просто напросто страшно. Разве это запрещено? Бояться? Нет. Никто не вправе запретить нам этого. И, каким бы смелым ты ни был, страх всё равно будет преследовать тебя. Как нет в мире ничего вечного, нет и тех, кто мог бы с высоко поднятой головой сказать: «Я ничего не боюсь!». Так говорят только трусы. Аллен снова громко всхлипнул и сжал в пальцах мохнатую ткань своего свитера на груди. - Не бойся, - ласковым голосом, словно любящая мать, говорил Неа, - я рядом, - и это правда, теперь он совсем близко. Достаточно протянуть трясущуюся руку и уже коснёшься бьющегося сердца в груди. Неа развернул Аллена к себе, пытаясь заставить того посмотреть ему в лицо. Серебряные глаза застилала пелена из рвущихся наружу слёз, прозрачных, холодных. - Аллен, - серьёзным тоном сказал Неа, сжимая пальцы на трясущихся плечах, - посмотри на меня, - у мальчика просто началась истерика, и сложно было теперь её остановить. Неа снова прижал к себе трясущееся тельце, лаская спину и поглаживая голову, нашёптывая тихо какие-то любовные фразы, целуя в висок, зарываясь носом в мягкие волосы. Аллен сжал в бледных пальцах ткань рубашки на спине и вжался лбом в его плечо, продолжая выпускать наружу накопившиеся эмоции и весь тот страх, что он сдерживал годами. - Глупый, - с нежной улыбкой на губах произнёс Ной, смотря в потолок, - я же что-нибудь придумаю, - пытался уверить он друга, – Или ты думаешь, я не смогу? – с толикой возмущения, но, всё с той же улыбкой на губах, говорил Неа, – Так ты не сомневайся, просто доверься мне, - он не знал, слушает ли его Аллен, слышит ли всё это, но так ему было спокойней. - Не бойся, Аллен, я буду рядом, - прикрывая глаза и утыкаясь носом мальчику в районе виска, продолжал Ной, – Я больше не оставлю тебя, - на самое ухо сказал Неа, опаляя его горячим дыханием, чувствуя, как утихает тельце рядом, как стихают громкие всхлипы, как перестают дрожать плечи, как расслабляются сжавшие ткань рубашки пальцы. А Ной продолжал гладить волосы, спину, прижимать к себе, даря своё тепло, свои чувства. - Н-неа, - дрожащим голосом произнёс Аллен, заставляя себя успокоиться, - не оставляй меня, - тихо произнёс мальчик, опять сжимая в пальцах тонкую ткань. - Не оставлю, не бойся, - успокаивающе говорил Неа, блаженно улыбаясь. - Обещай, - голос дрожит, он боится. - Обещаю. Клянусь, я не оставлю тебя снова, - такие важные для многих слова, они были, наконец, произнесены. Аллен слегка отпрянул от Неа, упираясь ему ладонями в грудь, всё ещё хлюпая носом, волосы закрывали покрасневшие глаза, но не скрывали мокрых щёк. Ной обхватил лицо мальчика пальцами и прикоснулся губами ко лбу, потом к щекам, кончик носа, мимолетный поцелуй в уста. Нежно, бережно, аккуратно, даря свою любовь в каждом действии. Аллен поднял свой заплаканный взгляд на Ноя, потянувшись слегка вперёд. Неа не заставил себя ждать, он спокойно припал к столь желанным губам в нежном поцелуе. Мальчик обвил руками шею Ноя, прижимаясь ближе. Он сам попытался углубить поцелуй, но Неа не позволил ему перенять инициативу. Проведя языком по нижней губе и прикусив её нежно, он принялся обследовать глубину рта, лаская нёбо и водя по зубам, вовлекая в бешеный танец язык мальчика. Когда воздух стал кончаться, они отпрянули друг от друга на считанные сантиметры, ощущая тёплое ласкающее дыхание на собственной коже. Взгляд Аллена потеплел, глаза блестели в тусклом свете дня. Неа мимолётно чмокнул мальчика в кончик носа, а потом поцеловал в шею, оставив на ней маленький след своего присутствия. Аллен залился краской смущения, его щёки моментально приобрели столь ценный для его кожи румянец, который для многих показался бы скорее нездоровым. Неа с улыбкой довольного хищника посмотрел на мальчика, пошло облизывая губы. Аллен отвернулся от него к окну, хмуря тонкие брови. Неа нежно коснулся губами скулы, оставляя кончиком языка маленькую влажную дорожку. Он схватил мальчика за волосы на затылке и аккуратно потянул вниз, заставляя откинуть голову назад, позволяя укусить себя за кадык, оставить мокрый след почти до самой ключицы. Неа бережно огладил бока, надавил, повалив на диван. Аллен резко выдохнул, когда Ной навис над ним, он обвил его шею руками и потянул на себя, вовлекая в поцелуй. Сумасшедший, требовательный, переполненный эмоциями. Когда Неа стал задирать мохнатый свитер вверх, по телу пробежалась волна мелкой дрожи, от приятного тепла кожа покрылась мелкой россыпью. Четырнадцатый сминал припухшие губы, кусал, посасывал, сплетал в бешеном ритме их языки. Оторвавшись от сладких уст, перешёл к шее. Оставил на ней несколько алеющих пятнышек, за что Аллен в отместку до боли сжал его плечи. - Так не честно, - довольно улыбаясь, проговорил Ной на самое ухо сероглазому. - Всё честно, - на выдохе произнёс Аллен, чувствуя тёплые руки, ласкающие его живот, сминающие соски и оглаживающие линии рёбер. - Я так долго желал этого, - с грустью произнёс Ной и снова припал к губам седовласого мальчишки, теребя пальцами соски, от чего Аллен начинал стонать, мыча ему в рот. Неа стянул с мальчика свитер и бросил его подле дивана, начиная выцеловывать молочную кожу, покрывая её розовыми пятнышками и мокрыми дорожками. Он прильнул губами к впадине пупка и нежно прикусил мягкую кожу, прошёлся языком по линии шрама. Аллен ронял свои стоны один за другим, окончательно проваливаясь в пучину возбуждения и желания. Он хотел, но в тоже время рассудок говорил ему, что это неправильно, что так он говорит, что сдаётся и полностью отдаёт себя воле Четырнадцатого. Но эти тёплые ласкающие руки, влажные губы, бархатный желающий голос, нашёптывающий на ухо какие-то слова, шершавый язык, ласкающий соски, - всё это заставляло отодвинуть на задний план свой чёртов рассудок и просто отдаться ощущениям, желаниям, воспоминаниям. - Аллен, - охрипший, севший голос, - я так хочу тебя, - и снова страстный поцелуй, от которого уже болят губы. Неа скинул с себя рубашку, оголив красивый торс. Когда их тела соприкоснулись, по телу огромной волной прошло возбуждение, заставляющее желать лишь большего. Неа положил свою ладонь на пах седовласого и несильно сжал, Аллен шумно выдохнул, а потом пустил громкий стон. Четырнадцатый довольно облизнулся, чувствуя, как сильно напряглось под ним молодое тело, желанное тело. Неа быстро стянул с мальчика штаны, отбросив их туда же, куда и свитер, а после пробрался пальцами под нижнее бельё, лаская возбуждённую плоть. Аллен начал стонать ещё громче, изредка вскрикивая, хотя казалось, куда ещё громче. Звуки, издаваемые им, были самыми прекрасными, что когда-либо слышал Ной, так ему казалось. - Неа, - на выдохе, задыхаясь собственными стонами, бросил Аллен. Ной обхватил пальцами член мальчика и стал ритмично водить по нему вверх и вниз, теребя мошонку, лаская яички, перебирая их. Его губы блуждали по телу седовласого, целовали ключицы. Он прокусил молочную кожу, оставив багровый след, потекла красная капелька, сразу очутившаяся на языке. Терпкий вкус железа дурманил, подобно крепкому вину. И вот уже и нижнее бельё лежит на полу, а Неа задыхается от собственного желания. Он согнул ноги Аллена в коленях, раздвигая в стороны, устраиваясь между них, снова целуя покрасневшие губы. Ной провёл ладонью по всей длине ствола мальчика, цепляя чувствительную головку, ловя ошеломительный стон на грани с криком. Он провёл пальцами по промежности, проталкиваясь в тугое колечко мышц. Первый палец вошёл без проблем, Аллен почувствовал, как что-то внутри него медленно двигается. Когда Неа протолкнул второй, он слегка поёрзал от не совсем приятных ощущений. Третий доставил ещё больше дискомфорта, заставляя испытывать тупую боль, морщить нос, сводить брови к переносице. Неа снова стал что-то нашёптывать на ушко, опаляя его горячим дыханием. - Расслабься чуть-чуть, - севшим голосом просил он, тяжело дыша, испытывая болезненное желание. Аллен что-то промычал, мотая головой, его пальцы сжимали плечи Четырнадцатого; левая рука оставила несколько болезненных царапин. Не в силах больше терпеть Ной вытащил пальцы, приспуская натянувшиеся брюки. Он приставил сочащуюся смазкой головку к покрасневшему отверстию, медленно и плавно толкаясь внутрь, целуя мальчика под собой, пытаясь облегчить ожидания приятных ощущений. Аллен мотал головой из стороны в сторону, постанывая, густые ресницы подрагивали, а со лба по виску скатилась капелька пота. Когда Неа вошёл полностью, он остановился, давая привыкнуть и привыкая сам к этому сладкому ощущению узкости. Аллен открыл глаза, в их уголках застыли хрустальные слёзы, которые тут же скатились по щекам, и притянул Ноя к себе. Они вновь сплели свои языки в страстном танце, словно пытаясь съесть друг друга. Неа сделал первый толчок и зашипел, от того что Аллен лишь сильнее сжался, прикусывая нижнюю губу; по подбородку потекла тоненькая струйка. - Аллен, посмотри на меня, - низким голосом попросил Ной. Аллен открыл зажмуренные глаза и посмотрел болезненным взглядом на него. Неа лишь улыбался, нежно, искренне. Мальчик выдавил из себя улыбку, хмуря тонкие брови, сжимая пальцы в кулаки. Он глубоко вдохнул, а потом – выдохнул. Неа вновь сделал толчок, а за ним ещё один и ещё. Медленно, размеренно, аккуратно. Аллен обхватил ногами талию Ноя, насаживаясь на горячую плоть. Когда Неа нашёл заветную точку, седовласый выгнулся дугой, крича что-то нечленораздельное. Каждый раз, задевая простату, Четырнадцатый наслаждался поистине упоительными стонами, временами больше похожими на крики. В глазах рябило, а голоса сели. Голова гудела, словно кипящий чайник, а сердце билось в долгожданной агонии. Неа выходит и резко входит до самого основания, кончая внутрь мальчика, ощущая тёплую сперму и на собственном животе. Неа вышел из обмякшего тела, наваливаясь сверху, от чего Аллену стало трудно дышать. Он чувствовал, как стекает по бедру вязкая жидкость, как гулом отдаётся собственное дыхание, и как бешено стучит сердце Неа рядом с его собственным. Неа поцеловал Аллена в висок, кончиком носа проводя маленький круг, улыбаясь блаженно. И мальчик это чувствовал, чувствовал всем естеством, что Ной безмерно доволен, наконец. И ничего не нужно больше им в этот момент. Прохлада медленно начинала обволакивать их тела, и Неа решил больше не залёживаться на диване. Он медленно поднялся на ноги, разминая спину, приводя сбившееся дыхание в окончательный баланс. Аллен продолжал лежать на диване, по телу мелкой россыпью ходила дрожь, причинённая холодным воздухом. Он перевернулся на бок и свернулся в клубок, пытаясь удержать тепло. Седовласый прикрыл глаза, хотелось спать. - Аллен! Не спи, - громко и с толикой смеха в голосе произнёс Неа, сгребая его одежду в охапку и подходя к нему. - Я спать хочу, - капризно произнёс мальчик, поёжившись. Неа прыснул в кулак, он схватил его за плечи и посадил, натягивая штаны. Аллен сонно глядел на действия Ноя, отнюдь не мешая ему. Что-то совсем иное волновало его сейчас. По какой-то причине, удовольствие вместе с пережитым теплом быстро начинали покидать его тело, казалось, будто сами чувства стали уходить прочь. Неа подхватил мальчика на руки и мягко улыбнувшись, поцеловал в лоб. - Сначала в ванну, - тихим голосом произнёс Ной, неся не перечащее ему тело наверх. Аллен совершенно безэмоционально позволил себя вымыть и даже одеть. Такое настроение насторожило Неа, но предпочёл списать всё на сильную усталость и последние произошедшие с ними события. Вечер кротко вступал в свои права, затапливая округу чёрной, как смоль, мглой. Неа сидел на диване всё в той же гостиной, читая книгу, смысл которой, он мог, наконец, понять. На его коленях, мерно посапывая, под тёплым пледом спал Аллен. Пушистые ресницы едва-едва заметно подрагивали; он был похож на маленького ребёнка, что утомился после долгого дня, сжимая пальцы в кулачках. Через какое-то время пришёл Франц, который (как всегда) начал что-то ворчать по поводу непутёвого друга. Наперекор всем правилам вечер проходил мирно, казалось, ничто не может их потревожить сейчас. Горящая печь, в доме тепло, тихие голоса двух мужчин и детское сопение юноши. Однако судьба вновь распорядилась, совсем иначе.