Затишье

                        Стрелки часов уже давно перевалили за полночь, когда дождь прекратился. Лишь лужи, в которых отражались огни ночного Альт-Сити, служили подтверждением недавно бушевавшей непогоды. Город застыл в тишине, которую прерывали только полицейские, снующие туда-обратно. Комендантский час уже как пару часов вступил в силу и, учитывая завтрашний крупный фестиваль, охрана города была в максимальной готовности задержать любого правонарушителя. Конечно, это было бы большой проблемой для любого, кто, по какой-то неведомой причине, решился бы прогуляться в такое время. Да, это было бы серьезной проблемой для любого…кроме главного секретаря Империи.       Кто в здравом смысле решится его задерживать? Нет, определенно, никто не хотел себе лишних проблем.       Этим и воспользовался Калеб, чья голова была слегка затуманена от выпитого алкоголя. Вероятно, будь он в трезвом состоянии, ему в голову никогда бы не пришла настолько глупая идея.       Но сейчас… Зачем любоваться видами Империи из окна, когда ими можно насладиться с сиденья своего любимого мотоцикла? — Да тише ты. — тот рявкнул вполголоса на парня, которого крепко держал за руку и который абсолютно точно не хотел быть тихим.       Покидая кабинет, тот умудрился два раза врезаться в стену и один раз в бедную Райю, которую заранее попросил не выводить алкоголь из организма. Та, конечно, возразила, но был ли смысл спорить с Лололошкой, который вбил себе что-то в голову?       Помимо покалеченной, скорее в моральном плане, Райи, под раздачу попала очередная (третья? Или четвертая…) бутылка вина, что парень решил прихватить с собой, пару виниловых пластинок, что шатен так же решил умыкнуть, и пальто, которое было нагло стянуто в Калеба и накинуто на плечи коммисара.       Если пальто было еще простимо, то с винилом — его любовью и гордостью — расставаться было сложнее. Но Лололошка слезно умолял одолжить их ненадолго, обещал, что лишь послушает их дома, и сохранит в целости и сохранности. И у кого будет настолько холодное сердце, чтобы отказать этому парнишке?       — Не боитесь быть пойманным полицейскими, а, товарищ главный секретарь? — Комиссар слегка усмехнулся, прислоняясь к стене и выжидающе смотря за действиями вышеупомянутого, что, тихо ругаясь себе под нос, пытался выискать нужный ключ, чтобы закрыть кабинет. — Особенно не один?       — Я просто скажу им, что схватил особо важного преступника и как раз… — все-таки рассправившись со злосчастным замком, Калеб встал, подходя к Дейву и ставя руки на стену, как раз по обе стороны от головы шатена. -…вёл его на стирание.       — И какие же преступления вы приписываете мне? — наглая ухмылка так и лезла на лицо Лололошке. — Заговор против Империи? А может, похищение засекреченной информации, подделку документов, выход за купол-       — И еще 97 мелких правонарушений. — добавила Райя, что парила где-то в стороне       — Кражу. Винтажных виниловых пластинок. В особо крупном размере. — Калеб приблизился к лицу парня напротив, практически касаясь чужих губ своими — И пальто.       — Неужели, это — всё, что я у тебя украл? Что насчёт-       — Даже не надейся. Своё сердце я отдал тебе по собственному желанию.

***

      Всё же умудрившись спустить вниз, не нанеся больше никаких повреждений мебели или недавно покрашенным стенам, Калеб быстро выискал глазами свой мотоцикл. Тот стоял там, где ему и было положено — на парковке, и оставался единственным средством передвижения, что виднелось в округе.       Комиссар повис у того на плече, затрудняя движение. Но Брюнет был совсем не против — тепло, что разливалось в душе и согревало все тело, было отличной заменой отобранному элементу одежды. Доведя это, не особо способное идти самостоятельно, создание до транспортного средства, Калеб с недовольством подумал о том, что шлем у него был лишь один.       — Калеб, вождение транспортного средства в состоянии легкого алкогольного опьянения повышает вероятность аварии на 37-       — Молчи, Райя. Я смог бы проехать всю Империю с завязанными глазами, это — пустяк.       И он не преувеличивал, ведь, помимо винила, огромной страстью его являлись мотоциклы. Жажда огромных скоростей с детства преследовала его, вынуждая рисковать в погоне за желанным адреналином. Но сегодня следует приглушить тот голос, что вечно говорит ему жать на газ сильнее, и сильнее, и сильнее -. Кто знает, как такие скорости выдержит комиссар? Подвергать его лишней опасности… Нет. Не сегодня.       — Держи. — Тот самый шлем был опущен на голову Лололошки, который приподнял слегка бровь в немом вопросе. — Не хватало еще, чтобы что-то случилось с твоей головой. Ты у нас, как никак, отвечаешь за главные мыслительные процессы Сияния.       — Фактически, Калеб-       — Молчи. — быстро брошенный хмурый взгляд в сторону Райи сделал своё дело, заставляя ту лишь «улыбнуться» и, сказав: «Ухожу в скрытый режим», расствориться в воздухе.       Вот же, действительно, последний изыск сферы технологии. Или же наоборот, древнейший —       — Не боишься испортить свою прическу? — Дейв нагло расположился на сидении мотоцикла.       — Ха-ха. — Главный секретарь лишь закатил глаза, занимая свое место на транспортном средстве. Чужие руки обняли его, прижимаясь грудью к спине, а теплое дыхание, около собственной шеи, заставляло покрыться кожу мурашками.       — И куда же мы отправимся?       Этот вопрос застал брюнета врасплох. Действительно, в его плане на ночь было продумано всё… кроме места назначения. Возможно, это был последний раз, когда он увидит Альт-Сити. Последний раз, когда он сможет проехать по знакомым улицам, на которые раньше он и не обращал внимания. Зачем? Он и так знал тут всё наизусть. Стоит повернуть в конце улицы направо — там была замечательная пекарня, куда Калеб любил заскочить во время обеденного перерыва. Дорога влево вела к выезду из города — уж это мужчина запомнил, когда гонялся за комиссаром Дейвом, выискивая информацию о нем. А если ехать прямо —       — Что скажешь насчет Набережной? — Калебу казалось, что это было идеальным вариантом.       Лололошка лишь кивнул, а после полез рукой куда-то в карман, выуживая оттуда незамысловатый девайс, к которому, судя по всему, были подключены-        — Наушники. Ты же поделился со мной своей музыкой. Мой черёд. — Парень передал один из наушников брюнету, вставляя второй себе в ухо и включая, ранее неслыханную главным секретарём, мелодию.

***

      Яркий свет фонарных столбов, что освещали пустой ночной город, быстро пролетали мимо них, заставляя слегка прикрыть глаза, дабы лучше видеть дорогу и не улететь, ненароком, в ближайший кювет. Крепкие руки продолжали обнимать его, прижимаясь всё ближе, ближе, ещё сильнее.       Совсем не похоже на то, что тот боялся упасть, нет. Он словно боялся того, что если отпустит Калеба хоть на секунду — тот пропадёт, растворится в этой ночной темноте, как все те фонари и здания, что они уже проехали.       » Ты смог научить меня смелости звёзд       Прежде, чем покинуть навсегда »       Музыку, что звучала из единственного наушника, не заглушал даже громкий рёв мотора его двухколёсного друга. Возможно, ему стоит пересмотреть свою любовь исключительно к винилу. Ведь его, к сожалению, никак нельзя было взять в такие ночные поездки по городу.       О, опредёленно, когда он вернется из-за купола, он так и поступит. Вероятно, Лололошка любезно поделится с ним парочкой любимых песен.       » Как свет продолжает нестись       Даже после своей смерти »       Главный секретарь повернул слегка голову, внимательно следя за выражением лица паренька. И, О, Святые Ала и Терра, он никогда не видел ранее ничего подобного. Шатен радостно вертел головой по сторонам, рот того был слегка раскрыт, явно, что от восхищения. Глаза словно горели, и совсем не было понятно — то был их собственный свет или же лишь отражения уличных ламп.       Комиссар точно хотел что-то сказать ему, но, казалось, что просто не мог подобрать нужные слова.       » Словно задыхаясь,       ты пытался объяснить бесконечную истину- »       -Мне кажется, — Дейву пришлось слегка прикрикнуть, чтобы его смогли услышать и сквозь звучание мелодии и сквозь шум мотора, — Я теперь понимаю, почему у тебя такая страсть к мотоциклам!       Калеб лишь засмеялся, переводя взгляд обратно на дорогу. Чужая голова опустилась тому на плечо, создавая приятную тяжесть.       » Как невероятно редко и прекрасно то,       Что мы существуем »

***

      Набережная встретила их тихим шумом прибоя и полицейскими, что, лишь поняв кто прибыл на место, поспешили ретироваться. Мудрое решение, подумал про себя Калеб.       Словно джентельмен, тот подал руку Лололошке, что тихо засмеялся, но принял её, вскочив с насиженного места. Голова комиссара немного кружилась, потому он крепко сжал предложенную ему ладонь, не смея отпускать.       » Я так хотел попросить тебя       Рассказать всё это снова »       Место, откуда открывался наилучший вид, было выбрано сразу — небольшой пирс, что уходил на несколько десятков метров вперёд, разрезая водную гладь.       Лололошка первым направился туда, потянув Калеба за собой и крикнув что-то вроде: «Не отставай!», пустился в легкий бег.       » Я пытался всё это записать       Но так и не смог найти ручку "       Смотря прямо в спину парня, у Калеба, казалось, в который раз за день перехватило дыхание. Тот свободно развёл руки в стороны, стоя у самого края. Еще чуть-чуть, один шаг — и тот мигом бы упал в воду, а, может быть, и прыгнул бы сам.       Лёгкий ветер развивал слегка волнистые волосы, заставляя Лололошку то и дело убирать пару упавших на лицо прядей назад.       Здесь, прямо сейчас, он казался таким свободным, лишённым каких-либо проблем и забот. Поселение? Нет никакого поселения. Повстанческое движение, активная материя, что, о чем это вы?       Свобода. Может, это — то, чего так не хватало этому пареньку?       А Калебу?       » Я бы отдал всё, чтобы услышать,       Как ты вновь скажешь — »       Никто в Алотерре не имел понятия о том, что есть истинная свобода. Право сменить алгоритм? Выбор места для проживания?       Нет, какая это всё чушь…       — Ты о чём задумался?       Голос вывел брюнета из размышлений, заставляя посмотреть на Лололошку, что сейчас стоял к тому лицом, мило улыбаясь.       — Явно ведь не о том, чтобы утопить меня? Учти, если это так, то свой шанс ты потерял.       — Дурак. — Калеб ответил тому, без какой либо злобы в голосе. — Просто напросто думал о том, что убей я тебя ещё при нашей первой встрече — сейчас бы мирно спал в своей уютной кровати.       В ответ ему донесся лишь смех.       » Что Вселенная была создана… "       Небольшие волны бились о причал, оставляя следы капель на одежде обоих парней. Лицо главного секретаря слегка наклонилось, увлекая младшего парня в поцелуй. Ни один из них не посмел закрыть глаза, нет, они смотрели — пытаясь запомнить этот момент. Глаза Лололошки искали в нём что-то и, чем бы это ни было, он явно смог это отыскать, а потому, прикрыл веки, подаваясь вперёд.       » Лишь чтобы я смог увидеть её       своими глазами. »

***

      Чужие пальцы зарылись в его волосы, перебирая, слегка оттягивая длинные пряди назад. Собственные же руки обвились вокруг талии коммисара, удерживая того, крепко прижимая к себе, не позволяя отстраниться.       Мягкие губы неумело отвечали на поцелуй, пытаясь повторять за действиями самого Калеба. Он не был глубоким, ни о каких искрах, летящих во всю сторону, и речи быть не могло — сейчас это было ни к чему. Они лишь пытались насладиться этим моментом, друг другом, полностью, так, чтобы это отпечаталось в сознании навсегда.       Отстранившись, когда воздуха стало не хватать, Калеб аккуратно убрал прядь волос, вновь упавшую на лицо юноши, за ухо. Он только сейчас понял, что Лололошка так и не надел свои очки обратно. И как же тот был рад данному факту.       — Еще кружок вокруг Альт-сити?       «Словно задыхаясь,       Я объясню тебе бесконечную истину-       Как невероятно редко и прекрасно то,       Что мы существуем.»