Танцор Фламенко

Барселона, Испания. Утро следующего дня. Итан. Утро не задалось с самого начала. Мало того, что умываться пришлось ледяной водой. И завтракать на бегу, давясь бутербродом и обжигаясь кофе, потому что кое-кто, разумеется, всё-таки проспал. Так еще и общее настроение было далеко не прекрасным. Сказать, что мой парень был раздражен «сюрпризом», полученным накануне по WhatsApp- значит, ничего не сказать. А так как сдерживать эмоции он не привык, о том, что у Давида Дамиано хреновое настроение, в 8 утра уже знал весь дом. Яростно хлопнув дверью ванной, так что стены задрожали, он обматерил холодную воду в кране, упавший под раковину тюбик пены для бритья, а заодно и соседскую болонку, чей визгливый лай в ответ на весь этот шум, выбесил его еще больше. Наученный горьким опытом, я знал, что в такие моменты лучшее для меня - это заткнуться. И просто игнорировать демонстративные проявления бурного темперамента моего горячего гитариста. Поэтому я молча жевал свой бутерброд, одновременно гладил белую рубашку, в которой Дамиано собирался идти на собеседование, и бесстрастно выслушивал всё, что Давид думал о жадных квартирных хозяйках, мерзких собаках и людях, назначающих собеседования на 9 утра, когда вся Испания является на работу едва ли к 10. Наконец, выскочив на улицу в начале девятого, мы разбежались в разные стороны. Я поспешил в магазин музыкальных инструментов на площади Каталонии, где периодически подрабатывал, подменяя постоянных продавцов. Дамиано - в рекламное агентство, отозвавшееся на его резюме. Два курса на факультете маркетинга, оконченные до того, как он бросил колледж и решил заняться только музыкой, теперь давали смутный шанс получить должность стажера. Но даже на работе я не смог отвлечься. Давид не звонил. Посетителей не было. И занять мысли чем-то другим, кроме как снова и снова прокручивать в голове произошедшее вчера, было нереально. Честно, я так и не понял, почему Дамиано тогда так взбесился? Что вообще можно было высмотреть на этом, не самого лучшего качества, фото? Мое мнение – просто у кого-то слишком богатое воображение. Именно поэтому, когда с номера, от которого мне упала вчерашняя фотография, пошел входящий вызов, я снял трубку. Ну ладно, признаюсь! Конечно, мне было любопытно, тот ли это, о ком я подумал. И я не ошибся. - Привет, это Деймон. – голос звучал неуверенно, словно ты сомневался, попал ли по адресу. Мой английский, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Поэтому кроме как «Привет», я решил ничего не говорить. Но тебе и этого было достаточно. В трубке радостно раздался поток английских слов. Слава Богам, ты говорил достаточно медленно, и я хотя бы мог понимать общий смысл. В прошлый вечер переводчиком выступал Дамиано. Сейчас мне пришлось справляться самому. Хотя ничего сложного. Всё предсказуемо. Получил ли я фото рисунка? Да. Спасибо. Пауза. Дальше снова ожидаемый вопрос: не хочу ли я поработать моделью для полноценной картины? Не знаю. Не хочу ли я встретиться и обсудить это? Я посмотрел на часы. Скоро заканчивается моя рабочая смена. Сегодняшнее выступление на Рамбле планировалось на 6 вечера. Значит, у меня есть пара свободных часов. Так почему бы, и нет? А Дамиано… Ну, а ему знать об этом было совсем не обязательно. Ведь по сути, что такого примечательного в том, что я выпил чашку кофе с этим милым английским парнем? И поговорил с ним об искусстве. И согласился позировать для портрета. И негласно договорился держать это… в тайне. Не потому, что делал что-то плохое. А потому, что знал, какая реакция будет у Давида на это абсолютно невинное решение. И всё же… С тех пор, как в моей жизни прочно обосновался Дамиано Давид, это был первый случай, когда я позволил себе что-то от него утаить. *** Барселона, бульвар Рамбла, Испания. Две недели спустя. Дамиано. Это была катастрофа. Тот, кто ничего не понимает во фламенко, не смог бы оценить все масштабы произошедшего. Но я-то был в курсе. И поэтому мое сердце сжалось, и руки похолодели от ужаса, когда я увидел, как посреди танца, внезапно, твоя правая нога подворачивается. Ты резко оступаешься, и неловко взмахнув рукой, переносишь вес на левую ногу. Благодаря быстрой реакции, серьезной травмы удалось избежать. Но твои танцевальные туфли… Каблук на правом ботинке оторван практически полностью. И это крах. Сколько стоит профессиональная, качественная обувь для танцев, я знал только приблизительно. И озвученная тобой сумма оглушает. Таких денег у нас просто нет. Мы сидим на каменном парапете набережной, и молчим. Твоя правая нога слегка отекла, и мне больно смотреть на нее. Но тебя это совсем не беспокоит. Твой взгляд прикован к изуродованной туфле. - Ит… А если отнести ее в ремонт? - неуверенно предлагаю я, и осекаюсь. Какой ремонт, это же не обычная обувь. Обувь для танца должна выдерживать двойные нагрузки. И танцор должен быть уверен, что она не подведет. Иначе риск серьезной травмы вырастает в разы. И это вам не банальное растяжение связок. Переломы голеностопа, разрыв связок, травмы мениска. И прощай навсегда, танцевальная карьера. Твое лицо такое бледное, такое убитое. Мои руки сжимаются в кулаки от чувства собственного бессилия. Да, на прошлой неделе свершилось чудо, и меня все-таки взяли на стажировку в достаточно известное агентство. Но первая выплата будет только через месяц, да и сумма там совсем не большая. Наши доходы от подработок едва покрывают оплату комнаты в «пансионе», самую скромную еду, и редкие радости, типа похода в кино на ночной сеанс (билеты дешевле в два раза), или скромных посиделок с друзьями в не самых популярных тапас-барах, где профессионально танцуют фламенко. - Значит, куплю туфли для начинающих. – твой тихий голос произвел эффект раската грома. И вы сейчас поймете - почему. Я подпрыгиваю на месте, и поток яростных протестов и возражений буквально накрывает тебя, как волна. - Ты с ума сошел, что ли, Торкио? Ты понимаешь, что ты несешь? Знаешь, из чего делают такую обувь?!!! В лучшем случае, ты в кровь себе ноги сотрешь, в первый же вечер. В худшем… Можно, я не буду озвучивать, хорошо???!!! - У нас нет других вариантов. А не танцевать я не смогу, - говоришь ты бесстрастно. И я умолкаю. Потому что мне нечего на это возразить. *** Барселона, Испания. Утро следующего дня. Бейкер. Уже в десятый раз вытаскиваю из кармана телефон, и с надеждой смотрю на экран. Ничего. Ни сообщения, ни звонка. Мои пальцы быстро набирают текст, но я снова и снова стираю его, так и не решаясь нажать на «отправить». Вот черт! Нелепая ситуация, в которой мы оказались, сводит с ума. Мы ведем себя, как тайные любовники, со всеми вытекающими отсюда последствиями: встречи украдкой, шифрованные сообщения, запрет на звонки, невозможность никому рассказать о нашей связи. С тем маааленьким отличием, что любовниками мы, как раз-таки, и не являемся. Да… Вот она, твоя счастливая судьба, Деймон… Собрать все минусы. А тот единственный, желанный плюс, который бы всё это с лихвой перекрыл, похоже, так никогда и не наступит. Правду говорят-аппетит приходит во время еды! Еще неделю назад я был счастлив только от того, что мог просто смотреть на тебя. Касаться твоих прекрасных волос. Как бы ненароком дотрагиваться до твоего плеча, когда помогал тебе принять нужную позу для позирования. А теперь мне уже этого до невозможности мало. С каждой новой встречей мне хочется всё больше и больше. Когда ты приходишь ко мне, в съемную студию, где я и живу, и пишу свои будущие «шедевры», у меня внутри всё сжимается. От любви, от желания, такого сильного, такого неутолимого… Мы встречаемся два, иногда три раза в неделю. У нас даже сложился свой определенный, маленький ритуал. Утренний обмен сообщениями, когда ты подтверждаешь, что всё без изменений. Ровно в 9 утра - звонок в домофон, и ты стоишь на пороге. Чуть растрепанные ветром волосы, небрежно накинутая на мускулистые загорелые плечи джинсовая куртка, все еще чуть сонный, расслабленный вид, как будто ты так до конца и не проснулся. Мы идем в отгороженный под кухню уголок, пить кофе. Говорим ни о чем, типа погоды, новостей, планов на день. Разговор то и дело затухает. У тебя - потому что словарный запас всё еще слишком мал, хоть я и стараюсь, как могу, расширить твои знания. У меня - потому что я не могу долго удерживать суть разговора, когда ты так близко, на расстоянии вытянутой руки, и мы наедине, а за окнами шумит Средиземное море. Да, море. Я плюнул на вечное разумное желание сэкономить, и снял квартиру в одном из самых лучших прибрежных районов Барсы. Уволился из Галереи в Лондоне. Взял академический отпуск в Академии искусств, где числился на четвертом курсе. Довел почти до истерики родную мать, когда по телефону сообщил ей, что в ближайшее время не планирую возвращаться в Англию. И изрядно запустил руку в банковский счет, оставленный мне отцом. Но все эти мелочи забываются, когда кофе выпит, ты привычно переходишь в светлую часть студии, ближе к большому окну и широкому бархатному дивану. Ленивым, неспешным движением стягиваешь с себя футболку. Длинными тонкими пальцами расстегиваешь ремень на джинсах. Молния скользит вниз. Джинсы спущены с твоих стройных, смуглых бедер. Вслед за ними, на стоящее рядом кресло летят и трусы. Ах да, я забыл упомянуть? На моей картине танцор будет полностью обнаженным. *** Барселона, Испания. Элитный район «Sarrià Sant Gervasi» Утро того же дня. Итан. - Сын. Это было мое последнее предупреждение. И последний раз, когда я готов был пойти тебе навстречу. Человек, которого я называл своим отцом, резко отодвинул кресло, встал, распахнул окно кабинета, и нервным движением вытащив из пачки сигарету, закурил. Лицо его было непроницаемо. Что же. Я ожидал именно такого ответа. - Еще раз повторяю. Или ты сегодня же возвращаешься домой. Просишь прощения у матери. Восстанавливаешься в колледже. Опять становишься НОРМАЛЬНЫМ парнем, завязываешь с … Ну, ты знаешь, о чем я. И берешься за ум. Тогда я согласен оплачивать твое вечернее обучение Фламенко в «Universitat Autonoma de Barcelona». И даже обещаю подумать насчет летней стажировки в Валенсии. Или я прекращаю любое участие в твоей судьбе. Если ты такой самостоятельный и такой независимый - вперед. Можешь делать, что тебе на ум взбредет. Жить в трущобах, болтаться по улицам со всякой …- он скривился - гопотой. Забросить учебу. Выбор за тобой. Но тогда забудь, что ты имеешь право хоть на какую-то поддержку. Я ушел, не попрощавшись. Как только я вышел на улицу, рука машинально нащупала телефон. Я стал набирать номер Дами, и … не дождавшись начала гудков вызова, сбросил звонок. Мне было стыдно, больно, невозможно рассказать ему о том, что я, как последний идиот, ходил к родителям. В надежде… на что? Что они меня поймут? Поддержат? Дадут в долг сумму, необходимую для покупки этих злосчастных туфель? Действительно, идиот. Я же заранее знал, чем закончится этот разговор. Выдохнув, усилием воли я попытался заставить себя успокоится. Но паника и горечь захлестывали все сильнее. Я перебирал все варианты, и не видел выхода, не видел ничего, что могло бы спасти. Дзынь. Сообщение в WhatsApp. Очередная реклама? «Ты где? Всё в порядке? Жду тебя в студии». Три коротких фразы. Но в эту секунду для меня это были не просто фразы. Это были три маленьких, но крепких якоря. Которые помогли мне удержаться на плаву. *** Часом позже. Бейкер. Я открыл дверь, увидел твое лицо, и тревога накрыла в ту же секунду. Таким я тебя не видел никогда. Без понятия, что случилось. Разберемся потом. А сейчас нужно было срочно вытаскивать тебя из того ада, в котором ты плавал. Схватил за руку, буквально, волоком затащил в квартиру. Усадил на диван. Твои руки были ледяными, несмотря на почти летнюю жару за окном. Ты весь дрожишь, а смуглое лицо сейчас кажется бледным, как бумага. Вот дерьмо, вот дерьмо… Хватаю плед, валяющийся на кресле, поспешно укутываю твои плечи, согреваю в ладонях руки. Потом бегу на кухню, завариваю самый крепкий кофе, и секунду помедлив, вливаю в чашку щедрую порцию бренди, которое друзья привезли мне из Англии. Ты выпиваешь кофе одним глотком, даже не поморщившись. И это уже о многом говорит, так как ты совсем не поклонник крепкого алкоголя. Плюю на этикет, беру бутылку, и наливаю уже неразбавленный бренди. И тебе, и себе. Закутываю тебя сильнее в шерстяной шотландский плед, и присаживаюсь рядом. Обнимаю за плечи, согреваю, успокаиваю, мешая английские и известные мне испанские слова: - Caro… Дорогой… Спокойно, саlmate… Mi buena… Мой хороший, все нормально… Все хорошо… Тебя все еще бьет дрожь. Ты прижимаешься ко мне теснее, мои руки обнимают тебя, ласкают, гладят. Кто же довел тебя до такого?!! Кто? Неужели твой парень? Твое сильное и мускулистое тело так близко. Я касаюсь тебя всё смелее. Руки проникают под плед, глядят плечи, грудь. Ты судорожно вздыхаешь, но не отстраняешься. Наоборот, еще теснее приникаешь ко мне. Дрожь постепенно затихает, и твои руки уже не ледяные, а теплые, нежные. О Господи, становится даже чересчур горячо… Настолько, что слетают все запреты. Все внутренние табу, что я себе установил в отношении тебя. Придвигаюсь вплотную. Осторожно касаюсь губами твоих нежных губ. Секунду мне кажется, что ты хочешь отстраниться, но потом ты выдыхаешь, и также приникаешь губами, отвечая на мой, пока еще легкий, поцелуй. Пара минут, и он уже не такой невинный. Ты приоткрываешь губы, я проникаю языком в твой горячий, влажный рот. Наши языки соприкасаются, узнавая друг друга, лаская, касаясь, и расходясь снова. Ты тихо стонешь, нетерпеливым движением сдергиваешь плед, отбрасываешь в сторону. Мягким движением толкаю тебя, заставляя откинуться назад, на бархат дивана. О да, теперь ты весь передо мной! Такой горячий, уже такой возбужденный, охотно отзывающийся на все мои ласки. Забираюсь сверху, устраиваюсь на твоих бедрах, сжимая их ногами. Стаскиваю с тебя футболку, и задыхаюсь от вида твоего обнаженного торса. Жадными поцелуями покрываю каждый сантиметр твоей гладкой загорелой кожи. О, хоть бы это длилось бесконечно, эта пытка, это наслаждение твоим прекрасным телом! Поочередно захватываю губами напрягшиеся соски. Ласкаю языком, нежно покусываю, засасываю и отпускаю, снова прикусываю, вызывая твои тихие стоны. Бедром чувствую, что у тебя уже полный стояк. О Боже, неужели это происходит на самом деле? Опускаюсь ниже, туда, где граница пока еще застегнутого, пояса джинсов скрывает то, что я хочу сейчас больше всего. Пытаюсь расстегнуть ремень, но руки дрожат от возбуждения. Ты ускоряешь процесс, сам расстегиваешь ремень, ширинку. Приподнимаешь бедра, помогая мне снять с тебя всю эту лишнюю, раздражающую одежду. Стаскиваю свою футболку, легкие домашние брюки. В очередной раз радуюсь, что не ношу нижнего белья. Быстрее, быстрее! Снова падаю на диван, рядом с твоим обнаженным телом. Обхватываю рукой твой напряженно торчащий член. Сжимаю в нетерпении. Провожу рукой от основания до головки. Накрываю ртом. О да, ласкать бы так тебя вечно, заставляя выгибаться от желания, стонать и просить о бОльшем! Но сейчас желание скручивает так, что уже не до долгих предварительных ласк. Слишком долго я ждал, и теперь нет сил сдерживаться. Еще немного, и я кончу только от вида и вкуса твоего влажного, от выделяющейся смазки, члена. Невозможно терпеть! Выпускаю твой ствол изо рта, разгибаюсь. Перекидываю ногу через тебя, чтобы забраться сверху. Но неожиданно, ты противишься. Хочешь поменять расстановку? О, если так, делай всё, как тебе нравится, дарлинг! Покорно передаю тебе инициативу. Теперь уже ты настойчиво толкаешь меня лечь спиной на диван. Подчиняюсь. Что ты задумал? Неужели… О даааааа!!!! Твой мокрый, сладкий рот принимает мой член так глубоко, что я захлебываюсь стоном наслаждения. О господи, о боже! Ты заглатываешь еще глубже. Это невозможно, просто невозможно!!! На какое-то время я теряю ощущение реальности, отдаваясь тем ощущениям, что дарит твой горячий, нежный, дразнящий язык. Прихожу в себя лишь оттого, что чувствую, как ты меняешь позицию. Выпускаешь изо рта мой ствол, такой влажный от твоей слюны. И легко распрямившись, ловко забираешься сверху. О да, о лучшем я не мог и мечтать, мой дорогой! Я не успеваю даже напомнить о смазке. Ты уже быстро подаешься вперед, накрываешь мои губы жарким влажным поцелуем. Я чувствую свой вкус, свой терпкий, резкий запах. Дьявол, как же это заводит! Ты прерываешь поцелуй, смещаешься ниже. Удобнее устраиваешься на моих бедрах. Грациозно приподнимаешься. Длинные красивые пальцы обхватывают мой член. И направляют его в твою нежную, розовую дырочку. Выдыхаешь, на секунду замираешь, привыкая к размеру, к ощущениям. И начинаешь плавно, не спеша, насаживаться на мой твердый ствол. Склоняешься ниже ко мне, опираешься руками о мою грудь. Усиливаешь движения. Твои жаркие, крепкие, тренированные бедра то поднимаются, то опускаются. Влажная от слюны, узкая дырочка обхватывает, сжимает. Так, что я захлебываюсь в стонах. Ты вторишь мне, продолжая свою яростную скачку, свой развратный танец. Твои волосы рассыпались по плечам. Они падают мне на грудь, на лицо, как прекрасное шелковое покрывало. Вид твоего горячего, прекрасного, жаркого тела сводит с ума. Это слишком восхитительно, чтобы быть правдой! Позволь мне сделать тебе еще приятнее, дорогой... Одной рукой хватаю твой торчащий член, и начинаю дрочить тебе, в такт твоим движениям. Давай, дарлинг! Хочу, чтобы тебе было хорошо, мой прекрасный танцор! Похоже, для тебя это уже было чересчур. Стоны переходят в всхлипы. Судорожно дергая бедрами, ты ускоряешься. Я и сам уже держусь из последних сил, чтобы не кончить раньше тебя. Давай же, дорогой! Еще немного! Смачиваю ладонь слюной, и снова возвращаю на твой член. Мне хватает пары сжатий. Ты замираешь, коротко вскрикиваешь, и брызги твоей спермы изливаются нам на животы, на грудь, на простыни. О да, теперь и я могу отпустить тормоза! Хватаю тебя за упругие ягодицы, сильнее насаживаю на свой ноющий от желания, напряженный член, и быстрыми короткими толчками начинаю яростно трахать в разработанную, податливую дырочку. Еще… Еще… Еще… Дай мне свой сладкий, желанный зад, дай мне кончить в него, дорогой… Захлебываюсь стоном, и сделав последний резкий рывок, кончаю в твою узкую, теплую глубину. И выпадаю из реальности… Сложно сказать, сколько проходит времени… Похоже, мы оба уснули, так и не расцепив яростных объятий, испачканные, потные, выдохшиеся… Просыпаюсь от какого-то пронзительного, раздражающего звука. Поднимаю голову, с трудом разлепляю глаза и осматриваюсь. В комнате уже полумрак. Значит, на часах не меньше семи вечера? Ничего себе, мы проспали… Мерзкий звук все не прекращается. Осторожно, стараясь не разбудить своего мальчика, сползаю с дивана. Дребезжащий звон издает домофон. Вот зараза. Сейчас точно тебя разбудит! Нажимаю на кнопку ответа: - Да, кто это? Ответ бьет наотмашь. - Это Давид Дамиано. Скажи, Торкио не у тебя?