Либерман

Попытки встать в час дня не увенчались успехом, поэтому я сразу погрузилась в очередной сон. В моём царстве Морфея было все спокойно настолько, что мне даже не хотелось открывать глаза. Реальные события меня мало волновали, а уж работа и школа, тем более. Я уверена, что Цишевская все решила, иначе бы она давно подняла бы меня с кровати. Значит я могу быть спокойна, что моя жизнь сейчас в крепких и надёжных руках. Марк не прекращал названивать, а потом телефон разрядился и злосчастный рингтон прекратил меня вытаскивать из снов. Лишь бы Ева не поставила его на зарядку, потому что я уже поняла, что выключать звук она не умеет. Кое-как я смогла подняться с кровати только через сутки. Если бы не болезненные ощущения в животе, я может быть спала бы и дальше. Я пришла на кухню и села на барный стул, наблюдая, как женщина дёргает бёдрами в такт музыке. — Я не предполагала, что человек может так много проспать. — она подошла ко мне и слегка чмокнула в лоб. — Хочешь поесть? — Да, очень. — Я слабо улыбнулась. — Только из-за этого и проснулась. — У тебя отпуск две недели. — В смысле? — Я договорилась с директором, сказав, что ситуация с жалобами тебя очень подкосила. Она вошла в положение и сказала, что ты можешь не выходить до конца года, но я знаю тебя и твоё отношение к учебному процессу, поэтому сказала, что на последней неделе года ты точно будешь, чтобы выставить все оценки и исправить спорные ситуации. — Спасибо. — Сегодня придёт твой психолог. — Чего? — Аня, достаточно бежать от себя. Это моя подруга детства, она потрясающий специалист. Если понравится, будешь с ней заниматься. Если не понравится, то найдём другого. — она погладила меня по голове и прижала к себе. — Бери все, что найдёшь в холодильнике. На этой неделе активно будешь общаться с психологом, а на следующей уедем с тобой загород. — Марк звонил? — Ева звонко засмеялась. — Звонил это «мягко сказано», — она посмотрела мне в глаза. — Он звонил каждые 10 минут, потом полчаса, а теперь каждый час. Ты не хочешь с ним поговорить? — Нет. — женщина не стала меня донимать вопросами, а лишь показала, что у неё находится в холодильнике. Я взяла ягоды и йогурт, чтобы утолить свой голод. Первый сеанс с психологом прошёл болезненно. Слёзы не прекращали стекать по моему лицу, а поток слов никак не останавливался. Я делилась с ней всем, что у меня на душе: семья, выбор за меня, Ева, Полина, Марк и мой несчастный бывший. Я просто говорила, не скрывая ничего, потому что мне хотелось от этого избавиться. Последующие сеансы давались мне легче. Мы разбирали конкретные ситуации и меняли мое отношение к прошлому. Алена, мой психолог, помогла мне разобраться в некоторых ситуациях, и я стала относиться с благодарностью ко всему. Да, это случилось в моей жизни, но без этого опыта я не была бы собой. Вместо часа мы чаще всего занимались по два часа, в некоторых случаях было и больше. Я благодарна Еве, что она решила это за меня и, как всегда, верно. — Может сегодня позвоним Марку? — Не хочется. — Почему? — спросила психолог, делая пометки в своем блокноте. — У меня ощущение, будто он меня предал. Мне непонятно, почему он решил, что может включить в себе сваху. — я вздохнула: — Да, она мне чертовски симпатизирует. Боже, наконец-то я произношу это вслух. Но она ещё маленькая. — Насколько маленькая? — По моим предположениям, в следующем году ей будет семнадцать лет. А мне будет двадцать восемь. Одиннадцать лет разницы — это действительно много. Можно сказать, что мы разные поколения. — Чего конкретно ты боишься? — Я боюсь того, что испытываю к ней. А еще больше мне страшно, что мой друг это одобряет и делает все, чтобы мы столкнулись. Он знал мое отношение к изменам после бывшего, знал! — я заплакала. — И она после секса приехала ко мне? Гениально. — Это твоё видение картины, а есть их позиция. Может быть, мы послушаем его? — Точно не сегодня. Мы обсудили ситуацию ещё раз, и Алена покинула комнату, в которой я временно проживаю. По правде говоря, мне уже хотелось вернуться к себе в квартиру, но я знала, что там на меня нахлынут воспоминания и проделанная работа с психологом может оказаться напрасной. Я действительно пересмотрела своё отношение к выбору педагогики. Возможно, это всё-таки мой путь, если посмотреть на горящие глаза детей, которые приходят ко мне на уроки и сдают мой предмет. Если взять во внимание коллег и директора, которые учитывают мое мнение и прислушиваются к советам. Да, мой бывший козел, и я в этом не виновата. Но Марк… Я так сильно ему доверяла, что теперь мне больно от мыслей, что все было напрасно. Вечером мы смотрели с Евой фильм и обсуждали поездку, которая состоится через пару дней. Мне хотелось неожиданностей, поэтому я попросила женщину не раскрывать подробностей и сделать мне сюрприз. Может, я поступаю неправильно, что пользуюсь ее добротой сейчас, но она прекрасно осознаёт, что будущего у нас на данный момент нет. Под новомодный фильм от Нетфликса я благополучно уснула на плече у Цишевской. В последнее время спится мне намного лучше. Спасибо, Ева. Моя последняя неделя была похожа на день сурка. Сначала я просыпалась и пыталась себя заставить поесть, потом занималась с психологом, а вечером смотрела что-то модно-молодежное. Телефон я так и не включала с момента, как он разрядился, и все своё общение с людьми доверила Еве. Насколько мне известно, только мой брат пытался мне дозвониться из родственников, и он единственный, с кем мне захотелось поговорить. Я обещала ему, что все объясню при встрече, если он как-то договорится, чтобы мать с отцом не звонили мне в течение этих двух недель детокса. Я очень любила Сашу, он моя опора и поддержка, но расстраивать его лишний раз не хотелось. Служба в полиции и так доставляет ему лишний стресс, а тут ещё и я со своими драмами. Но уговор есть уговор. Наш отпуск с Евой в загородном СПА-центре подходил к концу и мне действительно это помогло прийти в себя. Мысли о том, что уже завтра мне нужно будет явиться в школу и вернуться к социальной жизни отчасти меня угнетала. Но благодаря своему замечательному психологу, с которым мы плотно работали все эти 14 дней, я наконец-то разложила все волнующие события жизни по полочкам. Да, это только начало пути и впереди у нас сложная психологическая работа, но на данный момент часть проблем уже решена. Осталось принять то, что не нужно возвращаться к прошлому. Остаток дня мы решили посветить тотальному уходу за телом — мы сходили на депиляцию, сделали маникюр и педикюр. И вот сейчас я сижу на кресле у парикмахера, думая, чтобы придумать со своими волосами. — Не хочешь протонироваться каким-то оттенком? Добавить блонда, например. — подмигнула Цишевская. — Спасибо, но нет. — я улыбнулась, предоставив себя блондинкой. — Ты вообще понимаешь, как это ужасно будет? — Кто не рискует, тот не пьёт, — Ева протянула мне бокал с напитком. — А если серьезно, не хочешь изменить образ? — Я не знаю, мне страшно. — Девушка, отверните ее от зеркала, я сама скажу, что с ней сделать. — Я тебя убью, если мне не понравится. — Не сомневаюсь, малыш. Мне было страшно, но я доверяла Еве. За последние дни она ни разу не позволила мне усомниться в ней, ни разу не навредила мне и ни разу не сделала то, отчего мне было бы некомфортно. Она потрясающая, и я буду безмерно рада, если однажды она встретит человека, который будет любить ее всей душой и сердцем. Волосы падали на пол, и я буквально находилась в ужасе. Боже, неужели я буду с короткой стрижкой? Не дай Бог! Проведя два часа в подвешенном состоянии, меня наконец-то развернули к зеркалу и мой рот открылся от изумления. Волосы стали короче, стандартное каре, хотя обычно я не рисковала отрезать такую длину и выбирала всё-таки удлиненное. А сам цвет волос стал более каштановым и блестящим. Я была в восторге. Ева и парикмахер спросили нравится ли мне, а я лишь кивнула, потому что пелена слез выступила перед глазами. На обратной дороге мы с Евой обсуждали предстоящую рабочую неделю и планы на новый год. Я, наверное, как всегда, поеду в родительский дом и проведу там пару дней, а потом не знаю… Обычно мы с Марком исследовали все рождественские тусовки, но я по-прежнему с ним не разговаривала и даже не знала, интересовался он мной или нет. — На новогодние каникулы уже есть планы? — К семье поеду, там по-любому Саша будет ждать с объяснениями, а потом не знаю, я обычно была с Рудинштейном. — Он звонил сегодня уже несколько раз. Скоро я точно его закажу. — она взяла мою руку и слегка сжала. — Мне очень хотелось бы знать, что с тобой произошло, но это только твоё дело просвещать меня в это сейчас, позже или вообще не говорить. Цишевская на протяжении недели относилась ко мне хорошо, поддерживала и обхаживала. И я рассказала ей, потому что считаю, что она заслуживает правды. Я рассказала про клуб и провокации, как мы заигрались с Марком, про Германа и наши совместные выходные. Я не скрывала ничего и не пыталась сгладить углы, потому что мне важно быть с ней честной. — Значит, она подумала, что мы с тобой занимаемся сексом, ее это расстроило и она пошла к тому барону? — Ага, — я вытерла слёзы. — Ты влюблена в неё? — Ев, ну я же просила не задавать такие вопросы. — посмотрела на неё. — Я не знаю. Она мне симпатична, но у нас большая разница в возрасте. — У нас тоже, и? — Что? — я удивилась. Господи, а ведь правда. У нас восемнадцать лет разницы. — У нас с тобой разница больше, чем у вас с ней. Я сама боялась, что буду делать с тобой, ведь ты молодая, любишь погулять и тебя не привлекали отношения. Но мы же год как-то продержались. Просто я уже хочу семью, а ты пока не готова. — Она даже школу не закончила! — И что? Воспитаешь под себя. — Ева мне подмигнула и засмеялась. Через минуту мы уже обсуждали конец года и подводили итоги. По моей бывшей не было понятно, что она скрывает внутри: больно ли ей от этой информации или она ожидала подобного. Для меня главное, что она восприняла эту информацию спокойно. Остаток дороги мы общались, казалось бы, ни о чем, но эта женщина действительно открылась мне с другой стороны. — Кстати, в бардачке твои новые ключи. — Что? — Господи, Либерман, тебе все не нравилось, что у тебя вместо квартиры общежитие. Теперь у тебя новые замки и ключи только у тебя. — А если ты сделала дубликат? — Конечно, сразу десять! — Ого, ну спасибо, — я аккуратно чмокнула ее в щеку. — Правда, спасибо за все. — Не благодари, мы же не чужие люди. Мы попрощались около подъезда, и я поднялась к себе в квартиру. Цишевская постаралась конечно: и новый замок, и убранная квартира, и забитый до отвала холодильник. Отправив короткое, но важное «спасибо», я поставила телефон на зарядку и легла в кровать. Мне нужно выспаться перед завтрашним днём. Странно, но меня даже не раздражал будильник, который так настойчиво трезвонил последние пару минут. Закончив все утренние процедуры, я планировала позавтракать. Обычно я никогда не ем перед работой, потому что не хватает времени, но сегодня я четко двигалась по намеченному плану. Дождавшись капучино из кофемашины, я принялась проверять скопившиеся уведомления на телефоне. Большинство из них принадлежали Марку, все же он очень переживал за меня. Думаю, что отвечу ему чуть позже, я ещё не готова к серьёзным разговорам. Но меня больше всего заинтересовали сообщения в моем директе от Полины. «— У Вас все в порядке? — Почему Вас сегодня не было? — Анна Алексеевна, я переживаю за Вас — Сегодня я ответила на уроке, но учительница, которая Вас замещает, сказала, что моя точка зрения неверная. Вы бы так никогда не поступили. — Когда Вы вернётесь? — Почему игнор» Мое сердце покорило последнее смс. Правда. Оно так подняло мне настроение, в хорошем плане, что я будто зарядилась энергией ещё больше. Ладно, если быть честной, то мне приятно, как учителю, что обо мне беспокоятся и что меня ждут, но вот как «Анечка», я находилась в полнейшей тревоге от таких сообщений, потому что я входила в ресурсное состояние не для того, чтобы эта девчонка снова навела беспорядок внутри меня. Все, учительница года, пора собираться на работу, иначе опоздаешь к своему любимому классу. Я чувствовала себя максимально комфортно в черной водолазке, заправленной в голубые джинсы с разрезом на щиколотках. Приложив пропуск к турникету, я уже готова была снова увидеть своих учеников и поделиться с ними своими знаниями. — Простите, но я не могу Вас пропустить. — заявил охранник. — В смысле? — Ваш пропуск недействителен. — Прекрасно, тогда свяжитесь с директрисой и устраните эту проблему. — наигранно улыбнувшись, я попробовала пройти. — Она ещё не пришла. — Вы предлагаете мне опоздать на урок? — Что здесь происходит? — я обернулась и увидела директрису. — Карина Михайловна, доброе утро! А меня вот не пускают в храм знаний. — Ах, да, я совсем забыла, что у нас обновилась пропускная система. Оставьте свой пропуск Виктору, и он разберётся с этим. Ладно, Либерман, это просто небольшая неурядица, которая не испортит твой первый день, когда ты действительно хорошо себя чувствуешь. Пока никого не было в кабинете, я разложила на каждой парте листы с заданиями. Интересно, как они усвоили материал без меня. — Здравствуйте, Анна Алексеевна! Мы так рады Вас видеть. — эту фразу я услышала раз 20, но мне было безумно приятно, что ребята скучали по мне. Прозвенел звонок, и я принялась объяснять почему важно пройти тест, что это никак не повлияет на итоговый результат и все в этом духе. Я понимала их страх, но в этой жизни вряд ли можно быть к чему-то готовым. — Можно вопрос? — подняв голову, у меня выбилась прядь, и я элегантно заправила ее за ухо. Очень непривычно, что Полина сидит на первой парте. Если она таким образом хочет быть ближе ко мне, то это явно не сработает. Или все же сработает? Боже… — Да, конечно. — по ее глазам читалось, что в мыслях лишь слова о том, какая я красивая. А, может, она и произнесла это вслух, но украдкой… — Почему Вы не ответили в директе? — ну вот, опять она вызывает у меня улыбку. — Артакова, решай тест. С твоими возможностями ты должна была сдать его минуту назад. Полина отстранилась от меня, чтобы не привлекать ещё большего внимания к себе. И почему эта ситуация навеяла мне мысли о том, что я нахожусь в роли недоступной девушки, а Полина пытается изо всех добиться моего расположения. Черт, малышка, я же прогнала тебя из своей головы, ну зачем ты снова пытаешься там поселиться? Два урока пролетели незаметно, и я уже начинала подготовку к следующему классу, но Артакова так медленно собирала свои вещи, что я сразу поняла, что она хочет задержаться. — Почему Вас так долго не было? — эти вопросы начинают мне надоедать. Неужели она так сильно переживала? Тогда я боюсь представить как там мой брат. — Мне нужно было проветрить голову. — я продолжала делать пометки в тексте, не обращая на неё внимания. — Я уже думала, что Вы не вернётесь. — Как видишь, я здесь. «Куда же эта школа без меня?» — боковым зрением я заметила, что она села на край моего стола, а затем закинула ногу на ногу. Что происходит? Она в себе? — У Вас новые духи? — ладно, на этом моменте мне пришлось поднять голову и посмотреть на неё. — А ты знаешь, как я пахну? — что за рубрика «интересные факты»? — Да, Ваш аромат всегда дерзкий, в какой-то степени терпкий, но древесные ноты отлично сочетаются с легким табаком. Я права? — Полин, ты не перепутала школу с другим местом, где куча алкоголя и организатора зовут Герман? — Анна Алексеевна, а Вы вернулись к своей бывшей? Просто так светитесь. — Мне кажется, — я привстала и подошла вплотную. Положив руку на ее колено, я отвела ногу в сторону, чтобы она уже, наконец, слезла со стола. Но Артакова явно приняла этот жест за нечто другое. — что ты опаздываешь на следующий урок. Закусив губу, Полина спрыгнула вниз, а я лишь выдохнула, потому что она мастерски создаёт напряжение вокруг себя, но как жаль, что это больше на меня не действует.