Бар "Приятный койот"

Стоило Тобиасу начать ерзать, вторая рука Брэда сместилась с руля на его промежность, убеждая в правильности его действий. Что может случиться? Самое плохое? Он не кончит? Велика беда! — Ты говорил, что близко живешь, — напомнил Тобиас, чувствуя, как его захлестывает горячая волна. Нужно было открыть окно, внутри салона стало так жарко, будто под днищем развели огонь. — Мы почти приехали. Пальцы вновь сжались, и Тобиас ощутил себя в чужой власти. Лежащим на ладони, как маленькая игрушка. Разве можно так сделать с мужчиной? Подчинить его себе парой движений. Что с ним сделает Брэд? Очень бы хотелось, чтобы он отсосал. Тобиасу нечасто такое перепадало, и с каждым годом брака все реже. В основном, когда от него что-то хотели. Тут тоже от него что-то хотели. Его член. И идея быть использованным в этом плане подкупала. Тобиас почти не успел рассмотреть небольшой аккуратный домик с покатой крышей, потому что Брэд потянул его за собой. Теперь прилично — держа за руку, но легче от этого не стало. Он будто соединился с его кожей электрическим импульсом. В тот момент, когда сунул руку ему в трусы, и эта связь тянула Тобиаса, как поводок. — Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил Брэд, щелкая выключателем в коридоре, и, не дав ему ответить, принял решение сам: — Нет, не хочешь. Тобиас предполагал, что у себя дома, наедине, Брэд будет чувствовать себя вольготнее, но не предполагал насколько. Между лопаток прострелило — Брэд уложил его на дверь, упираясь бедром в пах. — Ты готов ликвидировать пробелы в своем сексуальном воспитании? — спросил он, наклоняясь близко и дыша горячо в губы. — Я думал, это бонусное задание. Со звездочкой, — заметил Тобиас. — Я поставлю тебе звездочку, — хмыкнул Брэд. — Где тебе поставить? Здесь? Он поцеловал Тобиаса в шею и чуть выше, под ухом. Его дыхание прокатилось теплой волной за шиворот, заставляя волоски на коже встать и закачаться ковылями на ветру. — Или здесь? — Его руки соскользнули с поясницы, обхватывая ягодицы Тобиаса. Подтягивая вверх и заставляя подняться следом, упираясь в его бедро крепче. Их лица приблизились друг к другу. Тобиас мог рассмотреть вблизи его широкий приплюснутый нос, и зеленющие глаза. Кожа пахла пивом, и потом, и неопределенным одеколоном. И никого не было рядом. Никого, чтобы помочь. Никого, чтобы помешать. Тобиас чувствовал возбуждение, чувствовал, что может его удовлетворить. Выкинуть то, что никогда не пробовал, и, возможно, даже получить удовольствие. Свой первый вечер такой свободы он запомнит. Он первым потянулся вперед, перехватывая инициативу. У Брэда были полные мягкие губы и целовались они очень хорошо. Такой прыти от Тобиаса тот явно не ожидал, его пальцы на ягодицах расслабились, он вновь обнял его, прижимая к себе и пытаясь вернуть контроль. — Что ты хочешь, Тобиас? — спросил он, перехватывая его руку за запястье. — Скажи. Дыхание жгло горло и легкие, а эротические образы заполнили голову. Он действительно об этом спрашивал? — А ты выполнишь все мои желания? — Подумаю, как бы их вписать в нашу программу. — У нас есть программа? — Я же обещал тебя удивить. — И что ты сделаешь? — Давай решим, чего хочешь ты. — М-м. — Тобиас закусил губу. Мысль у него была одна, та же, что и в туалете. — Может… может, возьмешь в рот? Брэд широко улыбнулся, прежде чем поцеловать его в нос и взлохматить волосы, разочаровывающе отстраняясь. Он сделал несколько шагов спиной вперед, а потом развернулся и исчез в дверном проеме. Тобиас растерянно последовал за ним. Он ожидал, что Брэд уже тут возьмет его за член и сделает что-нибудь приятное. Ему удалось добрести до спальни или до комнаты, в которой была кровать, когда он потерял Брэда из виду. Тобиас хотел развернуться, но тут же был вероломно атакован сзади. — Эй, — возмутился он, но было поздно. Брэд придавил его к матрацу, оседлывая бедра. Его тело было тяжелым, массивным, состояло из мышц и тверди. Совсем не податливое женское, которое можно легко прижать к себе и завладеть им. Руки Тобиаса уперлись в накачанную грудь, не находя привычной желейной мягкости. Дотрагиваться до сосков все же было приятно. Они затвердели и торчали под женобиткой, как маленькие горошины. — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? — осторожно спросил Тобиас, оценивая, как Брэд сидит сверху. Наверное, это было бы неплохо. Они пробовали анал несколько раз, но он никогда не доводил Эллен до оргазма, как бы Тобиас ни старался, поэтому необоюдоприятная практика была отложена. Но ведь у мужчин там все иначе, им определенно нравится, когда что-то внутри. Не то чтобы Тобиаса сейчас действительно волновали чьи-то еще ощущения, кроме собственных… Брэд отпустил его и расхохотался. Совсем как там, в клубе. Как будто он сказал что-то смешное! — Холодно, — объявил он, хотя все его действия говорили о другом. Тобиас чуть приподнял бедра, потираясь эрекцией о его промежность. Было бы легче, будь на нем юбка. Легче и страннее. Улавливая его движения, Брэд сел ровнее, плотно прижимаясь к нему. — Я обещал удивить тебя, — вновь напомнил он, дразнящими движениями лаская его. — Поэтому это я трахну тебя. Тобиаса обдало жаром. Он не был уверен, что готов сразу идти до конца. Большая рука Брэда прошлась по его груди. По застежкам, играя с пуговицами. Проскользнула под рубашку, ложась на тонкую-тонкую майку. Тобиас смотрел на него. Сердце колотилось с болью. Он был возбужден, и частью оттого, что представлял, как это будет. Новая жизнь была интересной, но вряд ли он еще раз решится пойти в клуб для геев-байкеров. И пойти к мужчине домой. Будет ли он жалеть об упущенной возможности? — Ты думаешь, я тебе разрешу? — дерзко ответил он, откидывая голову назад. — Думаю, что да. Брэд нащупал его соски, растирая между пальцами. Поняв, что никакой реакции это не вызывает, он вернулся к действенному методу и вновь поерзал, раздражая эрекцию через ткань джинсов. Нет, не будет. — Так ты заинтересован? — жарко спросил Брэд, наклоняясь. Его рука скользнула между его ног, ложась поверх ширинки Тобиаса. — Или мы передернем друг другу, и завтра ты спишешь все на очередной унылый вечер? — Пытаешься взять меня на слабо? — усмехнулся Тобиас, растягиваясь под ним. — Я уже пришел к тебе. — Не самое страшное, что могло с тобой произойти. — А вдруг? Брэд широко улыбнулся, а потом сел, прекратив его целовать. — Я помню, что ты не-гей. — Ты это к чему? — Тобиас приподнялся, опираясь на локти. — Если ты чего-то не захочешь. — Спасибо. — Наверное, проще было бы, если бы я просто у тебя отсосал и остался маленьким воспоминанием о хорошем минете как единственном однополом опыте в твоем гетеро-анамнезе? Тобиас промолчал, ведь он думал об этом. — Тебе решать. — Брэд ущипнул его за щеку. Расслабив руки, Тобиас вновь лег на спину, смотря в сумрачно далекий потолок. Он дошел до того, что целовался с другим мужчиной в его постели, в его доме. Он не был уверен, что хотел его как женщину, но… он хотел, чтобы мужчина сделал с ним что-нибудь. Показал что-то новое. Дал почувствовать. Свободу. Тобиас закрыл глаза. — Что я должен делать? — спросил он на выдохе. И услышал такой же облегченный выдох в ответ. — Умница, — горячо прошептал Брэд ему в губы. — Сначала душ. — Не такое сексуальное предложение, о котором я подумал… — Если ты хочешь, я могу помочь тебе помыться. — Попытаюсь справиться сам. Брэд сполз с него на бок, освобождая путь. Тобиас приподнялся, рассматривая его серьезным взглядом. У Брэда на лице промелькнула озадаченность, словно он подумал о том, что Тобиас может изменить решение. Это его развеселило. — Не торопишься? — прервал его мысли Брэд, заговаривая. — Давай быстрее. Пока не передумал. — Не передумаю. — Уверен? Тобиас покачал головой, поднимаясь. Брэд подтянулся, нагло щипая его за ягодицу. — Ты чего?! — Привыкай. Тобиас зыркнул на него взглядом. Он не стал говорить, как приятно загорелось от этого между ног. Это все от мысли, что его трахнут? Волнительно. Тобиас оперативно избавился от одежды, складывая аккуратной стопочкой на раковину, и влез под горячий душ, чтобы смыть с себя дневной пот. Вода хлестала по его торчащему члену, и он не выдержал, сжимая его. Тобиас понюхал розовое мыло, которым мылся: пахло сладкой земляникой. Не жестким растворителем для металлов, как обычно пахли его шампуни «Для мужчин». Надо будет себе купить такое. Тобиас оглянулся на закрытую дверь и намылил задницу. Кажется, он перестарался, потому что начало щипать. Какая досада. Такое милое мыло, а тоже щиплет! Посмотрев на себя в большое прямоугольное зеркало над раковиной, Тобиас вдохнул пораженно. Он в чужом доме. Моет задницу для другого мужчины. Он хотел бы удивиться этому факту, но вместо этого член еще раз возбужденно дернулся. Прикрывать его полотенцем было кощунственно, поэтому, наскоро обтерев грудь, Тобиас открыл дверь в комнату. — Я думал, ты что-нибудь накинешь, — пробормотал Брэд, смотря на него. — Повесить, как на крючок? — Ха-ха, да. Нет. Не надо. Так… так хорошо. Его улыбка и апломб испарились. Он медленно сел, свешивая ноги с постели. Его взгляд блуждал по обнаженному телу Тобиаса, будто ему дали всего несколько секунд, и он хотел увидеть все, запомнить все. Пока не отняли. — Милая стрижка, — прокомментировал Брэд, наконец выплюнув язык и отведя глаза от его паха. — Пожалуй, я все же хочу изменить план. — О? — Он что, зря подмывался и щипал себя земляникой за задницу? — Подойди. Тобиас послушно сделал несколько шагов вперед. Он предвкушал прикосновения больших ладоней, подчинение чужой воле. Когда это начало ему нравиться? Может, Брэд поставит его на колени и заставит сосать себе? Или сядет ему на лицо, прижимая к постели? Ладони были. И губы. Вновь прикосновения пальцев к ягодицам и не только. Брэд взял его член в руку, поднимая голову, и, не прерывая зрительного контакта, слизнул выступившую смазку одним движением языка. Губы чмокнули; ему понравилось. Тобиас только через минуту понял, что стоит с приоткрытым ртом, наблюдая за тем, как осторожно ласкают головку его члена. Не чтобы довести до оргазма, а просто… просто чтобы ему было приятно. Он не выдержал и положил руку на голову Брэда, гладя по волосам. Хотелось подтянуть его ближе, получить больше прикосновений. Вставить ему в рот, чтобы он тесно сжал губами. А если он разденется сам и приставит член к губам Тобиаса? Как это на ощущения? Он будет чувствовать себя униженным? А какой вкус? Как это — ощущать чей-то член внутри себя? Так же приятно, как ощущать свой внутри кого-то? Пальцы Тобиаса вплелись в волосы Брэда, нащупывая жесткие локоны там, где остался лак для волос. Чужое горло раскрывалось, впуская так глубоко, будто глотка только для этого и создана. Тобиас закрыл глаза, порывисто толкаясь вперед. Желание кончить пересилило остальные помыслы этого вечера. Черт с ними, с экспериментами, главное — спустить сейчас, пока так глубоко. — Тише, тише, ковбой, — остановил его Брэд, придерживая за бедра. Мокрый от слюны член стукнул его по щеке, несогласный с его решением сделать паузу. — Ты же не остановишься сейчас? — обеспокоенно спросил Тобиас. — Остановлюсь я, когда мы оба закончим, — сказал Брэд уверенно, притягивая его ближе. Ладони хозяйски прошлись по ягодицам. Тобиас задержал дыхание, жмурясь. Вот сейчас. Он засунет внутрь палец и все начнется. Сейчас. Его пенис лег Брэду на плечо, ощущая чувствительной кожей край хлопковой майки и плотный шов. Если подвигать бедрами, о него можно хорошо потереться. — В постель, — шепнул Брэд ему в живот. И следующим вновь шлепнул по заднице, заставив подскочить на месте. Тобиас закатил глаза, но послушался, укладываясь рядом. Заполз на середину матраца, смотря, как Брэд снимает кроссовки. Поднимается, чтобы снять штаны. Тобиас подтянул под голову подушку, следя за каждым движением. Это было не так интригующе, как сползающая с женского тела тонкая вуаль платья, но тоже ничего. Джинсовая ткань сползла с ягодиц, открывая вид на вульгарно лиловые боксеры со стрелами. А вдруг у него слишком большой член? Тобиас приоткрыл рот. Вдруг он просто не войдет? Он хотел бы быть напуганным, но между ног горело, яйца прилипли к стволу, очень хотелось увидеть его эрекцию. Брэд повернулся к нему лицом. Свободная ткань белья не оставляла места воображению. — А теперь перевернись на живот, — скомандовал он, поглаживая себя поверх. Ну, вот оно. Теперь точно оно. — У тебя же есть резинки? — запоздало уточнил Тобиас, неуклюже сползая с подушки. — Я не думал, что так продолжу вечер. — Конечно у меня есть резинки. — И… — И смазка, и дилдо, и плетка тоже. Тобиас беспокойно приподнялся. Воспаленная кожа терлась о мягкую простыню. Недостаточно ощущений. В юности ему хватало поерзать пару минут, чтобы кончить под себя. — Зачем плетка? — спохватился он. — Значит, ты не против дилдо? — Я… э-э, это. — А представь эту картину, — Брэд оказался сверху, мешая ему повернуться и посмотреть на себя. Дотронулся широкой ладонью до кожи между лопаток, прижимая к постели. — Ты будешь сосать мне, а он будет у тебя внутри. Занят со всех сторон. Интересно для не-гея? — Заткнись. Тобиас опустил лицо в подушку, чтобы не слышать, как тот посмеивается сверху. Пугающее ожидание немного сбавило градус. Главное, чтобы ничего не повредил. Тобиас сглотнул, пряча дрожащие руки под подушку. Матрац за ним вдавливался под движениями Брэда. Тот устраивался сзади. Развел его бедра, садясь между ними. — Ты боишься? — спросил он, поглаживая ногу Тобиаса. — Долго будешь разговаривать? — Нетерпеливый, — усмехнулся Брэд. — У тебя такая милая белая попка. Поверить не могу, что ее еще никто не трахал. Тобиас повернул голову, глубоко вдыхая. Сомнительный комплимент. Но все же комплимент. Следующий вдох обжег ему легкие, потому что был проглочен рывком, когда Брэд дернул его на себя, ставя на колени. Тобиас заворочался, пытаясь упереться руками, но ладонь между лопаток вновь приказала ему лежать. — И что, даже пальцами не пробовал? — продолжал пошлый допрос Брэд. — Вот здесь? Его левая рука легла на ягодицу Тобиаса, дерзко сжимая, прежде чем большой палец мягко прошелся по расселине. — Так близко меня знает только мой доктор, — пробормотал Тобиас в ответ; большую часть его слов поглотила подушка, остаток — собственный стон от неожиданности. У Брэда был сильный и очень мокрый язык, и доктор так точно не делал. Брэд вел им осторожно по кругу, задевая нежные морщинки кожи, усыплял бдительность странной, но одуряющей лаской. Более голым Тобиас себя еще не чувствовал. Лизнув его от мошонки вдоль промежности, Брэд вновь ткнулся языком в его земляничное место. Сжавшиеся сперва от неправильности происходящего мышцы оказались весьма легкомысленными, пропуская новенького. Теплая ладонь скользнула под животом, подхватывая оставленный без внимания член, и Тобиас невольно подался вверх. Хотелось получить больше раздражения, но больше он получил только сзади. — Это… уже?.. — заполошно прошептал он, высовывая рот из подушки. — Тише, это пока только палец. — У тебя слишком большой палец… — Да это я даже всего лишь средний взял! Он вновь помогал себе поцелуями, и Тобиас растекся под ощущениями, как желе на солнцепеке. Это не походило на массаж простаты, на котором он бывал у доктора. На редкость неприятное и унизительное действие. Возможно, потому что он был сейчас очень заведен?.. Или все этот язык? Как это называется, когда язык суют прямо в задницу? Это вообще законно в Алабаме? Надо спросить… — А как… — начал озвучивать Тобиас, но замолчал. — Теперь два. Пальцы двигались внутри, как ножницы, щелкающие своими лезвиями, лишь бы что-нибудь отрезать. Вверх и вниз, распирая изнутри. Давая понять, что тут найдется место и для чего-нибудь побольше. О, побольше. Тобиас вздрогнул и уперся ртом вновь в подушку, чтобы не издать ни звука. Кончики пальцев потерли простату, и это было не сравнить с тем, когда делаешь это снаружи. Щекотно, и немного хочется в туалет, и чувствуешь, что теряешь контроль над телом. Пальцы выскользнули, раздвигаясь у самого входа. Ощущение напрягало и озадачивало, там приятно не было. Болезненная эрекция немного спала, хотя и не прошла полностью — рука Брэда обхватила его у основания члена, заставляя кровь задержаться. — Ты не представляешь, как сложно терпеть, — прошептал Брэд ему в копчик, целуя. — Как хочется войти в тебя. Если он войдет, это все прекратится? Ощущений станет больше? Приятных или не очень? Или совсем новых? — Ты пойдешь до конца? — спросил он следующим, и Тобиас согласно закивал головой. Бедра автоматически приподнялись, когда Брэд прижался к нему сзади, от ягодиц до лопаток, но, как оказалось, лишь затем, чтобы взять с прикроватного столика диспенсер с прозрачным лубрикантом. Тело исчезло, и Тобиас вновь разочарованно опустился на постель. Он услышал, возможно, пять или шесть нажатий на кнопку. Во всяком случае, смазки было так много, что она стекала по промежности, по горячей коже. Будь чуть горячее — уже бы испарялась с шипением. Тобиасу показалось, что внутрь она текла еще дольше. Докуда она доберется? Он не узнал, потому что тепло чужого тела сзади вернулось. — Хочешь так или перевернешься на спину? — спросил Брэд, растирая смазку. Тобиас закрыл глаза. Он не был готов к тому, чтобы видеть целого мужика, который будет его удовлетворять. Это все еще казалось странным фактом, и чем меньше в его голове оставалось хмеля пива, тем более. Но от ощущений он отказываться не собирался. — Давай, — промычал он, складывая руки под грудью, чтобы подняться на четвереньки и не тыкаться при каждом толчке в матрац лицом. — Сейчас. — Да, сэр. Тобиас закусил губы. Пальцы это пальцы, а член это член. Даже самый скромный будет не таким деликатным, не таким тонким. А он думал, что у Брэда явно больше, чем «самый скромный». — О, господи, — пробормотал он. Бедра задрожали. Кажется, его насаживали на кол. — Дыши, — посоветовал Брэд. — А я что делаю? — сердито буркнул Тобиас, морщась. — Глубоко. Тобиас стиснул зубы. Ничего не прекращалось. У него почти упал, когда он нашел в себе силы последовать совету. Не открывая глаз, поднимая лицо. Он вдохнул и на вдохе вместе с воздухом Брэд наконец протолкнулся внутрь. — Дальше легче. — Серьезно? — Тобиас поднялся на руки, с ужасом думая о том, что эту балду еще наружу вытаскивать. — Я надеюсь, что это будет не так долго… Он сглотнул. Головка была толще ствола. Ему казалось, его кишка — змея, проглотившая яйцо. И теперь оно застряло, не идя ни туда, и ни туда. Боже, если Эллен испытывала такое каждый раз, неудивительно, что она была не в восторге. Нет, нет, больше никаких членов, только язык и пальцы, если он вообще решится подпустить кого-нибудь к себе сзади. Поток мыслей вновь иссяк. Брэд, дав им привыкнуть, начал двигаться. Это было странно. Как будто в туалете. Только наоборот. И каждый раз, когда он доходит до конца, случалось что-то необыкновенное. Как тогда с пальцами, но во много, много раз сильнее. От контраста между дискомфортом движения, и фейерверком ощущений при контакте с нервным центром внутри Тобиас не знал, куда себя девать. Не мог понять, нравится ему это или нет. В какой-то момент даже перестала требоваться рука на члене… как раз тогда, когда тело привыкло к толчкам, и отзывалась только простата. — Ты вздрагиваешь каждый раз, — прошептал Брэд, вновь прижимаясь к его ягодицам животом. — Волшебно. Тебе уже нравится? — Да, да, да, — ответил сразу на все Тобиас. — Ты словно создан для этого. И как ты… как ты… ох. Он замолчал, возобновляя ровные движения. Ерзая, Тобиас пришел к тому, что, когда прогибает спину, каждое движение прокатывается по его нервам приятной щекоткой. Он словно был на грани оргазма, который никак не наступал. Большие мужские руки скользили по его телу, отвлекая. По бокам и животу. Поиграв с лункой пупка и вновь вернувшись к члену. Ощущений стало так много, и каждое пропускало Тобиаса между жерновами. Такого с ним не было. Не потому, что это было с мужчиной. Но его никогда так не трахали. Никогда не было так приятно. Брэд вытащил целиком, чтобы вновь войти, и на этот раз Тобиас принял его с первого раза, только подавившись громким стоном. — А ты говорил, что не кричишь, — со смехом проговорил Брэд. Его дыхание срывалось. — Заткнись, заткнись, — бормотал Тобиас. Его бедра двигались сами, не желая подчиняться его воле. Быстрее разорвать связь и быстрее сойтись. — Кончаешь? — Я не… — Тобиас приоткрыл глаза. Во рту пересохло, горло горело, сердце колотилось. — Я не знаю… не знаю. Не понимаю. — Тогда ты близко. Руки Брэда легли на его бедра, толчки стали короткими, быстрыми, рваными. Как тиканье часов, прикрепленных к бомбе. Вот-вот и взорвется. Тобиас схватился за свой торчащий член и уткнулся в подушку, взвывая. Кажется, он где-то поломался. Почувствовав момент слабости, его окутала нега, и он больше не смог стоять на четвереньках, стекая на постель. Под животом ощутилась влага — собственное семя, не впитавшееся в простыню. Сзади раздался озорной резиновый щелчок — Брэд стянул презерватив. Тобиас положил щеку на подушку, слушая влажные звуки того, как тот додрачивает. И хотя он подозревал, что это случится, все равно вздрогнул от брызг капель, упавших на кожу. — Ох, черт, — только и сказал Брэд в конце, прежде чем опуститься на постель рядом. — Я весь в сперме, — прокомментировал Тобиас, неуверенно переворачиваясь на бок. — Ложись, потом кину все в стирку. — А. Тогда ладно. Тобиас отер живот уголком простыни. Отирал тщательно, боясь поднять глаза и наконец увидеть Брэда. Хотя от оргазма он еще не отошел, волна возбуждения схлынула, и к разуму возвращалась трезвость. То, что казалось блестящей идеей час назад, вновь становилось тем, чем было. Тобиас переспал с мужчиной. Ему сосал член и его трахнул мужчина. О. Он поднял глаза на Брэда. Тот все еще тяжело дышал. Закрыв глаза локтем, лежал рядом, поблескивая потом на груди и шее. Тобиас рассмотрел его тело. Не пугало, не смущало. Разве что член. Все еще казался крайне интересным. Он был не очень большим — точно не таким громадным, как чувствовался внутри, но крайне привлекательным. Досадно, что Тобиас не увидел, как он кончает. — Жалеешь? — спросил Брэд. Он медленно снял локоть с лица и повернул голову, щурясь. Тобиас смотрел в его глаза. Его растраханная задница ныла, но в принципе его все устраивало. У него был секс с мужчиной, вот и все. Неплохо. — Нет. Движение головы Брэда напротив было едва уловимо, словно он не знал, захочет ли Тобиас его целовать после. Тобиас захотел. — Хочешь повторить? — Не прямо же сейчас… — Не прямо сейчас, — согласился Брэд, облизывая губу. — Может быть, потом. Через час или через день. Или еще как-нибудь. Тобиас подумал о своем байке. О старой жизни, о новой жизни. О кожаном ремне и том, что закончил этот вечер совсем не так, как планировал. Это было странно и здорово. Во всяком случае это было больше, чем он ждал от себя. Больше, чем кто-либо мог ждать от него. — Хочу. Брэд улыбнулся и вновь поцеловал его.