Часть 40
2 января 2018 г., 10:36
https://vk.com/id239760174?w=wall239760174_584%2Fall
- Манхэттен пустыни, шесть букв.
Лалли с удобством расположилась в изголовье кровати, привычно обжимаясь с его подушкой и разгадывала кроссворд. Не услышав почти мгновенного ответа, что было фирменной карточкой обоих Стилински, она подняла голову. Стайлз, который, по идее, должен был в данный момент писать эссе по литературе, сейчас сидел полностью повернувшись к ней и удобно подперев кулаком склоненную голову. Вроде тоже ничего непривычного, у парнишки не так давно был СДВГ, и задумчивое «зависание» стало больше сродни привычке, чем проявлению болезни, но сейчас…
- Не смотри на меня так.
Да. Никакой «пелены рассеянных мыслей», как сказал бы какой-нибудь модный поэт. Глаза Стилински мерцали насыщенным терракотовым и были направлены прямо на альфу. И столько в них было сдержанной тоски, обиды и жалости, что Лалли разозлилась. Стайлз подался вперед, опираясь локтями на колени, но взгляда не отвёл.
- Только не говори, что не понимаешь, насколько самоубийственна твоя… наша затея.
- Нет, не понимаю! – рыкнула девочка и тут же смягчилась. – Ты – РЕЦЕССОР. Понимаешь? Если до тебя я и боялась, то сейчас просто не имею на это права!
- Нет. Нет-нет-нет, альфа, не дави так на меня. Слишком большие надежды. Я не… я боюсь, что не смогу тебя защитить.
Лалли раскрыла, было, рот, но внизу хлопнула входная дверь – вернулся шериф. Девочка тряхнула растрёпанными косичками, спрыгнула с кровати. У самой двери затормозила и не поворачиваясь произнесла:
- Я позабочусь о себе, уж поверь. Твоя задача – быть рядом в тот момент, когда я вырву Баттлеру глотку. И не смей меня жалеть, если не хочешь…
Оборвала сама себя, рыкнула и вылетела из комнаты. Стайлз откинулся на спинку стула, запрокинул голову, уставился в потолок. Шериф внизу встретил смехом налетевшую на него с вопросом «Что такое Манхеттен пустыни, сэр?!» вместо приветствия Лалли.
«Я не смог защитить тебя, альфа. Но отомстить смогу. Я использую для этого всё… и всех. Ты будешь стоять со мной рядом, когда я вырву глотку Баттлеру?»
На автомобильной площадке не осталось почти ничего. Стайлз едва ли не ползал по земле, для того, чтобы вычленить из груды химических лавин бензина, резины и прогретого неожиданно расщедрившимся осенним солнцем асфальта один-единственный нужный запах. Но уж найдя – вгрызся в него как в свежий бифштекс.
