Глава 2
23 октября 2022 г., 16:09
Четвертые именины принца Стеффона прошли в вихре торжеств, довольно экстравагантных для ребенка его возраста. Однако он был наследным принцем, и королевство стремилось заручиться благосклонностью его отца с помощью его подарков.
Наряду с подарком в виде маленького пони из Предела и каштановой кобылки, Десница решил, что принцу пора начать официальное образование. Лорд Аррен попросил Великого мейстера позаботиться об обучении принца, чем он и его помощники и занялись после празднеств.
Меньше всего Стеффу хотелось оставлять Джоффа одного на долгое время, но у него, как у наследника, был долг перед государством. Мальчик был полон решимости быть хорошим принцем для своего королевства, поэтому старательно посещал все уроки и был внимательным учеником. У мейстера и его помощников не было причин жаловаться. Стеффон был уверен, что наряду с докладами малому совету дед Тайвин будет получать и свои собственные. От матери или от Пицеля, он пока не знал. «Возможно, от обоих», — подумал он.
Недовольство Джоффри отсутствием брата длилось всего несколько часов, пока Стефф не начинал развлекать его историями перед сном. Это были рассказы о жизни Гарри в Хогвартсе, о мифических существах, таких как василиски, драконы и сфинксы, которые, как он узнал, также существовали и в этом мире. Маленькому ребенку больше всего понравилась история о юном мальчике с мечом, который сражался против пятидесятифутового василиска. Джофф был в восторге и сердечно поклялся их Матери, что сможет защитить ее от всевозможных тварей. Серсея только рассмеялась и поцеловала его золотую головку.
Отца это позабавило, и он начал хвастаться, что в свое время уничтожал драконов.
Это был первый раз, когда Стеффон услышал рассказы своего отца о восстании. Прежде он знал об этом лишь поверхностно; слуги старались не обсуждать события, которые привели Дом Баратеонов к трону, а Стеффон был слишком занят своим младшим братом, чтобы копнуть глубже.
Мужчина был пьян, и заявление Джоффа о том, что он станет охотником на дракона, побудило короля охотно поделиться своими подвигами.
С присущей ему внимательностью, Стефф заметил, как взгляд сира Барристана становился пустым, словно он огораживался от пьяного хвастовства короля. Даже дядя Джейме жестко ухмылялся, на его лице не было видно ни капли той насмешливой игривости, которую Стефф мог бы ожидать от дяди.
Дядя Джейме и сир Барристан были последними из Королевской гвардии Таргариенов. Пока Роберт в красках расписывал свою битву с Рейгаром Таргариеном, Стефф наблюдал, как два самых грозных фехтовальщика в Семи королевствах будто бы сдерживали себя, чтобы не навредить своему королю.
— Что случилось с его семьей? — бездумно спросил принц. Его вопрос прервал пылкие воспоминания короля.
Грозовые, голубые глаза отца потемнели, когда он ответил:
— Они мертвы, и нам от этого только лучше.
Увидев, как широко распахнулись глаза Стеффона, король поманил сына к себе. Крупный мужчина легко посадил ребенка к себе на колени.
— Каждую ночь мне снится тот день, когда я проломил ему грудь. Рейгар Таргариен был безумцем-насильником. Он украл мою Лианну, изнасиловал… — голос короля слегка надломился. Стефф почувствовал укол жалости к отцу. — …миру больше не нужны драконы.
Схватив его за подбородок, отец заставил Стеффона поднять лицо, чтобы посмотреть ему в глаза. Зеленые глаза встретились с грозными синими.
— Ты понял это?
— Да, Ваша Светлость, — ровно ответил Стеффон.
Роберт Баратеон не был Темным Лордом. Волдеморт наслаждался смертью и разрушением, просто ради своей власти. Слыша, как этот человек говорит о том, как он наслаждался смертью Рейегара Таргариена, смертью невинных детей младше его, единственным преступлением которых было их происхождение, Стеффону было трудно вспомнить, что его отец отличался от Тома Риддла.
***
Великий мейстер Пицель был гнилым стариком, в этом Стеффон был полностью уверен. Мужчина вел себя как дряхлый, старый дурак, постоянно шаркая со своей огромной цепью звеньев, но Стефф замечал в его глазах проблеск хитрости и никогда не чувствовал себя комфортно рядом с этим человеком. То, что он отвечает за воронов, лишь неприятно напомнило Стеффону о Долорес Амбридж. Он решил, что никогда не станет доверять тому, кто может читать их письма. Удобно, что Стефф проигнорировал лояльность мейстера к Дому Ланнистеров и его положение наследного принца, лишившее его возможности по-настоящему уединиться. Ему было три года, когда он начал изучать грамоту, но лорд Аррен придал официальный статус его занятиям после четвертых именин. Они решили, что этот возраст подходящий для начала уроков истории, и Пицель уже вовсю рассказывал о королевской семье и ее родословной, а Стефф старательно записывал его слова. — Основатель вашего дома, Мой Принц? Принц слегка нахмурился, старательно выводя слова на пергаменте — письмо всё ещё нелегко ему давалось. — Орис Баратеон женился на Аргелле Дюррандон. — Девиз и герб? — Орис принял девиз и герб Дюррандона как свои собственные; «Нам Ярость» вместе с коронованным черным оленем на золотом поле. — Очень хорошо, — похвалил его мейстер. Без сомнения, ворон уже летел в Утёс Кастерли, чтобы сообщить лорду Тайвину о стараниях его выдающегося внука. — Дом Баратеонов происходит от Штормовых Королей Дюррандона и занял Штормовой Предел в качестве своей резиденции. А Дом Ланнистеров, мой принц? Немного прищурив глаза, Стефф попытался вспомнить, что он знал: — Ланн Умный обманом изгнал Кастерли из Утеса и основал семью Ланнистеров. — Я бы не сказал, что обманом, Мой Принц… — пробормотал мужчина. Склонив голову набок, Стеффу пришлось придержать язык. Без сомнения всё, что было им сказано — было передано другим. — Мы переходим к родословным, мейстер? — мальчик спокойно сменил тему. — Д-да, Мой Принц. Первый дом Баратеонов. Вы старший сын Его Светлости короля Роберта, первый его имени. Сам король является старшим сыном лорда Стеффона Баратеона и леди Кассаны Эстермонт. Лорд Стеффон был единственным ребенком лорда Ормунда Баратеона и принцессы Раэль Таргариен. Лорд Ормунд… На последнем добавлении мысли Стеффа помутились. «Раэлла Таргариен», — подумал он. Что там говорил Верховный септон в своих проповедях? Будет проклят родоубийца. Он знал, что его дядю презирали за убийство Безумного Короля, и все называли Джейме Цареубийцей. Но это… — Кто такая принцесса Раэль? — перебил он мейстера. — Прошу прощения, Ваша Милость? — Пицель запнулся. — Принцесса Раэль? Кто она? Какое отношение она имеет к Таргариенам? Отсюда претензии моего отца на трон? — Д-да, Мой Принц, — запинаясь, продолжил старик, — Право вашего отца на престол исходят из этого родства. Принцесса Раэль была младшим ребенком Эйгона Невероятного. Принц Дункан разорвал свою помолвку с тетей вашего деда, сбежав с крестьянкой Дженни из Старых Камней. В свою очередь, после того, как восстание Лайонела Баратеона было подавлено, король Эйгон согласился на брак между наследником лорда Лайонела Ормундом и принцессой Раэль, чтобы смягчить напряженность в королевстве. Таким образом, лорд Стеффон был внуком, племянником и двоюродным братом королей. «Родоубийца», — подумал принц. Стеффону хотелось смеяться и плакать. Было достаточного того, что отец радовался смерти детей. Роберт Баратеон убил своего кузена, радовался смерти своих родственников. «Послал дядю Станниса убить кузину деда Стеффона и ее детей! В какой семье я родился», — истерически подумал он. Петуния, несмотря на то, что открыто презирала Гарри Поттера, и ее муж никогда не пытались убить своего племянника. «Но это другой мир, — мрачно подумал он, — и все они неправы. Баратеоны, Ланнистеры, Дурсли». Невнимательность наследного принца осталась незамеченной, и урок продолжился в том же духе. Стеффон и дальше послушно посещал их, но теперь он ясно осознавал в каком мире живет и что натворила его семья. Он знает, что есть и другие злодеяния. Еще больше вещей, которые остались невысказанными, но витают в воздухе. Когда-то Стеффон ничего не знал о своей семье, будучи осиротевшим волшебником, но в этой жизни у него не было оправданий. Он был принцем, а Гарри Поттер всегда был упрямым и любопытным, когда дело доходило до того, что другие пытались скрыть от него. В конце концов он узнает, что произошло.***
Ему потребовалось меньше времени, чем он думал, чтобы узнать о масштабах Восстания. Хотя отец гораздо охотнее говорил о войне, чем кто-либо другой, Стефф старался не расспрашивать его лишний раз. Удивительно, но самым большим источником информации для него стал его дядя Станнис. На два года младше короля, Станнис Баратеон был худой и мрачной версией его отца. Его дядя редко улыбался, преждевременно облысел и постоянно разочаровывался в своих братьях. Отец и дядя Станнис ссорились почти так же часто, как мать и отец, а королева считала его угрюмым человеком и, по возможности, держалась от него подальше. Одобрение Станниса было трудно завоевать, но Стефф был уверен, что простое проявление интереса к учебе улучшило его положение в отношениях с дядей. Ему удалось столкнуться с мужчиной в библиотеке, и Стефф оживился при мысли задать ему вопросы. Он вознес безмолвную молитву благодарности богам за то, что дядя проявляет интерес к его образованию, ведь Станнис часто заглядывал в работы племянника. Он сидел в своем любимом уголке библиотеки, вокруг него громоздились книги и связки пергамента. Он должен был изучать свои родословные, особенно родословные Великих Домов, и, заметив, что его дядя свернул за угол, Стефф послал ему небольшую улыбку. — Дядя, — поприветствовал его принц. — Стеффон, — коротко ответил Станнис, — Над чем старая крыса заставляет тебя работать? — Родословные, — угрюмо протянул мальчик. Станнис лишь мрачно улыбнулся. Стеффону оставалось надеяться, что его попытка получить больше информации сработала. Может, его дяде и не нравились придворные атрибуты, но этот человек не был глупым. Он презирал коварство и обман, и Стеффон постарался сделать самое невинное лицо. — В частности, Талли, — начал он с выражением ужаса на лице. Подняв бровь, Станнис посмотрел на него холодными голубыми глазами. — Что ты знаешь о доме Талли? — Есть пять членов семьи, — начал он, пытаясь сдержать ухмылку. Он еще не определился со своей целью. — Лорд Хостер — верховный лорд. У него есть брат, сир Бринден, и трое детей: леди Кейтилин, леди Лиза и лорд Эдмур. Дядя Станнис одобрительно кивнул, и Стеффон воспринял это как знак продолжать. — Леди Лиза — это леди Аррен, мы уже встречались с ней здесь, в Столице. Стефф едва сдержал гримасу при воспоминании о женщине. «Плачущая, несчастная леди Аррен, — подумал он, — чье презрение к мужу сочетается с ее неприязнью к Ланнистерам.» — Я не встречался с леди Кейтилин. Резко кивнув, дядя Станнис ответил на его невысказанный вопрос: — Нет, ты бы не смог. Она леди Старк, а Эддард Старк не ступал в столицу с момента окончания Восстания. Нахмурившись от удивления, Стеффон быстро записал это в свой пергамент. — Она всегда была обручена с лордом Старком? — подумал он вслух. — Со старшим братом лорда Старка, — поправил его дядя Станнис, — Восстание вызвало большие изменения. Встав, мужчина неловко похлопал Стеффона по плечу. — Мне надо идти. Продолжай хорошо учиться, племянник, — повернувшись, брат короля остановился и посмотрел на Стеффа своим пронзительным взглядом, — Вы наследный принц; если вы будете колебаться, прежде чем задать необходимые вопросы, это пойдет вам только во вред, — предупредил он. Слегка покраснев, Стеффон слабо кивнул и пробормотал слова прощания. Он был уверен, что этот человек не знал, что именно он искал, хотя дядя мог прочесть в его действиях и что-то другое. Подняв пергамент, который он спрятал под стопкой книг, Стеффон взглянул на нарисованную на нем чернилами простейшую карту Вестероса. Это была его собственная работа. На ней настаивал один из помощников Пицеля, чтобы помочь принцу запоминать, какие земли занимала определенная семья. Молодой человек и предположить не мог, насколько полезной она окажется. Глядя на карту, Стеффон видел прочерченные линии, обозначающие границы. Однако его мысли были далеки от земель Вестероса. «Какой смысл в клятве, если они не могут ее сдержать? — размышлял он, — Кажется, верховный септон произнес слова, которых дворяне не намеревались придерживаться». «Пощадите невинных, держитесь одной постели и повинуйтесь своему королю.» Стефф презрительно хмыкнул. Всё это было ерундой. Люди были порождением насилия, им нравилось драться и трахаться до тех пор, пока они не удовлетворяли свою похоть. Удовлетворяли монстров внутри. И это удовлетворение никогда не было постоянным; это был непрерывный цикл — люди раз за разом жаждали крови. — Во имя чести, — пробормотал принц, — Ради всеобщего блага. Стеффон словно почувствовал пепел во рту.***
Им предстоял бы долгий путь на Утёс Кастерли, чтобы лорд Тайвин мог увидеть своих внуков. Принц понимал, что ему придётся взаимодействовать со всей своей родней. Однако всё, чего он хотел, это спрятаться в своей комнате и избегать всех, пока он не приведёт в порядок свои мысли. Мальчик вовсе не горел желанием ехать куда-либо. Спас его ворон, прилетевший из того же Утеса Кастерли. «Черные крылья, чёрные вести», — мрачно подумал Стеффон. Бейлон Грейджой объявил себя королем Железных островов.
