Штормовой принц

Спускаясь вниз по лестнице в крипту, они почувствовали сильную прохладу. Роберт хмыкнул, и приказав своему королевскому гвардейцу ожидать снаружи, вошёл. Когда Роберт заявил о своем намерении посетить гробницу Лианны, на мгновение Неду показалось, что он увидел вспышку сильной неприязни в глазах старшего принца. Странно было видеть это на лице, так похожем на лицо его друга: Роберт, которого он знал, при мысли о его сестре выражал лишь восхищение. Он провёл Роберта мимо гробниц его родственников и подвел их к месту, где покоились его отец и брат. Он зажёг факел, висевший между ними, прежде чем повернуться к статуе Лианны. Единственная женщина, которой когда-либо была поставлена статуя в склепах Винтерфелла. Нед приходил сюда время от времени, чтобы положить зимнюю розу в ее протянутую руку. Мастерам не удалось передать непревзойдённую красоту его сестры, как и холодный мрамор не передал яркости её самой. — Не стоило хоронить ее здесь, — печально сказал Роберт, глядя на статую. Глаза его опустились в горьких эмоциях, — Ее нужно было похоронить на высоком холме, под солнцем и цветами. — Я был с ней, когда она умерла. Она хотела вернуться домой, чтобы покоиться рядом с Брандоном и отцом. Она была Старком из Винтерфелла. Здесь ее место, — возразил Нед. Его серые глаза были прикованы к перу, которое Роберт положил ей на ладонь. Лия обожала цветы, и если бы он закрыл глаза, то вспомнил бы, как она крепко сжимала в руках венок из роз на своем кровавом ложе. — Она принадлежала мне, — хрипло произнес Роберт, пронзая Неда полными эмоций голубыми глазами, — Я любил ее, а Рейгар Таргариен украл ее у меня. Все Семь Королевств никогда не смогут заполнить ту дыру, которую она оставила после себя, не тогда, когда я должен был получить ее в жены. — Ты видел только леди, которой она была, ты не видел сталь под ее красивыми платьями, — сказал Нед, вспоминая свирепость своей сестры. Лия была прекрасной и своенравной, и умерла раньше времени, уведённая своей волчьей кровью в раннюю могилу. «Обещай мне, Нед!» — раздался голос у него в ушах. Он перевел взгляд на Роберта. — Рейгар Таргариен мертв, — сказал Нед, — И у тебя есть три сына, чтобы продолжить твое наследие. Лицо Роберта слегка исказилось в гримасе, которую он до этого не видел снаружи. Во дворе король был откровенно хвастлив; гордый Штормовой Лорд, который рос вместе с Недом, сиял, когда с довольством смотрел на своих детей. — Да, мои сыновья. Более упрямых парней я не встречал во всех королевствах, — проворчал он, — Они всё делают с единодушной решимостью — от размахивания мечами до управления моим проклятым советом. — Принцы, которые готовы выполнить свой долг, — ответил Нед, — это благо для королевства. Роберт усмехнулся: — Более чем готовы, да. Я никогда не хотел ее, эту корону. Все, чего я хотел, это Лианна; вместо нее у меня холодная жена и сыновья, на которых я трачу больше времени, чтобы править. Иногда я думаю о том, чтобы уйти; уехать в Эссос и доживать свои дни в качестве наемника, сражаясь и трахаясь до смерти. Потом я вспоминаю, на ком я женился, и мысль о Серсее как регентше моего сына удерживает меня на этом троне. — Я слышал много хорошего о принце Стеффоне и принце Джоффри, — осторожно сказал Нед. — Они оба хорошие парни, сыновья, которыми я могу гордиться, — тихо признал Роберт, — Но они тратят свое время, доводя Совет до белого каления. Они молоды и стремятся переделать мир под свои представления и мечты, а их дед только поощряет их. Несколько раз они чуть не довели Джона до могилы. Нед вспомнил о том, что рассказали ему Кэт и Лювин. «Заговор Ланнистеров» — подумал он, и желудок Неда скрутило, когда он вспомнил тела, завернутые в алую ткань, чтобы лучше скрыть кровь. — Расскажи мне о Джоне, — попросил он, желая поскорее забыть о призраках прошлого, — Как это случилось? Лицо Роберта побледнело, на нем появилась грустная улыбка, и он сказал: — Его забрала старость. Лихорадка сожгла его, но, полагаю, я должен быть благодарен, что он продержался так долго. — Лихорадка? — спросил Нед, нахмурив брови в раздумье. Что могло вызвать лихорадку? «Если Ланнистеры вообще причастны к его смерти», — мрачно прошептал голос, но Старк был уверен в причастности Львов к смерти его старого наставника. Лишь немногие семьи могли посоперничать с Ланнистерами в бесчестье. — Да, — кивнул Роберт, — к концу он совсем забредил, повторял какую-то чушь. «Семя сильное» или что-то такое, — печально поведал ему Роберт, — Мне следовало отпустить его много лет назад. Отправить с его мальчиком в Долину. — Лиза забрала юного Роберта в Гнездо, — упомянул Нед, хмуро глядя на Роберта. — Да, она забрала мальчика с собой, как только Джон умер. Я надеялся, что мальчик станет воспитанником на Драконьем Камне, но она исчезла посреди ночи, не сказав ни слова. Мальчику Джона нужен регент, и я намерен дать ему его, а не оставлять в руках сумасшедшей женщины, которая будет править через своего маленького сына. — Наверняка кто-то из лордов Долины удостоится этой должности? — аккуратно спросил Нед. Слова Роберта лишь заставляли его волноваться больше. — Они могут сколько угодно препираться с этой чертовой женщиной. Я не могу опекать мальчика теперь, когда его мать сочла нужным уехать без моего разрешения. Но опекунство перейдет к Джейме Ланнистеру. — Цареубийца, — удивился Нед, — Ты отдашь эту должность человеку без чести? — Он может сколько угодно путать честь с дерьмом. Сын Джона всего лишь мальчик, а не тот, кому я бы отдал командование армией, — отмахнулся Роберт. — Лорд Гнезда и Защитник Долины всегда остается Хранителем Востока, Роберт, — возразил Нед, — Рыцари Долины не будут рады, если Цареубийца получит должность, а не один из них. — Нет, но они примут слово своего короля, — хрипло ответил Роберт, — Мальчик молод и болен, к тому же он лорд Гнезда. Клянусь всеми богами, он не годится для того, чтобы возглавить четверть армии королевства. — А Цареубийца — да? — спросил Нед, — Ты сместишь Арренов с должности, которую они занимали столетиями и отдашь ее Цареубийце? — Лучше ему, чем семилетнему мальчишке; как можно ожидать, что ребенок удержит восток? Если бы мой Стеффон был старше, возможно, я бы дал этот титул ему, но он еще молод и учится править. Возможно, когда мальчик достигнет совершеннолетия, я подниму этот вопрос вновь. Но как я могу думать об этом, когда на востоке эти проклятые драконы? — Драконы? — осторожно спросил Нед. — Эта проклятая девка Таргариенов вышла замуж. Замужем, в постели и с ребенком в брюхе от дотракийского дикаря, — почти прорычал король, — Мне следовало покончить с ними, когда они ещё не представляли угрозы, но Джон и слышать об этом не хотел. — Они дети, — напомнил ему Нед, надеясь, что долгие годы после войны охладили гнев друга. — Дети, которые выросли и хотят получить трон, который им больше не принадлежит. Как скоро мальчик решит пересечь море с этими всадниками на своей стороне? — потребовал Роберт, — Говорят, их около ста тысяч, и все они под знаменем мужа Дейенерис Таргариен. — Они никогда не пересекут море, а если пересекут, то мы увидим, как они будут сброшены в него, — пообещал Нед. Роберт повернулся к статуе Лианны, протянул руку вперед, чтобы прикоснуться к скульптуре, как будто погладить её мраморную щёку. — Я поклялся, что никогда не позволю Таргариенам вновь занять трон. Не после того, что сделал с ней Рейгар, — сказал Роберт, обернувшись, чтобы взглянуть на Неда, — Джон понимал это, но теперь он ушёл и оставил меня с кучей забот. Мне нужны хорошие люди, преданные и верные в эти трудные времена. «А теперь мы переходим к сути дела» — мрачно подумал Нед. Он был склонен принять предложение Роберта. Нед все больше убеждался в том, что его другу нужна помощь, когда услышал, как Ланнистеры захватывают совет. — Эддард Старк, — начал Роберт, его голос звучал властно, — Я хочу назначить тебя Десницей Короля. Нед встал на колено перед своим королём в крипте, каменные глаза его предков словно следили за ними, когда он смотрел на своего друга. — Вы оказываете мне честь, Ваша Светлость. — Это не честь, иначе я не проделал бы столь долгий путь, — усмехнулся Роберт, — Пойдем со мной на юг, Нед, в эту вонючую дыру, и управляй моими королевствами за меня, пока я буду напиваться до беспамятства, а ты будешь мучиться, сражаясь с моими сыновьями. — Сражаясь с твоими сыновьями? — переспросил он со стоическим выражением лица, когда Роберт жестом велел ему подняться. — Да. Они не видели настоящей битвы уже много лет, со времени этих чертовых бандитов в Королевских землях. Но они считают малый совет своим полем битвы, и ты можешь сразиться с ними на нём, как это делал Джон, хотя, мне кажется, у тебя это будет получаться лучше. Нед нахмурил брови, откладывая эти мысли на потом. — Почему ты так решил? — Смеясь, Роберт похлопал его по плечу. — У меня есть сын, у тебя — дочь. Я хочу объединить наши Дома, как когда-то должны были сделать мы с Лианной, — сказал Роберт, удивив его этим предложением. По тону его голоса Нед понял, что тот не очень хорошо воспримет отказ, но всё же заколебался. «Санса может стать королевой», — подумал он, вспоминая свою девочку, которая была леди с тех пор, как произнесла свои первые слова. Его девочка, которую король хотел привязать к одному из своих сыновей. — Сансе всего двенадцать, — напомнил ему Нед. — Достаточно взрослая для обручения, — отмахнулся Роберт, — Брак может подождать несколько лет. — Это неожиданная честь, Ваша Светлость. Могу ли я получить разрешение подумать? — спросил Нед, — Если мне предстоит путь на юг, я должен подумать о детях, которые будут сопровождать меня. — Да, подумай об этом и поговори со своей леди-женой. Твоя дочь может даже выбрать одного из них, — засмеялся Роберт, — Будущий король или будущий десница — для меня нет разницы, хотя я бы предпочел видеть королевой твою девочку, а не эту проклятую розу — они оба в любом случае будут жить в Королевской Гавани. — Будущий десница, — сказал он, изумлённо моргая от неожиданной мысли. — Проклятый мальчишка — правая рука своего брата; они вдвоем даже ближе, чем когда-то были мы, — сказал ему Роберт, когда они вышли из крипты, — Ты будешь видеть его больше, чем тебе хотелось бы. «Король-полуланнистер, десница-полуланнистер, и Санса, привязанная к ним обоим», — подумал Старк, прикидывая возможные варианты. — Я обсужу это с ней, — пообещал Нед, — Нам нужно будет поговорить, Роберт. Я не могу отправиться на юг, когда на Севере и на Стене все так плохо. Роберт отмахнулся от него, как Нед и думал. — Это может подождать еще несколько дней. Хотя, если ты так настаиваешь, мы можем поговорить об этом завтра. А пока нас ждут пир и веселье! Поговори со своей женой, а я поговорю со своей. Но ответа я жду до вечера.