On a leash

      Кажется, она так и не захочет возвращаться к Джонатану. Не то, чтобы кто-то интересовался её мнением по этому поводу (да и по любому другому поводу, повлиять на которые она ровным счётом никак не могла), но у Найджела ей было так спокойно, будто она в гостях у родственника, который просто долго отсутствовал и вот вернулся в её жизнь. Она быстро привыкла обращаться к нему по имени, оно стало своеобразным мостиком между ними, стремительно сокращая ту пропасть между человеком и вампиром, в которую она так боялась соскользнуть, сделав лишь один неверный шаг. Шагать намного проще, когда есть мост. А Найджел будто вообще этой пропасти не замечал, — он говорил с ней, как с равной, шутил вместе с ней, извинялся, если заденет.       И даже сейчас, пока вода шумела в ванной комнате, Флавия совершенно спокойно валялась на кровати вампира, используя его подушку как подъём под грудью, чтобы удобнее было смотреть телевизор на стене. Как бы вся эта ситуация не расслабляла, девушка старалась постоянно удерживать мысль, что всё это временно, и через три дня она вернётся ко всем своим привычным правилам и ежедневной рутине. Мысль серая, как сигаретный дым, по которому она успела соскучиться.       — Ты реально смотришь эту документалку про церкви? — это лёгкое разочарование в голосе Найджела почему-то её позабавило. Он надеялся, что она прислушается к его рекомендациям и не остановит свой выбор на какой-то «скукоте».       Девушка хотела было что-то ответить, но стоило ей отвести взор от экрана, как она забыла, как составлять звуки в слова. И всё из-за непростительно обнажённой фигуры вампира, который стоял в дверях ванной комнаты. Спасибо, что хоть про полотенце на бёдрах не забыл. На это полотенце быстро стекали капли остывшей воды, оставляя мокрые дорожки от его распущенных волос. Чëртово вампирское обаяние.       — Я не знала, что люди молятся вампирам. И церкви красивые, мне нравится.       — Не совсем вампирам, Прародителям, — поправил её Найджел, скрывшись в гардеробной. — Если бы не Прародители, то не было бы и вампиров, а тогда кто бы навёл порядок в людском мире? Они чуть было не подорвали весь мир без весомых на то причин.       — Ого, — кивнула в пустоту девушка. — За такими глаз да глаз нужен.       — И не говори, — Найджел вышел в комнату уже одетый во всё чёрное. Лёгким движением он закатал рукава. — В силу своей короткой жизни люди неспособны как следует оценить последствия своих действий и учиться на чужих ошибках, а не на своих. Поэтому вампиры взялись за этот мир и, как видишь, уже столетия все живут без войн. Кризисы, конечно, бывают, но это поправимо.       Флавия зависла на мысли, что люди не учатся на чужих ошибках. Она и не заметила, как стала крутить на шее белый кожаный ремешок. Она и не заметила, в отличие от Найджела. Тот скрестил руки на груди и тяжело вздохнул.       — Да, именно поэтому и были созданы магазины и подготовительные центры для питомцев. К сожалению, тренировки и дисциплина даются лучше при устрашении, — он не поднимал глаз от пола. — Мне жаль, Флавия.              Флавия кивнула. У неё появилась обжигающе-страшная мысль, мысль, которая выжигала её изнутри, оставляя чёрные края и запах гари, — она была в секунде, чтобы ответить мужчине «Я всё понимаю, ничего страшного». Но вовремя сдержалась. Нет, вовсе не «ничего страшного»! Как эта мысль вообще у неё в голове появилась?! Учитывая всё, через что ей пришлось пройти в магазине, а сколько таких магазинов в мире? Сколько таких же девочек в магазинах? Она не может вот так просто взять, забыть и оправдать все те ужасы, через которые ей пришлось пройти.       — Спасибо, Найджел.       Она тепло ему улыбнулась. Даже если его сочувствие не было искренним, ей хотелось в него верить. Найджел улыбнулся ей в ответ и принялся приводить в порядок свои ярко-рыжие волосы. Флавия даже чутка завидовала.       — К сожалению, меня ждут сегодня на работе, но всего на несколько часов. Зато когда я вернусь, то сходим с тобой в сад, если хочешь, — несколько ловких движений, и вот он уже завязал высокий хвост.       — О, в сад! Да, я хотела бы! — она радостно замотала в воздухе ногами. — Как раз успею посмотреть документалку про цветы. А может, и про птиц тоже!       — Я и не знал, что Джонатан искал питомца, похожего на себя, — ухмыльнулся мужчина, застегивая часы на руке. Обратив внимание на удивлëнный взгляд девушки, он закатил глаза. — Ботаник ты, заучка. Как и хозяин твой.       — Я не могу быть ботаником, Найджел, — цокнула Флавия. — Я не разбираюсь в растениях.       Найджел рассмеялся и расстрепал ей волосы, наслаждаясь её таким милым возмущением.

***

      Документалку про цветы она всё же посмотрела. Очень хотелось некоторые зарисовать, но не хотелось рыться в вещах Найджела без спроса. Даже учитывая, что против он не будет, ей всё равно было некомфортно.       Прошла пара часов, и она поймала себя на поедании чипсов. Хотелось обедать. Обед должны были вот-вот принести, она всё не могла дождаться.       Скучно. Ей совершенно не хотелось ничем заниматься. Она с горечью посмотрела на небо за окном. Ясное. Вот бы на прогулку.       Стук в дверь. Ну наконец-то, хоть поест! Она поспешила открыть дверь.       — Здравствуй, детка.       Девушку будто пронзила молния. Она застыла на месте, не в силах пошевелиться.       Энора ослепительно улыбнулась и прошла в комнату, поставив поднос с обедом на кофейный столик. Обернувшись на Флавию, она поставила руки на бёдра и нахмурилась.       — Ну что за невоспитанность, мышка.       Всё ещё сражённая резкой волной шока, Флавия так и стояла перед вампиршей, не в силах ей сказать хоть что-нибудь. Она понимала, что нужно извиниться, нужно её поприветствовать, а может можно было бы просто взять и сбежать, пока дверь ещё открыта… Энора прочитала её взгляд и закрыла дверь на ключ.       — Даже не смотри сюда. Лучше бы ты так следила за своими манерами, — вампирша подошла к девушке, у которой на этот момент сердце уже выскакивало из груди. Предательское сердце. Энора же услышит.       Вампирша ей улыбнулась. Флавия никогда не испытывала такой разновидности ужаса: от этой улыбки Эноры у девушки пробежали мурашки по спине и будто свернулись в клубок где-то в районе живота. Принцесса наслаждалась её реакцией, её всё это очень забавляло. Энора посмотрела в глаза девчонке, взялась за кольцо на её ошейнике и медленно потянула вниз. Та послушно опускалась на колени, не в силах разорвать зрительный контакт. Девушка была благодарна, что под голыми коленями оказался мягкий ковёр, а не холодная древесина.       — Впредь встречай меня на коленях, — вампирша взялась за подбородок девушки и провела большим пальцем по её губам. — Это понятно?       Флавия едва заметно кивнула и приоткрыла рот, в попытке захватить столько воздуха, сколько ей нужно, чтобы голова начала мыслить хоть немного яснее. С их предыдущей встречи она не могла понять, откуда у Эноры над ней такая власть.       — Сразу видно, что тебя не готовили ко служению королевской семье. Даже дворцовые питомцы ведут себя учтивее.       Дворцовыми считались питомцы, которых держали для постоянного пользования всеми вампирами замка. Их держали на каждом этаже, и их кровь можно было пить всем желающим вампирам в любое время. Они принадлежали двору в целом, а не кому-то конкретному. Вампиры не имели права забирать их в свои комнаты, вредить им. С одной стороны, это очень удачный расклад для питомцев. Но с другой стороны их кровь пили значительно чаще, чем если бы им пришлось служить всего одному вампиру. Для вампиров, нежелающих брать на себя ответственность за человека, это был отличный вариант. К тому же многие просто не могли представить себе жизнь с человеком на их территории.       — Руки, — только и сказала брюнетка, открыв ящик письменного стола. Изначально она не собиралась сковывать ей руки, но её планы спонтанно изменились, стоило ей увидеть этот наивный, чистый страх в глазах девчонки. Она не могла удержаться от соблазна подпитать её ужас, укрепить свой статус в этих больших и переданных глазах.       Флавия послушно подняла руки, держа кулаки вместе. Пальцы Эноры были холодные, движения уверенные и рассчетливые. Она обошла девушку, перевела её руки за спину и закрепила вместе.       — Скажи мне, девочка, ты рада меня видеть?       Вампирша села на кровать перед своей новой игрушкой. Закинула ногу на ногу. На ней были широкие брюки с завышенной талией и изумрудная блузка. Она была шикарна. Красные губы растянулись в улыбке.       — Да, госпожа, — кивнула Флавия. Она была не уверена, был ли её ответ искренним, однако он точно был правильным. И она была готова из кожи вон лезть, но отвечать Эноре только так, как от неё ожидалось.       — Тогда нужно поблагодарить твою госпожу за внимание, тебе так не кажется?       В эту секунду Флавии казалось только то, что она снова попала в какой-то горько-сладкий сон, который выжимал из неё всё жизненные соки с каждым словом вампирши, каждой её ухмылкой, каждым прикосновением её холодных пальцев на своей горячей от румянца коже.       — С-спасибо, госпожа Энора, что пришли меня навестить, — девушка опустила глаза и не могла видеть, как вампирша довольно накрутила локон на палец, второй рукой упершись о кровать.       — Отлично, — принцесса кивнула в сторону еды на кофейном столике. — Можешь идти обедать.       Флавия вопросительно посмотрела на вампиршу и лязгнула цепочкой за спиной. Как она будет есть? Энора сначала ей сковала руки, а потом предлагает идти есть?       — Да, детка, это наказание за невоспитанность, — кивнула вампирша. — Ты же питомец, тебе не нужны приборы.       Если вчера ей казалось, что Энора больше не сможет унизить её ещё больше, то теперь она уже сильно в этом сомневалась. Флавия прекрасно помнила свою радость, когда поняла, что у Найджела в комнате тоже нет клетки для питомцев, но теперь она было бы непротив, чтобы каждый раз, уходя на работу, Найджел запирал её в клетке. Подальше от изощрённых вампирш.       Девушка оценила, насколько она голодна. Может, не есть? Но тогда еда останется на столе нетронутой, Найджел потом ещё Джонатану нажалуется… Хотя это больше её не пугало, какое бы наказание ни придумал её хозяин, навряд ли оно переплюнет встречи с принцессой. Перед ней стоял суп и овощной салат. К её сожалению, она ждала обеда. Хотелось есть. Флавия вздохнула и принялась за еду, стараясь не расплескать суп.       Энора скинула туфли и прилегла на знакомую кровать. Она наблюдала за девчонкой, за тем, как она молча принимала все её приказы и выполняла все её прихоти, и вдруг осознала, что к этому можно привыкнуть. Как она жила раньше без этого томного, тягучего чувства превосходства, ощущения собственного могущества? Ей хотелось упиваться им сполна, упиваться каждой секундой. И не оставить Джонатану ни капли. Как хорошо, что он в отъезде. Уж она-то позаботится о его девочке как следует.       — Смотри не подавись, детка, — усмехнулась вампирша.       Она с нескрываемым удовольствием наблюдала за девчонкой, за тем, как её коса соскользнула со спины и перекинулась ей через плечо, за тем, как она несмело сплела пальцы меж собой, за тем, как задиралось её платье, когда она приседала на пол и снова поднималась на колени. Девчонка шумно сëрбала суп, и обычно это раздражало принцессу, так любил делать её невоспитанный брат, однако у этой крохи не было приборов, и ей можно было простить эти звуки. Она хотела сделать ей замечание, но побоялась, что девочка тогда совсем перестанет есть. Пусть ест, как может. Бедняжка. Такая послушная.             Флавия робко подняла глаза на вампиршу, когда закончила. Энора улыбнулась ей.       — Закончила? — та в ответ пару раз кивнула. — Иди сюда, ты испачкалась.       Вампирша приподнялась с кровати и взяла из прикроватной тумбы пару салфеток, которыми очень медленно вытерла девушке рот. Она держала её за подбородок другой рукой. Флавия не смела поднять глаз.       — Вот так, намного лучше, — всё это время вампирша была просто очаровательно мила, и девушку это только больше настораживало. Она боялась довериться подобной перемене. — Молодец, Флавия, — от похвалы у неё что-то сжалось под грудью, будто одним движением скомкали лист её низкой самооценки. Но приятное чувство длилось всего секунду. — А теперь неси поводок.       Девушка застопорилась. Вампирша в ответ вскинула брови.       — Давай-давай, ты же не хочешь, чтобы я тебя постоянно за ошейник дёргала? — тон Эноры не был угрожающим. Она звучала всё так же любезно, хоть в эту любезность и верилось с трудом.       Флавия вздохнула и попытались собраться с мыслями. Поводок висит на крючке у двери. Висит достаточно высоко. В теории, она могла бы схватиться за него связанными руками и потянуть, но это будет крайне неудобно. И тут ей стало кристально ясно, чего от неё ждёт вампирша. Ну что ж, раз Энора сегодня в хорошем настроении, или кажется таковой, то и Флавия подыграет. Ей ничего не стоит вести себя как прилежный питомец, главное вывести себя из ступора и попытаться стереть страх с лица. Флавия подошла к поводку, взяла его в зубы и принесла Эноре, послушно встав перед ней на колени.       — Какая умница! — принцесса не торопилась забирать поводок. Она провела пальцами по щеке девушки, та прикрыла глаза и стала о них тереться, как самый преданный котёнок. Ещё немного и Энора решит выкрасть её себе. Навсегда. — Давай пристегнëм его, стой ровно.       Девушка решила, что стратегия верная, и нужно её придерживаться. Она подождала, пока Энора щёлкнет карабином на её ошейнике, и снова посмотрела на вампиршу глазами полными самоотдачи. Она пыталась донести ей, что согласна на всё, лишь бы та больше не злилась на неё.       Вампирша залезла обратно на кровать и отодвинулась подальше от девушки. Не сводя с неё глаз, она стала наматывать поводок на кулак, приманивая её к себе. Близко. Очень близко. Флавия села на колени и следовала за натяжением поводка, пока губы вампирши не оказались прямо у её уха.       — Я смотрю, ты сегодня послушная девочка, да, Флавия?       Её губы касались мочки уха. Что бы ни сказала ей Энора, её шёпот посылал электрические импульсы по всему телу девушки.       — Да, госпожа.       Кажется, ладони вспотели.       — И что вызвало в тебе такую перемену, мышка?       В горле пересохло. Кажется, она дышала через раз, и мозгу не хватало кислорода, чтобы думать и принимать решения. Не лучшее состояние для диалога.              — Вы, гос-госпожа, — она снова начала заикаться. Позорище. Но, видимо, Энору только тешил её стыд, она едва слышно усмехнулась.       — Конкретизируй, — девушка едва могла разобрать смысл слова, едва могла его расслышать за шумом собственной крови, которую сердце, словно бешеное, гоняло по венам, будто для неё, будто для Эноры: вот, пожалуйста, вся Флавия, вот её кровь бежит для вас, слушайте, госпожа, как колотится её сердце от ваших слов, она готова подставить вам шею в любой момент, вам даже не нужно просить.       — Я… Я боюсь разочаровать вас, госпожа… — совершенно честно ответила девушка, пока вампирша перебралась ей за ухо и медленно провела по тонкой вене языком.       Локоны Эноры были совсем рядом с лицом девушки. Такие блестящие… Флавии очень хотелось выбраться из оков и зарыться рукой в эти волосы, почувствовать эти пряди на самых нежных местах между пальцев, хотелось утонуть в них носом и вдыхать манящий аромат лилий. Девушка напрягла руки, и цепи недовольно цокнули, не позволив ей освободиться.       — Джонатан был прав. Ты действительно быстро учишься, — Энора выпрямилась и освободила ей руки, правда ненадолго. Уж очень ей нравился вид этого оленёнка в капкане. Она закрепила ей руки на этот раз спереди и уложила девушку на кровать напротив себя. Вампирша вытянула руки Флавии над головой. — Постарайся держать руки на месте, детка. Иначе накажу, ты знаешь.       Вампирша лежала на боку рядом со своей очаровательной жертвой и пробовала на вкус мысль об укусе малышки. Нравился ей её румянец, её покладистость, и было сложно тормозить в себе инстинкты завладеть ею сполна, и её кровью тоже. Безусловно, она могла сделать это тайно, как в прошлый раз. Но ей хотелось большего. Хотелось, чтобы её кровь стекала с её губ на открытое декольте, хотела кусать её столько раз, сколько захочет, хотела подарить девчонке пьянящий поцелуй со вкусом её собственной крови. Энора одним движением взялась за подбородок девушки и повернула её голову набок, чтобы оценить количество укусов. Совсем немного.       — Как часто твой хозяин пьёт твою кровь, мышка? — её рука перешла с подбородка на шею, обводя каждый шрам. Удивительно, ни одного рваного. Значит, девчонка даже не дёргается. От этой мысли ей захотелось вдохнуть побольше воздуха.       — Примерно раз в два дня, госпожа.       Вампирша нахмурилась. Иметь своего человека и не пользоваться свежей кровью каждый день? В чëм тогда смысл?       — Почему не каждый день? Вампирам нужна кровь чаще, чем раз в два дня, ты знала об этом?       — Нет, — Флавии стало отчего-то стыдно. Хотя, если бы Джонатан хотел пить её кровь каждый день, она и не была бы против. — Но На- сэр Найджел сказал, что я слишком маленькая для нормы хозяина, поэтому… Может, он ждёт, когда я наберу в весе…       Об этом Энора не подумала. Девчонка действительно крошечная. Не мудрено, что её крови не хватает взрослому вампиру. Это обстоятельство лишь осложняет ситуацию. Если Энора решится выпить тайком её крови, то Джонатан может легко это вычислить, стоит девчонке рухнуть в обморок от потери крови. Чëрт возьми.       — Бедняжка, — выдохнула принцесса, запустив руку под платье Флавии. — Тебе действительно нужно больше есть. Вчера я могла пересчитать все твои рёбра.       Флавия старалась расслабиться. Она старалась расслабиться, когда Энора касалась её оголëнного бедра, медленно поглаживая свой путь к выступающим тазовым костям. Она старалась расслабиться, когда пальцы вампирши подцепили край её белья и... и оставили всё, как есть?       Энора была погружена в свои мысли, отчего потеряла всякое настроение играть с девчонкой. Её голову не покидали десятки способов забрать её у Джонатана, отбить, украсть, договориться, выкупить. Или она слишком погрузилась в это всё? Это всего лишь временное её увлечение, зачем тратить столько сил? Она вообще стоит этого? Что за глупости, давно Эноре чего-то не хотелось так сильно. Видимо, всё от того, что ей впервые за долгое время не удаётся что-то заполучить. Ей важен сам факт завоевания?       Энора положила голову на грудь девушке и с удовольствием слушала её сердцебиение. Такое живое, трепетное. Она прикрыла глаза и лежала так. Флавия даже успела на секундочку расстроиться, совершенно неосознанно, мимолëтно. Она не ожидала такой перемены от принцессы. Очень осторожно она опустила руки и несмело обняла вампиршу. Они обе молчали.       Вдыхая свежий аромат лилий, Флавия больше не ждала спасения.