On a leash

      – Это кофе с молоком. Пей.       Джон поставил чашку рядом с тарелкой девушки и с интересом наблюдал, как она принюхивается к напитку. Он специально попросил сделать кофе послаще, чтобы Флавии понравилось.       – Ты заказал ей кофе.       Найджел наклонил голову в бок, отчего из-за его уха вырвалась прядь волос. Казалось бы, он просто констатировал факт, но осуждение так и сквозило в его ровном тоне.       – Да, заказал. В чём проблема?       – Флавия не пьёт кофе.       Найджел явно пытался донести совершенно иную мысль одним своим тоном, однако Джонатан всячески игнорировал настороженный взгляд и интонации друга.       – Раньше не пила. Сегодня попробует.       – Джон, ты что, опять? – Найджел развернулся к нему, недовольно подпирая висок, будто претерпевая головную боль. – Ну она же мелкая совсем, так и сознание запросто могла потерять прямо у тебя на руках.       – Такого бы не произошло, я себя контролировал.       Джонатан даже не смотрел в сторону друга, сохраняя непоколебимое выражение лица. Флавия же сидела тише воды – ниже травы, с удовольствием отпивая кофе небольшими глотками и старательно не влезая в конфликт вампиров.        – Ага, вижу я, теперь кофеином отпаиваешь.       – Она это заслужила, – совершенно спокойным тоном произнёс вампир, заставляя девушку вжаться в спинку стула.       – А это ещё как понимать?! – прыснул Найджел, шокированный подобным заявлением. – Я ещё понимаю, первый раз был случайностью, но намеренно?! Ну да, конечно, пренебрегай её здоровьем сколько хочешь, если что, другую заведёшь, да?       – Найджел, прекрати.       Но его было не остановить.       – Вот уж нет, знаешь, что? Сегодня я заберу её к себе. Флавия, пересядь сюда. Давай-давай, от черта подальше. Вот образумится твой папка, верну тебя домой.       – Найджел, это всего лишь временное недомогание от потери крови.       – Ага, а я всего лишь временно у тебя конфискую человека, чтоб ты вспомнил, как ей дорожишь. Тебе тыща лет, всю жизнь людей защищал, а теперь развлекаешься податливой живой кровью? Стыдись, старик.       Флавия пересела поближе к Найджелу и осторожно вставила:       – Найджел, у меня всё хорошо, не ругай хозяина…       – А ты цыц, ешь свой завтрак.       Девушка тут же осеклась и вернулась к еде, решив сегодня не спорить с этими двумя вампирами.       – Найджел, если ты хотел с кем-то поругаться, то обратись к Селесте, она в этом профи.       – Не переводи тему, я тебя слишком хорошо знаю, – язвительно заметил вампир, опустошая стакан бордовой жидкости.       – И что ты хочешь от меня услышать? Жаждешь подробностей?       – Их я и так выведаю, скорее жду, что ты перестанешь демонстрировать свою власть над девчонкой способами, угрожающими её здоровью. Потом сам же ко мне прибежишь, как понадобится её подлатать. И вообще, это кривая дорожка, друг, сначала пьёшь кровь свыше нормы, а потом что? – он бросил быстрый взгляд на девушку и чертыхнулся. – Не хочу даже обсуждать это при Флавии.       – Я правда в порядке, – почти шёпотом сказала она разгорячившемуся вампиру.       – Это не тебе решать, кроха, – уже мягче, но всё ещё слишком серьёзно для весёлого Найджела, ответил он. – Сейчас ешь, пей кофе, потом отведу тебя к себе, там отоспишься как следует.       – Я могу и дома…       – Это не обсуждается. К тому же, у Джонатана сегодня снова целый день встречи и договора, так? – вампир смерил уверенным взглядом Джона, который только увёл взор и сделал пару глотков кофе. – Ну как и ожидалось. Присматривать за тобой придётся мне.       Флавия не была уверена, что за ней вообще нужен присмотр. Где-то в глубине души ей стало обидно, что Найджел видит в ней неразумного ребёнка, за которым обязательно нужен какой-то уход и постоянный контроль. Но об этом она ему скажет позже. Не при хозяине.       – Кажется, ты подзабыл, друг, что это мой человек, а своих ты заводить не собираешься, – спокойным тоном заметил Джонатан.       – Сложно не делить ответственность за человека с другом, у которого ярко начинает проявляться деменция, он, знаешь ли, свои же принципы забывает.       – Найджел, ты здесь не прав, – вампир что-то проверил на экране телефона. – Не веришь мне, обсуди этот вопрос с Флавией, она врать не станет.       – Ещё бы, боюсь представить, что ты сделаешь с бедняжкой за враньё, – закатил глаза Найджел, даже не пытаясь унять свой внезапно разгорячившийся пыл.              – Найджел, со мной правда всё в порядке…       Пусть в этом случае уговоры Флавии совершенно не работали, она не прекращала попыток взять вампира измором. Может, он в итоге сдастся и позволит ей самой отвечать за своё состояние?       Да уж, размечталась.       Всю дорогу до его двери Найджел как-то напряжённо молчал. Может он действительно просто встал не с той ноги? Девушка уселась на тахту и хотела было сказать что-то ещё, как вампир выдал:       – Раздевайся.       Все мысли тут же покинули голову, оставив после себя звенящий шум. Девушка никак не могла срастить, что вообще происходит.       – Что?       Ей наверняка просто послышалось. Ну не может быть.       – Я сказал раздевайся, Флавия. Снимай кофту и штаны. Мне нужно кое-что проверить. Да и спать в этом ты не будешь, – совершенно серьёзно пояснил вампир, скрываясь в гардеробной и оставляя девушку в полном недоумении прогружаться ещё несколько секунд.       Что именно он хотел проверить? Зачем ей раздеваться? В любой другой день она бы сначала задала все сопутствующие вопросы, а только потом решилась бы снять кофту. Но именно в этот день Найджел был не в лучшем расположении духа, поэтому испытывать судьбу ей не хотелось. Спросит потом.       Когда он вернулся, то держал в руке какую-то сложенную вещь. Вампир окинул взглядом её закрытую позу. Хоть он и был врачом, ей всё равно было неловко сидеть перед ним в одном белье и ошейнике.       – Поднимись на ноги.       Когда она встала, то получила ещё набор инструкций — покажи руки, опусти руки, повернись, наклони голову, убери волосы. Да, это было намного проще, чем медицинские осмотры в магазине, но её осматривал не незнакомец, как это было обычно, а достаточно близкий вампир из её окружения, что заставляло её щеки краснеть без её на то ведома.       Вампир удовлетворённо кивнул. Следы укусов только в положенных местах, никаких синяков или порезов. Не то, чтобы это было его дело, но если бы его друг перешёл грань, то он точно считает своей обязанностью вразумить Джонатана. Не хотелось бы, чтобы молодая кровь вскружила старику голову, и тот потерял ещё одного питомца.       – Хорошо, – он протянул ей свою футболку. – Одевайся и ложись. Тебе нужно отдохнуть.       – Да, сэр, – на автомате ответила девушка, даже не обратив внимания.       Найджел поджал губы. Сколько бы он не повторял, что никогда не заведёт себе питомца, что ему мерзко от такого отношения к людям, на практике он всё равно делил опеку над Флавией. И сегодня он только и делает, что говорит с девчонкой в приказном тоне. Неудивительно, что она снова ведёт себя как при Джоне. Вампир попробовал выдохнуть всё своё напряжение.       – Не туда, кроха, ложись на кровать, – Найджел мягко взял её за плечи и отвёл к кровати, не дав как следует устроиться на тахте.       – Но ведь обычно…       – Обычно на кровати сплю я, – перебил её вампир. – Но сейчас там свободно, поэтому устраивайся, давай.       Постель оказалась намного уютнее привычной тахты: мягкие ароматные подушки и тяжёлое одеяло так и манили в них раствориться. Вампир присел перед кроватью на корточки и слегка улыбнулся. Он не хотел её пугать, но успел забыться на какое-то время.       – Я так понимаю, у Джона ты на кровати не спишь?       – Иногда сплю, – ответила девушка. – Но только с ним вместе.       – С ним вместе?       Найджел явно не ожидал такого ответа. Джон разрешает питомцу спать подле себя? Как интересно. Не похоже на обычно строгого Джона. Найджел не мог припомнить, чтобы друг проявлял ласку по отношению к своему человеку. Остаётся надеяться, что Найджел заблуждался на счёт друга.       – Да, когда хозяин разрешает, – она прикрыла рот рукой, пытаясь скрыть зевоту и накатившую усталость.       – Удивительно. А за что твой хозяин тебя вчера наказал, не хочешь рассказать?       Флавия только больше попыталась спрятаться под одеялом. Причина казалась ей такой мелочью, такой незначительной.       – Я губы кусала.       – И это всё? – усмехнулся вампир.       – Я искусала их в кровь.       – Вот оно как, – растянул Найджел. – Ты намеренно так поступила?       – Нет, конечно! Я не хотела сердить хозяина. Я стараюсь быть хорошим питомцем.       – Это я вижу, Флави, – Найджела беспокоил тот факт, что Джон постепенно всё больше входил в роль строгого хозяина, выдумывая новые правила для своего питомца. Это было чуждо защитнику прав людей, и покладистость девушки никак не помогала в этом. Изначально Джонатан не собирался относиться к Флавии как к питомцу за закрытыми дверями, так что же изменилось? – Если тебе покажется, что он излишне строг с тобой, сообщи мне, пожалуйста.       Девушка кивнула, хоть и осознавала, что такую просьбу выполнить будет не в силах. Она слишком уважала своего хозяина, чтобы жаловаться.       – Благодарю, Кларисса.       Джонатан забрал у секретаря стопку распечатанных специально для него бумаг, задумавшись, насколько было бы удобнее, если бы бумагами занималась его Флавия. Вместе с тем он сомневался в том, насколько такая работа вообще подходит девушке, она же едва читает, всё ещё учиться грамоте. Вот выучится, тогда можно будет об этом задуматься. Да и Клариссе меньше мороки.       Вампир расположился в кабинете, проверяя, все ли документы в наличии, параллельно задумавшись, отчего это Найджел нервный такой. Прямо взъелся на него этим утром. Вот остынет, тогда и поговорят, чтобы без эмоциональных всплесков Скарлетто, не хватало ему ещё оскорбления от друга терпеть.       Он нисколько не удивился стуку в дверь, всё чётко по плану, без опозданий. Ещё заочно новая помощница принцессы вызывала уважение своей исполнительностью, хотя им только предстояло познакомиться.       Альтеа поздоровалась и заняла указанное вампиром место напротив. Она искренне надеялась, что Приам не устроит ей проблем и действительно прямо сейчас устраивается в архив, куда она его, оболтуса, и привела. Не хотелось бы потерять лицо перед советником Лорда из-за устроенного Приамом, скажем, пожара, погрома или скандала. Вот бы взять и выкинуть паршивца из головы, да только давит ей на грудь паршивое чувство ответственности за свою стаю. Даже за непутёвого Приама.       – Это банальная формальность, но нужно заполнить ряд документов для официального трудоустройства, – пояснил Джонатан, передавая бланки девушке.       – Конечно, без проблем, – она пожала плечами и начала выводить слова на специально-отведенных для них строках.       Пока девушка заполняла бумаги, Джонатан внимательно её рассматривал. У неё действительно тот же цвет волос, что у королевы. Черты лица тоже очень напоминают о юной Натали, да только глаза янтарные. Внешность ещё не окончательный показатель родства.       – Как работается с принцессой? Она не самый простой вампир.       Альтеа оторвалась от записей, чтобы буквально на секунду поднять взгляд на вампира.       – Я именно такой себе и представляла королевскую наследницу, поэтому нисколько не удивлена, – ответила девушка.       – Надеюсь, она не доставляет особых хлопот.       – Пока нет. Но если начнёт, я сообщу это ей невербально на наших следующих тренировках.       Джонатан едва заметно улыбнулся.       – Откуда у тебя такие навыки боя?       – Якшалась с мальчишками всё детство. Зарабатывала авторитет, – пожала плечами блондинка.       – Так у тебя были братья?       Джонатан точно знал, что у семьи, которой он передал девочку, не было детей. Не было тогда и нет по сей день. И если у этой девушки были братья или сёстры, можно было закрывать расследование.       – Типа того, – кивнула она. – Названные.       Ситуация не прояснялась.       – Твои родители знают, что ты теперь при дворе? Может, в силу своей работы, я с ними знаком?       Ручка остановилась на полуслове. Альтеа ещё раз внимательно посмотрела на Джонатана, будто принимая решение. В итоге лишь усмехнулась.       – Это навряд ли. Я приёмная.       – И ты не знаешь своих настоящих родителей?       – Нет. Никого, – недописанное слово на бумаге обрело полную форму. – А почему интересуетесь?       – Я долгие столетия работаю на это королевство и никогда не встречал вампиров твоей фамилии. Поэтому уточнил.       – Фамилия вымышленная, – признала Альтеа. – Я сама дала себе имя, как выросла. Сироткам редко дают подходящие имена.       На тот момент Джонатан был максимально уверен, что это действительно она, та кроха, которую он собственноручно передал семье кузнеца, которые никак не могли обзавестись своими детьми. Он помнил, как она росла, как любила, когда он приходил со сладостями и игрушками. Он навещал её первые десять лет её жизни, а потом пропал. Не хотел, чтобы она запомнила загадочного мужчину, который появлялся на каждый её День Рождения. Следующие пару десятков лет он узнавал о девочке из писем жены кузнеца. Джонатан высылал им достойное жалование, чтобы удостовериться, что ребёнок жил в достатке и тепле. А затем и письма пропали. И ребёнок будто больше не нуждался в контроле.       Он упустил её.       – Мне жаль, Альтеа.       – Не нужно. Я в порядке.       Девушка постаралась максимально искренне улыбнуться первому вампиру в замке, проявившему к ней сочувствие. Он же пообещал себе, что обязательно повторит эти слова, но в следующий раз ещё и объяснит ей, как дочь чудесной Натали могла остаться сиротой.