Who is the Beast?

Лисье пробуждение случилось скомканным, рваным, словно голодное злобно чудовище царапает её внутренности, требовательно привлекая к себе внимание. Демон не спешит отвечать на его призывы, с лёгким ворчанием укутывается в склоченную простыню, при этом безуспешно пытаясь урвать уголок одеяла. Но неугомонный монстр никак не желает унимать свои аппетиты, настойчиво пытаясь укусить. Пребывая во сне, кицунэ не совсем понимает мотивы упрямого сгустка энергии, до тех пор, пока он не начинает выть. Подозрения к младшему собрату сразу растворяются: Нечто скорее отгрызёт собственный хвост, чем издаст что-то подобное на манер собак или волков. К тому же он просыпается одновременно с Лисой, но не подаёт вида, заинтересованно приоткрыв только один глаз. Кицунэ устало открывает глаза: всю неделю бегала по городу, разыскивая Маркуса, который на удивление оказался неуловимее лисьих хвостов. Их понять можно, они избегают встречи с лисицей не столько от страха, сколько из мести. Чтоб жизнь не казалась солнечной и радужной, и поиск остальных частей души демона затягивался. А вот причина пряток тигра, что был так уверен в своих силах — настораживает. Были подозрения, что неудачи в поиске преследуют из-за малого количества крови, что была пролита при розыске: "по-хорошему" нужно найти клан, с кем пришло это кошачье отродье, и вырезать в нём каждого, пока не будет произнесена нужная информация. Толку-то от парочки слабаков, кроме рыданий не сказавших ничего полезного. Но от больших кровопролитий её останавливает птенец, приставший к лисице похуже засохшего репья, за что и получает сполна. Никакое зверство со стороны старшей его больше не пугает (может из-за того, что оно не было направлено в его сторону), а вызывает восторг. Старший поступил бы иначе, подмечает про себя Лиса с некой меланхолией. Младшая же кицунэ потратила время зря, ожидая, когда бросивший вызов решится доказать своё превосходство. Скольких храбрых глупцов она уже повстречала на своём пути? Многие из них давали заднюю, когда дело доходило до встречи с Тенью один на один, но в основном так поступали лишь малолетки. Более взрослые демоны грамотно рассчитывают свои возможности и не лезут на рожон. Маркус не был ни сопляком, ни дураком, тогда по какой причине он бросил вызов и трусливо спрятался? Семь дней лисица прочёсывала каждый закоулок в городе, позабыв про отдых и сон. Старалась держаться подальше от общего дома, чтобы неприятель не задумал поджидать её именно там. Но опасения, что целью может стать жизнь одного наивного ребёнка, никак не покидали буйную голову. От этого становилась более раздражительной, всё чаще срывалась на окружающих, особенно доставалось Фэю, что упрямо следовал за ней, желая хоть как-то помочь. Почему-то в его понимании помощь воспринималась, как втягивание лисицы во все мимо проходящие заварушки, размахивая кулаками. Все его отговорки о косых взглядах и оскорбительных перешептываниях воспринимаются с недобрым рыком: нет смысла объяснять, что на подобное нет времени, Фэй лишь недовольно фыркает в ответ и недобро пялится на бесстрашных болтунов. Он бы мог не обращать на них внимание, если б их разговоры не касались лисьей чести и достоинства. Лиса устала ему объяснять, что её их слова совсем не трогают, а если они будут бегать за каждым шептуном, то в следующий раз он останется дома. Младший снова начинает ворчать, но кулаки свои прячет и ускоряется, с легкостью обгоняя неторопливый шаг кицунэ. Её многовековая выдержка уже трещит по швам, крошится ворсистыми лоскутами, давая понять, что осталось совсем недолго: от резкой смены образа жизни и полосы неудачных поисков снесёт крышу, а там уже не будет времени думать о мелочах жизни. Поэтому Лиса никак не ожидала, что дома пропустит подозрительный шорох и не успеет ответить нападавшему. Как с громким "попалась" на неё наскочит одичалая девушка, накрывшая демона с головой ворсистым пледом. Уна и сама не ожидала, что жертва рухнет под её напором с такой лёгкостью, напугав до чёртиков. Та уж решила, что последствия недосыпа подкосили здоровье демона и своими действиями она вконец доломала свою подругу. Но недовольное ворчание убедило, что всё в относительном порядке, поэтому без зазрения совести послужило сигналом к дальнейшим действиям. L не понимала, что разбудило в этом маленьком человеке корни его предков, да и что в принципе от неё хотят, но позволила делать всё, что заблагорассудится. Насколько же было велико удивление, когда первым делом её попытались накормить, а после этого уложить спать. — Ты себя видела? Никто не поверит, что ты лисица, ты больше похожа на панду, — насмехается наглый ребёнок, пока её добыча восполняет запас питательных веществ. Пусть пицца, пусть холодная, но даже она показалась демону невероятно вкусной. Лиса лишь хмыкает, разглядывая лёгкое затемнение под глазами человека, который тоже позабыл, что такое нормальный сон за эту неделю. Совесть по этому поводу гложет хуже голодной собаки, но совсем немного, ведь демон не просто так облазил половину города, хоть и ничего не нашёл. Сейчас же слышится мирное сопение на обеих подушках. Как оказалось, одной для ребёнка слишком мало, и та совсем не брезгует стащить её у лисицы под покровом ночи. Вообще за эту неделю кицунэ открыла много нового об этом маленьком вторженце: оказалось, что девушка часто мёрзнет, поэтому без зазрения совести укутывается в общее одеяло, как в кокон и отбирает все подушки. Более того, она осмелела настолько, что не боится закидывать свои конечности на демона и греться об него словно это не один из самых страшных демонов прошлого столетия, а персональная грелка для наглых особ. L не скажет, что ей это очень не нравится, скорее соврёт, что не может найти на неё управу, ведь стоило демону по своей глупости и мягкосердечности (кому скажешь, засмеют) разрешить Уне спать в одной комнате, как хитрая особа прочно обосновалась на новой жилплощади и не собирается уходить. В своей комнате она появляется, только чтобы переодеться, да проконтролировать демона, пришедшего туда, чтобы навести порядок. Лиса кое-как выпутывается из пут цепких рук и ног, подсовывая вместо себя подушку, что на удивление остаётся незамеченным. Удивительно, но несколько часов сна разогнали тучи в голове лисицы, от чего у неё появилась возможность взглянуть на свои действия с другой стороны. Сразу стали видны некоторые ошибки, о которых что-то говорил Нечто, но его по привычке никто не стал слушать. Осталось дождаться пробуждения домашнего дикаря и надеяться, что тот не будет слишком упёртой. — Собирай свои вещи, я отвезу тебя к Хану. Лиса старается звучать как можно мягче, но она ждала окончания сна девушки слишком долго и терпение уже на исходе. — Не смешно, — бурчит Уна, не отрываясь от завтрака и созерцания своего телефона. После того как лисица узнала о родстве с главой одного из кланов города, то шутки подобного рода стали её любимым развлечением. Конечно, Уна рада таким переменам, поэтому и не говорит той, что шутить она судя по всему не умеет. Этим утром L сама не своя: беспокойно ходит из комнаты в комнату, поглядывает в сторону выхода, словно вот-вот должен прийти долгожданный гость, но почему-то опаздывает. К тому же взгляды бросает совсем недобрые, колючие, от которых неожиданно веет холодом. — Потому что это не шутка, — лисьи уши напряжённо топорщатся, прислушиваясь к посторонним звукам на лестничной площадке. Стальные нотки в её голосе дают понять, что шутки закончились и неповиновения кицунэ терпеть не станет. Но как бы сильно демон не хорохорился — девушка не чувствует страха. Совсем немного прошибает озноб и холодеют пальцы, но Уна уверена, что виной всему лёгкое недомогание и небольшие флэшбеки из прошлого. Не станет им поддаваться, а обидчивой натуре с её закидонами тем более. — Мне нужно на работу, — голос предательски пищит, а щёки покрываются румянцем, от осязаемого напряжения, витающего в воздухе. Лиса поворачивается в её сторону на пару секунд, после чего снова смотрит в сторону выхода. — Ты не идёшь сегодня на работу, — устало. Девушка собирается выказать своё возмущение, мятежно бросает телефон на поверхность стола, но слова теряются, когда на глаза попадается лисий хвост. При более внимательном осмотре Уна подмечает, что поведение кицунэ выдаёт непривычную для неё нервозность. Пушистый хвост ходит из стороны в сторону, светлые глаза смотрят на человека изучающе, но в этот раз в них нет того холода и злобы. Видится лишь малая доля сочувствия. — Что значит, не иду? — не осмеливается дерзить, когда лисица так явно не в духе. Но догадка чужого настроения появляется мгновенно. — Ты обиделась из-за вчерашнего? Лиса коротко фыркает, сверкая вновь пожелтевшими глазами и заметно расслабляется. — Не стану повторять, как это было опасно для тебя, ты всё равно не послушаешь, — короткая тень улыбки ложится на её лицо, когда та вспоминает вчерашнее событие. — На самом деле это было даже забавно. Нечто был настолько ошарашен ночным нападением, что долгое время молчал, не зная, что сказать. Из его пасти изредка вырывалось непонятное кряхтение и тявканье, но затем он снова замолкал, погружаясь в собственные мысли. Нельзя сказать, что с того момента его отношение к человеческому ребёнку как-то изменилось, но именно он подметил, что старшая пугает несчастное Дитя своим поведением. — Этой ночью кто-то пытался проникнуть в дом, — с явной неохотой делится новостями лисица, заставляя девушку испуганно замереть и начать оглядываться по сторонам. — Ты... Следов крови или борьбы она не замечает, но зная о чужом пристрастии к чистоте, в голову закрадываются мысли о жестокой расправе над нарушителями. — Нет. Я ничего не слышала, — хмурит брови, недовольно фыркая. — А когда проснулась, то обнаружила открытую дверь. Безумно зла на себя по этому поводу, ведь прекрасно знает, что невнимательность может стоить жизни. За свою она переживать уже разучилась, полагаясь на звериные инстинкты и острый слух, ведь срабатывали они безукоризненно. А теперь ответственность за чужую жизнь сдавливала лисью шею похуже шипованной удавки. — Нужно сказать Джону, — Уна резко хватает свой телефон, чтобы поделиться новостью с другом. Не беда, что его отдел совершенно иной специализации, он знает, что нужно делать и поможет, в любом случае. За четыре года девушка привыкла набирать его номер, прекрасно зная, что с обычной полицией у "демонологов" натянутые отношения. Да и не станут они вмешиваться, как только увидят рога на голове девушки. Джон уже не раз ругался по этому поводу, ведь полудемоны по сути своей всё же люди, а не демоны. — Я сама найду их, — ворчит уязвлённая кицунэ, — просто не хочу оставлять тебя без присмотра. Уна заметно расслабляется, когда мотивом странного поведения Лисы становится простая осторожность. — L, если тебе будет так спокойнее, я могу остаться дома и закрыться изнутри, — хлопает в ладоши, наблюдая как от резкого звука уши лисицы нервно дёргаются, — а открою только когда ты вернёшься. Радость девушки готова выйти из берегов, ведь план кажется не только надёжным, но и позволит ей остаться дома, не посещая дядю в одиночку. Большие пространства до сих пор вызывают неприятное покалывание в руках и проблемы с дыханием. Но L не выглядит восхищенной столь гениальной задумкой, более того, её плечи тяжело опускаются, выгоняя из тела остатки воздуха. Дитя в её глазах видится ещё большим ребёнком, которого одного оставлять никак нельзя. — Нет ничего сложного сделать так, чтобы ты сама открыла дверь и вышла, — лисица садится на соседний стул, отрешенно постукивая когтями по столу. — Достаточно взять что-нибудь маленькое и миленькое, и создать вокруг него ауру опасности, после такого ты сама выскочишь. Стоит ли говорить, что процент успешности ловли на живца настолько велик, что им не пользовался только круглый идиот. Ну или тот, у кого ещё осталось хоть немного каких-то принципов. Лиса не считает себя святошей с принципами, но не пользуется этим просто потому что подобное убивает весь азарт от охоты. — Это не так! — восклицает Уна. — Оставишь умирающего под дверями своей квартиры? — видит, как Дитя сразу сникает, потому что ответ слишком очевиден, чтобы отпираться. — Вот и я думаю, что нет. L с непривычной тяжестью в груди смотрит, как отчаянно Уна ищет другое безопасное для себя место, её глаза беспокойно мечутся из стороны в сторону, пока демон борется со своей совестью, которая почему-то говорит голосом младшего лиса. "Возьмём её с собой, получится неплохая приманка", — то ли советует, то ли издевается. Кицунэ лишь качает головой на его слова. Брать человека с собой нельзя ни в коем случае, ей хватает одного неадекватного ребёнка в их команде. По-хорошему даже Фэй в этих поисках участвовать не должен, у Лисы нет ни грамма уверенности, что этот полудурошный не ринется на противника первым. Нет, нет. Ей хватит и его для полного счастья. — Тогда отвези меня к Джону на работу, там я точно буду в безопасности, — теперь девушка не светится от счастья, ожидая вердикта. Кицунэ качает головой, замечая как в глазах девушки потухает последний огонёк надежды. — Его нет в городе, катается по своим делишкам, а остальных я не знаю, поэтому и доверить тебя не могу, — с сожалением говорит лисица. — Прошу тебя, собирайся, их след не будет висеть вечно, он уже потихоньку рассеивается. Уна поднимает на демона свои блестящие глаза, видит пристальный взгляд, в которых незнающий не сможет разглядеть отголоски вины, не заметит слегка прижатые к голове лисьи уши. Внезапное осознание того, что кицунэ беспокоится не только о её безопасности, но и эмоциональном комфорте, заставляет девушку прикусить нижнюю губу, чтобы не всхлипнуть. — Хорошо, — сдаётся. Быстро доедает остатки омлета, хватает телефон, портативник и торопливо следует к выходу. Лиса догоняет её у дверей: — Не берёшь с собой вещи? Уна отрывается от завязывания шнурков на своих ботинках и недоуменно смотрит на подругу: — Зачем? Я не собираюсь оставаться там надолго, ты найдёшь этого домушника и вернёшься за мной, — привычные действия даются с трудом, когда мысли скачут неугомонными попрыгунчиками. — Спать там одна, я всё равно не смогу. Всю дорогу Уна пытается смириться с неизбежным: шальная мысль выскочить из машины, когда та останавливается на светофоре, мелькают в её сознании лишь пару раз, прежде чем Бип останавливается около ворот особняка. — То есть, ты доверяешь ему, несмотря на то, что произошло между вами? И это не попытка породить в голове лисицы сомнения, чтобы избежать своей участи, а искренний интерес. Лиса ненадолго задумывается, не торопится дать ответ, потому что ей, привыкшей справляться собственными силами, подобное решение тоже далось с трудом. — Если б стоял вопрос моей безопасности, я бы не стала к нему обращаться. Но тебе он вредить не станет, в этом я могу на него положиться. Хан сам ляжет костьми за члена своей семьи, не жалея при этом ни здоровья, ни ресурсов. В этом она видит общие с ним черты, которые и помогли им сблизиться в прошлом. К тому же он не последний человек в городе, поэтому открыто напасть на него решится либо дурак, либо истинный безумец. Но Дитя не боится нависшей угрозы, смотрит на кицунэ с непонятным сомнением, которое легко считывается по глазам, но нисколько не даёт понять ход её мысли. — А к кому бы пошла ты? — Уна смотрит так, словно ответ мог быть только один. И Лиса его не угадывает, отвечая неправильно. — Ни к кому. Я в состоянии разобраться со своими проблемами. Не повторять же в который раз, как опасно оставаться в долгу и являться этому миру свои уязвимости. Ребёнок до сих пор удивляет лисицу способностью жить в мире розовых поней и единорогов, несмотря на количество неприятностей, следующих за человеком как верные псы. L не спешит ломать её хрупкий мирок рассказами, как подавляющее количество милых лошадок имеет острые зубы и является хищниками. С каждым днём демон всё больше чувствует свою заинтересованность в чужой судьбе и от этих мыслей приходится отмахиваться, напоминая себе о том, что ей нельзя пускать здесь корни, что это всё временно. — А если б не могла? — море в глазах человека неспокойное, осторожное. Тяжёлый вздох не сулит ничего хорошего, хоть девушка и не ждёт от кицунэ длинного списка контактов. L не раз упоминала о разных личностях, с которыми у неё были неплохие отношения, так неужели ни один из них не помог бы? Взять хотя бы Старшего, который, вроде как, для неё брат. Но Лиса этим утром решает добить девушку не только странными идеями, но и депрессивными ответами на вопросы. — Встретила б свой конец с достоинством. Уна вздрагивает и смотрит удивлённо на лисицу, её возмущение выливается наружу ярким румянцем на щеках. — А как же я? Ты мне тоже не доверяешь? L устало вздыхает: — Дело же не совсем в доверии, я не приведу к тебе того, кто настолько силён, что в состоянии убить меня. Только молодняк бежит в сторону дома в случае опасности, старшие же наоборот уводят угрозу от него подальше. Воинственный настрой девушки испаряется, так же быстро, как возникает. На его место быстро возвращается волнение, заставляющее скулить от нежелания покидать свою обитель. Лиса чувствует чужое состояние, поэтому не выпинывает нерасторопное Дитя из машины. Ей и самой несладко от того, что приходится обращаться к кому-то за помощью. Пусть в данной ситуации Хан не посторонний, а лицо весьма заинтересованное в безопасности маленького человека, что ни коим образом не облегчает лисьи терзания. Расстроенный шёпот человека отвлекает от подсчёта убегающих минут, за которых запах чужаков должен был развалиться на атомы. — Когда-нибудь я стану такой же сильной как ты, — шепчет самой себе, пододвигаясь ближе к выходу. Тогда L не придётся заниматься такими глупостями, как бегать по городу, разгоняя одну опасность за другой, а будет время и место, где она сможет спрятаться и отдохнуть. Сейчас Уна считает, что для такого она крайне слаба. Бесполезна. Приносит лишь проблемы всем, кто осмеливается быть рядом. Лиса не торопится утешать, сидит молча, погрузившись в раздумья и изредка глубоко вдыхает воздух через нос. Уна не сразу замечает, что душевных терзаний заметно поубавилось, заполняя внутренности пусть не спокойствием, но неким его подобием. А прежде чем дверца закрывается, слышит чуть сиплый выдох лисицы: — Конечно, станешь. Улыбнувшись, девушка в последний момент хватается за дверь, рискуя своими пальцами и на радостях залезает внутрь. — И ты сможешь пожаловаться мне, если тебя кто-то обидел, — от чересчур громкого голоса кицунэ поджимает уши, но не прячет крохотную улыбку. Таким этот ребёнок нравится ей больше: шебутным и в красках описывающий свои нелепые фантазии. — Это будет так: "Дитя моё, так и так, меня обидели, иди и надери им жопу ради меня". Ещё немного похихикав над красочным блокбастером в свое голове, который мог бы подвинуть в прокате любой заурядный боевик, Уна резко выдыхает, посматривая на место своего временного пребывания с безмолвной тоской. — Тебе страшно? — спрашивает лисица, пока Дитя снова собирается с силами. — Ты ведь не оставишь меня здесь надолго? — Постараюсь успеть до темноты. Уна кивает и с неохотой выходит из машины. По её просьбе Лиса не стала подъезжать к самому дому, тем самым предоставляя девушке возможность пройтись и оттянуть момент неизбежного. Выпавший за ночь снег приятно хрустит под подошвой ботинок; в городе нужно постараться, чтобы найти хотя бы небольшой, но чистый сугроб. За четыре года Уна видела подобное только за городом, когда ездила с Джоном в гости к его бабуле. В этом году зима настолько тёплая и малоснежная, что наполнить лёгкие морозным воздухом становится настоящим подарком. Девушка замечает как открывается дверь особняка и из неё выскакивает Дядюшка в одном халате. Он видит перед собой одинокую фигурку и бросается на встречу, а вслед за ним выбегает его подчинённый, держа в руках верхнюю одежду, которую мужчина позабыл надеть, как только услышал о неожиданном госте. Но догонялки завершаются, не успев толком начаться: Хан подскальзывается на ровном месте, отправляя левый тапок в незапланированный полет. Уна затаив дыхание наблюдает как тело мужчины теряет равновесие, подчиняясь законам тяготения. Непоправимому не позволяют случиться, падающего вовремя подхватывают сильные руки начальника безопасности и ему помогают вернуть вертикальное положение без последствий. — Дядя! — вскрикивает Уна, выходя из оцепенения. Страшно подумать, что могло случиться с немолодым организмом после такого падения. Не успевает тёплая одежда лечь на жилистые плечи, почти пострадавший вновь срывается с места, встревоженный криком своей кровиночки. Иво с ледяным спокойствием подхватывает элемент гардероба на лету и быстрым шагом следует за ним, готовый предотвратить возможные падения. Девушка не ждёт, когда дядя доберётся до неё и в процессе переломает себе пару десятков костей, а бежит навстречу. Встреча происходит на небольшой площадке между лестничными пролётами, где оба могут перевести дух от бега и на Хана накидывается тёплое пальто. — Девочка моя, что случилось? — говорит между попытками отдышаться. — Ты почему здесь? Она обидела тебя... ничего не болит? Расскажи мне всё. Уна заторможено смотрит, как Иво снимает с себя обувь и, присаживаясь перед дядей, меняет его тапок и мокрый носок на тёплую альтернативу. Хан же слишком занят ожиданием ответа на свой вопрос, вместо того, чтобы как-то воспротивиться. — У Лисы появилось срочное дело, а у меня выходной и дома сидеть скучно, поэтому я попросилась к тебе, — тараторит так, словно причину её появления могут посчитать неприемлемой. Торопливо добавляя: — L приедет за мной ближе к вечеру. Хан словам девушки верит, но не от всего сердца: в нём теплится уверенность, что Тень не стала бы спрашивать мнения человека, особенно такого маленького и слабого. Поэтому он уверен, что кровиночка здесь не столько гость, сколько беженец. Запахнув пальто чуть сильнее из-за порыва ветра, Хан только сейчас замечает, что ботинки ему чуть велики и это заставляет мужчину недовольно нахмуриться, бросив взгляд на своего подчинённого, который совсем не показывает недовольства, притаптывая заснеженную землю носками. С этим экземпляром он поговорит чуть позже. А пока, чтобы не морозить племянницу и своего помощника, да и не повышать шансы заболеть самому, мужчина начинает двигаться в сторону дома. Откуда как раз выбегает подчинённый Иво, неся в руках пару обуви для своего босса. Уна собирается идти следом за ним, но Дядюшка приостанавливается, ожидая когда они поравняются, чтобы идти вровень. — Ты голодна? Хочешь позавтракаем? — завтрак был в самом разгаре, когда сообщили о машине лисицы, которая высадила девушку около ворот. Уна прячет нос в вороте куртки и мотает головой, ей от всех переживаний тяжко думать даже о какой-нибудь крошке. Она бы попросила ещё немного погулять на свежем воздухе, чтобы оттянуть время пребывания в большом помещении, но лёгкая дрожь в компании с ознобом уже донимают организм. — Спасибо, может чуть позже. Лиса приготовила мне завтрак перед уходом. Хан хмыкает, представляя Тень около плиты. Нужно будет установить в их квартире побольше пожарных сигнализации, несмотря на то, что демон вряд-ли будет этому рад. — До сих пор не могу привыкнуть, что вы живёте вместе. Их встреча кажется нелепым стечением обстоятельств, шуткой судьбы, кошмаром который нападает из темноты. Столько лет бояться возмездия, готовиться к лисьему отмщению и оказаться неготовым к её новой модели поведения. Не верится, что Лиса отпустила все обиды и без злого умысла печёт блинчики на завтрак и сосуществует на одной жилплощади с человеком. Из-за этого мужчина никак не может отделаться от мысли, что демон затаил обиду глубоко внутри и все её действия приведут к чьей-либо смерти. Хан готов умереть от её лап, но мысль, что пострадает кто-то еще, вводит его в состояние ужаса. Поэтому видеть, как от упоминания лисицы глаза племянницы наполняются не слезами и ужасом, а восторгом, доставляют старому сердцу нестерпимую боль. — А я наоборот, так сильно привыкла, что за эту неделю одичала без неё, — улыбается Уна, хоть эту неделю ей было не до шуток. — На третий день начала выжидать её прихода, но каждый раз засыпала. Два первых дня мятноволосая храбрилась как могла: добросовестно пыталась уснуть в общей кровати. Но пустая комната давила и оглушала своей тишиной, заставляя чувствовать себя крошечной. Уна боялась закрывать глаза, словно чёрные стены за секунду могли поменять свой цвет, возвращая неспящую в детство. На третий день Уна заняла диван в гостиной и начала караулить. Но две бессонные ночи дали о себе знать, поэтому уснула она довольно быстро, хоть и не надолго, а когда проснулась, то Лисы уже не было. Её пребывание выдала упаковка из-под еды, а точнее её отсутствие. От скуки и одиночества ужин состоял из пиццы и какого-то сериала, из-за чего в этот раз разболелся живот. От таблетки обезболивающего склонило в сон, беспокойный и короткий, но совпавший с приходом кицунэ. — Где же она была целую неделю? — интересуется Хан, уверенный в том, что демон пропадает на охоте. И оказывается прав, но только лишь наполовину. — Ищет демона, что бросил ей вызов на том вечере, — расстроенно тянет Уна, уставшая от этих поисков, словно принимает в них непосредственное участие. — А Вам что-нибудь о нём известно? Крошечный шанс, что дядя подскажет важную информацию, теплится в душе, но к сожалению лопается, не успев толком увидеть свет. — Знаю лишь, что зовут Маркус, гибрид тигра. Но его местонахождение мне неизвестно. Он неплохо засветился, бросив вызов самой Тени Безумия, чем заслужил немало авторитета в глазах других кланов, да и присутствующие демоны оценили столь дерзкий поступок. Пусть никто не рискнул поддержать его в открытую, но Хан знает какие слухи об этом ходят и как все ждут развязки. Сам же мужчина не остался очарован его поведением, подобная импульсивность до добра никогда не доводит, а бедовых демонов он обходит стороной. Разговор с Лисой заставил взглянуть на ситуацию с другой стороны, где под удар попадает маленькая девочка, не принимавшая в этом никакого участия. На секунду возникает мысль, что появление племянницы не стечение обстоятельств и демон отправил её сюда с какой-то целью. Меньше всего верится в желание держать подальше от эпицентра опасности. Подсунуть тигру маленького человека и убить этим двух, звучит куда правдоподобнее. — Этот демон сильнее L? — осторожно спрашивает Уна, нервно дёргая ногой. — Лиса сможет победить его, если они встретятся? Мятноволосая смутно помнит внешность Маркуса, в тот момент её внимание было обращено на разъяренную подругу, но забыть его размеры не так-то просто. Его рост, массивность фигуры внушали страх даже с неблизкого расстояния. — По своей природе тигр сильнее лисы, — эти слова лишь добавляют страха, что сразу становится заметно по побледневшему лицу, — но тебе не стоит её недооценивать. Было бы за кого переживать. Мужчине не нравится столь сильное участие к судьбе демона, но это неплохо списывается на мягкий характер и наивность, присущую детскому возрасту, когда дикие звери кажутся безобидными зверьками. — Я верю в неё! Просто переживаю, что случиться может всякое, она ещё не спала всю эту неделю, мне пришлось угрожать ей, чтобы поела. Хан решает не говорить, что в таком состоянии кицунэ более опасна, чем сытая и довольная. Отсутствие чувства насыщения и неспособность долгого сна поддерживает агрессию на должном уровне, освобождая нежить от способности мыслить здраво. Возможно Лиса не появлялась дома, как раз потому, что хотела вернуть себе должную форму, намеренно лишая себя сна и отдыха. Слишком много слухов ходит о том, что лисица постоянно около человека, от чего становится лёгкой добычей для каждого желающего доказать свою силу. Хан ставит пустую чашку, желая сменить тему обсуждения, чтобы не омрачать пребывание племяшки разговорами о демонах. А точнее одном конкретном. — Чем хочешь заняться? Устроим День Капризов? Уна вздрагивает, сразу забываются все переживания о чужой безопасности и вспоминается собственное прошлое, где такие дни были для Уны наравне с днём рождения. Когда ещё двери для дяди были открыты, а мерзкие детали её необычности сидели тихо и не высовывались, они вместе проводили день, в котором возможно было всё. Родители, скрипя сердцем, отпускали дочь к Хану на весь день, о чём несомненно жалели, но не могли найти причину, чтобы ей отказать. Сейчас единственный каприз — вернуться домой и посмотреть ещё парочку серий, дожидаясь возвращения лисицы. Хан хлопает себя по лбу, когда его помощник приносит расписание на сегодня. На радостях совсем забыл про список дел, который ждать не будет. — На самом деле, я не могу уделить тебе много времени, — говорит он с искренним сожалением, — если б знал заранее, что придёшь, то освободил бы этот день для тебя. Но мне нужно разобраться с бумагами. — Я просто посижу в телефоне, ничего не нужно. Спасибо. В планах девушки плотно засел мониторинг социальных сетей с отправкой сообщений лисице каждые полчаса тире час. Зная, что демон будет недоволен таким частым отвлекающим маневрам, Уна старается держать себя в руках и отправляет только половину всех набранных сообщений. Вторая же безжалостно стирается и на некоторое время телефон откладывается в сторону. — Помню, в детстве ты любила собирать оригами, — с теплом говорит дядя, распоряжаясь принести им пачку бумаги превосходного качества, но этот бесхитростный жест лишь пускает по телу табун мурашек. Помнит, как в прошлом искала утешение в книгах, где и наткнулась на легенду о бумажных журавликах. Согласно словам из потрёпанной книжки, нужно было сложить тысячу фигурок, после чего заветное желание сбудется. Всего-то. Но Уна перестала вести им счёт, когда количество фигурок достигло трёх или четырёх сотен, потому что пропала вера в сказки и девушка нашла в своём занятии отдушину. Каждая ровная складка впитывала в себя обиду и горечь, каждый журавлик дарил обещание подхватить и унести подальше от места, которое даже в мыслях не можешь назвать домом. Для такого фокуса тысячи будет мало, потребуется гораздо больше, но время шло, занятие успело осточертеть настолько, что видеть результаты своих упорных трудов становилось тяжко. Символы надежды и свободы склоняли перед девушкой бумажные головы, признавая своё бессилие и безмолвно прятались в конверте вместе с письмом, которое ещё оставалось глотком свежего воздуха. Тряхнув головой, Уна выгоняет гниющие воспоминания, хочет сказать, что нет настроения на баловство с бумагой, но в последний момент её посещает мысль, от которой руки сами схватили первый лист бумаги, прикидывая, с чего ей начать. — Джон помог тебе сделать документы? — пытается завести разговор, пока глаза изучают квартальный отчёт о прибыли. — Да, на самом деле, я многим ему обязана, — кивает Уна, пока в интернете ищет пример сборки необычной модели. Если б не Джон, то перспектива вкусить все прелести распределительного центра стала бы для неё похуже ночного кошмара. Где никто бы не поверил, что до нижней границы совершеннолетия осталось несколько месяцев. Он не стал устраивать допрос, пытаясь разузнать всю подноготную, несмотря на то, что эта информация звучала чересчур нелепо, лишь спросил, не бежит ли девица от правосудия и где она будет жить первое время. Хан тоже чувствует благодарность перед этим мальчишкой, настолько, что попытка помочь продвинуться по карьерной лестнице не казалась главе клана неправильной. Пока об этом ему не сказал сам молодой капитан. — Не хочешь вернуть себе настоящее имя? — вопрос вертится на языке довольно давно и только сейчас кажется уместным его задать. — Сдать экзамены и поступить в колледж, ты можешь выбрать любой, какой понравится. Уна была готова к подобному вопросу, поэтому без труда делает вид, что сердце не попыталось сбежать как крыса с корабля. — Зачем? У меня есть работа и мне нравится моё настоящее имя. Нужное видео всё-таки находится, от чего девушка сползает с дивана на пол, чтобы с удобством расположиться за журнальным столиком. Тема разговора плавно скользит по острию, но Уна паниковать не спешит. Старается быть сильной. — Не его тебе дали родители, а значит, что оно не настоящее, — откладывает бумаги, тяжело вздыхая. — У тебя больше нет нужды прятаться. Она знает. Пряталась и вздрагивала от каждой тени первое время самостоятельной жизни, чем изрядно потрепала нервишки Джону, пока до неё не дошло — никто и не пытается вернуть беглянку домой. — Им плевать на меня, — думала, что рана уже затянулась, но та снова начинает кровить, — кроме того, они были бы рады узнать, что я не позорю их честное имя своим существованием. — Это не так. Они совершили ошибку, но несомненно раскаиваются, и это горе съедает их каждый день. Видел своими глазами во что превратился некогда светлый и приветливый дом, который теперь давит на гостей тяжёлой аурой. Не смог узнать свою сестру, что заметно осунулась и потеряла озорной блеск в глазах. Только Уна знала, что подобные изменения случились задолго до её побега, после которых жизнь в доме кардинально изменилась. Но несмотря на это девушку терзает вопрос. — Почему же тогда меня никто не ищет? — голос её тихий, бесцветный. Ответа Уна не ждёт, потому что знает его лучше любого другого. Так проще. Никто не мозолит глаза, напоминая по какой причине пришлось лишиться привычного образа жизни, никто не закатывает истерик, требуя больше любви и свободы. Проще простого забыть про позор семьи и сделать вид, что его никогда не существовало. Господин Хан откладывает документы, без слов наблюдает, как кровиночка возится с бумагой, складывая её по несколько раз. Он ни в коем случае не оправдывает бездействия своей сестрицы, но не видит в причинах её поведения ничего сверхъестественного. Сол не была готова к материнству, но не в её правилах прислушиваться к советам, касательно образа жизни. — Всё это время, они думали, что ты живёшь со мной, — озвучивает свою догадку Хан, ведь вместо приветствия, его повторно обвинили во всех грехах. — Поэтому, если бы мы к ним съездили... Вот теперь девушка крупно вздрагивает и смотрит на родственника с неприкрытой злостью: — Нет! Если они узнают, что мы встретились, я сбегу. Клянусь Богом, сбегу с первой же попуткой, или попрошу Лису взять меня с собой, когда она найдёт свой хвост. Снова Тень вмешивается в дела семьи, пользуясь наивностью племянницы главы клана. Как после этого верить в её незаинтересованность, если она везде суёт свой нос? — Почему ты так уверена, что все её действия — это не фальшь? Довольная своей работой, Уна ставит фигурку по центру журнального столика и откидывается на спинку дивана. Слова дяди внесли в её уверенность ростки сомнений, что были тут же растоптаны. Но если задуматься, то лисица кардинально сменила свой образ жизни, после знакомства с ней. Как и Джону, ей пришлось обустроить быт вокруг одного неугомонного ребёнка, и Уна не может не корить себя за это. Пишет сообщение L, чтобы узнать, как обстоят дела с поисками, и не успевает закрыть окошко с их чатом, предоставляя демону время на ответ, как получает уведомление. К своему удивлению сообщение от Лисы приходит не только быстро, но и пугает своими размерами. Для неё написание короткого предложения уже приравнивается к подвигу, после которого терпение кицунэ иссякает и наступает "период великого молчания" — когда вместо ответов на сообщения она отправляет точки, как знак того, что сообщение прочитано. Больше всего девушку пугает входящий звонок с этого же номера, от чего она несколько секунд гипнотизирует взглядом экран, прежде чем ответить. — Фэй, это ты? А где L? Что-то случилось? Сначала на экране видеовызова показалась макушка иссиня-черных волос, после чего появилось сосредоточенное лицо. Качество звонка можно пожелать лучшего, ведь старый телефон не может похвастаться высокой детализацией, но Уна узнаёт его без труда. Парень задумчиво смотрит куда-то в сторону, изображение резко сменяется, показывая обстановку вокруг. — Где-то там, — тычет пальцем в сторону переулка, что прекрасно просматривается с такой высоты, но совершенно не виден человеку по ту сторону телефона. — О, я вижу её, а ты? Звонок снова сменяется на крупный план фронтальной камеры, где довольный ученик кицунэ улыбается в камеру. — Почему телефон у тебя? — Сестрица сказала мне следить за сообщениями, тем более, в истинной форме у неё нет карманов, — а ещё только так он будет держаться подальше и не будет кидаться на каждого подозреваемого. Уна смотрит на плод своих трудов, после чего удивлённо восклицает: — Истинная форма, она что, бегает по городу как зверь? — Да, — напряжённо смотрит в сторону, после чего сразу же расслабляется, чуть улыбнувшись, — человеческий нос не такой чуткий, она сказала. — Покажи! Покажи мне её! — подскакивает девушка, чем вызывает вопросительный взгляд со стороны дяди. Но ей нет дела, до нарушения комфортной тишины, там лисица бегает, ну как лисица. С чёрными ушками и пушистым хвостом, да и сама должно быть вся пушистая и рыжая. Но, к сожалению, ничего разглядеть не удаётся. Фэй снова переключает камеру на переулок, откуда прямо на него смотрит пара горящих глаз. — О, Старшая заметила нас, — Уна успевает заметить две малюсенькие жёлтые точки, прежде чем на экране снова появляется Фэйчин, — и она очень недовольна. Младший демон снова смотрит в сторону кицунэ, нахмурив брови, чувствует лисий взгляд и непонятное жжение. Перекатывает его вкус на языке, пытаясь распробовать и понятливо мычит. — Всё в порядке, мы просто болтаем, — кричит лисице чуть громче, зная, что она услышит. Лиса возвращается к своему делу. Фэй не понимает, чем может помочь повторное обнюхивание этого проулка, когда ко всем посторонним запахам прибавилась кровь немногословных информаторов. Но вместо объяснений ему достаётся недовольное фырчанье вперемешку с тихим рыком. Парень смотрит на чужой восторг лисьей трансформацией и никак это не комментирует, лишь снисходительно цокает, поднимая глаза к небу. Старшая как-то упоминала (не упоминала) впечатлительность этого ребёнка и как же легко сделать вид, что, увидев это впервые, он не замучил лисицу громким восклицанием и вопросами. Молодой Ворон сосредотачивает свое внимание на подозрительном движении чуть севернее кицунэ. Обостренный слух улавливает топот, Лиса тоже его замечает, но не сдвигается с места. Фэй хмурит брови. — Прости, мне нужно срочно бежать, — голос его пронизан рычащими нотками. — Что случилось? — Чёртовы псины. — И что? — Уна взволнованно наблюдает, как парнишка одним движением руки вырывает из стены какую-то металлическую штуковину и злобно крутит ею из стороны в сторону, словно пытается привыкнуть к новому орудию. — Ты не знаешь? Лисицы до ужаса боятся собак, — терпеливо объясняет Фэй после чего завершает звонок. Девушку не покидает чувство тревоги после разговора с этим мальчишкой. — Это правда, что лисицы боятся собак? — спрашивает Господина Хана, замечая, как тот поглядывает на неё из-под очков. Он не слышал их разговора полностью, но та часть, которая не оказалась скрыта наушниками, его крайне заинтересовала. — Собаки и лисы испокон веков не могут терпеть друг друга, — говорит мужчина, размышляя о неизвестной личности парнишки, именуемой Фэйем. — Первые верно служат человеку и оберегают от опасностей, а вторые не могут из-за этого их одурачить. К тому же именно собак используют в охоте на лис, ведь только они чувствуют их истинную натуру, даже если лиса обернулась чем-то иным. Поэтому они бросаются в бегство, как только их услышат или почувствуют. — L тоже их боится? В прошлый раз она не стала убегать, а была готова вступить в бой. Хан вспоминает, как его самого удивила такая реакция лисицы, хоть в тот момент нападение псов не было подстроено. Сначала ему показалось, что демон пытается спрятаться за спиной человека, но такое впечатление длилось всего секунду, после чего пришло осознание, что демон защищает человека. — Тень отличается от себе подобных, её воспитывало Безумие, уж не знаю в чём секрет, но его детище ничего не боится, — ведь именно этим славится Старший и его отродье. — Почему она оставила тебя здесь? Что-то случилось? Уна медлит с ответом, пытаясь вспомнить просьбу Лисы умалчивать о произошедшем, но та не говорила ничего по этому поводу, поэтому девушка решает поделиться их проблемой. — К нам в дом попытались вломиться, — осторожно начинает рассказ, тщательно подбирая слова. — Они открыли дверь, но не смогли зайти. L сказала, что им не по зубам сломать защиту, которую она поставила, но сам факт взлома ей не понравился. Пол во всём доме блестел так, словно его мыли минуту назад, при чем несколько раз, что без труда выдало эмоциональное состояние демона. — Лиса не услышала незваных гостей? — Нет, — тихо. — Быть такого не может, у неё исключительный слух, — резко встаёт со своего места и быстрым шагом покидает гостиную, бросая на ходу: — Прости меня, но мне нужно сделать один звонок. — Здравствуй. Что ты можешь рассказать о Маркусе? Старый друг недолго молчит, прежде чем ответить на вопрос, заставший его врасплох. — Маркус? С этим демоном мы уже давно не сотрудничаем, — где-то на фоне кричат чайки и шумит прибой. Мысль о том, что Кай снова улетел в свою берлогу плещется где-то на подкорке, но нехорошее предчувствие затмевает голос разума. — В последнее время у него всё чаще проскальзывают нотки агрессии и речи становятся более безумными. Хан снимает очки и откидывается на спинку кресла в своём кабинете. Ему кажется, что совсем немного он сходит с ума. — Но совсем недавно ты сам рекомендовал мне Маркуса как телохранителя. Расхваливал его способности и послушный нрав. Хриплый смех родного голоса смешивается с выдохом сигаретного дыма. Столько страданий перенёс на своём веку, а избавиться от вредной привычки не в его силах. — Маркус и послушный нрав? Друг мой, это машина для убийств, но никак не защитник семьи. Я не мог рекомендовать его тебе, особенно после того, как в твоём доме появился ребёнок, ты что-то напутал. — Я б так и подумал, если бы получил рекомендации по письму или через кого-то. Но ты сам подошёл ко мне во время моего мероприятия, представил нас друг другу, настойчиво уговаривая задуматься о защите семьи. Гибрид тигра вёл себя сдержанно и довольно естественно, когда их представили друг другу. У Господина Хана даже не возникло мысли, что этот демон может совершить необдуманный поступок, пока на его глаза не попалась племянница с лисицей. В какой-то момент поведение лжедруга показалось неправильным и фальшивым: слишком энергично говорил и налегал на алкоголь, несмотря на то, что совсем недавно перенёс сложную операцию. Эти несостыковки сразу бросились в глаза, но волнение за племянницу перехватило внимание, а после уже было не до этого. — Мой дорогой, я же говорил тебе, что не успею на мероприятие, у меня самолет буквально на днях, — ахает мужчина. — И я бы точно не стал предлагать тебе этого демона. — Ты сказал, что решил устроить сюрприз, — растерянно произносит Хан, вспоминая нелепые отговорки. Но тут же поджимает губы и разочарованно стонет. — Какой же я идиот, ты же ненавидишь сюрпризы. Между ними воцаряется тишина, в которой каждый обдумывает сложившуюся ситуацию. С таким они сталкивались лишь раз и надежда, что в этот раз замешан кто-то другой, тает с каждой минутой. — Кто-то проник к тебе, притворяясь мной, — прерывает молчание Господин Кай. — Колокольчики в этот раз не сработали? — Я решил, что они реагируют так на лисицу, думал, что она пришла с недобрыми намерениями. Но всё выглядело так, словно демон пришла просто поддержать девушку в незнакомом месте. — Твой дом теперь небезопасен, если хочешь, то можешь приехать ко мне, пока дом не проверят на другие ловушки. — Спасибо, друг мой, — спокойный голос не выдаёт внутреннюю панику, которая скребётся, по-лисьи хохоча. — Но я не хочу тебя впутывать, с ним вроде как уже разбираются. — Будь осторожен. Помни, Лисы не говорят правды... Ему потребовалось совсем немного времени на поиски племянницы, что весело болтает с прислугой на кухне. Её морские глаза задорно блестят от смеха, а на щеке остался крем от пирожных, с которыми болтушки пьют чай. Хан бы восхитился уютной обстановкой, да и тем, что кровиночка весело проводит время, но мысли забиты всевозможными теориями и, гонимые страхом, приобретают поистине ужасные очертания. — Дядюшка! Вы знали, что L, — девушка вскакивает со стула, но не успевает договорить, как Дядюшка подхватывает её под локоть и уходит вместе с ней из кухни. — Нет времени на это, моя дорогая, нам нужно идти. — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает Уна, доставая из кармана свой телефон. Никаких сообщений от лисицы не поступало, может она связалась с дядей или он что-то узнал. — Нам нужно срочно уехать и как можно скорее. Никогда ещё собственные коридоры не казались такими длинными, Хан считал минуты, которые утекали с присущей им стремительностью, и прикидывал сколько шансов на спасение они уже потеряли. — Хорошо, поезжайте, а я дождусь Лису, — кивает девушка, собираясь после отъезда дяди вернуться на кухню и продолжить прерванное чаепитие. Но планы и создаются для того, чтобы их кто-то нарушил. Господин Хан старается успокоиться, паника медленно, но верно, теряет господство над разумом. Всё-таки сейчас ему не двадцать лет: в его руках есть ресурсы и верные ему люди, и опыт общения с нежитью более обширен. — Нам, девочка, тебе и мне. — Но зачем? — вскрикивает Уна. Их прошлый разговор ещё крутится в голове, не позволяя чувствовать себя в безопасности. Уж лучше бы L её с собой взяла. Теперь даже перспектива встречи с Маркусом не кажется такой пугающей. — Я должен спрятать тебя. Тебе грозит опасность. Мы уедем, чтобы переждать, у меня есть поместье, о котором никто не знает. Из всех людей о нём знает только Иво, который будет их сопровождать, так что переживать не о чем. На первое время там хватит и еды, и прочих вещей первой необходимости. — Нужно рассказать L, если она не знает, то будет искать меня здесь, — Уна чувствует себя на пороховой бочке, от этого и осторожничает со словами. — Я не хочу заставлять её волноваться. На самом же деле девушка не совсем уверена, что Лиса станет переживать по этому поводу. Кицунэ вообще не похожа на того, кто станет о чём-либо беспокоиться. — Она не должна знать! Ты же не знаешь, где она сейчас, — вместе они доходят до его кабинета, после чего мужчина отпускает руку племянницы, зная, что та идёт следом. — Есть шанс, что из-за неё начнётся охота на тебя. — Я никуда не поеду, — Уна остаётся стоять в дверях, сложив руки на груди и недовольно нахмурившись. — Если началась охота, то никто не защитит меня лучше, чем она. — Уна! В кабинет заходит помощник дяди с объёмной сумкой и верхней одеждой для обоих. Лишь увидев свою куртку в чужих руках, мятноволосая понимает, что никто не собирается к ней прислушиваться и если не убедить его сейчас, то потом может быть поздно. — Дядя, поверьте мне, L действует только во благо, она не пытается навредить, — её голос почти не дрожит, но это никак не меняет ситуацию, от чего девушке уже хочется плакать. — Мы можем рассказать ей, где будем находиться. Она согласна поехать, если так дядюшке будет спокойнее, но при условии, что Лисица сможет забрать её до наступления темноты, как та и обещала. Господин Хан качает головой. — Безумие и его Тень неразделимы, если этот сумасшедший выродок явился за своей собственность, то будет лучше находиться как можно дальше от неё. — Я останусь здесь, — а у самой холодеют пальцы от мысли, что кто-то пришёл, чтобы забрать L. Она обещала прийти за ней. До темноты. — Даже если Тень не при чём, я не могу так рисковать, — с сожалением шепчет Хан, после чего командует своему приближенному. — Иво, проводи маленькую Госпожу до машины. Мне нужно взять документы. Уна переводит взгляд на мужчину, что с холодным безразличием идёт исполнять приказ и коротко пискнув, срывается с места, убегая в неизвестном направлении. Она не знала куда бежит, а, главное, зачем: вряд-ли в этом доме было место, где она сможет спрятаться. В голове нет даже намёка на план, как ей действовать, когда место всё же найдётся. Ноги сами несут непонятно куда, мимо многочисленных дверей, пока Уна не толкает одну стеклянную. Запах хлорки и влажность возбуждают внутренние рецепторы, но девушка даже не успевает испугаться, как толща воды поднимается из бассейна и проходит сквозь неё, устремляясь к двери, где застывает подвижной стеной, не позволяя той открыться. Слёзная пелена и дрожащие руки не дают написать внятное сообщение лисице, от чего Уна психует и почти швыряет бесполезный аппарат в сторону, но вспомнив, что в данный момент он не находится у кицунэ, решается позвонить. Ситуация то экстренная, L не будет ругаться. К счастью, на звонок отвечают довольно быстро. — Абонент не может ответить в данный момент, у него... лапки, — тихий гогот прерывается рычанием и коротким вскриком. — Ай, во имя Богини, кусаться то зачем? Понял, понял, не нужно больше. При этом парень не прекращает дурачиться, коротко прокашлявшись, повторяет приветствие теперь уже слишком серьёзным голосом с проблесками фальшивого участия. —Приёмная Госпожи Огненной Лисицы слушает Вас. Говорите, Ваш звонок очень важен для нас. Уна не может сдержать смешка, хоть и находится на грани истерики, поглядывая на стены бассейна изнутри. Почему-то только здесь, где не видно водную стену, которая теперь окутывает комнату в плотный кокон, она чувствует себя в безопасности. Небольшая часть водной глади не удерживается и небольшими порциями валится прямо на пол, после чего снова соединяется с общей массой. Но Фэй слышит сбивчивое дыхание человека и еле слышимые всхлипы, после чего его голос становится сосредоточенным и серьёзным: — Что-то случилось? Ты в порядке? Чувствует вопросительный взгляд кицунэ и её нарастающее беспокойство. Они только пять минут назад решили сделать небольшую передышку и обмозговать полученную информацию. — Заберите меня, пожалуйста, — шепчет Уна прежде чем её нагоняет отложенная истерика, заставляя ловить ртом воздух. — Скоро будем, — говорит Птиц, после чего кладёт трубку. Ему ещё нужно поспеть за лисицей, что незамедлительно нырнула с крыши.