Who is the Beast?

Первое, на что Уна обращает внимание, когда они пересекают порог чужой квартиры — это тихий вздох, полный безграничной усталости и облегчения. Так вздыхают, когда возвращаются в родные пенаты после утомительного рабочего дня и привычно хватаются за любимую пару тапок, но, немного поразмыслив, отдают их гостье, а себе те, что на размер больше. Девушка легко подмечает такие детали, а всё потому что была частым гостем в квартире друга. Поэтому она знает, что его мама — самая милая и приятная женщина, которая при знакомстве не только вкусно накормила новую знакомую сына, но и обняла её, назвав при этом красоткой. От такого внимания Уна сразу же поплыла, после чего систематически наведывалась к ним в гости, пока её не спугнул поток неприятных вопросов. "Сколько тебе лет? Кто твои родители? Твоё лицо кажется знакомым, может я знаю твою маму." Уна знала, что вероятность их знакомства крайне мала, потому что Госпожа Сол никогда бы не стала общаться с кем-то не из её круга. К тому же, после трагедии в семье, она перестала контактировать вообще со всеми вне дома. Поэтому и причин бояться у девушки не было: известность родителей канула в лету из-за десятилетнего затворничества и никто не собирался с ними связываться. Но Уна боялась. К тому же её друг замыкался в себе и в целом уделял ей мало времени, стараясь переделать все домашние дела до прихода отца или брата. По этой причине их посиделки перекочевали сначала в квартиру Джона, а потом уже и в её собственное жилище, где оба могли быть собой. Где они чувствовали себя в безопасности. Сейчас она с ноткой ревности подмечает: таким расслабленным друг не был даже у неё в квартире. И мыслями возвращается к вопросу, когда он и хмурый следователь успели так подружиться. Ким же в это время, по-стариковски кряхтит, пока ковыляет вглубь жилища, где уже привычным движением выключает вспыхнувший свет, желая провести несколько минут в полумраке. После загруженного дня так хочется спрятаться в темноте и оглохнуть от звенящей тишины, которую совсем скоро разгонит мелодичное мурчание. — Мике, приготовь ванну, пожалуйста, — просит измученный голос, после чего Ким плюхается на диван, так и не сняв верхней одежды. — Иди ко мне, радость моя, я так скучал... Уна замечает, как мелькнуло белое пятно, проследовав за которым, она заходит в небольшую комнату, где сидит её друг, а на нём поудобнее устраивается пушистое великолепие. Голова парня откинута на спинку дивана, а ладонь с изящными пальцами поглаживает белоснежную шерстку. Животное всем видом источает радость и умиротворение, разделяя эмоции со своим человеком, пока ему на глаза не попадается незнакомец. Маленький розовый носик пару раз дёргается, после чего милое создание превращается в недовольное облако шерсти и грозного фырканья. — Что с ним? — Уна слегка паникует, не понимая, от чего попала в немилость. Она ладит с животными, которые чаще всего охотно идут с ней на контакт. — Наверно от тебя пахнет Лисой, — Ким не перестаёт поглаживать встревоженного зверька, пока тот беспокойно топчется на груди человека, — её хвосты напали на него. Но не волнуйся, от меня тоже пахло какое-то время, он почувствует, что ты его не обидишь. Пушистый глупыш долго не мог понять, почему от его человека несёт запахом недруга: ворчал что-то на кошачьем и не давал к себе прикоснуться. Но далеко не уходил и не прятался. Поглядывал из своей коробки на подозрительно пахнущего парня с толикой обиды, словно тот днями напролёт обнимался с хихикающим чудовищем. И ведь не объяснишь ему, что такого на самом деле не было, что демон не стал спрашивать согласия человека и действовал по своей прихоти. Ким пытался, но кот ему так и не поверил. Позже Рето объяснил, что Пушок — пугливое сыкло, которое первые дни с ним вёло себя точно также, пока мужчина не додумался дать ему время. Поэтому, если капитанскому помощнику так сильно хочется подружиться с капризной животинкой, то следует прекратить попытки наладить контакт. Ну или вымыть руки с мылом несколько раз, сходить в душ и сменить одежду. Ким от его слов почувствовал себя глупым дураком, потому что сам до этого не додумался, о чём он не постеснялся рассказать старшему сослуживцу. "Вода готова" Безжизненный голос умного дома разбавляет неловкую тишину, кот стекает со своего человека на диван и начинает вылизываться. Тяжело вздохнув, парень встаёт и движется в сторону ванной, снимая по пути верхнюю одежду. С грустью вспоминает, что в прошлый раз использовал остатки ароматной соли и теперь ему придётся искать расслабление без аромата хвои и мыльных пузырьков. — Холодильник скорее всего пуст, как всегда, — размышляет вслух Ким, бросая куртку на одинокий стул. — Закажем чего-нибудь? Сегодня у него нет сил готовить, особенно, когда из пустого холодильника сбежала даже мышь, истерично хлопнув дверцей. Парень с первого раза понял, что кухней в этой квартире пользуются крайне редко, предпочитая заказывать еду доставкой или перекусывать на ходу. Поэтому там никогда нет даже базового запаса продуктов. Для живущего с родителями такой образ жизни чужд, но Уна до встречи с Лисой тоже питалась подобным образом, к чему приучила своего друга. Как только фигура Кима скрывается за дверью ванной комнаты, девушка пододвигается к белоснежному зверю, так и не решаясь его коснуться. — Прости за них, — шепчет Уна под недовольное фырканье. Он для приличия делает это ещё раз, после чего устраивается на подушке недалеко от девушки. Его разноцветные глаза смотрят с лёгким налётом подозрения, от чего становится не по себе. Им не пришлось ничего заказывать. К удивлению Кима, на кухне их ждал не только лёгкий перекус, но и полноценный ужин на двух персон. Пусть из доставки и успевший остыть, но зато не нужно ждать или тратить время на готовку. Вместо этого они с удовольствием располагаются около телевизора, собираясь провести вечер за просмотром фильмов. Нет сомнений, что вторая порция предназначена для Уны, ведь Рето предпочитает менее острую пищу и не пьёт газированную воду. К тому же, мужчина говорил, что вернётся только послезавтра. Кот всюду следует за своим человеком, но деликатно стоит в стороне, неотрывно наблюдая за его действиями. Изредка позволяет себе вопросительно мяукнуть, после чего на него сразу обращают внимание и мягко треплют по голове, вызывая у него тёплое мурлыканье. Уна всё это время пыталась подружиться с Пушком и каждый раз терпела неудачу: упрямец уворачивался от прикосновений и сразу же начинал вылизываться, если чужая рука всё-таки дотрагивалась до его шерсти. И такая неприступность её просто убивает. —Я так устал. Девушка не сразу понимает, что шёпот не является плодом её воображения. Более того, предположение о том, что друг заснул под просмотр фильма оказывается ошибочным, когда до неё доносится сдавленный всхлип. Уна осторожно касается его головы, начиная мягко приглаживать кудрявые волосы. — Иногда я понимаю, почему ты сбежала из дома, — говорит тихим голосом, чуть успокоившись. До знакомства с Уной, он и подумать не мог о чём-то подобном. А когда увидел, что на такой шаг решилась маленькая девчонка, то искренне восхитился её смелостью. Он бы так не смог. В её возрасте уж точно. А когда он узнал о причинах побега, то поразился силе её духа. Его собственные на их фоне кажутся детскими и нелепыми. В последнее время жить в доме с родителями ему становится невозможно: их мировоззрение и образ жизни настолько не совпадают, что становится тошно. Конечно, так было и раньше, но после того как парень пожил один — контраст стал ещё ярче. Ким смотрит на подругу безжизненным взглядом, после чего слабо мотает головой. Он должен быть сильным, чёрт побери. И не ныть из-за всяких пустяков. — Хочу попросить у Джона повышение. — Ты хочешь стать следователем? — ахает Уна и вздрагивает от громкости своего голоса. — Нет, но я хочу съехать, а на зарплату стажёра это нереально, — встаёт с коленей подруги и садится прямо. — Не могу больше жить там. Он столько времени бегал от возможности повышения, считая, что попросту не справится со столь сложной работой. Не глупый ведь, понимает, что это не сравнится с перебиранием бумажек. А после встречи с лисьими хвостами страх быть съеденным в тёмной подворотне вырос в разы. И снова Рето успокоил его тем, что никто не отправляет начинающих следователей ловить одичавших демонов в одиночку. А с разумными и высшими начинают работать далеко не сразу и перед этим проходят дополнительную подготовку. От этого становится намного спокойнее и принимается решение попробовать. Но у него никак не получается избавиться от тянущего чувства безнадёжности. Уна не знает, что сказать, поэтому лишь участливо кивает и ободряюще улыбается. — Снова ночуешь в приёмной? — заметила ещё днём, но не стала заострять на этом внимание. Ким кивает. — Иногда там, реже здесь. В последнее время его командировки участились, поэтому шикую. Но не могу так больше. Безумно нравится жить в этом месте, где для него царит свобода, но Ким никак не может отделаться от чувства, что он пользуется чужим добродушием. Ведь его пускали только для того, чтобы приглядеть за котом, но парень сам чувствует, как пускает здесь корни. Уна молчит. Не выпаливает своё предложение, как какую-то глупость, а тщательно обдумывает возможные детали. — У нас есть свободная комната, L не будет против, — торопливо добавляя, — я с ней поговорю. Всё-таки с помощником капитана она знакома, значит, его нельзя назвать чужим. И это не зверь, который будет претендовать на часть лисьей территории. — Не нужно, Ун, — говорит смущённо. — Я справлюсь. Её не так-то просто остановить, если она что-то задумала. Но в этот раз девушка не идёт напролом, как обычно, а тут же мягко отступает. — Говорю на всякий случай, чтобы у тебя был запасной план. — Спасибо, Ун, — чуть улыбнувшись. — Ты испугалась, когда к вам пытались вломиться? — Что? Я даже не слышала ничего, к тому же L была дома. Чего мне бояться? Ким улыбается чуть шире из-за её реакции, подмечая ещё раз, что подруга чувствует себя в безопасности рядом с лисицей. — И то, верно. — Как вы уживаетесь вдвоём? Сильно поменялась твоя жизнь, после того, как вы стали жить вместе? Девушка не отвечает сразу, немного задумавшись. Нужные слова не приходят сразу, потому что ей приходится вспоминать, как выглядела её жизнь до прихода Лиса, чтобы выявить изменения. — Вроде бы нет. Лиса без конца наводит порядок, а я ей не мешаю. Уже не ворчит на меня, если ей что-то не нравится. Главное, чтобы яблоки были под рукой, ну или чего угодно пожевать. Я заметила, что она больше ворчит, когда хочет есть. Ким вспоминает, что демоны испытывают голод постоянно и обеспокоенно косится на подругу. Та в свою очередь о чём-то задумывается, хмурится, пытаясь вспомнить очень важную информацию. — Яблоки, — говорит наконец, то, что так долго держала в голове. — У неё почти закончились яблоки, и она так нервничает по этому поводу, а когда нервничает, то съедает их больше обычного и снова начинает нервничать из-за этого. — Нам сходить в магазин? — О, нет. Яблоки из магазина ей не нравятся, в прошлый раз мы ездили за город, на фермерский рынок. Может Джон согласится съездить за ними в ближайшее время. Ближайшее время для неё — это как можно скорее, но Джон ещё занят, а на дворе уже вечереет, поэтому решено отложить столь важное дело до завтра. — Может, ещё немного подождём? Мольба в глазах подруги вызывает у Джона тяжёлый вздох: эти слова он слышит уже в пятый раз и нет больше сил её поторапливать. Время и так позднее, несмотря на то, что оба встали довольно рано, а заново начинать спор о его недостатке кажется бессмысленным. Привыкший к ранним подъёмам, он очень удивился, когда проснулся и застал подругу неспящей. Мертвецки сонной, лежащей, буквально, на поверхности кухонного стола, но всё же бодрствующей. Глаза её медленно закрывались и сразу же открывались, выдавая упрямую борьбу девушки со сном. Желание похвалить человека, опаздывающего куда только можно, вспыхивает и тут же улетучивается, ведь тёмные круги под глазами подруги не заметить довольно сложно. Она в эту ночь их не сомкнула. Её спутанные волосы мятного цвета слегка пушатся, образуя на голове симпатичное гнездо. Торчащие маленькими антеннами рожки скрываются в шевелюре и почти незаметны, чему девушка несомненно была бы рада, если бы не её сонное состояние. Уна мутным взглядом смотрит в свой телефон, отпивает остывший чай и морщится, не понимая как эту отраву вообще можно пить. И мыслями снова возвращается к лисице, которая в эту ночь так и не вернулась домой. Уснуть ночью не получилось, хотя казалось бы: закрой ты наконец уставшие глаза, так сразу и заснёшь, но она то знает, что правды в этом нет никакой. Ничего не может с собой поделать, но привыкла, что после признания своих фобий, L постоянно пускает её к себе в кровать и почти каждую ночь проводит дома. Недовольно ворчит, когда к ней лезут обниматься, также неохотно отвечает на сонную болтовню засыпающего человека, но не прогоняет. Если же опаздывает, то обязательно пишет короткое сообщение о времени прихода. Неужели она настолько устала бороться за подушку и одеяло, что спит где-то ещё? Или что-то случилось, поэтому не смогла вернуться домой? Из-за подобных мыслей уснуть получилось всего на пару часов, которые пронеслись мимо с непозволительной скоростью, а пробуждение обрушилось на неё леденящим душу кошмаром и чувством тревоги, не отпускающим из своих цепких лап до сих пор. Сейчас Уна бесцельно листает соц сети, чтобы отвлечься, её измученные глаза пытаются сморгнуть ощущение сухости, умоляя об отдыхе. Интереса ради мятноволосая переводит взгляд с новостных сводок на друга, наводящего порядок после их посиделки. Джон даже не смотрит в её сторону, задумавшись о чём-то своём, пока собирает в кучу одеяло, подушку и плед. Цветочный принт на них заставляет мужчину задуматься: ему кажется, что вчера Уна чётко сказала об отсутствии дополнительного одеяла. Поэтому и притащила своё собственное из дальней комнаты. Столь щедрую жертву, конечно же, оценили, ведь обычно этот мерзляк бьётся за тёплое одеяло яростнее тигра. А тут сама предлагает по доброй воле и без жадного блеска в глазах. Связана ли эта перемена в поведении с одним рыжехвостым демоном, и если да, то каким образом лисица так на неё влияет? Догадки появляются в голове друг за другом, но ни одна из них не складывается в адекватную картину происходящего. Может не стоило оставлять их наедине, прекрасно зная, чем именно могут питаться демоны? После получаса сборов Джон находит девушку сидящей около окна и до сих пор одетой только наполовину: мешковатый свитер скрывает голые бёдра, на которые она не спешит натягивать узкие джинсы. Вместо этого взволнованно высматривает подругу среди редких прохожих, что с высоты их этажа кажутся маленькими букашками. Лиса в последнем сообщении написала ей, что задержится, но к их отъезду успеет прийти. И её нигде нет. А тревожное предчувствие здесь, оно атакует мятноволосую головушку с самого вечера. Цепкими лапами держит безвольную жертву, и как паук высасывает из неё все соки. Джон тем же вечером её внимательно выслушал и почти успокоил весомыми аргументами, но он даже обрадоваться этому не успел. Потому что примерно в то же время лисица перестала отвечать на сообщения и пропала из сети, из-за чего начался новый виток страданий. — Фильм-то чем закончился? — спрашивает Джон, усмехаясь, когда подруга испуганно подскакивает, явно забыв о его присутствии. — Какой из? — слегка хмурится. — Я успела посмотреть два, а ты вырубился, как только включил телевизор. Вопрос о концовке остаётся висеть в воздухе, потому что Уна понятия не имеет, чем закончились эти фильмы — она не особо вникала в сюжет. Кажется, там было что-то про убийство и отмщение, но это не точно. — Серьёзно? — зато другу очень весело. — Значит, та ахинея, что я видел, была сном? Оно и к лучшему, значит, не судьба мне спиться. Смотрит на подругу хитрым взглядом, обычно она сразу подхватывает шутки на тему снов, стараясь растолковать их значение, выстраивая при этом самые нелепые теории. Но в этот раз Уна лишь измученно вздыхает, не отрывая взгляда от окна. Джон знает причину, весь вечер подруга была сама не своя, что никак не изменилось за ночь. Так и продолжает терзать себя из-за безответственности одного демона. — Так и не ответила? — Она даже в сети не появлялась, — восклицает расстроенная девушка. — Я отправила ей тысячу сообщений, а они до неё и не дошли вовсе. Джон смотрит на часы, подсчитывая сколько у них осталось времени до выхода, и говорит: — То есть, никуда не поедешь? — Это ещё почему? — аж оживает от накатившего возмущения. — Ун, я согласился, потому что мне нужно в ту сторону по работе. А если ты будешь собираться подобным образом, — машет в воздухе рукой, охватывая почти готовую к выходу девушку, — то смысла ехать уже не будет, мы просто не успеем куда-то ещё. Теперь Уна живо подпрыгивает со стула, бойко натягивая обе штанины разом. Одаривает друга виноватой гримасой, не испытывая при этом мук совести. Прекрасно знает, что он в своей конторе большой начальник и запросто может чуточку опоздать, к тому же ему неведомо, как сильно зудит предчувствие чего-то нехорошего. Джон это выражение лица у подруги знает, как никто другой, и уже привык, что девушка временами может быть вредной. Поэтому не обижается на её выходки, считая их отчасти забавными. К тому же, чего бы она там себе не надумала, после его слов Уна собирается за рекордные десять минут. Редкие солнечные лучи освещают безлюдную территорию жилого комплекса, где в столь раннее время можно встретить лишь тех, кто торопится на работу. А также городских сумасшедших, встающих в такую рань вопреки законам здравого смысла и логики. Капитан отдела работы с демонами причисляет себя и к тем, и другим. Нормальный человек не покинет дом раньше восхода солнца и не поедет в соседний город только для того, чтобы другой человек стал майором вместо него. А ведь всё потому что высшее руководство настойчиво рекомендует его кандидатуру к повышению, в который раз форсируя события. Его отдел только вышел в лидеры по количеству закрытых дел и он помнит сколько времени и сил ушло на их достижение, а теперь его настоятельно просят повторить подобный трюк аж четыре раза. Но Джон не отступает. Его не просто так считают недалёким простачком, который ни в какую не хочет получать продвижение по службе, к тому же с легкостью согласившегося уступить другому и помочь ему получить это звание. В прошлый раз у него была причина, чтобы согласиться. В этот же их достаточно, чтобы отказать. Теперь он дважды в неделю катается к своему подопечному и посвящает его в азы капитанского дела, чтобы в дальнейшем он смог перескочить эту ступень. Становиться майором, не побывав в шкуре капитана, кажется крайне сомнительной идеей, но сам ученик не боится шёпотков за спиной и презрительных взглядов. Макс говорит, что они идут по пятам с самого детства, из-за чего выработалась привычка их не замечать. Вспоминая свой первый год после получения капитанского звания, Джон уверен, что такой подход сохранит львиную долю нервных клеток. Во всей этой суматохе он варится около месяца и оживает только когда ему пишет Уна с предложением съездить в соседний город за яблоками. Джон понимает, как сильно по ней скучал, только когда та выскакивает из чужого подъезда и резво забирается в его машину, тянется через приборную панель, чтобы обняться, после чего устало разваливается на переднем сидении. День для Уны прошёл очень насыщенно, с волнующими событиями, о которых мятноволосая торопится ему рассказать. Он лишь тепло улыбался, слушая её щебетание на пути к дому. С появлением лисицы забота о подруге перекочевала на, казалось бы, хрупкие плечи демона, который всегда ошивается где-то поблизости. Первое время Джон чувствовал необычайную лёгкость из-за количества свободного времени, одновременно ощущая себя чуть ли не предателем. Успокаивало лишь то, что подруга всем довольна и в относительной безопасности, а демон не шатается без дела и постоянно на виду. Но с непривычки капитан всё же уходит в работу с головой: запирается у себя в кабинете и сидит безвылазно, пока его не вынуждает уйти домой вид уставшего помощника, который отказывается заканчивать рабочий день раньше своего начальства. Вдобавок к этому никому не нужное повышение и поездки в соседний город с утра пораньше. Джон и не представлял, насколько он привык к своему прошлому образу жизни, где, помимо работы, большую часть занимает забота о маленькой полукровке. Дурашливые разговоры, просмотры фильмов, совместные завтраки и ужины разгружали голову от тяжёлых мыслей, заряжали силой на рабочий день и просто радовали. Их отсутствие остро сказалось на самочувствии, и сейчас, глядя на подругу, Джон чувствует умиротворение. До тех пор, пока Уна не предлагает проигнорировать лифт и спуститься вниз по лестнице, чем смешит его чуть ли не до икоты. А фото её недовольного лица теперь украшает заставку его телефона. — Стой! — строго командует Джон, останавливая девушку, и та с неохотой отрывается от экрана. — Что не так? На улице тихо и спокойно. Тонкий слой выпавшего снега лежит нетронутым, несмотря на резкие порывы ветра, сшибающего с ног. Казалось бы, друг тревожится на пустом месте, но Уна слишком занята своими переживаниями, чтобы спрашивать причины чужих, к тому же за четыре года у них сформировалось негласное правило: "Джон прислушивается ко всем предчувствиям своей подруги (даже самым беспочвенным), а та в свою очередь не артачится, если капитан заметит предпосылки какой-либо опасности". Кому, как не ему, знать, что Уна не только мастерски притягивает всевозможные неприятности, но и предчувствует их появление лучше любого существующего устройства. Неидеального, работающего на сверхчувствительном уровне с помощью голой интуиции, но всё же невероятно тонко считывающего эти самые вибрации. Она совершенно не умеет этим управлять, но если сосредоточится (что бывает крайне редко), то сможет выдать что-то гораздо существеннее туманных предчувствий и абстрактных описаний опасности. Об этой способности знают единицы: на слуху очень мало случаев, когда полукровки обладают и силой, и частями демонской сущности. Ни один из них не закончился "долго и счастливо", поэтому капитан эту информацию держит в секрете. Для всех остальных Уна — не более, чем ходячая катастрофа с импульсивным характером и склонности к драматизму. Что спасает от ненужных расспросов и совсем недалеко от истины. А этим утром Джон видит нетронутый ветром снег и понимает, — это сделано специально: некто затаился и расставил невидимую людскому глазу сеть, чтобы заманить жертву. Ловушки демонов никогда не бывают идеальными, их легко распознать, если быть внимательным. Лестница в никуда, таксофон старой модели и вывески со всякой чепухой вместо рекламы. Создаётся впечатление, что они не уделяют внимания деталям, когда стряпают свои ловушки, но даже такое допущение замечают немногие. Он почти уверен, что знаком лично с этим обнаглевшим демоном, ведь таких на его участке можно пересчитать по пальцам, а все остальные индивиды не стали бы лезть в машину капитана полиции. В голове сразу всплывает образ старой знакомой, но её неспособность влиять на электронику ставит в тупик, хоть и не кажется правдоподобной до конца. К тому же Джон осведомлен о начавшейся охоте на подругу и о попытке проникнуть в её квартиру, поэтому пропажа лисицы со всех радаров кажется ещё более подозрительной. Привычным движением из кобуры достаётся оружие, и, прежде чем ступить на искусную ловушку, капитан вновь блокирует двери машины. Кто бы там ни был, он уже знает об их присутствии, поэтому даже небольшое препятствие на его пути поможет выиграть время. Конечно, демонам запрещено нападать на людей без особой причины, а наказанием за неповиновение чаще всего становится смерть, но многие из них надеются на чудо и свято верят в свою безнаказанность. И один из таких развалился на заднем сидении капитанской машины, уткнулся лицом в кожаную обивку, и, судя по ровному дыханию, безмятежно спит. Но Джона не так просто обмануть искусным притворством. Он со знанием дела подмечает, что лисьи уши слишком расслабленны, словно приближение двух человек так и осталось для него незамеченным. Интереса ради, капитан щелкает затвором и видит, как напрягается тело демона, а уши на секунду поворачиваются в его сторону, после чего кицунэ снова расслабляется. К тому же уязвимое положение якобы спящей и еле заметное дыхание смогло бы обмануть простого обывателя, но никак не человека, чья работа подразумевает тесное общение со сверхъестественными хитрецами. Джон снисходительно цокает на лисью театральщину и оглядывается на подругу, что наблюдает за его действиями с нескрываемым интересом. — Нашлась пропажа твоя, — не испытывая даже малейших опасений, он садится на место водителя, не обращая внимания на псевдоактрису. Уна резво подбегает к машине, прижимается к окошку в надежде разглядеть, что творится внутри и, действительно, видит лисицу, чей пушистый хвост занимает большую часть пространства. Девушка с трудом вспоминает, когда видела его вживую в последний раз, но даже так, она замечает изменения внешнего вида. Ей, как и в прошлый раз, хочется к нему прикоснуться, но L так и не соглашается на подобные манипуляции. Рычит. Бормочет что-то о невоспитанных детях и личных границах — вспомнить девушке довольно трудно, потому что ворчание демона она не очень-то слушает. Не понимает, глупая Лиса, что никто не стремится ей вредить, лишь из праздного любопытства хочется потрогать. — Джо, мы же опоздаем совсем, чего ты ждёшь? — шёпотом восклицает бессовестная, стараясь не нарушить чужой сон. Настроение её сразу улучшилось, она заметно ожила. — Нам ещё нужно заехать за перекусом в дорогу. Мужчина возмущённо кряхтит, с недовольством подмечая, как быстро подруга пришла в себя, стоило ей лишь увидеть рыжеволосого демона. — Я уже и забыл, с кем имею дело, — ему не удаётся спрятать улыбку, ведь несмотря на ворчание, он очень рад видеть её весёлой. — Как она тебя ещё не сожрала? — Сама в шоке, — раздаётся сонное бурчание с заднего сидения. Уна аж подскакивает на месте от переполняющих душу эмоций, не понимая чего там больше, злости или радости. — L! Ты не спишь? — радости там всё-таки больше. Лисица поворачивается к ним лицом, лениво потягиваясь под пристальным взглядом. Не подаёт вида, что сразу заметила покраснение в чужих глазах и гнетущую усталость. — Поспишь тут: один — дверью хлопает, другая шепчет чересчур громко, — игриво ворчит кицунэ, а Уна от её слов стыдливо отворачивается, но тут же стряхивает с себя это чувство. Это из-за её внезапного отсутствия девушка не смогла уснуть, в то время как бессовестный демон дрыхнет в паре шагов от дома. К тому же Лиса та ещё врушка. На самом деле ей нисколько не помешали посторонние звуки, потому что в момент их прихода — она не спала. Дремала, делала вид, но никак не блуждала по закоулкам сознания, потому что просто не успела туда провалиться. В незнакомом месте заснуть не так просто, да и нашлось куда более важное дело. — L, что с твоим телефоном? — спрашивает Уна уставшим голосом. Сил воевать с ней уже не осталось, вместо этого резко захотелось спать. — Сдох. Дитя смотрит на неё с недоверием, Лиса каждый раз слишком торопится отправить свой гаджет в мир иной, как это было и с плеером. Протянутая рука девушки сразу же получает бездыханное тельце устройства, подмечая про себя, что он действительно выключен. Поверхностная диагностика не находит внешних повреждений, лишь воткнув в гнездо штекер зарядки Уна с тяжёлым вздохом заключает, что голодная смерть настигла пострадавшего. Как только на экране появляется значок опустевшей батареи, девушка с сожалением осознаёт свою причастность. Раньше она тратила около часа в неделю на чистку телефона подруги от всякого мусора, проверку на наличие вирусов и подзарядку, которой хватало как раз на семь дней. Но в свете последних событий Уна не притрагивалась к старенькому телефону около месяца, и не успевает она задуматься, каким образом лисица подзаряжала аппарат самостоятельно. Ответ находится сразу же, как только загорается экран, где фоном стоит незнакомая для неё фотография. Довольная физиономия Фэйчина, показывающего в камеру язык, а позади него лисица, смотрящая куда-то в сторону. Сразу видно, что она и не думала фотографироваться, а наглец взял её телефон без спроса и похозяйничал в чужом медиа пространстве. С недовольным предчувствием Уна заходит в чужую галерею, где видит бесчисленное количество новых фотографий и злобно скрипит зубами. — Это ладно, ты как сюда забралась? — интересуется Джон, когда машина трогается с места. — Говорила же, что не дружишь с подобной техникой. Кицунэ широко зевает, утомлённая вопросами и удобнее устраивается на сложенных руках. — Вызвать сбой — не сложно, — ещё один зевок, как подтверждение лисьих слов. Это и правда очень просто для неё, гораздо труднее сработать чисто. — Кстати, блокировка дверей будет барахлить какое-то время. Не хотела ломать чужую игрушку, но она оказалась слишком умной и несговорчивой. Пришлось слегка покоптить её электронные мозги, чтобы она открылась, не издавая звуков. — Прекрасно, — фыркает Джон, прикидывая сколько может обойтись ремонт. — Думал сказать, что скучал по тебе, но что-то как-то передумал. — Страдать не буду, уж извини. Они сделали небольшую остановку около круглосуточной забегаловки, куда Джон отправился в одиночку, потому что Уна засыпает на ходу, а лисице лень подниматься. К тому же вся еда из этого заведения так отвратительно пахнет, что ей каждый раз становится дурно, несмотря на то, что младший демон всегда скулит от радости. — L... мне тут сказали, что видели твои хвосты, — неуверенно начинает Дитя. — Ты знала? Не стала говорить кто именно их видел, ведь подставлять одного старого друга и возможно будущего нового не хочется. Лиса всегда остро реагирует на вопросы касательно своих хвостов. Но не в этот раз. — Знаю, — снова медленно потягивается. Её первый и пока единственный хвост стыдливо жмётся к лисьему боку. Пусть для существа её возраста он выглядит слишком жалко, кицунэ без какого-либо отвращения поглаживает жесковатую шерсть. — Они очень наследили, будучи в псином обличии, я и подумать не могла, что они докатятся до такого. Они слишком тупоголовы, чтобы додуматься до такого самостоятельно, остаётся лишь надеяться, что так на них повлияло полувековое проживание вблизи людей и тварей, им прислуживающих. — Ты поэтому не пришла домой? Вы пытались их найти? Уна не может понять, что чувствует по этому поводу: радость от того, что причина никак с ней не связана, сменяется осознанием, что скоро Лиса уйдёт насовсем. Судя по всему L не бросила свою затею: ищет хвосты, чтобы после, оставить этот город и живущих в нём людей в прошлом. — Нет у меня времени для их поисков, — лисица говорит об этом легко, без тени сожаления, — а домой я пришла около двух. Ей непонятны причины чужой обиды, ведь во время ночного визита всё было нормально. Посторонние запахи отсутствовали, печать на дверях осталась нетронута, а люди мирно спали. Кицунэ тоже хотела, у неё даже промелькнула мысль лечь около входной двери, чтобы в этот раз не проспать приход незванных гостей. Но хорошенько подумав, демон спускается на улицу и устраивает там засаду, для маскировки расположившись в машине капитана. — Снова проблемы со сном? — человеку не требуется отвечать на вопрос, ведь ответ легко считывается с уставшего лица. — Мальчишка не пустил к себе в кровать? Уна, давясь воздухом, чувствует приливающую к щекам кровь и какое счастье, что L свои бесстыжие глаза держит закрытыми. — У тебя совсем нет совести спрашивать такое?! — возмущённо пищит девушка, отворачиваясь. Лиса приоткрывает один глаз, и видит покрасневшие уши девушки, от которой теперь разит аурой смущения и неловкости, их вкус на языке демона оседает на языке пряной сладостью. В носу от этого запаха слегка свербит, но не выворачивает и не режет внутренности, как это делает корица. Наоборот, лишь щекочет. Уна подпрыгивает от неожиданности, когда дверь со стороны водителя открывается и внутрь садится Джон с пакетами наперевес. — Ты чего так долго? Неужели в такое время была очередь? От мужчины не ускользает красное лицо подруги, поэтому он хитро улыбается. — Нет, увидел коктейль со вкусом яблока, и попросил сделать его без корицы, а они всё равно добавили её. Пока разбирался с ними, пока переделывали. Порывается спросить, что у них тут произошло, но его нагло перебивают старческим ворчанием. — Не настолько я слаба перед этой дрянью, — фыркает лисица. Если и этот человек считает её настолько немощной, то проще будет самолично удавиться. — Спокойно бы перенесла от тебя лёгкую вонь этой заразой, хоть я и не могу понять, как можно употреблять в пищу что-то настолько мерзкое... Лиса резко замолкает, когда видит перед своим носом пластиковый стаканчик с напитком, и машинально прячет свой нос в вороте куртки. В её словах не было лжи, но она умолчала, что ощущения даже от малой дозы корицы не самые приятные. Демон привстаёт на локтях, намереваясь оттолкнуть издевательское подношение, как в голове щёлкает: её не пытаются отравить, а угощают. — Не нужно было... — Спасибо будет достаточно, — заверяет демона Джон, — мне было не сложно взять его и для тебя. К тому же я не садист, чтобы смотреть, как ты будешь пухнуть и задыхаться. Лиса не стала говорить, что, обычно, в таком случае задыхаться приходится другим, но никак не ей самой. Теперь, когда причина бессонной ночи здесь и делает вид, что совсем не раскаивается, тревога почти сходит на нет и на Уну резко набрасывается сонливость. Монотонность дороги убаюкивает уставший организм, который отвык от приступов бессонницы. Джон с легкой улыбкой поправляет ремень безопасности у задремавшей подруги, выдёргивая её из накатившей сна, от чего та крупно вздрагивает. — Ун, может, ты напишешь своему дяде, что мы тебя не похищаем, и нет нужды посылать за нами охрану? — Ты о чём это? — прикрывает глаза и снова откидывается на спинку сидения. — Люди твоего дяди плетутся за нами от самого дома. Джон почувствовал неладное, как только они вышли на парковку жилого комплекса, где зоркий глаз капитана приметил незнакомую машину, но он отвлёкся на засевшего в засаде демона. Тогда ему показалось, что он сам себя накручивает, а новый автомобиль скорее всего соседей или чьих-то гостей. Но около закусочной он видит их снова, незаметно фотографирует и отправляет Киму, с просьбой узнать немного информации о её владельце. Не торопил с ответом, потому что не видел в этом смысла: смотрящие никак ему не мешали, соблюдали дистанцию и, в целом, он может понять опасения Господина Хана. Капитан тоже борется с желанием завернуть подругу в одеяло и засунуть в шкаф, чтобы уберечь от опасностей, подстерегающих её на каждом шагу. И будь у него ресурсы, он бы тоже выделил для девушки личную охрану, наказав следовать за ней по пятам. Джон недоволен, что не знает этих людей лично и обязательно обсудит этот вопрос с родственником подруги, а сейчас он готов не обращать на них внимания, пока те нигде не отсвечивают, охраняя издалека. Вспоминаются слова Уны о дурном предчувствии, неспокойное поведение демона и попытка взлома их квартиры. Посмотрев ещё раз в зеркало заднего вида, капитан добавляет к списку слишком навязчивое поведение якобы охранников. После его слов лисица вскакивает со своего места молниеносно: на её лице нет ни тени тревоги или растерянности. Горящие огнём глаза внимательно изучают машину преследователей, пока хвост нетерпеливо мельтешит из стороны в сторону. Хан не отправил бы к ним своих людей, потому что не сошёл с ума окончательно. Ему пришлось признать, что кицунэ с его племянницей, действительно, дружат и она не причинит зла ребёнку. К тому же в состоянии защитить, если того требует ситуация. — Это не его люди, — усмехается. Она рада, что крысы показали носы из своих нор. Вот только Джону теперь не до смеха. — Тогда дело дрянь, потому что они пытаются сократить расстояние, с момента, как мы пересекли последнюю видеокамеру. D-66 не просто так считается самым проблемным участком, пролегающим меж двух городов, но не относящийся ни к одному из них. Уровень нападений на нём стабильно высок и с каждым годом устанавливает новые рекорды. Но никто не собирается брать происходящее здесь под свою ответственность: администрация с обеих сторон предпочитает существование игнорировать и ограничивается лишь просьбами обходить эту дорогу стороной, к чему прислушиваются совсем немногие. — Мы сможем ехать ещё быстрее? — тихо спрашивает Уна. На секунду ей показалось, что она уже видела эту машину раньше, и тревога снова сдавила все внутренности. Джон качает головой. — Ун, я и так выжимаю всё, долго мы не продержимся. Не успевает никто из них как следует испугаться. Кицунэ юрко выпрыгивает между сидений, прикасается почерневшей рукой к приборной панели и что-то неразборчиво бормочет. Двигатель начинает рычать ещё яростнее, от чего машина резко вырывается вперёд, увеличивая свою скорость. — Так, слушайте внимательно, времени у нас мало. Их цель забрать её, а тебя, — переводит быстрый взгляд на Джона, — скорее всего убить, поэтому ни в коем случае не останавливаемся. Их всего двое — это значит, они не знают, что я здесь, и это наше преимущество. Я пыталась не повредить внутренности твоей машины, поэтому эффект продлится совсем немного, но дальше вы сможете ехать на обычной скорости. За мной возвращаться не нужно, я вас сама догоню. Лисица говорит чётко и уверенно, план в её голове сформировался быстро, не вызывая у неё и капли сомнения. — L, что значит... — не успевает договорить девушка, как из её горла вырывается испуганный крик. Успевает заметить только огненный шлейф волос, проследовавший за демоном, когда сумасшедшая выпрыгивает из машины. — Нет! Стой! — запоздало кричит той, кто в этот раз её не слышит. В немой истерике смотрит, как они удаляются от тёмного пятна, что совсем недавно лениво лежало на заднем сидении, попивая молочный коктейль, а теперь кубарем катится по дороге. — Она не встаёт, Джон, почему она не встаёт. Тот лишь на секунду отвлекается на то, чтобы посмотреть назад, поэтому почти упускает момент, когда Уна в немом отчаянии решает повторить поступок лисицы. — С ума сошла? — кричит Джон, хватая за руку. Её дикий взгляд говорит сам за себя, а в глазах буйствует шторм. — Мы должны вернуться за ней, я не могу бросить её там, — сбивчиво бормочет себе под нос, — L бы так не сделала. — Она – демон, Ун. — Какая разница? — вскрикивает. — Она — мой друг! От подступающей истерики руки начинают трястись, а кончики пальцев покалывать от холода. — Она и мой друг тоже, но подобное падение для неё пустяк, а ты погибнешь, — говорит ей без тени сомнения. — Она сказала, что догонит нас самостоятельно. Уна тихо всхлипывает, сдерживая подступающую истерику. Она не успела рассказать про убитого демона и его отрубленную голову, потому что мечтала забыть этот день, как страшный сон. — Эти люди убьют её! Также, как убили Маркуса, — её блестящие глаза смотрят на друга с мольбой. — Джон, пожалуйста. Что за люди? Какого Маркуса? В голове слишком много вопросов, а единственный человек, который мог на них ответить борется с подступающей истерикой и к огромному сожалению проигрывает. Он не может ей отказать. Никогда не мог. И у него уходит ровно десять секунд на борьбу с самим собой, потому что в этот раз Уна не пытается надавить на жалость, а по-настоящему напугана. — Хорошо, — снижая скорость, он не может отделаться от мысли, что они совершают ошибку, — мы подождём лисицу, но соваться туда не будем, поняла меня? Кицунэ, на самом деле, пролежала на земле несколько позорных минут своего существования, а всё потому что поторопилась и при прыжке не сгруппировалась должным образом. Как итог, несколько позвонков решили, что они лишние и самоуничтожились после соприкосновения с землёй. Она не видела в этом проблемы: сохранение кожных покровов и костей в целости уже давно не возглавляют список приоритетов опытного демона, чьи конечности приходят в норму гораздо быстрее. Лисица не испытывает по этому поводу даже малейшего беспокойства: по её ощущениям большая часть удара пришлась на левое плечо, что никак не уберегло позвоночник от перелома его составляющих. Кицунэ уже забыла, что тела людей такие хрупкие. И её человеческая форма не сравнится с истинной даже на тысячную долю процента. Боль чувствуется куда ярче, тело заживает медленнее, а регенерация расходует больше сил, чем обычно. Зато Младший восторженно тявкает, в красках описывая, как он мечтает напугать простых смертных до седых волос или скорой погибели. Резкий визг тормозов вызывает у обоих широкую улыбку, знают же, что тех людей не так просто напугать до усрачки, но даже шокированного вида оказывается достаточно, чтобы сытно облизнуться. Машина резко останавливается, но люди не спешат из неё выходить, разглядывая демона, стоящего на дороге, как диковинку. Кицунэ тоже не спешит: времени у неё полно и с каждой секундой Джон с детёнышем удаляется на безопасное расстояние. Она не испытывает злобы, лишь любопытство и азарт хищника, поэтому и оскал получается похожим на улыбку. Но люди всё медлят, о чём-то переговариваются, спорят. Лиса даже задумывается отпустить их и дать прожить ещё один день, если те уберутся прямо сейчас. Всё-таки она ещё успевает догнать своих и провести вместе утро, как и планировала. Первый тревожный звоночек демон чувствует всеми фибрами сущности, когда машина его людей всё же останавливается. Одновременно с этим слышится щелчок со стороны преследователей, лисица хоть и слышит его отчётливо, но не подаёт вида, обеспокоенная тем, что всё же сожгла что-то лишнее в машине полицейского. Второй гремит подобно взрыву, когда передняя пассажирская дверь открывается, и из неё выпрыгивает девушка, живо рванувшая в её сторону. Третий звонок гремит выстрелом. Уна тоже его услышала, поэтому замерла на месте, так и не успев добежать до лисицы. Грудную клетку девушки разрывает от нехватки воздуха, а сердце по ощущениям колотится где-то в районе подбородка. Жадно глотая ртом воздух, она держится за правый бок и старается восстановить дыхание. Уна зажмуривается. Шум в ушах не даёт ей услышать глухой звук падающего тела, зато волна горячего воздуха на лице чувствуется отчётливо. "Так и будешь там стоять?" Неизвестный голос в голове брызжет желчью. От его тона пробирает холодом, и девушка невольно ёжится, но некто не собирается останавливаться, изрыгая потоки брани на непонятном для неё языке. "Зачем тебе твои маленькие уши, если ты не собираешься никого слушать?" Вспоминается причина, из-за которой мятноволосая выскочила из машины, и она снова подскакивает. Открывает глаза и видит Лису, чей силуэт размыт из-за клубящегося вокруг неё дыма и пелены подступающих слёз. Её рыжий хвост нервно дёргается из стороны в сторону и слегка искрит. Чёрные ушки плотно прижаты к голове, и в целом она выглядит довольно угрожающе. Но у девушки нет страха перед демоном. Даже в своём самом мерзком настроении лисица не внушает угрозы: Уна считает, что видела все оттенки чужой ярости и ни один из них не был для неё пугающим. — L, я слышала выстрел, — тихо шепчет Дитя, не обращая внимания на яростное фырканье. — Что-то случилось? — Я сказала тебе не выходить из машины, — угрюмо рычит кицунэ, не спуская глаз со второго наёмника, успевшего выйти из машины вслед за своим напарником. — Ты ранена? Лиса глубоко выдыхает и слабо качает головой из стороны в сторону. Не видит смысла ругать детёныша по поводу его поступка, ведь того и так сильно трясёт от страха. — Я испугалась за тебя, — облегчённо шепчет девушка, когда подходит ближе и упирается головой в лопатки демона. Несмело обнимает лисицу поперёк талии и расслабленно выдыхает. — Чуть сердце не остановилось от страха. Лиса молчит. Её горящие глаза следят за движениями второго мужчины, который не решается использовать оружие. Нет уверенности, что он не положится на везение и не повторит поступок уже мертвого напарника. В какой момент им понадобилась смерть детёныша — это остаётся для демона загадкой. Кицунэ решает не терзать себя кучей бесплодных теорий, когда в руки так и просится аппетитная жертва, наверняка знающая ответы на многие вопросы. Движение в его сторону сразу же блокируют, сильнее сжимают кольцо рук используя свой малый вес на манер якоря. — Не надо. — Почему нет? — Они убьют тебя, — бормочет ей в спину девушка. — Как Маркуса. — Эти люди не смогут убить меня, даже если захотят. А вот я их очень даже, — с широкой улыбкой тянет лисица. В глазах беснуются черти, которых маленький человек, к счастью, не видит. — Медленно сломаю каждую косточку, наслаждаясь вкусом боли и его предсмертными криками. Но сначала, я узнаю у этой мерзкой душонки на кого он работает и с какого рожна их целью стала твоя смерть. После этого я найду его хозяина и начну карать каждого причастного, заставлю их захлебнуться собственной кровью, мечтая о быстрой кончине. От меня никто не сбежит и не спрячется, каждому воздастся и все получат сполна. — Ты ведь не чудовище, — шепчет девушка уверенным голосом. — Ты ошибаешься, Дитя. Лиса перестаёт слушать недовольное ворчание маленького человека, потому что до её ушей доносится звук, игнорирование которого может обернуться чреватыми последствиями. Для человека. А существу, чьё нутро буквально состоит из огня, едва слышимое потрескивание ласкает слух, от него волоски на хвосте приятно топорщатся. Кицунэ хватает пары секунд, чтобы расцепить руки, сжатые в замок на своём животе и переместить девушку из-за своей спины вперёд, чтобы сразу прижать к себе левой рукой. Уна спокойно переносит подобные манипуляции: она просто не успевает среагировать, когда слышит лёгкий щелчок, после которого мир как будто схлопывается. Без лишних мыслей снова окольцовывает талию лисицы своими руками. Любопытство подталкивает её оглядеться по сторонам, несмотря на лёгкое препятствие на голове, сковывающее движение. И видит, как их окружают потоки пламени, создающие ощущение, что они находятся внутри огненного вихря. Завывания, так напоминающие стоны, кружатся вокруг них в ледянящем душу танце. Ей становится нестерпимо жарко, из-за чего девушка начинает ёрзать в чужих руках, но цепкая хватка останавливает её движение. Властный голос подруги, говорящей на непонятном для неё языке, заставляет Уну поднять взгляд и заметить, что кожа на лице лисицы кое-где обуглилась. Горящий золотом взор смотрит прямо на невидимого собеседника, но глаза девушки не видят никого, кроме вытянутой руки своего демона, погруженной в пучину огня. — Я надеюсь, этого больше не повторится, — лисица от этих слов шумно выдыхает, в стремлении разделить с маленьким человеком надежду на спокойное существование, но чуткий слух улавливает совершенно иные ноты чужого голоса. Осуждение. Кицунэ окидывает затухающую груду металла безразличным взглядом, эти люди больше не вызывают у неё никаких эмоций: это всего лишь исполнители и они уже мертвы. А смерть, как известно, — лекарство от всех болезней и обид, поэтому она и не гневается на недоумков, которые своими действиями вызвали свою гибель, и не смогли её избежать. Вслед за Уной в машину забирается Лиса и с оглушительным грохотом закрывает за собой дверцу, вызывая у Джона зубовный скрежет. Нет, он, на самом деле, полностью понимает эмоциональное состояние демона: сам бы на его месте выдернул несчастную с корнем и отшвырнул бы куда подальше. После чего обязательно открутил бы головушку несносной девчонке. Так что, если бы хватало сил на удержание собственных эмоций, то несомненно поблагодарил бы L за проявление недюжинного терпения. Лиса громко дышит, почти извергает пламя из всех частей тела, от чего температура внутри салона заметно повышается, но все предпочитают этот факт игнорировать. Джон наблюдает в зеркале заднего вида немые гляделки этих двоих: L не скрывает своего бешенства и глазами прожигает дыру, а Уна в ответ смотрит на неё безразличным взглядом ледяных глаз. — Ты, какого пса блохастого, творишь? — срывается Лиса, начиная злобно рычать. — Умереть захотела? — Сама-то чем думала, когда выпрыгивала из машины на полном ходу? — Господи Боже, я — демон. Демон, мать его! Меня не убить такой ерундой, — говорит кицунэ и для подтверждения своих слов машет когтистой рукой перед лицом девушки. — Зато ты убила этих двоих без суда и следствия. "Но ведь из-за тебя", Лиса немного тушуется и не произносит эти слова вслух. — Мне всё равно. Веришь или нет, мне нисколько не жаль, что я это сделала. Мы демоны постоянно кого-нибудь убиваем, уже завтра я об этом совсем забуду — настолько мне плевать. Но знаешь, о чём я буду помнить? О том, как ты чуть не получила пулю в лоб. Думаешь, я всемогущая? Тебе просто чертовски повезло, что я достаточно пожила на этом свете, чтобы провернуть что-то подобное. Знаешь, насколько я была уверена, что поймаю её? Взбешенная Лиса пытается рукой изобразить степень своей уверенности, но плотно сомкнутые пальцы говорят о том, что её было очень и очень мало. Вообще не было, на самом деле. Лисица от того и бесится, что перепугана до чёртиков: руки до сих пор трясутся, и не признается ведь, что от страха. Мозг хищника привык анализировать обстановку в разгар битвы и выискивать для себя опасные моменты, но проблема в том, что пуля никак не подходит под это описание. Для демона людской огнестрел не представляет смертельной угрозы — приятно мало, да и зазорно прослыть валенком, когда слух и скорость реакции тела намного выше, чем у простых смертных. Поэтому, пропустив звук пролетающей пули мимо ушей, кицунэ успела злорадно подумать: какой же этот человек совсем криворукий, что выстрелил настолько далеко от её головушки. Физически ощутила, как холодеют пальцы и встают дыбом волоски на ушах, когда становится ясна истинная причина такого поступка. L без прикрас считает, что чудом поймала смерть девушки с помощью сил телекинеза. Не было времени производить расчёты и вычисления, поэтому фантомная лапа попыталась схватить свою цель интуитивно. Лиса не сразу почувствовала успешность подобного захвата, зато мгновенно услышала похоронный марш где-то далеко в сознании. — Ты убила человека, — твердит Дитя, пожирая демона недовольным взглядом. — Он выстрелил первым. Не в меня. В тебя, — рычит Лиса, еле сдерживаясь, чтобы ей не треснуть. — И попал бы, меткая сволочь, если б я не поймала. — Ты специально швырнула её в его сторону, а могла бы этого не делать и он бы остался жив. И понёс наказание. Лиса глубоко втягивает воздух, Джон мысленно готовится к взрыву на заднем сидении и уже подумывает о том, чтобы остановиться на обочине. Лучше этим двоим разойтись по разным углам, или хотя бы пересесть одной из них на переднее место. Не вмешивается в их разборки, несмотря на то, что поддерживал точку зрения демона. Те двое наверняка знали чью машину преследуют и их не остановило присутствие одного сотрудника правоохранительных органов. Если б с ними не было L, всё могло быть куда хуже: оторваться от них точно бы не получилось, их машина была куда мощнее и рано или поздно догнала бы. Два стрелка играючи справятся с одним, хоть Джон и сам неплохо управляется с оружием, всё же они не в боевике, где злодей стреляют куда попало, только не по цели. — Он нажал на курок, собираясь отнять жизнь, что плохого в том, что я обменяла твою жизнь на его? — Но второй ничего не сделал, а ты и его убила. — Второй там тоже не для покатушек сидел, я должна была дать ему шанс вернуться за тобой с подкреплением, когда меня не будет рядом? — Но ты же всегда рядом, — уже спокойно возражает Уна, а лисий глаз начинает нервно дёргаться. — И со мной всё в порядке. Всё, это дно. Больше черпать терпение демона не получится, его просто навсего не осталось. Схватившись за ручку дверцы, L на секунду задумывается, после чего злобно рычит Джону: — Останови машину, или я её вышибу. — Что? — смотрит в зеркало, не началось ли сзади рукоприкладства. — ОСТАНОВИ, БЛЯТЬ, МАШИНУ! Резкая остановка выбрасывает их вперёд, Лиса без труда сохраняет равновесие, но выставляет руку перед девушкой, чтобы её столкновение с сиденьем водителя не пришлось слишком травмирующим. Джон успевает разблокировать двери, чтобы взбешенный демон не вынес их с ноги, чем та и пользуется, быстро выскакивая из замкнутого пространства. Уна чувствует, что пора бы оставить её в покое и не капать на мозг, но остановиться сейчас — это признать правоту демона, а к этому она ещё не готова, и с его мнением в корне не согласна. Двигается в сторону выхода вслед за Лисой, но двери захлопываются прямо перед носом, кицунэ яростно рычит Джону, чтобы тот заблокировал двери и ни за что не выпускал причину её бешенства. — Езжайте без меня, я уже, блять, ничего не хочу, — смотрит на капитана, игнорируя возмущенные возгласы Дитя, которое хочет выйти. Мужчина понимающе кивает: — Я напишу тебе, когда мы вернёмся, — он ведь не дурак, знает, что та изведётся. Лиса лишь цокает, что ей плевать, но Джона обмануть не удаётся. Он протягивает ей почти разряженный аппарат через своё окошко. — Постарайся не натворить дел, хорошо? L закатывает глаза и устало вздыхает, слабо кивая головой: — Постарайтесь больше не попадать в неприятности. Легко сказать "постарайтесь", когда твой пассажир притягивает опасности как магнит. Лиса и сама не уверена, что больше ничего подобного не повторится, выходка того сопляка явно развязала руки всем желающим перехватить лисий поводок. Помогла бы жестокая расправа с виновным, но даже здесь её опередили. L стремительно теряет свой грозный авторитет и постоянное нахождение рядом с ней ребёнка только мешает возможности остановить это падение. Потому что Дитя из той категории людей, что подбирает животное у обочины, толком не разобравшись, что это за зверь. Пусть оно рычит и кусается, шерсть свалялась, а сам он перемазан в грязи, но у него торчат рёбра, значит он голоден и хочет кушать. Такие люди запихивают клацающий зубами комок шерсти в свою машину, даже если он упирается всеми четырьмя лапами и пытается сбежать. Ведь там, на обочине, он был совсем один и ему было наверняка одиноко, и плевать, что так он прожил несколько лет (или веков). Лисе кажется, что Уна до сих пор не понимает, кого притащила домой, но та начинает говорить с ней ласково, отмывая с рычащей морды многовековую кровь. И в этот момент кицунэ, сама того не понимая, приникает к руке глупого человека. — L, я... — Не хочу тебя видеть. Девушка сквозь слёзы смотрит, как удаляется силуэт кицунэ, которая тоже не выдерживает и почти сразу срывается на бег.