фрагмент души

Дни в четырёх стенах стали не такими и плохими, даже принесли множество сюрпризов в виде неожиданных гостей. Днем иногда заглядывал Тэхен, рассказывая о своих днях, как умудрился влезть в приключения и всегда приносил перекус с новой пачкой сигарет. Они вдвоём могли просидеть больше пяти часов вместе и под конец молча рассматривать скучной вид из-за окна, конечно Мин уже давно выучил его, но каждый раз соглашался. Ведь это — Тэхен, который старается помочь, Тэхен с такими чистыми глазами и уставшей душой. А ночами приходил ещё и Хосок, они в основном молчали и дарили друг другу тепло. Что может быть лучше, чем ощущение спокойствия. Это молчание кардинально отличалось, ведь в этом случае они понимали друг друга лишь взглядами. В последнюю ночь, светловолосый сам приглашает как-нибудь прийти к нему и отдохнуть. Только они вдвоём. Ещё ему удалось узнать фамилию и возраст, что похоже на прогресс в их взаимодействиях. Чон Хосок. Двадцать один год. Так сладко звучит и приятно. Больше нет смысла скрывать того факта, что парня тянет к младшему, сильным желанием быть рядом, дарить и принимать тепло. Квартира встречает привычной тишиной, но такой знакомой и в какой-то степени приятной. Нет шума людей, никто не ворвется в дверь, проверяя состояние или же воткнуть капельницу. Но во всем надо искать плюсы, например у него теперь есть деньги за оплату квартиры и на житье будут какое-то время, Намджун сдержал слово и перевёл все. Может и мудак, но хотя бы в этом не такой идиот, а Юнги забрал заявление и все решилось хорошо. Также у него был перерыв в наркотиках, да и пока не особо тянуло, что тоже радует. Даже Хосок похвалил за то, что парень держит себя под контролем и просил продержаться дома подальше от дряни. В данный момент собственное состояние находится относительно неплохо, каким оно в принципе может быть. Мин приняв душ решил разобраться со своими волосами и откопав под ванной несколько баночек с краской долго выбирал. Его корни отрасли, а мятный смылся, напрочь оставляя лишь пару прядей, в которой въелся зелёный оттенок. — Прости Тэхен, сегодня придётся справлять без тебя…— парень берет шести процентный оксид и все замешивает в тарелки вместе с бальзамом, который как-то притащил Ким и мешал с ним. Волосы на голове остались, значит и сейчас пройдет. Нацепив изобретенные впопыхах перчатки из пакетиков и вот уже Мин наносит густую смесь прямо на корни, спереди и бока прошли гладко, а вот сзади пришлось повозиться подальше, но ему всего хватило и довольный своим делом уходит курить. На часах стрелки доходили до одиннадцати часов. Его утром выписали, и пока ебался с краской прошло не так много, а ближе к вечеру должен зайти Хосок. Что будут делать — хер его знает, но заморачиваться нет смысла. Они никогда не строили планов и все было спонтанно. После двадцати минут он смывает состав, да и голова начала чесаться сильно, будто под кожей тараканы начали бунтовать. Цыплячьего цвета особо нет и все завершается маской без желтизны. Новый Юнги с белыми волосами казался немного смешным, хотя бы потому, что волосы торчали в разные стороны. Смех да и только. После проделанной работы светловолосый падает на диван и расслабляется, пальцы забираются в волосы немного оттягивая в загривке. Стали жёстче, но не так критично. Ему было интересно, как Чон оценит светлую макушку. Ведь особо ничего не поменялось, но хочется, чтобы Хосок оценил. Ему не нравился его чёрный цвет волос, сколько было попыток полюбить…это не его цвет. Конечно контраст угольных волос с бледностью выглядел достаточно интересно, но не в случае с Мином. Этот цвет убивал будто в нем человека, оставляя лишь мрачное пятно. После ночей на крыши и момента, когда они вдвоём остались в палате и целовались у любого крышу снесёт. Ведь это же сраный Чон Хосок со своей улыбкой и такими глубокими глазами, как тот легко поднял на руки и крепко держал. Взгляд медленно опускается между ног и Мин тяжело выдыхает. Вот что значит, долго не дрочить и не ебаться. Даже от таких мыслей у него стояк. Если кто-то решил, что дрочить на знакомого мерзко или «неприлично», то можете послать подальше светловолосого парня на диване. Рука спускается ниже к джинсам расстёгивая замок и пуговицы, что поделаешь, когда рядом был такой парень и адреналин уходит не всегда только в корку мозга. Юн спускает белье обхватывая руками основание члена. В мыслях только младший, его глаза изучающие, губы растянутые в хитрый ухмылке и такой манящий голос. Рука скользит по всей длине несколько раз позволяя себе протяжно выдохнуть, кадры идут друг за другом, как горячие руки поднимает и ухватываются за ягодицы, член реагирует моментально как и лёгкая дрожь в теле. С каждым вздохом рука набирала темп, но светловолосый не даст себе быстро кончить, тормозил специально закидывая голову выше прикусывая нижнюю губы. В его голове Хосок нависает сверху, рассматривая все тело под собой, футболку задирает выше дабы ничего не мешало, горячей рукой по торсу ведёт и так улыбается, словно доволен до предела всей картиной. Рука меняется на губы, такие же нежные и вот уже вырисовывает невидимый узор на теле, оставляет слабые укусы дразня, а Юнги сильно выгибается в спине, дышит через раз и не позволяет себе оторвать взгляд, запоминает все и от каждого прикосновения внизу сводит. Но эта прелюдия такая настоящая и нужная, дарящая лёгкость. Член ноет и приходится поворачивать рукой так, чтобы почувствовать больший кайф. Хосок в какой-то момент оказывается между ног, и стягивает сразу вместе с бельём больничные штаны, устраивается между ног закидывая себе на плечо одну и блять, Мин хочет это увидеть в реальности, ведь в голове, Чон так блядски выглядит, когда ведёт языком по длине члена слизывая вытекающие капли, не забывает про уздечку и берет пухлыми губами головку. Юнги выворачивает напрочь и грудь ходит ходуном, губу сильнее кусает и стонет громко. Парень делает несколько размашистых движений рукой и кончает сжимая ноги. Яркий свет вперемешку с оргазмом настигнет. Светловолосый кончает себе в руку и мажет попутно внутреннюю часть бёдер спермой, а в голове лишь собственное воображение. Сраный Чон Хосок, как же ты прекрасен, даже в таком. Светловолосый вылизывает сухие губы язык пытаясь слизать вкус крови и даёт себе время немного передохнуть, чтобы тело перестало дрожать, но вот удача была явно не на стороне Мина, поскольку всего через минуты две раздаётся звонок в дверь и вот же шикарная была бы картина, если бы его сейчас видели. — Пять минут! — парень подскакивает с дивана и улетает в ванную убирая все следы своих пакостей. Приходится работать с тем, что есть и отмотав бумаги все вытирает с себя, джинсы вроде чистые и на этом спасибо. Руки моет под ледяной водой заодно смачивая шею. Звонок в коридоре раздаётся повторно и хотелось уже выйти и засунуть звонок в жопу тому человеку. — Я блять слышал! Сейчас открою! — Юн приводит себя в порядок и быстро идёт открывать дверь. — Нахуй несколько раз звонить?! Я похож на дауна? — взгляд встречается с удивлением Хосока и старший быстро затыкается пропуская в квартиру. — Прости, я не слышал как ты первый раз сказал…мне было немного скучно, да и мы не уточнили время, вот и я припёрся. — они проходят на кухню и пока Чон мыл руки в раковине, Юнги вежливо включает чайник и достает кружки для кофе себе и гостю. Вот только из еды мало, что было. А что было, скорее лучше выкинуть, пока не появилась новая жизнь. Но Хосок оказался вежливым гостем и молча разложил на столе сладости и даже купил те самые батончики. Умный и внимательный, можно поставить ещё несколько плюсиков. Хотя будем честны, у этого парня их и там куча, начиная от внешности и заканчивая харизматичным взглядом на все вокруг. В тишине парни пьют кофе изредка перекидываясь вопросами по типу: не хочешь ещё кофе или попробовать что-то из сладкого? Но общая картина выглядела куда идеальнее, чем можно представить. Хосок сидел на небольшом диване окружённый кучей пакетиков со сладким, а по правую руку на стуле упираясь спиной в стену и закинув ноги на младшего развалился Юн. Мягкая и по-своему домашняя атмосфера между двумя. Если бы парень не взялся за наркотики, не опустил в свое время руки, то смогли бы они встретиться? Связать свои судьбы в более лучшей жизни и подарить себе шанс на будущее вместе. Он не романтик, но в такое хочется верить. — Ты можешь отдохнуть, а я посижу здесь. — Чон сделав несколько больших глотков кофе морщит нос, кофе без сахара явно не для него, кажется шатен больше фанатеет от сладостей и сахара в целом. Но Юн тронут тем, что парень понимает усталость старшего и предлагает альтернативу. — Что скажешь? — Пойдем только вместе, ты тоже ночами ко мне приходил и я уверен, что мало спал. — парирует светловолосый и успевает только менять сигареты на кружку кофе, они давно решили для себя, что не будут ставить рамки и то, что их мини-споры стали их жизнью. Они допивают и вместе идут в комнату. На этой кровати спал только сам Юнги и в очень редких случай Тэхен, других эта кровать не видела, а сексом он вообще не занимался на ней. Эта не шиза, просто никогда не тащил в квартиру посторонних людей. — У тебя есть личные границы во сне? — сразу решает уточнить младший рассматривая всю комнату, у него не было отвращения или неприязни в глазах, а простое любопытство. — Если ты во сне резко не кричишь, не дергаешься и все подобное…то все терпимо. И я сплю без одеяла, оно специально…скажем, отсутвует. — старший валится на постель вдыхая через нос знакомый запах — это его дом. Его храм от внешнего мира, его могила, его погибель. Мин знает конец истории, но так самоотверженно сопротивляется. Мягкие прикосновения к волосами расслабляют и уже не пугают, даже когда под чужим весом матрас прогибается, старший немного двигается укладываясь на левый бок. Хосок — в его кровати, уместив голову на край подушки смотрит. — Мягкая кровать. — Думал, что я сплю на гвоздях или на полу? — На полу…возможно. — Чон чуть улыбается уголками губ и двигается ближе, заставляя светловолосого поднять чуть голову, а не смотреть в район губ. Хотя и этот вариант его более чем устраивал. — Хочу ещё сильнее нарушить твое личное пространство. — Будь готов оказаться на полу. — сразу предупреждающе отвечает тот и смотрит внимательно, следит за всеми движениями словно ждёт опасности, но шатен лишь прикрывает глаза уложив руку на талию. И больше ничего, а Мину не остаётся ничего как самому уже расслабиться и уйти в мир снов. Перед выпиской врач похвалил его, за то, что организм хорошо перенёс все и быстро прошёл восстановление. Но единственное, что беспокоило мужчину, наличие того, что организм истощен не только в смысле худобы, а в том, что парень будто не отдыхал. Этого блондин не понял, ведь даже спал куда больше обычного и отдыхал. И единственное объяснение врача заключалось в том, что пациент лунатик и говорит сам с собой, это выяснилось по камерам лишь только недавно. Если бы Юн отрицал, то Хосока могли поймать и разбираться пришлось бы уже в полиции, ведь это незаконно. Он соврал и сказал, что такое часто бывает, но ничего серьёзного нет в этом. Мин просыпается в постели один и странно, что тот даже не почувствовал как проснулся младший, ведь сон у него чуткий. Однако увидев Хосока на кухне со сладким успокаивается подсаживаясь рядышком. На часах уже четыре, кажется организм действительно сильно измотан, раз так долго удалось поспать. — Чем займёмся, приведение? — на странное прозвище светловолосый кривит лицо и для лучшего эффекта трет глаза, чтобы мозг начал работать. — Хочу показать тебе одно место. Оно очень красивое. — парень кладёт голову на плечо Хосока и вновь прикрывает глаза. Они выходят до рассвета, хоть на улицу уже не жарко, но кажется не один из парней не против такой погоды. Накинув бомберы идя плечом к плечу тихо вели разговор о прошлом. Идея посетить железнодорожные пути пришла спонтанно в голову старшего, на него нахлынули воспоминания прошлого, как года четыре назад он гулял по ним со знакомыми, ощущение той лёгкости хотелось передать и Хосоку. Глупая идея и вот они уже в пути к осуществлению её. Всем порой нужно совершать подобные поступки, чтобы почувствовать себя банально свободными от стен квартиры, от домашней рутины. А Мин собирался избавиться от въевшегося запаха кажется уже под кожу больницы и мерзких медикаментов. Триггерный запах на самом деле и мало у кого он вообще может вызвать хорошую ассоциацию из прошлого. Ему уже привычнее чувствовать грязь и запах из вонючих мусорок, чем терпеть больницы. Хосок как и всегда больше говорил о поверхностных темах и предпочитал не касаться личной жизни и прошлого, а для старшего и этого было более чем достаточно, ведь он рядом? Мин Юнги — ты сходишь с ума из-за этого яркого лучика.

«Ещё вчера все было хорошо, а сегодня я чувствую, что гибну. Сколько раз человек может погибать и все же оставаться в живых?» 451° по Фаренгейту, Рэй Брэдбери.

Мин не знал. Он чувствовал себя человеком, который впервые увидел луч света, когда до этого жил во мраке и все происходящее казалось остаточным. Как же грустно осознавать такую закономерность жизнь и видеть, что после хорошего всегда наступает плохое. Юн не психолог, но делить все на добро и зло нас учили ещё с детства…но как быть, если в жизни стало все почти «злым» и таким мерзким. Светловолосый смотрит стеклянными глазами на профиль юноши рядом и думает о своём, мир выключает свой звук оставляя белый шум фоном. Не всегда погружение в мысли даёт хороший результат, нужно знать грань этому. Неожиданно его руку дёргают и заставляют встать лицом к лицу. Такой простой жест и лёгкий, но действует молниеносно и вот уже они стоят и смотрят в противоположные глаза пытаясь разгадать мысли друг друга. — Ты сложный. — сухо твердит в лицо Хосоку и многие бы могли обидеться или сказать грубость в ответ, но на лице Чона появляется удивление. Он берет за холодное запястье и прикладывает к своему лицу. Прижимает руку вплотную. — Почему же я сложный? Нос, глаза, губы и все остальное такое же как у тебя. Внутри мы все одинаковые. — младший проводит худощавой рукой по чертам лица и не позволяет оторвать от себя взгляда. — Всё ещё сложный? — Да, безумно сложный…ты внутри не такой, снаружи может и проще, но внутри ты хуже апокалипсиса. Не знаешь, когда наступит тот самый конец и остаётся лишь считать секунды до последнего акта. — Мин не сопротивляется, ближе подходит и самостоятельно касается кожи, осторожно пальцами вырисовывает контур и дышит через раз пытаясь держать контроль над эмоциями и разумом. Они уже далеко от города, от незнакомых лиц и осуждения, вокруг только вагоны и куча пустоты. Некоторые вагоны стояли в ряд закрывая собой путь, а другие и вовсе были одинокими. — Ты похож на приведение. — Чон наклоняет голову и зарывается в светлые пряди. Перебирает их и пробует на ощупь. — Я больше не такой красивый? — Ты больше, чем это слово, маленький Каспер из мультфильма про дружелюбное приведение. — Мой любимый мультфильм. — Мой тоже. — шатен отстраняется и идёт ближе к рельсам начиная немного танцевать расправив руки подобно крыльям. Ещё одна картина, которая определено станет его любимой. Лучи уходящего солнце словно подыгрывали и играли в одном танце с юношей, а в глазах так много свободы и лёгкости, которую никогда не ощутить старшему.

Только дыши.

… Только дыши.

… Только дыши.

Ноги не слушают хозяина и прирастают к земле, приходится быть наблюдателем этого всего, пока младший не решает забить хуй на чистоту и просто не ложиться на рельсы. Голова Хосока лежит прямо на них, а ноги чуть согнуты в коленях упираясь в другую часть рельс. Губы растягиваются в широкую улыбку, Юнги мог слышать удары собственного сердца. Лишь бы не проснуться сейчас, пусть это будет вечностью. Пусть. Резкий шум в ушах сдавливает грудь и внутри гнёт. Юн не сдерживает эмоции и выкрикивает падая камнем на щебень. В глазах мутнеет и очередной приступ так не кстати, рядом оказывается младший перетягивая на себя и все происходящее будто идёт без участия парня. Тело оказывается укутано в тёплые объятия, а мягкие и монотонный голос не позволяет страху уйти в себя. — Я рядом, я всё буду рядом. Юнги…— руки цепляются мёртвой хваткой за ворот и тянут ближе, чтобы напрочь спрятаться. Определённо жалкая со стороны картина, искать спасение в том, кто почти ничего о тебе не знает, но ты уже впустил его в свою голову дал разрешение на разрешение личных границ. — Враньё! Ты просто не сможешь быть рядом! Убирайся! — в порыве эмоций можно сказать грубость, сделать больно даже самому близкому человеку, но в порыве истерики ты теряешь общую грань с реальностью и твоя защитная реакция выстраивает самые большие стены, лишь бы боль не прошла через них. Он чувствует тепло ещё несколько секунд и теряет сознание падая на щебень. — Пора возвращаться…мы слишком долго были вместе. Его будит лай собаки мужской голос звучащий басом, а яркий свет вообще сбивает с толку. Вокруг мрак и он все еще на том же месте, но Хосока нет. Его нет ни рядом, ни где-то позади. Он не играет с солнцем в одном танце, не смотрит так тепло. Он просто ушёл и оставил старшего лежать на земле. Новый порыв эмоций налетают волной на дрожащего парня, прижимая ноги к себе и пряча руки в большой одежде, Мин погружается в себя, рвёт куски сознания в поисках ответов. Мин звереет. Он орёл нечеловечески, швыряя в собаку охранника щебень, чтобы та не лаяла и не пыталась кинуться на него. Только сейчас доходят собственные слова, они звенят в ушах ведь только, что потерял не просто частичку будущего. А деталь в пазле, которую никогда не сможет вернуть. Это было чем-то важным, что всегда, не смотря на все было рядышком. Мужчина кричит на собаку и в рацию что-то, но вот уже ничего не слышно. Ему нужен Хосок. Чтобы вот сейчас оказался рядом с ним. Перед глазами все плывёт, словно мир рушится в прямом смысле этого слова.

Снова мрак.

Безумен оказался не тот, кто слышит голоса и видит мир в других цветах. Безумен тот, кто полюбил проказни дьявола в своих мечтах.

Проснись.

Звенящий шум оглушает и тело реагирует сильным током от боли в мышцах. Будто собственная душа рвётся на части.

Открой глаза.

Этот голос так знаком и близок, даже не видя собственными глазами хочется довериться. Юнги приоткрывает глаза делая тяжёлый вдох. Холодный и твёрдый пол точно не тот, что в собственной квартире. Его голова отказывается подниматься и лишь разглядывая атмосферу вокруг становится почему страшно. Он не знает, что это за место и почему оказался здесь. Полупустая комната с голыми стенами и лишь скучающей койкой в углу. — Что за…место. — к горлу подходит ком и тянет рвать, но не было и намёка на место, куда можно опустошить желудок. За дверью слышны голоса и суматоха, поэтому темноволосый поднимается на трясущихся руках, дышит через раз и в итоге присев на корточки падает назад ударяясь лопатками в угол комнаты. — Хосок.где ты…— Юнги шепчет губами и жмётся в сраный угол подобно котенку, обнимает ноги стараясь сохранить тепло, вспомнить как его обнимали руки младшего и грели. Как на крыши больницы. Он не помнит как оказался здесь, почему ему светлые пряди теперь угольно темные и какого хера забыл в этом месте. Дверь открывается медленно издавая неприятный скрип и потупивший взгляд фокусируется на парня в дверях. — Позовите санитаров, он наконец проснулся! И подготовьте два кубика седафитона на всякий случай. — высокий парень в белом халате подходит осторожно и внимательно рассматривает юношу в углу будто боится, что тот может навредить или неожиданно напасть просто. Убитый темноволосый парень прячется от света, сжимает руками ноги и еле слышно зовёт Хосока, ему страшно в этом незнакомом месте и почему-то ощущение, словно здесь ему сделают больно не исчезает. — Прошу…прошу, не трогайте…где мой Хосок…приведите его сюда. — истерика накатывает волной страха и Мин не смотрит на человека рядом, жмурит глаза пытаясь вспомнить как оказался в этом месте. Ему хочется вернуться в постель, лежать укрывшись с головой и чувствовать присутствие близкого человека, почему все обернулось так? Почему он не может быть просто счастлив и жить спокойно, у него только начало получаться, у него появился смысл жизни во всем этом дерьме. Почему этот кошмар не заканчивается?! — Я здесь, посмотри на меня. — тёплая рука накрывает собственную и наконец Юнги поднимает голову заглядывая на парня перед собой. Его Хосок. Вот он. Парень отрывается от угла и хватается за шею прижимаясь в спасении. Дышит рвано сминая рабочий халат парня. Чон же говорил, что работает в больнице, память не врет, это правда. — Не уходи, прошу…я так испугался. — шатен сначала замирает так и сидя на полу с сидящим между ног Юнги, который прижимается всем телом к груди. — Не уходи так неожиданно. В комнату кто-то ещё вбегает, но Хосок поднимает руку останавливая их и второй рукой чуть приобнимает поглаживая. — Всё хорошо, я никуда не уйду, я же обещал что буду рядом. — Чон берет во вторую руку очень аккуратно шприц с успокоительным и только стоит Мину заметить и попытаться дёрнуться от него, как игла погружается под кожу в районе плеча и через несколько секунд тело вновь становится ватным. — Переведите Юнги в двести шестую палату, здесь ему не безопасно, он может навредить себе. — Доктор Чон, пациент Ким Тэхен вновь стал себе вредить и разодрал себе все руки в мясо…сейчас мы его связали, но он до сих пор пытается попасть к вашему пациенту и без конца кричит. — девушка тяжело дышит, а руки вместе с халатом были испачканы в чужой крови. — Я сейчас подойду. — Хосок отпускает уснувшего парня на пол и уходит из палаты. Дверь закрывается. И этот мир в его голове окончательно развивается. Это конец. Но никто же не ожидал счастливого финала этой истории, Мин болеет и оказывается не только именем Хосок. Кто: Пациент Мин Юнги. Двадцать восемь лет. Причина нахождения: Попал в психиатрическую больницу с остаточной стадией шизофрении и нестабильным психозом. Способы лечения: постоянный контроль и приём лекарств. Время нахождения: девять лет. Родственники и близкие: отсутствуют. Карта пациента: Временами пациент вытесняет свою личность из нахождения стационарной психиатрической больницы и проживает время в своём выдуманном мире воссоздавая персонажей из окружения включая других персонажей или врачей. Симптомы не подлежат лечение и в дальнейшем Мин будет находиться под наблюдением работников.

Улучшений нет.

В его жизни нет хорошего финала.

Он навсегда остаётся заложником своей болезни