Алый Король

Странный валука шуна искал себе проводника, но никто не хотел сопровождать фенека в пустыню на ночь глядя. Кто-то из пустынников мог бы помочь ему за крупную сумму, но Сайно знал, что все наёмники ушли в Караван-рибат ещё утром. Можно было не беспокоиться о том, что валука шуна полезет в пустыню в одиночку. Архонту бы не хотелось спасать его от мараны и тратить своё время на того, кто посмел отчитывать архонта. Этот фенек отличался ото всех, виденных Сайно ранее: обычно светлая шерсть была такой тёмной, что истинный цвет так и не получалось разглядеть. Однако это было не так важно, сейчас все мысли архонта занимал подслушанный разговор. Сайно в последний раз осмотрел небольшие саманные дома, расписанные глиняными красками стены, опустевшие улицы с покосившимися мощёнными дорожками. За неделю он уже привык видеть разрушения, общий упадок и бедность. Привык к разобщенности пустынных жителей, их отчаянному желанию отвоевать себе хорошую жизнь, но с игнорированием он сталкивался в первый раз. Многие его боялись среди пустынников, даже Самиил, встретивший его первым после пробуждения и скептично отнёсшийся к его воскрешению, опасался находиться рядом с архонтом, но никто ещё не игнорировал его, как сделали это потомки его подданных. И никто не смел отчитывать его за босые ноги! Как будто это могло как-то навредить архонту. Сайно вышел из деревни и двинулся сразу на запад, не утруждая себя поиском безопасного пути. За неделю после своего пробуждения он так и не осмотрел территории близ деревни Аару, ограничившись осмотром своего погребённого под песком дворца и восстановлением оазисов, поэтому поиск Мараны несколько затянулся. Сайно помнил, что где-то здесь был Чертог Упокоения, который был создан специально для воскрешения Повелительницы Цветов, однако за несколько тысячелетий рельеф претерпел изменения. Острые скалы веками подвергались эрозии, оттого сказать, где именно Чертог, было невозможно. Архонт попробовал найти хотя бы отголосок элементальной энергии, который указал бы точное направление, но артерии земли всё ещё были покорёжены и заражены. Найти верный путь в такой мешанине было невозможно, и это было к лучшему. Чертог Упокоения родился из запретного знания, и Сайно нужно было уничтожить его, но он ещё не был готов попрощаться с возможностью воскрешения своей любви. Селестия бы точно не оставила его воскрешение без внимания, потому что это было именно тем знанием, за которое поплатился Сайно и его люди. С течением времени становилось понятно, что это вовсе не золотой сон Аару, дарующий мудрость. Архонт просто в какой-то момент обрёл тело и очнулся спустя несколько тысячелетий после принесения себя в жертву. Сайно предполагал, что дело в артериях земли. Они могут сохранять воспоминания о делах давно минувших дней, и их повреждение могло привести к тому, что Сайно пришёл в себя. Это никак не поясняло наличие тела, но, кажется, эта теория действительно могла оказаться правдой. Так что, если Селестия дала шанс ему, то почему он не может дать шанс Повелительнице Цветов? Тигнари так и не смог найти проводника, сколько бы он ни искал. Старик Аффан хорошо объяснил ему путь, но всё же Кандакия убедила его найти кого-то, кто смог бы уберечь фенека от потери в пустыне. Вероятно, ему стоило отложить свой поход на следующий день, но Тигнари не мог ждать так долго. Он и так потратил время на бесполезные поиски, и когда вышел из деревни, на небе уже во всю сияли звёзды. Температура быстро снижалась в прозрачном пустынном воздухе. Ветра совсем прекратили свой бег, подчиняясь ночной прохладе, оттого в пустыне стояла тишина. В такое время Тигнари чувствовал себя особенно хорошо: ни жарко, ни холодно. Идеально. И всё же не ему одному было хорошо в такое время, поэтому стоило внимательно следить за окружением, чтобы не столкнуться со скорпионами или плесенниками. Учёный по знакомой дороге дошёл до дома старика Аффана, у которого был утром, и пошёл на запад по еле заметной дорожке, занесённой песком. По словам старика нужно было пройти до конца скал, всё время прямо, не сходя с тропы, а затем повернуть налево. Питомник с предполагаемой зоной Увядания должен находиться прямо там. Тигнари стоило поторопиться, чтобы успеть вернуться в деревню к рассвету. Он планировал не только очистить место выхода артерии земли, но и подробно описать всё увиденное, чтобы найти отличия от зоны Увядания в джунглях. Фенек аккуратно и бесшумно шёл по дороге, осматривая окрестности. Ночное зрение и хороший слух, доставшееся от предков, помогали учёному ориентироваться и избегать опасностей. Пустыня завораживала: во все стороны растянулись песчаные дюны и острые скалы, которые веками подвергались эрозии, оттого были бедны плодородными почвами и растительностью. Тигнари привык, что всё вокруг дышит жизнью, здесь же ему было некомфортно, хоть он и признавал красоту природы. По правую руку находилась котловина, названная местными Оком песков. Фенек окинул взглядом храм, который по словам пустынников появился здесь всего неделю назад. Тигнари даже остановился на мгновение, чтобы оценить габариты здания. Как оно могло так просто появиться здесь? Тем более висящим в воздухе? Он обогнул небольшой холм песка, где внутри шуршали скорпионы, и двинулся дальше, когда услышал, что кто-то его преследует. Тигнари думал, что шаги в такт его шагам, лишь эхо скал, по которым он идёт, но вскоре стало понятно, что это не так. Фенек поднял ногу, делая следующий шаг, но так и не опустил стопу, а преследователь не успел остановиться. Повисла тишина. Тигнари обернулся, выхватывая свой лук и целясь в темноту. — Выходи, — процедил он сквозь зубы. — Я слышу тебя. Какое-то время ничего не происходило, но затем тьма шевельнулась, и навстречу Тигнари сделал шаг высокий незнакомец. Он был удивительно похож на пустынника, но фенек сразу почувствовал, что что-то здесь не так: видно, что одежда была ему совершенно непривычна, хоть и создавалось впечатление легкости движений. Да и лицо было совершенно невзрачным. На такое посмотришь и сразу забудешь. Учёный крепче сжал лук, предупреждающе натягивая тетиву: — Зачем ты преследовал меня? — Господин Тигнари, верно? — Верно, — осторожно ответил Тигнари, настораживаясь ещё больше. Чуткие уши уловили приближение ещё нескольких человек. Фенек нахмурился, отступая на шаг назад. Драться у него не было желания, ему хотелось побыстрее оказаться возле Зоны Увядания и изучить её, а не разбираться с… фатуи? Дорогу обратно перегородили ещё трое солдат фатуи: анемо боец, гидро бомбардир и пиро мушкетёр. Тигнари прижал уши к голове и нахмурился, натягивая тетиву и собирая на кончике стрелы дендро энергию. — Господин Тигнари, мы не хотим драться, — успокаивающе произнес переодетый в пустынника фатуи. Ну, конечно. И преследовали его просто так. Фенек ничего не ответил, продолжая концентрировать энергию на кончике стрелы. — Ваши исследования Зон Увядания удивительны. Академия не должна была ссылать вас. Ваш ум должен служить науке, поэтому нам бы хотелось предложить вам… Тигнари выпустил стрелу вверх, прямо в край скалы, который рассыпался под силой элемента. Песок хлынул вниз, дезориентируя фатуи, а фенек бросился бежать, надеясь затеряться среди скал или по крайней мере оторваться от солдат достаточно, чтобы спрятаться в расщелинах и дождаться, пока они уйдут. — Догоните его! — кашляя от пыли, приказал переодетый фатуи. Тигнари ускорился, осматриваясь. Он совершенно не знал местности, а значит у него не было никаких преимуществ кроме хорошего ночного зрения и слуха. Впереди стояла небольшая скала, причудливо выглядящая из-за ветров, которые разрушали её. Учёный нырнул за неё, но не удержался на песке и практически кубарем скатился по крутому склону, замечая краем глаза красное свечение Зоны Увядания справа. Фенек поднялся, дезориентировано оглядываясь. Пиро мушкетёр стоял на краю скалы, откуда Тигнари и съехал, держа учёного на прицеле своего ружья. Остальные фатуи спускались вниз, окружая фенека. Тигнари снова схватился за лук. У него не было ни плана, ни идей, и помощи ждать было неоткуда. Вдруг пиро мушкетёр еле слышно вскрикнул, его ноги подкосились, и он упал прямо за спины к своим товарищам. Те обернулись на шум, и Тигнари разглядел в темноте белые волосы лже-царя, которого несколько часов назад видел в деревне. Алый Король несколько мгновений смотрел на них снизу вверх, затем по его копью зазмеились золотые прожилки, мягко светясь в темноте. Он спрыгнул со скалы, наконечник его оружия легко вошёл в тело гидро бомбардира. Прозрачный воздух пустыни тут же заполнился металлическим запахом крови, и Тигнари отшатнулся. Анемо боец попробовал напасть на Аль-Ахмара сзади, но тот просто пнул его в живот с такой силой, что фатуи отлетел на несколько метров, ударяясь о твердые породы, скрытые песком. Его шея хрустнула так громко, что сразу стало понятно — анемо боец больше не очнётся. Лже-царь остановился возле Тигнари и внимательно оглядел его своими алыми глазами, и фенек теперь мог понять почему пустынники посчитали его воскресший царём: было что-то нечеловеческое в его движениях, взгляде и чертах лица. — Можешь возвращаться, — сказал Сайно, отворачиваясь и направляясь к зоне Увядания. Он прошёл достаточно, прежде чем учёный пришёл в себя. — Подожди! — воскликнул Тигнари. Он догнал лже-царя в два широких шага, пытаясь одновременно отряхнуться от песка, засыпавшегося в волосы и под одежду, и не хромать из-за того, что ударился бедром, когда скатился со скалы вниз. — Спасибо за помощь. Что ты здесь делаешь? — Собираюсь уничтожить Марану, — терпеливо пояснил Сайно. — Ты можешь идти в деревню, слышишь? — Кого? — переспросил Тигнари. — Марану, — повторил незнакомец. — Так её называют аранары. Тигнари растерялся и даже забыл, что собирался остановить мнимого Аль-Ахмара от глупостей. — Аранары? — снова переспросил фенек, чувствуя себя по крайней мере глупо. Вся ситуация и весь разговор казались ему до ужаса сюрреалистичными и непонятными, оттого становилось неуютно. Сайно тяжело вздохнул. — Да, лесной народ, фамильяры Руккхадеваты, — пояснил он, словно неразумному ребёнку. — Разве жители за стеной не разговаривают с ними? — Они не показываются на глаза, прячутся, — покачал головой Тигнари, всё ещё находясь под впечатлением. Фенек никак не мог опровергнуть слова юноши, ведь никто из ныне живущих не знал ни языка аранар, ни разумны ли они достаточно, чтобы вообще иметь язык. Тигнари замечал маленьких человечков краем глаза, слышал их краем уха, воспринимая их как неразумных существ, проявление силы прошлого архонта. Да и придумать такое мог любой дурак — в последнее время сказки об аранарах стали очень популярны, а их связь с Руккхадеватой была очевидна. — Так зачем ты идёшь к Зоне Увядания? Людям без глаза Бога, — Тигнари оглядел странного парня ещё раз, чтобы точно убедиться в отсутствии элементального свечения, — делать рядом нечего. Это опасно. Незнакомец удивлённо моргнул, Тигнари видел смятение, мелькнувшее на его лице на секунду. — Это тебе здесь нечего делать, валука шуна, — ответил он и взмахнул копьём. Оружие исчезло, рассыпаясь искрами. — Не мешай мне. Возвращайся в деревню. — Я вернусь в деревню только после того, как разберусь с Зоной Увядания, — отрезал Тигнари. Фенек обогнал Сайно, преграждая путь к Зоне Увядания. Он не мог позволить себе рисковать даже мнимым царём. — Просто постой здесь, я быстро закончу с увяданием. — Ты совсем не слышишь, что мне не нужна твоя помощь? — незнакомец сложил руки на груди, прикрывая глаза. Тигнари уже готов был начать свою лекцию о влиянии увядания на человека без глаза Бога, как в ночной темноте заметил движение. — Осторожно! — воскликнул фенек, сбивая Аль-Ахмара с ног. Стрела просвистела прямо над ними, теряясь в песке. Сайно сбросил фенека с себя и подскочил, материализуя копьё в руке и с силой кидая его в ту сторону, откуда прилетела стрела. Тигнари достал лук и прицелился. Ему со звериным зрением в темноте было всё хорошо видно: тот переодетый в пустынника фатуи, который приказал схватить учёного, отскочил от брошенного копья и собрался бежать. Фенек собрал на кончике стрелы дендро элемент и метко пустил её под ноги фатуи. Солдат запутался в ногах и замедлился, это позволило Сайно догнать его и сбить с ног окончательно. Аль-Ахмар выхватил своё копьё из земли и пафосно крутанул его, загоняя лезвие под подбородок фатуи. — В следующий раз целься в глаза, — посоветовал Сайно, вернувшись к Тигнари, и спросил дружелюбнее, чем до этого: — Почему за тобой охотятся? — Вероятно им нужны мои знания о Зонах Увядания, — сглотнул Тигнари, не в силах отвести взгляда от умершего фатуи. Он сжал лук в руке, заставляя себя отвернуться. — И не только им на самом деле. — Хорошо, пойдём уничтожим твою… Зону Увядания. — Ты странный, — оповестил того Тигнари, — Решил, что ты будешь полезным, — не остался в долгу незнакомец. — Идём. — Прошу прощения? — удивился фенек. — Ты останешься здесь. Я не могу пустить тебя близко к Зоне Увядания. Обычный человек может умереть от соприкосновения с ней! — Но я не обычный человек, — Сайно опёрся о своё окровавленное копьё. Его глаза в темноте засветились красным, вероятно, луна так отражалась в его глазах. — Ну конечно, — кивнул Тигнари. — А я малая властительница Кусанали. Просто стой здесь. — Все валука шуна такие упрямые? Тигнари проигнорировал его и направился к зоне Увядания.