Не волнуйся, Митенька

Перелёт проходил относительно спокойно, не считая того небольшого промежутка времени, когда они попали в зону турбулентности. Никто не сомкнул глаз ни на минуту, напряжение в воздухе было почти физически ощутимо. За всё время полёта обменявшись лишь парой слов, они продолжали находиться в беспокойных, тревожащих раздумьях. Миша устало смотрел в окно, вглядываясь в облака, проносящиеся с молниеносной скоростью мимо. Саша, по началу пытавшийся как-то разрядить обстановку, быстро сдался и принялся за чтения какой-то классики, которую одолжил у Николая. Дима же словно прибывал в каком-то трансе, спина была натянута, словно струна, каждая мышца тела была напряжена, лицо бледное, словно мел, а взгляд зелёных потухших глаз не отрывался от его собственных колен. Когда объявили посадку, все уже были изведены. Самолёт приземлился в Новосибирске, где его воплощение уже было готово встречать важных гостей. В любой другой ситуации Сибиряков был бы безумно рад встрече с бывшей столицей их государства, с нынешней столицей Украины, даже несмотря на политическую обстановку, да и вообще с воплощением такого великого города, как Киев. Но повод увы был не радостный. Николай был посвящен в подробности произошедшего, и, как один из самых инновационных городов, где есть дипломированные ученые, которые смогут помочь, он сделает всё возможное, чтобы помочь Днепровскому освободиться от контроля разума. В голове молодого человека не раз проносилась мысль о сравнении ситуации с одним из сюжетов из фильмов вселенной Марвел, но жизнь - не фильм, здесь нет супергероев, сейчас всё абсолютно серьёзно, и Сибиряков в очередной раз убеждается в этом, когда видит свою столицу. Михаил, обычно всегда выглядевший на высшем уровне, сейчас был осунувшимся, под глазами его залегли синяки, которые уже, конечно, были привычными, но сейчас они казалось были на пару оттенков темнее, Александр же, по первому взгляду, не изменился особо. Следом за российскими городами самолёт покинул и Киев. Высокий, почти такой же, как Москва, рыжеволосый мужчина, не произнося ни слова, спустился по трапу к брату, северной столице и ожидавшему всех их Новосибирску. - Добро пожаловать в Новосибирск. - пытаясь скрыть волнение, протараторил юноша, обводя взглядом новоприбывших. - Приветствую, Николай. - спокойный, усталый голос Миши прорезал тишину, что уже начинала давить на всех. - Здравствуй, Коля. - Романов заметил тревогу молодого города, и слегка улыбнулся, в попытке приободрить юношу. - Дмитрий Олегович, для меня большая честь познакомиться с вами, жаль, что при таких обстоятельствах только...- почти без заиканий проговорил Коля, смотря на рыжеволосого. Уголок губ Димы дрогнул, в попытке натянуть улыбку, но даже это у него не получилось, он лишь кивнул Сибирякову в знак приветствия. Далее они пересели в машины, которые увезли их в научный центр, находившийся за городом, скрытый от общественности. Там уже был подготовлен персонал и оборудование для операции. По прибытию Николай ознакомил их с планом проведения операции, стадиями освобождения Дмитрия, познакомил с людьми, которые будут заниматься им. Ждать чего-то они не могут, и не будут. Приступают к операции сегодня же. Пройдя все предоперационные тесты, Дмитрий ожидал в комнате, палате, пока его позовут. Находясь уже в больничной одежде, он сидел на кровати. В голове роились тысячи мыслей о возможном неудачном исходе - что, если после операции он просто не проснётся, что, если программу не получится уничтожить или отключить, он уже и не понимал, что врачи сделают, несмотря на многочисленные долгие пояснения. Он просто боялся думать о том, что будет дальше, слишком много в голове возникало это "что если". Внезапно звук открывающейся двери вырвал Днепровского из мыслей, он повернул голову в сторону дверного проёма, из которого показалась светлая макушка Миши: - Я могу войти? -поинтересовался тот. - К-конечно. - в ответ брату произнёс Дима, он похлопал ладонью по кровати рядом с собой, как бы призывая сесть к нему. Миша лишь на мгновение колеблется, но спустя всего секунду размышлений он спешит к старшему брату, усаживаясь рядом. - Как ты, готов? - спрашивает Миша, устремляя свои голубые глаза на рыжеволосого. Дима встречается взглядом с беспокойным, бушующим океаном. Зрачки Миши беспокойно бегают по его лицу, изучая. - Я боюсь, Мишенька. - одними губами шепчет старший, но Мише большего и не нужно, он тянется к Днепровскому и заключает его в объятия. Дима сначала задыхается, а затем хватается за младшего братишку, словно за спасательный круг. Пальцами зарывается в белокурые волосы, слышит сбитый стук сердца Мишеньки. Отпускать не желает, но со стороны двери снова слышны звуки - стук. - Дмитрий, пора. - доносится из-за двери. - Пора, Митя. - словно эхом произносит Миша. Дима нехотя отрывается от младшего брата, он держит Мишу за руки, чуть сжимая, заставляя посмотреть себе в глаза: - Если что-то пойдёт не так, - серьёзным голосом начинает он, едва сдерживая выступившие на глазах слёзы, - Знай, я люблю вас, тебя и Коленьку, люблю б-больше всего на этом грёбаном свете. - надрывающимся голосом, с трудом дыша, продолжает он. - Дим, ты не... - Всё, что когда-либо имело смысл - это вы... - голос срывается, и слёзы уже скатываются по щеками. - Если я не проснусь, знай, что вы всё, что когда-либо было мне нужно, мне жаль, что Коленьки нет здесь, но... Я... - сжимает руки Миши сильнее, - Люблю вас... - Митенька, и мы... - глаза Миши стекленеют, - Все будет хорошо, мы со всем справимся. Дима выдавливает улыбку, сквозь слёзы. За дверью их подгоняют, и Миша вновь прижимает к себе брата на мгновение: - Не волнуйся, Митенька. И Дима уходит...