Ночь коротка, гуляй, Гэвин Рид

— Ты уже успел кому-то навалять по дороге? — Это томатный сок, лейтенант Остряк. Гэвин честно хотел по-быстрому застирать футболку в туалете, но на полпути его перехватил Хэнк. Сейчас они вдвоём протискивались мимо барной стойки, у которой собралась толпа любителей Б-52 и прочей горящей фигни, а бармен — лысый тип с непропорционально большими ушами и крючковатым носом — умело орудовал зажигалкой и заговорщически улыбался, что делало его очень похожим на гоблина. Сводчатые потолки вкупе с приглушенным светом бра безо всяких дополнительных интерьерных приёмов визуально разделяли на части общий зал. Витая лестница на второй этаж не выглядела приспособленной к тому, чтобы хоть раз воспользоваться ей, не убившись. Одна-единственная полноценная арка слева вела в своеобразный VIP, куда и направлялся Хэнк. Там, сидя во главе стола, эмоционально жестикулировала Тина. — Ты как раз вовремя, — Хэнк остановился и понизил голос. — Все уже перекусили и Тин-тин собралась играть в «две правды, одна ложь». — Оооо, нет… — Оооо, да! — и ведь не притворялся, старый бес, действительно забавлялся. Как правило, начиналось всё с невинных фактов типа «я умею играть на гитаре, знаю испанский язык, в летнем лагере однажды наступил на ежа», а заканчивалось чаще всего историями кто и при каких обстоятельствах блевал. Несмотря на порой всплывающий трэш, лёд между малознакомыми людьми таял достаточно быстро, стоило узнать друг о друге нечто этакое. В пределах разумного, конечно. Пока никем не примеченный, Гэвин отвлёкся на синеволосую официантку, которая мистическим образом спорхнула с лестницы-убийцы у него на глазах, и попросил поставить букет в вазу. Та кивнула, забрала цветы и удалилась, плавно лавируя среди столов и людей. — РИД! Стоило на секунду отвлечься, тут же получил достижение «вас заметили». Тина вихрем налетела для крепких объятий. Гэвин вдохнул её неизменные духи — зелёный чай с жасмином — и потёрся об оголённое плечо бритым подбородком. — Я как раз…. — …объясняла правила «две правды и пиздёж»? — Как ты догадался? — Вот этот проспойлерил. Хэнк поднял руки, сдаваясь, и невозмутимо прошёл к дивану. За столом сидело семь человек. Среди гостей Гэвин узнал Маркуса — того самого, через кого они познакомились с Коннором, и Джоша — горячего преподавателя прикладной математики, с кем у Тины в своё время не сложилось, как и с университетом, зато остались тёплые отношения. Из девушек не знал ни одну. Тина подвела его ближе. — Знакомься, это Хлоя. Мы летели в самолёте на соседних сидениях, и она любезно предложила мне леденцы от укачивания. С тех пор общаемся. Норт, девушка Маркуса, его самого ты знаешь. А это Люси, моя подруга с курсов. Разрешите представить вам того самого Гэвина Рида. Он ехал ко мне, пробиваясь через непогоду, пробки, злых пенсионерок, и, — она покосилась на пресловутое пятно, никуда не исчезнувшее с белой футболки, — по ходу получил огнестрельное ранение! Иначе я не могу объяснить, какого чёрта на моём подарке красуется вот это?! — Ты что-то перепутала, это мой подарок, а твой вот! — он бесцеремонно впихнул ей пакет и кивнул присутствующим. Тина хотела было что-то сказать, потом обратила внимание на пакет и замерла. Воспользовавшись заминкой, Гэвин легонько ткнул её в бок, шепнув на ухо «С днём рождения», и ещё раз осмотрелся. Одно место пустовало рядом с Коном, одно — напротив, между Джошем и миловидной блондинкой, Хлоей. Гэвин выбрал первое и плюхнулся рядом, шутливо пихая плечом парня. — Здесь не занято? — Было занято, пока ты не пришёл. — Голоден как волк. Что интересного? — Тебе может понравиться вот это. Коннор взял специально оставленное меню в виде огромной заламинированной карточки, указав на одну из позиций: картофель фри с говядиной, сыром и халапеньо. Чёрт, его слишком хорошо знали. — Супер. А что у тебя? — Стейк из лосося на гриле со спаржей. — Фу. — Это вкусно, Гэвин. — Спаржа буэ. — И хорошо идёт с вином. — Не сомневаюсь, что с вином почти всё хорошо идёт. Теперь уже его шутливо пихнули плечом. В это время Тина отмерла и обошла их сзади, наклоняясь и приобнимая Гэвина за шею, будто брала на удушающий. Серьёзный голос немного дрожал. — Ты хоть знаешь сколько это стоит? — Догадываюсь, я же сам «это» покупал. — Сумасшедший. — Всё для тебя. — Спасибо. — Не за что. Его быстро чмокнули в висок. Остальные уже вовсю что-то обсуждали, и именинница, немного притихшая и улыбающаяся, вернулась на место, с ходу вливаясь в разговор. Угадал. Гэвин ужасно разбирался в сотне вещей, но не заметить, каким взглядом пожирают красивую дорогую шмотку на витрине бутика, мог только слепой. Они ведь даже зашли туда, чувствуя себя женской и мужской версией Джулии Робертс из «Красотки» до преображения. По крайней мере, смотрели на них так же, но платье примерить дали. Один из ярлыков прошлой жизни, который следовало срезать, как аккуратно срежет этикетку с этого платья Тина завтра вечером. Она заслуживала, как никто другой. Синеволосая официантка — на бейдже значилось Трейси — принесла вазу с цветами и приняла заказ. Гэвин взял себе холодного пива и ту самую острую картошку. Разогнаться до чего покрепче успеется. Пока не начали играть, он проверил телефон. Как только включил интернет, на экране замелькали уведомления о пропущенных вызовах в приложении. Девятка никогда ему не звонил, теперь же значилось аж три звонка с интервалом в минут пять-семь, и сообщение: RK900 (20:25): Если ты так решил. Внутри что-то перевернулось. — С работы опять? Гэвин на автомате кивнул. Развивать этот заведомо обреченный на обман диалог не пришлось, потому что на пустовавшее напротив место сел откуда ни возьмись появившийся гость. Ещё один. — Ну, все в сборе, можем начинать. Гэвин, знакомься, это Ричард — младший брат Коннора. Ричард — это Гэвин. Парень, до этого гипнотизирующий смартфон тяжёлым немигающим взглядом, поднял глаза. — О-ху-еть, — только и смог выдохнуть Гэвин в ответ на сдержанный кивок. На него смотрела почти копия его друга.