В глубине твоей ненависти

      — Мне больно! — вспылила Вики, когда в очередной раз споткнулась и зашипела от жжения на затылке. Пальцы Сатаны по-прежнему жестко держали девушку за волосы. Из его звериной пасти не вырвалось ни единого звука за всю мучительную дорогу. В груди Виктории стояло ощущение, что её будто на Голгофу ведут. Ангел чувствовала рвущийся наружу осатанелый гнев Люцифера, как и приближающуюся беду, но ничего поделать не могла. За годы правления бывший возлюбленный стал сильным настолько, что это вынуждало душу каждый раз падать ниц перед его несокрушимым могуществом. Хоть Вики и пыталась бороться с собой. Воздух прорезали сотни истошных криков грешников-мучеников, прозябающих вечность в цепких клешнях Преисподней. В порыве неконтролируемого страха кровь Уокер, казалось, похолодела на несколько градусов, несмотря на то, что вокруг стояла невыносимая духота. Миновав тесные, пропитанные запахом паленой человеческой плоти коридоры, Сатана потащил рабыню в одно из тюремных помещений. Не церемонясь, дёрнул девушку вперёд так, чтобы она встала прямо перед ним. Твёрдая грудь Зверя тёрлась о чувствительные кончики крыльев Уокер. До невозможности тесный контакт нервировал и очень злил Вики. Волосы Сатана отпустил, но звериные лапы тяжелым грузом легли на плечи перепуганной девушки. Виктория не понимала, что происходит и зачем они здесь. Жуткие предположения одно за другим штурмовали истерзанный разум. Перед собой, всего в пару шагов, девушка увидела комнату, что находилась за широким, запятнанным алыми брызгами стеклом. Окутанное полумраком помещение подсвечивалось настенными факелами. Языки огня подрагивали, словно беснуясь или воздавая хвалу Сатане. Покачивающиеся длинные цепи от самого потолка до пола. Сам антураж напоминал пыточную.       — Скажи мне, что ты видишь перед собой? — грубый голос Люцифера прогремел над ухом Уокер в тот момент, когда она всеми внутренними силами старалась унять растущую в груди панику.       — Камеру пыток, — голос не дрогнул. Почти.       — Смотри внимательнее. Очи ангела лихорадочно осматривали пыточную. В царящем полумраке Виктория не сразу заметила тщедушного паренька, раздетого до нижнего белья. Он сидел в самом тёмном углу камеры и, похоже, весь трясся от ужаса. Зачем Сатана привел Викторию сюда, она пока только силилась понять, но что-то внутри подсказывало, что всё крайне плохо.       — Что ты можешь сказать о нём? Какие чувства вызывает у твоей ангельской душонки? Ещё раз взглянув на заключённого, Вики рассмотрела того поподробнее: на вид ему было лет двадцать от силы. Смазливое лицо, худощавое телосложение. Незнакомец казался беспомощным и совсем не заслуживающим вечных мучений в пекле Ада.       — Говори, — вновь за волосы дёрнул, следом по коже шеи девушки прокатилось горячее дыхание Зверя.       — Он… к-кажется добрым. Хорошим человеком.       — И тебе наверняка жаль его, — не спрашивал, а констатировал факт. В тоне ирония или даже насмешка. Вики только выдала скупой кивок головы.       — У парня была тяжёлая жизнь беспризорника. Он побирался поначалу, а потом стал воровать. Обкрадывал честных людей, бедных старушек, пока не дошел до того, что совершил преднамеренное убийство, — шептал Сатана над ухом. — Этот человечишка мог бы с лёгкостью избрать путь праведника, но жизнь во грехе оказалась ему ближе. По моему приказу демоны забрали его душу, так что теперь она в моей власти.       — Зачем ты всё это говоришь? Люцифер не ответил, лишь отдал распоряжение прислужнику. И в следующее мгновение дверь пыточной отворилась с унылым протяжным скрипом. Два убогих, не обделённых уродливостью беса, подхватили парня под локти и под его активные протесты приковали к подвесным цепям. Железные кандалы обняли тонкие запястья тесными обручами. Парень противился происходящему, извивался всем телом и молил о пощаде. Он не желал такой страшной доли, но никто не слушал грешника.       — Что происходит? — тёмная энергетика захватила Викторию в свой губительный плен. В эти минуты она ощущалась максимально тяжко, буквально сдавливала душу железными тисками.       — Заткнись и смотри, Вики, — впервые её имя окрасило уста Люцифера. Только картина вышла пугающей.       — Нет! Нет! — истошно орал парень, усердно противящийся своей участи. Один из бесов встал прямо перед прикованным к массивным цепям грешником. Занёс руку над его грудной клеткой. В свете огня блеснуло лезвие ножа. Виктория сглотнула вязкую слюну, на лбу выступила испарина. Тем временем уродец вонзил острие в плоть бывшего смертного и слишком медленно прочертил ровную линию меж ребер до самой пупочной впадины. Словно богатый профессиональным опытом хирург искусно вёл скальпелем, и как истинный маньяк игнорировал дикие вопли жертвы, изображая на лице безразличие. Всё происходящее вернуло память Уокер в дни кровавой войны с Мальбонте: истерзанные субантрами тела, пробитые копьями ангелы и демоны были разбросаны повсюду. Запах крови стоял такой сильный, что выворачивало внутренности наизнанку. Мир в те времена испытал настоящий кошмар. Обе стороны понесли страшные потери. Много месяцев Вики старалась забыть тот страх и ужас. В первые недели девушка вообще лишилась сна. Только и находила утешение в объятьях любимого мужчины. А теперь он сам стал инициатором страшной сцены. Люцифер безжалостно окунул ангела в те же ощущения, что до сих пор отзывались жуткой болью в сердце. Грудная клетка измученного беспокойно вздымалась, а из раны тянулись ручейки алой, почти что чёрной крови. Второй бес присоединился к страшной процессии: он также занёс острый кинжал, однако не стал чертить жуткие полосы на теле мученика, а лишь поддел край кровоточащей раны и понемногу принялся отделять кожу от тела, делая это так проворно и обыденно, будто освежёвывал тушу кролика.       — О, Господи, — прошептали пересохшие губы Виктории. Крылья затряслись, охваченные липким трепетом.       — Смотри! — злостно прорычал хозяин Преисподней. Одной рукой обхватил затылок девушки, второй жёстко сжал лапой её подрагивающий подбородок, чтобы та не посмела отвернуться. Он бездушно заставлял Викторию наблюдать за кровавым действом.       — Господь здесь совершенно бессилен, потому что душа уже моя. И я волен делать с ней, что угодно. Перед тобой находится возможная цена твоей непокорности. Ты желала смерти, и ты её получишь, милая. Дышать становилось всё труднее. Перед глазами замелькали белые мушки. Вики против воли пришлось наблюдать, как уже оба беса сдирали кожу по разные стороны: постепенно, сантиметр за сантиметром, обнажая внутренние органы бывшего смертного. Дикие вопли срывались из горла грешника до хрипоты и потери сознания. Вики собственными очами узрела резво бьющийся орган под вскрытыми ребрами мученика. Она мечтала закрыть уши и глаза, чтобы не вбирать в память эти чудовищные издевательства, но будто неведомая сила не позволяла сделать этого. В момент, когда мучители обыденно насаживали оттянутые края человеческой кожи на прикреплённые к потолку цепи, Уокер достигла крайней точки эмоционального истощения, и её сознание отделилось от реальности.

***

После настоящего испытанного шока организм не сразу пришел в норму. Когда ангел разлепила тяжёлые веки, то поняла, что видит перед собой заплесневелый потолок своей коморки. На щеках ещё оставались следы от слез. Ресницы были влажными, будто Вики плакала даже в бессознательном состоянии. Задаваться вопросом, каким образом она здесь оказалась, было бессмысленно. Картины произошедшего накануне ясно всплывали в памяти, рисуя в красочных деталях весь тот смертельный ужас. Человеческая психика вряд ли бы выдержала такое зрелище, но, тем не менее, Вики до сих пор не могла унять дрожащие пальцы. Расположившись на убогой постели, ангел подмяла под себя похолодевшие от нервов ступни, да в таком положении и сидела, потупив взор в невидящую точку. Возможно, со стороны она могла бы показаться поехавшей с катушек. Но кто знает, сколько времени понадобится для того, чтобы некогда свежие воспоминания, наконец, потускнели и не терзали мозг кровавыми эпизодами. Периодически из глубоких дум девушку выводило лишь знакомое шарканье на верхнем этаже. То, что сегодня сделал с ней Люцифер — лишь малая часть его звериной сущности. Вики была уверена в этом, и уже жалела, что посмела открыть рот в порыве гнева. План летел к чертям, как и надежда скорее выбраться из цепких лап лютого Сатаны. Стоило только закрыть глаза, как перед взором вновь и вновь всплывали сцены, произошедшие в пыточной. Ангелу казалось, что она до сих пор чувствует неприятный запах свежей крови, а в ушах стоит тот самый душераздирающий вопль неизбежности и боли. Виктория болезненно поморщилась, ладонями накрыла уши в попытке унять крики. Но разум напрочь отказывался прекращать воспроизведение тех страшных звуков, и как заезженную пластинку крутил в мыслях. Кожа под чёртовым ошейником дико зудела. Девушка до крови раздирала её ногтями, пытаясь сорвать ненавистный аксессуар, но он словно намертво прикипел! Люцифер намерен сломать дух Виктории. И он действительно близок к тому, чтобы девушка сдала позиции. Но не сломается, не поддастся. Пройдет сквозь огонь и воду, но не позволит Сатане сделать из неё существо раболепное. У Вики есть собственная гордость. Она примет игру Люцифера, сделает вид, что стала покладистой, прирученной. Пусть он получит подчинение Уокер, потешит этим свое эго, но ему никогда не возыметь власти над её душой. Мысли Виктории были прерваны тихим стуком в дверь, а вскоре за ней показался Геральд.       — Здравствуй, Вики, — виноватый взгляд льдистых глаз демона вскользь осмотрел девушку. В голосе слышалось искреннее сочувствие. Но ангел в гробу видала его жалость. Геральд осознавал, что заставляет проходить девушку через процедуры унижения, но был уверен, что пребывание Виктории в Аду приносит свои плоды. Он старался контролировать ситуацию, чтобы по возможности предотвратить нечто ужасное, гораздо хуже той демонстрации в пыточной. Но пока что не было никаких предпосылок для серьезного вмешательства в процесс возвращения Сатаны в прежний облик. Если бы Люцифер желал убить Викторию, осуществил бы это сразу, как только увидел ту в адской библиотеке. Поэтому где-то в глубине души демон теплил надежду на лучший исход их плана, хоть и приходилось действовать радикальным образом.       — Геральд, — еле слышно прошептала, облизнула пересохшие губы. Вики вдруг ощутила невероятную жажду. Она будто находилась в пустыне, где не было живительной воды. — Он… он, — подбородок затрясся, а в уголках глаз снова собралась соленая влага. Ангел ощутила слабость и нуждалась хоть в чьей-то поддержке, пусть даже придется для этого использовать самого зачинщика событий.       — Знаю, — тяжело выдохнул демон и тихонько опустился рядом. — Прости, что тебе пришлось пройти через такое.       — Люцифер безжалостен, и ему никогда не стать прежним, Геральд. Он погубит меня, это лишь вопрос времени. Мужчина осторожно приобнял девушку по-отечески: мягко и заботливо.       — Я знаю Люцифера. Видел его ребенком, проживал с ним годы взросления. На протяжении многих лет правления нового короля Преисподней я был рядом, Вики. Да, он стал жестоким после вашего разрыва, но поверь, ещё есть возможность всё исправить. Чувства к тебе делают его живым, и даже ненависть колеблет темную душу Люцифера. Ты всё ещё жива, потому что он не позволит тебе умереть. Будет запугивать, манипулировать, но ни за что не погубит.       — Он прямо сказал, что уничтожит меня. И знаешь, Геральд, я поверила этой угрозе. Хотелось бы разделить твой энтузиазм и веру в своего повелителя, но не могу этого сделать.       — Время покажет, Вики. И только тебе под силу совершить, казалось бы, невозможное. Мы уже близки к цели.       — Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь, — сил спорить или ругаться не было. Вики дико устала. Несколько долгих минут они заполнили немой тишиной.       — Моя мать справлялась обо мне? — сердце Виктории притаилось в ожидании.       — Да, всего раз. Интересовалась, почему ты не ответила на последнее письмо. Ей сообщили, что ты отбыла по делам школы в Долину. Кажется, ответ её вполне удовлетворил. В груди разлилась горькая грусть и тоска. Вики до сих пор недоумевала оттого, что Ребекка никогда не спешила навещать дочь лично, оправдывая это типичной занятостью Серафима. Но разве родной матери не хотелось бы увидеть свою единственную дочь? Обнять, поговорить с глазу на глаз, а не ограничиваться простыми редкими переписками? Возможно Вики слишком мнительна, и не до конца понимала всю степень серьезности высокой должности Ребекки на Небесах. Геральд вдруг поднялся на ноги, ладонями расправил складки на брюках.       — Вообще-то, я пришел не к тебе, а за тобой, — демон улыбнулся как-то ободряюще. — Тебе не место в этой убогой комнатушке. Идём, красавица. Девушка несколько секунд недоуменно глядела на демона, но потом спохватилась.       — Только переоденусь, — Вики вспомнила, что сидит перед мужчиной в наряде легкомысленной девицы. Стало стыдно.       — Конечно. Я подожду за дверью. Ангел благодарно кивнула. Демон тактично прикрыл за собой дверь, оставив Викторию в недолгом одиночестве.

***

      — Твоя новая комната. Это была далеко не та тёмная кладовая с обшарпанными стенами. Перед Уокер теперь предстали просторные покои в викторианском стиле. Мебель из светлого дерева, на стенах гобелены с изображением райских долин. Широкая кровать с балдахином и резными столбами по углам. Но центром всего великолепия стала собственная ванная комната. От светлых тонов в интерьере заметно потеплело в душе. Здесь словно была частичка просвета в тёмном царстве.       — Просто невероятно! — восхитилась Вики. Даже на небесах комната девушки, казалась далёкой от убранства нового пристанища. Но если Геральд считал, что таким образом искупил вину, то он ошибался. Уокер была всё ещё зла на демона за его коварный план.       — Надеюсь, тебе стало лучше.       — Немного. Но что скажет Люцифер на это? — улыбка мгновенно сползла с лица девушки. Мысль о том, что Сатана может наказать Геральда за оказанные привилегии одной из рабынь, тут же спустила Викторию с небес на землю.       — Не думаю, что Верховному так важно твое место обитания. Я доложу ему об этом, естественно. Но вряд ли Люцифер будет противиться. Не волнуйся на сей счёт. Лучше отдохни хорошенько. Как стало известно утром — Викторию повысили, как бы иронично это ни звучало. От простой поломойки она дошла до уровня служанки его Тёмного Величества. Теперь обслуживание Сатаны за ужином превратилось в ежедневную обязанность. Каков прогресс, однако. В шкафу Уокер обнаружила много одежды. Только, к сожалению, всё такой же развратной и откровенной: полупрозрачные кружева, крупная сетка, латекс и прочий срам. Тяжело выдохнув, Вики присела на удобную кровать, прожигая очами ряд заполненных одеждой вешалок. Раз уж Люцифер так хочет видеть её шлюхой, значит, так тому и быть!

***

Неспешно шагая по исщербленному каменному тротуару, Люцифер бросал любопытные взгляды на проходящих мимо человеческих созданий. Иногда он поднимался на Землю, чтобы посмотреть на дела рук своих, а порой и самолично утягивал души грешников следом в Преисподнюю. Вот и сегодня он оставил Ад, чтобы посетить людской мир. Он ступал в своем истинном обличье второй ипостаси. Никто из смертных не был способен узреть его, никто из них не догадывался, какие силы обитают вокруг уязвимых человеческих душ. В этот раз внимание Сатаны привлекла молодая пара, сидящая на деревянной скамье в начале широкой аллеи. Сплетённые руки, влюбленные взгляды, робкие поцелуи. Люцифер остановился, склонил голову набок, с любопытством взирая на парня и девушку. Влюбленные шептались, одаривали друг друга красочными эпитетами, но знакомый запах фальши неуловимо пестрил в воздухе, что невозможно было пройти мимо. Спустя несколько минут, молодая пара распрощалась. Мечтательная улыбка не сходила с румяного лица девушки, глаза искрились неподдельным счастьем, когда она проходила мимо невидимого её человеческим взором Сатаны. А вот парень недолго играл роль влюбленного. Стоило девушке только скрыться за ближайшим поворотом, как он вынул из кармана смартфон, и спустя пару секунд самодовольно рассказывал другу о том, как просто оказалось влюбить в себя замухрышку. Сегодня ночью он планировал овладеть телом невинной девушки, чтобы уже на следующий день похвастаться своим друзьям-неудачникам красочным порно от первого лица. Ничто не вечно, а чувства — тем более. То — не любовь, а слабость, скупые эмоции с определенным сроком годности, или же просто игра в одну сторону. В отношениях всегда остаётся место для бреши. Кто-то непременно воспользуется ею, чтобы впоследствии предать. Например, как этот молодой юноша, свято веривший в свою безнаказанность. Любви нет, и прежде не существовало. Глядя на простых смертных, созданных по образу и подобию Высших, Люцифер в очередной раз убедился в этом. Да что говорить, он и сам некогда пал под чары мнимой любви. Доверил женщине самое ценное — свои сердце и душу. Любимая оказалась предательницей, тем самым развеяв шёлковую пелену перед глазами. С той поры Люцифер дал себе слово не попадаться на удочку страсти. Кивнул головой нескольким демонам в сторону парня, а те беспрекословно последовали приказу Сатаны. Они точно знали, что делали. Уже сегодня ночью душа молодого человека познает прелесть загробной жизни в Аду.

***

Платье из лакированного чёрного латекса едва ли прикрывало ягодицы. Тонкие бретели, глубокий вырез, открывающий обзор на ложбинку груди, и отсутствие ткани в районе пупка, демонстрирующее красивый плоский живот. Остроносые туфли на высокой шпильке: черного цвета, соответственно, как и всё в этом чёртовом месте. Сам каблук выделан в форме дьявольского трезубца. Обувь даже удобной оказалась, на удивление. Волосы Виктории рассыпаны по плечам, кожа до шелкового лоска натёрта ароматным маслом. Глаза подведены черным карандашом, на губах — ярко-красная помада. Вики стервозно улыбнулась своему вульгарному отражению в зеркале. Как же низко она пала, что позволяет себе щеголять в образе элитной шлюхи-эскортницы по приказу самого хозяина Преисподней. Но Уокер просто обязана подыграть Сатане, усыпить его бдительность, чтобы по первому удобному случаю сбежать из логова Зверя. В свои планы девушка не стала посвящать Геральда. Демон уж больно грезил удачным исходом задуманной цели, и Виктории было жаль огорчать того. В залу переговоров её ввел тот же уродливый бес, от вида которого по-прежнему воротило. Он оставил девушку у одной из стен, по правую сторону от длинного овального стола. Здесь Вики ещё не доводилось бывать. Уокер даже позволила себе бегло оглядеть помещение: бо́льшую часть залы, как уже упоминалось, занимал стол с толстой резной столешницей. Вокруг него были расставлены стулья с высокими спинками. Сама мебель обита темным бархатом, а на пиках спинок вырезана сатанинская символика. Центральный стул отличался от остальных размером и оформлением: вместо чёрного цвета тот имел кроваво-красный оттенок, а изголовье украшала вылитая из чистого золота голова Бафомета. Виктория отметила, что являлась не единственной служанкой: по разным сторонам комнаты стояли ещё несколько демониц в аналогичных развратных нарядах. Только их лица не выражали недовольство, в отличие от Вики. Девушки бросали высокомерные взгляды на Уокер. С брезгливостью оглядывали её светлые ангельские крылья, пряча за ухмылками откровенную угрозу. Высокие входные двери наконец разъехались в стороны. Ангел насчитала шесть архидемонов, вошедших в помещение. Они молча просеменили ко столу и разместились каждый на своём месте. Люцифер вошёл уже когда Совет чинно ждал появление повелителя. Зверь авторитетно прошагал к почётному месту во главе стола и плавно опустился на алый бархат. Вики против воли то и дело украдкой бросала взгляды на Сатану: под жёсткой кожей уверенно перекатывались твердые мышцы. Каждый шаг его отдавал эхом властности. Жаль только то, что сердце Дьявола превратилось в камень за годы правления Адом. Этот факт уверенно перечёркивал все его возможные достоинства. Демоницам не позволялось поднимать глаз в присутствии мужчин. Вики не понимала, для чего вообще они нужны здесь? Просто как предмет интерьера? Сам Люцифер и архидемоны не обращали на девушек никакого внимания, как, собственно, и на Уокер. Это помогло немного успокоиться, ведь до сего момента Вики стояла словно натянутая струна: нервничала, кусала губы. Мысленно отсчитывала минуты до желанного момента вернуться обратно в личную комнату. Это была не трапеза, а некое заседание, как оказалось. Собрание началось с отчётных докладов. Вики особо не вникала. Время от времени она подходила к столу по щелчку пальцев Люцифера и разливала вино по кубкам. Никто не смел поднять глаз на служанку. Хотя ангел опасалась, что демоны начнут одаривать девушку сальными взглядами. Они будто не замечали Викторию, полностью сосредоточившись на тщательно подготовленных ими отчётах. Люцифер также не проявлял интереса к бывшей возлюбленной. Он внимательно выслушивал доклады верных подданных, не обращая внимания на краткие сторонние вмешательства девушки. В свою очередь, Вики не понимала, почему обслуживание демонов входило лишь в её обязанности: остальные присутствующие в зале девушки-демоницы молчаливо стояли по своим местам, покорно потупив взгляды себе под ноги.       — Количество сатанинских церквей усиленно растет, правитель, — волей-неволей пришлось слушать разговоры, но именно эта тема вызвала у Уокер интерес. Ангел в очередной раз разлила вино по бокалам, затем отошла к своему месту, опустила глаза в пол и навострила уши, вслушиваясь в отчёт архидемона.       — В Калифорнии открылись ещё две церкви Сатаны. Движение «Тёмных сестёр» набирает популярность среди новобранцев секты. Главное распределение уже разобщило штат новообращённых по локальным организациям.       — Кто теперь встанет во главе «Тёмных сестер»? — интересуется Люцифер.       — На должность Верховной жрицы назначена колдунья Мэрибет Норрис.       — Та, что была продана собственной матерью при рождении?       — Да, правитель. Норрис в течение пятнадцати месяцев проходила тщательную подготовку к служению Сатане. В её образование входили также знания боевых искусств, языков и правила этики. Мэрибет совершенно точно готова к повышению ранга.       — Это не может не радовать, — довольно прокомментировал Люцифер. — Отправьте ей на услужение несколько демонов. Пусть войдут в её тело и защищают, а также контролируют каждый шаг и слово, чтобы та чётко следовала инструкциям. Услышанному Вики ужаснулась. Она и представить не могла, что нынешний Сатана настолько азартен в присвоении человеческих душ. Внутри от этой мысли разлилась пустота и арктический холод. Что, если бы девушка ещё была человеком, а рядом бродил бы тот, кто в одночасье способен утащить хрупкий дух в низины Ада? Тело содрогнулось от неприятных мыслей. Этим Виктория привлекла внимание Люцифера. Он вдруг повернул голову и задержал на ангеле прищур горящих адовым пламенем глаз на несколько мгновений, а затем так же неторопливо отвернулся.       — Церемония посвящения в ранг Верховной жрицы назначена?       — Да, правитель. В первой церкви «братства» уже в это воскресенье, — чётко отчитался архидемон. — К вашему присутствию тщательно подготовятся. Сатана покровительственно кивнул, а Вики переваривала полученную информацию. Она никогда не интересовалась сатанинской политикой, теперь же, сама того не желая, погрязла с головой в их странные правила и установки. Кровь стыла в жилах от устрашающих подробностей. Душа ангела металась из стороны в сторону, требуя найти выход из этой колючей клетки. Иначе живой ей отсюда точно не выйти. Пока Виктория старалась успокоить свои сознание и тело, собрание сменило атмосферу с абсолютной сосредоточенности на лёгкий флёр простого повседневного общения. Градус в зале тоже повысился. Воздух заметно полегчал. Бывшую непризнанную, наконец, перестало бить мелкой дрожью. Собравшиеся пили вино, шумно общались на непринужденные темы. Совсем как простые смертные, что обсуждают женщин во время совместных попоек. Но во всей этой, казалось бы, простоте всё же соблюдалась субординация: Люцифер продолжал оставаться весомой фигурой собрания. А немного позже, Вики поняла, для чего же была нужна «массовка» в виде полуголых девиц. Стоило Сатане щёлкнуть пальцами, как те, плавно покачивая бедрами, приблизились к столу. Девушки смело окружили мужчин, на надменных лицах заиграли льстивые улыбки. Кто-то из демониц уселся прямо на колени к одному из архидемонов. Другая девушка опустилась аппетитными ягодицами прямо на столешницу. Соблазнительно закинув ногу на ногу, она с удовольствием продемонстрировала мужчине, сидящему напротив, свои обнаженные ноги и отсутствие нижнего белья. Округлив глаза и раскрыв в изумлении рот, ангел изумлённо наблюдала за тем, как вокруг разворачивалась настоящая сексуальная оргия. Только один Люцифер был лишён женского внимания, но он будто и не требовал его, а просто наблюдал за процессом, как истинный Дьявол, неспешно потягивая вино из золотого кубка. Сатана ухмылялся, вальяжно развалившись на стуле, пока демоны в нетерпении оголяли совершенные тела извивающихся девиц. Виктория застыла в непонимании. Она стояла, не проронив ни звука, мечтала слиться со стеной чтобы не привлечь нежеланного внимания. Одна из девушек уже ритмично двигалась на коленях гостя. Вторая занималась оральным удовлетворением одного из мужчин. Постепенно зала заполнялась сладостными стонами удовольствия. Шлепки тел, грубые словечки из уст на неизвестном языке. Некоторые демоны делили одну дьяволицу на двоих, и, кажется, все были вполне довольны происходящим. Щёки Виктории начали пылать, а грудь вздыматься от волнения. Девушка никогда не была свидетельницей подобных сцен, поэтому ощущала себя совсем юной и неопытной перед присутствующими. Впрочем, в некоторой степени так оно и было. Наблюдая за массовой процессией, ангел вдруг начала ощущать в груди странное волнение. В мыслях всплыли воспоминания их страстных ночей с Люцифером, когда Уокер была ещё Непризнанной, а он прекрасным демоном-мужчиной — её возлюбленным. Их первый раз можно было назвать необузданным, ярким. Тогда они подобно изголодавшимся диким зверям срывали друг с друга одежду, покусывали кожу, исступленно целовались. Последующие ночи любви проходили размереннее, в осознании взаимной значимости. Влюбленные аккуратно и неспешно познавали друг друга. В тот период времени связь демона и непризнанной тоже считалась запретной. Но в отличие от ангелов, бывшим смертным было не столь опасно вступать в интимные связи с другими представителями мира бессмертных. Если же ангел осмелится предаться плотским утехам с демоном, то навсегда потеряет привилегии Небес: белые крылья обретут глубокий тёмный оттенок, словно клеймо будет вечность напоминать о совершённом грехе. Преступившего Закон с позором низвергнет Всевышний с Небес прямо в Ад, и домом падшего ангела отныне станет Преисподняя. Такая перспектива устрашала Викторию. Именно по этой причине их дальнейшая с Люцифером связь была невозможна, ибо что может быть общего у света с тьмою? Именно поэтому Сатана до сих пор не взял Уокер силой: он ждал, чтобы та сама сделала выбор: собственноручно очернила свое имя и светлую сторону, поддавшись типичной похоти. Но сему не бывать, как зиме не бывать в пустыне. Вики останется непреклонной. Чувства к демону продолжат спать под толщей разделяющих их обстоятельств. Позвоночника девушки коснулось странное покалывание, и причиной этому стал изучающий взор Сатаны. Довольно продолжительно сканировал сменяющиеся эмоции на раскрасневшемся лице новой рабыни. Касался взглядом приоткрытых девичьих губ. Лениво исследовал линию груди, затем бедер, пока не тронул им изящные женские ступни. Проблема состояла в том, что Вики не могла дать чёткую оценку такому взгляду. В сверкающих живым огнем глазах было трудно отыскать что-то определённое. Поэтому она не реагировала на внимание Люцифера. Вернее, делала вид, что никак не воспринимает его. Хотя биение сердца можно было сравнить с детонатором, который вот-вот взорвется от любого, даже еле уловимого движения. Пост главы важных переговоров Люцифер покинул. Приближался неторопливо, словно подкрадывался тигром к лесной лани. Вики не шевелилась, а мысленно уже бежала отсюда прочь, пока глаза отмеряли тяжёлые шаги Дьявола, безвозвратно стирающие расстояние между ними. Ангел начала дрожать от неподдающихся точной оценке эмоций. Она могла бы назвать это уже привычным страхом, но атмосфера в комнате не располагала к подобному. Вряд ли стоило бояться Сатану, когда у того явно игривое настроение. По расслабленным чертам лица мужчины было понятно, что его чёртов радар не настроен на убийство в данный отрезок времени. Тогда отчего же так волнительно? Запах Люцифера окутал пространство вокруг тела Виктории. Тёмный Властелин обошел девушку так же медленно, будто играя с загнанной в угол жертвой. Остановился позади. По коже девушки рассыпалась сотня будоражащих мурашек. В этот раз энергетика Дьявола не вызывала подавленности, а затрагивала чувствительные точки в теле: Вики стала сплошным натянутым нервом.       — Нравится то, что ты видишь? — приглушенный шёпот, объятый некой таинственностью, коснулся уха девушки. Глаза оторвались от бессмысленного изучения напольного мрамора и устремились к разогретой страстью сношающимся участникам массового соития: мужчины врезали бедра в стонущих демониц до упора, влажные звуки слияния тел колебали воздух. Он пропитался запахом необузданного секса.       — Нет, — отрезала коротко. Думала, что уверенно, да только голос дрогнул предательски. Вики почувствовала его ухмылку. Дыхание перехватило, когда когтистая ручища легла на обнажённый живот девушки и немного ближе прижала к стальной груди Зверя. Заострённые кончики царапнули нежную кожу. Сатана не стремился причинить боль в этот раз. Скорее, это происходило непроизвольно: он поглаживал место вокруг женского пупка, а когти — следствие его физиологических особенностей.       — Ты лжёшь, — понизил голос, но угрозы в тоне не прослеживалось. Он просто забавлялся занятным разговором. — Твоя кожа горит. Даже на расстоянии нескольких шагов я слышал, что ангельская кровь несётся по венам всё яростнее с каждой секундой. Вторая лапа слегка пробежалась по кончикам перьев. Крылатые предатели мгновенно отозвались на ласку: пёрышки затрепетали. Приказать им не реагировать на прикосновения Сатаны Вики не смогла бы. Это как простой рефлекс, не поддающийся контролю.       — Тебя волнует увиденное, — ответил он за неё. Хриплый смех защекотал затылок, Вики передёрнула плечами, но от этого только ближе придвинулась к широкой груди Дьявола. Тепло от мужской руки на животе рассеялось. Когтистая лапа уже успела юркнуть под подол неприлично короткого платья девушки. Тонкое кружево зашелестело от вторжения: один коготь Зверя до безобразия медленно провел линию вдоль женского естества. Вики должна испытывать отвращение, правда ведь? Она зажмурила веки с яростной силой, приказывала мыслям найти самые ядовитые слова, чтобы ударить ими Сатану, но не находила отчего-то. Одним прикосновением он навёл беспорядок в её разуме: спутал мысли.       — Как давно тебя трахали? — бросил с издёвкой, с примесью ироничного яда. После разрыва с Люцифером у Вики не было времени на новые отношения. Все ее дни включали в себя ежечасное обучение и совершенствование, чтобы стать на ступень выше: приблизиться к матери. Лишь один неловкий момент нашел лазейку, чтобы вклиниться в будни Виктории: ангел Габриэль был невероятно красив и испытывал симпатию к девушке. Тот единственный раз ни за что не мог сравниться с ночами страсти, что Вики проводила с Люцифером. После однократной и весьма неловкой связи Габриэль и бывшая Непризнанная условились более не возвращаться к подобному. С тех пор прошло почти два года. Уокер позабыла, каково это: прикосновение сильных мужских рук к чувствительным зонам тела. Что значит испытывать наслаждение от соития. Подобные фантазии умещались в одиночные попытки достичь вершины удовольствия в тишине личной комнаты небесного чертога, но в итоге оказывались тусклыми и однообразными. Сейчас Люцифер заманил её разум в тупик. Он искусно вел Викторию по лабиринтам, путал дороги, чтобы навести смуту в сознании. Уокер была на грани сексуального истощения.       — Хочешь также, ангелочек? — будто специально напоминал о выбранной ею стороне. — Ты всегда можешь обратиться ко мне. Не в моем стиле отказывать женщине в удовольствии. Вики упрямо молчала, губы поджимала, чтобы не застонать от ворвавшихся в мозг горячих сцен. Если озвучить фантазии вслух, то она мгновенно предоставит Люциферу зелёный свет, чтобы тот опорочил её ипостась. Но ангел твёрдо молчала, хотя соблазн был велик. Вероятность того, что Тёмный Король оказывает на неё демоническое влияние тоже не следовало отбрасывать.       — Помимо главного органа для соития, у меня есть руки и язык. Стоит только попросить об этом, и я помогу тебе получить желаемое. Шепнул так сладко, а дьявольский язык провел непрерывную влажную линию по мочке уха. Люцифер в прямом смысле приступил к активному штурму крепости. И можно было поддаться, на несколько минут отбросить запреты. Только цена греха — собственное падение Виктории. Стыд всё же сильнее желания удовлетворить похоть. Уокер набралась моральных сил и произнесла, вложив в слова максимум холодности и решительности:       — Ни вчера, ни сегодня, ни когда-либо, я не позволю тебе взять меня.       — Хозяин, — добавил подчёркнуто. Он будто пропустил мимо ушей её заверение, сосредоточив внимание только на неподобающем обращении к его Темнейшеству. Только на сей раз слова не источали суровость.       — Хозяин, — нехотя повторила Вики.       — Мне ты не позволишь, а себе? Что говорит тебе твое тело?       — Моё желание — лишь временная иллюзия. В этой игре Дьявола ожидает поражение. Злорадная усмешка последовала из уст искусителя вслед за произнесёнными словами Виктории.       — Когда желание станет до ужаса невыносимым, ты знаешь, где меня найти. Демон произнес это с чувством абсолютной уверенности. Он вдруг затих, словно растворился в пространстве. Когда Вики оглянулась назад, то обнаружила лишь толстые свечи из чёрного воска, что плавно подрагивали в готических канделябрах у стены.