Fugitive

Шины винтажного Роллс-Ройса темно-винного цвета зашуршали по песку. Ледяной морской ветер вторил этому шипению. Яркое зимнее солнце оставляло идеальные блики на полированном корпусе. Наконец, пассажирская дверь открылась, и из автомобиля вышел уже немолодой мужчина в праздничном смокинге. Красный галстук - бабочка был развязан, шикарный белый пиджак был идеально сшит по фигуре, волосы уложены со вкусом и стилем. Дэвид Тернер ступил на пляж, чуть щурясь от солнца и наконец-то выдыхая полной грудью. Он сделал, что хотел. Теперь он глава мафии Лондона. Весь город у его ног. Никто не сможет не считаться с ним. Он есть Бог криминального мира. Для простых смертных он тоже не грязь под ногами. Таких, как он, называют по-разному, но простого «крёстный отец» ему будет достаточно. Он обогнул празднично украшенный белыми лентами капот автомобиля и подошел к противоположной двери. Оглядев пляж и царившую там сцену, он открыл дверь. Заплаканная девушка, совершенно не находившаяся мыслями здесь, дрожала на заднем сиденье. Вытянув за локоть Алексу из автомобиля, Дэвид потянул ее к воде. Кружево перелины было расстегнуто, а крохотные крючки застежек вырваны. Весь свадебный ансамбль платья был нарушен. Но церемония уже состоялась, так что это было неважно. Толкнув девушку на песок, Дэвид еще раз оглядел картину своего триумфа. Его ребята организовали неплохой свадебный сюрприз. Даже гребанный струнный оркестр пригнали. Главное, что глаза завязали этим теребителям струн. Но самый подарок был чуть дальше. И вот его сейчас увидит его ненаглядная. Алекса же с трудом смогла вдохнуть, заметив перед собой Алекса и Майлза, копающих себе могилу. Молодцы, его ребята, всегда можно положиться на них. Да, последний день его сына, так испортившего положение Дэвида в обществе. — Знаешь, Майлз, ты все таки недалёкий, — тот прервал отработанные механические движения лопатой, чтобы выпрямится и взглянуть Дэвиду в лицо. — Всё еще удивляюсь, как мой сын смог стать огнём твоих чресел, что ты за ним и в огонь и в воду. Спасибо, что заранее помог отвлечь все внимание охраны Чанга. — Да? А может, это ты просто никогда не любил? Ну что, ты теперь добился, чего так всегда хотел? — Майлз утер нос тыльной стороной ладони, который, кажется, ему все-таки сломали. — Теперь король мафии? Как думаешь, сколько ты продержишься на этом месте, забрав его себе таким подлым путём, без уважения, на одной силе? Пару месяцев? А может меньше? Хочешь поцелуй на удачу? За это ему сломают не только нос. Но к черту это всё! Ему осталось жить пару часов до прилива. Майлз приблизился вплотную к Дэвиду под конец своей фразы. Провел носом по лицу своего бывшего босса. Обхватил ладонями и в следующее мгновение прижался губами. Пытаясь обслюнявить сильнее. Пусть почувствует хоть что-то мерзкое напоследок. Да, за это он поплатился буквально сразу же. Его прижимали к песку, ломая еще пару ребер. Ох, он не подумал, что Алекс также безрассудно кинется на громилу, прижимающего его к земле. Рычать на тех, кто заведомо в выгодном положении было глупо, но что они еще могли сделать. Уже через полминуты их кисти были скреплены жестким канатом, а дальше сцеплены уже были уже плечи и грудь. Верёвки впились в кожу, стирая верхний слой кожи. Вот, в общем-то, и все бунтарство. — Думаю, удача мне больше не нужна, чертов пидор, — Дэвид отвернулся и демонстративно сплюнул. — Смотри-ка, у меня есть все! — он разразился громким смехом. — Криминальный мир всего Королевства подо мной, молодая жена будет со мной уже через час, а вы будете мертвы часом позже! — Так ли это, дорогой папуля? — Алекс рассмеялся, на его лице темнели гематомы, почти не оставляющие участков светлой кожи. — Только вот твоя жена сбежала. Дэвид бросает взгляд вправо и наконец-то замечает убегающую Алексу. Та бежит босиком по самой кромке воды, где песок еще твердый, чтобы отталкиваться было удобнее. Бедная отчаявшаяся Алекса. Огромные пляжи пролива Па-де-Кале вряд ли подходили к подходящему месту, чтобы затеряться. А вот вырытая яма на пляже отлично подходила, чтобы сделать свой последний вдох. Дэвид размеренно заспешил к автомобилю, кидая распоряжения покончить с этими двумя пидорами, забрать музыкантов и приезжать к яхте, где вечеринка будет продолжена. Уже через пятнадцать минут они были закопаны в песок. Стоять на коленях в холодном песке, захлебываться ледяной соленой водой с каждым разом все увеличивающихся волн, было не самым приятным вариантом закончить этот вечер. Еще пару таких крупных волн, и задержать дыхание на время удара воды по ним, уже не получится. Мокрый песок сдавливал все сильнее, совершить полных вдох тоже не получалось. А с того момента, как он сбривал Алексу волосы в туалете на заправке прошло лишь девять часов. C'est La Vie. Дэвид ворвался в бар со своими ребятами три часа назад. Они были хорошо подготовлены и еще лучше вооружены. Автоматными очередями прошлись по барной стойке, толпе и двери, ведущей в кухню. Летели осколки стекла, деревянных панелей, крови, человеческой плоти. В главном зале поднялась дымка от взвесей в воздухе. Из посетителей вряд ли кто-то успел спастись. Ронни кинулся к Алексе, иррационально пренебрегая инстинктом самосохранения и желая закрыть её собой. Но даже не успел добежать до неё. Он упал прямо к ней под стойку, весь в крови. У самой Алексы не было ни шанса спастись. Уже чуть позже схватили саму Алексу, и на её глазах Дэвид всадил обойму в её отца. А Майлза и Ала, захватили его прихвостни. Их сразу же разделили, начав избивать еще в баре. Если на тебя натравливаются твои бывшие коллеги, они будут счастливы выразить всю накопившуюся злость, обиду и зависть. Так они и оказались в двух разных фургонах без единого живого места на теле. Единственное, за что и кого переживал Майлз — состояние Ала. Алекса любили в офисе Дэвида, Майлз лишь надеялся, что они оставят его в живых. А уже на пустынном пляже им дали техническое задание. Довольно простое и ёмкое. Сейчас же зимнее солнце уже скрылось в воде, сам пляж опустел. Люди Дэвида поехали вслед за ним, собрав музыкантов. А тёмные волны становились все больше и агрессивнее. Здесь, на юге острова, было теплее, чем в Шотландии. Копать пришлось в одних рубашках, которые сейчас холодили кожу, пропитанные холодной водой. — Ал, детка, я так хочу прикоснутся к тебе, — Майлз рефлекторно двинул пальцами, чуть расшевеливая песок, но это слишком мало. — Если я умру так и не взглянув тебе в глаза, то хоть коснусь тебя. Они были закопаны спинами друг к другу на расстоянии какого-то метра. Так близко, но без возможности даже взглянуть и коснуться в последний раз. — Я купил кольца, представляешь? Я так жалею, что не надел его на твой палец, они парные знаешь, — Алекс также рефлекторно пошевелил связанными пальцами. — Ты знаешь, они ведь закопали нас не только затылками друг к другу, но и руками. Я думаю, мы можем попробовать. Они умрут, хотя бы попытавшись. Майлз попробовал чуть помочь себе подбородком. Откапывая часть сверху, шевеля плечами, расчищая себе немного места, Майлз почувствовал прикосновение пальцев Алекса, одновременно с громадной волной, сначала ударившей своей массой, а затем проникшей в нос, рот, заполняя трахею и попадая в бронхи. Также медленно уходившей обратно в основную массу прилива. Завораживающая и не менее опасная сила природы. — ДА! — Майлз вскрикнул на весь пляж, не успев толком откашляться от воды. Серьезно? Не так это важно сейчас. Риск пневмонии или то самое пресловутое желание жить? — Алекс, милый, просто попробуй пошевелить руками! Майлз чувствовал пальцы Алекса, двумя движениями вверху уже зацепил веревку. Уже почти свободно двигая плечами и кистями. Еще немного! Он наконец-то смог двинуть рукой, как раз в тот момент когда с бурлением накатила новая волна. Он резко двинулся телом, вырываясь из плена воды, песка, но оставаясь связанным. Двигаясь и извиваясь всем телом как огромный дождевой червь, он выбрался на поверхность. Майлз старался отдышаться, стоя на коленях, уперевшись лбом в землю. Но оглянувшись на Алекса, с ужасом понял, что тот был без сознания, голова была запрокинута назад, а сам он так и оставался скованный давящим песком. Майлз рывком перевернулся на спину, протягивая руки через ягодицы, скользя узлом под бедрами, вытаскивая сначала одну голень, потом вторую. Как только кисти были перед ним, он, не снимая пут, рванул к Алексу. Майлз откапывал его с такой яростью и скоростью, что стёр подушечки пальцев до крови. Наконец стянув зубами веревки с себя, он вытащил Алекса из ямы, перекинув его животом через свое колено. Он начал пытаться резкими направленными к голове движениями выбить воду из легких Алекса. Он поверил в высшие силы, когда тот начал откашливать соленую воду и хрипеть. Опустив Алекса на бок, он распутал верёвки, давая ему вдохнуть воздуха, а не воды. — Дыши, любимый, просто дыши, — он гладил Алекса по плечу, стараясь не захватить в крепкие объятия сразу же. Холодная вода и опускающаяся к нулю температура заставляла их дрожать от холода. Но это было прекрасно, это давало почувствовать себя живыми. Алекс приподнялся на руках, ошарашено смотря на Майлза. Он ожидал увидеть панику, злость, ошарашенность, но там была лишь безграничная любовь и радость. Они здесь, на этом пустынном сумеречном пляже, вдвоем, живые. — Поехали в церковь прямо сейчас, я хочу пожениться как можно скорее, — Алекс даже после того, как чуть не захлебнулся морской водой, обнимался и целовался с бешеным энтузиазмом. — Ал, детка, как захочешь, только давай сначала уберемся с этого чертового пляжа. Это было самой сложной задачей. Их спасло нахождение рядом летних домиков. Они пустовали в зимнее время, ожидая постояльцев только к концу весны. Майлз смог не без труда выбить одну дверь в один из них. Внутри все также было довольно прохладно, но уже значительно теплее, чем на улице. В небольшой душевой даже был водонагреватель. Майлз включил его, начав медленно раздевать Алекса, а затем себя. На Майлзе не было живого места. Алекс аккуратно ощупал его нос подушечками пальцев, отметив, что если перелом есть, то кости не смещены критично. Нижние два ребра слева и несколько справа были точно сломаны, справа весь бок Майлза представлял собой одну большую гематому, уже переливающуюся сине-фиолетовыми оттенками на багровом фоне. Конечности были целы, но также «украшены». Когда Алекс поднес кисти к лицу Майлза, тут же слёзы застелили его глаза «Господи, Майлз, их нужно обработать». Он выскочил из ванной, возвращаясь через пару минут чуть шмыгая носом, глаза раскраснелись, а в руке была бутылка джина. Майлз за это время устроился на опущенной крышке унитаза, облокотившись боком о стену. — У хозяев нет антисептика в аптечке, но зато есть неплохой мини-бар, — он открыл неначатую бутылку и сделал большой глоток, — мне это понадобиться для храбрости. — Детка, это просто содранная кожа на руках, ничего опасного, но, — Майлз потянулся было к бутылке, но Алекс перехватил его движение, поняв, что он тоже хотел сделать глоток. — Это будет в качестве анестезии, — Алекс помог сделать ему два больших глотка. Майлз вытянул кисти над раковиной, предварительно закусив полотенце. Когда терпкая жидкость полилась на пальцы, неистово обжигая раны, Майлз завыл от такой концентрированной боли. — Потерпи еще совсем немного, любимый, — Алекс обработал импровизированным антисептиком каждый палец Майлза, нежно поцеловав в лоб под конец. — Вот так. Мне бы хотелось обработать еще пару мест на спине, повернись, пожалуйста. Когда с первичной обработкой ран было закончено, водонагреватель как раз сменил индикатор на полную готовность шестидесяти литров горячей воды. Стоя под душем Майлз в полной мере ощутил всю усталость за сегодняшний день. Он сполз по стене на пол, подставляя истерзанные ноги под горячие струи. Алекс опустился рядом, внимательно следя за состоянием Майлза. Они истратили почти все жидкое мыло, кажется с кокосом, и половину бутыли шампуня хозяев, чтобы вымыть весь песок с себя. Но они наконец-то согрелись. — Майлз, надо выбираться, — Алекс аккуратно потянул Майлза за руку, помогая подняться с кафельного пола. — Там есть большая кровать и электрообогреватель, я включил его, пока искал алкоголь, так что там уже должно быть тепло. Еще можно налить горячей воды в грелки, и мы быстрее согреемся. Алекс старался держаться бодрее, но было заметно, как он делает все из последних сил и даже на каком-то автопилоте. Они лишь обтерлись полотенцами, не стали надевать ничего, справедливо решив, что лучший способ согреться — прижаться друг к другу под одеялом. Поставив обогреватель на минимум, а грелки (какой британский дом, пусть и пляжный, без грелок?) положив в ноги под одеяло, они свернулись вместе под одеялом. Но тут Алекс дотянулся до комода, стоявшего рядом с кроватью. В нижнем ящике обнаружились несколько пижам. Найдя два мужских комплекта, Алекс помог облачиться Майлзу, а затем влез в свою. Майлз лег на спину, чтобы не тревожить рёбра, а Алекс свернулся у него под крылышком. Они ни за что бы не отпустили руки друг друга, крепко переплетая пальцы, чтобы точно знать — они рядом друг с другом. В сон, ожидаемо, они провалились почти мгновенно, только коснувшись головой подушки, а руками друг друга. Майлз проснулся первым, с трудом открывая глаза. Еще пара минут ушла на то, чтобы осознать, где они находятся. Солнце еще не встало, только предрассветное слабое свечение, проникая через прозрачные занавески. И следом пришло осознание всего произошедшего за вчера. Алекс прижимался к его боку, горячо посапывая в подмышку. Он аккуратно подтянул одеяло повыше, чтобы накрыть плечи Алекса, уже начавшие покрываться гусиной кожей. Оставалась придумать, как им выбраться с чертового юга Британии. У него не было знакомых из этой части страны, тем более было совсем непонятно их положение. Что им делать сейчас? Бежать на материк, а оттуда в Штаты? Скрываться от мафии всю оставшуюся жизнь? Пойти по программе защиты свидетелей? Эти все варианты походили на бред. Майлз не был уверен, что у Алекса уже есть план действий или тому будет легко его составить. Но вдвоем найти решение будет гораздо проще. Проведя рукой по бритой макушке и оставив пару поцелуев, Майлз провалился в еще один, но уже не такой глубокий сон. Ему снился Алекс, утягивающий его в танец почему-то в школьном спортзале средней школы Майлза, где остальные ученики занимались какими-то упражнениями или спортивными играми. Но они вдвоем кружили в танце, который смутно напоминал вальс. Алекс смеялся звонко и заразительно, откидывал голову назад, крутился под рукой Майлза и не переставал улыбаться. На них был направлен свет прожектора, а дискошар под потолком озарял все пространство разноцветными бликами. Но тут свет и музыка остановились, а сам Алекс распался в его объятиях на тысячи разноцветных осколков и искр. Майлз проснулся. Он распахнул глаза. Алекс также оставался в его объятиях, посапывая ему в плечо. Его руки обнимали Майлза поперёк живота, не задевая раненные рёбра, а ногами он полностью оплёл ноги Майлза. Его дыхание было глубоким и размеренным. Ресницы Алекса трепетали, а мягкие пухлые губы, хоть и все еще в ссадинах, были приоткрыты. Несмотря на множественные кровоподтёки на лице, расцветающие уже всеми оттенками космического фиолетового, лицо Алекса было нежным и умиротворенным. Он чувствовал себя в безопасности в руках Майлза. И Майлз вдруг отчетливо понял, что он должен сделать. Осталось лишь найти способ. Полюбоваться мирно спящим Алексом, иногда причмокивающим на особо сладких моментах сна, удалось всего лишь с десять минут. Послышался характерный звук двигателей и шин, скребущих по подъездной дорожке. Алекс тут же встрепенулся, поднимая голову. — Одна из них точно Мишель, — у Алекса всегда был хороший музыкальный слух. — На счет второй не уверен. Что-то тяжелое, но не такое громоздкое, как внедорожник. Майлз привстал на кровати, впрочем, не выпуская Алекса из объятий. Если их приехали добить, то смысла прятаться в летнем домике или бежать по незнакомой пустующей в это время года местности было бесполезным занятием. Впрочем, машины подъехали ближе. Двигатель одной был заглушен. Но дальше было тихо. Пока не послышался двойной стук в дверь. Но не последовало каких-то окриков или другого привлечения внимания. Еще через две минуты второй автомобиль отъехал от дома. — Нужно посмотреть, что там, — Алекс уже начал вставать с кровати, как Майлз притянул его обратно. — Подожди, Ал, мне нужно сказать тебе одну вещь, — Майлз обнял Алекса, оглаживая израненное лицо. — Я убью Дэвида. Если ты против, то я попрошу тебя не мешать, я всё равно сделаю это. Твой отец не оставит тебя в покое, он уже пытался тебя убить. — Майлз, я не буду против, наоборот, помогу тебе, — Алекс накрыл его ладонь на своей щеке. — Мы вместе, помнишь? Теперь и навсегда. — И навсегда, — Майлз поцеловал кончик носа Алекса. — Надо открыть дверь. Когда Майлз подошел к двери, то услышал, как Алекс пришлепал к нему, волоча за собой шлейф из одеяла. Ему нравилось так заворачиваться для тепла и комфорта. Открыв дверь, их обдало холодным воздухом. Погода стояла пасмурная, с моря надвигались совсем черные грозовые тучи. Но внимание обоих мужчин было приковано к Мустангу ’73 года. Те же белые полоски, черный глянцевый корпус, массивный капот и серебристые диски. Да, действительно это была Мишель. — Я думал, придется искать новую в качестве подарка тебе на день Рождения, — на эту фразу Майлз обнял Алекса, поцеловав в висок. — Странно, что нам её вернули, не находишь? Тут Алекс внезапно наклонился, подбирая с крыльца большую деревянную шахматную шкатулку. Отогнув крючки-держатели, он открыл её. Содержимым оказались отнюдь не пешки, ладьи и кони, а два двухствольных пистолета «Second Century», толстая пачка денег, записка и кольцо Алекса. Он тут же поспешил надеть его. Конечно, он почувствовал, как кольцо стянули с пальца еще в баре, выкидывая на улицу. Но он старался не говорить об этом Майлзу, а тот, даже заметив, считал это совершенно неважным сейчас, когда они на волосок от смерти. Майлз подцепил кольцо из коробки, надевая его на палец Алекса. Нежно целуя губы Алекса мгновением позже. Поцелуй с привкусом крови, как в прямом, так и эфемерном смыслах. В записке было лишь одна фраза «Ora è il tempo della vendetta». — Я думаю, после этого мы будем по-настоящему свободны, — Майлз завёл Алекса в дом, притворяя за ними дверь. — Они вернули то, что принадлежало нам, дали оружие и, как я пониманию, координаты, — он взял один из пистолетов, взвешивая в руке. — Twenty Eleven, сдвоенный кольт. Оружие Бонда, изобретенное в Италии. Красиво. — И удобно, — Алекс взял второй пистолет. — Я последний раз стрелял лет десять назад — чуть больше шансов попасть в цель. Уже к вечеру, когда солнце снова заходило за горизонт, а они оба успели поспать еще пару часов, и не забыли оставить достаточную сумму в конверте с запиской о случившимся на кухонном столе, придавив тяжелой подставкой для соли и перца. Алекс дописал свой номер телефона, если суммы не хватит или возникнут вопросы. Они позаимствовали еще спортивную одежду. Это оказались два поношенных черных спортивных костюма. Алексу он был великоват, но это было удобнее его промокших и пропитанных песком и морской водой вещей. В записке действительно были координаты и место нахождения Дэвида Тёрнера на ближайшие два дня. И были написаны гарантии. Кровь за кровь. Они будут независимы, непричастны, но уважаемы криминальным миром. Никто не тронет их, если они не будут претендовать на место донов или часть бизнеса. Некриминальная сторона бизнеса отца Алекса будет передана ему или продана, а сумма переведена на счёт сына. Это было идеальным исходом событий для них. Оба не могли сказать про себя фразу: «Сколько я себя помню, я всегда хотел быть гангстером». Так что начать жить заново в другой сфере было подходящим исходом. Яхта Дэвида была заякорена в ближайшей гавани чуть севернее пролива Па-де-Кале. Вряд ли там можно было оставлять яхту, но возможности старшего Тернера сейчас были по истине безграничными. Охраны на самой яхте насчитывалось около дюжины человек, членов экипажа еще восемь, четверо особо приближённых гостей и сами молодожёны. Что ж, главной задачей оставался лишь отец Алекса. Остальные лишь будут препятствиями. До указанных координат они добрались уже совсем затемно. Не доехав чуть больше километра до причала, Майлз припарковал мустанг на обочине. Взяв с собой лишь оружие и дополнительные магазины патронов, они добрались до небольшого временного причала. Майлз разбирался в лодках никак, от слова совсем. Он примерно представлял расположение кают внутри, но совершенно не был уверен, где искать нужную. Подкравшись чуть ближе, Майлз, как и Алекс, одновременно поняли, что на борту что-то случилось. 

Стоял переполох. Пара человек носились по верхней палубе, тут же сбегая вниз. Послышалось несколько выстрелов. Майлз потянул Алекса вниз, намекая прижаться к траве. Он не был чертовым секретным оружием Её Величества, так что геройствовать тут было бессмысленно. Кипиш на яхте не утихал еще с полчаса. Затем команда, точнее то, что от неё осталось, была выстроена на борту. Ряды охранников также поредели. Наконец, на палубу вышел сам Дэвид. — Я не буду спрашивать, как это произошло, — в руке он держал массивный серебристый в лунном свете револьвер. — Я лишь спрошу каждого из вас, — он обвел присутствующих дулом оружия, — что он сделал, чтобы этого не допустить. Тут он навел револьвер на дрожащую девушку, по форме - уборщицу. Когда на вопрос «Что ты сделала, чтобы не убили моих друзей и охрану?», она не смогла выдавить ничего, кроме слёз, прогрел первый выстрел. Прижавшись к холодной земле, покрытой остатками травы, Алекс стиснул пальцами плечо Майлза. При каждом следующем выстреле, коих прогремело на три перезаряда барабана револьвера, хватка Алекса лишь крепла. Следующим на очереди был один из свиты охранников Дэвида. — Какого хрена ты делал, когда эта сучка выбралась из каюты, — он подошёл ближе, подставляя револьвер ко лбу мужчины. — Молчишь?! Еще один выстрел и глухой звук падения тела. — Ты же официант, да? — этот вопрос был адресован следующему в очереди. — Так вот, гарсон хренов, почему не остановил эту девку, когда она перестреляла моих друзей за покером? И ещё один труп был на палубе. После такого допроса из охраны остались двое, а из команды лишь капитан. Да, здесь создавались идеальные условия для Вендетты. Дэвид ушел вниз, а оставшиеся в живых, начали сгружать тела на корму. Из каюты начала доноситься музыка. Медлить было нельзя. «Сначала охрана, потом Дэвид. Прикрывай меня» шепнул Майлз, прежде чем трусцой побежать по настилу к лодке. Как только первый охранник заметил его, раздался выстрел, тело упало. Оглянувшись на своего напарника, второй охранник только собирался поднять оружие, как Алекс уже успел выстрелить и попасть в грудь, задевая сердце. Вообще, Майлз не планировал убивать капитана, так что он просто кивнул ему на выход, но тот потянулся к пистолету, запрятанному за поясом. Позади Майлза раздался еще один выстрел, а тело также упало на деревянный настил. Алекс хорошо прикрывал. Спускаясь к каютам, где музыка не утихала, Майлз старался прикрыть собой Алекса, бесшумно следующего за ним. Пол и стены небольшого узкого коридора были залиты кровью. Брызги артхаусно раскрашивали панели из темного дерева. Несколько тел лежали прямо по середине коридора, закрывая весь проход. Им пришлось буквально перелезать через особо крупных. Пробираясь все дальше, Майлз открывал каждое помещение у них на пути. Но там лишь были обычные комнаты, почти каждая с несколькими трупами внутри. Наконец из самой дальней каюты раздался скрипучий голос: — Ну что там? Я кого-то не добил? Но Майлз уже толкнул дверь, пытаясь примерно предположить по голосу, где его обладатель. Дэвид был ровно по центру на своей кровати. У него на коленях был серебряный поднос, с нескольким белыми дорожками порошка. Рядом на кровати лежала Алекса, вокруг нее ореолом расползалось кровавое пятно. Наверное, Дэвид успел снюхать достаточно для того, чтобы даже не потянутся за револьвером, оставленным на тумбочке. Он лишь невидящим взглядом смотрел в дверной проем каюты. Может Майлз и хотел сказать пафосную фразу прощания или что-то вроде этого, но Алекс просто выстрел два раза. Всаживая четыре пули: две в голову и две в грудь. С этим было покончено. Пока Майлз пытался оглядеться и оценить безопасность обстановки, Алекс подскочил к Алексе. Та была еще жива, но жизнь ускользала от нее вместе с вытекающей кровью. «… пришила…этх..мразей» Алекса просипела это, когда увидела перед собой лицо Алекса. «Ты победила, Лекс, ты умница» Алекс начал успокаивающую мантру, пытаясь в это время найти место ранения. — Алекс, нам нужно уходить отсюда, — Майлз подошел к ним, проверяя едва ощутимый пульс девушки. — Лекса, смотри на меня, ладно? Мы выберемся отсюда, моя машина совсем рядом, я подгоню ее, а ты побудешь с Алексом, расскажешь ему, как ты пришила этих тварей, договорились? Не став ждать ответа, Майлз подхватил девушку, одетую лишь в шелковую ночную сорочку, пропитанную насквозь кровью. Когда они выбрались на причал, то к своему удивлению заметили небольшую машину—универсал «скорой помощи» образца 80-х годов прошлого столетия. Несколько мужчин в шляпах и черных пальто стояли вокруг. 
Двое сразу подскочили к Майлзу, забирая девушку, перекладывая на носилки и погружая в машину. — Синьор Кейн и, как я полагаю, в самом скором времени тоже синьор Кейн, с вами приятно иметь дело, — мужчина пожал им обоим руки, вкладывая Майлзу ключи от автомобиля. — Негоже такую красавицу оставлять на обочине, — Алекс протянул было руку с пистолетом на ней. — Это там вам подарок на свадьбу. Чангретти не нарушают договоренностей и данных обещаний. Отныне вы не связаны с мафией для полиции, а в самой мафии вы под протекцией. Вас не тронут. Вы свободны. Дотронувшись до края шляпы и отвесив почти незаметный поклон, мужчина развернулся по направлению к таким же чёрным и статусным автомобилям. Майлз взял Алекса за руку, уводя в сторону припаркованной чуть дальше Мишель. Им наконец-то можно ехать, они свободны.