SNUFF

Глава маленькая, но продолжение будет скоро. Всё немного скомкано, но, надеюсь, вы все поймёте чувства Акиры. POV AKIRA Прошёл год. Стрелки, безжалостно двигаясь, напоминали о том, что всё дальше уходило то время, когда я был с Хиро. Последняя пара, по закону подлости, была самой нудной и вёл её самый нудный профессор, Наото-сан. Он рассказывал о чём-то, на что всем было плевать. И, когда прозвенел звонок, не обратил на него никакого внимания и продолжал свою ненужную лекцию. А на лекции нас задержали очень некстати. Я ёрзал, снова посмотрел на часы, стрелки которых так хотелось остановить. А ещё лучше передвинуть назад. Чтобы сегодня у меня не могло быть поминальной церемонии по другу. Церемония должна была начаться через пол часа. Я бежал по лестнице, прикидывая, за сколько мы успеем доехать и как незаметно прошмыгнуть, если мы вдруг опоздаем.. –Акира! Койю встретил меня в дверях. –Что? Какого чёрта ты до сих пор не собран? –Акира, нам надо поговорить! –Не сейчас. –Нет, сейчас! –Койю! –прикрикнул я. Я надевал чёрную рубашку. А Койю, кажется, и не думал одеваться. Он же весь день был дома. Неужели не мог одеться за это время? –Ко, иди оденься и вызови такси пожалуйста. Нам надо ехать, мы не можем опоздать, – протараторил я. Койю кивнул и пошёл в комнату одеваться. Через несколько секунд я услышал, как он вызывает такси. *** –Я звонил тебе, – капризно протянул Койю, как только мы сели в такси. –Извини, звук выключил. –Мог бы и перезвонить. –Ко, я торопился, ясно? –Ребята, нехорошо братьям ругаться в день поминальной церемонии родителей, – встрял таксист. Мы замолчали. Койю окинул таксиста взглядом и сказал: –Мы не братья. И едем не на поминальную церемонию родителей. –Почему же… –Это поминальная церемония нашего друга. Он умер в прошлом году, – тихо произнёс Койю, а затем отвернулся от меня и уставился в окно. Солнце сияло, кажется, слишком ярко. В такси было жарко, да и костюм был довольно плотный. Хотелось дождя. Чтобы плакало небо. Когда мы подъехали к храму, до церемонии оставалось ещё десять минут. Я расплатился. –А я знаю вашего отца, Сузуки-сан, – вдруг произнёс он. –Спасибо! – быстро произнёс Койю и вытолкнул меня из машины. Когда мы подходили к храму, он сказал мне: –Не беспокойся об этом. Мы зашли внутрь. Койю глубоко вздохнул. В его глазах не было слёз всю церемонию, но в них была пустота и разбитость. Я коснулся рукой его плеча, он слабо улыбнулся и произнёс: –Акира, ты должен находить в себе силы жить. Так, как это делал Хиро. Поэтому, давай улыбаться почаще? Я смог лишь кивнуть. Наворачивались слёзы, но я удержался от них. *** Я ждал своего времени приёма. Рядом со мной сидел Юу, который своё обследование уже прошёл, но решил дождаться меня. –Ты можешь ехать домой, – в который раз предложил ему я. Он улыбнулся. –Нет, Аки, я подожду тебя. И хватит спрашивать, а то у меня ощущение, что сегодня, из-за того что я слишком резко затормозил, ты получил какую-то серьёзную травму и теперь играешь в автоответчик. –Извини. Наконец двери кабинета отворились, и оттуда вышла пожилая женщина. Как только я подошёл к кабинету, и Итсуми-сан поздоровался со мной, она с сожалением произнесла: –Такой молодой. А уже проблемы с сердцем. Я вздрогнул. Почему-то вспомнились похороны Хиро, завертелись слова, пророненные им когда-то… «Уйди, Акира, уйди, пожалуйста! Мне надоело сожаление в твоих глазах!» «Я не хочу больше бояться, Акира. Каждый раз, когда я вижу тебя, я начинаю бояться за своё будущее!» «Акира, я люблю тебя и Койю. Но» –Акира! – услышал я крики Ицуми-сана и Юу, когда почувствовал слабость во всём теле и упал. *** –Тебе стоит остаться сегодня в больнице, Акира-кун, – произнёс Ицуми-сан, как только я пришёл в себя. –Нет, я в порядке. Я поеду домой, завтра надо в академию, а ещё новый ролик, и Койю будет волноваться…. –На лекции тебя с утра проводит Юу-кун, Койю мы уже позвонили, а ролик твой никуда не уйдёт из-за ночи, проведённой в больнице. –Но… –Акира, ты потерял сознание. Сегодня ты должен побыть здесь. А завтра решим. –Но вы же сказали… –Не беспокойся, Акира, – Юу похлопал меня по плечу, а затем улыбнулся и мне сразу стало спокойнее. Ицуми-сан измерил моё давление, затем дал какие-то таблетки. –Значит, решили? – спросил он у меня. Я кивнул. –Отлично. Юу-кун, привези Акире всё, что ему понадобиться из вещей, пожалуйста. И захвати зонтик, завтра будет дождь. «Мой папа всегда следит за погодой. Всё потому, что, когда я был маленьким, я бегал по улице в дождь без зонта и сильно заболел. С тех пор мой папа всегда следит за тем, чтобы у меня был зонт». Я улыбнулся. Казалось, я даже слышал голос Хиро. –Аки? –Да? –Я съезжу за вещами и вернусь, хорошо? –Да. *** Ночью я никак не мог заснуть. Я встал с постели, покинул палату и долго шатался по коридорам, пока не заметил высветленную макушку. –Таканори? – спросил я. Он вздрогнул и обернулся. В глазах у него были слёзы. Я подбежал к нему. –Ты чего? Он замотал головой, затем прижался ко мне, как ребёнок. В коридоре было тихо. Слышны были лишь его тихие всхлипы, да отголоски сериала, который смотрела дежурившая медсестра. –Таканори…– прошептал я. Я вдруг понял, как сильно соскучился по этому странному парню, которого так плохо знал. –Пошли, –тихо произнёс он, взял меня за руку и повёл в свою палату. Он включил ночник и сел на кровать. Я сел рядом. Вдруг он засмеялся и рухнул на кровать. Я не знал, как реагировать мне, поэтому просто сидел рядом. –Знаешь, я такой глупый. Сегодня я думал о том, что когда я умру, я не увижу больше этих коридоров. И заплакал. Представляешь? Я плакал из-за больничных коридоров, –он особенно выделил последнее предложение. Я прилёг рядом с ним. –Почему ты думаешь, что это ненормально? Один мой друг сказал когда-то, что скучает без звуков приборов, которые сообщают показатели жизнедеятельности. –Он лежал в этой больнице? –Он умер в этой больнице, – как-то само вырвалось, и я тут же пожалел. Я боялся, что напугаю его. Но Таканори лишь внимательно посмотрел в мои глаза и сказал: –Когда мне было пятнадцать и я лежал в больнице в своём родном городе, в одной палате со мной жил ещё один мальчик, Рё-кун. Он был весёлым и играл на гитаре по ночам. Медсёстры прибегали, а мы с ним прятали гитару и притворялись, что спим. А потом ему делали операцию на позвоночнике, что-то пошло не так и он умер там, на операционном столе. Мне сначала не говорили, но одна пожилая медсестра плакала и молилась за него. Представь, какого мне было, когда в её молитве я услышал его имя? Он замолчал, как будто давая мне время представить, что он чувствовал. Затем он продолжил: –Но разве жизнь и смерть не идут рядом? Я часто думаю об этом. Особенно когда лежу здесь. Особенно когда хожу по этим коридором. И я буду скучать… –Ты же не умрёшь, Така? – выпалил я. Он улыбнулся: –Умру, все же умрут. –Но это ещё не скоро, да? – я заглянул в его глаза. –Не скоро, – произнёс он с небольшой паузой. Он вздохнул. Затем улыбнулся и сказал: –Моя болезнь, Акира, необычная. Её нет в медицинских справочниках и словарях да и названия у неё нет. Иногда я думаю, почему она выбрала именно меня? Но на этот вопрос нет ответа. Поэтому я думаю, что мне не стоит тратить время на мысли о жестокой судьбе. И уж точно не стоит скучать по коридорам, понимаешь? Я кивнул. Он приблизился к моему лицу и поцеловал меня. –Ты мне очень нравишься, Акира, – прошептал он. Я притянул его к себе ближе, и всю ночь мы с ним целовались. Под утро он уснул у меня на груди. Я аккуратно выбрался, уложил его и накрыл одеялом. Он улыбнулся сквозь сон. Я поцеловал его в щёку и покинул палату. Восемнадцатая. Вчера ночью я этого не заметил. –Пожалуйста, пусть с ним всё будет хорошо, – произнёс я тихо, хотя в коридоре и так никого не было.