BlackCamp

      Она слышала лишь шелест травы и едва различимое щебетание птиц, пролетающих над её головой. В какой-то момент ей даже показалось, будто все остальные звуки внезапно исчезли из этого мира, попросту затерялись где-то вдалеке, растворившись в оглушительном шорохе зелени, прохладной и всё ещё влажной от росы. Лили закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на звуке. Вероятно, шесть утра — не самое подходящее время для того, чтобы лежать на газоне, раскинув руки в стороны, но разве во взрослой жизни для этого вообще есть подходящее время?       В детстве она часто лежала под раскидистой ивой в Равенскорт парке вместе со своим лучшим другом. Они могли подолгу рассматривать облака сквозь ветви дерева и болтать обо всём на свете. Темы разговора никогда не заканчивались, и ей это правда нравилось. И всё же порой она позволяла себе закрыть глаза и прислушаться к тому, что происходит вокруг. Равенскорт — один из немногих парков в Хаммерсмите, потому посетителей там всегда было очень много. Она вылавливала обрывки диалогов проходивших мимо людей, шорох их шагов на гравийной дорожке, плеск воды, когда кто-то кидал камень в небольшое озеро поблизости, собачий лай, крики детей, доносившиеся с игровой площадки, и шелест ивовых ветвей. Обычно в такие моменты Северус замолкал, вероятно, думая, что она задремала. Конечно, ей не хотелось обманывать лучшего друга, но лишь эти мимолётные мгновения позволяли почувствовать себя частью этого мира. Вероятно, сейчас посетителей там стало гораздо больше… Хотя она не могла знать этого наверняка, ведь не была там вот уже несколько лет. И почему только она опять вспомнила о Северусе?       И всё же в одном Лили была уверена как никогда: в то время шелест листьев не был таким громким. Обилие посторонних звуков не позволяло сосредоточиться на чём-то конкретном. Зато теперь поблизости не было ни души: обитатели замка по-прежнему спали, за исключением, разве что, Джеймса, должно быть, ушедшего на пробежку. Вообще-то Лили надеялась застать его этим утром, но комната парня оказалась пуста. Впрочем, если это её и огорчило, то, разве что, совсем немного. В конце концов у них не было особой причины для встречи в столь ранний час. Она и сама толком не понимала, что побудило её променять ужасно удобную кровать на лужайку под окнами Зимнего сада, но ни капли не жалела об этом решении. По крайней мере сейчас Лили могла немного расслабиться и наконец почувствовать себя чуточку лучше.       Вчерашний разговор с Доркас оказался для неё более значимым, чем могло бы показаться на первый взгляд. Она вдруг осознала, что впервые озвучила свои чувства к Джеймсу. До этого она говорила лишь о том, что между ними «что-то происходит», но ни разу не сказала, что он ей действительно нравится. Возможно, для кого-то это было не так критично, но Лили не привыкла разбрасываться словами, из-за чего придавала этому событию огромное значение. До сих пор признание в любви из её уст слышала разве что Марлин. В голове вдруг промелькнул образ бывшего парня, часто злившегося на неё из-за того, что она никогда не говорила, что любит его. Она неоднократно пыталась объяснить, что подобные высказывания — не пустой звук, и ей не хочется их обесценивать, но он лишь всё больше раздражался. В конце концов это и побудило её к разрыву отношений. Вернее, стало одной из его причин.       Лили полночи не могла уснуть, размышляя о том, что именно она чувствует к Джеймсу Поттеру. Очевидно, он был ей симпатичен, иначе бы она не испытывала к нему такого влечения. Более того, она всё же признала, что он ей нравится, но была ли она в него влюблена? Да и как вообще отличить симпатию от более сильного чувства?       — Неужели принцесса ждёт, когда прекрасный принц разбудит её поцелуем истиной любви? — голос Джеймса раздался слишком внезапно. Лили настолько погрузилась в собственные мысли, что даже не услышала его шагов.       — Вообще-то это немного странно, тебе так не кажется? — она распахнула глаза и посмотрела на возвышающегося над ней парня. — Во всех сказках говорят про «поцелуй истиной любви», и при этом в большинстве случаев принц и принцесса совсем ничего друг о друге не знают. Разве это вообще можно назвать любовью?       — Никогда не думал об этом с такой точки зрения, — Джеймс опустился на землю рядом с ней и поправил очки.       — Сам посуди, — Лили повернулась набок: ей хотелось видеть реакцию парня на её рассуждения. — Принц из «Золушки», у которого даже имени нет, видел её всего раз, но даже лица не запомнил, зато сразу захотел жениться. А в «Спящей красавице»? Аврора вообще полюбила Филиппа лишь из-за того, что он ей приснился! Она даже имя своё ему не сказала, но спустя минуту после знакомства пригласила домой. И это я даже не говорю про оригиналы этих сказок, там всё ещё хуже!       — Хочешь сказать, что не веришь в любовь с первого взгляда? — он усмехнулся.       — Я… я не знаю, — честно призналась она. — Неделю назад сказала бы, что не верю, а теперь уже сомневаюсь. Просто «любовь» — это слишком сильное слово, как по мне. Она не может так сразу возникнуть из ниоткуда, для этого нужно провести вместе хотя бы какое-то время, пообщаться, узнать друг друга получше.       — А что, если я скажу, что знаю тебя достаточно хорошо, чтобы успеть влюбиться?       — Полагаю, ты скажешь неправду, — Лили отвела взгляд. Слова Джеймса её порядком смутили.       — Надеюсь, я смогу доказать, что ты ошибаешься, — он выглядел уж слишком расслаблено, словно этот разговор совсем его не беспокоил. Разве можно говорить такие вещи с такой уверенностью в голосе?       — Я тоже, — едва слышно прошептала она, надеясь, что Джеймс этого не услышит.       Она вновь повернулась на спину и закрыла глаза. Этот разговор вызывал в ней тревогу: ей было не по себе из-за того, что она начала влюбляться в человека, которого даже узнать толком не успела. По сути ей нравился тот образ парня, который она сама себе придумала. Нет, несомненно, она убедилась в том, что он отвечает за собственные слова, и прекрасно знала, что на него можно положиться. И всё же Лили почти что физически ощущала, как страх расползается по всему телу липкой густой массой.       Ей стоило задать Джеймсу примерно тысячу вопросов, расспросить его буквально обо всём: о его прошлом и планах на будущее, о его мыслях, чувствах, переживаниях, об учёбе, о родителях в конце концов! Она должна была узнать парня намного лучше, прежде чем соглашаться на отношения с ним. Как же безрассудно она поступила! А ведь только вчера она сказала Доркас, что он ей нравится и что она не жалеет о том, что они стали парой в столь короткий срок. Так почему же сейчас ей казалось, что она допустила страшную ошибку? Проблема была явно не в парне: Джеймс Поттер был и вправду хорошим. Конечно, он облил её кофе в их первую встречу, но это была простая случайность, к тому же он за это уже извинился…       — Ты в порядке? — от звуков его голоса почему-то всегда становилось чуточку лучше.       — Да, просто задумалась, — Лили с трудом выдавила улыбку.       — А если серьёзно?       — Нет, правда, — она привстала, опёршись на локоть и прикрыла глаза ладонью в попытке спастись от ослепительных солнечных лучей. Лили терпеть не могла врать близком людям, но порой других вариантов не оставалось. Хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы избавиться от необходимости обсуждать чувства, в которых она никак не могла разобраться. Эванс могла лишь надеяться, что рано или поздно сумеет остановить эмоциональных качели, созданные ей же самой.       — И что же тебя так тревожит? — он выглядел и впрямь заинтересованным, из-за чего Лили почувствовала себя самой настоящей обманщицей. Он наверняка смог бы убедить её в том, что всё в порядке. Она не сомневалась, что Джеймс смог бы найти подходящие слова, чтобы избавить её от этого всепоглощающего чувства тревоги.       — Я подумала о вечерних посиделках у костра, — это не было ложью, она действительно всё ещё волновалась из-за того, что ей, вероятно, придётся слушать все эти страшные истории. — Я вообще-то совсем не люблю ужасы. Мне приходилось смотреть хорроры с Марлин. Не то чтобы я делала это по своей воле, но разве ей откажешь? Каждый раз мне казалось, что у меня сердце остановится. А она ещё удивлялась, почему я не могу уснуть и ей мешаю, как будто в этом не было её вины!       — Ох, прости, я этого не знал, — Джеймс смущённо опустил взгляд, точно считал, что в её переживаниях был виноват именно он. — Ты же знаешь, что можно будет в любой момент вернуться в замок? Если хочешь, я уйду с тобой. Уверен, ребята смогут присмотреть за нашим отрядом.       — Спасибо, конечно, но это как-то неправильно, — она покачала головой. — Мы же их вожатые, если никто из детей не захочет покинуть мероприятие, то и нам следует остаться вместе с ними. Девочки очень расстроятся, если мы оставим их одних, да и Лукасу это точно не понравится.       — Пожалуй, в этом ты права, — Поттер задумался, по привычке запустив руку в спутанные чёрные пряди. — Хорошо, я что-нибудь придумаю, просто доверься мне.       Довериться? Снова это слово, вызывающее в ней необъяснимое отторжение. Какое-то время Лили казалось, что она смогла разобраться с этой проблемой: несмотря на все сложности, она обсудила свои тревоги с Римусом и искренне полагала, что этого будет вполне достаточно. И всё же единственным человеком, которому она безоговорочно доверяла, помимо родителей, по-прежнему оставалась Марлин МакКиннон.       Лили кивнула. Она была не в силах произнести ни слова, однако Джеймса это, похоже, ни капли не смутило. Наверное, он и вправду ей поверил. Всё же у него не было ни единой причины, чтобы усомниться в её словах. Внезапно захотелось бросить всё и сбежать, желательно так далеко, чтобы её никогда не смогли отыскать. Она вновь подумала о том, как часто притворялась спящей, чтобы избежать разговора с лучшим другом, а ведь тогда всё было намного проще.       — Знаешь, моя сестра вышла замуж пару дней назад. А я об этом даже не узнала бы, если бы мама не отправила фотки. Она сказала: «так жаль, что ты не смогла приехать». Я сначала не поняла, что она имеет в виду, даже не смогла придумать, что ей ответить. Как оказалось, Петунья сказала ей, будто в Нью-Милтоне какая-то авария, из-за которой на пару дней отменили все поезда. Я поверить не могу, что она солгала нашим родителям лишь для того, чтобы не приглашать меня на свадьбу!       Джеймс, вероятно, не смог подобрать подходящие к данной ситуации слова, и Лили его за это не винила. Когда она сказала об этом Марлин, та даже не попыталась скрыть своё негодование, выражавшееся, по большей части, в нескончаемом потоке весьма нелицеприятных фраз в адрес Петуньи, несмотря на все попытки Лили успокоить подругу. Едва ли Джеймс мог позволить себе нечто подобное. Он поправил очки и посмотрел ей прямо в глаза, словно рассчитывал найти там какую-то подсказку. Лили почувствовала, как подступают слёзы. А ведь она обещала себе не плакать!       Она отвернулась от парня, склонившись к шнурку, готовому вот-вот развязаться. Это было очень кстати: по крайней мере не пришлось придумывать предлог, чтобы уйти от разговора. Что же с ней происходит? Почему она раз за разом совершает столь опрометчивые поступки, которым сама же не может найти логичное объяснение?       Лили не сразу поняла, что именно она почувствовала первым: руки парня, сжавшие её в объятьях или его запах. Мускусный запах пота, смешанный с пьянящим ароматом корицы, подействовал на неё мгновенно. Не так давно она наткнулась на статью о влиянии мужского пота на эмоциональное состояние женщин, написанную учёными из Нортумбрийского университета несколько лет назад. Это никак не относилось к её учёбе, но почему-то она сочла эту тему весьма интересной. В статье говорилось о том, что при детальном химическом анализе частиц мужского пота специалисты выявили в их составе компонент — андростадиенон, производный от тестостерона, летучие молекулы которого способны влиять на выработку окситоцина у женщин, а также улучшать их настроение и повышать сексуальное возбуждение. Неужели её чувства к Джеймсу — всего лишь результат влияния гормона привязанности? Но ведь к своему бывшему парню она не чувствовала даже десятой доли того, что испытывала к Джеймсу.       Парень до сих пор не произнёс ни слова. Лили чувствовала его дыхание где-то в районе затылка. Она закрыла глаза, ощущая, как расслабляется тело. Ей и впрямь стало гораздо легче. Дыхание постепенно выравнивалось. Тревога отступала.       — Кажется, ты мне правда нравишься…       — Ого, — Джеймс слегка отстранился и склонился, чтобы заглянуть в лицо девушки. — Тебе стоило тысячу раз подумать, прежде чем сообщать мне столь ценную информацию. Теперь ты от меня точно не отвертишься!       — Да ну тебя! Я ведь серьёзно! — она обернулась и слегка нахмурилась в попытке скрыть смущение.       — И я серьёзно, — в медово-карих глазах не было ни намёка на шутку. — Я ведь уже сказал, что влюблён в тебя. Ты же не думаешь, что я буду шутить по поводу своих чувств? — его взгляд опустился к её губам. — Знаешь, почему-то у меня такое ощущение, словно это был один из самых важных разговоров в моей жизни.       Она лишь улыбнулась, безмолвно согласившись с его предположением. Слова в данной ситуации казались совершенно лишними. Парень вдруг прикоснулся губами к её виску, оставил поцелуй на щеке, после чего чмокнул её в уголок губ, заставив Лили рассмеяться. И как только у него получается вызывать у неё улыбку даже тогда, когда, казалось бы, для этого нет ни единой причины?       — Идём? — Лили оставила на губах парня невесомый поцелуй. — Мне ещё нужно успеть заскочить к Марлин, прежде чем идти будить девчонок.       — Ага, а я как раз успею сходить в душ, — парень резво вскочил на ноги и протянул девушке руку, помогая подняться. — Кстати, готов поспорить, что Марлс сегодня ночевала у Сириуса. Бродяга до сих пор не прочитал моё вчерашнее сообщение, а этому может быть лишь одно объяснение.       — Хм, вообще-то я планировала одолжить у неё шорты, — Лили задумчиво почесала подбородок. — Ладно, попробую до неё дописаться. Хотя, если подумать, она мне для этого не особо нужна. Комнату она всё равно никогда не запирает…       — Совсем как Бродяга, — усмехнулся Поттер. — Такое ощущение, что у них уж слишком много общего, тебе так не кажется?       — На днях я сказала ей тоже самое, — она согласно кивнула. Внезапно в голове возник вопрос, не озвучить который было выше её сил. — Слушай, а он ничего не говорил про Марлин?       — В каком смысле?       — Ну, просто я хотела бы понять, что между ними происходит, — пожала плечами Лили, стараясь не показаться слишком уж заинтересованной. — Не хотелось бы, чтобы кто-то из них неверно оценил действия другого. Марлин иногда заносит, однако она быстро привязывается. Боюсь, как бы Блэк не разбил ей сердце.       — Слушай, я бы очень хотел сказать, что Бродяга не такой, но лгать тебе как-то не хочется. Я слишком хорошо его знаю: он для меня словно брат, — на секунду Поттер запнулся, вероятно, прикидывая, стоит ли продолжать. — Только не говори ему, что я такое сказал, но всё же мне кажется, что у Марлин шансов разбить его сердце не меньше. Несмотря на всю показуху, он не привык делиться с кем-то своими чувствами. Он редко кому рассказывает о себе, а Марлин, кажется, много чего успела о нём узнать. Не помню, видел ли я его настолько заинтересованным хоть раз в жизни. Уверен, Лунатик тоже это заметил.       — Надеюсь, у них всё образуется, — после слов Джеймса Лили стало чуточку спокойнее, однако причины для волнения всё же остались. — Вот только… Марлин не видит смысла в отношениях на расстоянии. И я, наверное, могу её понять. Всё же Сириус уедет в Кембридж, а Марлин останется в Лондоне: у неё же поступление, а ещё Лиам…       — Думаю, тебе не стоит так за них переживать. Уверен, они и сами в состоянии решить, как им поступить, — Джеймс остановился перед дверью в свою комнату и чуть крепче сжал ладонь девушки.       — Наверное, ты прав. И всё же она — моя лучшая подруга. Я очень хочу, чтобы она была счастлива.       — Я понимаю. Но некоторые вопросы им стоит решить самостоятельно. Вспомни, что случилось, когда Марлин решила «помочь» нам разобраться.       — Кхм, да уж, — Лили поджала губы. В голове пронёсся разговор с МакКиннон, свидетельницей которого случайно стала Алиса. — Хорошо, я постараюсь думать об этом поменьше.

***

      Лили никогда не сомневалась, что Марлин может быть убедительной, однако она до сих пор не могла понять, каким образом подруге удалось уговорить остальных вожатых стать моделями на время её мастер-класса по фотографии. Сам факт того, что Марлин МакКиннон решила выбрать подобную тему, её ни капли не удивил: Марлин тратила безумное количество времени, сил и памяти в телефоне на создание по-настоящему восхитительных снимков. И всё же от одной мысли о том, что Джеймс, Римус и Алиса будут позировать перед объективом, губы непроизвольно растягивались в улыбке. Самой Лили удалось избежать этой страшной участи лишь благодаря самоотверженности Поттера, который, заметив выражение её лица, предложил поменяться.       Альтернатива оказалась более привлекательной: поездка в супермаркет за всем необходимым для вечернего костра. На самом деле этим предстояло заняться Джеймсу, Сириусу, Фрэнку и Доркас, однако Лонгботтом и Медоуз предпочли остаться в замке и разобраться с поиском подходящего места на пляже и последующим его обустройством. Эта мысль показалась Лили вполне разумной, да и список покупок был не слишком-то длинным: ничего такого, с чем бы они с Блэком не справились. К тому же до ближайшего магазина «Tesco Express» с довольно приличными отзывами на Гугл-картах было чуть меньше мили. Парень не возражал дойти до магазина пешком, однако настоял на том, чтобы вернуться в замок на такси.       Она даже не удивилась, узнав, что у Сириуса в этом районе есть проверенный таксист, к которому парень и предложил обратиться. Она уже привыкла к таким заявлениям со стороны лучшей подруги. Марлин постоянно с кем-то здоровалась во время их совместных прогулок, даже когда приезжала к ней в Кембридж. Лили до сих пор поражалась её умению налаживать контакты и поддерживать со всеми хорошие отношения. Подруга всегда могла посоветовать красивое место для прогулки, кофейню с восхитительными десертами, интересную выставку или хороший ресторан, основываясь на рассказах своих бесчисленных друзей и знакомых.       — Я даже не знал, что Бенджи там, пока не увидел его перед собой с фотоаппаратом в руках! Как по мне, его вообще не должны были пускать на тусовку нашего факультета… — Лили снова рассмеялась: Блэк действительно был превосходным оратором. — Вообще-то это даже впечатляет, ну, то, что ты ни разу не слышала о Бенджи Фенвике. Мне казалось, что его знают абсолютно все в Кембридже.       — Я не часто выбираюсь за пределы нашего кампуса, — она виновато опустила глаза. После рассказов Сириуса о том, как они с Джеймсом проводят свободное от учёбы время, её жизнь казалась совсем скучной.       — А вот это меня совсем не удивляет, — сперва Лили даже опешила, слова Блэка прозвучали слишком уж грубо. — Всё же учиться в меде куда сложнее, чем на технической специальности. И ответственности у вас гораздо больше.       — На секунду мне показалось, что сейчас ты начнёшь говорить о том, насколько я скучная, — честно призналась Лили, ощутив выступающий на щеках румянец. Говорить с Блэком было не сложнее, чем с Люпином.       — Знаешь, если бы мы познакомились в школьные годы, вероятно, я бы так и сказал. У меня в то время был ужасный характер.       — В то время? — усмехнулась Лили.       — Эй! — воскликнул Блэк с притворным возмущением. — Между прочим, теперь я совсем другой человек. Сейчас у меня вообще идеальный характер!       — От скромности ты точно не умрёшь, — если бы Лили услышала подобные слова неделю назад, она бы возмутилась. Теперь же его шутки не казались ей настолько придурковатыми.       Они ещё разу не оставались наедине с самого первого дня, когда точно также, как и сегодня, отправились в магазин вдвоём, однако Лили не чувствовала себя неловко. Она вдруг поняла, что в компании Блэка ей довольно комфортно, а ведь когда впервые увидела его на вокзале, то даже хотела его ударить!       — И что такого ужасного было в твоём характере?       — Скорее всего, у Лунатика на эту тему подготовлена целая презентация! — парень пропустил девушку вперёд, как только автоматические двери магазина открылись. — По крайней мере в школьные годы он каждую неделю составлял список моих провалов, каждый мой косяк там фиксировал, честное слово!       — И всё же мне бы хотелось услышать твою версию, — улыбнувшись в знак благодарности, Лили прошла вперёд. — Мне правда очень хотелось бы узнать тебя получше.       — Что ж, пожалуй, я удовлетворю твоё любопытство, — судя по его интонации, после этой фразы следовало ожидать какое-то «но», однако, немного подумав, парень продолжил. — Как ты уже знаешь, мы с ребятами учились в частной школе-пансионе, и, честно говоря, я просто обожал это место. И дело тут вовсе не в том, что мне нравилось учиться. Вообще-то уроки всегда казались мне скучными: я часто прогуливал, а домашку обычно списывал у Лунатика, — Блэк улыбнулся, закинув в тележку несколько упаковок растворимого шоколадного напитка «Galaxy». — И всё же школа стала для меня настоящим домом. Оказавшись там, я впервые почувствовал себя свободным.              Блэк окинул её пристальным взглядом, точно пытаясь понять, можно ли ей доверять. До сих пор Лили ни разу не задумывалась, насколько выразительными могут быть серые глаза. На секунду ей даже показалось, словно он пытается прочесть её мысли.       — У меня не слишком хорошие отношения с родственниками, — вдруг произнёс он, не отводя взгляда от её лица.       — Мне казалось, вы с дядей довольно близки, разве нет? — Лили нахмурилась, не совсем понимая, что парень имеет в виду. Взгляд Блэка тут же смягчился.       — Я имею в виду родителей. Ну и, вероятно, младшего брата, — парень пожал плечами, словно в его словах не было ничего особенного. — Моя мать, как бы это сказать? Довольно консервативная особа, уверенная, что всё должно быть так, как она скажет. Проблема в том, что её аристократические замашки в двадцать первом веке выглядят, на мой взгляд, просто нелепо. Она с самого моего рождения пыталась контролировать каждый мой шаг, ведь я старший сын, а, следовательно, «наследник рода», — Сириус скривился, изобразив пальцами воздушные кавычки. — Разве это выражение до сих пор используется? Ладно, сейчас это не так важно… Я к тому, что в школе никто и не думал за мной следить. Нет, конечно, за нами присматривали, но для меня это стало настоящим глотком свежего воздуха. Поначалу мать присылала письма, иногда звонила на стационарный телефон в кабинете директора. Я ненавидел эти разговоры! Каждый раз она повторяла одно и то же: «веди себя достойно и учись усерднее, чтобы не опозорить благородное имя Блэков! Не водись со всяким отребьем, найди себе подходящую компанию». Естественно, я делал всё, чтобы вывести мать из себя.       — Прости, пожалуйста, что перебиваю, но что ты имеешь в виду под «подходящей компанией»? — Лили вертела в руках пачку маршмеллоу, пытаясь унять тревогу, возникшую из-за откровений Блэка. Разве Джеймс не говорил, что Сириус ни с кем не откровенничает, так почему же он рассказывает ей нечто настолько личное?       — Ох, это довольно сложно объяснить, — парень поджал губы. На секунду Лили подумала, что её вопрос его смутил. — Как я уже говорил, мои родители — ретрограды, каких ещё поискать. И это проявляется во многих вопросах… Кхм, короче, мои отец и мать — троюродные брат и сестра. Они очень яро защищают — знаю, звучит странно — чистоту своей крови.       — Ого… — Лили запнулась. В голове промелькнули воспоминания о мутантных рецессивных генах, о которых им рассказывали на лекциях по генетике: она до сих пор наизусть помнила формулы для расчёта коэффициента инбридинга и коэффициента отношений. Для троюродных брата и сестры коэффициент отношений составляет всего три целых и тринадцать сотых процента, но этого более чем достаточно для развития различных мутаций у общего ребёнка. И всё же ей хотелось как-то поддержать Сириуса, убедить его, что всё не так уж и плохо. — Ну, слушай, законом же не запрещено жениться на кузенах и кузинах… К тому же Чарльз Дарвин был женат на своей двоюродной сестре Эмме Вэджвуд.       — И трое из десяти его детей умерли в раннем возрасте, я знаю, — Блэк усмехнулся. В его голосе не было ни злобы, ни раздражения. Напротив, попытка Эванс его поддержать явно позабавила парня. — Для справки: я не поддерживаю их ни в этом вопросе, ни в каком-либо другом.       — Наверное, поездки домой на праздники — то ещё испытание? — Лили хотела немного разрядить обстановку, однако выражение лица Блэка ясно дало понять, что она лишь усугубила ситуацию.       — Знаешь, в школьные годы каникулы действительно были для меня адом. В начальных классах я не мог противиться воле матери. Кто же будет слушать ребёнка? Зато чуть позже мы с ребятами начали ездить друг к другу в гости. Правда, я не горел желанием звать кого-то к себе, несложно догадаться почему. Да и матушка моих друзей не одобряла, за исключением, наверное, Джеймса. Он не говорил тебе, что мы с ним состоим в родстве? — Лили ошарашенно покачала головой. На этот раз губы Блэка растянулись в лукавой ухмылке. — Вероятно, он уже и не помнит об этом. Всё же не все семьи выставляют в гостиной свои генеалогические древа, начиная со средних веков.       — Что, прости?       — Ты всё правильно поняла. В гостиной моих родителей действительно висит семейное древо Блэков. Насколько я помню, оно выполнено на гобелене в виде декоративной фрески.       — «Начиная со средних веков», серьёзно? Это вообще возможно?       — Я же говорю, моё семейство немного «того», — парень покрутил указательным пальцем у виска. — За исключением, разве что, Альфарда и моей кузины Андромеды. Они, к слову, тоже не общаются с остальной роднёй.       — Тоже? То есть сейчас ты совсем не общаешься с родителями?       — Я ушёл из дома в шестнадцать, — парень забрал из рук Лили коробку с печеньем, которую та вертела в руках последние десять минут и, бросив взгляд в список покупок, удовлетворённо кивнул. — Вроде бы, это всё. Тебе больше ничего не нужно?       Лили отрицательно покачала головой. В ушах всё ещё звучал голос парня. «Я ушёл из дома». Разве подобные вещи говорят таким спокойным тоном? Разве после подобного признания можно вернуться к списку покупок как ни в чём не бывало?       — Я точно знаю, что мать выжгла меня с того гобелена. Так было с Медой после того, как она сбежала со своим одногруппником и вышла за него замуж.       — Боже, мне ужасно жаль…       — Не стоит, я вот жалею лишь о том, что не свалил из этого ада раньше. К тому моменту, как мы с Джеймсом и Римусом поступили в школу для подготовки к поступлению в вуз, я три месяца как жил у Поттеров. Его родители — самые замечательные люди, которых мне только довелось встретить. Они, не задумываясь, предложили мне остаться у них, когда узнали, что мне некуда пойти.       — Из-за того, что вы родственники?       — Нет, совсем не поэтому. Роднёй нас можно назвать с большой натяжкой. Из-за постоянного кровосмешения моей семейки, я и сам не вполне понимаю, кто кому приходится. Если совсем уж кратко, то моя родственница вышла замуж за родственника Джеймса. Так что меня приютили исключительно по доброте душевной. Лишь благодаря Юфимии и Флимонту я понял, как должна выглядеть настоящая семья. Уверен, ты тоже их полюбишь, когда вы познакомитесь! — от слов Блэка у Лили перехватило дыхание: до этой минуты она и не думала, что ей придётся знакомиться с родителями Джеймса. — Тогда-то я и перестал вести себя как придурок. Не хотелось доставлять им проблем. Да, наверное, примерно в то время я и перестал драться с одноклассниками. Тогда же начал курить. И я прекрасно знаю, что Лунатик от этого не в восторге, хотя мне, конечно же, он ничего говорить не стал. Они с Джеймсом всегда были рядом, хотел я этого или нет.       — Ты сказал, что тебе некуда было пойти. А как же Альфард?       — Мне не хотелось его беспокоить. В тот год он пытался наладить контакт с французскими инвесторами: месяцами жил во Франции, катаясь между Марселем и Парижем. Я поддерживал с ним связь и знал, что это для него очень важно. Если бы я всё ему рассказал, он в тот же день примчался бы обратно, бросив всё, над чем трудился не покладая рук. Я не мог этого допустить, к тому же Джеймс не стал задавать вопросов, он просто сказал, что я могу на него рассчитывать и что его родители будут мне только рады. Так и вышло.       — Ты очень сильный человек, Сириус, — Лили посмотрела парню в глаза. Он выглядел удивлённым подобной реакцией. — Я рада, что ты смог с этим справиться. И рада, что у тебя есть такие хорошие друзья. И дядя, который тебя очень любит.       — Да, я тоже, — Блэк улыбнулся, и Лили заметила, что теперь он смотрит на неё как-то иначе: словно она прошла какую-то негласную проверку и заслужила его доверие. — Не хочешь выпить кофе?       — Эм, — Лили растерянно оглянулась, точно вопрос мог быть адресован кому-то другому. Конечно, против кофе она никогда не возражала, но это явно не входило в их планы.       — Да ладно тебе, Джим ничего не узнает о нашем маленьком свидании, — Сириус заговорщицки ей подмигнул. — Мы проходили мимо французской кондитерской по пути сюда. Там восхитительные пирожные, так что я бы на твоём месте согласился, не раздумывая.       — А как же покупки? — Лили указала на заставленную пакетами лавочку. — К тому же у нас осталось не так много времени.       — У нас в запасе ещё целых полчаса, а сумки мы можем отправить в замок на такси. Я напишу Фрэнку, чтобы он встретил машину. Кстати, такси я уже вызвал…       — Да уж, умеешь ты убеждать, — Лили вздохнула, покачав головой с таким видом, точно это решение далось ей тяжёлым трудом. — Ладно, уговорил, пойдём пить кофе.       — То есть ты не против свидания? — заметив суровый взгляд девушки, парень поднял руки в жесте капитуляции. — Ладно-ладно, понял, не дурак, затыкаюсь!       Кафе «Honey Cake Patisserie», о котором говорил Сириус находилось всего в трёхстах футах от магазина. Им даже не пришлось просить водителя такси, чтобы тот их подбросил. Блэк позволил Лили изучить ассортимент и, уточнив её выбор, отправил за свободный столик.       — Ваш латте с солёной карамелью и торт «малина-белый шоколад», — Сириус поставил на столик поднос с двумя чашками кофе и десертом.       — Ты не любишь сладкое?       — Люблю, но сейчас мне не очень хочется, — он сделал глоток из своей чашки. По внешнему виду напитка Лили догадалась, что парень предпочёл американо. — А вот у вас с Марлс какой-то нездоровый интерес к напиткам, от одного названия которых можно заработать сахарный диабет.       — Ничего не могу поделать, это же реально вкусно! — она не стала уточнять, что от сладкого диабета не бывает. — Ну и что ты хочешь узнать?       — Ты сразу? Без прелюдий? — Блэк вопросительно поднял брови, впрочем, совсем не удивившись её вопросу. — Хорошо, если тебе так не терпится перейти сразу к сути. Ты же не против откровенного разговора?       — Ничуть, — Лили отломила кусочек торта чайной ложкой. На вкус десерт оказался даже лучше, чем на вид: воздушный бисквит с приличным количеством пропитки, нежное малиновое суфле, ещё один слой бисквита, мусс из белого шоколада и слой малинового желе, украшенного свежей клубникой. Торт был очень вкусным, хотя выбор ягоды для декора остался для девушки загадкой. — Ты рассказал о себе, полагаю, будет честно, если я тоже удовлетворю твоё любопытство.       — Слушай, а ты начинаешь мне нравится!       — Спасибо, ты тоже оказался не так уж и плох. По крайней мере, теперь мне хочется тебя ударить не так сильно, как раньше, — обычно Лили не позволяла себе разговаривать так с малознакомыми людьми, но Блэк уж слишком походил на МакКиннон. Её ответ заставил парня улыбнуться, однако вскоре его взгляд вновь стал изучающим.       — Ты раньше состояла в отношениях?       — Да, на первом курсе я начала встречаться с одногруппником. Мы были вместе чуть больше года, однако я не уверена, что эти отношения можно назвать «серьёзными». Если подумать, у нас не было ничего общего, ну, помимо учёбы. Ему нравились тусовки, мне же было важнее сосредоточиться на занятиях. Чем больше об этом думаю, тем меньше понимаю, чего ради я вообще согласилась с ним встречаться.       — Хочешь сказать, что больше года встречалась с человеком, который тебе даже не нравился?       — Да, — Лили пожала плечами. Во всяком случае она не считала себя виноватой в чём бы то ни было. Да и Блэк не похож на человека, который стал бы её осуждать. — И, предвосхищая твой следующий вопрос, да, мы с ним спали. И, нет, мне это не слишком-то нравилось.       — А почему ты была так уверена, что я спрошу об этом? — Сириус выглядел по-настоящему заинтересованным.       — Да у тебя же на лице всё написано!       — Ну, извини, я же не виноват, что ты похожа на девственницу!       — Да в смысле? — Лили вскинула руки, на лице её отразилось недоумение. Доркас вчера тоже очень удивилась, узнав, что она уже состояла в отношениях. Неужели с ней и впрямь что-то не так? — С чего ты это взял?       — Не уверен, что смогу это объяснить. Просто со стороны кажется, что тебе не хватает опыта. К тому же ты поцеловала Джима и сбежала, после чего тупо игнорировала его существование. Вот я и сложил два и два…       — И получил пять, судя по всему, — она осуждающе покачала головой. — Ладно, проехали. Ещё вопросы?       — Да, ты сказала, что твой бывший тебе не нравился. А что насчёт Джеймса?       — Мне нравится Джеймс, — от бравады Лили не осталось и следа. Говорить про бывшего было в тысячу раз легче. Каких трудов ей стоило признаться Поттеру в чувствах, чтобы спустя несколько часов повторить те же слова его лучшему другу. Она тяжело вздохнула и закрыла глаза, собираясь с мыслями. Правильно ли она поступала, что делилась с ним такими личными подробностями? На секунду Лили представила на месте парня Марлин, с которой она могла поделиться абсолютно всем. — Сегодня утром он сказал, что влюблён в меня. Если честно, я испугалась, хотя мне было приятно это услышать. На самом деле я уже испытываю к Джеймсу чувства, которые никогда прежде не испытывала. И всё же мне сложно осознать, в какой момент симпатия перерастает во влюблённость. Он мне действительно нравится, но влюблена ли я в него? Я сразу ему сказала, что мне нужно больше времени для того, чтобы разобраться в себе и собственных чувствах. И всё же я ни капли не жалею том, что согласилась стать его девушкой, — да, теперь она и впрямь была в этом уверена как никогда.       — Как по мне, ты слишком всё усложняешь. Почему для тебя так важна разница между словами «нравится» и «влюблён»? Разве они не синонимичны?       — Я и сама толком не знаю. Мне кажется, что люди слишком часто произносят слова, не задумываясь над их значением. Это как кричать: «волк!». Рано или поздно слова потеряют свою силу. Не вижу смысла говорить о том, в чём ты не до конца уверен.       — А знаешь, мне нравится ход твоих мыслей, — Блэк задумчиво кивнул. — И ещё нравится, что ты говоришь всё, как есть. Теперь я знаю, что мне не стоит беспокоиться на твой счёт. Без обид, но я должен был выяснить, что из себя представляет человек, с которым мой лучший друг собирается связать своё будущее.       — А мне стоит беспокоиться насчёт тебя? — несмотря на совет Джеймса позволить Марлин и Сириусу разобраться самостоятельно, Лили всё же решила задать Блэку вопрос. Раз уж он позволил себе устроить допрос с пристрастием, она не останется в долгу. — Чего ты хочешь от Марлс? Что ты планируешь по отношению к ней? Ничего личного, но если мне придётся выбирать между вами, то я, не раздумывая, выберу её. Я должна знать.       — Ну, в этом я ни на секунду не усомнился бы, — Сириус не выглядел расстроенным подобным заявлением. — Говоришь, хочешь знать, что я планирую, да? Что ж, я не хотел бы терять с ней связь. Если уж говорить, исходя из твоих рассуждений, то, пожалуй, я бы сказал, что влюблён в неё. Полагаю, она испытывает ко мне те же чувства. Мы придерживаемся одних и тех же взглядов на жизнь, у нас схожие вкусы и предпочтения, а ещё, что немаловажно, потрясающий секс. Тем не менее, начинать отношения на расстоянии — довольно спорная затея. Я ни разу не пытался встречаться с кем-то, кто живёт в полутора часах от меня, и не уверен, что хочу именно этого. Да и Марлс не похожа на человека, которого такой расклад бы устроил. Наверное, я впервые в жизни не знаю, как мне следует поступить. Вообще я планировал спросить у Марлин, чего она сама хочет. Надеюсь, мы сможем найти вариант, который нас обоих устроит, — Блэк вытащил из кармана телефон и взглянул на время. — Ну что, я ответил на твой вопрос?       — Да, спасибо, — Лили залпом допила остатки кофе и вновь взглянула на парня, печатающего кому-то сообщение.       — Отлично, с вами приятно иметь дело. Полагаю, не стоит напоминать, что Джеймсу и Марлин не следует знать об этом разговоре?       — Да уж, с этим я вынуждена согласиться, — Лили поджала губы, пытаясь представить реакцию Поттера и МакКиннон. Конечно, ей бы не хотелось скрывать что-то от двух самых близких людей, но она уже дала слово Сириусу и была намерена его сдержать.       — Прекрасно! А теперь, вероятно, нам следует поторопиться: мы немного выбиваемся из графика. К слову, такси уже ожидает.

***

      В половине девятого, когда солнце почти скрылось за горизонтом, вожатые велели детям взять из комнат кофты или пледы и спуститься с ними в Зимний сад, ничего толком не объяснив. Они не впервые устраивали подопечным сюрпризы, поэтому ребята подобной просьбе не удивились. Вечер обещал быть прохладным, однако все были слишком взбудоражены предстоящим мероприятием, чтобы обращать на это внимание. Лили мерила шагами комнату в ожидании Джеймса, ушедшего проверить всё ещё отсутствующих Чарльза и Лукаса. Остальные дети из её отряда уже спустились. Заминка произошла не только в их отряде: не хватало также Сары, Оливера и, соответственно, Алисы.       — А зачем нам кофты? Мы куда-то пойдём? — Лили вздрогнула, услышав голос Дэнни. Оказалось, мальчик уже две минуты следовал за ней по пятам в попытке привлечь её внимание.       — Подожди немного и всё узнаешь, — улыбнулась она, потрепав ребёнка по голове. Присутствие детей помогало отвлечься от посторонних мыслей. Она всё ещё прокручивала в голове их с Блэком разговор, не понимая, правильно ли она вообще поступила. Стоило ли ей вообще откровенничать с лучшим другом своего парня? — О, а вот и ребята!       На лестнице и впрямь показались задержавшиеся дети в сопровождении Джеймса и Алисы. Лили встретилась взглядом с Поттером и улыбнулась. Дэнни тут же направился к Лукасу, положившему плед на стол и наклонившемуся, чтобы завязать шнурок. Чарльз увлечённо беседовал с Оливером, что несколько удивило Лили: за всё это время она ещё ни разу не видела, чтобы подопечный Алисы и Фрэнка общался хоть с кем-то, помимо Лиама и Натаниэля.       Лили огляделась: Марлин стояла в противоположной части комнаты вместе с Лиамом, Натаниэлем и Сириусом и над чем-то громко смеялась. Доркас разговаривала с Билли. Римус стоял в окружении Дейзи, Кейт, Грейс и Элизы, которые безостановочно что-то ему рассказывали, не прекращая переглядываться между собой и время от времени хихикать. Судя по всему, парня это не особо смущало. На секунду она даже задумалась о том, что вообще может смутить Римуса, но почему-то в голове не возникло ни единого варианта.       — Кажется, я уже говорил, что не хочу, чтобы моя напарница заболела, — Джеймс накинул на плечи Лили свою кофту. — А ещё больше я не хочу, чтобы заболела моя девушка. Получается, тебе вдвойне нельзя заболеть.       — Кажется, я уже говорила, что могу позаботиться о себе, — она улыбнулась, вспомнив диалог, состоявшийся между ними в этой же самой комнате в первый день знакомства. — Спасибо за кофту, это очень мило с твоей стороны.       — Всегда к вашим услугам, — парень отвесил шутливый поклон, вызвав смех у Шарлотты и Кэролайн, издалека наблюдавших за вожатыми.       — Итак, раз все наконец-то в сборе, можем отправляться, — голос Фрэнка быстро привлёк всеобщее внимание, заставив всех мгновенно умолкнуть. — Пожалуйста, разбейтесь на пары и постройтесь.       — А обязательно по отрядам? — кажется, голос принадлежал Филу, однако Лили не заметила говорившего и не могла сказать наверняка.       — Нет, не обязательно. Можете встать с кем хотите, — ласково улыбнулась Алиса. Почему-то в этот момент в голове Лили промелькнула мысль о том, что подруга станет прекрасной матерью.       Ребятам не понадобилось много времени, чтобы определиться с выбором пары. Билли по привычке остался рядом с Доркас: он всегда держался рядом с вожатой, зная, что из-за нечётного количества детей, вероятно, останется без пары. Римус не возражал уступить ему место рядом с девушкой и зачастую шёл замыкающим в одиночестве, или же присоединялся к кому-нибудь из вожатых третьим.       — Всё ещё переживаешь? — Джеймс шёл настолько близко, что их плечи соприкасались.       — М? — Лили не сразу поняла, что парень имеет в виду. — А, нет, не очень… Не знаю, наверное, немного…       — Если станет некомфортно, просто скажи, я провожу тебя в замок.       — Чтобы я сидела там в одиночестве после того, как наслушаюсь страшилок? Очень смешно…       — Не волнуйся, я останусь с тобой, — Джеймс усмехнулся. — Я поговорил с Фрэнком, он не против.       — А как же наш отряд? — Лили нахмурилась. — Мы же не можем перебросить наши обязанности на остальных и просто уйти!       — Лили, поверь мне, всё хорошо, — Поттер осторожно взял девушку за руку. Вообще-то она была против проявления чувств в присутствии детей. После рассказа Алисы о том, как ей пришлось отвечать на неудобные вопросы, Лили объяснила свою позицию Джеймсу, и он не стал спорить. — Я спросил у ребят, никто не возражает. Они прекрасно со всем справятся.       — Точно? — Лили невольно сжала ладонь парня. На улице было довольно темно, к тому же они шли в самом конце колонны и не привлекали к себе особого внимания.       — Да, — он определённо был уверен в своих словах. — Я же не просто так просил тебя мне довериться.       Лили резко остановилась. Джеймс также затормозил и с удивлением посмотрел на девушку, не совсем понимая причину заминки. Ей потребовалось всего одно мгновение, чтобы приблизиться к парню и впиться в его губы своими. Лили совсем не планировала целовать его в присутствии свидетелей, но в этот момент ни о чём другом она думать не могла. К тому же в вечерних сумерках она могла позволить себе чуточку больше.       Опешив от неожиданности, Джеймс не сразу ответил на поцелуй. Лили снова поражала его своей непоследовательностью: сперва запретила прилюдно оказывать ей знаки внимания, затем сама же поцеловала в присутствии всех обитателей лагеря, пусть сейчас их никто и не видел. Она отстранилась также внезапно, но он не дал ей сделать и шагу, за руку притянув обратно.       — Нам нужно… — он не дал ей закончить предложение, точно и без того знал, что именно им сейчас нужно на самом деле. Лили вцепилась в его футболку, точно боялась, что ноги могут в любой момент подкоситься.       — Ты права, если сильно задержимся, нас опять потеряют, — Джеймс чмокнул девушку в нос и подтолкнул в сторону пляжа.       — Джеймс! — Лили чуть не задохнулась от возмущения. Да как он смеет поступать с ней подобным образом?!       — Не отставай!       Доркас и Фрэнку удалось найти идеально подходящее место для разведения костра. Во время тихого часа вожатые подготовили всё необходимое: Фрэнк умудрился достать дрова и несколько брёвен, на которых можно было расположиться, проявив невероятный талант переговорщика, доставшийся ему от матери. Сириус и Джеймс помогли ему перенести добытые материалы до пляжа, а Римус и Доркас убедились, что всё соответствует правилам пожарной безопасности.       — Нихрена себе!       — Лиам, не выражайся, — прикрикнула на брата Марлин, хотя его реакция, определённо, её порадовала.       — У нас будет костёр!       — Так вот зачем нам пледы!       — Как круто! — хором воскликнули Кэролайн и Шарлотта и, переглянувшись, рассмеялись.       — А я говорил, что это классная идея! — голос Блэка прозвучал совсем близко от уха Эванс. Обернувшись, она заметила его самодовольную улыбку. — Впрочем, все мои идеи просто превосходны!       — И тебе всё ещё не светит смерть от скромности, — Лили закатила глаза. И всё же поспорить она не могла: задумка Сириуса и впрямь оказалась потрясающей.       Дети расселись на брёвнах, разложенных вокруг разожжённого Джеймсом костра. Лили и подумать не могла, что парень обладает подобными навыками. Ситуацию прояснил Римус. Оказалось, что мальчишки часто выбирались в походы вместе с родителями Джеймса, когда гостили у него на школьных каникулах. Флимонт, отец Джеймса, обучил их не только ставить палатку, искать подходящие дрова для костра и следить за тем, чтобы огонь не потухал и не разгорался сильнее необходимого, но и показал, как ловить рыбу, а также рассказал о съедобных растениях и способах их приготовления в походных условиях. После этих слов ей даже захотелось расспросить Джеймса о том, чем занимаются его родители. Едва ли её отец или мать смогли бы хоть день продержаться в условиях дикой природы.       Сама она ходила в поход лишь раз, поддавшись на уговоры Марлин, решившей, что им жизненно необходимо немного передохнуть от городской суеты. Она не могла сказать, что ей совсем уж не понравилось, однако особого восторга подобный экспириенс тоже не вызвал.       Блэк расположился между Марлин и Лили, в руках у него была гитара, которую Эванс поначалу даже не заметила. Дети всё ещё возбуждённо переговаривались, заглушая звонкими голосами шум прибоя. Лили была безмерно благодарная Джеймсу за кофту: вблизи воды и правда было довольно прохладно. Заслышав первые аккорды, дети тут же притихли. За время подготовки к конкурсу талантов Марлин и Сириус успели изучить музыкальные предпочтения своих подопечных. Лили улыбнулась, узнав знакомую мелодию. Эта была «Yellow Submarine». Ребята, исполнявшие эту самую песню всего пару дней назад, заметно оживились. Лили заметила, как Блэк подмигнул Мелани, подавая девчушке знак. Мелани вступила одновременно со своими вожатыми, остальные дети, присоединились к развлечению, как только осознали, что происходит.       Лили совсем не умела петь, поэтому просто качала головой и хлопала в ладоши в такт. Джеймс, сидящий по правую руку, слегка пихнул её в плечо, призывая присоединиться к веселью. Оглядевшись, она поняла, что поют и вправду все, кроме неё. Голоса, поющий на разный лад, смешивались, превращаясь во что-то вполне приличное по звучанию. Конечно, далеко не все попадали в ноты, и отнюдь не все знали слова, однако, кажется, всем было весело. Следующая песня также была группы The Beatles. Блэк решил исполнить «All Together Now», однако слова, как оказалось, почти никто из детей не знал. И всё же ребята не возражали против песни в исполнении вожатых. Лили также пришлось присоединиться к исполнению после того, как Марлин, дёрнула подругу за рукав, перегнувшись через Блэка с его гитарой.       — А можно «She'll Be Coming 'Round The Mountain»? — спросила Дейзи, как только аплодисменты, адресованные вожатым, стихли. Блэк этой песни не знал, однако без труда нашёл аккорды в интернете. Марлин предложила подержать его телефон. Сама она тоже слов не знала, а вот Фрэнк, Алиса и Доркас, как и большинство детей могли петь в своё удовольствие.       Дальше настало время «There Aint No Bugs On Me». Лили знала эту песню со школы, но всегда находила её довольно глупой. Зато остальным, в особенности детям, она почему-то всегда очень нравилась. Наверное, потому что была до ужаса простой и состояла всего из пары десятков слов, из-за чего её было просто запомнить. Несложный мотив, приятная мелодия всего из пяти аккордов, наверное, песня и впрямь была не так уж плоха… По крайней мере, сейчас, сидя перед костром в окружении друзей, она её ничуть не раздражала.       — Марлс, а спой «You Are My Sunshine»! — вдруг попросил Лиам, глядя на сестру сквозь летящие к небу искры пламени.       — Ой, да, Марлин, ты так хорошо поёшь! Спой нам!       — Так уж и быть, спою, если Сириус разрешит мне одолжить его гитару… — МакКиннон вопросительно посмотрела на Блэка.       — Ты собираешься играть с такими ногтями? — Блэк нахмурился, кивком указав на руки девушки. — Я, конечно, верю, что играть ты умеешь, но даже не представляю, как ты собираешься брать аккорды.       — Поверь, это у меня ещё короткие ногти, — усмехнулась Марлин, протягивая руку. — И не с таким справлялись.       МакКиннон забрала у парня гитару с такой уверенностью, что Блэк даже не посмел ей возразить. Лили всегда считала, что у подруги очень красивый голос, но в сочетании с гитарой, потрескиванием поленьев в костре и шумом моря на заднем плане он звучал в тысячу раз лучше. Марлин и впрямь прекрасно справлялась. Хотя Лили ничего не смыслила в игре на гитаре, ей нравилось мелодичное звучание. Лили подалась вперёд, чтобы взглянуть на руки подруги. После слов Сириуса, ей тоже стало интересно, как девушка собирается зажимать струны, не испортив при этом маникюр. Марлин располагала пальцы под углом к грифу, совсем не так, как это делал Сириус пару минут назад. Лили взглянула на собственные руки, пытаясь понять, насколько это может быть удобным. К тому же подруга то и дело зажимала все струны указательным пальцем, что, на взгляд Лили, тоже было не слишком-то легко. Впрочем, сейчас она хотела просто наслаждаться чарующим голосом лучшей подруги. Вероятно, не только она испытывала подобное желание. Дети, как и их вожатые, сидели, затаив дыхание, точно боялись испортить это волшебное мгновение. Едва различимый голос Блэка, вступившего после проигрыша, прекрасно дополнил вокал МакКиннон. Лили определённо хотела бы растянуть этот момент.       — Вау, это было чудесно!       — Марлин, тебе стоило стать певицей! У тебя просто ангельский голос!       — В отличие от характера, — усмехнулся Блэк. Он произнёс это так тихо, словно не хотел, чтобы его услышал кто-то, помимо самой Марлин. Лили прикрыла рот рукой, стараясь не засмеяться, заметив, каким взглядом одарила парня подруга.       — Марлс, спой ещё что-нибудь, пожалуйста, — попросила Доркас, тут же получив всеобщую поддержку.       — Ох, я даже не знаю, какую ещё песню выбрать, — Марлин откинула волосы от лица и посмотрела на Блэка.       — Спой что-нибудь красивое! — попросила Мелани, сидевшая под одним пледом с Эллой.       — Как насчёт «Perfect» Эда Ширана? — предложила Лили. Она очень любила эту песню в исполнении подруги.       — Ну, слова-то я знаю, но на гитаре её ни разу играть не пробовала, — Марлин задумчиво почесала затылок. — Щас гляну аккорды, но не уверена, что получится с первой попытки…       — Я могу сыграть, — предложил Сириус, с интересом наблюдавший за попытками девушки выйти из ситуации. — В конце концов мы же не хотим, чтобы ты испортила маникюр.       — А я-то думала, что ты за струны переживаешь! — рассмеялась Марлин.       — Ну, струны в случае чего я смогу перетянуть, а вот если у тебя ноготь сломается, будет не сильно приятно, — пожал плечами парень, вновь забирая гитару себе.       Лили этот диалог показался довольно милым: создавалось ощущение, что эти двое находятся где-то далеко, в отдельном мире, где их никто не в силах потревожить. Вероятно, ни одного из них ни капли не смущало, что в данную секунду глаза всех обитателей лагеря были прикованы к ним. Лили обернулась, чтобы взглянуть на Джеймса, и тут же столкнулась с ним взглядом. Медово-карие глаза парня всё это время были прикованы к ней. Она прикусила губу: воспоминание о недавнем поцелуе никак не желало покидать её разум. Лили отвела взгляд. Мелодичный голос подруги, точно гипноз, заставлял обитателей замка закрыть глаза, погрузившись в собственные мысли. Воспользовавшись моментом, Лили слегка изменила своё положение. Теперь она сидела гораздо ближе к Поттеру, чем позволяли правила приличия. Лили тут же почувствовала тепло его тела, стоило только прижаться к его плечу своим. Джеймс улыбнулся, взъерошив волосы свободной рукой.       — Как насчёт горячего шоколада?       Лили вновь подумала о том, что Фрэнк прекрасно чувствует атмосферу внутри коллектива. Уставшие от многочисленных песен дети пришли в восторг от мысли о согревающем напитке. Лонгботтом попросил Доркас и Римуса пойти с ним в замок за термосами и стаканчиками, приготовленными Фелицией по просьбе Блэка.       Как только часть вожатых скрылась из поля зрения оставшихся на берегу, дети вновь обратились к Сириусу с просьбой сыграть для них ещё что-нибудь.       — Конечно, я могу вам сыграть, но… Возможно, вы захотели бы услышать кое-что другое? — Блэк заговорщицки оглядел всех присутствующих. Лили сразу же заметила ни с чем не сравнимый блеск в серых глазах парня и поняла, что ничего хорошего это явно не предвещает.       — Что ты имеешь в виду? — Лиам, как и его сестра, обожал всякие сомнительные задумки.       — Говорят, что много лет назад в замке произошла ужасная трагедия… Впрочем, не думаю, что вам это интересно, — Блэк ловко закинул удочку, сумев привлечь внимание детей одной лишь фразой. — Лучше я всё же вам сыграю. Что вы хотите послушать?       — Нет, лучше расскажи историю! — воскликнул Оливер, заинтересованный ничуть не меньше остальных.       — Что за трагедия? — перепуганная Сара схватила Оливера за руку. Мальчик, судя по всему, нисколько не возражал против подобного проявления чувств.       — О нет, это слишком страшная история, — Марлин умела подначивать не хуже напарника. — Вы ещё слишком малы, чтобы слушать подобные рассказы!       Лили даже представить не могла, что именно придумали эти двое. Судя по тому, как они переглядывались, Марлин и сама не совсем понимала, к чему клонит Блэк, но всеми силами старалась его задумку поддержать.       — Мы не маленькие!       — Мы уже взрослые! — тут же запротестовали ребята. Этого-то Блэк и добивался. Теперь уж точно никто не посмеет уйти, не дослушав его историю.       — Сириус, расскажи нам!       — Да, расскажи! Мы должны знать!       — Нет, я не могу, это было бы безответственно с моей стороны, — пожалуй, Блэк слегка переигрывал, но дети этого явно не замечали, лишь сильнее загораясь желанием добраться до истины.       — Алиса, тогда расскажи ты, раз Сириус не хочет, — попросил Джон у своей вожатой.       — Ох, боюсь, я и сама не знаю всех подробностей, — с сожалением ответила Стоун. Если бы Лили не понимала, что Алиса всего лишь пытается подыграть Блэку и МакКиннон, то действительно подумала бы, что Стоун знает куда больше, чем готова показать. — Я не сильна в истории, а это случилось довольно давно…       — Марлс, ты же лучше всех знаешь историю! — воскликнул Лиам, ни капли не сомневаясь в знаниях старшей сестры. — Расскажи ты!       — Как думаешь, — Марлин посмотрела на Блэка. В её глазах было столько сомнения, словно она и впрямь стояла перед выбором, способным изменить всю её жизнь, — может быть, расскажем им?       — Ну, раз уж они так просят, думаю, можно, — кивнул парень. — Только я хочу вас сразу предупредить, что история очень страшная. Если кто-то из вас испугался и не хочет её услышать, скажите об этом сразу. Лили отведёт вас в замок.       Лили внимательно оглядела детей, выискивая малейший намёк на желание удалиться из круга и уйти в более освещённое и безопасное место. К её величайшему сожалению, никто из собравшихся у костра подобного желания не выказал даже после того, как Марлин повторила предупреждение.       — Мы всё ещё можем уйти, если хочешь, — её ухо обожгло горячим дыханием Джеймса. Оглушительный запах корицы заставил сердце пропустить удар.       — Я порядке, если уж дети не испугались, то мне и подавно не стоит, — отмахнулась Лили. На самом же деле сейчас ей куда больше хотелось оказаться в своей комнате, чем когда-либо прежде. В идеале, конечно же, не одной.       — Ну хорошо, тогда я начну, — Марлин хлопнула в ладоши, призывая детей быть чуточку тише. — Это случилось в середине прошлого века, когда один местный бизнесмен Леонард Ллойд купил этот замок у семьи Стюарт Уортли, чтобы превратить его в большой детский дом для выздоравливающих, — Марлин уже рассказывала об этом вожатым, так что эта часть истории, несомненно, была правдива. Лили не слишком любила реалистичные ужастики: после них она подолгу не могла заснуть.       — О, мне папа тоже об этом рассказывал! — воскликнула Кэролайн, внезапно для всех подтвердив начало истории. Во время игры в «две правды и одну ложь» выяснилось, что её отец — учитель истории. — Кажется, он упоминал, что что-то случилось, после чего приют закрыли…       — Это правда, приют просуществовал совсем недолго, — кивнула Марлин. Лили видела, с каким трудом ей удавалось сохранять спокойствие. Однако она слишком хорошо знала свою подругу, чтобы не заметить ликования в голубых глазах.       — А что случилось?       — Да, расскажите, почему его закрыли?       — Здесь жили дети, осиротевшие во время войны. Они были сильно травмированы этим страшным событием и не могли сами о себе позаботиться. Приют должен был стать для них домом, позволить наконец-то почувствовать себя в безопасности. Мистер Ллойд уже управлял подобным домом недалеко от Линтона в Северном Девоне, причём довольно успешно, поэтому прекрасно понимал, что именно должен делать. Он нанял персонал, способный позаботиться о детях и, конечно же, сторожа, чтобы обеспечить безопасность обитателей замка, — Лили не была уверена, действительно ли всё было так, как рассказывала Марлин, или же девушка уже начала придумывать небылицы. Подруга с лёгкостью могла высказать человеку в лицо всё, что она о нём думает, тем не менее была превосходной обманщицей, когда это было ей необходимо. Несмотря на то, что Лили знала МакКиннон много лет, ей не всегда удавалось отличить в её рассказах правду от вымысла.       — Леонард нанял на службу бывшего военного, посчитав, что такой опытный человек без труда защитит детей и их воспитателей в случае необходимости, — подхватил Блэк, точно знал эту историю не хуже напарницы. И всё же Лили заметила мимолётный взгляд подруги, направленный на парня, а это могло означать лишь одно: история, рассказанная этим вечером, не более чем импровизация двух не обделённых фантазией человек. — Вот только он не знал, что Бенджамин Рихтер, а именно так и звали нанятого им человека, был выдающимся солдатом, ставшим лидером по количеству убийств в пятьдесят второй дивизии. Как и не знал, о привычке Рихтера коллекционировать трофеи со своих врагов, у которых он отрезал уши и делал из них ожерелья, — теперь Лили поняла, почему имя главного героя казалось ей настолько знакомым. Блэк пересказывал начало девятого сезона «Американской истории ужасов»! На самом деле это был единственный сезон, который Лили смотрела, очевидно, не по собственной воле. Марлин обожала этот сериал и всю зиму ныла подруге о том, как несправедливо поступили создатели, разделив двенадцатый сезон на две части.       — После того, как его пристрастие было раскрыто, его с позором выгнали из армии. К тому моменту война была окончена, никто больше не воспринимал Рихтера как героя. Другой работы для бывшего солдата не нашлось, поэтому он без колебаний принял предложение мистера Ллойда и переселился в замок. Помимо ночных дежурств, Рихтер занимался в замке уборкой, из-за чего ему приходилось всё время носить с собой огромную связку ключей.       — А по ночам он всегда обходил территорию, позвякивая ключами при каждом шаге, из-за чего детишки придумали для него прозвище — мистер Перезвон, — вступила Эванс неожиданно для всех и, прежде всего, для самой себя. Джеймс и Сириус удивлённо переглянулись, явно не ожидая от девушки подобной инициативы. Марлин же посмотрела на неё с восхищением. При этом Лили было не совсем понятно, кем именно гордится подруга: ей за то, что она запомнила сюжет её любимого сериала, или же самой собой за то, что смогла уговорить Лили его посмотреть.       — Ого, ты тоже знаешь эту историю? — удивился Лиам.       — Значит, и Джеймс её слышал? — уточнил Натаниэль, вопросительно глядя на Поттера.       — Нет, я, как и вы, слышу эту историю впервые, — покачал головой парень. — И мне тоже очень интересно. Пожалуйста, продолжай, Лили, нам не терпится узнать, что же было дальше!       — Думаю, что Сириус и Марлин смогут рассказать куда лучше, — смущённо пробормотала Лили, впившись взглядом в колышущиеся языки пламени.       — О нет, без тебя мы точно не справимся, правда, Марлс? — у Лили вновь возникло непреодолимое желание ударить Блэка.       — Ага, я уже и не помню всех деталей, — с сожалением покачала головой МакКиннон. Ей тоже не помешал бы пинок для профилактики, чтобы знала, что подставлять лучшую подругу перед толпой десятилеток некрасиво. — Так что там было дальше, Лилс?       — Ну давай, Лили, не томи!       — Рассказывай!       — Хорошо, — она тяжело вздохнула. Можно было подумать, что ей огласили смертный приговор. — Дети находили мистера Перезвона странным, но вполне безобидным. Он казался им неуклюжим великаном, постоянно витающим в облака. Он мало с кем разговаривал, но всегда помогал, если кому-то нужно было достать что-то с верхней полки, убрать случайно разбитую тарелку или зашить прореху на рубашке. Он тщательно выполнял свои обязанности и никогда ни с кем не спорил и не ругался, хотя дети то и дело насмехались и подшучивали над ним. Воспитатели всегда говорили о нём, как об исключительно порядочном человеке, поэтому поначалу никто не поверил в то, что тогда произошло…       — Так что же произошло? — воскликнул Сэм, как только Лили остановилась, чтобы перевести дыхание.       — Однажды ночью мистер Перезвон слетел с катушек, — вступил Сириус, по-видимому, решив сжалиться над Лили. — Никто не мог предвидеть подобного. Воспитатели, уложив детей спать, собрались в гостиной на втором этаже, чтобы выпить по чашке чая и немного поболтать перед сном. Весь день было ужасно холодно и лил дождь, в коридорах слышалось тоскливое завывание ветра, и настроение обитателей замка было соответствующее. Дети вели себя на редкость плохо: грубили воспитателям и больше обычного смеялись над медвежьей походкой мистера Перезвона. Но хуже всех вёл себя один мальчик, всегда отличавшийся скверным характером. Он убедил своих друзей подшутить над охранником. Мальчик подумал, что было бы забавно спрятать ту самую связку ключей, благодаря которым мужчина получил своё прозвище.       — Собрав с десяток девчонок и мальчишек, ему удалось воплотить задуманное. Они и впрямь смогли выкрасть ключи. Мистер Перезвон быстро обнаружил пропажу и ужасно разозлился. Он потребовал, чтобы ему тот час вернули всю связку, но дети лишь посмеялись над ним. Они долго бегали по замку, передавая звенящие ключи из рук в руки, чтобы неуклюжий охранник не смог заполучить свою собственность обратно. Это стало последней каплей, — Марлин замолчала и оглядела детей с таким видом, словно собирается поделиться с ними самой страшной на свете тайной. — Дождавшись наступления ночи, мистер Перезвон, с таким трудом вернувший свои ключи обратно, отправился на кухню, взял самый острый нож и направился в спальню детям, к так подло над ним пошутившим.       — Боже! — воскликнула Элиза и тут же прижалась к сидевшей рядом Алисе.       — Сначала он жестоко расправился с мальчиками. Бывший солдат совершал убийства так быстро и тихо, что никто из его жертв даже не проснулся. Лишь звон ключей мог выдать его присутствие, вот только обитатели замка настолько привыкли к этому звуку, разносящемуся по замку каждую ночь, что уже не обращали на него никакого внимания. Он зарезал мальчишек в их собственных постелях, после чего отрезал по одному уху у каждого, как делал в былые времена на поле боя. Весь перемазанный кровью, с ушами прикреплёнными к связке ключей, мистер Перезвон направился в комнату девочек. Он шёл по коридору замка, оставляя за собой кровавые следы.       Несмотря на то, что история была полнейшей выдумкой, и Лили это прекрасно осознавала, ей всё равно было не по себе. Она без труда представила, как этот рослый лысый мужчина в чёрном плаще и очках в толстой оправе вышагивает по коридорам Хайклиффа, окропляя замок стекающей с ножа вязкой кровью. В нос тут же ударил характерный металлический запах, который было сложно с чем-то перепутать. Сперва она подумала, что ей показалось, однако, судя по всему, не только она почувствовала, что что-то не так.       — Он был всего в нескольких ярдах от комнаты девочек, когда оттуда вышла одна из воспитательниц, решившая удостовериться, что дети уже уснули. Заметив охранника, она приветливо улыбнулась. Ей потребовалось не меньше минуты, чтобы заметить в его руке окровавленный нож, блестящий в свете полной луны. Он шагнул ей навстречу, вот только перезвон его ключей больше не казался воспитательнице приветливым…       Лили точно сходила с ума от страха. С каждым словом Блэка страх всё глубже проникал в её разум, сбивая дыхание и заставляя сердце неистово колотиться. Она едва ли не физически ощущала выделение кортизола и адреналина надпочечниками. Лили схватила Джеймса за руку, мёртвой хваткой вцепившись в его по-прежнему тёплые пальцы. Надо было соглашаться, когда он предлагал ей вернуться в замок. Где-то вдалеке раздался странный звук. Всего на секунду ей показалось, что она и впрямь слышит позвякивание ключей. Ей определённо почудилось! Это просто слуховые галлюцинации, вызванные недостатком сна…       Внезапно звук повторится. Шарлотта и Кэролайн вскрикнули, прижалась друг к другу. Во взгляде Лиама читался испуг. Сара уткнулась носом в грудь Оливера, который, хоть и храбрился в попытке про извести на девочку впечатление, был напуган не меньше друга.       — Мужчина в два прыжка оказался рядом с воспитательницей. Она была так напугана, что не могла ни вскрикнуть, ни сдвинуться с места. Ему потребовалось всего лишь мгновение, чтобы перерезать ей горло, — Марлин сохраняла поразительное хладнокровие, точно ведущая подкаста про серийных маньяков, изучившая тему вдоль и поперёк. Блэк выглядел довольным происходящим и с трудом сдерживал улыбку. Лили посмотрела на Джеймса: он выглядел скорее раздражённым, нежели напуганным и безостановочно сверлил лучшего друга осуждающим взглядом, хотя тот и делал вид, что совсем ничего не замечает.       — Что происходит? — одними губами спросила Эванс, как только ей удалось привлечь внимание парня.       — То, чего по клятвенным заверениям одной псины блохастой, не должно было произойти, — Лили ещё ни разу не видела парня таким серьёзным. — Чёрт, Лили, прости, это всё моя вина.       — Я не понимаю… — Лили вздрогнула. На этот раз звон раздался уж слишком близко. Несколько детей испуганно взвизгнули, вынудили Марлин прервать повествование. Она как раз дошла до финала истории, в котором мистер Перезвон вдруг осознаёт, что именно он натворил, и решает покончить с собой. Джеймс, отбросив всякие предосторожности, обнял Лили, прижав её так близко к себе, как только возможно. Она закрыла глаза, позволив теплу его тела окутать её, точно пуховым одеялом. Знакомый запах корицы успокаивал: каждый вдох был глубже предыдущего, как если бы без Джеймса она могла задохнуться. Он ощущал прикосновение её губ на своей ключице. Медленные горячие выдохи проникали сквозь плотную ткань рубашки, согревая сильнее исходившего от костра жара.       — Прости, мне стоило это предвидеть. Поверить не могу, что Фрэнк на это согласился, — мягкий голос Джеймса тонул где-то в волосах Лили. Она чувствовала, как он касается её макушки губами.       — Говорят, что каждое полнолуние призрак мистера Перезвона возвращается, чтобы найти выжившую девочку и отомстить ей!       — А вот и мы!       Детские крики разбили пронизывающую ночную тишину на тысячу осколков. Окутанные жуткой атмосферой ужасной истории из далёкого прошлого, дети напрочь забыли о том, что трое вожатых отправились в замок за горячим шоколадом.       Внезапное возвращение Фрэнка и Доркас напугало даже Алису, которая с криком прижала к себе сразу нескольких детей, сидевших возле неё. Безостановочный хохот Марлин и лающий смех Блэка явно не делали ситуацию проще. Лонгботтом погладил Стоун по голове, хотя на губах его мелькала озорная ухмылка. Доркас тоже выглядела вполне удовлетворённой происходящим. Неужто они тут все заодно? Если бы не Джеймс, она бы точно умерла от страха на этом самом месте!       Осознав, что шутка вышла из-под контроля, вожатые принялись успокаивать перепуганных подопечных. Горячий шоколад с маршмеллоу оказался не самой плохой взяткой для этих целей. Лили сильно удивилась тому, как быстро ребята переключились на новое развлечение: минуту назад они дрожали от страха, а теперь думали лишь о том, как бы получше насадить маршмеллоу на деревянную шпажку и побыстрее поджарить сладость на открытом огне.       — А где Римус? — поинтересовалась Кейт, обратив всеобщее внимание на отсутствие Люпина.       — Он не очень хорошо себя чувствует, поэтому остался в замке, — объяснила Доркас, прокручивая палочку с нанизанным на неё сладким цилиндриком над огнём.       — Наверное, это из-за полнолуния, — усмехнулся Блэк, заговорщицки взглянув на Поттера. Джеймс не счёл его шутку забавной. По одному лишь взгляду, направленному на Блэка, было понятно, что парень очень зол на друга.       — А сегодня разве полнолуние? — испуганно пробормотал Сэм.       — На небо посмотри, дурень, — Уилл громко цокнул языком, закатив при этом глаза.       — Уилл, что я говорила тебе по поводу оскорблений? — Доркас строго посмотрела на мальчика, смущённо опустившего голову.       — Прости, — вполголоса пробормотал он, обращаясь не то к Сэму, не то к Доркас.       Марлин и раньше неоднократно упоминала о назревающем в её отряде конфликте. Общение у Уилла и Сэма не задалась с самого первого дня, однако большую часть времени эти двое вели себя вполне приемлемо. За редким исключением, когда Сэм задавал действительно глупые вопросы, а Уилл не мог удержаться, чтобы не ответить ему с изрядной долей сарказма.       Впрочем, убедить детей в том, что рассказ Марлин и Сириуса — всего лишь старая история, оказалось не сложно. Наевшись сладостей, ребята тут же забыли про ужас, пережитый не далее чем полчаса назад. Дети и вправду удивительно быстро переключаются.       Во время свечки лишь Шарлотта и Кэролайн сказали, что немного испугались, и всё же вечер им безумно понравился. Да и мастер-класс Марлин оказался очень познавательным и интересным. Мальчишкам тоже всё очень понравилось, хотя все они, как один, напротив, утверждали, что история была вовсе не такой жуткой, как обещал им Сириус. И всё же, когда Джеймс укладывал их спать, они дважды попросили его проверить, не прячется ли кто-нибудь в шкафу или под кроватью. Лили лишь улыбнулась, когда парень рассказал ей это по секрету. Всё же мальчишки всегда хотят казаться храбрее своих друзей, особенно когда на них смотрят девчонки.       Лили открыла дверь и едва не вскрикнула от испуга, заметив перед собой парня, по-видимому, как раз собирающегося постучаться. Она глубоко вздохнула, прижав зажатый в руке телефон к груди. В коридоре было куда прохладнее, и Лили, застывшая в дверном проёме в одной лишь пижаме, поёжилась.       — Прости, я не хотел тебя напугать, — Джеймс неловко улыбнулся, взъерошив непослушные чёрные пряди.       — Всё нормально, — Лили сделала ещё один глубокий вдох и вновь посмотрела на парня.       — А ты куда это собралась в таком виде?       — К тебе, — Лили проскользнула мимо Поттера и захлопнула за собой дверь. — Так и будешь стоять? Тут вообще-то холодно.       — Оу, да, конечно, заходи, — Джеймс отворил соседнюю дверь и пропустил девушку внутрь. — Я вообще-то хотел ещё раз извиниться за сегодняшнее. Хреново я справляюсь с обязанностями парня, — он горько усмехнулся, судя по всему, чувствуя себя виноватым перед ней.       — Джеймс, тебе не за что извиняться…       — Ещё как есть! Я обещал тебе со всем разобраться, попросил мне довериться, а в итоге ужасно облажался и подвёл тебя. Понимаешь, днём я говорил с Бродягой, он обещал, что не станет выкидывать ничего такого…       — Послушай, Блэк — придурок, я это уже поняла, — заметив, что парень собирается ей возразить, она сделала предупреждающий знак. — Нет, не перебивай. Я не имею в виду ничего плохого. Марлин тоже идиотка, каких поискать, но она — моя лучшая подруга, и я уже привыкла к её выходкам. Я прекрасно понимаю, что они — два сапога пара. Мне следовало ожидать от них чего-то подобного. И ты тут совершенно не виноват. Мы же не можем контролировать действия других людей, верно?       — Да, но и мне следовало понять, что…       — Джеймс, всё хорошо, правда, — Лили прикоснулась ладонью к его щеке и оставила на его губах лёгкий поцелуй. — Ты же мне веришь? У меня нет ни единой причины тебя обманывать. Поверь, если бы у меня были к тебе какие-то претензии, ты бы обязательно о них узнал.       — Даже не знаю, должно ли меня это обрадовать или насторожить, — наконец-то парень расслабился. Теперь его губы растянулись в улыбке, а в медово-карих глазах блестел озорной огонёк.       — Ну, тут я тебе не подскажу, — Лили ловко вывернулась из его объятий и уверенно направилась к кровати.       — Позволь уточнить, а что ты делаешь? — Поттер поджал губы, наблюдая за тем, как Лили убирает с кровати покрывало.       — Ложусь спать, что же ещё? По-моему, всё вполне очевидно, разве нет? — Лили посмотрела на Джеймса с искренним удивлением. — Я уже умылась, переоделась, вроде бы, всё правильно, не понимаю, что тебя не устраивает…       — Меня-то всё устраивает, — пожал плечами парень, подойдя ближе к расположившей я на кровати девушке. — Я просто немного удивлён.       — Так я же ещё утром предупредила, что не могу уснуть, если посмотрю на ночь что-то страшное. Ну, или в нашем случае послушаю…       — Ого, так вот как это надо было воспринимать!       — Ты собираешься спать, или мне уйти к Марлин? — усмехнулась Лили, поправив подушку. — Она будет только рада провести со мной ночь…       — Уже ложусь, только свет погашу!       Решение ночевать в комнате парня, очевидно, оказалось удачным. От одного присутствия Джеймса становилось куда спокойнее. И всё же Лили не изменила своего решения высказать Блэку и МакКиннон всё, что она о них думает. Хотя, пожалуй, в этот раз она не будет ругать их слишком уж долго.       — А знаешь, теперь я даже не жалею о том, что у меня не вышло убедить Бродягу отказаться от их с Марлс идеи…       — Возможно, их идея действительно не так уж и плоха, — Лили придвинулась чуть ближе к парню, ощущая тепло его тела и мерное дыхание, щекочущее шею. — Спокойной ночи, Джеймс.       — Спокойной ночи, Лили.