Пороки добродетели

Проснулся Ши Сяо от плеска воды и ощущения влажных капель, падающих на лицо. Распахнув глаза, он с ужасом понял, что уснул в купальне и, должно быть, довольно давно, потому что Гуан Юэ успел не только вернуться домой, но и отыскать своего нерадивого слугу. И теперь демон сидел на бортике рядом с ним и развлекался тем, что брызгал на него водой. — Неужели работа в архиве утомляет тебя настолько, что ты засыпаешь, едва только прикрыв глаза? — с усмешкой спросил Гуан Юэ, коснулся пальцами ключиц и провёл вниз до груди. Ши Сяо подавился воздухом, сообразив в каком положении он сейчас находится. Полностью раздетый, укрытый лишь тонким слоем воды, которая ничего под собой не скрывала. Он даже не знал, сколько времени Гуан Юэ провёл рядом с ним, прежде чем демону удалось его разбудить. Рывком сев и подтянув ноги к груди, Ши Сяо оглянулся в поисках полотенца и обнаружил, что кто-то убрал его, хотя юноша точно помнил, что клал его на бортик. — Прошу простить меня, господин, мне надо одеться, — тихо произнёс Ши Сяо. — Ну так одевайся, — беззаботно заявил демон. — Но мне надо выйти из ванной… — Так выходи. — А… — Хотя нет, я передумал, не выходи, — махнул рукой Гуан Юэ, и юноша почувствовал, как собственное тело перестало его слушаться. — Я решил, что тоже хочу принять ванну и ты мне поможешь. Не в состоянии пошевелиться, Ши Сяо вынужден был наблюдать, как Гуан Юэ поднялся с бортика и принялся развязывать ханьфу. При этом он смотрел прямо на юношу, а тот не мог даже отвернуть голову или закрыть глаза. Зато коварный демон всё делал нарочито медленно. Ему понадобилась целая минута, чтобы тёмно-фиолетовое верхнее платье соскользнуло с плеч шелковой волной. А когда в след за ним на пол отправилась белая внутренняя рубашка, Ши Сяо понял, что его щёки начинает заливать стыдливый румянец. Казалось бы, за проведённые здесь месяцы он уже должен был привыкнуть к виду обнажённого Гуан Юэ, поскольку ему приходилось видеть это дважды в день. И не только видеть, но и принимать самое непосредственное участие в процессе одевания утром и раздевания вечером. Но именно сегодня всё чувствовалась в разы острее. Может потому, что раньше Ши Сяо всегда был одет, а демон не требовал ничего больше, кроме помощи с одеждой. Зато сейчас юноша был сам обнажён, и в голову сами собой лезли всякие непристойности. «Он же сказал, что не подвержен порокам… — мысленно пытался себя успокоить Ши Сяо. — А делить постель с мужчинами — это же порок!» «И что? — тут же возразил ему внутренний голос. — Демон же пьёт вино и играет в кости. Но ведь пороками являются не сами действия, а пьянство и азарт, когда человек не знает меры и не может вовремя остановиться». Наблюдая за тем, как Гуан Юэ избавляется от брюк, Ши Сяо понял, что собственные мысли его совсем не успокоили, а наоборот, усилили волнение. Сердце в груди забилось быстрее, а по скованному чужой силой телу прокатилась горячая дрожь. Юноша застонал от собственного бессилия и злости на самого себя. Вот только вышло вовсе не горестно, а как будто предвкушающе. А хуже всего, что этот стон достиг ушей Гуан Юэ, отчего демон чуть вскинул бровь и усмехнулся. Переступив бортик купальни, он опустился в воду рядом с Ши Сяо и легким щелчком пальцев снял с него оцепенение. — Мне сегодня довелось побывать в Наньяне, — безмятежным голосом начал он непринуждённую беседу, будто они сидели за столом с чашкой чая, а не раздетые в одной купальне. — Не поверишь, там ужасно холодно. Всего за каких-то полчаса, пока чиновники зачитывали новый указ императора, я продрог до костей! — А что за указ? — спросил Ши Сяо только за тем, чтобы как-то совладать с чувством неловкости. — Этот «несравненный» отныне запретил культивировать духовную ци выше того уровня, который имеет сам. Потому что посчитал оскорбительным, что кто-то может вознестись и стать бессмертным раньше него. А поскольку его уровень весьма низок, под запрет попали духовные практики большинства школ. Знаешь, Ши Сяо, что-то мне он не нравится. Может, императора стоит сменить? — Вы же против убийств, — тихо заметил юноша, пытаясь отсесть чуть дальше, чтобы не касаться ногой бедра развалившегося в воде демона. — Я — против, а вот его внук — не видит в этом ничего ужасного. Всего-то и надо, что подослать к нему духа гордыни, и тот, уверившись в собственном величии, устроит дворцовый переворот, в чём ему помогут обиженные адепты духовных школ. — А не будет ли новый император хуже прежнего? — нахмурился Ши Сяо. — Будет, но не долго, — усмехнулся Гуан Юэ. — Тебе ещё не попался тот договор, по которому внук императора проиграл мне половину своей жизни? Поскольку речь идёт не о конкретных годах, а именно о половине отведённого срока, то я решил отложить его исполнение. И сейчас его время подходит к концу. Такого свитка Ши Сяо ещё не видел, зато вспомнил о другом. — Мне сегодня попался договор, по которому королева змей проиграла вам право продолжать род. Ему уже больше сотни лет он до сих пор не исполнен. Неужели змеиный народ живёт так долго? — Хочешь, чтобы я рассказал тебе о доме Сяолун? — прищурившись, спросил Гуан Юэ. — И что мне за это будет? Демон подвинулся ближе, практически прижав Ши Сяо к бортику купальни, и, протянув руку, коснулся пальцами краешка губ. Юноша вздрогнул и чуть слышно выдохнул через приоткрытые губы. В этот момент ему показалось, что вода в купальне стала нестерпимо горячей. Или это его вдруг бросило в дрожь? Глянув из-под ресниц на совершенное в своей красоте лицо Гуан Юэ, Ши Сяо подумал, что демон ведёт себя как настоящий искуситель. Не требуя ничего сразу, но искусно ломая волю своей жертвы. Ведь всего за каких-то несколько месяцев юноша привык к мысли, что нет ничего странного, чтобы прикоснуться к обнажённому мужчине. И вот уже новый порог: они вместе в одной купальне и Ши Сяо не спешит отсюда прочь. Пока он обдумывал эту мысль, Гуан Юэ наклонился ближе и мягко прикоснулся к его губам осторожным поцелуем. Ши Сяо вздрогнул всем телом и вскинул руки. От резкого движения раздался всплеск, и демон отстранился. — Зачем, господин Гуан Юэ? — тихо спросил юноша, опустив голову. — Ты так мило смущаешься, — улыбнулся демон. — Неужели вам так хочется склонить меня к пороку? — Пороки — странная вещь, — произнёс тот, откидываясь на бортик. — Одна и та же вещь в одни времена может считаться порочной, а в другие — целомудренной. Когда-то давно, девушкам калечили ноги тугими бинтами, потому что иметь обычную ступню считалось некрасивым, и даже неприличным для женщины высокого положения. Но был в истории и такой период, когда девушки носили юбки выше колена, а мужчины не прятали штаны под верхнем платьем. И это считалось нормальным. Но как бы сейчас посмотрели на того, кто осмелился бы пройти по городу в рубашке и брюках? — Решили бы, что тот сбежал от ревнивого мужа любовницы, позабыв второпях своё ханьфу! — фыркнул Ши Сяо. — Но людей в таких одеждах я видел. В амулете памяти, который учитель принёс из древнего города. Вы помните те времена, да? — Да, — кивнул Гуан Юэ. — Но ты, ведь, не Ю Вэньмин, и тебе интересно другое — дом Сяолун. Как однажды уже говорил, я помню некоторых, с кем играл. И старую гадюку точно не забуду, потому что она решила меня обмануть. Не сумев выиграть то, что хотела, она обратила своё тело в зелёное пламя и наполнила собой каждого из своего рода. Это подарило дому Сяолун особые умения, а меня лишило возможности забрать выигрыш. Но я умею ждать, и однажды ей придётся со мной рассчитаться. Гуан Юэ внимательно посмотрел на сидящего рядом юношу, и кивнул своим мыслям. — Что-то я проголодался, — вдруг сменил он тему. — Принеси мне полотенце и помоги одеться. Пожалуй, если бы Ши Сяо практиковал навык мгновенного перемещения, то сейчас сумел бы возвыситься до уровня мастера. Но даже без тренировок ему удалось выскочить за дверь купальни за один удар сердца, чтобы вернуться обратно полностью одетым и с тёплым полотенцем в руках. И всё же в той купальне проклятому демону удалось поселить смятение в его душе и сердце. Спустя всего одну неделю Ши Сяо поймал себя на мысли, что начал откровенно любоваться телом Гуан Юэ. А по ночам и вовсе в голову лезли непристойные мысли. Сам же демон делал вид, что позабыл ту историю. Вот только почему он тогда взял за привычку прикасаться к Ши Сяо? То небрежно возьмёт за локоть, прогуливаясь по парку, то уберёт прядь, упавшую на лицо?.. Ши Сяо понимал, что с ним творится что-то неправильное. Но ничего поделать с этим не мог. Чтобы как-то привести себя в чувство, он даже принялся придирчиво рассматривать себя в зеркало. Вот кожа — совсем не белая, а загоревшая от частого нахождения на солнце. Руки — совсем не изящные, а загрубевшие от физической работы. Волосы чёрные, но без шелкового блеска, который так любят восхвалять поэты. А черты лица так и вовсе самые обычные. — Ну и зачем бессмертному демону нужен простой парень? — нахмурившись, спросил Ши Сяо у своего отражения. — Разве что только для того, чтобы убить скуку. Всего четыре месяца осталось, а потом я снова вернусь на гору Шаньгу к старому учителю. А затем горестно вздохнул и произнёс гораздо тише: — Надо их просто пережить и не поддаться соблазну.