Брют

      Антона разбудил визг ребёнка с улицы. Он лениво потёр глаза и перевернулся на спину. Солнце яркими лучами освещало всю его комнату и на душе тоже стало как-то тепло, что ли. Он широко зевнул и взглянул на часы.       — Блять! — Парень резко подорвался с кровати и побежал в ванну.        Он живо принял душ и, быстро начищая зубы, пилил себя в зеркале злым взглядом. Как можно было забыть завести будильник? Как можно было забыть завести будильник в день такой встречи? Он сполоснул лицо холодной водой, заправляя мокрыми руками волосы назад. Пряди мокрыми завитками спали на лоб.        — Ты, — Антон с хмурым взглядом ткнул пальцем в зеркало, — кусок идиотины.        Отражение ничего не ответило, и парень быстро выбежал из ванны, нервно взъерошивая волосы, стараясь хоть как-то их уложить. Он быстро накинул брюки, рубашку, и полез в шкаф за чистыми носками.        — Да еб твою мать! — Антон сорвался на крик, когда открыв дверцу шкафа, все-таки уронил ее себе на ногу, — да что за пиздец? — он закинул голову назад и гневно выдохнул.        Он даже не стал пытаться закрыть сорвавшуюся дверцу. Прыгая на одной ноге, он натянул носки, едва не упав, споткнувшись о край ковра, после чего быстро забежал на кухню, в поисках быстрого перекуса. Взгляд пал на сушки, которые мирно лежали на подоконнике. Оторвав несколько из связки, он отправил их в рот. В холодильные парень нашёл полупустую бутылку молока и быстро допил то, что там осталось, уронив несколько капель на пол.        Обувшись, он осмотрел свой видок в зеркале. Сделав очередную неудачную попытку привести волосы в порядок, он накинул куртку и быстро выбежал из квартиры.        Трамвай как назло долго не ехал, и Антон каждые несколько минут прожигал наручные часы взглядом. У него есть только двадцать минут, чтобы добраться до корпуса, а дорога, как правило занимает полчаса. Он тихо выругался себе под нос. Но благо трамвай вскоре подъехал, и парень как можно быстрее запрыгнул внутрь, как будто от него зависело, насколько быстро они доберутся до места назначения. Всю дорогу он мысленно подгонял транспорт.        Приехав на нужную остановку, Антон первым выбежал из трамвая и быстро рванул к нужному корпусу. Добежав до двери нужной аудитории, он остановился, чтобы перевести дыхание. Поправив причёску и выровняв перекосившийся галстук, он постучал в дверь и несмело приоткрыл ее. Внутри было всего несколько человек: преподаватель по актерскому искусству, он вёл у Антона на втором курсе; завкафедрой, которая сидела на втором ряду и что-то записывала в свой журнал; ещё пара преподавателей, которых он раньше не видел и, непосредственно, Игорь Николаевич, который вёл непринужденную беседу с Арсением.        — Здравствуйте, прошу прощения, трамвай попал в пробку, — Антон попытался соврать с совершенно искреннем выражением лица.        — Ничего, Антон, — Арсений подошёл к нему и протянул руку, — Арсений, приятно познакомиться.        Антон пожал ему руку, увидев из-за спины актера улыбку ректора. Парень попытался что-то сказать, но никакие слова, как назло, не шли ему в голову, поэтому он просто, как дурачок, кивал.        — Это я приехал немного раньше, так что все в порядке, — актёр улыбнулся ему самой обворожительной улыбкой, от чего парень был готов растечься, как пломбир под июльским солнцем.        Антон отметил, что Арсений выглядел просто как бог в этой аудитории, по сравнению со всеми остальными. Зауженные черные джинсы, ярко-оранжевая водолазка и черная кожаная куртка. На голове красовались какие-то брендовые солнечные очки. Он абсолютно не вписывался в реалии, в которых жил Антон. В его начищенных оксфордах можно было буквально увидеть своё отражение, из-за чего Антону стало немного стыдно за свои потрепанные ботинки, на которых можно было заметить пятна от всех четырех сезонов, несмотря на то, что он их чистил регулярно.        — А… Хорошо, — парень помял пальцами ключицу через рубашку и робко улыбнулся, — а вы уже и имя мое знаете?        — Как и ты мое, — актёр легко засмеялся, — но я наслышан. На студии в Ленинграде многие хвалили твою конкурсную работу в прошлом году. Сказали, что она была достойна первого места.        — Ой, — парень махнул рукой и застенчиво засмеялся, — думаю, сейчас я бы сделал намного лучше, но спасибо.        Он хотел съязвить про то, что он бы получил первое место, если бы его мама тоже была замдиректора Ленфильма, но вовремя прикусил язык.        — Привет, Антон, — ректор кивнул ему, — присаживайся, мы ещё не начинали.        Антон кивнул ему в ответ и пошёл занимать своё привычное место на первой парте. В кабинет также зашёл Борис Евгеньевич, он быстро извинился и занял первую парту, в противоположном ряду от Антона. Ректор начал свою речь про то, как все рады приветствовать человека такого уровня в их институте, рассказывал всякие комплименты актеру, задавал какие-то вопросы от себя. Позже подключились и остальные преподаватели, спрашивая в основном о каких-то секретах преподавания, интересных фишках и тому подобное. Антон пару раз пытался задать вопрос о том, что интересует его, как студента, но его обычно кто-то перебивал и вопрос терялся, поэтому он просто старался запомнить, как можно больше из того, что спрашивали преподаватели.        Арсений держался отлично, отвечая на кучу одинаковых вопросов, иногда даже повторяя свои ответы по несколько раз. Антону казалось, что завкафедрой вообще решила устроить допрос актеру, в воздухе повисла какая-то странная, некомфортная атмосфера. Он про себя отметил, что если бы все эти вопросы задавали ему, он бы непременно съязвил уже несколько раз, как минимум.       Парню стало совсем скучно, когда ректор стал рассказывать про особенности оценивания студентов по разным предметам. Но он не смог сдержать ухмылку, глядя на лицо актера, на котором легко можно было прочесть абсолютную незаинтересованность, прикрытую очень убедительной улыбкой. Антон прекрасно знал этот взгляд, потому что и сам тренировал его четыре года поездок на всякие конференции, где нужно было сидеть с довольным лицом, слушая самые скучные вещи в мире. В какой-то момент он поймал на себе взгляд Арсения, и сразу постарался стереть усмешку со своего лица, но было поздно. По лицу актера также поползла улыбка, на этот раз совершенно искренняя.        — Я прошу прощения, — через какое-то время сказал Борис Евгеньевич, поднимаясь со своего места, — ужасно не хочу вас покидать, но меня ждут мои должники.        — Конечно, — Арсений по-доброму улыбнулся преподавателю, — студенты всегда на первом месте. Был рад с вами познакомиться.        — Взаимно, — мужчина учтиво кивнул и вышел из аудитории.        — Так… — актёр повернулся к аудитории, хлопнув в ладони, — к слову о студентах. Антон, может у тебя есть какие-то вопросы, а то ты совсем притих.        Парень слегка дернулся от неожиданности. Под этим пронзительным взглядом голубых глаз хотелось скукожиться как изюм, а не выступать с вопросом.        — Эм… — Антон призадумался, было очень много вопросов, которые он хотела задать, и так сразу было тяжело выбрать один. — Ну вот, например, из вашей практики, каким должен быть режиссер, чтобы актерам было комфортно с ним работать?        — Хм, — Арсений сложил пальцы на подбородок и слегка призадумался, — я бы сказал, что он в первую очередь должен гореть своей идеей и быть честным по отношению к работе актеров. Я далеко не всегда вижу какую-то сцену точно также, как ее видит режиссёр, и намного легче, когда мне сразу говорят, что я не так делаю. Куда проще подправить свой образ в начале работы, чем услышать в середине, что от меня ожидают чего-то другого, когда ты, грубо говоря, уже живешь в той роли, которую ты сам себе нарисовал.        — А бывает такое, что после первого мотора приходилось заменять актеров? Как об этом лучше сказать человеку?        — Конечно, бывает, — мужчина рассмеялся, — но опять же, тут важна честность. Я был человеком и которого заменяли и на которого заменяли. Часто бывает, что на кастинге все в порядке и тебя видят в этой роли, но на моторе ты не вписываешься. Режиссёр должен четко понимать, что его цель — это качественный продукт, и если он видит, чувствует, что можно сделать кино лучше, заменив актера, то это нужно обязательно сделать. Я лично абсолютно нормально на это реагирую. Мне важно сняться в хорошем кино, потому что, как не крути, все-таки лицо актера ассоциируется с фильмом больше, чем фамилия режиссера, в большинстве случаев. Были ситуации, когда меня оставляли на главной роли чисто из-за популярности, при этом абсолютно не видев меня в этом образе. Обычно это заканчивается не очень хорошо.        Антон улыбнулся и благодарно кивнул. Дальше со своим расспросом встряла завкафедрой, на что парень с грустной улыбкой закатил глаза, так, чтобы никто не увидел. Но Арсений увидел. Мужчина быстро подмигнул ему, улыбаясь, после чего переключил своё внимание на женщину.        До конца встречи Антону так и не выпал второй шанс задать вопрос. Непонятно, зачем ректор его пригласил, если слова ему так и не давали. Вскоре Игорь Николаевич поблагодарил всех за то, что пришли, и напомнил им про какое-то собрание через час. Преподаватели подходили к актеру, чтобы пожать ему руку и поблагодарить за интересную беседу. Антон же сидел на месте, в ожидании, когда эта толпа возле Арсения немного рассосется. Вскоре в аудитории остались только они втроём, и Антон уже было собирался подойти к актеру, чтобы попрощаться, но к нему подошёл ректор и, положив руку на плечо, сказал:       — Хорошо, что ты остался, мы тогда сейчас покажем нашему гостю нашу альма-матер, да?        — Конечно, — парень заметно взбодрился.        Ректор хотел сказать что-то ещё, но в кабинет, быстро постучавшись, забежала молодая девушка.        — Игорь Николаевич, — она говорила с явной одышкой, видимо, быстро бежала, — вам звонок. Сказали, что что-то срочное.        — Ох, — ректор раздраженно выдохнул, — ты сказала, что я занят сейчас?        — Конечно, но мне сказали, что это важно. Это из Мосфильма.        — Да что ж такое, — он явно был раздосадован, — вы, ребят, тогда сходите на перерыв, и подождите меня тут, я постараюсь быстро. Антон, — мужчина с улыбкой пригрозил ему пальцем, — Арсения не мучить.        Парень засмеялся, разведя руки в стороны.        — Сделаю все, что в моих силах.       Ректор улыбнулся и вышел из кабинета вместе с девушкой, оставив их наедине.       — Не хочешь выйти покурить? — поинтересовался актёр.        — А? — Антон повернулся к мужчине лицом и наткнулся на вопросительный взгляд. — А. Да. Конечно.        Арсений пошёл к выходу из аудитории, и Антон, зависнув на пару секунд, пошёл следом.        — А можно вопрос? — Поинтересовался Антон, спускаясь по ступенькам.       — Конечно, — мужчина усмехнулся, — я здесь как раз за этим.        — Не поймите неправильно, но почему вы захотели посмотреть наш институт? У нас же особо ничего интересного нет.        — Ну как это нет? Из вашего института выпустилось очень много известных актёров, режиссёров, сценаристов. Мне было действительно интересно пообщаться с людьми, которые их учили, это колоссальный опыт. Мне интересно будет еще с тобой пообщаться нормально, ведь судя по тому, что о тебе говорят, у тебя есть все шансы чего-то добиться в этом деле.        — Ох, — Антон смущенно отвёл взгляд, улыбаясь, — лишь бы эти шансы не разбились о нашу реальность.        — А что не так с вашей реальностью? — Арсений придержал дверь парню, и тот быстро юркнул на улицу.        — Та нет, все так, просто конкуренция большая. Нужно быть или невероятно талантливым либо иметь хорошие связи, чтобы попасть в нужную тусовку, так сказать.        Парень похлопал себя по карманам, в поисках пачки сигарет, но везде было пусто.       — Черт, — он досадно вздохнул, вспомнив, как вчера после перекура забыл пачку на рабочем столе.        — Держи, — Арсений протянул ему свою.        Антон взял одну сигарету, с интересом разглядывая ее. Он таких ещё не видел: немного длиннее, чем те, что курит он, плюс от неё доносился сильный запах мяты.        — Это с ментолом, пробовал когда-то?       — Нет, — Антон поднёс лицо к любезно предложенной зажигалке и глубоко затянулся. — А вот теперь да.        — И как? — мужчина не сдержал улыбку.       — Мятно, но мне нравится, не так сильно горечь ощущается.        — Это да, и от них одежда не так воняет, — Арсений опустил на глаза очки и выдохнул дым куда-то вверх. — Так, а скажи мне, Антон, ты ж вот на выпускном курсе, а дальше что планируешь делать?        — Ну-у, — парень нервно сделал ещё одну затяжку, — все зависит того, как диплом сдам. Надеюсь, меня заметят, может пригласят куда-то на работу. У меня есть несколько хороших идей для фильмов, один полнометражный сценарий даже почти готов. А если нет, буду на телевиденье пытаться попасть, говорят туда проще, чем в кино.        — На телевидении тебе, наверно, будет скучно, там мало пространства для творчества. Или ты любитель простых дорог? — Арсений с вызовом глянул на парня.        — Да нет, наверно, — парень пожал плечами, — я скорее любитель открытых дорог. Лучше хоть куда-то идти, чем стоять на месте в надежде на что-то. Ведь иногда дороги могут куда-то сворачивать, и никогда не узнаешь, что за поворотом, если будешь стоять у закрытых дверей.        — Возможно, ты и прав, — мужчина кивнул, подняв брови.        — А как у вас карьера началась?        — Я после института попал в театр, играл там и параллельно ходил на кастинги. Играл все, куда брали, даже вспоминать страшно, — мужчина как-то грустно засмеялся, — потом набрался опыта, плюс моя фамилия уже кое-где на слуху была, стало немного проще. Начал уже сам выбирать фильмы, где хочу сниматься, а где нет. Потом по чистому везению получил первую главную роль, как-то так.        — А почему по везению?        — Я был копией главного героя из книги, которую экранизировали.       Антон засмеялся себе под нос.        — Хорошо, что режиссеров не выбирают по внешности.        — Почему же? — актер непонимающе посмотрел на Антона.       — Ну, это я так, в шутку, — парню явно стало неловко, он помялся с ноги на ногу.        — Всех выбирают по внешности, — Арсений бросил свой окурок в сторону мусорки и направился к дверям в корпус. Антон пожал плечами и пошёл следом.        Они поднимались по лестнице в полной тишине. Разве что откуда то донёсся звук закрывающейся двери. Пустые тихие коридоры корпуса, залитые ярким солнечным светом, почему-то ощущались как-то неправильно и некомфортно, Антону даже захотелось поёжиться. Зайдя в аудиторию, он как-то даже облегченно выдохнул. Арсений вышел на середину аудитории, оперся бёдрами о край первой парты и задумчиво рассматривал доску.       — А почему? — Антон подошёл немного ближе и уселся на первую парту где-то в метре от Арсения.       — Почему что? — актёр вопросительно взглянул на парня.        — Почему всех выбирают по внешности? — Антон не отрывал взгляд от доски, на которой все ещё можно было рассмотреть записи со вчерашних лекций.        — Ну так это нормально, — Арсений выдохнул с легкой улыбкой, — все мы это делаем. На танцы ты пригласишь девушку, которая хорошо выглядит. В любой группе самый популярным среди девушек становиться тот, кто самый симпатичный. На главную роль ты возьмёшь человека, который лучше всего будет смотреться в кадре.        — Не знаю, — Антон призадумался, слегка закинув голову назад, — я бы в жизни не пригласил девушку, с которой скучно, будь она хоть самой красивой в городе. А насчет актеров, думаю, больше же важен талант. Таланту невозможно научить, а как работать в кадре - дело пары часов.        — Допустим, — мужчина отошёл от парты и встал лицом к Антону, — но все равно, когда ты в первый раз видишь человека, ты складываешь первое впечатление по тому, как он выглядит.        Антон промолчал, задумчиво смотря на актера. Мужчина выждал пару секунд и продолжил:       — Ну вот если бы к тебе пришли на пробы два актера: один одет с иголочки, а другой с полуразвязанным галстуком. Кто бы произвёл на тебя более хорошее впечатление? — Арсений как-то хитро улыбнулся.        Антон по инерции протянулся рукой проверить свой галстук. Ну и, естественно, он нащупал ослабший узел в районе груди. Он показушно закатил глаза и принялся развязывать галстук.       — Как подсказывает мой личный опыт, у людей с развязанными галстуками обычно блестящий ум и прирожденный талант, так что я выбираю второго, — улыбаясь, парень пытался быстро завязать галстук хоть как-то, чтобы никто не подумал, что он полудурье, которое не умеет это делать.        Арсений тихо засмеялся и стал наблюдать за безуспешными попытками Антона справиться со сложнейшим предметом гардероба. Он выглядел даже как-то мило в своей сосредоточенности в этом деле.        — Тебе помочь? — Заботливо поинтересовался мужчина.        — Да нет, я уже почти, — Антон затянул узел, который больше напоминал кривой комок из ткани. — Я просто предпочитаю стиль «морской узел», слышали о таком?        Парень попытался отшутиться, а в это время старался как можно быстрее подправить свое безобразие. Арсений выдохнул что-то наподобие «господи» и подошёл к парню, забирая у него из рук галстук.        — Конечно, слышал, — он быстро развязал узел и стал ровнять галстук на шее у парня, — я обычно его завязываю, когда еду кататься на яхте.        Мужчина уверенными движениями завязывал галстук у Антона на шее, а тот боялся пошевелиться. Он крепко, до белых костяшек, сжал края парты руками. Слишком непривычно было ощущать кого-то настолько близко в своём личном пространстве. До него доносился аромат парфюма Арсения, и он боролся с желанием вдохнуть полной грудью этот запах. Деревянно-пряные ноты приятно кружили голову и кардинально отличались от советских парфюмом, к которым Антон привык. Этот запах не был резким и душным, он был едва уловимым, но в тоже время очень четким и манящим. Он медленно поднял взгляд на лицо мужчины, смотря снизу-вверх, чтобы быть хоть немного ближе к эпицентру этого аромата. Появилось странное желание уткнуться носом в шею Арсения, но поймав себя на этой мысли, Антон смутился и опустил голову. Он надеялся, что мужчина не заметил его странных телодвижений.        — Ну вот, — Арсений легко затянул узел у него на шее, — стиль «руки из плеч» тебе идёт куда больше.        Актер отошел на несколько шагов назад, осматривая свою работу, а Антон сделал медленный вдох, стараясь уловить остатки шлейфа.        — Спасибо, — парень поправил галстук, — надеюсь, до свадьбы не развяжется.        Актёр звонко рассмеялся, на что парень довольно улыбнулся.        — Ну если что зови на свадьбу, завяжу ещё раз.        — А вы прям придёте? — Антон даже не старался скрыть свой сарказм.        — Думаю, к тому моменту ты уже станешь известным режиссёром, а в таком случае, почему бы и не прийти? — мужчина пожал плечами.        — А может у меня через неделю свадьба, — попробовал сблефовать парень.        Арсений выдал что-то между смешком и саркастическим вздохом. Парень сверлил мужчину вопросительным взглядом, стараясь это делать с максимально серьёзным лицом, но улыбка все равно предательски ползла по губам.        — Тогда почему галстуки проблема? — актер потёр пальцами подбородок, подхватывая улыбку Антона.       — А может она у меня пират? Крюком галстук не завяжешь, — парень театрально возмутился, стараясь вложить в это все свои актёрские навыки.       Актёр рассмеялся, похлопывая себя по ноге. Он подошёл ближе к Антону и положил ему руку на плечо, заглядывая в лицо.        — Тогда я определенно хочу на эту свадьбу!        Мужчина, посмеиваясь, пошёл в сторону преподавательского стола. Антон хотел было что-то ответить, но до него снова донесся тот самый аромат, вытесняя все мысли из головы и заменяя их на инструкцию «как нормально дышать и не выглядеть при этом придурком». Поэтому он просто тихо посмеялся, неловко переминаясь на парте. Повисла небольшая пауза, и в этой тишине хруст антоновских пальцев послышался как-то неожиданно громко. Арсений быстро перевел на руки парня какой-то хмурый взгляд, но сказать ничего не успел. В кабинет резко вошёл Игорь Николаевич.        — Я прошу прощение за ожидание, — он, улыбаясь, прошел в середину аудитории, — наш молодой человек вам не докучал?        — Ни в коем случае, — Арсений подошёл к парню и опустил ему ладонь куда-то в район шеи, вызвав у того рой мурашек в этом месте, — если все ваши студенты такие, то у вашего кино большое будущее.        — Ну, студенты у нас, конечно, разные, — ректор мягко улыбнулся, — но Антон всегда умел отличится.        Ректор тихо засмеялся, а парню хотелось провалиться под землю. Он, в целом, не любил, когда на нем акцентируют внимание в таком ключе, плюс сейчас его больше беспокоила его реакция на актера. Арсений стоял рядом, казалось бы, на абсолютно приличном расстоянии, но почему-то дышать он начал через раз. Его запах словно наводил на него какой-то дурман, буквально не оставляя в голове ничего, кроме пряно-древесного облака, и тяжело сказать нравилось это Антону или нет. Хотя, скорее нет, он ловил себя не мысли, что это странно, так не должно быть. Антон слегка помотал головой, отгоняя от себя эти мысли, и попытался включиться в диалог. Ректор сообщил, что у него есть немного времени, но он успеет немного показать корпус, и они втроем вышли из аудитории.        Игорь Николаевич рассказывал про институт так, будто он проводит экскурсию в музее для третьеклассников. Антон изо всех сил сдерживался, чтобы не зевнуть. Ну кому может быть интересно, кто тут оформлял колонны, чьи фамилии есть на доске почета, и кто сажал дуб во дворе под корпусом. Антон бы рассказал куда лучше. У него есть история про загадочного мстителя, который постоянно приклеивает жвачку на нос бюсту Станиславского. На него объявляли охоту, но так и оставался неуловимым. Или про самое известное место в институте - пролет между вторым и третьи этажом главного корпуса. В простонародье «ЦСКА», потому что там нет места для «Динамо». Есть негласное правило, что если девушку зовут на свидание на этом пролете, то отказывать нельзя. Про это же куда интереснее слушать, чем про историю постройки здания.        В какой-то момент Антон поймал себя на мысли, что он от скуки просто шёл и пялился на актера, который с интересом слушал рассказы ректора. Стало любопытно, он сейчас играет роль благодарного слушателя или ему правда интересно. Он старался рассмотреть в его мимике неискренность, хоть и понимал, что со стороны это, вероятно, выглядело так, будто он просто таращился на мужчину. Арсений в какой-то момент перехватил взгляд Антона, но его, казалось, это совсем не смутило. Актер быстро закатил глаза с легкой улыбкой и снова полностью погрузился в разговор с преподавателем. Этот жест длился буквально секунду, если бы Антон в это время моргнул, он бы даже не увидел его, но из-за него почему-то стало немножко веселее. Совсем чуть-чуть.        — Ладно, мне, к сожалению, пора уже бежать на встречу. Арсений, — мужчина повернулся к актеру и протянул ему руку, — был бесконечно рад нашей встрече. Очень надеюсь увидеть вас у нас в гостях еще раз.        — Взаимно, Игорь Николаевич, — Арсений пожал ему руку, — по возможности, обязательно ещё приеду.        Антон мялся на месте, он не знал, что говорить и что сейчас вообще делать. Не может же он просто помахать всем рукой и уйти.        — Антон, — ректор обратился к парню и также протянул ему руку, — спасибо тебе за компанию и за то, что подстраховал. Если что, до понедельника.        — Да не за что, — он также пожал руку, — до понедельника. И спасибо, что пригласили.       Игорь Николаевич ещё раз кивнул актеру и направься в сторону лестницы, параллельно рассматривая время на своих часах. Антон и Арсения переглянулись, мужчина махнул головой в сторону выхода, на что парень согласно кивнул, и они вдвоём направились в сторону первого этажа.        — И как вам? — Антон принял предложенную сигарету и подкурил ее из рук актера.        — Ну, интересно, — Арсений очень старался звучать убедительно, но получилось у него не очень хорошо.        Антон не смог сдержать негромкий смех, который он сразу же постарался замаскировать под кашель. Арсений с какой-то озорной улыбкой взглянул на него.        — Нет, правда, — актёр тоже легко засмеялся, подхватывая настроение, — ты чего? Я первый раз вообще был в советском вузе, конечно, мне все интересно.        — Да верю-верю, — хоть и на лице парня читалось совсем другое, но никто не стал развивать эту тему дальше.        Они проложили курить в тишине с улыбками на лицах. Антон про себя отметил, что он совсем не чувствует себя неловко. Может это Арсений такой компанейский, что с ним легко может найти общий язык кто угодно, или может у них правда много общего, поэтому общение так легко идёт. Грустно, правда, что через полсигареты они попрощаются и больше, вероятно, никогда не увидятся. Парень немного поник, медленно выпуская дым себе под ноги. Хотелось растянуть эту сигарету на подольше, чтобы не пришлось прощаться так быстро.        — Я хочу почитать твой сценарий, — Арсений сказал это настолько будничным тоном, что Антон даже не сразу понял смысл сказанного.        — Что? Какой? — парень немного растерялся, бегая взглядом от своей сигареты на лицо актера и обратно.        — Ну ты говорил, что у тебя есть готовый сценарий для полного метра, вот я бы хотел его почитать, — Арсений даже не смотрел в сторону парня, он будто пытался рассмотреть что-то через дорогу от корпуса.        — В смысле, да, конечно, — он сжимал пальцы свободной руки, издавая неприятный хруст, — у меня он правда в одном экземпляре, но я могу вам передать, я и так его наизусть знаю.        — Давай так, у меня сегодня ещё куча дел, так что я вряд ли успею, — актер прикрыл глаза, будто что-то вспоминал, — а вот завтра я до обеда свободен. Не хочешь мне завтра в отель его подвезти, а я тебя угощу завтраком. Ты мне сегодня составил отличную компанию, это будет мое такое «спасибо» тебе.        Антон уставился на актера экране удивленным взглядом. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл, передумав. Арсений, воспользовавшись заминкой парня, продолжил:        — Скажем, в одиннадцать тебе будет удобно? Я не любитель ранних вылазок, — мужчина затушил сигарету, выкинул бычок, и взглянул на Антона, ожидая ответа.        — Д-да, конечно, — у Антона в голове будто пропал сигнал, он не совсем понимал, что сейчас происходит, но, казалось, за него уже все решили.        Арсений достал из внутреннего кармана куртки небольшой блокнот с ручкой, записал туда что-то, после чего вырвал страницу и протянул ее Антону. Парень вгляделся в адрес и обалдел ещё сильнее.        — Метрополь? Меня туда не пустят, — парень помотал головой с какой-то нервной улыбкой.        — Спорим, пустят? — Арсений приободряюще похлопал его по плечу, — я предупрежу, что у меня гость.        — Я даже не знаю, — Антон замер, перечитывая адрес на бумажке снова и снова, лишь бы не поднимать глаза на актера. Он буквально чувствовал на себе пронизывающий взгляд этих неестественно голубых глаз.        — Я зато знаю. Все, Антон, мне пора ехать, завтра тебя жду, так что не прощаюсь.        Мужчина похлопал его по плечу, и быстро направился в сторону подъехавшей машины.        — До встречи! — Антон крикнул это неожиданно громко и радостно, он даже сам от себя этого не ожидал. Стало как-то неловко, поскольку актёр быстро обернулся на него с веселой улыбкой, но легким непониманием в глазах. Он махнул парню рукой и сел в машину. Антон определенно сегодня ночью будет лежать и думать о том, как глупо он, вероятно, выглядел со стороны.        Всю дорогу домой он думал о сегодняшней странной встрече. В голове до сих пор как-то не уложилось осознание того, что он сегодня полдня провел с человеком такого уровня. С Арсением, мать его, Мартенсом. И что он пригласил его позавтракать в отель. Это все казалось каким-то сюром, так не может происходить на самом деле. Антон был в каком-то трансе; он в трансе ехал в трамвае, в трансе покупал в магазине сосиски и макароны, в трансе медленно поднимался на свой четверых этаж.        Разложив покупки и переодевшись, Антон сел на кровать и замер, рассматривая какую-то точку на шкафу. Ему, определенно, нужно переварить сегодняшний день. Даже захотелось дать себе пощечину, чтобы проснуться.        — Так, — Антон редко разговаривал сам с собой, но сегодня был особенный день, — завтра мы едем в Метрополь на завтрак с Арсением.        Когда он произносил это вслух, это звучало еще даже более абсурдно, чем в его мыслях. Он усмехнулся на свои же слова. Помахав головой в стороны, Антон решил немного отвлечься от этого потока мыслей, и, забравшись на кровать в позу лотоса, стал перечитывать свой сценарий. Если уж завтра и нести его кому-то читать, то нужно было довести до ума все те моменты, которые он оставлял на потом, когда будет вдохновение. И вот вдохновение прилетело, прямиком из Парижа.        Работа шла легко, много удачных мыслей приходило в голову. Антон дописал несколько диалогов, и остался очень ими доволен - читаться все стало немного легче и, главное, живее.  За столь продуктивной работой, парень даже не сразу заметил, что его живот уже долгое время поет ему серенады. Время уже близилось к вечеру, а у него за весь день во рту были только три сушки и пара глотков молока. Антон устало выдохнул и нехотя поплелся на кухню. Готовить было страшно лень, но в холодильнике мышь повесилась, поэтому парень с недовольной гримасой достал с верхней полки кастрюлю и поставил ее на огонь. Пока кипела вода, Антон курил в форточку и мысленно проклинал человеческий род за потребность в пище. Если б не это чувство голода, можно было бы сэкономить столько времени и нервов, не говоря уже о деньгах. Антон бы хотел питаться солнечной энергией, но пока что питался сосисками.        Вечер прошёл в попытках найти у себя в шкафу что-то приличное. После долгого разговора с Ильей по телефону, когда тот ему выдал напоследок фразу «ну ты ж оденься соответствующе», Антон вдруг осознал, что это не такая уж простая задача. Именно поэтому он сейчас сидел на ковре в куче своей одежды, которую вывалил из шкафа, и пытался ее рассортировать на приличную и неприличную. Выбрав нужные вещи, их, естественно, нужно было погладить. Антон чувствовал себя золушкой: там приготовить, то постирать, это погладить — жуть. Он аккуратно сложил на спинку стула джинсы, которые обычно старался не затаскивать, на дверцу шкафа повесил белую футболку и темно-синий джемпер, подарок от мамы между прочим!       Сидя на балконе с чашкой чая, полностью укутавшись в плед, Антон курил и думал том, как же он задолбался сегодня. Спать хотелось невероятно, хотя было предчувствие, что он опять себя накрутит какой-то ерундой перед сном и будет ворочаться до рассвета. Парень протяжно зевнул и затушил окурок. Быстро приняв душ, он камнем рухнул на кровать.        — Так, — Антон лениво поднялся в положение сидя, — будильник.        Выставив нужное время, он облегченно упал на спину, закинув руки за голову. Завтра он как зайдёт в Метрополь, позавтракает с Арсением, тот прочитает его сценарий и пустит восторженную слезу. Он будет умолять взять его на главную роль и Антон, конечно же согласиться. И они вместе поднимут шампанское за начало совместной работы. «Интересно, сколько там стоит шампанское? — пронеслась полусонная мысль у Антона, — нужно будет посчитать сколько у меня там со сдачи осталось».