Нетлеющая искорка: Призрак вернувшейся.

Ни в одно из мгновений своей проклятой жизни Твайлайт не желала перерезать себе горло так сильно, как сейчас. Не будь рядом Селестии, часто оглядывающейся на нее, она бы это сделала. Они были в одной достаточно тесной, на вкус не слишком хорошо относящейся к закрытым пространствам - Забытый Изалит и поселение нежити оставили свой отпечаток - негорящей, повозке, летящей прямиком в город, что давно уже перестал быть для нее хоть чем-то значимым. Кантерлот. Жемчужина Эквестрии. Для кого как, мысленно усмехнулась единорожка. Она видела и лучше. По крайней мере, ее воспоминания о столице говорили об этом. Как было на самом деле, она не имела более представления. За год могло случиться много чего. Устало протерев глаза и оставив себе пару кровоточащих царапин на веках, Спаркл достала из своего пространственного кармана черную металлическую флягу, залпом осушив ее едва ли не на четверть. Ярость, отчаяние и раздражение начали отодвигаться в дальний угол сознания, уступая место холодной рациональности. Ход мыслей, необходимый ей как никогда. Твайлайт глубоко вздохнула. Такими темпами либо придется переходить на местные успокоительные, либо искать ртуть самой. Ни один вариант ее не устраивал. И то, и то так или иначе намекнуло бы на изменения, случившиеся с ней. Селестии, знающей пусть и не все, но многое, было и так достаточно. Сквозь броню она почувствовала давление на плечо. Спайк тоже был тут, сонный, но упорно не желающий спать. - Твай, можно отпить? - кивнул он на флягу. - Да, я знаю, что там. - добавил он почти неслышным шепотом, - но после твоих гильотин, расставленных по всему дому, мне уже надоело трястись. - Хлеба и зрелищ, а? - ухмыльнулась Спаркл, погладив своего ассистента по голове, - Будут через час. Состав взял? - Да. После того, как ты меня споила, я его всегда ношу. - пробурчал ящер. Воспоминание, подобное этому, никогда уже не исчезнет из его памяти. Тогда его подруга решила, как она сама искренне верила, "слегка расслабиться" после очередной охоты на какую-то тварь, и из ниоткуда достала бочку с крайне сомнительным содержимым. Метанолом. Несмотря на то, что дракончик не просил у тогда еще не негорящей обучить его, он точно знал, что примерно ста пятидесяти грамм хватит, чтобы даже земнопони склеил копыта в момент, но нынешнюю единорожку, глушившую этот яд целыми кружками, это не заботило. Под конец она, не пьяная, но и не вполне трезвая, решила споить и его, благо не спиртом, а каким-то вином, он уже не помнил каким именно - в одном из отделений подвала был полный сейф этого добра, настолько разнообразных сортов, что он истер себе когти, каталогизируя их… на всякий случай. В любом случае, тогда его "начальница" поила его еще и особым составом, нейтрализующим негативное воздействие спиртного. Спайк мысленно усмехнулся. Сравнивая Твайлайт нынешнюю с прошлой, он не мог не содрогнуться. Из застенчивой, мягкой и умной волшебницы, вызывающей умиление одним своим существованием, она превратилась во властного ученого-вивисектора, знающего о собственном безумии. Однако он не мог пропустить и те перемены, которые случились с ним самим. Быть может, тому причиной были “качели”, устроенные ее прибытием, а может и постоянное напряжение, в котором его держали вездесущие ловушки, которые он за месяцы успел изучить в совершенстве, на инстинктах избегая их и автоматически получая дозу адреналина, но он стал куда более стойким - в первую неделю он дрожал даже от мысли, что придется зайти в лабораторию, а отрывистые рассказы о похождениях подруги, наполненные смертью и подробными описаниями убийств и расчленения вызывали рвоту, а сейчас это перешло в разряд "мерзко, но терпимо". Он подозревал, что, если бы заставил себя посмотреть на объекты исследования, то почти ничего бы не испытал. Пожалуй, он даже стал менее застенчивым, куда реже думая о том, что может обидеть кого-то буквально каждым действием и куда реже смущаясь. Это он мог записать и в плюс, и в минус, поскольку теперь не мог общаться с некоторыми разумными из тех, с кем он легко находил общий язык до этого, и иногда не мог посочувствовать тем, с кем еще мог болтать. - Твайлайт. Я понимаю, что ты привыкла жить по другим порядкам, - протянула солнечная принцесса, - но… Постарайся вернуться в прежнее состояние. - Я попытаюсь… - отрешенно протянула единорожка, но Спайк услышал иное. "Не могу ничего обещать." Карету едва заметно тряхнуло, и Спакрл сразу оказалась у дверцы, едва не срывая ее с петель. - Зря. - усмехнулась лавандовая кобылка в ответ на вскрик и последовавший за ним всплеск. Обескураженная Селестия взглянула вниз и увидела кобылу из солнечной гвардии, отплевывающуюся от воды по шею в фонтане. - Простите, это с ней впервые. - извинилась солнечная принцесса, перенеся ту обратно на площадку, после чего устремилась за ученицей, успевшей уйти довольно далеко. - Не стоит так спешить, принцесса. - заверил ее ящер, спокойный как никогда. Чтение мыслей было заклятием достаточно простым, но аликорн, достаточно сильно расслабившаяся за века мира, посчитала такое вторжение в разум маленького помощника ее ученицы недопустимым. В конце концов, она знала Твалайт как бы ни лучше, чем ее друзья. Она просто пошла вспоминать планировку, Успокаивала себя белоснежная кобыла. *** Как ни удивительно, даже тут, в обители повелительниц пони, где стражи, казалось бы, должны быть на каждом углу, было укромное место, куда никто даже не подумывал зайти.Твайлайт сомневалась, помнили ли о нем вообще. Судя по слою пыли, об этой комнатушке не вспоминали лет сто, и то не факт - большая часть пыли, судя по ржавым аксессуарам, принадлежала давно почившим, которые здесь застряли. По своей воле или нет, не имело значения. Какой же слабонервной моралисткой я была. Твайлайт находила это смешным, однако же смеяться уже не умела. По крайней мере, так ей казалось, ибо смех, доносящийся из ее уст, чаще всего был саркастичным и просто дополнял речь. Смеяться по-настоящему она теперь не могла - нравы эквестрийцев были куда чище, чем она привыкла, да и опустошенные и негорящие “пережили” события много более ужасные, и к подобному привыкли давно. Костер медленно, словно бы нехотя разгорался, пожирая души, которые она прихватила с собой в витом мече. Она все равно планировала поставить его где-нибудь в замке ради того, чтобы иметь свой отдельный черный ход. Однако у нее было немного времени - Селестия скоро придет, а маскировка вряд ли будет ей мешать. Однако скрыть костер все же можно. И именно этим занялась волшебница. Пламя уже пожирало естественный магический фон, и все, что она сейчас могла - сделать это поглощение равномерным в пределах замка, чтобы “центр” никогда не нашли. Спайк. Умоляю, отвлеки и задержи ее. Иначе клянусь, я тебя четвертую, соберу обратно и буду повторять процесс пока ты не потеряешь рассудок. Пять минут. Фон замка взбунтовался, не желая отдавать свою энергию, но порождение гаснущего мира оказалось сильнее. Отчаяннее. Голоднее. И намного ожесточеннее. Магии этого мира вновь ничего не осталось, кроме как подчиниться. Наконец, все пришло в норму. Костер оказался сокрыт от чувствующих магию. Конечно, иссушение фона от них не скрыть, но вот откуда оно идет - станет для них неразрешимой загадкой. Невидимость и кольцо с дремлющим драконом были неостановимой комбинацией, сколько она их помнила. С учетом ее опыта бесшумной ходьбы "в чистую" - едва ли хоть кто-то ее заметит. Разум сам собой начал прикидывать лучшие места для Ядовитых Миазм, заклинания может и не слишком гуманного, но крайне эффективного и достаточно простого. Отогнав эти мысли, лавандовая волшебница скривилась, вспоминая, как при помощи заклинания превратила арену с Хранителями Бездны в газовую камеру, в которой медленно и мучительно умерли ее враги и едва не откинула копыта она сама. Пожалуй, это было бы первым местом в топе самых неприятных смертей, если бы не Эстус. Да, она бы тогда умерла, если бы не жидкий огонь. Это было даже забавно. Осторожно, легко избегая патрулей, она, оставив один из потоков сознания следить за заклинанием и обновлять его, обратилась к своей памяти, вылавливая планировку. Еще один осколок, благоразумно оставленный в разуме Спайка, слушал и следил за той, кого она некогда звала наставницей. Какой жалкой Селестия казалась ей теперь, после отголосков легенды о Бледном Драконе, создавшем суть магии в попытке обрести то, чего он при рождении был лишен, после завораживающей и сложной симфонии заклинаний Логана Большой Шляпы, совершенных в своей силе и подобном часам строении; яростных кличей пиромантии, подобных вою демонов, что породила ее создательница; хора тысяч голосов, единых в потоке молитв, чьи отголоски она до сих пор слышала в столь любимых слезах отрицания или громовой стреле, и потустороннего шепота тысяч губ, сочащегося сквозь хищное, столь же таинственное пение тварей Бездны, словно на пластинку записанного в темных чарах и чудесах. Простите, принцесса. Покачала Твайлайт головой, Но ныне у меня иные учителя. Контраст был столь разительным, что хотелось прямо-таки психопатично заржать. И вновь ни звука не сорвалось с ее губ. Молчание было выгоднее, особенно сейчас. - … Твайлайт потерялась? - Да, я говорю именно об этом. - Но… Забыть этот дворец за год изоляции вполне возможно. Единорожка, укрывшись от системы наблюдения, подождала, пока невидимость спадет, и наконец вышла к своим сопровождающим, бесшумно топая по зеркальному полу. - Вы серьезно успели меня потерять? - Раздраженно бросила она, пусть и не столь раздраженно как желала. - Прошло едва ли более получаса! - Прошел целый час! - Вскрикнула аликорн. - Естественно я беспокоюсь! Она хотела высказать еще многое, но ее возмущение разбилось о фейсхуф, громким лязгом прокатившийся по тронному залу. Ее ученица, застыв, внутренне смеялась над беспокойством принцессы - оно было действительно забавным, даже несколько жалким. И вместе с тем Твайлайт ловила себя на мысли, что подобное внимание кажется… Милым? По крайней мере, других подходящих слов она не могла подобрать. Твайлайт?! - Нестройный хор шести удивленных и радостных голосов, готовых сорваться в плач, потряс помещение не хуже лязга брони. Спайк едва заметно ухмыльнулся, услышав из-под шлема тихое, похожее на шепот озлобленное рычание.