Game On, Your Move - Игра началась, твой ход

Время имело забавное свойство действовать противоположно воле человека. Оно тянулось мучительно медленно в течение тех отвратительных двух недель, когда Том и Гарри почти не общались. Теперь же, когда дата расставания быстро приближалась, время летело незаметно. Слишком быстро. Гарри сдержал свое обещание и показал Тому множество секретных проходов, о большинстве которых Том не знал даже несмотря на свои исследования чертежей замка. Непритязательный кусок пергамента, который Гарри назвал Картой Мародеров, был настоящим чудом и вызывал зависть. Том даже думал о том, чтобы создать что-то подобное для крестражей, но быстро выкинул это из головы. Каждая оставшаяся секунда с Гарри была драгоценна. Магической картографией он может заняться позже. Его сердце сжалось от мысли, что будет это «позже». Обратной стороной новообретенного общения с Гарри были его друзья, хотя это и приносило меньше неудобств, чем Том мог бы себе представить. Хотя Том никогда не считал их людьми своего ранга, он также больше не видел в них разношерстной группы неудачников, которых Гарри собрал наугад. За послеобеденным чаем на кухне Хогвартса Гарри рассказал, что они для него значат. Том узнал, что Хагрид был его первым другом в волшебном мире, и принес ему самый первый для него праздничный торт. Что внучатый племянник Лонгботтома был одним из самых верных друзей Гарри. Что сын Эйлин Принц поклялся защищать Гарри ценой собственной жизни. Что домовой эльф из Хогвартса пожертвовал собой, чтобы спасти его от летящего ножа. Что Уоррен стала первым убийством Волдеморта. Том так много не знал о другой жизни Гарри, о настоящей жизни Гарри, что он впитывал эти обрывки, жалея, что не задавал больше вопросов во время петли. Тем не менее, пусть Том и смог пережить посещение тренировок по квиддичу и собрания команды по плюй-камням, он был абсолютно уверен, что пойти в кружок вязания Хагрида было ужасной ошибкой. Вокруг все болтали, и хихикали, и таращились на него. По крайней мере, Хагрид не заставлял его что-то вязать, потому что его имидж никогда бы не оправился от нанесенного ущерба. Вместо этого Том был вынужден смотреть, как Гарри неуклюже вяжет шарф, хотя слово «вязать» было преувеличением: более точным описанием было бы беспорядочное щелканье двумя спицами. В конце концов, он отложил стопку его конспектов к С.О.В. — Это действительно шарф? — сказал он скептически. — Да, — сказал Гарри, щурясь и поднося свою работу к свету. — Я надеялся, что смогу закончить до окончания семестра, но прогресс идет медленнее, чем я ожидал. Я не понимаю, почему тут так много дыр. Говоря это, он пропустил еще одну петлю. — Боже мой, просто дай мне это, — рявкнул Том, выхватывая жалкий на вид шарф Гарри. — Послушай, если ты будешь продолжать дергать за пряжу, все распутается. Нужно взять спицу сзади, вот так, и вытащить ее. И затем, если проведешь ее через петлю здесь, сможешь спасти ряд. Видишь? Он встряхнул поправленным шарфом, и случайно привлек внимание окружающих. — Дак ты ж талантлив в этом! — сказал Хагрид, в то время как несколько пуффендуйцев смотрели на Тома с чем-то вроде преклонения. — Точно уверен, что не хочешь вязать сам? — Нет, спасибо, — любезно сказал Том и впился острым взглядом в Гарри, как только Хагрид отвел взгляд. — Ничего не говори. Гарри невинно моргнул. — Я не собирался. — Собирался! Ты, наверное, хотел предложить мне вместе с Хагридом вести кружок вязания. — Ты такой подозрительный, — сказал Гарри, повторяя то, что показал ему Том. — Я собирался сказать, что, если твоя карьера Темного Лорда не сложится, у тебя будет запасная карьера по починке неудачных шарфов. Том фыркнул и закатил глаза, чтобы показать ему, что именно он думает о его предложении. Нелепость. Гарри невозмутимо высунул язык, но его лицо выражало искреннюю нежность. И Том не мог хоть немного не покрасоваться. В конце концов, воспитательницы из приюта научили его кое-каким полезным жизненным навыкам. *** — Милорд, у нас не было собрания Вальпургиевых рыцарей уже больше недели. Том промычал и перевернул страницу «Нумерологии и Грамматики». Он пришел в библиотеку, чтобы мирно позаниматься, а не выслушивать нытье Малфоя. — Не было. Лично я был занят учебой. И если Абраксас не хочет повторить свой прошлогодний провал с гербологией, ему бы тоже стоило начать учиться. Не поняв намека, как обычно, Абраксас плюхнулся на сиденье напротив него. — Сейчас самое подходящее время, чтобы встретиться и обсудить планы. Вы следите за новостями континентальной Европы? Гриндевальд отменил запланированную кампанию в Австрии и три публичных выступления в Скандинавии. — Да, слежу. Я читаю «Ежедневный пророк». — И там все еще хуже! — Абраксас оживился. — Очевидно, его солдаты дезертируют в рекордном количестве. Линус упомянул, что даже Винда Розье начинает беспокоиться о том, что Гриндевальд теряет влияние. Вздохнув, Том отложил учебник. — Это опять из-за бала? Я уже говорил, что уход Гриндевальда и его истерика — не твоя вина. — Дело не в бале! — сказал Абраксас, краснея. — Это вовсе не из-за бала! Ходят слухи, что у Гриндевальда была очень мощная палочка, но он ее потерял. И с тех пор его магия не та, что прежде. — Причина в этом? Неудивительно, что немногие Темные Лорды просуществовали более нескольких десятилетий, если потери одной палочки было достаточно, чтобы свести на нет годы усилий и разрушить всю империю Гриндевальда. Или, возможно, трещины в фундаменте накапливались в течение некоторого времени, и потеря Бузинной палочки просто спровоцировала обвал. Это еще раз подтвердило веру Тома в то, что быть Темным Лордом было не для слабонервных. — Вы видите, мой Лорд? — сказал Абраксас, снова возбуждаясь. — Это может быть нашей возможностью расширить Вальпургиевых рыцарей. Все студенты, которые планировали пойти к Гриндевальду, сейчас ищут нового лидера, и разве вы не говорили, что желаете расширить круг рыцарей? Том потер виски, разрываясь между желанием наградить Абраксаса за его настойчивость и наказать за то, что тот вызвал у него мигрень. — Что-то случилось? — спросил Абраксас, заметив отсутствие энтузиазма у Тома. — После бала вы ведете себя… по-другому. — Как я уже неоднократно говорил, я был занят. Неужели это так трудно понять? — Вы были заняты с Эвансом. — Глаза Тома округлились. — Вы много времени проводили вместе. И с его друзьями. Все об этом говорят. — Он давал мне полезные советы для С.О.В. по защите, — легко солгал Том. — Ты помнишь, он замечательный дуэлянт. А связи Прюэтта и Шафика в Министерстве делают их полезными союзниками. — Конечно. Я подумал, что должна быть причина. — Абраксас с облегчением обмяк. — Знаете, Валли распустила слух, что вы двое, э-э, ну… — Абраксас. Говори уже. — Что вы двое трахаетесь. — Абраксас невольно вздрогнул. — Возмутительно, правда? — И? Глаза Абраксаса вылезли из орбит. — Мой Лорд? — То, чем я занимаюсь в свободное время, никого не касается. И разве не ты сказал мне, что Гарри может унаследовать бизнес Поттера? Вряд ли я откажусь от такой выгодной с финансовой точки зрения договоренности. — Финансово… выгодной… — И так получилось, — сказал Том, наслаждаясь видом неловко ерзающего Абраксаса, — что Гарри вскоре присоединится ко мне, так что, если не возражаешь, я был бы признателен, если бы ты освободил его место. Гарри выбрал идеальный момент, чтобы появиться. — Привет, Том. О, привет, Малфой. Ты будешь учиться с нами? — Нет, — сказал Том, сверля того взглядом. — Абраксас уходит. Не так ли? Абраксас мудро понял сообщение. — Правильно, я ухожу. Добрый вечер, Эванс. Увидимся позже, мой Лорд. Он убежал, вероятно, чтобы распустить новые сплетни по подземельям Слизерина. Хорошо. Пусть Вальбурга ноет о чем-то свежем. — Ты угрожал ему или что? — недоуменно спросил Гарри. — Он казался испуганным. — Ты же знаешь, как это бывает с Малфоями. Они очень нервные. Гарри усмехнулся. — Да, нервные — правильное слово. Я мало рассказывал тебе о его внуке, не так ли? — Не считая того факта, что он точная копия Абраксаса, нет. — О, какая история у меня для тебя есть! И вскоре Тома угостили блестящей историей о том, как некий Драко Малфой стал хорьком. *** По мере приближения конца июня Том и остальные пятикурсники готовились к двухнедельным С.О.В. Несмотря на страшные истории от старшеклассников, Том считал экзамены тривиальными, так что все были уверены, что он получит как минимум В, если не П. В пятницу, после экзамена по Древним Рунам, что оставил треть класса в слезах, пришла записка от Гарри. «Невыразимцы проинформировали Дамблдора о своем прогрессе, и я собираюсь встретиться с ним сегодня в пять часов дня, чтобы обсудить детали. Он сказал, что ты можешь присоединиться. (Я надеюсь, ты сможешь прийти.)» Сомнения Гарри были напрасны. Ничто бы не помешало Тому прийти. Дамблдор не удивился, увидев их обоих. — Я буду краток, — сказал он, когда они заняли свои места. — Невыразимцы проводят последние испытания портала и ожидают, что он будет готов 28 июня. Если тебе это подходит, Гарри, утром я могу доставить тебя в Министерство портключом. Это должно было произойти в следующий понедельник, меньше чем через неделю, но это имело смысл. Большинство студентов были бы слишком заняты выпускными экзаменами и мероприятиями в конце семестра, чтобы обращать внимание на исчезновение семикурсника, особенно того, который пробыл в Хогвартсе менее двух месяцев. — Мне это подходит, — сказал Гарри. — Можно ли мне говорить кому-нибудь, куда я направляюсь? — Это зависит от тебя, хотя, если ты это сделаешь, им нужно будет поклясться, что они будут хранить тайну. — Я не умею придумывать истории для прикрытия. Особенно моим дедушке и двоюродному дедушке, они моментально учуют мою ложь. — Я согласен, что Поттеры не отпустят тебя без настоящей причины. Я счастлив помочь передать сообщение. — Спасибо. Я думаю, что вас они послушают. — Конечно, я организую встречу с Флимонтом и Карлусом, — сказал Дамблдор. — Что еще я могу рассказать? Гарри прикусил нижнюю губу. — Могу ли я взять что-нибудь с собой в будущее? — Я считаю, что все, что ты понесешь с собой, должно остаться невредимым. — А портал… Он может оставаться открытым? Дамблдор покачал головой. — К сожалению, для поддержания связи между двумя вселенными требуется много магической энергии. Было бы непрактично поддерживать портал, который не используется активно. — Можно ли его использовать в будущем? — продолжил Гарри. — Теоретически, но весьма вероятно, что понадобится новый якорь, чтобы приспособиться к изменениям в обеих вселенных. Когда лицо Гарри помрачнело, Том выдохнул, не заметив, что задержал дыхание, пока ждал ответа. Услышать такое было разочаровывающе, хотя и не неожиданно, но, по крайней мере, отчаяние Гарри после ответа Дамблдора ослабило стеснение в его груди. — Мне жаль, что это не тот ответ, который ты хотел бы услышать, — мягко сказал Дамблдор. — Как бы я ни хотел, чтобы ты мог снова навестить своих друзей и семью, магия времени чрезвычайно изменчива, и необходимы дальнейшие исследования, чтобы по-настоящему использовать ее. — Пожалуйста, не извиняйтесь, профессор. Я знаю, что вы уже сделали все, что в ваших силах, и я очень благодарен. — Если есть что-то еще, что я могу сделать… — Вообще-то у меня есть две просьбы, если вы не возражаете, — сказал Гарри. Том, уставившийся в дальнюю стену, почувствовал тяжесть его взгляда. — Конечно, я могу сделать что угодно в пределах разумного. — Воскрешающий камень принадлежит семье Тома. Может ли он сохранить его? Если он пообещает не злоупотреблять этим? Том вскинул голову, забыв, что Воскрешающий камень — семейная реликвия. Несмотря на то, что его дядя запятнал его, камень все равно будет впечатляющей безделушкой. Дамблдор сцепил пальцы. — Да, теперь, когда камень был успешно использован для установления связи с вашей вселенной, его можно вернуть мистеру Риддлу, хотя я советую использовать его с осторожностью. — Спасибо, — сухо сказал Том. Дамблдор склонил голову и снова обратил внимание на Гарри. — Какова вторая просьба? Гарри достал свой мешочек, который Том видел у него, но так и не узнал, что внутри, и перевернул его. Две половинки остролистной палочки упали на стол Дамблдора, едва соединенные сердцевиной пера феникса. Дамблдор вдохнул. — Это…? — Это моя настоящая палочка, — сказал Гарри, любовно проводя рукой по искривленному дереву. — Перо от Фоукса. При звуке своего имени Фоукс запел и вспорхнул к плечу Дамблдора. Он вытянул шею, чтобы получше рассмотреть палочку, почувствовав присутствие своего пера. — А, — задумчиво сказал Дамблдор. — Гаррик сказал мне, что две палочки сделаны из перьев Фоукса. Он бросил быстрый взгляд на Тома. — Она сломалась во время столкновения со змеей Волдеморта, и ее нельзя было починить обычными палочками, — объяснил Гарри. — Но я подумал… раз Бузинная палочка такая могущественная… — Стоит попробовать. — Дамблдор постучал Бузинной палочкой по палочке Гарри. — Репаро. На их глазах старая палочка Гарри вновь соединилась и, когда Гарри поднял ее, испустила дождь красных искр. Палочка Тома завибрировала в ответ. "Палочки-близнецы", — подумал он, вспоминая золотую паутину из воспоминаний Гарри. Где-то в грязном магазинчике Олливандера точная копия этой палочки в этой временной линии ждала своего владельца. Он сглотнул нарастающий ком в горле. Словно прочитав его мысли, Гарри слегка улыбнулся. — Ваш Гарри Поттер обнаружит, что это отличная палочка. — Он повернулся к Дамблдору. — Часть меня хочет, чтобы я мог остаться подольше, чтобы помочь вам победить Гриндевальда. — Я ценю это, но Геллерт всегда был моей ответственностью. Кто знает? Услышав, что произошло во время вашей временной петли, я начинаю думать, что для моего старого друга еще не потеряна вся надежда. — Большое спасибо, профессор, за все. — Нет нужды меня благодарить. Я считаю честью быть твоим профессором, и с нетерпением жду встречи с Гарри Поттером этой временной линии, хотя, надеюсь, при более счастливых обстоятельствах. Студент и профессор обменялись улыбками. Их встреча с Дамблдором подошла к концу. Гарри встал, чтобы уйти, и озадаченно склонил голову набок, когда Том не последовал за ним. — Иди, — сказал ему Том. — Я хотел бы поговорить с профессором Дамблдором наедине. Брови Гарри поднялись, но он не протестовал. Как только дверь за ним закрылась, Том наложил заклинание конфиденциальности. За своим столом Дамблдор наблюдал понимающими глазами. — Чем я могу вам помочь, мистер Риддл? — У меня есть один вопрос о портале. Только ли Повелитель Смерти может перемещаться с его помощью? — Нет, — просто ответил Дамблдор, и сердце Тома подпрыгнуло. — Понятно. Голубые и карие глаза цепко вглядывались друг в друга. — Есть что-нибудь еще, о чем вы хотели бы спросить? — спросил Дамблдор. — Нет. Спасибо за помощь, профессор. Снаружи расхаживал Гарри. Он бросился туда, как только увидел Тома. — Что случилось? Все в порядке? — Да, у меня был вопрос о моем СОВ по Трансфигурации. — О. — Гарри нахмурился. — Ты получил ответ? Том задумался. — Да, — медленно сказал он. — Думаю, да. *** В свой последний день вместе они улизнули в Хогсмид и посетили свои любимые места. Они купили шоколадные пирожные с патокой в «Сладком королевстве». Они пробовали сливочное пиво и жирные закуски в «Трех метлах». Пока они шли по Верхней улице, Гарри указывал места, где будут построены новые магазины. Ради ностальгии они посетили Логово Лоретты. Пока они пробирались между книжными полками, Том чувствовал самодовольную гордость. Пусть спустя десятилетия у Гарри здесь будет свидание у мадам Паддифут, в каком-то смысле именно Том привел его сюда первым. Когда они закончили осмотр книжного магазина, небо уже окрасилось в оранжевый цвет. Гарри посмотрел на часы. — Мы должны скоро вернуться в школу. Есть ли что-нибудь еще, что ты хотел бы сделать? — Да. — Том некоторое время вынашивал эту идею. — Я хотел бы увидеть своего отца. Выражение лица Гарри изменилось. — Не уверен, что посещение Литтл-Хэнглтона — хорошая идея. — Вероятно, нет, — согласился Том, — но мне нужно чувство законченности, и я хотел бы пойти туда, пока ты еще здесь. Так ты можешь убедиться, что я не сделаю ничего опрометчивого. Можешь даже забрать мою палочку, на всякий случай. Гарри взглянул на протянутую палочку и вместо этого потянулся к руке Тома. — Нет, не надо. Я доверяю тебе. И снова они аппарировали к воротам из кованого железа. Поместье Риддлов выглядело практически так же, как и во время их предыдущего визита, возвышаясь над деревней на одиноком холме. Единственным изменением было то, что сегодня июньские розы были в полном расцвете, окрашивая лужайку перед домом в розово-фиолетовые цвета, которые приятно контрастировали со строгим кирпичным особняком. Однако Тома мало интересовало мастерство садовника. Как назло, Том Риддл-старший стоял снаружи и одинокой фигурой возвышался на фоне зелени, совершая вечернюю прогулку. Том замер. Было сюрреалистично видеть своего отца воочию, видеть свое будущее в чертах аристократического лица, седине в темных волосах и легкой хромоте в походке. Тем не менее, несмотря на их внешнее сходство, его отец не был им. Даже с такого расстояния была видна его слабость характера. То, как он безучастно смотрел вдаль. То, как он отшатывался от почтительных приветствий своего персонала. То, как он шел, как человек, заблудившийся в собственном саду. Этот человек не был членом его семьи, как и Морфин Гонт. Этот человек едва был частью его жизни, и теперь он никогда ею не станет. Странное умиротворение настигло Тома, и все «как ты посмел», которые он когда-то хотел бросить в лицо своему отцу, испарились. Любая другая месть, кроме как назло прожить свою жизнь максимально полно, не принесла бы ему удовлетворения. Если Гарри смог преодолеть свое несчастливое детство и нелюбящую семью, Том тоже может. Рядом с ним Гарри нервно поглядывал на него, держа руку на палочке. Том прямо встретил его взгляд. — Знаешь, — протянул он, — этот сад переоценен. — Переоценен? — осторожно повторил Гарри. — Да, сильно переоценен. Даже павлинов нет. Я бы никогда не был счастлив, если бы вырос здесь. Морщина между бровями Гарри уменьшилась, когда пришло понимание. — Ага. Поместье без павлинов не поместье. Том отвернулся от дома Риддлов. — Я готов идти прямо сейчас. Гарри оторвал взгляд от Тома Риддла-старшего и положил руку на руку Тома. — Ты в порядке? — Да. — Он засунул руки в карманы, готовый, наконец, оставить Литтл-Хэнглтон навсегда. — Абсолютно. *** У главного входа Тома снова охватил страх разлуки. Вдалеке пробила башня с часами, сигнализируя о начале комендантского часа. Не в первый раз он желал возвращения петли, возможности растянуть их день до бесконечности. — Ну вот, пожалуй, на этом все. — Гарри безразлично пожал плечами, но его выдала дрожащая нижняя губа. — Это было — мне было весело сегодня. Спасибо, и я… спокойной ночи. — Нет. Подожди. — Том не мог вынести того, что их последний день вместе заканчивается. Только не так. — Пойдем со мной. — Куда ты хочешь пойти? — Наш военный штаб. Проведи ночь со мной. Не… не так, — поправился Том, краснея, когда Гарри наклонил голову. — Я просто хочу… я просто хочу… Я просто хочу тебя. Он сглотнул, готовясь к отказу. У Гарри были вполне законные причины для этого. Ему нужно было собраться. Ему нужно было попрощаться с остальными друзьями. Ему нужно было согласовать все с Дамблдором. Гарри ничего из этого не сказал. Вместо этого он удостоил Тома понимающей улыбкой, улыбкой, столь уникальной для него, улыбкой, которую Том хотел запечатлеть в своих воспоминаниях. — Хорошо. Значит, военный штаб. В отличие от своего внешнего вида во время предыдущих посещений, Выручай-комната сегодня вечером превратилась в спальню в слиянии цветов Гриффиндора и Слизерина. Занавески были серебряные с зеленой окантовкой, ковер золотой с красной окантовкой, а постельное белье было изумрудно-зеленым и малиново-красным. В другой реальности эта спальня могла бы принадлежать им. На подушках были разложены две пары пижам. Они переоделись и вместе забрались под одеяла, сохраняя целомудренную дистанцию между собой, пока лежали лицом друг к другу. Гарри положил руку под щеку и изучал Тома, его зеленые глаза сияли, несмотря на тусклый свет. — Как ты? — спросил Том. — Нервничаю, как ты можешь догадаться. Я буду сражаться с одним из величайших темных волшебников всех времен. Тон Гарри был нейтральным, за исключением того, что Том знал, что он мучился над своим планом победить Волдеморта так же, как и над операцией «Камень и палочка». Без временной петли не было права на ошибку. — Ты победишь его, — заверил его Том. — В конце концов, ты — Повелитель Смерти. — Я надеюсь, что это так. Ну, если ничего не поможет, я могу просто поцеловать его. Судя по всему, это довольно эффективно. — Он не кажется привлекательным для поцелуев. — Том не завидовал своему уродливому альтернативному «я». — Разве он не безгубый? — Если это то, что нужно, чтобы положить конец войне, я справлюсь. Кроме того, у меня были поцелуи и похуже. — Гарри сначала усмехнулся кислому выражению лица Тома, затем стал серьезным. — Иногда, однако, я задаюсь вопросом, стоило ли мне сделать больше для этой временной линии. — Почему? Ты много сделал. Гарри перевернулся на спину и уставился в потолок. — Если бы ты знал, что кому-то уготована ужасная участь, попытался бы ты предотвратить это? Или ты бы позволил этому случиться, потому что не хотел бы нарушить временную линию? Должно быть, он думает о Принц, которая оказалась замужем за маггловским варваром. Какой бы раздражающей она ни была, она заслуживала лучшего. В то же время Том понимал затруднительное положение Гарри. Сын Принц никогда бы не родился, если бы она вышла замуж за другого мужчину. Будет ли это предпочтительным исходом? Никто не мог предсказать эффект бабочки от другого выбора. — Ты не можешь управлять судьбой каждого, — отметил он. — Это слишком большая ответственность для одного человека, Мальчика-Который-Выжил или нет. Ты не можешь просто протанцевать в комнату и спасти всех. — Это правда. — Гарри игриво ткнул Тома в руку. — По крайней мере, я смог протанцевать и спасти тебя. — Продолжай говорить себе это, — сказал Том, даже когда его сердце затрепетало. — Эй. — Гарри приподнялся на локте, чтобы лучше его видеть. — Пообещай мне кое-что. — Что? Что угодно. — Обещай мне, что не будешь создавать крестражи. Это того не стоит. У них были варианты этого разговора в прошлом. Хотя Том по-прежнему скептически относился к проповедям Гарри и Дамблдора о красоте чистой души, появление лорда Волдеморта действительно заставило его пересмотреть решение о расщеплении своей души. Он протянул руку и легонько провел по шраму в виде молнии на лбу Гарри. Остаток старой магии покалывал, вызывая в его сознании странное прозрение, которое он решил пока не озвучивать. — Ну, мне нравится мой греческий нос, так что никаких крестражей в обозримом будущем, — сказал Том. — Но я не могу обещать, что не пойду за Бузинной палочкой. — Тогда я не беспокоюсь. Не могу представить, что ты сможешь победить Дамблдора на дуэли. — Мы еще посмотрим. — Всего несколько десятилетий, и Том был уверен, что станет лучшим дуэлянтом. Посмеиваясь, Гарри взбил подушку и прижался к ней. — Нам следует поспать. У тебя С.О.В. завтра, не так ли? — Да, «История магии». Что, честно говоря, было безнадежным делом. Исключая гоблинские войны, Том узнал гораздо больше об истории волшебства из исследований Тайной комнаты. Стоп. Он сел. — Вход в Тайную комнату находится в женском туалете на втором этаже, не так ли? Неожиданно Гарри только зевнул. — Тебе понадобилось столько времени, чтобы понять это? Я думал, что это чертовски очевидно. Может быть, и так, но Том всегда был слишком занят чем-то, чтобы на самом деле задуматься об этом. — Так что же было чудовищем Слизерина? — Если я скажу тебе, ты будешь связан обетом. — Это нормально. Если честно, Том не собирался возвращаться в туалет, так как он навсегда будет ассоциироваться с Гарри и поцелуем, с которого все началось. — Это василиск. — Хм. В этом есть смысл. Подходит к бренду Салазара Слизерина. Том попытался представить себе, как он подчиняет магическую Британию с могучим фамильяром рядом с ним. По какой-то причине он мог вызывать в воображении только образы Волдеморта и Гриндевальда, окруженные никчемными подхалимами, поддерживающими пустые и бессмысленные дела. Гарри снова зевнул. — Нам действительно пора спать, — сказал он, закрывая глаза. — Спокойной ночи, Том. Его мизинец задел мизинец Тома и там и остался. Вскоре после этого комната наполнилась звуками его тихого храпа. Том пытался бодрствовать как можно дольше, не желая выпускать Гарри из виду, но в конце концов его настигла тьма. *** Том резко проснулся и вскинул руку на соседнюю сторону кровати. Он встретил холодный воздух и прохладные простыни. Гарри ушел. На его подушке лежала записка. «Дорогой Том, я решил написать записку, потому что ни один из нас не переносит сентиментальные прощания…» Он перестал читать. Время имело решающее значение. Небрежно одевшись, он бросился к подземельям Слизерина, заработав испуганные взгляды проходивших мимо студентов и профессоров. Ему было все равно. С ясностью пришло осознание, а с осознанием пришла свобода. Его туфли стучали по каменным плитам, каждый шаг укреплял его решимость. Его рыцари, его амбиции, его временная линия. Они были важны для него, но не определяли его будущее. Гарри был его будущим, и он не собирался его отпускать. Том побежал быстрее. Он ворвался в свою спальню, напугав Абраксаса, который возился со своими волосами. — Мой Лорд, вы вернулись! — воскликнул он. — Я волновался, когда вы не пришли прошлой ночью. — Я ценю твою заботу, но, как видишь, я в полном порядке. Том открыл чемодан и начал перекладывать его содержимое в школьный портфель. Несмотря на то, что его сумка была волшебным образом увеличена, у него было мало ценных вещей, которые он хотел бы упаковать. Его дневник, учебники, небольшой мешочек с волшебными и маггловскими деньгами, которые он накопил за эти годы, и его любимые наборы мантий. Абраксас смотрел, сморщив лицо в замешательстве. — Где вы были, позвольте спросить? — С Гарри. — С… — Абраксас задохнулся, увидев незаправленную рубашку Тома и развязанный галстук. — Значит, вы двое… встречаетесь? Том не удостоил его ответом. Он натянул свою дорожную мантию и попытался вспомнить, что еще нужно взять с собой. Ах да, несколько инструментов, которые он украл из прошлых походов в Лютный переулок. Они могли оказаться полезными, и Гарри не нужно было знать, откуда они взялись. — Э-э, мой Лорд? — Абраксас встревожился. — Куда вы собираетесь? — Очень далеко. — Том закрыл свою сумку и встал. — Не думаю, что вернусь. У Абраксаса отвисла челюсть, он явно с трудом переваривал слова Тома. — Что? Почему? Вы уходите из Хогвартса? Вы покидаете Британию? — В каком-то смысле да. — Но что со школой? А как же рыцари? — Я буду ходить в школу в другом месте, и я рад, что ты поднял тему рыцарей. — Том направился к лестнице, и Абраксас поспешил за ним. — С сегодняшнего дня рыцари официально расформированы. Пожалуйста, передай мои добрые пожелания всем. Было приятно всех вас знать. — Расформированы? Но что мы будем делать без вас? — Вы могли бы научиться думать самостоятельно, — предложил Том. — Думать самостоятельно? — повторил Абраксас, ошеломленный. Ладно, может быть, Том слишком многого ждал от изнеженных чистокровок, не говоря уже о том, что его лидерство было незаменимым. Он взглянул на опустошенное выражение лица Абраксаса и вздохнул. За пять лет верности и немалое количество карманных денег он мог оставить ему несколько жемчужин мудрости. — Я могу дать несколько советов, если интересно, — предложил он. Абраксас тут же закивал головой. — У тебя очень специфический вкус на ведьм, — начал Том, спускаясь по лестнице. — Такими темпами у тебя закончатся светловолосые чистокровные ведьмы, и вся линия Малфоев выродится. — Я разнообразил свои вкусы, милорд. Если вы помните, Элина — пуффендуйка. Пуффендуйка, которая была такой же блондинкой, как и все остальные, которых страстно желал Абраксас, и которая вряд ли долго будет удерживать его интерес. Не то чтобы Том был настолько глуп, чтобы продолжить тему. — Если когда-нибудь возникнут проблемы с приручением павлинов, — продолжил он, — подумай о том, чтобы нанять Рубеуса Хагрида в качестве дрессировщика животных. Он будет незаменим. — Полукровка? У мамы будет припадок, но, думаю, я мог бы ей это предложить. — Команда плюй-камней Принц подает большие надежды. Попробуй инвестировать в нее, пообещав разделить прибыль. Ты не пожалеешь об этом. — Инвестировать в плюй-камни? Последняя лекция Тома продолжалась, пока он шел к выходу из гостиной. В отличие от Гарри, он не стеснялся влиять на будущее. Люди сами вершат свои судьбы, а он уже разнес большую часть своей временной линии вдребезги, не так ли? — Дамблдор станет директором школы, а Гриндевальд проиграет войну, если уже не проиграл. Выбирай свою сторону с умом. — В Хогсмиде, где находится Логово Лоретты, будет яркая чайная. Твои будущие партнеры могут насладиться там чаем. — Тебе нужны дополнительные занятия по гербологии и зельям. В противном случае ты никогда не сдашь ТРИТОНы. — Пушки Педдл не будут побеждать в течение следующих пяти десятилетий, если ты хочешь тратить галеоны на ставки. — О, и наконец? — Том сделал паузу для драматического эффекта. — Да, мой Лорд? — спросил Абраксас, затаив дыхание. — Твой почерк действительно ужасен. Абраксас вздрогнул. — Я знаю, мама всегда жалуется, что он неразборчивый. Клянусь, я исправлюсь… — Ты неправильно понял, — сказал Том, подняв руку и снисходительно улыбнувшись своему бывшему последователю. — Твой почерк идеален. Никогда не меняйся. И, закинув сумку на плечо, он вышел из подземелий Слизерина, не оглянувшись. *** Том подошел к кабинету Дамблдора как раз в тот момент, когда группа гриффиндорцев и Эйлин Принц выходили. Заметив его, Прюэтт и Шафик подмигнули, а Лонгботтом и Принц ухмыльнулись. С другой стороны, Хагрид рыдал в гигантский носовой платок и требовал, чтобы Принц указывала ему путь. Он едва взглянул на них, прежде чем с грохотом распахнуть дверь кабинета. Гарри подпрыгнул, его глаза расширились. Дамблдор оставался спокоен. — Ах, мистер Риддл, вы вовремя. Я как раз говорил Гарри, что мы должны ждать вас с минуты на минуту, но он не совсем поверил мне. — Мы уже попрощались прошлой ночью, — сказал Гарри, а затем яростно покраснел. — То есть, профессор, я имею в виду, это не то, что вы думаете... Дамблдор деликатно кашлянул. — Дать вам двоим минутку? — Незачем. — Том прямо смотрел на него. — Профессор, вы сказали мне, что любой может пройти через портал, не только Повелитель Смерти. — Действительно. Том снова повернулся к Гарри. — Я иду с тобой. Вместе мы победим Волдеморта. Любые сомнения, которые он питал по поводу своего решения, были быстро развеяны ослепительной улыбкой, расплывающейся по лицу Гарри. — Ты изменил свое решение? — Я не могу отпустить тебя в одиночку. Ты ужасно ориентируешься. Что, если ты снова заблудишься? — Том сделал шаг ближе, сопротивляясь желанию прикоснуться к Гарри на глазах у Дамблдора. Позже будет много возможностей. — Кроме того, ты обещал показать мне Лондон, видеоигры и волшебный мир. Я все еще жду этого. — Мы сделаем все это и даже больше! — Улыбка Гарри слегка дрогнула. — А как же школа? — Ты сказал, что Хогвартс все еще существует в твоей временной шкале. — Да, но твои оценки — твои СОВ… — Я снова докажу свое академическое превосходство. Вероятно, это даже не займет много времени, учитывая то, что он узнал об однокурсниках Гарри. — А твои последователи? — Я распустил их. — Ты действительно не пожалеешь об этом? — прошептал Гарри, его глаза сияли надеждой. — Нет, — твердо сказал Том. — Я делаю правильный выбор. — Действительно, именно наш выбор показывает нам, кто мы есть, гораздо больше, чем что-либо еще, — сказал Дамблдор, аплодируя. — Я рад за вас и почти не сомневаюсь, что вы одержите победу над Темным Лордом на временной линии Гарри, после того, как вы объединились, чтобы победить Темного Лорда здесь. — Мы сделаем это, — сказал Гарри, и его лицо ожесточилось от решимости. — Со мной как Повелителем Смерти и Томом из другой вселенной… — И плюй-камнями. — И плюй-камнями, — серьезно согласился Гарри, хотя Том думал лишь пошутить. — Эйлин подарила мне свой набор плюй-камней ограниченного выпуска, так что у Волдеморта точно не будет шанса. Том почти рассмеялся. Волдеморт будет повержен, если осмелится недооценить силу плюй-камней. Вот уж «не будет знать всей его силы»… — И, мистер Риддл, у меня есть кое-что, что должно облегчить вам переход в новую вселенную. — Дамблдор достал из ящика стола конверт и передал его Тому. — Здесь содержится ваша академическая справка, первые результаты ваших СОВ, а также рекомендательное письмо от меня моему преемнику. С ними вы сможете продолжить учебу в Хогвартсе, если захотите, не опасаясь, что твоя связь с Волдемортом будет вас сдерживать. — Вы все предусмотрели, — сказал Гарри, пораженный. — Спасибо, профессор. Том был менее впечатлен и настроен более подозрительно. — Вы знали, не так ли? Вы надеялись, что я приду к этому решению. Потому что так вы можете избавиться от меня. — Мистер Риддл меня переоценивает, — сказал Дамблдор, но красноречиво не стал отрицать обвинение Тома. Назойливый человек, утомительный до самого конца. К счастью, конкретно с ним ему больше не придется иметь дело. — Теперь, если все в порядке. — Дамблдор протянул портключ, сверкнув голубыми глазами. — Мы не должны опаздывать на нашу встречу с невыразимцами. Если вы готовы? Том глубоко вздохнул. Это действительно происходило. В течение часа он будет путешествовать во времени и пространстве. Он оставит свой мир и все, что он знал, ради мира незнакомого и потенциально коварного. Тем не менее, он не боялся. Хотя он не сомневался, что в будущем будет много проблем, возможности будут бесконечны. Пока они с Гарри справляются с этим вместе. Игра началась, Волдеморт. Том первым дотянулся до Дамблдора и схватил портключ. Он ухмыльнулся Гарри. — Твой ход.