третья
11 декабря 2022 г., 18:00
Чонгук резко распахивает дверь, явно даже не посмотрев в глазок, потому что после этого он застывает и недоумённо рассматривает Хосока перед собой с ног до головы. Тот широко улыбается и взмахивает пакетом из Мака.
— Ты к Тэхёну, что ли? — наконец отмирает Чонгук и отходит в сторону, пропуская Хосока в квартиру. Он поправляет сползающие домашние штаны и шмыгает носом, и Хосок невольно делает вывод, что Чонгук нервничает.
Казалось бы, откуда такая уверенность.
— Нет, я к тебе, — безрадостно сообщает Хосок, стягивая с ног кроссовки, и запихивает непрошеные мысли куда поглубже. — Нам нужно поговорить.
— О чём? — подозрительно интересуется Чонгук, и в прихожей как-то сразу повисает напряжение. Хосок делает глубокий вдох, скрывая собственное волнение, и решает разбавить обстановку:
— За это можешь поблагодарить Намджуна, — сообщает он, комично округлив глаза, а затем пихает пакет с едой Чонгуку в руки. — Зато я купил тебе поесть.
Чонгук переводит неуверенный взгляд от еды к Хосоку и обратно, после чего сдаётся и заглядывает в пакет. Он вытаскивает чизбургер и приступает к его пожиранию, едва успев развернуть упаковку. «Ребёнок», — мысленно усмехается от умиления Хосок и оглядывается по сторонам, хлопая при этом ладонями по бёдрам.
— А где Тэхён? А то нам бы поговорить без лишних ушей.
— Он у фебя ф ком-ате, — отвечает Чонгук с набитым ртом, — опять дротит в Пугб, — и делает ещё один смачный укус. — А фто, фсё нас-олько серьёфна?
Хосок задерживает на Чонгуке весьма скептический взгляд и тяжело вздыхает, пожимая плечами.
— Да хрен его знает.
Чонгук позабавленно на это фыркает и кивком головы приглашает его к себе в комнату. Хосок уныло плетётся следом и впервые за всё то время с момента, как он послал Намджуна и рванул сюда, задумывается, с чего ему стоит начать разговор: с обходного пути или лучше напрямую, прямо в лоб.
Хосок плюхается на кровать Чонгука, пока сам хозяин комнаты устраивается в своём игровом стуле и с аппетитом пожирает картошку. Заметив на себя тяжёлый взгляд Хосока, Чонгук замедляет движение челюстей и, кажется, в голову ему приходит светлая мысль.
— А ты сам-то не будешь?
— Не, я уже поел, — отмахивается Хосок, и Чонгук с облегчением продолжает хомячить. — Короче, как этот разговор ни начинай, он всё равно будет пиздец неловким. Поэтому я не буду тянуть кота за яйца и выложу всё, как есть: Намджун сказал, что ты слишком остро отреагировал то ли на наш с тобой поцелуй, то ли на что-то ещё тем вечером. И типа нам надо это обсудить, чтобы всем стало легче.
— Намджун так сказал? — удивляется Чонгук и даже откладывает еду в сторону. Хосоку, которому хочется просто забить на всю эту ситуацию, этот знак Чонгуковской заинтересованности ощущается весьма тревожно.
— Он так считает, — морщится.
Чонгук поднимает глаза к потолку и о чём-то задумывается. Спустя минуту молчания он отстранённо произносит:
— Я думал, всё, что происходит у Сокджина в квартире, там и остаётся.
— Мне можешь не говорить, — соглашается Хосок. — Если тебе вдруг захочется пристыдить Намджуна за это, я буду всеми лапами за. Расскажи ему потом, что это был самый отвратительный и неловкий разговор в твоей жизни, и вообще ты думал, что сквозь землю провалишься.
Чонгук печально на это улыбается, и Хосок громко прокашливается, откладывая шуточки в сторону.
— Так что? Обсудим это? — Чонгук в ответ на это нервно дёргает плечом, поэтому Хосок продолжает с разъяснениями. — Если я как-то тебя обидел или выбил из колеи, я хочу, чтобы ты понимал, что у меня не было ни такого намерения, ни даже мысли об этом. Или по поводу моего смеха… Намджун говорил, что мы как-то не так ржали. Но это было лишь из-за нелепости всей ситуации в целом, а не конкретно из-за тебя, и я…
— Да всё нормально, — перебивает его Чонгук, и к собственному удивлению, Хосок замечает, что тот действительно стал более расслабленным после его слов. — Это чисто мои тараканы, Намджуну не стоило давить на тебя с этим.
— Приятно слышать, — слабо улыбается Хосок. — Хочешь поговорить об этом?
— Не особо, — морщит переносицу Чонгук. — Хотя. Почему бы не воспользоваться таким шансом? Отвечу честностью на честность.
Хосок кивает так, как будто и правда был искренен с ним.
— Это не связано с тобой или остальными. Да и вообще, я пошёл на это осознанно: может, не ради собственного веселья, но чтобы не портить вам настроение и не начинать выяснять отношения с Чимином. И нет, это не было чем-то сверхъестественным, и мне не приходилось себя заставлять. Всё было гораздо проще, я не был в восторге, но и против не был.
Хосок продолжает кивать, словно болванчик, и внимательно выслушивает Чонгука, ощущая, как вес ответственности, невольно повешенный булыжником на его шею Намджуном, спадает, позволяя свободно вздохнуть полной грудью.
— И я не то чтобы расстроился. Просто для меня поцелуи и всё такое было чем-то другим всё это время? Не знаю. Просто, оказывается, я не могу относиться к этому так легкомысленно, как остальные.
— Легкомысленно? — переспрашивает Хосок. — В каком смысле?
— Ну вот так, — Чонгук взмахивает рукой, будто на что-то указывая. И будто это что-то должно объяснять. — По пьяни, как какое-то задание. С кем-то, к кому я не чувствую ничего романтического.
Эти слова бьют под дых, и Хосок стремительно опускает голову, сосредотачивая свой тупой и ничего не видящий взгляд на собственных носках. На мгновение Хосок отчего-то ощущает себя пустой скорлупой, но следом по телу прокатывается пронизывающий страх от собственной реакции на сказанное Чонгуком.
— Ага, я понимаю, — слабо хрипит Хосок, надеясь, что со стороны не заметен тот леденящий шок, что поглощает его сейчас. На его лице сама собой расползается широкая улыбка: острая и колющая. Хосок уверен: если бы сейчас он увидел себя в зеркале, то по спине бы пробежали мурашки испуга.
Но всё это лишь потому, что Хосок знает.
