Любовь спектакля

Любовь к заботе

      —Ч-что? У Олежи округлились глаза и он встал в некий ступор.       —Т-ты почему решил м-мне так довериться? Тайна Дипломатора же очень с-секретная, её нельзя так легко рассказывать ч-человеку которого з-знаешь д-два дня. Видно, что Олежа переживал, он сидит в квартире его кумира, ему доверили такой большой секрет, который по мнению Душнова, должен был открыться кому угодно, но не ему.       —Олежа успокойся. Я тебе доверился в первую очередь из-за того, что ты сохранишь тайну. Во вторых, ты единственный кому я могу довериться. В третьих, ты мне тоже рассказал секрет.       —То что у меня нетрадиционная ориентация? Я просто не вру если меня спрашивают об ориентации. Охх… Ладно, что поделаешь, назад ничего не вернёшь… Так, только я до сих пор не понял, для чего ты мне это рассказал?       — Я хотел попросить тебя о помощи.       —Т-ты думаешь что я могу помочь?       —Я уверен в этом, только до сих пор не знаю, кто сможет мне подшить дырки на плаще…       —Я умею шить… Если что могу зашить дырки, если у т-тебя конечно есть швейная машинка.       —Боже мой, Олежа, ты такой способный как оказывается. Антон улыбнулся и обнял Душнова. Тот в свою очередь весь раскраснелся и тоже улыбнулся, но смущённо.       —Спасибо большое, ты мне очень поможешь. 21:34 Побрацкий и Оля уже оттанцевали себе все ноги в клубе и подвыпили хорошо так, они минут 20 назад вышли из клуба и топали по набережной.       —Смотри! Там корабль! Оля кинулась к краю, останавливаясь об перила.       —Блять! Оля! Дима перепугался и подбежав обнял её за талию, отодвигаясь от перил. Душнова улыбаясь повернулась к Диме, а тот начал отводить взгляд, из-за мороза нельзя было отличить покраснел он или нет, так как щёки всё время были и так румяными.       —Давай Оль, пошли, мне надо тебя до дома провести.       —Хорошо. Она перехватила его руку, и они пошли дальше. Вторник, и на улице никого, кроме двух человек которые походят на парочку, хотя таковой не являются.       —Я рад, что ты согласилась на клуб. Я провёл прекрасный вечер в компании прекрасной девушки. Они уже успели дойти до дома Оли.       —И тебе спасибо, что пригласил.       —Да… Незачто. Побрацкий почесал затылок. Они продолжали стоять и смотреть друг другу в глаза, при этом глупо улыбаясь. Вдруг Оля закатила глаза усмехнувшись.       —Почему мне всё самой нужно делать… Душнова взяла Диму за щёки и притянула к себе, целуя. Сначала Диму охватило удивление, а затем он расслабился и углубил поцелуй, приобнимая Олю за талию. Вскоре она отстранилась и медленно открыла глаза.       —Теперь я пойду?       —Да, да. Завтра в 12.       —Конечно. Дима неохотно отпустил Душнову. Чмокнув парня в нос она скрылась за дверью, а Побрацкий весь влюблённый потопал домой. 22:46 Звёздочкин и Душнов что-то бурно обсуждали, пока Олежа заделывал последнюю дырку в плаще. За это время Олежа уже привык к обстановке и к удивительной для него новости.       —Слушай, мне нужен какой-нибудь слоган, а то везде плакаты и на них написано «Дипломатор» надо что-нибудь интересное.       —Ну… Можно «жри богатых», или… Ты фразу «Давайте поговорим» много раз говорил на всех митингах, люди явно её запомнили.       —Обе интересно звучат… Думаю оба слогана возьмём. Просто разные плакаты сделаем.       —Думаю людей обе фразы зацепят. Кстати, плащ то готов. Олежа протянул плащ со всеми зашитыми дырками, подшитым рукавом и воротником. Антон взял плащ и медленно одевает накидку. Он боялся что опять может что-то порвать. Когда он полностью висел на плечах Звёздочкина он покрутился. Элемент одежды Дипломатора сидел идеально, и дырок уже не было.       —Олежа, спасибо большое. Я даже не знаю что я могу для тебя сделать…       —Ты уже поставил меня на главную роль, так что больше ничего не нужно.       —Ну я тебя поставил так как, увидел что ты сможешь хорошо сыграть. Если бы ты не соответствовал своему профессионализму, то я бы тебя и за плащ не поставил. Антон ехидно улыбнулся, а Душнов увёл смущённый взгляд в сторону, ему было приятно как Антон отзывался о его театральном искусстве.       —Ты останешься или тебя довезти до дома?       —Не стоит, я вполне и сам могу дойти домой.       —Значит я тебя довезу до дома.       —А-Антон! Я же с-сказал что сам… Олеже было очень приятно, он из-за этого сильно раскраснелся и прикрыл лицо руками, чтобы Антон не заметил.       —Нет, по темноте ты не пойдёшь один. Звёздочкин заметил столь бурное смущение Олежи, и Антона это умиляло. Он переживал за главного актёры своего спектакля. Только вот, он переживал что спектакль без Душнова рухнет? Или всё-таки он переживал за безопасность Олежи? Как обычно, переживают… Друзья?..       —Хорошо, только тогда мы пойдём пешком.       —Как скажешь, Олежа. Оба улыбнулись друг-другу, и начали собираться. Пока Олежа одевал кофту и кеды, Антон убирал плащ на место, повесил сушиться свитер с буквой «Д» и поставил швейную машинку с нитками на нужное место. Олежа был уже одет и наблюдал как Антон надевает ботинки и пальто, минут через 5 они уже оказались на улице. Там парни направились к дому Олежи. И снова начался бурный разговор о разной литературе. Пока они шли, они всё время смотрели друг другу в глаза. Собственно поэтому столб перед Антоном встретился с его лбом.       —Ай! Звёздочкин настолько не ожидал что даже, упал от столкновения, и начал потирать лоб.       —Антон! Олежа сел рядом начиная обеспокоенно осматривать Антона. Он положил руки на его щёки и начал поворачивать его голову из стороны в сторону в сторону.       —Сильно ударился? Ссадин вроде нет. Дать таблетку от головной боли?       —Тише, тише. Всё в порядке. Антон медленно убрал руки Душнова со своего лица.       —Но спасибо за заботу.       —Д-да незачто… Олежа улыбнулся и встал помогая встать и Антону. Звёздочкин помотал головой, отряхнулся и парни продолжили идти. После этого момента, они стали чаще смотреть вперёд и обходить столбы стороной.       —Кстати, ты вроде говорил что пишешь стихи.       —Ох, да. Думаю что я могу тебе что-нибудь прочитать.       —Правда? Я очень хочу послушать.       —Мм… Сейчас только вспомню какое-нибудь. Олежа начал думать и через минуту-две вспомнил и начал рассказывать.

—Уличный фонарь,

Освещает всё что может.

Но его свет

Не открывает нам,

Эмоции прохожих.

«Да и зачем они нам?»

Могут спросить люди.

Ну как же?

Это же людские чувства.

Такие неизученные,

И довольно странны.

То радуются мелочи,

То намерено грустят.

Ах, да… Любовь…

Как же я забыл.

То чувство которое бывает разным.

То ненависть,

То бабочки порхают в животе.

Всё так секретно,

Но очень интересно,

Удастся полюбить иль мне.

Он рассказал стих прекрасно, с выражением. А вот Антон встал в ступор, его мысли в точности совпадали с размышлениями стихотворения.       —Рифма конечно не очень… Но надеюсь смысл понятен.       —Да, конечно. Просто прекрасный стих.       —Спасибо. Душнов улыбнулся и они продолжили идти. Ещё огромное количество разговоров, их могли понять только начитанные люди. Вскоре они всё-таки дошли до дома Олежи.       —Спасибо, что провёл, было приятно общаться с тобой.       —Согласен, мне тоже. Олежа сначала не решился, но потом обнял Звёздочкина, тот удивился, но всё-таки обнял в ответ, улыбнувшись.       —Ну, теперь я пойду. Олежа помахал рукой и скрылся за дверью подъезда, Антон помахал ему в ответ и зашагал домой.