PARANOIA

Лаборатория КРОТ-1, уровень К-4, недалеко от завода по производству авиационных двигателей для ВВС РФ «Ударник», Новосибирская область Майор Александр «Гранит» Калашников Управление «А» ЦСН ФСБ РФ 8 августа 2008 года, 14:06       Группа «А», группа «Б», клоны из группы «0607» и учёные спустились на лифте по очереди. Нельзя сказать, что учёные и клоны сразу начали воевать друг с другом, нет. Но напряжение повисло в воздухе, мама не горюй. Оно и неудивительно: при виде клонов, намотавших себе на плечи и голени белые тряпки, доктор Королёва вытаращила глаза и возмущённо спросила «А… а почему клоны с вами и не нападают ни на кого?!». Ситуацию урегулировал Кулак, введший обосравшихся доктор-санов в курс дела.       Сами учёные безопасности ради надели зелёные костюмы биологической защиты. И лишь у профессора Пирогова, взявшего с собой кейс с неизвестным содержимым, костюм оранжевый. Мы же взяли с собой противогазы ПМК-3, ПМК-2, ГП-7, ГП-5, ПМГ-2 и ПМГ в разных количествах. И дело не в воздухе, а в вирусе. Это мы, «альфовцы», опустили забрала. А клоны вынуждены были надеть противогазы. Клоны… если бы мне полгода сказали, что я буду блуждать по коридорам заброшенной советской лаборатории, чей персонал вернулся с того света в виде красноглазой нежити, а вместе с моими ребятами будут ходить клоны отряда капитана Шаталова, я бы этому шутнику или шутнице дал в рыло.       «Бракованные», как и мы, отличались разнообразием вооружения. Так, АГШ-0607 носил АК-103 с установленными до спуска на лифте прицелом и штык-ножом, ИАС-0607 — «Печенег», ВБК-0607 — «Винторез», РНМ-0607 — ружьё «Вепрь», ну а ОАБ-0607 — АК-74М с ГП-34. А в качестве «вторички»* они, как и мы, предпочитали использовать АПБ, «Пернач» и даже «Бердыш». Ни одного «Макарыча», и это правильно на мой взгляд. Для гражданских и ППС, может, и подойдёт, но не для военных и, тем более, спецназа.       — Вот уж не думал, что зомби и вправду существуют, — буркнул РНМ-0607, взявший под прицел одно из помещений, откуда мы с Дирижёром позавчера выбегали, спасаясь от советских, российских, американских и чеченских зомби. И я понимал негодование Гирея: что он, что другие клоны из группы «0607» ещё не видели зомбаков, хотя наш с Гурвичем рассказ впечатлил даже клона Шатая.       И это я молчу про пошедших с нами профессора Пирогова, Полину Санну, профессора Шилова и Лиду. Когда доктор-саны увидели первую пару трупов: американского диверсанта в камуфляже Woodland и бывшую пациентку/подопытную крысу, Василь Евграфыча аж передёрнуло от отвращения, Лида немигающим взглядом пялилась на бывших зомбаков, Полина Санна же что-то там процедила. И лишь профессор Шилов бормотал «Без паники, спокойно, спокойно, спокойно…». Его мантру прервала ВБК-0607:       — Мы спокойны.       — Это я себе, — услышав ответ Шилова, все уставились на него, как на придурка, а я не удержался и заржал, а остальные подхватили мой смех, в то время как у смущённого профессора цвет лица чуть ли не стал напоминать свеклу. Хоть какое-то разбавление обстановки. Вот только внезапный звук разбитого стекла от упавшего стакана, или стеклянного сосуда быстро вернул нас в суровую реальность. Все на инстинкте вскинули стволы в направлении звука, а «Бракованные» заняли позицию согласно заранее обговорённому порядку: Шатай, Слащ и Гирей закрыли собой учёных с фронта, а тылы контролировались Ягодкой и Барей. Звук раздался в лаборатории. Наверняка, кто-то из зомбаков пораскинул остатками мозгов, но вместо того, чтоб воспользоваться тактикой «изобразить опоссума», лишь привлёк к себе внимание.       Я ещё перед спуском в КРОТ-1 провёл краткий ликбез с ребятами Шатая, чтоб они не вздумали трогать тела покойников и, тем более, лезть окровавленными пальцами в рот. Мол, коснулся плоти или крови зомби — всё, через несколько часов ты станешь таким же красноглазым страхуёбищем, жаждущим жрать или заражать живое. Впрочем, с противогазами на мордах лиц заражение через рот не грозит. Но укусы-то ведь никто не отменял.       Я обошёл воронку от ВОГ-25 на полу, которая была не единственным изменением местного дизайна. Весь пол был усыпан многочисленными гильзами и разводами крови, тут и там валялись трупы различной комплектности, в том числе и безголовые, стены были испещрены пулевыми отверстиями… В общем, в наличии были все следы позавчерашней потасовки с зомбированными. Первым в лабораторию прошёл Болт со своим незаменимым щитом и «Вихрем». Андрей-второй развернулся всем телом на 90 градусов вправо, при этом подозрительно вглядываясь вглубь лабораторных помещений.       Внезапно сзади раздался мат на чеченском, топот ног и выстрелы. Я резко обернулся: это, оказывался, Кулак завалил одного из зомбаков. Хм… вот уж не ожидал, что зомбаки смогут болтать, хоть и матом. Наверное, это касается лишь недавно умерших и воскрешённых. Хотя те свеженькие зомби, на которых натыкались мы с Дирижёром, разговорчивостью не отличались. Мычали, рычали, кричали, стонали. А уж советские зомби — тем более.       — Сраный уёбок, — процедил Володя. Из-за опущенного забрала увидеть выражение его лица было сложно, если не невозможно. Ну да хрен с ним, с выражением морды лица.       Раздалась ещё одна очередь, больше напоминающая стрекот кузнечика, и глухой стук падающего тела. Так стреляли у нас в отряде «Вихрь», «Вал» и «Винторез». Как я и предполагал, стрелял Передникас. Выяснилось, что он минуснул ещё одного зомби. Этот, в отличие от сдохшего бардача, был при жизни бойцом ВВ, судя по сохранившейся драной экипировке и цвету хаки.       — Вот тебе и Окончательная Смерть, — сдавленно хихикнул Карась. Он был хорошо знаком с терминологией Мира Тьмы, от которого фанател благодаря двум компьютерным играм по настолке «Vampire: The Masquerade». Кажется, называются они «VtM: Redemption» и «VtM: Bloodlines». Так вот, по словам Дениски, Окончательная Смерть в Мире Тьмы наступает, когда вампира убивают. Причём трупы вампиров различаются. Какой-нибудь новообращённый вамп, которому всего пару дней или недель, просто свалится дохлой тушей. Вамп постарше, возрастом несколько лет или десятков годиков, превратится в труп той или иной стадии разложения. Ну а проживший столетия и вправду рассыплется в прах.       — Кстати, хорошее определение убийства зомбированных, — подметила Лида, крепко сжимая в руках «Бердыш». Я был с ней согласен, хоть и не высказал этого явно. Я лишь приказал:       — Двигаемся дальше, в местный «храм науки».       — Даааа… — протянул профессор Шилов, шедший в окружении клонов и «альфовцев». — Будто бы возвращаюсь на четверть века назад.       Пирогов же молчал, словно воды в рот набрал. Я же… почему-то нервничал. Нет, внешне я оставался всё тем же Гранитом, с невозмутимой мордой лица и способным поднять воинский дух. Но никто из ребят и, тем более, доктор-саны не знали, что сегодня мне снился кошмар. В нём я в одиночку бегал в дневное время по части №2080, отстреливался от бойцов и офицеров, заражённых болячкой с КРОТ-1. Руки, державшие АКМН или АПБ, предательски дрожали, когда я стрелял, например, в Регину Неверову, пытавшуюся блевануть на меня кровью, или в Тараса Сомова, оравшего трёхэтажным матом.       Но сложнее всего было хотя бы прицелиться в сослуживцев и Борисыча, столпившихся у входа в штаб. У всех, даже у Дирижёра, глаза пылали красным, все держали в руках, нормальных в сравнении с ручищами советских зомбаков, оружие. И, что характерно, ни капли крови на лицах, одежде и экипировке. Разве что кожа у ребят была землистого цвета. Сон заканчивался на моменте, когда Борисыч, стоявший ко мне спиной, нарочито медленно поворачивался, смотрел мне в глаза и говорил что-то вроде «Скоро всё закончится, Гранит». И как только он договорил, я проснулся с учащённым дыханием и сердцебиением, а не резко вскочил с кровати с воплем на весь членоподобный Сибирский Федеральный Округ.       По пути к залу с колонной на нас никто не напал. В наушниках периодически раздавались знакомые шипения вперемешку с рыками и рёвами, ставшие мне ненавистными. ИАС-0607, услышав впервые эти звуки, не выдержал и выпалил:       — Блять, да кто это лезет в эфир?!       — Источник сигнала, контролирующий ваших братьев и сестёр, — спокойно пояснила доктор Королёва. Клон Слаща недоверчиво уставился на женщину, добавившую: — Мы не знаем, кто или что контролирует клонов, но пока не найдём и не устраним сигнал, никто отсюда не уйдёт.       — Моя сестра сейчас вообще в Йошкар-Оле проживает, — встряла ВБК-0607. Полина промолчала, как и Шилов с Пироговым и Лидой. М-да, «вовремя» ж клонов накрыло осознание себя как полноценных личностей, а не как «пробирок», коими они, по сути, и являются. Меня передёрнуло, но не от отвращения при виде трупов зомбаков, которым мы размозжили головы, а от того, что я врал в лицо клонам.       Оказавшись в зале с восьмиугольной колонной, мы рассредоточились: учёные и клоны выдвинулись направо и затаились там до сигнала от меня, а я и остальные «альфовцы» направились в комнату с работающим дизелем. Я обратил внимание на закрытые двустворчатые двери. Пригляделся: замка вроде бы нет, двери не заперты на ключ. Так-с, если память не изменила мне со склерозом, то за этой дверью начинаются блок вивисекции и технические помещения. В блоке вивисекции складывали тела как погибших клонов, так и тех подопытных, что в милицейских сводках числились пропавшими без вести. По крайней мере, так твердил Филя Раевский.       — Сигналы идут с нижних уровней, значит мы должны проверить все помещения под лабораторией. Если верить плану, нам сюда, — я указал ребятам стволом АКМН на двери, после чего, приказав им подождать меня, вернулся к клонам и учёным. Те, завидев меня, хотели было что-то сказать, но я кивнул себе за спину: — Выдвигаемся.       — Есть, — кивнул АГШ-0607, носивший противогаз ПМГ. Характерная форма противогаза послужила ключевым источником вдохновения для формы солдат Альянса из Half-Life 2. Причём я не прочитал об этом где-то, а сам играл и мысленно сравнивал противогазы ГОшников и простых солдат, исключая белых элитных бойцов, у которых шлемы — с одним-единственным красным окуляром на полморды.       Болт, повесив «Вихрь» на плечо, дёрнул за правую ручку и толкнул дверь от себя. За нею находился освещаемый красным коридор. На стене слева плитка была почти цела, чего не скажешь о правой стене, почти лишённой плитки, даром что сами плитки валялись на полу и на перевёрнутой скамейке для ожидания. Пройдя чуть дальше, мы увидели на стене напротив пять оранжевых щитков, шестой валялся на полу.       И в этот же момент Болта атаковал один из свеженьких зомбаков, бывший безопасником КРОТ-2 или КРОТ-3. Именно свеженьких, потому как на участках кожи, не прикрытых одеждой, головными уборами или СИЗ, всё ещё присутствовала кожа землистого цвета, как у покойников. Да и руки нормальные, а не с длиннющими пальцами и такими же длинными когтищами. Зато зомбак двигался слишком быстро. Для покойника-то. Почти сразу повалил нашего Андрейку на землю и давай блевать кровью на лицевой щиток «Рыси-Т», при этом нанося хаотичные удары по бронику. Будто бы не понимает, что забрало убережёт Передникаса от заражения через рот.       Кулак свистнул покойнику. Тот вскинул башку, искривив рот в злобной гримасе, и процедил:       — Жратва!       Значит, голосовые связки у него не пострадали. Ну ничего, это всё равно не спасёт его от пули 7,62×39. Я пустил короткую очередь в башку зомби, опередив на этом поприще Володьку. Труп повалился на Андрея, который с матами отпихнул покойника от себя и кое-как встал на ноги, благо ему помог Кулак.       — Эт кто там жрать хотел? — подал голос клон Гирея, подошедший к нам. Я кивнул головой на зомбака:       — Да вот, местный абориген. Проголодался, бедняжка.       — Туда этому ушлёпку и дорога, — Болт плюнул на окончательно убитого безопасника, сопроводив это пинком под рёбра. Я был мысленно согласен с другом: нечего зомбакам пытаться нас сожрать или заразить. Блин, а я ведь до сих пор не знаю, как называется вирус! Надо бы расспросить наших докторов. Приказав Болту вытереть кровь со стекла, я подошёл к четвёрке учёных и осведомился у них:       — Ребят, а как вообще называется вирус?       — Р2Д, — тут же ответил Евграфыч. Умница, понимает, что лучше отвечать на мои вопросы или вопросы моих коллег по службе или «Бракованных». — Реаниматор-2, штамм «Делт».       — Разве не «Дельта»? — уточнил ИАС-0607, которому послышалась «Дельта» вместо «Делт». Но Пирогов развеял его сомнения:       — Именно «Делт». Шурик, когда он был жив, решил, что проявит верх оригинальности, если будет использовать буквы финикийского алфавита, а не привычного греческого.       — Некромант ебаный… — прорычал Молот, понявший значение «Реаниматор» как «Воскрешающий». Евграфыч лишь закатил глаза под костюмом:       — Может, он и был, как вы сказали, «некромантом ебаным», но он представлял идеальных солдат как тех, кого можно и нужно воскрешать. Как тех, чьи клетки будут регенерировать.       — Херовое у него представление было, если честно, — качнул головой РНМ-0607 и нервно усмехнулся. Полина не стала заступаться за папаню. Она ещё при первом нашем с ней разговоре называла его «горе-папашей». Я пресёк дальнейшие разговоры:       — Так, народ, пора спускаться на нижние уровни. Местный бардак обсудим позже.       — Согласен, — поддержал меня АГШ-0607, поудобнее ухватив свой АК-103. Болт, Кулак и я первым зашли в открытые двери, держа на прицеле пространство перед собой. За ними же нас ждало просторное помещение с тремя дверями и, слева, лестничным пролётом, ведущим вниз. Между первой и второй дверью, справа от нас, сидел зомбак. Не учёный и не «вовчик». Так, обычный рабочий. И что характерно, куртка была распахнута, грудная клетка обглодана явно недавно. Выходит, тот зомби-безопасник жрал труп… ага, ещё и крысят, судя по обглоданным скелетикам в количестве трёх-четырёх штучек.       — Хуяссе… — выдавил Совок, как только я, Кулак и Болт спустились на этаж ниже, в коридор с тёмно-коричневыми стенами, с которых частично отлупилась краска. Слева были распахнуты бежевые проржавевшие двери, а справа — наполовину раскрытые створки лифта. Да вот самой кабины за ними нет. Лишь шахта, и тросов тоже нет. Наверное, во время консервации перерубили тросы, с целью не допустить бегства персонала КРОТ-1. Разумная мера, хоть и бесчеловечная с точки зрения больных Гуманизмом Головного Мозга, убеждённых, что каждая жизнь священна, даже жизнь какого-нибудь Гитлера, Билла Клинтона, Мадлен Олбрайт или Рональда Рейгана.       Молот подошёл к краю шахты, поднял щиток и, набрав слюны, выплюнул её вниз. Он буркнул:       — Сраный КРОТ-1… — и развернулся к нам лицом, как вдруг Дирижёр, у которого глаза вспыхнули оранжевым, вытаращил их, вскинул автомат и гаркнул:       — МОЛОТ, В СТОРОНУ!!!       Дважды орать не пришлось, потому как из шахты лифта неожиданно выбежало существо, бежавшее по вертикали, а не по горизонтали. Две лапы, похожие на паучьи, с удивительной лёгкостью отвели левые створки в сторону, и тварь, встав на четыре «паучьи» лапы, вышла в зал, подставляясь под свет фонариков.       Она выглядела как женщина. Вроде. По крайней мере, у чудища есть две груди, тонкая талия, относительно миловидное личико, правда искажённое в злобной гримасе… и всё. На этом сходства с человеком заканчивались. Левая рука ниже локтя превратилась в две соединённые сухожилиями и мышцами кости. Каждая из костей заканчивалась не кистью, а когтями, примерно той же длины, что и у советских зомбаков. А правая рука выглядела относительно нормально. Ну, насколько нормально может выглядеть отвратительный гибрид человека и паука с кожей землистого цвета. Сиськи ничем не прикрыты, глаза пылают красным. На голове же висит противогаз ГП-5, мордой вверх. Я присмотрелся: противогаз прикрывает испачканные чем-то волосы неопределённого цвета. Вместо обычных ног — те самые четыре паучьи лапы. «Бёдра» представляют собой кости, обтянутые кожей. А заканчиваются лапы чем-то вроде стоп, но с острым концом. Даже я обомлел от вида этого человека-паука, чего уж говорить об остальных…       — Ебать мои лысые тапочки… Э-это чё ещё за Спайдермен?! — выпалил охреневший РНМ-0607, озвучивший мою мысль. «Спайдермен» же выбрала своей целью не Молота, плюнувшего на неё, не зная об этом, а как раз клона Гирея. Тварь выпятила грудь вперёд и выстрелила из сосков какой-то прозрачной жижей. Да, я, Дирижёр и Болт с Кулаком изрешетили мутантку-паучиху, но опоздали всего на долю секунды. Две струйки прозрачной жижи попали на противогаз РНМ-0607 и на шлем Совка.       Сразу же Рома и «Рустам», отчаянно матерясь, бросили стволы и принялись стягивать с себя повреждённые СИЗы. И если Ромке достаточно было снять растворяющееся под воздействием мощной кислоты забрало, то клону повезло меньше. Всё потому, что струя кислоты растворяла противогаз, который он снял только после того, как снял шлем 6Б27. Времени было катастрофически мало. АГШ-0607 помог своему подчиненному снять шлем и лишь потом, когда «Рустам» часто задышал, осведомился у него:       — Как ты, Русик?       — Как-как… Жив-здоров и даже обошёлся без грудного кормления местной Арины Родионны! — заржал «Рустам». Блин, повезло же парню. Ведь чуть не погиб от воздействия кислоты! Возможно, попади эта кислота на Дирижёра, то он бы спокойно компенсировал всё своей регенерацией.       — Ну, зато мы убедились, что нельзя кормиться из сисек этой паучихи, — развела руками Лида.       — А эта страшная ебака тут точно в единственном экземпляре? — забеспокоился Кулак, нервно всматриваясь в шахту лифта. Если остальные и встревожились после его вопроса, то не подали виду. Что нам, что «паучихам» будет сложно сражаться в таких тесных помещениях, как это. К тому же, «Рустаму» и Роме придётся продвигаться с двойной или даже тройной осторожностью. Любая капля зомбячьей крови, и РНМ-0607 хана. А Трифонову повезёт чуть больше, ведь у него в крови ДВЛ4УБ. Непонятно, какая мутация у него проявится, но это случится, только если он заразится. Как бы то ни было, что нам, что этим ебанинам-«паучихам» будет сложно сражаться друг с другом в тесном помещении наподобие этого.       Дальше шёл уже блок вивисекции, где нас стопудово будут ждать зомби-клоны. Надеюсь, таких вот ебанин, как эти «паучихи», там не будет. Первыми к дверям снова выдвинулись я, Болт и Кулак. Я размял левые пальцы, державшие цевьё АКМН, и легонько хлопнул Болта по плечу. Стоило ему сделать шаг вперёд, как двустворчатые бежевые двери, такие же ржавые, как и другие, распахнулись. Но не сами по себе: их открыл очередной клон Стожарова. Вернее, его ожившее мразотное подобие. Губ и щёк у зомбака уже не было, зубы обагрены кровью, причём запёкшейся, а глаза, как и у остальных существ, горели красным. И лишь зрачки были чёрные-пречёрные. Правая половина тела зомбированного была порядком обглодана, а правая рука напоминала советских зомбаков: пальцы стали в три раза длиннее, а вместо ногтей отросли длинные когти.       Зомби-клон первым делом раскрыл пасть и блеванул кровью в Болта. Он пригнулся, а я и Кулак отвернулись. Забрало забралом, но хотелось бы окончательно исключить риск заражения вирусом Р2Д. Далее зомбированный «Стожаров» прыгнул на Болта и ударил сначала левой рукой, а потом и правой, оставив следы на металле и вспоров внешнюю обшивку щита. Кулак сразу же вскинул автомат и изрешетил покойника очередью из АК-74М. Даже с простреленным сердцем зомби продолжал бороться за своё существование. И лишь контрольная очередь в голову окончательно прервала не-жизнь еще одной жертвы этого хаоса.       — КОНТАААААКТ!!! — заорал из блока вивисекции зомби-Шатай. Нормальным голосом, а не как у зомбированных с искажениями и хрипом. Это было реально странно, ну да похер. Я, воодушевлённый желанием зачистить блок от дохляков, скомандовал ребятам:       — Штурм!       И мы всей ватагой ворвались в коридор, оставив в тылу «Бракованных» и учёных. Здесь плитка на полу отличалась и была коричневой, почти как в КРОТ-2. Да и настенная — голубая, тоже напомнила о КРОТ-2. В качестве источника освещения выступала прямоугольная белая лампа с красной надписью «ВЫХОД» поверх стекла, которая мигала. Мы сразу же включили фонарики, кто на шлеме, а кто и на оружии. Двустворчатые двери слева от нас были кем-то распахнуты. Этот «кто-то» перекатился в коридор и побежал ко мне. Я открыл огонь по мутировавшему клону Слаща, но он словно не замечал пули. Тогда я пизданул покойничка прикладом по рылу и нанёс ещё пяток ударов, превратив мозги брыкающегося зомби-клона в месиво.       — ДА ОТЪЕБИСЬ ТЫ, БЛЯТЬ, ОТ МЕНЯ, ЗОМБЯК ЕБУЧИЙ!!! — заорал истошно Кулак, на которого набросился зомби-клон Бари. Володька, выронивший автомат, всячески отбивался от зомбака. Шлем уже был испачкан кровью покойника. Болт навалился на клона Бари, вскочил на ноги и, как только клон отпихнул щит, отправил его на тот свет окончательно, выпустив остаток магазина в башку и шею.       — Кулак, вытри забрало, — спешно скомандовал я, обошёл Болта, поднимающего щит, и пошёл уже направо, к ещё одним распахнутым двустворчатым дверям. Вдруг из коридора, куда я хотел пойти, раздались выстрелы из пистолетов. Я успел спрятаться от пуль за стеной. Совок, Молот, Карась, Октябрь и Дирижёр остановились в полуметре от меня и припали на колено. Я жестом велел Дирижёру приготовить кое-что потяжелее АКМ с ГП-25.       Андрей-один кивнул, передал автомат Молоту и снял со спины один РПГ-26. Далее он подготовил «Аглень», встал перед проходом в коридор, вскинул тубус и прицелившись, выстрелил. Отбросил дымящийся и бесполезный тубус, он забрал у Димы автомат и первым побежал добивать зомбаков, если те конечно, каким-то макаром пережили взрыв. Едва он преодолел полпути, как на него сбоку набросилась зомби-клон Ягодки. Но я успел выручить его, выпустив короткую очередь прямо в голову очередной жертве вируса. Дирижёр поблагодарил меня, подняв большой палец вверх. Праздновать было некогда, поскольку остатки двери разнесли прибывшие на шум стрельбы клоны Стожарова, у которых уже обе руки были оснащены длинными пальцами с модным «маникюром». Мы с Дроном, не сговариваясь, перестреляли «пробирочных» зомбаков и жестами дали «альфовцам» понять, что можно продвигаться дальше. А группе «0607» и учёным тот же условный сигнал, который даст им добро идти за нами, передаст уже Карась.       — Группа «Б» — туда, — я указал стволом АКМН на проход, откуда на Дирижёра прыгала зомбированная клон Курбаевой. И лишь сейчас я обратил внимание на, собственно, труп. Кожа у дамы — землистого цвета, глаза красные, но не горят аки фонари с дальним. От майки и штанов, как и у других клонов, остались лохмотья. Только берцы более-менее целёхонькие. Левой щеки нет, солнечное сплетение обглодано.       — ЕБАТЬ ВАШУ МАМАШУ!!! — заверещала ВБК-0607, видимо, подвергшаяся нападению зомбака-клона. Раздались звуки борьбы вперемешку со звуком блевания кровью. А затем грянула очередь из РПК. Вот так Совок и спас свою бывшую спарринг-партнёршу. Это я понял как по отпихиванию тела зомбака-клона Стожарова, так и по довольному восклицанию «Веры»: — Я твоя должница, Совок!       — Как скажешь, — ухмыльнулся Ромыч. Нет, назвать Совка, да и всех нас, пидорами там или импотентами означает навлечь на себя наш гнев. Но Совок побивался именно ВБК-0607, сумевшую выписать ему неиллюзорных за счёт читерства в виде улучшенной физиологии.       — Вера, — обратился я к клону Ягодки, решив подыграть ей. Та, вытирая кровь с чёрного противогаза ПМГ-2, грубовато спросила:       — Чё надо, близнец Шатая?       — Тебе не попала в рот кровь от заражённой? — я указал Вере на мембрану, она же «переговорное устройство». Клон Ягодки мотнула головой:       — Н-нет.       — Тогда порядок. Продолжаем дискотеку, — улыбнулся я под забралом, после чего продолжил зачищать комнаты от зомбированных клонов Стожарова и группы Шатая. В одном из коридоров, где я и Кулак замочили пятерых зомби-клонов — трёх клонов Стожарова, клона Слаща и клона Шатая, нас нагнал профессор Шилов, обрушивший руку мне на плечо, отчего я развернулся на 180 градусов и чуть не пристрелил его.       — А-александр Евгенич, — Шилов закатил глаза под смотровым стеклом костюма. — Тут Васе пришла в голову идейка одна.       — Потом, — отмахнулся я, как ни крути, зачистка блока вивисекции важнее. Я целиком сосредоточился на задаче. Подстегнуло меня подозрительное шипение и возглас:       — Да ёбанный ты нахуй! — а вскоре раздалось несколько выстрелов из «Вепря» — то ли Молота, то ли РНМ-0607. Одновременно с выстрелами звучали рычания какого-то существа, больше напоминающего животного. Нет, это точно не «паучиха», хоть и шипение, как от кислоты, оказалось знакомым.       Я и Кулак ворвались в помещение с клетками для животных. Молот в ужасе уставился на убитую им тварь. Она выглядела как плод любви человека и то ли крокодила, то ли буллсквида из первой Half-Life. Глаза, как это и было ожидаемо, красные, верхняя половина башки, без челюсти, но с восемью длинными и острыми зубами, больше напоминающими стилеты. Своеобразной «нижней челюстью» выступали четыре жвалы, по три острых зуба на каждую. Кожа твари грязно-жёлтая, на спине красовались лапы какого-то насекомого, оканчивавшиеся «копьями». Характерная форма этих верхних лап кричала о том, что их нужно называть «косами-горбушами». У передних лап, на которые опиралась тварь, вместо ступней — кисти рук. Без ногтей, правда, ну да похуй. Задние же лапки с двумя когтями-пальцами настолько малюсенькие, что их можно было бы сломать резким движением брови. Хвост оканчивался тремя изогнутыми когтями, один шёл из кончика хвоста, два других — из боков кончика.       — Это чё за крокодил?.. — выдавил ошарашенный Кулак. Молот попробовал разбавить обстановку:       — Крокодил Гена с бодуна, блять… — и пустил смешок. Впрочем, смех смехом, а блок вивисекции ещё не полностью зачищен. Тут на связь со мной вышел… Октябрь, упавшим голом сообщивший хреновую новость:       — Октябрь Граниту. Октябрь… — он кашлянул, отчего я, хотевший было спросить, что случилось, потерял дар речи. — Сука. Походу скоро я стану или как Дирижёр, или каким-нибудь дополнением к местной кунсткамере.       — Как ты заразился? — осведомился я у Виталика. Тот сказал, что на него напал зомби-клон Стожарова и прокусил ему руку в районе предплечья, силой поднял забрало и блеванул кровью прям на лицо Октября. Конечно, Денис смог убить клона, но предотвратить заражение командира группы «Б» вирусом Р2Д не удалось! Настало время профессуры выйти на сцену. Я вышел на связь с Пироговым: — Гранит Пирогову, живо в зал с убитым «буллсквидом»!       — Откуда в КРОТ-1 двуногий крокодил из Зена? — недоумевающим тоном спросил Евграфыч, явно знакомый с первой Half-Life. Я закатил глаза, цокнул и рыкнул:       — Оттуда же, откуда зомбаки в лабе! Я пошлю кого-нибудь встретить вас. До связи, — закончив болтать с директором ПНИКЛ «КРОТ», я обратился по рации к Октябрю: — Гранит Октябрю, ты сможешь дойти до зала с вольерами?       — Обижаешь, командир, — обнадёжил меня Виталик. Готов поставить свою премию, он вымученно улыбается. Ну да ладно, сейчас главное дождаться и его, и Пирогова.       Прождали я, Молот, Совок, Дирижёр и Кулак, вышедший в коридор блока вивисекции встречать обоих, где-то с пять минут, точно не скажу. Виталик пришёл один, а вот с Пироговым примчалась доктор Королёва. Василий Евграфыч нёс кейс, а вот Полина — коробочку с чем-то внутри. Я успел разглядеть аббревиатуру «Бол-Р2Д-Вак», прежде чем троица остановилась передо мной. Соколовский с подозрением косился на докторов, а те молчали. Пирогов бросил взгляд в сторону Октября и пригляделся к укусу на левом предплечье. Куртка с камуфляжем «Зелёный камыш» пропорота обычными зубами. Бьюсь об заклад, у клонов зубы прочнее, чем у обычных людей.       — Так… — выдохнул Василий Евграфыч. Он жестами попросил Виталика показать укус. — Поля, вводи вакцину.       — Что ещё за вакцина? — осведомился я, пока Полина открывала коробочку и доставала оттуда флакон на три миллилитра. У меня закралось сомнение в том, действительно ли Виталику введут вакцину, а не какой-нибудь мутаген, который превратит его в какое-то страхуёбище то ли из Resident Evil, то ли вообще из Quake 2 или 4.       — Вакцина «БолВак», её разработала Ника в этом году, по моему поручению. Сейчас увидите, что будет, если ввести её в организм с ДВЛ4УБ, — Пирогов смотрел, как Виталику вкалывают вакцину. Заподозрив неладное, я гаркнул:       — Стоять, не вкалывать!       — Вы чего, Александр Евгенич? — нахмурилась Полина, не успевшая вставить иглу в вену Октября. Пирогов попытался успокоить меня:       — Товарищ майор, вакцина Ники не даст вашему коллеге превратиться в таких вот тварей, — он указал на убитого зомби-клона Шатая. — А если учесть, что в крови майора Соколовского — ДВЛ4УБ, то «БолВак» ускорит его трансформацию в кого-то вроде… капитана Гурвича, — я слегка прищурил глаза. Тогда Евграфыч поспешно объяснил: — В плане способностей, само собой.       Я подошёл к Пирогову как можно ближе и процедил сквозь зубы:       — Если Октябрь станет монстрюком, ты станешь его полдником. Уяснил, светило науки?       Доктор-сан нервно сглотнул, но закивал, словно китайский болванчик. Полина Санна, охреневшая от моих слов, даже не нашла, что сказать. Безропотно, с моего молчаливого согласия, ввела «БолВак» в кровь Виталика. Если ему и было больно, то виду он не подавал. Хотя боль от укола сравнима лишь с комариным укусом. Опыт не пропьёшь.       Октябрь по распоряжению Полины прижал ватку к месту укола. Справа от нас, из-за стеклоблоков, раздался приглушённый вопль, а затем стеклоблоки разлетелись в стороны. Оказалось, что их своей спиной разнёс Карась. Его АКС-74Н куда-то подевался. Впрочем, автомат нашёлся быстро: в руках очередного зомбирванного клона Шатая, выглядевшего относительно нормально, без длинных пальцев и когтей, даже кожа нигде не отвалилась. Лишь землистый цвет кожи и ярко пылающие красные глаза говорили о том, что он — зомбак.       Карась потянулся к кобуре с АПС, зомби-клон Шатая вскинул трофейный автомат, но его опередил я, выстрелив короткой очередью в голую грудь покойничка. Не веря происходящему, Денис запричитал:       — Ой бляять… Ох, бляяять…       — Беги за своим стволом, — велел я Гаршину, помогая ему подниматься на ноги. — А то щас ещё кто-то из «пробирок» его спиздит, нагло присвоив себе, а мне потом писать рапорт с объяснением на пару сотен страниц, как доблестный офицер ЦСН ФСБ умудрился «пролюбить» своё штатное оружие, — после я связался со всеми: — Всем внимание — собираемся у зала с вольерами для животных.       Карась кивнул и немедля помчался к трупу клона Шатая, лежавшему в неестественной позе и животом вниз. Хвала яйцам, из «Бракованных» никто не пострадал и, тем более, не заразился. Последним буквально влетел клон Слаща, не удержавшийся на ногах и плюхнувшийся на пол. Ладно хоть колени с локтями не разодрал, спасибо налокотникам и наколенникам за это. ИАС-0607, отряхиваясь и подбирая «Печенег», пропыхтел:       — Ну ты и сайгак, учёный… Кто тя ужалил?!..       — Блять, эти клоны словно ёбу дали! — воскликнул Болт, доселе молчавший. Я вот тоже заметил, что с каждой пройденной комнатой или каждым преодолённым коридором зомбированные клоны словно с цепи срывались. И это я молчу про «буллсквида» советского разлива, как-то дожившего до наших дней.       — Это значит, что уровень и мощность сигнала растут, — подал голос профессор Пирогов, обратив на себя внимание всех окружающих. — Чем ниже мы спустимся, тем яростнее зомби и прочие мутанты будут оказывать сопротивление.       — И откуда это тебе известно? — я возвышался над Пироговым, однако в этот раз он не струсил, смело смотрел мне в глаза под забралом. — Логический вывод?       — Разумеется, товарищ майор, — подтвердил Евграфыч. — Не просто же так мы с Шуриком в своё время закончили НИИ вирусологии имени Ивановского. К тому же, не такой уж я и старый, чтобы не играть в компьютерные игры в свободное время.       — Ты, профессор, лучше не про свою личную жизнь рассказывай, — подошедший к нему сзади ИАС-0607 обрушил руку на плечо, отчего наш «глубокоуважаемый» Евграфыч вздрогнул и чуть не подпрыгнул на месте. — Скажи, что вообще за хрень здесь творится?       — Да, народ, — ВБК-0607, явившаяся во время разговора нас с профессором Пироговым, указала ладонью на клонов Бари, Гирея и Шатая, — хочет разобраться, что к чему. На нас нападают наши же клоны, а мы вынуждены стрелять, считай, в самих себя. Как прикажете это понимать, уважаемый?       — Мне тем более любопытно, — клон Шатая сделал шаг вперёд, периодически поглядывая на клона самого себя, валявшегося у новообразовавшегося прохода. — Но в любом случае, разгребать все это говно нам придётся с ребятками майора Калашникова, — он кивнул башкой на меня. Я не ответил, предпочтя любоваться самими «Бракованными». Они абсолютно уверены, что они — оригиналы, а не «пробирки». И оттого мне было противно лгать им в лица. Верят же мне, как наивные. Не понимают, что после заварушки их однозначно кокнут. По крайней мере, я в этом уверен. От брака обычно предпочитают избавляться. Хотя… Чёрт его знает, чем закончится наша операция. Может мы вообще так обосрёмся, что допустим прорыв вируса и зомбированных в мир, а может сможем всё так надёжно зачистить, что в качестве награды за успешно выполненную работу, ребятам дадут билет на волю и шанс на обычную жизнь.       — Да лаааадно вам, ребят! — хихикнул клон Гирея, решившийся разрядить обстановку. — Может у нас просто массовые глюки же, ну?.. Перепили мы, понимаете ли, ракии*, а она оказалась палёной. Вот нам и мерещится всякая поебень вроде заброшенного советского комплекса, девок-пауков с сиськами, как у Памелы Андерсон, наших зомбированных копий, «альфовцев», что прикрывают нас и возглавляются вон, потерянным братом-близнецом командира, — РНМ-0607 указал стволом «Вепря» на меня. Его решил поддержать клон Бари:       — Если это так, и у нас действительно глюки, такие вот реалистичные, то как придём в себя, — ОАБ-0607 зло улыбнулся, — я этого грёбаного самогонощика, что подсунул нам «балтийский чай»* вместо обычной ракии, запущу в открытый космос на парочке МОН-200. Чтоб неповадно было.       — Лучше к МОН-200 добавить еще пару бочек соляры, — поддакнул Олегу Илья, после чего «Бракованные» рассмеялись. К их смеху добавились смешки пары моих ребят, а также Лиды и Шилова. М-да, сложно будет убедить их в том, что всё происходившее с ними в последние пару лет, или сколько там им на самом деле годиков, — не плод алкогольного воображения. Ну а пока…       — Василий Евграфыч, — обратился я к Пирогову, стоявшему чуть поодаль от нас, — ваш друг, профессор Шилов, упомянул про какую-то идейку, пришедшую к вам в голову. Поделитесь с народом?       — Сбор всех документов, связанных с экспериментами Шурика в КРОТ-1, — произнёс учёный, привлекая внимание окружающих. — Им место в нашем архиве, а не здесь, в заброшенных помещениях.       — На кой хер вам вообще собирать документы? — поинтересовался Совок, закинув РПК к себе на плечо стволом вверх. Полина решила заступиться за своего шефа:       — Чтоб больше не разрабатывать вирусы вроде того, что сделал мой горе-папаня. И знать, как с ними бороться.       — А не боитесь, что потом всех нас уберут? — вкрадчиво спросил я четвёрку учёных, опять включив внутреннего параноика. Да, я и Борисычу говорил, что начальство, если оно в курсе, что здесь творится, отправит всех пасти медведей на Оймяконе, дабы следы подчистить и остаться с чистенькими ручонками.       — Если так сделают, то КРОТ будет отброшен на годы назад, если не к истокам! — ответил профессор Шилов с таким фанатизмом в голосе, будто бы весь смысл его жизни сводился к работе в ПНИКЛ «КРОТ». На окружающий мир похуй. — Или лабораторию вообще закроют.       Может, оно и к лучшему, что закроют? Доктор-саны вряд ли смогут найти себе работёнку, особенно после публикации во всех СМИ информации об их блядских экспериментах, включая эксперименты советских времён. Естественно, озвучивать свои мысли я не собирался. По крайней мере, не сейчас. Ведь согласно плану за блоком вивисекции начинаются технические помещения, включая, по-моему, блок №6 системы охлаждения, ангары с противовзрывными воротами…       — По поводу документов… — Дирижёр покрутил головой то по часовой стрелке, то против неё. — Сомневаюсь, что их здесь можно найти. Тем более, за четверть века бумага давно успела бы разложиться. Наверное.       — Вот именно, «наверное», — встряла Лида, держащая в левой руке тетрадь наподобие тех, что нашли я и Дирижёр ранее, до заражения второго. — Это я нашла в сейфе, по приказу профессора Пирогова. Журнал исследовательских наблюдений блока вивисекции. Хотите послушать?       — Только то, что зацепило лично тебя, — закатил я глаза, а остальным — то есть, «альфовцам» и «бракованным» отдал приказ: — Проверить боеприпасы и оружие.       — Кхм… — кашлянула Лида под костюмом. — 21 апреля 1983 года. Сегодня были получены новые подопытные кролики, и мы можем, наконец, продолжить эксперимент Ф-15, приостановленный в июне из-за смерти подопытного. Любопытно отметить, что осталось немного отрегулировать кислотность получаемого мутагена, чтобы предотвратить его негативный эффект, разрушающий слизистые оболочки подопытного, — на этом она вдруг умолкла. Я приподнял бровь:       — Лид, ты чего?       — Да… следующий абзац не для слабонервных. Даже вон, профессор Пирогов не выдержал, когда читал его вместе со мной.       — Если ты не хочешь читать, давай я прочту, — с этими словами я протянул левую руку. Лида качнула головой, но всё-таки дала мне журнал. Я перешёл к тому самому абзацу: — О регенерации конечностей. Кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки. Напомню, что двухмесячный котёнок, которому в августе ампу… — я запнулся на полуслове, поднял забрало и даже прищурился, не веря написанному. Тем временем ребята обступили меня, а я выдохнул ноздрями и продолжил: — …ампутировали все лапы и хвост, всё последующее время подвергался генной модификации с постоянной заменой модифицированной эктоплазмы в крови в надежде придать его организму возможность регенерировать новые конечности, — до моих ушей донёсся мат от, кажись, Совка. — До сих пор постоянные переливания крови вгоняли подопытное существо в кому, из которой его пока довольно удачно удавалось выводить путём введения биохимиката НР-2-ОД. Выпала вся шерсть и помутнели глаза, но теперь на месте культей образовываются небольшие наросты, напоминающие хвостик и кошачьи ступни с крохотными мягкими коготками, — на последнем слове я захлопнул журнал и передал его Лиде, положившей вещицу в рюкзак, который я не увидел ранее.       — Вот вам и объяснение названия блока вивисекции, ребят, — буркнул РНМ-0607, ранее пытавшийся объяснить всё происходящее с ним и другими «Бракованными» массовыми глюками от палёной ракии, балканской водяры. Его решил то ли поддержать, то ли подколоть Дирижёр:       — Вивисекция в любом случае — хуйня подзаборная. Что вивисекция животных, что вивисекция людей.       — Согласен с пучеглазиком, — кивнул АГШ-0607 и сменил тему: — Кстати, тащ майор, может, выдвинемся дальше и продолжим зачищать мутантов?       — Если с оружием у всех порядок и патронов хватает, то пойдём, — я эффектным кивком опустил забрало шлема, перехватил поудобнее АКМН и подошёл к единственной двери в зале с вольерами. Ко мне тут же подошли Болт и Молот. Я сразу же нарезал задачи: — Молот, на тебе дверь. Болт, как только Молот вскроет её, пойдёшь первым. Мы сразу за тобой.       Андрей и Дима, как обычно, вразнобой отчеканили «Есть». Поскольку «Винторез» висел на спине ввиду отсутствия нужды в этой винтовке, то Диме не пришлось вешать «Винтарь» за спину. После выстрела в дверной замок и выбивания двери Терентьев отступил вправо, пропуская Болта вперёд. В коридоре за выбитой дверью, с тёмно-коричневыми стенами, никого не оказалось. Лампы давно перегорели, так что источниками освещения являлись прямоугольники. С нашей стороны — белый, с той — красного. Вдоль стен висели тоненькие серые трубы в количестве восьми штук.       — Стойте, — подал голос Октябрь, шедший за Дирижёром. Все, даже я, остановились. Я развернулся и вопросительно дёрнул подбородком. Нет, внешне Виталик не изменился. Возможно, что-то у него со слухом стало? Иначе он бы не стал нас останавливать.       — Я тоже слышу… — пробормотал Андрей-первый. Я шёпотом спросил обоих:       — Что вы услышали?       — Что-то на чеченском, — буркнул Виталя, тихонько подошёл к закрытой двери и припал головой. Видать, у него из-за заражения вирусом Р2Д проявился острый слух, почти как у Дрона. А вот весточка о том, что за дверью нас ждёт кто-то из бардачей Риядус-Салихин… нет, это уже не просто бардачи. Зомбаки ебаные. Или один зомбак. Пока не выйдем в, согласно плану, коридор, не узнаем.       — Выбить, — приказал я, кивая на дверь за собой. Молот, как обычно, выстрелил в дверной замок и пнул дверь ногой. Болт же первым вышел на металлическую площадку.       И он тут же чуть не получил пулю в лоб. Но его непробиваемый лобешник защитило забрало. Как оказалось, огонь открыл зомбированный бармалей. Стрелял он из какого-то то ли автомата, то ли карабина. Узнать удалось только после того, как Дирижёр высадил в него полный магазин, размолотив тому всю грудную клетку. Окончательно убив бармалея, Андрей-первый для гарантии размозжил тому башку, после чего подобрал оружие, оказавшееся карабином CAR-15.       Надо же, один из последних, если не самый последний бармалей, помер в коридоре, стены которого дуговые, как на «Балаклаве». Ах да, ещё тут «буллсквид», плюнувший из пасти кислотой, но промахнувшийся. Его изрешетила ВБК-0607 на пару с Лидой, решившей внести какой-никакой вклад в борьбу с зомбаками и мутантами. Пока ребята сосредотачивались, я решил, что Борисыч должен знать и о втором нашем «мутанте».       — Гранит Топазу, приём, — обратился я к полковнику Кадикову. Командир немедленно вышел на связь:       — Слушаю тебя, Гранит. Нашли источник сигнала?       — Ищем, Топаз. Заодно у нас есть новость: Октябрь тоже заразился вирусом Р2Д, и на одного суперсолдата в моëм персональном балагане стало больше.       — Тоже… — эхом повторил Борисыч. Выдохнув носом и прорычав что-то, он осведомился: — В чём проявилась мутация у Октября?       — Пока — улучшенный слух, — назвал я мутацию, пока что одну-единственную, ведь мало ли, что ещё за сюрпризы ждут нас, клонов и доктор-санов. — Главное, что Виталик не начал на всех кидаться и блевать кровью.       — Это почти хорошо, — упавшим голосом произнёс Борисыч. — Следи, чтобы мутанты и нежить тебя самого не заразили.       — Не дождетесь, тащ полковник. Конец связи, — заверил я начальника и отключился, хотя после его слов закрались сомнения: а смогу ли я выбраться отсюда незаражённым? Или всё-таки заражусь, а потом мне вколют «БолВак»?.. Выдохнув, я отыскал Евграфыча и поинтересовался у него: — Василий Евграфыч, а что будет с Дирижёром или Октябрём, если им в рот или на рану попадёт кровь заражённого?       — А ничего, — обнадёжил профессор меня и подкравшихся сзади Дирижёра и Октября. — Раз организмы капитана Гурвича и майора Соколовского смогли принять Р2Д, то они могут хоть искупаться в крови заражённых и пить её как «Кровавую Мэри»*, ничего с ними не станется.       — Утешил мутантов, — горько усмехнулся РНМ-0607. Да, ему и другим «Бракованным» не повезёт, если они заразятся. Если не ввести вовремя «БолВак», станут такими же красноглазиками как остальные, и начнут кусаться, да кидаться на всех, усердно обблёвывая окружающих кровью.       — Всем замереть, — шикнул Дирижёр, вскинувший кулак. Мы, собственно, и остановились, даже не пердели. Андрей-первый вскинул АКМ с ГП-25, подошёл к распахнутым на себя дверям, постоял немножко и неожиданно гаркнул: — Эй, гаврики! Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста!       Из-за стола, стоящего на ребре, выскочил зомби-клон Стожарова с обеими мутировавшими руками. К нему подбежал зомби-учёный с пропоротым костюмом биозащиты, из-под которого виднелись обглоданные рёбра. Их-то Дирижёр в одиночку и захуярил: клону расстрелял башку, а вот учёного повалил на пол и размозжил череп двумя мощными ударами берцев. Умно, при условии, конечно, что врагов не целая группа армий.       Помещение, в которое мы ворвались всей ватагой, мало чем могло похвастаться: заложенный кирпичом проход слева от нас, ещё дальше — раскрытая шахта лифта, а напротив нас — поддон с кирпичами и закрытые двустворчатые двери. Из шахты через несколько секунд после крика Октября «В шахте!», выбежала «паучиха», отличавшаяся от первой убитой отсутствием противогаза на башке и более-менее целёхонькими тёмными волосами. Своей целью она избрала… меня.       Я, не обращая внимания на маты и возгласы бойцов, на которых, видать, напали ещё какие-то твари, вскинул АКМН, как вдруг «паучиха» с неожиданной быстротой рванула ко мне, схватила рукой за шею, впечатала в стену и открыла рот. Оттуда вылезло какое-то щупальце с кончиком, как у нераскрытого цветка. Я не знал, каково предназначение этого щупальца, но я зажал рот под забралом так сильно, как никогда раньше до этого не делал, не желая целоваться взасос с этой кракозяброй.       Но увы, «паучиха» решила обломать кайф. Щупальце пролезло под забрало и всё-таки протиснулось мне в рот! Да так глубоко, что я выпучил глаза и сдавленно замычал. Не мог нормально ртом дышать, только носом. Через секунду ко мне по всей длине щупальца начало проталкиваться нечто яйцеподобное… вернее, само яйцо. Предполагая, чем это для меня чревато, я разжал руки, лежавшие на руке человекподобной твари. Затем я схватился левой рукой за щупальце и, превозмогая отвращения, попытался вытащить его изо рта. Не получилось. Тогда я решился прокусить его, не думая о последствиях.       Слава яйцам, «паучиха» не успела отложить в меня яйцо, а я не успел прокусить щупальце. И всё потому, что по твари начала стрелять… Лида. Или Полина, хер их, девок, знает. «Паучиха» отпустила меня, выплюнула яйцо рядом со мной и побежала к нашей яйцеголовой, а я, подобрав с пола АКМН, открыл по существу огонь. Тварь резко развернулась ко мне своим ебалом, как вдруг по ней прилетел ВОГ-25, причем непонятно из чьего ГП-25 он вылетел — то ли Октября, то ли Дирижёра, то ли вообще Бари. Как бы то ни было, от верхней части «паучихи», раскинувшей лапы в стороны, осталось лишь кровавое месиво, да лапки разлетелись по стенкам.       Я зашёлся в кашле, выплюнул столько слюны, сколько мог. Первым ко мне подбежал Кулак, поинтересовавшийся:       — Чё там, Сань?       — Да… — я снова плюнул, но в сторону. — Да эта вот «паучиха», — я махнул рукой на нижнюю половину твари, — хотела отложить яичко в мою многострадальную тушку.       — Вот вам, Алексан Евгенич, и хентай с тентаклями, — прыснул смешком Дирижёр. Я посмотрел на него таким взглядом, что ему вмиг расхотелось смеяться или шутить на эту тему. Крутанув головой по часовой стрелке, я осмотрелся: все живы и здоровы, а ВБК-0607 и Совок стряхивали друг с друга паутину. Вокруг них валялись подстреленные паучки размером с овчарок. Внешне паучки, застреленные нами, напоминали каракуртов.       Кусаются паучата больно, а в 5-15 процентах случаев — вообще смертельно. Но нужно ну ОЧЕНЬ сильно постараться, чтоб погибнуть от укуса каракурта. Для этого я должен быть ребёнком или взрослым с серьёзными проблемами со здоровьем, избегать больницы, ну и здорово так выбесить паука. Да, каракурты — мирные создания. Они предпочитают бегство бою и стараются решить проблемы без применения яда. Если я прикоснулся к паучку, далеко не факт, что он меня укусит. Помнится, во время отпуска в Ростовской области Карася куснул каракурт. Повезло Денису, что он выжил после укуса, а то ходил бы с нами щас другой «альфовец».       — Тащ майор, — дрожащим голосом заговорила со мной Лида, — эта тварь успела отложить в вас яйцо?       — Ты про это яичко? — я посмотрел на «рафаэлку» без кокосовой стружки, являвшуюся тем самым яйцом, которое «паучиха» хотела отложить мне в живот, приняв меня за «матку». Не дожидаясь, пока паучата вырвутся на волю, я наступил на «рафаэлку», та отвратительно хрустнула. — Пыталась конечно. Но как видишь, нихуя у этой стервы не получилось.       — Эт радует, — закивала Лида, смотря куда-то в сторону. Я же, выйдя к одной из двух колонн, осмотрелся снова. Так, все бойцы группы «0607» на месте, мои ребята тоже. Лида на месте, Полин Санна, Василь Евграфыч, Алексан Данилыч. В общем, пока продвигаемся без потерь. Не считать же потерей мутацию Октября?..       — Блин, эти двери заблокированы чем-то с той стороны, — процедил АГШ-0607, пытавшийся то толкнуть двери на себя, то навалиться на них. — Блять… Тащ майор, у вас есть подрывник?       — Без «б», — хмыкнул я, жестом позвал Карася и указал ему на двери. — Взорвать. Кулак, бери всех, кроме меня, Дирижёра и Рустама. Группа «0607», кроме Гирея, займите позицию вон там, у заложенного кирпичами дверного проёма. Может, там будет что-то интересное.       — За этим проходом — оружейка, — вмешался профессор Пирогов. — А вы, товарищ майор, хотите разделить отряд? Не считаете это неверным решением, которое приведет к ослаблению и последующему уничтожению бойцов?       — В данный момент глупо бездействовать, — парировал я. — К тому же, больший обхват лишним не будет. По крайней мере, сейчас. Да и мы поодиночке двигаться не будем, чай не в каком-то второсортном хорроре.       — А вы с Дирижёром и Рустамом как туда проникнете? — осведомился Октябрь, подыгрывающий клонам. Я указал на вентиляционную решётку у пола:       — А вот так, — и вместе с Андреем-первым вырвал её. Неожиданно присвистнул Алексан Данилыч, держащий в руках КС-23 и патронташ с ними, видать, снятый с убитого нами зомбака-учёного:       — Мощная пушка… Что? Одним пистолетом здесь не обойтись. А я немного научился стрелять из этой ручной гаубицы. Так что, не переживайте, не улечу на Альфа-Центавру от отдачи, — мужчина хихикнул. Всё то время, что мы шли через блок вивисекции и коридор с неким залом, периодически раздавались шипения вперемешку с рёвами и рыками. Но сейчас я попробовал прислушаться. Нет, разобрать всё равно ничего не смог.       Я первым спрыгнул вниз, в комнатушку с вертикальной шахтой, работающим вентилятором и перилами по кругу, не дающим кому-то вроде меня, Андрея-первого или Рустама пиздануться на вращающиеся лопасти. Пол под нашими ногами противно чавкал. Единственным выходом служила древняя, как говно мамонта, дверца с лампой над ней. Перед тем, как выйти, я велел ребятам проверить оружие и боезапас, да сам принялся проверять и автомат, и наличие патронов. Вскоре раздался взрыв наверху, и «альфовцы», судя по топоту ног, продвинулись дальше.       — Тащ майор, — нежданно-негаданно обратился ко мне Рустам. — А почему у вашего бойца позывной — «Дирижёр»? Больно уж непривычный он.       — А что с позывным не так? — вмешался уже Андрей №1. — Нормальный же позывной.       — Нормальный, — поддержал я сослуживца. — Тем более, Андрюха в своё время окончил Астраханскую государственную консерваторию, но волей случая сначала попал в «Альфу», а потом и в мою группу.       — А Алексан Евгенич легко может взять себя в руки. Как известно, — Дирижёр продолжал проверять АКМ с ГП-25, — гранит твёрже любой стали, даже быстрореж… — Андрей умолк на полуслове. Значит, прислушался к чему-то за дверью. Он немедля перехватил автомат поудобнее, взялся за ручку и вышел из комнатушки наружу, в помещение, разделённое чем-то вроде канавки. Правда, воды в нём давно нет. На том конце «берега» никого не было видно. Но Андрей же не просто так прервал наш разговор. Он что-то слышал.       Вскоре глаза Дирижёра загорелись оранжевым, когда он уставился на лежащую на боку синюю бочку, проржавевшую чуть ли не насквозь. Сначала оттуда появились две чересчур длинные руки с четырьмя пальцами и когтищами на каждой, вместо пяти. Затем я и Дирижёр обомлели, увидев вылезающую оттуда лысую голову с горящими глазами. Носа нет, вместо него — ноздри, как у Волан-де-Морта в фильмах по «Гарри Поттеру». На верхней челюсти, впереди, десять острых зубов. А на нижней, тоже впереди, десять острых зубов потолще верхних. Боковые зубы вроде бы нормально выглядели. А щёки… твою ж дивизию, это вирус, что ли, превратил щёки этого человека в боковые челюсти с пятью зубами на каждой?! Я приоткрыл рот, увидев, как мутант встаёт во весь рост, растопыривает не две, а ЧЕТЫРЕ руки в стороны, открывает пасть и орёт во весь голос!       — Ёбанные мутанты… Да что за хуйня здесь творится?! — выпалил клон Гирея. Я вскинул автомат, готовясь изрешетить страхолюдину, как вдруг слева дверь слетела с петель, и такой же четырёхрукий мутант, качая руками вправо-влево, набросился на Дирижёра. Парень оказался не лыком шит: хоть он и выронил автомат, но впился руками в башку твари и стал сжимать её. Само страхуёбище орало от боли. Не успело оно начать терзать тело Андрюхи, как тот, увидев ствол «Молота», направленный на затылок мутанта, наклонил голову влево. Наконец, раздался выстрел, превративший башку мутанта в месиво. Часть дробинок попала в лицо Андрейки, но регенерация вытолкала их из плоти Дрона, да и глаз правый восстановился.       Я же в это самое время расстрелял первого мутанта и чуть не подпустил к себе второго, выскочившего к нам, когда он бежал через мостик над канавой. Как только всё окончилось, я вкрадчиво осведомился у Рустама, помогавшего Андрону подняться на ноги и подобрать автомат:       — Ну что, Рустам Нодарыч, всё ещё считаешь, что всё происходящее — лишь алкогольные глюки?       — Да, а как иначе? — РНМ-0607 дерзко посмотрел мне в глаза. Ладно, потом ребята всё-таки убедятся, что всё происходящее с ними — суровая реальность. Не знаю, как, но убедятся.       — Ясно, делириум тременс, — вздохнул Дирижёр. «Рустам», видать, смотревший «Кавказскую пленницу», согласился с ним:       — Вполне возможно. Только чё-то делириум тременс затянулся, вам обоим не кажется?       — Мы, если и пьём, то по большущим праздникам, — не преминул я ответить Рустаму. Приврал слегка, чтоб клон не допытывался до нас. Я, к примеру, в последний раз пил в день возвращения в часть, обмывая майорские звёздочки.       Преодолев тёмную, ничем не освещённую комнату, мы поднялись по лестнице наверх, в другую комнату, посветлее и попросторнее, да ещё и барахлом всяким обставленную. Ничего интересного, не считая парочки советских зомбаков-«вэвэров», коих минуснули я и Дирижёр. Комнатушка вывела нас в коридор с дверями, взорванными Карасём, и оружейку. Заложенный кирпичом дверной проём был выломан, а перед распахнутыми входными дверями валялась ещё одна тварь.       Выглядела она скорее нелепо, нежели жутко, как обычные зомбаки, «паучихи», зомби-клоны или «буллсквиды». А именно, левая рука чересчур длинная, доходит чуть ли не до пятки. Над ней растут ещё две руки, причём самая верхняя — из башки мутанта с застывшей пастью. Правая же рука… не было её. Вместо руки — костяная коса. Ну и красные глаза, куда ж без них…       — А вот и нелепая ебака, — буркнул клон Маматгиреева. Как никогда точное описание этого существа. Воистину «нелепая ебака». — Кстати, тащ майор, может стоит запастись боеприпасами? — он указал ладонью на оружейку, откуда выходили остальные «бракованные».       — Парни! — гаркнул я своим «альфовцам». — Бегом в оружейку, запастись патронами, чтоб никто не жаловался на отсутствие патронов во время отстрела всякой мутировавшей нечисти.       — О, заебись… — обрадовались Кулак и Октябрь. Я, проверив у себя наличие магазинов, тоже решил пополнить «закрома Родины» на несколько запасных магазинов сверх комплекта, прихватив четыре магазина вдовесок к оставшимся трём. Выбирал специально более-менее целёхонькие и не подвергшиеся процессам коррозии.       Единственным выходом отсюда являлась чёрная ржавая дверь, выше нас на уровне пяти ступенек. Подошедший к ней Молот попытался дёрнуть за ручку сначала на себя, а потом от себя. Я отдал приказ:       — Выбить.       Как и в предыдущие разы, Дима выстрелил из «Молота» в дверной замок и пнул его со всей дури. Первым пошёл Болт. Далее — я, Кулак, Октябрь, Дирижёр, Карась, Молот и Совок. Клоны и учёные пошли за нами, замыкая строй. Конечно, общество учёных не слишком приятное, но приходится их терпеть. Пока что счастливым исключением я могу назвать Лидочку. Да и то, сомневаюсь я в сей мамзели.       Вышли мы из этого мрачного коридора, освещаемого аварийкой, в просторный ангар. «Достопримечательностью» его можно было назвать стоящий перед противовзрывными воротами Урал-4320, ржавый, со спущенными от времени колёсами. От брезентового тента остались лохмотья, свисающие с каркаса. Обитателями ангара были четверо советских зомбаков, двое четырёхруких, «буллсквид» и та самая «нелепая ебака», с правой косой и тремя руками слева. Все они помчались к нам — лишь «буллсквид» плюнул кислотой — но перед шквалом пуль в нашем исполнении не устоял никто.       — Вот те и биомусор, — процедила ВБК-0607, пнувшая «нелепую ебаку». Вот тут-то я с ней согласен на все сто процентов. Самый что ни на есть биомусор, особенно трёхрукие страшилища, «паучихи», «буллсквиды» и четырёхрукие твари. Убивая их, я чувствовал, как не просто спасаю жизни, но и выковыриваю заразу, созданную папашей Полины Александровны.       Из ангара можно было выйти через два прохода. Один, справа от двух окон поста охраны, закрытых жалюзи — без двери, другой — с закрытой дверью. Всем скопом идти не стоит, разделение — логичный шаг, ведь так обхват будет шире. Я позвал всех к двум поддонам с кирпичами и, как только все столпились вокруг меня, объявил:       — Бойцы и учёные, не хотелось мне вам об этом говорить, но, боюсь, здесь нам предстоит разделиться, — и прежде чем народ загалдел, я объяснил: — Если мы будем идти всей толпой, то рискуем потерять драгоценное время. Раздел нашей группы позволит исследовать ещё больше помещений, технических и не очень. А поэтому, сделаем вот как, — прокручивая у себя в голове считалочку из «Криминального чтива», я указывал пальцами на стоящих передо мной Кулака, АГШ-0607, Октября и профессора Пирогова: — Со мной пойдут бойцы группы «А», Илюха, Вера, а также профессор Пирогов и доктор Королёва. Мы пойдём через открытый проход. Остальные — вон туда, — я указал большим пальцем себе за спину. — Обязательно докладывайте мне обо всём необычном.       — А вон те «крокодилы» или «паучихи» — типа не необычное? — встрял Баря. Я качнул головой, с отвращением вспоминая, как одна из «паучих» попыталась обрюхатить меня, отложив яйцо в желудке:       — Обо всём необычном, Олег. Обо всём. Даже если это какой-нибудь Немезида, рычащий «Штарш!», головожоп из канализации Лос-Анджелеса или Лизун.       — Мы вас услышали, тащ майор, — кивнул мне Шатай. — Кто нашу группу возглавит?       — Майор Соколовский, он же Октябрь, — я бросил взгляд на Виталика. — Если кто-то обнаружит источник сигнала и ликвидирует его, встретимся здесь же, в ангаре, и свалим отсюда нахуй. Обратным путём, без каких-либо проявлений оригинальности, — я поднял указательный палец на манер гранд-моффа Таркина. — Вопросы есть? — подождав немножко, я с улыбкой на лице произнёс: — Вопросов нет. Расходимся, но не прощаемся.       — Не хватало, чтоб тебя кокнули страшилища мутировавшие, — укорил меня Октябрь, по-дружески хлопнул меня по плечу и, гаркнув «Пошлите, мальчики и девочки!», первым направился к закрытой двери. Ну а я, Совок, Кулак, Дирижёр, ВБК-0607, ИАС-0607, Василь Евграфыч и Полина Санна пошли за мной к открытому дверному проёму. Едва выйдя из ангара, я услышал сзади:       — Товарищ майор, у меня для вас плохая новость.       Мне сразу не понравился тон, которым это произнесла Полина. Я резко обернулся и спросил:       — Что ещё за плохая новость?       — Мы разрабатывали газ, который убивает всех носителей вируса Р2Д. Недавние испытания показали его абсолютную эффективность… — Вера перебила её:       — Девочка, ты лучше перейди к сути дела, не тяни бедного котика за фаберже, они не резиновые.       — Я к тому, — вздохнула Полина, пока Евграфыч кивал ей, мол, продолжай, — что если мы до восемнадцати часов по местному времени не управимся или не дадим сигнал об отмене, то Олег Валерьевич прикажет подать через вентиляционную систему газ, убивающий абсолютно всех носителей разработанных здесь вирусов, включая Р2Д. Исключений не будет ни для кого, даже для капитана Гурвича и майора Соколовского. Они тоже погибнут от газа, если не наденут вовремя противогазы.       Вот те нате, хрен в томате! Меня поразила не сама информация, а тот факт, что Королёва лишь сейчас говорит о газе. Выражения лиц обоих, и Евграфыча, и Полин Санны, не разобрать, но раз доктор не набросилась на своего наставника, то, выходит, она была в курсе. И умолчала. Интересно, а Лида с Шиловым знают?..       — Когда вы оба собирались об этом рассказать? — обманчиво спокойно осведомился Совок, подходя к Королёвой и Пирогову. Первая виновато опустила взгляд и буркнула:       — Я ждала подходящего момента. И он только что настал.       — Ж-ждала подходящего момента?! — возмущённо выпалила Вера, тараща глаза. Вот те и очередная доктор-сан, тянущая с информацией до последнего. Совок швырнул РПК Дирижёру, подошёл к Полине ещё ближе, схватил её и Пирогова за грудки и впечатал их в стену, сверля взглядом, не предвещающем ничего хорошего. После Рома прорычал:       — Если вы оба, ждущие подходящего момента, ещё раз попробуете утаить от нас что-либо, даже цвет собственных трусов и предпочтения в сексе, я сломаю вам хребты, раздавлю каждый сустав, выдавлю глаза и разорву жопы на британский флажок, и больше вы хуй что создадите в ваших блядских лабораториях. Усекли? — не дождавшись ответа, Рома рявкнул: — Усекли?!       — Заебёшься… — прохрипела доктор Королёва, смело смотря Ромке в глаза. Некоторое время ребята молчали, лишь раздражающие шипения вперемешку с рёвами и рыками раздавались в наушниках. Но потом Совок рассмеялся и отпустил обоих доктор-санов, рухнувших на пол. Помогать им вставать он не собирался. Как и я.       — Клоуны ебаные, — вынес вердикт клон Слаща, прежде чем мы двинулись дальше. Что ж, с доктор-санами переговорили, теперь можно и к основной задаче вернуться. А диверсанты и недобитые бармалеи подождут.