120 дней абьюза

      Солнце было в зените, а Тома в клане Камисато, причём не менее органично. Аято и не заметил, как этот шустрый парнишка, взяв тряпку в зубы, мельтешил по поместью.       А ведь всё начиналось с малого, то поможет старушке Фуруте, которая в силу возраста уже не в силах выполнять часть из дел, то покажет особые техники приготовления блюд, то чудодейственным способом отстирает коленки, ползающего по земле Аято. Даже личный кабинет главы, в который по воле хозяина мало кто заглядывал, превратился из вместилища всемирной разрухи в отсортированный упорядоченный архив. Молодой господин не особо поддерживал созданный порядок то и дело раскидывая листы по комнате, будто хомяк опилки, но периодически заглядывающий туда мондштадтский парнишка расставлял всё по своим местам.       Умениям Томы тяжело вести счёт, ибо казалось, что он хорош во всём и, не смотря на, недовольства консервативных членов комиссии Ясиро, парниша негласно укоренился, как новоиспеченный работник клана.       В особо приятные дени, сопровождаемые мягко греющим солнцем и тёплым слабым ветерком, глава клана предпочитал работать на раскидистой веранде с прекрасным видом на уходящее вдаль море и величественные здания столицы.       Краем глаза Аято заметил уже такую привычную фигуру, не спешно, но не менее усердно орудующую метёлкой.       За все те дни, которые пробежали, как вода сквозь пальцы, Тома успел обзавестись занятным внешним видом. Он сочетал в себе культуры двух стран. Глава клана изучая высокую фигуру отмечал, что брюки, хоть и были на пару тонов темнее весенне-зеленых глаз, прекрасно сочетались с красными курткой и поясом, которые дополняли, позвякивающие при каждом движении, части щитков и доспехов.       Единственное, что озадачило Аято - вольно разбросанные волосы, которые, как ему казалось, только мешали. Как нельзя кстати, на столе покоился рубиново-красный шнурок, который прямо таки искушал молодого господина всеми своими мягкими кисточками по краям. Благо долго отдыхать ему не пришлось.       И вот уже вооружившись тесемкой, глава клана лёгким шагом крался к своей жетве, так удачно расположившейся у края небольшой лестницы.       - Не двигайся. - Резкий указ заставил Тому вздрогнуть и замереть, нервно ожидая продолжения.       Удобно устроившись на ступеньке, Аято стоял вровень чужого затылка. Эстетичные руки коснулись золотых, непослушных волос. На ощупь они оказались ещё более мягонькими, чем казалось. Молодой господин не отказал себе в удовольствии несколько раз пропустить локоны между пальцев, прежде чем собрать их в аккуратный, на сколько возможно хвост.       - Готово. - Подытожил Аято прежде чем отпустить свою жертву цирюльника.       Растерянный парниша с интересом изучал сплетения в затылке, оглаживая светлые, махровые кисточки.       - Спасибо. - Поблагодарил Тома, осознав произошедшее.       Он улыбнулся так искренне и нежно, что от увиденной картины глава клана слегка выпал в осадок, застопорившись на месте, но, вернув разум в тело поспешил возвратиться к делам напоследок бросив короткое:       - Пожалуйста.       Правда сидя за столом Камисато Аято уже волновали не заботы комиссии, а локоны цвета спелой пшеницы.

***

      Домашние дела однако стали не единственной заботой Томы. За всё то время, что он провёл в резиденции Камисато, парнишка осознал две вещи: мочить носки в клане это что-то семейное, а Сирасаги Химэгими прежде всего молодая девица, которая как все юные особы любит повеселиться на праздниках и почитать лёгкие романы, но все эти милые девичьи черты не уменьшали её заслуг перед комиссией. Что брат, что сестрица, не смотря на все свои титулы и регалии прежде всего оставались простыми людьми.       Юная госпожа была одной из первых людей подружившихся со столь обаятельным пареньком. Именно она помогла несчастному адаптироваться, с интересом водя Тому на прогулки и встречи.       Он учился всему, как культуре и обычаям, так и базовым навыкам письма и чтения. Аяка без задней мысли могла по несколько десятков раз показывать парнишке, как выводить и читать тот или иной иероглиф.       Каждый раз, слыша их смешки за дверью своего кабинета, Аято думал, что эти двое явно отлынивают от учёбы, хотя, если Аяке весело, то это даже к лучшему.       День медленно близился к своему завершению, а на улице вечерело. Желая немного отрешиться от дел, Камисато Аято решил прогуляться по двору дабы вдохнуть пару глотков свежего воздуха и отдохнуть от тяжелой работы.       Однако его привлекли глухой стук дерево о дерево и шуршание жемчужной гальки. Аято подпёр плечом одну из колонн темной беседки наблюдая со ступенек за сражением.       Несчастный Тома кое-как отбивался деревянным мечом, то и дело получая удары.       - Ай, госпожа, говорю же я не умею сражаться. - Вздыхал парнишка в очередной раз получая шлепок по плечу.       - Все обладатели глаза бога владеют каким-либо видом оружия, так что давай включай свою мышечную память. - Не унималась Аяка.       - Значит меч - не его оружие. - Решил прервать пытку сестры Аято, неспешно спускаясь по ступенькам к стойке с оружием. - Для такого высокого роста думаю нужно что-то по больше.       Видимо решив поучаствовать в эксперименте самолично, глава клана выудил из стойки древко, бросив его слегка ошарашенному Томе, а сам вооружился привычным мечом.       - Сразимся?! - С ехидной улыбкой спросил Аято.       Вопрос был риторическим, не дожидаясь ответа он перешёл в наступление. По сравнению с Аякой его удары были более резкими и быстрыми, такими, что мозг не успевал думать, а руки на автомате искусно держали копьё, блокируя удары.       Древко смотрелось крайне органично, а все движения были выверены и явно отточены. Заметив это Аято решил усложнить задачу противнику, вводя в сражение глаз бога. Его атаки стали ещё быстрее, заставляя разлетаться в разные стороны режущие потоки воды. Загнанный в угол Тома был вынужден защищаться, лёгким взмахом ноги он выбил из руки главы клана меч, создавая вокруг себя огненный щиток.       По промокшему насквозь Аято, прошлась тёплая волна пара от реакции совсем не похожая на ту, которая проходит при столкновении с обычными врагами, принося болезненный ожог. Приятное тепло заставило молодого господина ошарашено замереть, удивленно моргая глазами.       - Простите, Господин Аято, Вы как впорядке? - Обеспокоенно подбежал Тома, видя всё еще витающие облачка пара над противником.       - В полном. - Заверил его молодой господин, похлопывая руками по костюму, теперь удивляясь тому, что он оказывается сухой.       - Неужели все слои этой тряпичной капусты высохли?! - Непринужденно смеялась Аяка щупая белый длинный рукав.       Идиллию и атмосферу веселья прервала, ворвавшаяся во двор поместья, Яэ Мико. Быстро цокая деревянными тапочками она в миг оказалась перед компанией:       -Какого чорта мои приглашённые писатели прибудут только через 5 дней после начала праздника?! - Не скрывая гнева, владелица издательского дома швырнула стопку бумаги прямо в лицо молодого господина. - Ваше презрение к издательскому дому переходит все границы!       Аято пребывал в полном недоумении, он не понимал, что происходит, пока не взглянул на разбросанные всюду бумаги. Действительно по всем документам приглашённые гости прибудут гораздо позже назначенной даты.       -Госпожа Яэ, не горячитесь, скорее всего брат по невнимательности указал неправильную дату. В первые дни праздника гостям и так будет чем заняться, а встречу с писателями перенесём, под предлогом самое интересное на последок. Я помогу всё организовать. - Пыталась исправить ситуацию Аяка.       - Приглашенные гости должны были прибывать в разные дни из-за вашей ошибки сбивается весь распорядок фестиваля. - Не унималась разгневанная кицуне.       - Мы это прекрасно понимаем, так что давайте вернемся в Ваш храм и постараемся минимизировать возникшие проблемы. - Аяка заверяла её и успокаивала как могла.       - Прошу меня простить. - Всё что смог выдавить из себя глава клана в низком поклоне.       - Если бы не Аяка, ты так легко не отделался. В следующий раз я это так просто не оставлю. - Едко бросила Яэ через плечо прежде чем удалиться в компании мило лепетающей Сирасаги Химэгими.

***

      Оказавшись в собственном кабинете Аято никак не мог избавиться от давящего чувства и кома в горле. Он же точно помнил, что в письме от издательского дома стояла именно эта дата.       Послание аккуратно покоилось на полке и, вновь пробежавшись по строкам, молодой господин лишь ещё раз убедился в собственной ошибке.       И вновь Аяка выполняет работу за него, так ещё и исправляет его же ошибки. Аято чувствовал себя балластом для младшей сестрицы, которую обещал оберегать, в итоге сам же создает проблемы, как для нее, так и для окружающих.       - Господин Аято. - Из мыслей о презрении к себе его вырвал неожиданный стук в дверь.       - Входи, Хисаши. - Холодно отозвался молодой господин, откладывая письмо на край стола.       - Тут вся информация, которую удалось узнать об этом месте. - Кратко отчитался ниндзя кладя папку на стол.       Глава клана лишь слегка кивнул и придвинул бумаги к себе:       - Можешь быть свободен.