Dead to me

      Головой он понимал, что за мальчишку переживать не стоит — с ним уже ничего не случится. А сердце замерло. Сейчас он лишится ещё чего-нибудь. Хотя. Осталось ли у него хоть что-то, чем Чёрная борода ещё не владеет?       Он смотрел в ту же сторону. На Люциуса, который сидел на кровати. Смотрел так, будто тоже его видел. — Отвернись, мальчишка, — прохрипел он, — ты уже видел жестокость в этом мире. Тут не на что смотреть.       И тот послушно отвернулся. Иззи мысленно его поблагодарил. Даже если он не жив, Чёрную бороду лучше бояться даже мёртвым. А ещё он не хотел, чтобы он видел его таким — это унизительно.       Одна рука Чёрной бороды держала его за горло, в вторая рука обыскивала доступные карманы. Но у него нет оружия. Совсем. И не ясно пока, хорошо ли это. Может, он похвалит его за доверие. Или накажет за беспечность. И печальная правда в том, что он никогда не понимал Чёрную бороду. Однако всегда старался удовлетворить его потребности. — Собирайся. Иван заметил корабль недалеко от нас.       Слова босса резкой болью отозвались в ноге — от стопы до бедра, голос предательски сорвался. — Понял.       Поэтому Иззи всю свою жизнь старался не плакать, вообще никаких эмоций не показывать, потому что если начнёшь, сложно будет остановиться. Особенно слёзы — он чудом держался, хотелось выть, но не от боли, а от бессилия.       Раньше он штурмовал корабли в первых рядах, буквально летел навстречу смерти, но не своей. Глаза молниеносно находили самую подходящую цель, а сабля в его руках отнимала жизнь. Глаза искали следующую, а тело несло его к ней. И это ощущалось так естественно, будто это то, чем он обладал с рождения.       И теперь он этого лишился. Винить в этом было некого, кроме себя. Если бы он только мог не говорить того, что сказал…       Однако Иззи хорош и в том, чтобы адаптироваться.       Теперь он первым делом ищет место, где на него не нападут со спины, где он сможет, почти не передвигаясь, отбивать атаки до тех пор, пока ему не придут на помощь. Или не убьют. — Что, Израэль, уже не такой смелый? — прозвучал над ухом зловещий шёпот Чёрной бороды, когда он добил последнего.       И почему-то ему показалось, это было сказано не о тактике.       И ответить-то было нечего. Чёрная борода похлопал его по спине, но в этом жесте не было чего-то привычного, из-за боли и из-за того, что не был умён, не мог понять, чего. — Идём собирать награды. Ты заслужил, — бросил он так, как голодным собакам бросают кости или объедки.       И он бросился на них с благодарностью.